Читать онлайн Волшебная библиотека Книггсов. Проклятый медальон бесплатно
- Все книги автора: Йенс Й. Крамер, Нина Георге
Nina George and Jens J. Kramer
DIE MAGISCHE BIBLIOTHEK DER BUKS:
DAS VERFLUCHTE MEDAILLON
Copyright © 2025 by Planet!
in Thienemann-Esslinger Verlag GmbH, Stuttgart
Text by Nina George and Jens J. Kramer,
illustrations by Hauke Kock
© А. В. Баренкова, перевод, 2026
© Издание на русском языке. ООО «Издательство АЗБУКА», 2026
Издательство Азбука®
1
Постойте. Почему он лежит лицом вниз посреди луга? Вокруг на солнце сияют желтые, синие и красные цветы, гудят насекомые, тут и там из травы возвышаются серые валуны.
Где он? Что случилось? Буквально мгновением ранее он ведь находился совсем в другом месте! Финн был в этом совершенно уверен, хотя и не мог вспомнить, где именно… В подвале?..
– Ну что, малыш, ты наконец проснулся?
Финн резко повернул голову. В нескольких метрах от него на большом камне сидела девочка. Она спокойно вычищала землю из-под ногтей довольно острым и довольно опасным на вид ножом и даже не взглянула на Финна.
Казалось, она была немного старше его, может лет четырнадцати. Под кожаным жилетом, зашнурованным спереди, виднелась рубашка, когда-то белая. Потертые кожаные штаны блестели, а плотно прилегающие к ногам сапожки наверняка прошли не один километр. Финн не мог как следует рассмотреть девочку: растрепанные волосы незнакомки, напоминавшие птичье гнездо, скрывали ее лицо.
Финн резко встал на колени.
– Ты кто такая? – спросил он.
Тут девочка взглянула на него, затем, резко мотнув головой, откинула волосы назад и плавным движением сунула нож за пояс. Кристально-зеленые глаза холодно уставились на Финна.
– Я Лисандра, – забавляясь, ответила она.
– Хорошо, Лисандра. Привет, я…
– Финн, – прервала она. – Я знаю. Идем?
– Чего?.. Откуда ты меня знаешь?
– Пфф, – фыркнула незнакомка, раздраженно покачав головой. – Невероятно! – Она плавно поднялась с камня. – Ну что, идем?
– В смысле? Куда?
Лисандра закатила глаза.
– Искать Нолу, – нетерпеливо объяснила она. – Ты же здесь для этого, не так ли? Искатель.
Это слово воскресило в памяти все: подвал хранилища Книггсов, светящуюся книгу, в которой исчезли сначала Джеральдина, затем его сестра-близнец Нола, а потом и он сам. Водоворот света, танцующие буквы, тьма.
Лисандра мощным прыжком перескочила на огромный камень. Финн был поражен – он бы не смог повторить ее трюк с такой легкостью.
Она рупором приложила руки ко рту и громко крикнула: «Но-о-ола!» Затем наклонила голову и стала прислушиваться, приставив ладонь к уху. После чего насмешливо посмотрела на Финна, пожала плечами и просто заключила:
– Вот ведь незадача. Не отвечает.
Он все еще смотрел на эту странную девочку снизу вверх, не зная, страшиться ее, поскольку она явно насмехалась над ним, или, скорее, восхищаться ею.
Лисандра спрыгнула с валуна, сделав сальто, благополучно приземлилась на ноги и побежала. Легко, как… Финн не мог вспомнить ни одного животного, которое так бегало. Пантеры, может быть. Газели. Но уж точно не человек, человек не мог бегать так быстро и ловко. А Лисандра тем временем продолжала звать:
– Но-о-ола! Но-о-ола!
Это вообще девочка?
«Неправильный вопрос, – подумал Финн. – Она вообще человек?»
Луг, по которому бежала Лисандра, спускался к быстрой реке. За ней начинался могучий, густой лес, опушка которого хотя и не выглядела мрачной, но тоже не отличалась особой привлекательностью.
«Думай, Финн. Не глазей по сторонам без толку», – ругал он себя.
Если бы Нола приземлилась здесь, она бы наверняка пошла к реке. И Финн последовал за Лисандрой, довольно медленно. Он с трудом отыскивал подходящее место, куда можно было поставить ногу, потому что ухабистый луг был усеян камнями и кротовыми норами. Лисандра, продолжая звать Нолу, скрылась за кустами и деревьями, которые росли вдоль берега реки.
Когда Финн наконец пробрался через испещренный ямами луг, он обнаружил, что странная девочка сидит на траве, в нескольких метрах от берега. Речная вода бурным потоком неслась между камнями и казалась удивительно чистой. Финн присел и обеими руками зачерпнул прохладную жидкость, жадно выпил, умылся и снова попил.
– У-ух, – выдохнул Финн с облегчением, а потом заметил выражение лица Лисандры: очень недовольное. – Хочешь? – спросил он, зачерпнув еще воды.
– Ну уж нет! – скривилась девочка. – Она же отвратительная.
Финн удивленно нахмурился:
– Тебе не нравится вода? Что же тогда ты пьешь?
Лисандра всплеснула руками:
– Пить! Пить! Почему вам всем вечно надо пить?
Финн уже ничего не понимал. Но потом он догадался, что находится в книге, в какой-то истории. И, может, тут не нужно пить. Или есть. Или ходить в туалет…
– А ты вообще кто такая?
– Ну наконец-то, первый разумный вопрос, – сказала она и улыбнулась ему. – Я, мой дорогой Искатель, фея огня.
– Кто-кто?
Лисандра сердито насупилась:
– Ты что, глухой?
– Со слухом у меня все в порядке, но ты назвалась феей огня. Что это значит?
На ее лице мелькнула ехидная улыбка.
– Показать? – с нескрываемым удовольствием предложила девочка.
– Давай, – нерешительно согласился Финн.
Лисандра вытянула руку, сомкнула указательный и большой пальцы, а затем щелкнула ими.
Искра огня вылетела из ее пальцев прямо в Финна.
– Эй! – крикнул он, едва успев пригнуться.
Искра пролетела прямо над ним и упала в воду с тихим шипением.
– Ух ты! – сказал Финн. – Думаю, мне здесь нравится.
Мальчик выпрямился и тут же почувствовал, как что-то ударило его по груди. Он схватился за шею и нащупал цепочку, на которой висел тяжелый незнакомый медальон.
От удивления Финн вытаращил глаза.
* * *
Нола держала в руке медальон и с изумлением смотрела на него. Медальон отличался от того, который Гвардиния Книггс повесила ей на шею, – теперь он был не из дерева, а из блестящего металла. Должно быть, из латуни. Замысловатые линии, которые прежде были вырезаны на дереве, теперь были выложены серебром. Это значительно утяжелило вещицу. А кристалл в центре, раньше тусклый, стал ярким и великолепно мерцал на солнце.
«Вот, значит, как все преображается, когда погружаешься в книгу», – подумала Нола, невольно осмотрев себя, чтобы проверить, не изменилась ли внезапно ее одежда, не стала ли одна нога длиннее другой.
Все выглядело нормально. Но что с ее лицом? Нола ощупала щеки, нос; они были такими же, как всегда. Она ухватила и поднесла к глазам прядь своих волос – те были привычно рыжими.
Нола предусмотрительно спрятала медальон под футболку и медленно повернулась. Она осмотрела скалистый склон, где проснулась и откуда затем спустилась к реке, и попыталась вспомнить точное место своего пробуждения. Был ли рядом чертополох? Или поросший мхом валун? Все выглядело вроде бы похожим, но каким-то совершенно другим. Черт! Нола вздохнула. Когда она найдет Джеральдину, ей нужно будет просто прийти на этот склон и отсюда попытаться вернуться в библиотеку.
Боже, как же она хотела пить! Нола пробиралась сквозь густой кустарник. Уже не первый раз ей приходилось ползти через подлесок. Финн точно был бы в восторге. О, Финн! Нола ужасно скучала по своему брату-близнецу. Прежде она никогда не находилась так далеко от него и впервые оказалась сама по себе. Странное чувство. Ужасное и… прекрасное.
На берегу реки Нола опустилась на колени. Можно ли пить эту воду? Ее мучили сомнения. Но жажда победила. Нола зачерпнула воду в сложенные чашечкой ладони и жадно выпила. Вода была свежей, прохладной и просто восхитительной. Затем Нола снова огляделась.
Только сейчас она в полной мере осознала, что произошло.
Она была в книге!
В другом мире.
И пока что ей все нравилось. Нола с изумлением смотрела на речную воду, которая, мелодично журча, бурным потоком неслась между камнями. На больших блестящих стрекоз, которые счастливо порхали над рекой. На дикую прибрежную растительность с поникшими ветвями. Нола глубоко вдохнула чистый воздух.
В ответ ее желудок заурчал.
– Ладно, ладно, – успокоила она себя и, выпрямившись, постановила: – Найти Джеральдину и что-нибудь поесть. А потом обратно. Марш, марш, Маленькая Воительница!
Во-первых, было странно разговаривать с самой собой. А во-вторых… во-вторых, Нола не хотела возвращаться в реальный мир так скоро. Она бы предпочла исследовать всю историю от начала до конца и побродить по этому новому миру.
Оставив пологий берег позади, Нола заметила утоптанную, вьющуюся по подножию склона тропу с глубокими отпечатками копыт.
И что теперь? Налево, направо? Ни города, ни хотя бы одного дома нигде не было видно. Или слышно. Уф. Куда же пошла Джеральдина? Вряд ли кто-то вроде дочери министра будет просто сидеть на лугу и рыдать. Тем более что в подземелье Джеральдина готова была рвать и метать от злости, и, попав сюда, она едва ли успокоилась.
Финн бы просто пошел дальше. Он всегда так поступал. Сначала делал, потом думал. Как ни странно, этот хаотичный подход по большей части работал. «Ну, отлично», – пробормотала Нола. И сделала то, что обычно делал Финн, – подчинилась своему первому порыву и побежала по тропинке налево.
Вскоре Нола вспотела. Может быть, лето здесь было потому, что и в реальном мире тоже стояло лето? Ну нет. Она ведь могла оказаться в книге, где царила суровая зима. В этом отношении ей повезло.
Интересно, Гвардиния Книггс и Королева Книггс уже видели передвижения Нолы в книге? Как там они говорили: через аномалии в тексте? Чушь! Она еще не сделала ничего, что могло бы изменить сюжет. Или сделала? В любом случае ни один пони не обернулся, чтобы посмотреть на нее.
Что, интересно, сейчас делал Финн? Сидел рядом с книгой и ждал или уже шел домой? Что рассказал их родителям? Каково ему, совсем одному?
Это больше всего беспокоило Нолу. Ее брат-близнец, который был на три минуты младше, вечно вел себя так, будто у него все под контролем. Но Нола прекрасно знала, как сильно он на нее полагался. Когда они находились порознь, то оба чувствовали, что им не хватает чего-то важного.
Элегантный полет орла над головой отвлек Нолу. Какой же величественной была эта птица! И прекрасной!
Зной мягко обволакивал цветущую землю, поросшую дикими кустами и необычными деревьями. Повсюду слышалось чириканье, щебетание, шелест. Нола в восхищении задумчиво ступала по хорошо проторенной тропе.
За поворотом вдалеке она заметила низкие крыши. Из трубы поднимался дым. Нола ускорила шаг. Деревня! Там наверняка найдется что поесть. И она наверняка обнаружит там Джеральдину. И они наверняка будут дома меньше чем через час!
Подойдя ближе, Нола увидела, что большинство домов деревянные и довольно ветхие. А тропа, по которой она шагала, переходила в дорогу, ведущую через всю деревню. Дорога была не вымощена, а только утоптана, по ней тянулись колеи, которые, в свою очередь, очевидно, были оставлены старыми телегами. И вот две такие телеги неторопливо катили между домами, покачиваясь из стороны в сторону. Нола также увидела несколько человек в старинной одежде, но не столь изысканной, как у Книггсов. Мужчины носили бесформенные брюки и мешковатые рубахи какого-то грязно-серого цвета. На женщинах были платья, подолы которых волочились по земле. На головах у них, несмотря на жару, красовались странные шапки. Несколько детей, играя, носились с палками, все как один босоногие. Нола остановилась на подступах к деревне и с удивлением стала рассматривать открывшуюся ей картину. И тут ее осенило: она совершила большую ошибку.
Нола не спросила, в какую книгу отправляется. Она понятия не имела, что это был за мир!
– Чертов редактор! – выпалила Нола проклятие, которому научилась у Книггсов. Девочка осмотрела себя. Ее любимая зеленая футболка, узкие джинсы, кроссовки – она будет очень выделяться на фоне местных. Разве Книггсы не могли ее предупредить?
Нола набралась смелости и двинулась дальше. У нее была миссия, которую ей предстояло выполнить: найти Джеральдину! Тут девочка заметила группу людей, выходящих из деревни и направляющихся прямо к ней. Впереди шел мужчина, несущий тяжелый, по всей видимости, мешок. За незнакомцем, на небольшом расстоянии от него, следовала женщина с малышом на руках, второго ребенка она вела за руку. Когда мужчина был уже в двух шагах от Нолы, она спросила:
– Извините, может быть, вы видели девочку лет двенадцати?
Мужчина прошел мимо Нолы, не обратив на нее внимания. Она озадаченно проводила его взглядом, а затем обратилась к женщине:
– Может быть, вы видели…
– Нет, ты не получишь никакого пирога, – ответила женщина мальчику, который тянул ее за руку. Она пошла дальше, не взглянув на Нолу. Даже дети на нее не посмотрели. Нола с открытым ртом уставилась вслед семейству.
– Вот так грубость, – пробормотала она растерянно. И продолжила свой путь в надежде, что не все жители этой деревушки такие недружелюбные.
Внезапно какой-то запах ударил ей в нос, мигом пробудив все чувства. Желудок сжался. Нола огляделась. И тут же обнаружила источник этого соблазнительного аромата.
На подоконнике был выставлен восхитительный, румяный, сочный сливовый пирог, по-видимому остывавший. Окно было открыто; вероятно, за ним находилась кухня. Нола стояла у низеньких белых ворот, отделявших палисадник от улицы, и широко раскрытыми глазами смотрела на пирог. Девочка сглотнула слюну, которая собралась во рту. Интересно, даст ли ей хозяйка хоть один кусочек? Прежде ей никогда не приходилось просить незнакомок поделиться пирогом. Поблизости никого не было.
«Иди дальше», – приказала она себе. Но ноги не двигались с места. Ведь можно просто подойти чуть ближе и понюхать. Тут ноги охотно послушались.
Нола открыла садовую калитку и приблизилась к окну. С каждым шагом аромат становился все сильнее. И вот она была уже у самого подоконника. Пирог казался Ноле превосходнейшим из всех лакомств, которые она когда-либо видела в своей жизни. Она заглянула на кухню. Никого. Может быть, просто…
Нет! Она же не воровка. С желудком творилось что-то странное. Он урчал, ныл и сжимался. Но ведь не могла же она…
Нола задала себе только один вопрос: что бы сделал Финн? Ответ был очевиден. Она решительно вытащила нож Бунтессы и отрезала себе порцию пирога. Ого, еще горячий! Тем не менее девочка откусила большой кусок. Какой же он был вкусный! Нола издала блаженный стон. Сочные сливы, хрустящая корочка – наслаждение со вкусом миндаля и ароматами луга. Нола проглотила первый кусок и откусила еще. Затем пронзительный голос заставил ее замереть.
– Ну надо же! Как такое вообще возможно?!
Через кухню к окну торопливо шла женщина. Обхватив полотенцем поднос с пирогом, она унесла его внутрь, возмущенно разглядывая брешь в своем произведении искусства.
– Вот ведь паршивцы! – выругалась она, затем высунулась из окна и сердито посмотрела по сторонам. – Сорванцы! – крикнула она. – Я вам покажу, как красть пироги у порядочной хозяйки! Все расскажу священнику, и он надерет вам уши!
С открытым ртом, все еще полным пирога, Нола уставилась на разгневанную женщину. Чепец у той съехал и теперь криво сидел на голове. Нола стояла прямо перед ней с надкусанным пирогом в руке. Но женщина бросала оскорбления невидимым ворам.
Невидимым?..
Тут Нола все поняла.
* * *
– Я кое-что обнаружила! – взволнованно воскликнула Гвардиния Книггс.
Королева Книггс бросилась к ней:
– Что? Что ты нашла?
– Вот, смотрите! – Гвардиния Книггс указала на отрывок в открытой книге. – «Тетушка Полли испекла сливовый пирог и поставила его на подоконник, чтобы остыл. Она вышла всего на минутку – взять яблочного сидра, а когда вернулась, пирогу недоставало одного куска». Раньше этого места в тексте не было.
– Хм… – нахмурилась Королева Книггс. – Мне кажется, это очень похоже на Финна.
– Ну, – ответила Гвардиния Книггс, – к сожалению, мы этого не знаем.
– Действительно, не знаем, – едко заметила Королева Книггс, – потому что ты позволила ему залезть в книгу.
– Королевушка, – вздохнула Гвардиния Книггс, – мы это уже обсуждали. Он хотел помочь сестре. Дети должны получать свой собственный опыт.
Королева Книггс что-то проворчала себе под нос, потом спросила:
– Тетушка Полли тоже не знает, верно?
– Нет, она же их не видит.
Гвардиния и Королева Книггс уставились в текст, в котором тетушка Полли продолжала ругаться.
– А мы сказали им, что в книгах они будут невидимы? – наконец спросила Королева Книггс.
Гвардиния Книггс покачала головой:
– Я не говорила. А ты?
Королева Книггс тоже покачала головой.
– Книжки-коврижки… – пробормотала Гвардиния Книггс.
2
«До этого момента она держалась хорошо», – подумал Томми. Пока они шли через сад, удаляясь от библиотеки, Финн не спускал с нее глаз. Мира не плакала, не дрожала и не спрашивала: «Что мы теперь будем делать? Как объясним все их родителям? И гильдии? И что имел в виду Оракул? Сможем ли мы когда-нибудь вернуться в библиотеку? И…» Эти же вопросы хаотично кружились в голове Томми, как хлопья снега в перевернутом сувенирном шаре. А он еще так хвастливо заявил Финну: «Ты можешь на нас положиться». Да конечно, как бы не так! Томми чувствовал себя внутри сухой соленой соломкой. Если бы Мира сейчас сказала хоть слово, он бы рухнул в слезах, свернулся калачиком на земле и крепко зажмурился.
И вдруг – розовая кроссовка.
Мира подняла ее, крепко прижала к груди и разразилась глубокими отчаянными рыданиями. Девочка хватала ртом воздух и едва могла внятно говорить, но все же выпалила:
– Мне так страшно, Томми, у нас ничего не получится! Мы всего лишь дети! Никакие мы… не герои! Точно не я, а ты… – Она не могла продолжать, ее огромные глаза были полны страха.
Томми держал Миру очень, очень крепко, пока она не успокоилась и не смогла наконец нормально дышать. Затем он заметил нечто странное: его хаотичные мысли-снежинки стали тихо опускаться.
– Я тоже не герой, – прошептал он, склонившись к самому уху Миры, – я тоже боюсь. Но это не важно. Верь мне. Можно бояться и не быть героем – и все равно преодолевать трудности. Одна катастрофа за другой. Понимаешь? Давай. Пойдем в гильдию.
Томми взял Миру за руку, и так они, молча, тяжело дыша, прошли по скользкому туннелю, сквозь темную ночь, через луга, вдоль болота, пока наконец не достигли окраины спящего города.
Когда они перебегали с одного темного участка на другой, уворачиваясь от камер наблюдения, Мира нервно пискнула:
– Письмо, Томми! Я должна забрать письмо, которое оставила маме!
Он кивнул. Конечно же! Все четверо оставили письма своим родителям, когда захотели исчезнуть навсегда и жить в секретной библиотеке Книггсов. Королева Книггс устроила им за это хорошую взбучку. Томми с трудом мог представить, каково будет родителям близнецов потерять обоих детей одновременно. Или министру! Сколько легионов полицейских она поднимет на поиски дочери?
«Одна катастрофа за другой», – напомнил он себе.
Итак, они подошли к дому Миры. Томми остался ждать снаружи, наблюдая за тоненькой тенью подруги, которая прокралась в темный дом и включила свет на кухне, чтобы забрать со стола письмо. Он был рад, когда она показала ему большой палец в окно: готово!
Вдруг на втором этаже вспыхнул свет, и Томми услышал приглушенный, усталый голос матери Миры: «Мира? Это ты? Почему ты не спишь?»
Томми пригнулся. В отчаянии он наблюдал за лихорадочными усилиями Миры спрятать в холодильнике свой рюкзак, куртку и кроссовку Джеральдины. Но она все равно не успела бы снять грязную одежду и надеть пижаму. Свет в коридоре на первом этаже уже загорелся.
Мира дала Томми знак уходить.
И Томми уловил только: «Откуда это вы, барышня?» Он не расслышал ответа Миры и лишь надеялся, что та сможет заставить себя соврать. Томми знал, как сильно Мира ненавидела ложь.
Но хорошо, что он убежал. Отойдя на приличное расстояние, Томми обернулся и увидел, как мать Миры вышла из дома и начала обследовать сад фонариком. Что же ей сказала Мира?
* * *
Томми был мокрым от пота, а его веки дрожали от усталости и сильного недосыпа, когда он вошел в дом бабушки и дедушки.
Стоит ли ему разбудить их сразу? Или сначала надо все обдумать?
Однако Томми не пришлось принимать решение.
Бабушка Анна и дедушка Виллем сидели, прижавшись друг к другу, на его кровати. Дедушка обнимал жену за плечи, а она обессиленно опустила голову на его плечо. На коленях у нее лежало прощальное письмо Томми. Казалось, бабушка горько плакала.
– Привет, – нерешительно произнес Томми.
– Томас, – отозвался дедушка. А затем, заметив выражение лица Томми, добавил: – Что-то пошло не так, верно?
Томми кивнул, и, когда он почувствовал крепкие, теплые объятия бабушки, прижавшей его к себе с невероятным облегчением, он услышал внутри себя едва различимый хруст. Соленая соломка переломилась. Томми уже собирался разрыдаться. Вот только если он сейчас разрыдается, то точно никогда не сможет помочь друзьям. Что бы сделал сейчас Финн? Или нет: что бы сделал его, Томми, близнец, тот мальчик, который говорил с Оракулом и ездил с Лирой по ледяной пустыне?
Тут Томми мягко отстранил бабушку, проглотил слезы, твердо посмотрел на обоих и сказал:
– Я знаю, куда исчез магистр. Мы должны созвать гильдию. Вы же знаете, как это сделать, верно?
Анна и Виллем посмотрели друг на друга. Затем бабушка ответила:
– Да, знаем. В общих чертах.
– Значит, вы были в секретной библиотеке, – пробормотал дедушка Виллем. – И там произошло что-то, чего не должно было произойти, иначе… – Он подыскивал слова и, указав на письмо, закончил: – Иначе тебя бы сейчас здесь не было.
Томми кивнул, и бабушка с дедушкой притихли, слушая лихорадочный рассказ внука о катастрофах, которые произошли этой ночью.
Снова и снова они прерывали его вопросами:
– А эта болезнь выцветания, ее никак нельзя вылечить?
– Нет, она идет изнутри, из самих историй, по крайней мере, так считают Книггсы.
– Но вы не знаете имени того, кто повинен в болезни выцветания?
Тут Томми глубоко вздохнул:
– Нет. Магистр забрал эту тайну с собой, когда исчез в одной из книг силы. Вероятно, он сам хотел найти там этого негодяя.
На мгновение бабушка и дедушка замолчали. Нужно было многое обдумать. Книги силы, которые поглощали читателей. Магистр, который исчез в одной из этих книг и с тех пор не возвращался. И зловещий противник, о котором никто ничего не знал. Жил ли он в книгах? Появился ли в одной из них? А может быть, его случайно или с его согласия поглотила одна из книг в незапамятные времена?
Бабушка Анна пришла в себя первой и попросила Томми продолжить рассказ о том, что произошло в подземелье. И тогда Томми рассказал им о Гвардинии Книггс и драконе, которого она извлекла из книги, так же как другие Книггсы могли извлекать ведра или даже шницели и дыни.
И тут снова посыпались вопросы:
– Так они действительно существуют, эти Книггсы? А дракон был из книги? Точно из книги? А еду, которую они, как ты говоришь, извлекают из книг, действительно можно есть? А какая она на вкус?
И конечно:
– Нола, Джеральдина и Финн пока так и не вернулись?
Наконец Томми рассказал им, что стал мастером Оракула и научился делать пророчества. Такие же как то, в котором прежде были предсказаны и они, дети. В этот момент бабушка с дедушкой посмотрели на внука широко раскрытыми глазами. Неужели они не верили ему? Не доверяли? А может быть, они не верили в такие вещи, как пророчества и магия?
К концу рассказа Томми был без сил.
Но казалось, что бабушка с дедушкой многое знали и без него, потому что магистр сообщал им сведения о библиотеке. Но они никогда не видели ни одного Книггса и не слышали о книгах силы. И конечно, не знали, где находится секретная библиотека и что там есть Безумный Оракул, который иногда дает противоречивые пророчества.
– Видишь ли, мы руководствовались соображениями безопасности, – объяснил дедушка Виллем. – Чем меньше людей знало о секретной библиотеке, тем надежнее она защищена. У каждого из нас имелась своя конкретная задача, и Александр был единственным, кто знал дорогу к дому.
– Однако очевидно, что он скрыл от нас очень важные, существенные вещи! – строго заметила бабушка Анна.
– Но ты же знаешь, каким он был, Анна.
– Каким? – спросил Томми.
– Он бы отдал жизнь, чтобы защитить книги, – ответил дедушка. – Это было его долгом, делом всей его жизни. Но порой он все преувеличивал и думал, что один отвечает за все. И многое нам не рассказывал. А значит, мы почти ничем не могли ему помочь.
За окном, как всегда, как и каждое утро, предрассветная синева начала окрашиваться в более светлые тона. Защебетали первые птицы, заводя, несомненно, очень важные разговоры. Как всегда. Однако Томми казалось, будто вокруг него просыпается совершенно другой мир, которого он прежде никогда не видел. Все, что он теперь делал, было новым, и существовала тысяча возможностей потерпеть сокрушительную неудачу.
– Мне отпросить тебя сегодня от школы? – спросила бабушка. – Чтобы ты наконец отдохнул.
– Нет. Я не могу оставить Миру одну, – ответил Томми. – Если слух о Финне, Ноле и Джеральдине распространится, за нас сразу же примутся.
Он закрыл лицо руками.
– А вы совершенно ничего не знаете, – сухо сказал дедушка Виллем.
– И кто, интересно, нам поверит?
– Это не имеет значения.
– А что тогда имеет значение?
– Время, – заявил дедушка с озорной улыбкой. – Нам нужна фора, чтобы возобновить работу гильдии. И чтобы Книггсы помогли твоим друзьям выбраться из книг. – Он встал. – Томми, я заберу тебя сегодня из школы. Хочу показать тебе кое-что. Тебе и Мире. Вам это может пригодиться, и теперь вы более чем готовы все узнать.
* * *
В школе Томми с тревогой искал Миру. Где же она? И почему не отвечает на его сообщения?
Когда он с замиранием сердца ходил взад и вперед между цветочными клумбами, их привычным местом сбора, то заметил маленького лопоухого мальчика в красной шапочке, который застенчиво смотрел на него издалека. Из второго, может быть, третьего класса. Он был из тех детей, которые должны держать ухо востро, чтобы ими не командовали на школьном дворе такие, как Джеральдина, или чтобы весь класс не поднял их на смех. Томми видел такое не раз: в школе всегда находились один или два изгоя и либо их безжалостно игнорировали, либо ими просто помыкали. Он и сам чуть не стал грушей для битья в своем классе, но Нола и Финн не позволили этому случиться.
Томми махнул рукой мальчишке. Тот покраснел в тон своей смешной шапочке и уставился на Томми с удивленной улыбкой. Но мысли Томми уже вернулись к близнецам. Как же больно было осознавать, что их сейчас здесь нет, что они бог знает где, в неизведанном мире книг. Успеют ли они вернуться до того, как болезнь выцветания овладеет книгой, в которую они попали, и…
– Что с тобой? Ты похож на кусок мокрой ваты, – пропыхтела Мира, появившаяся из ниоткуда. Она и сама выглядела усталой, напряженной и бледной, как вата.
– Ну, попробуй догадаться, только не произноси вслух, – пробормотал Томми.
Вместе они наблюдали за подружками Джеральдины, Касси и Пенни, которые на этот раз не пялились на них, а, склонившись друг к другу, лихорадочно о чем-то перешептывались. Они, вероятно, были удивлены, что дочь министра до сих пор не пришла. И были бы удивлены еще больше, узнай, что их заводилу проглотила книга. Босую.
– А что ты сделала с кроссовкой? – шепотом спросил Томми.
Мира опустила голову и пробормотала:
– Она в морозилке. С рыбными палочками.
– А мама что?
– Я сказала ей, будто увидела в саду жутких животных и захотела взглянуть на них.
– Ты имела в виду меня, этакого розового слона в пачке?
На лице Миры промелькнула тень улыбки, и Томми был рад, что отвлек подругу на мгновение.
Но ее серьезность быстро вернулась.
– Скоро они начнут задавать нам вопросы, – прошептала Мира, – учителя, родители Нолы и Финна, может быть даже мать Джеральдины.
– Мы не можем раскрыть им правду ни при каких обстоятельствах, – сказал Томми. – Мы просто будем все отрицать.
– Надеюсь, я смогу преодолеть себя. Я не знала, что лгать так трудно, даже если лжешь, чтобы защитить что-то прекрасное и доброе. – Мира огляделась. – Скажи, у тебя появился новый поклонник? – Она указала на мальчугана в красной шапочке.
– Без понятия.
Мира тоже помахала мальчишке, который снова засиял от радости и смущения. Казалось, он хотел подойти к ним, но прозвенел звонок, и мальчик помчался через школьный двор в класс, при этом его портфель за спиной подпрыгивал вверх-вниз.
Томми слегка коснулся руки Миры:
– Послушай, Мира. Теперь мы должны быть такими же храбрыми, как Финн и Нола. Они рассчитывают на нас. Если министерство отыщет библиотеку, оно точно уничтожит все книги. Тогда они никогда не найдут дорогу обратно. Нам придется лгать. Нам придется тянуть время. Что бы они ни спрашивали, мы ничего не знаем. А сегодня днем дедушка Виллем хочет нам что-то показать. Думаю, это как-то связано с библиотекой.
Мира с трудом сглотнула, затем кивнула.
– Одно несомненно, – прошептала она по пути в здание школы, – то, что мы видели там вчера вечером, было чудом. Но теперь я знаю: не каждое чудо чудесно.
Томми и Мира сели на свои обычные места, рядом с пустовавшими партами Финна и Нолы, и сделали вид, что не замечают вопросительных взглядов одноклассников. Первая парта также пустовала: место, где обычно восседала дочь госпожи министра.
Следующее не такое уж чудесное чудо случилось во время второго урока: напряженная директриса вывела Томми и Миру из класса.
Не дойдя до своего кабинета, женщина резко остановилась.
– Вы должны сказать мне правду, прежде чем мы туда войдем, – начала она.
Мира вежливо сказала:
– Ну конечно, госпожа директор.
– О чем? – с невинным видом осведомился Томми.
– О местонахождении Финна и Нолы. – Голос директрисы дрогнул.
– А что случилось? – спросила Мира. – Они заболели?
Директриса нервно заломила руки.
– Нет, звонили их родители, – торопливо сообщила она. – Нола и Финн… они, кажется, сбежали.
– О нет, – выдохнула Мира, широко раскрыв глаза. – Какой ужас!
– Но почему? – запинаясь пробормотал Томми.
Затем дверь в директорский кабинет распахнулась.
– Я больше не намерена ждать! – закричала госпожа министр одновременно зло, отчаянно и очень, очень решительно. Затем ее взгляд упал на Миру и Томми. Ее глаза сузились и превратились в щелочки. – Я бы хотела поговорить с этими детьми. По отдельности. Сначала с одной, потом с другим. Начнем с милой девочки, хорошо?
Томми снова услышал тихий хруст где-то внутри себя.
– Буду рада вам помочь, – пропищала стоявшая рядом Мира и храбро вошла в кабинет.
* * *
Горностай, казалось, точно знал, что делать. Он спрыгнул с лестницы, направился к воротам и скрылся в кустах. Бунтесса и Королева Книггс наблюдали за ним из темного вестибюля: Королева – скептически, Бунтесса – с уверенностью.
– Он, наверное, уже забыл, что мы ему поручили, – сказала Королева Книггс. Она отвернулась, потому что дневной свет резал ей глаза, хотя солнце и было скрыто за густыми облаками.
Потребовалось довольно много времени и уговоров, прежде чем горностай приблизился к ним. Только после того, как Королева Книггс торжественно пообещала, что не отправит его обратно в книгу, он вылез из-под куста, осторожно принюхиваясь.
– Интересно, найдет ли он дорогу? – обеспокоенно спросила Бунтесса.
Свежий ветер прорвал пелену облаков, и ослепительный солнечный свет залил дикий сад. Пришло время Книггсам вернуться в свою секретную библиотеку, где только сияние их глаз прорезало темноту.
Тем временем горностай проскользнул между прутьями ворот и целенаправленно побежал своей дорогой.
3
– Пироги, вот еще, – сказал Аттила Книггс, слезая с полки, где он прятался от Романетты, которая снова действовала ему на нервы.
В другом конце зала послышался ее голос:
– Аттилочка, ты где?
– На тарелке должен лежать настоящий стейк, – проворчал он, осторожно спускаясь по ступенькам и оглядываясь по сторонам.
– Из этого я делаю вывод, что подходящей тарелки не нашлось, – фыркнул Шерлокко, попыхивая пустой трубкой.
Естественно, любые новости о детях немедленно расходились по секретной библиотеке. Между полками с «Фантастическими мирами» и «Вампиризмом» сидели Шерлокко, Гурманц и Шеф ван Кухель. Они не видели Аттилу Книггса, пока тот не вставил свой грубый комментарий с соседней полки.
– Прекрасный стейк из конины, – мечтательно сказал он, облизывая губы. – Хрустящий снаружи, сочный внутри.
– Неужели ты ешь лошадей? – в ужасе спросил Шерлокко. – Я думал, монголы на них ездят.
Аттила гордо выпятил грудь:
– Настоящий монгол даже в туалет ездит на лошади.
– Тогда тебе, мини-монгол, – самодовольно возразил Шерлокко, – стоит определиться: либо ты ешь лошадей, либо ездишь на них. Нельзя делать и то и другое.
Аттила, который никогда не сидел на лошади, не говоря уже о том, чтобы есть их, побагровел от гнева, услышав эти насмешливые слова.
– Ты, напыщенный фанфарон, ты немедленно… – начал он, фыркнув. Но тут из-за полки, пританцовывая, выскочила Романетта.
– Аттилочка – ик! – вот ты где! – радостно воскликнула она.
Аттила Книггс тут же рванул с места. Романетта в развевающихся одеяниях поспешила за ним. Шерлокко, Гурманц и Шеф ван Кухель смотрели им вслед.
– Однако стоит заметить, – сказал Шеф ван Кухель, – что сливовый пирог тетушки Полли – это легенда.
– Кто такая тетушка Полли? – раздраженно спросил Шерлокко.
Шеф ван Кухель закатил глаза.
* * *
Уставшая Джеральдина брела по дороге, которая на самом деле была не дорогой, а скорее ухабистой грязной тропой, покрытой галькой, так что каждый шаг по ней причинял боль. Ноги были исколоты колючками, росшими на лугу, где она проснулась. Ой, как же больно! Почему она босая? И где она вообще? Вокруг не виднелось ни одного дома. Первым ее порывом было схватить мобильник. Но она оставила его дома, тщательно спрятав под подушкой, чтобы приложение «ЯТут» не выдало ее матери, что ночью Джеральдина ускользнула, надеясь поймать близнецов и их друзей за кознями. И да, она их поймала. В том ужасном старом доме, полном злых книг!
Еще она вспомнила подвал, где Финн, Нола и их друзья играли с роботами-троллями. Но что было потом, она не помнила. Только ослепительный свет, а затем тьма. Было ясно, что эти наглецы оглушили ее. А потом куда-то оттащили. Без обуви!
Злоба захлестнула Джеральдину.
– Ну погодите же, – бормотала она снова и снова, – вы заплатите за это!
Как же ей хотелось пить. Она слышала журчание воды за деревьями и кустами справа. Но чтобы добраться до нее, во-первых, ей пришлось бы пробираться сквозь плотный подлесок – кошмар! – босиком. Во-вторых, она никогда не станет пить грязную некипяченую воду. Кто знает, что в ней. Нет, Джеральдине нужен был вкусный прохладный лимонад. Или ананасовый сок. Она продолжала идти, ступни ныли, а от мысли о стакане любимого сока во рту скапливалась слюна. Только жужжащие вокруг насекомые, от которых ей приходилось отмахиваться, отвлекали ее от этих мыслей. Она не знала, сколько уже успела пройти, когда вдруг услышала голоса.
Джеральдина остановилась. Прислушалась. Откуда они доносились? Что это за голоса? Громкие. Пронзительные. Детские. Должно быть, это банда Финна и Нолы. Они просто оставили ее на этом дурацком лугу, а сами теперь веселятся. Наверное, покатываются со смеху над своей шуткой. Ну погодите же!
Джеральдина поспешила дальше. Подойдя ближе к источнику звука, девочка поняла, что он идет от реки. Теперь она слышала плеск воды. Они что, купаются в этой гадости? Ну и достанется же им за это! Купание в реке запрещено! А еще им достанется за зловредные книги и роботов-троллей.
К сожалению, чтобы застать эту банду врасплох, Джеральдине сначала все же пришлось пересечь подлесок. Там она заметила тропинку, ведущую сквозь кусты. Ага, значит, они уже не в первый раз ходят сюда. Тропинка оказалась еще более колючей, чем та, по которой она шла до сих пор. Осторожно, время от времени тихо постанывая, она приблизилась к реке.
Добравшись до песчаного берега, Джеральдина в изумлении остановилась. Это была не та банда, что похитила ее. В реке купались другие дети, которых она никогда раньше не видела. Шестеро мальчишек. Они прыгали со скалы, боролись друг с другом, ныряли и выныривали, отфыркиваясь. Джеральдина, все еще с изумлением наблюдая за их проделками, заметила, что эта река совсем не похожа на Старую реку, в которую она бросала камни. Только сейчас девочка как следует осмотрелась. Местность показалась ей совсем незнакомой. Нола и Финн, должно быть, утащили ее очень далеко. Первоочередной задачей было наконец-то раздобыть мобильник, чтобы позвонить матери.
– Эй, вы там! – крикнула она.
Мальчишки продолжали плескаться, делая вид, что ничего не слышат.
Джеральдина подбоченилась.
– Эй! – крикнула она еще громче. – Я к вам обращаюсь!
Дети никак не отреагировали.
– Да это просто… – возмущенно воскликнула она. Никогда раньше она не сталкивалась с подобным поведением. Ни один ребенок в школе не посмел бы так пренебрежительно игнорировать дочь министра.
– Я все про вас расскажу! – крикнула она.
Затем ее взгляд упал на кучу одежды на берегу. Должно быть, там же были и мобильники мальчишек. Джеральдина замялась. Рыться в чужих вещах было не совсем порядочно. Но ситуация сложилась чрезвычайная. И если эти наглецы не хотят ей помогать, она будет действовать сама.
– Я одолжу ненадолго мобильник! – все же крикнула она, наклоняясь к сваленной в кучу одежде.
Но что это была за одежда! И не одежда вовсе, а какое-то тряпье. Джеральдина, едва прикасаясь к вещам, обшарила грязные рубашки и брюки. Она нашла: грецкий орех, сломанное и тупое лезвие ножа, моток веревки и, к своему ужасу, дохлую лягушку. Чего она не нашла, так это мобильных телефонов.
Джеральдина задумчиво посмотрела на мальчиков, которые по-прежнему не обращали на нее ни малейшего внимания, хотя она открыто обыскивала их вещи. Видимо, эти дети тоже оставили свои телефоны дома, чтобы играть в свои запрещенные игры. Вероятно, они научились этому у Финна и Нолы. Мать была права: возмутительное поведение распространялось быстро. Его нужно было пресечь. Да, Джеральдина тоже оставила свой мобильный дома, но это было совсем другое. В конце концов, она была одной из примерных девочек и ей предстояло выполнить важное задание. И дело было не только в том, чтобы поймать с поличным банду близнецов. Ей хотелось продолжить отцовские труды и уничтожить лживые книги! Джеральдина почувствовала воодушевление при мысли о том, что она исполняет миссию отца.
Тут ее взгляд упал на ботинки. Они лежали рядом с одеждой одного из мальчишек, довольно уродливые и стоптанные. К тому же грязные. Джеральдина поискала еще одну пару, но на берегу была только эта. Она с легким отвращением взяла их и понюхала.
– Фу, – вырвалось у нее. Затем девочка опустила взгляд на свои исцарапанные и израненные ноги. – Все ради миссии, – пробормотала она и громко крикнула: – Я одолжу ботинки!
И Джеральдина натянула их. Когда она уже собиралась встать, один мальчик вышел из воды на берег. Она замерла. Мальчик, примерно ее возраста, наклонился над своей одеждой и поискал что-то в карманах. На нем были такие потрепанные, старые трусы, что Джеральдина скривилась от отвращения. Мальчишка вдруг нахмурился, настороженно огляделся по сторонам, а затем повернулся к своим друзьям, которые все еще плескались в воде.
– Эй! – крикнул он. – Кто спрятал мои ботинки?
Остальные мальчики рассмеялись.
– Надо было лучше их стеречь, – ответил один.
– Это подло. Если я вернусь домой без ботинок, отец будет в ярости.
Другие мальчики снова рассмеялись:
– Поделом тебе!
Лицо мальчика без обувки было полно отчаяния.
Джеральдина уставилась на него, открыв рот. Потом на ботинки на своих ногах.
Она уже ничего не понимала.
* * *
– Нам нужно туда, – решила Лисандра, указывая налево. И, не дожидаясь ответа, направилась в ту сторону.
Финну это не понравилось. Он не любил, когда им командовали. Только Ноле позволялось это делать. Знать бы, где она…
– Что случилось? – спросила Лисандра и остановилась.
– А я думаю, нам туда, – крикнул Финн, указывая направо.
– Хорошо, – просто сказала Лисандра и зашагала в противоположном направлении.
Финн замялся. Нола могла бы с тем же успехом пойти налево. Он выбрал другую сторону только потому, что не хотел, чтобы Лисандра командовала.
Тут она повернулась к нему:
– Что теперь не так?
Финн пожал плечами, капитулируя, и последовал за ней.
Они молча шли по тропинке, Финн любовался разноцветными, прямо-таки огромными бабочками, порхающими с цветка на цветок. Интересно, какие еще странности существуют в этом мире?
Например, феи огня!
– Откуда берутся феи огня? – спросил он Лисандру.
– Ха! – сказала та, сделала изящное сальто, а затем побежала дальше как ни в чем не бывало.
– От сальто? – спросил Финн, оправившись от изумления.
– Есть только одна фея огня, – ответила Лисандра. – Это я.
– Ясно, а ты откуда?
– Меня принес сапожник.
– Что?
– О! – испуганно воскликнула Лисандра и прикрыла рот рукой. Затем она присела в реверансе и сделала вид, будто подбирает юбку. – Извини. Я, конечно же, имела в виду, что меня принес великий сказитель.
Финн ничего не понял.
– Но… – начал он.
Однако Лисандра всплеснула руками.
– Вопросы, вопросы. Одни вопросы. – Она мрачно посмотрела на него. – Неужели это все, на что ты способен?
– Я могу находить вещи, – ответил Финн, так же мрачно глядя на фею.
– Прекрасно. Тогда найди нам что-нибудь поесть. Вообще-то, я голодна.
«Ну вот, по крайней мере она хоть ест», – подумал Финн, и в голове его завертелось множество вопросов. Собрать ягод? Где их найти? Наловить рыбы? Он понятия не имел, как это делается. Найти магазин? Ну конечно!
– Мы могли бы… – снова начал Финн, и Лисандра снова перебила его.
– Чувствуешь запах? – Она повела носом во все стороны и наконец сказала: – Туда. Идем!
Фея направилась прямо к кукурузному полю, раскинувшемуся по другую сторону дороги.
Финн последовал за Лисандрой, которая целеустремленно шла среди идеально прямых растений. Финн удивился, что она точно знала, куда идет, ведь стебли кукурузы сильно возвышались над ними, так что он видел только небо. Но видимо, ее вел нос, и вскоре Финн тоже учуял этот запах – запах жареного мяса!
Они дошли до конца поля. Перед ними находилась площадь с несколькими строениями: большой дом, амбар и что-то похожее на конюшню. В тени дерева перед домом несколько лошадей щипали редкую траву. А перед амбаром на стульях, табуретках и деревянных чурбанах сидели с десяток мужчин, все разговаривали. На них были грубые рубашки, мешковатые брюки и неуклюжие ботинки. Их хриплые голоса и смех звучали будто из другого мира. «Так они и есть из другого мира, – подумал Финн, – из книжного».
Запах, который заманил их сюда, исходил от металлической чаши на подставках, где на гриле с шипением жарились куски мяса.
– Вот наша еда! – удовлетворенно воскликнула Лисандра и пошла по направлению к жаровне.
– Сначала надо спросить, – предупредил Финн. Но Лисандра не послушала его. Вместо этого она направилась прямо к грилю. Чувствуя себя неловко и не отрывая глаз от группы мужчин, Финн последовал за ней. Однако те не обратили на них внимания.
Лисандра схватила кусок мяса и откусила.
– Мм, – произнесла она, – очень вкусно.
Она взяла второй кусок и бросила Финну. Тот едва успел его поймать. Но мясо было ужасно горячим.
– Ай! – взвизгнул мальчик, перебрасывая кусок из руки в руку. – Как ты можешь его так держать?
– Совсем ку-ку? – сказала Лисандра, жуя. – Я же фея огня!
– Ладно, – ответил Финн, – понял.
Тем временем его руки привыкли к горячему. Голод преодолел последнее препятствие.
– Ух ты, – простонал он, откусив от мяса, – это…
– Первоклассный говяжий стейк, – продолжила Лисандра, – такой можно найти только у настоящих ценителей.
Финн откусил еще.
– Но почему, – спросил он, – они не возражают против того, что мы вот так просто угощаемся? – Мальчик указал на мужчин, наливающих себе желтоватую жидкость из неприметной бутылки.
– Не видят они нас, – пробормотала Лисандра с набитым ртом.
Финн проглотил кусок.
– Правда? – переспросил он озадаченно.
– Ага, – спокойно ответила Лисандра, – слышать они нас тоже не слышат.
– Как это возможно? – удивился Финн.
– Мы не часть истории, – раздраженно ответила Лисандра. И Финн не стал продолжать расспросы. Но сам факт того, что они были невидимы и неслышимы, сразу же породил в нем множество идей. Какие забавные розыгрыши можно устроить. Можно, например…
Вдруг громкий крик прервал его фантазии.
– Папа! Папа! – По тропинке бежал босоногий мальчик. Мужчины с напитками в руках подняли головы. – Мы плавали в реке, – запыхавшись, сообщил мальчик, – и кто-то украл мои ботинки. Но я не нашел вора.
Он обращался к огромному мужчине. У него одного рубашка выглядела свежей, а ноги были обуты в сверкающие чистотой ботинки.
– Ты позволил украсть свои ботинки? – мрачно прорычал мужчина.
Голос мальчика задрожал:
– Но я никого не видел.
Финн и Лисандра переглянулись.
– Может, твоей сестре нужны новые туфли?
Финн покачал головой:
– Нет, ей не нужны. Но нам все равно надо пойти к тому месту, где купался мальчик.
На ходу Лисандра схватила еще два куска мяса с гриля. Финн уже собирался последовать за ней, когда произошло нечто странное. Огромный мужчина схватил мальчишку за воротник рубашки, перекинул его через свои колени и начал с силой бить по попе. Мальчик взвыл от боли и, вероятно, от стыда.
У Финна глаза чуть не вылезли из орбит.
– Что это вообще такое? – в ужасе выдохнул он.
Лисандра ухмыльнулась:
– Это называется взбучка.
– Украденные ботинки? – удивленно спросила Королева Книггс, недоверчиво качая головой. – С каждым разом все лучше и лучше. Сначала сливовый пирог. Теперь ботинки. Кто из детей это может быть?
Гвардиния Книггс взглянула на кроссовку, которая соскользнула с ноги Джеральдины, когда та упала в книгу.
– Есть у меня одно подозрение, – сказала она.
4
Ей просто необходимо было рассказать кому-то о своем открытии, которое она сделала перед тем, как проклятая подвальная книга засосала детей, словно ненасытная червоточина. Шрифтея осторожно положила на зеленый бархат одну из книг, полностью уничтоженную болезнью выцветания много лет назад.
– Посмотри, – взволнованно начала она. – Что-то происходит. Болезнь отступает. Кажется, истории возвращаются. Мастер Оракула, либо это чудо, либо должно быть какое-то разумное объяснение. Что говорят твои кубики?
Тезаурус с беспокойством посмотрел на нее. Даже его острые уши безвольно повисли.
– Кубики теперь говорят только с Двуликим. Если Томми не вернется, они будут молчать. А поскольку возвращение Чудесницы и Двуликого грозит для всех нас слишком большой опасностью, то, скорее всего, он не придет. Вероятно, никогда. И тогда… тогда от меня не будет никакого толку. Бесполезный Книггс. Ничтожный Книггс. – Тезаурус тяжело сглотнул и поморщился под своей густой бородой.
О девять муз! Тезаурус явно переживает жизненный кризис. Ладно, такое случается с каждым, кто доживает до восьмисот лет, однако сейчас был не лучший момент для жалости к себе.
