Читать онлайн Плохая девочка для профессора бесплатно

Глава 1

Данил

Аудитория шумит, как улей.

Студенты – молодые, дерзкие и самоуверенные. У них всё впереди, а у меня за плечами уже две диссертации, работа в банке, парочка исследовательских проектов, из-за которых меня пригласили в возглавить отдел в силовом ведомстве по расследованию финансовых преступлений, и десятки часов бессонных ночей.

Я иду к кафедре, и шум стихает.

Я здесь не по призванию. Мне никогда не хотелось стоять за кафедрой и объяснять азы экономики и финансовой аналитики тем, кто ещё вчера сдавал школьную математику. Но так сложились обстоятельства.

Полгода назад старого профессора, легенду кафедры, увели на заслуженную пенсию. Университет встал перед выбором – срочно искать замену или потерять аккредитацию программы. А мне позвонил один знакомый, которому я обязан. Когда-то он прикрыл меня в ситуации, где я рисковал карьерой. Его дочь училась здесь, и он попросил меня хотя бы на время занять должность профессора.

«Это всего на год. Пока найдём постоянного человека», – сказал он.

Я согласился. Слишком уж дорого мне стоило бы отказать.

– Доброе утро, – голос мой разрезает тишину, и десятки глаз устремляются на меня. – Меня зовут Данил Аркадьевич Мединцев. В ближайшие месяцы я буду вести у вас курс по кибербезопасности и финансовым махинациям.

Тишина длится секунду. Потом кто-то шепчет, кто-то хихикает. Сдержанный смех катится по рядам.

Я знал, что так и будет, и готов к этому. Всегда найдётся парочка, кто решит, что профессор слишком молод, чтобы быть профессором. Или слишком строг, чтобы ему улыбаться.

– Я не собираюсь читать вам учебник. Его вы и сами открыть можете. Моя задача – показать вам, как экономика работает в реальной жизни. Если вам это неинтересно – дверь там, – я киваю на выход.

Пара студентов сразу переглядываются и вжимают головы в плечи. Остальные притихают.

– А если нам интересно только сдать экзамен? – внезапно разрешает тишину аудитории насмешливый женский голос.

Обвожу взглядом студентов и останавливаюсь на блондинке в третьем ряду, ближе к окну. Высокий хвост, насмешливый прищур, руки скрещены на груди. Смотрит прямо на меня – дерзко и вызывающе. Улыбка-оскал, как у человека, который заранее готов защищаться.

Ну что ж – по классике жанра именно в первый день я и должен был познакомиться с главным нарушителем дисциплины. Только я не ожидал, что это будет единственная девушка в группе.

В классе раздается дружный смешок. Несколько студентов хлопают ладонями по столу, поддерживая её.

Ясно – воздыхатели, которых она шлет лесом.

– В таком случае у вас будут проблемы, – отвечаю спокойно.

– Почему? – Она даже не моргнула. – Вы же должны заинтересовать студентов, разве нет?

– Я никому ничего не должен, – говорю жестко. – Моя задача – дать знания. Ваша – взять их. Всё остальное – ваше личное дело.

Она улыбается шире.

И мне вдруг становится ясно: именно эта девчонка будет проверять меня на прочность.

– Представьтесь, – говорю я и придвигаю к себе журнал. Нет, я и не думаю, отмечать отсутствующих, просто интересно, какая у нее фамилия.

Она лениво откидывается на спинку стула.

– Ася.

Без фамилии.

Она словно нарочно оставляет недосказанность, бросает вызов.

– Начнем занятие, Ася, – я позволяю себе усмешку.

Смех в аудитории стихает. Ребята уловили напряжение и поняли, что шутки кончились.

Я начинаю лекцию. Говорю о рыночных дисбалансах, о реальных кейсах компаний, которые взлетели и рухнули. Студенты пишут, кто-то слушает вполуха. Но Ася не отводит взгляда. Она не пишет. Она будто впивается глазами в каждое моё слово, готовая спорить, искать слабину.

– Пример с «НорденБанком» некорректен, – перебивает она на середине объяснения. – Вы же сами сказали, что в их случае большую роль сыграли не экономические факторы, а политические.

Ага. Попалась.

– Именно поэтому он и показателен, – спокойно отвечаю. – Иногда экономика рушится не из-за формул, а из-за людей, которые принимают решения. И в вашей будущей практике это будет встречаться куда чаще, чем чистые модели.

Она прикусывает губу. Я вижу – ей хочется спорить дальше, но доводы у меня сильнее.

– Продолжим? – я смотрю прямо на неё.

Ася только усмехается и делает вид, что что-то черкает в тетради. Но я знаю: она не сдастся.

Час пролетает незаметно. В конце я закрываю папку и говорю:

– На следующей неделе жду вас с эссе на тему «Провалы крупных компаний: вина моделей или вина людей?».

Аудитория дружно стонет.

– Пять страниц. Максимум.

Студенты собирают вещи. Шум возвращается.

Ася специально задерживается последней. Дерзкая блондинка подходит к кафедре и облокачивается на край стола.

– Вы правда думаете, что сможете нас чему-то научить? – в её голосе вызов.

Я приближаюсь и становлюсь почти вплотную. Она выше, чем я думал. Глаза – светлые, но колючие, как шипы терна. Эх, девочка, не знаешь, с кем хочешь тягаться. Обломаю твои зубки и ойкнуть не успеешь.

– Посмотрим, Ася, – произношу это тихо. – Главное, чтобы вы сами этого хотели.

Она улыбается.

И вдруг бросает:

– А может, это вы чему-нибудь научитесь.

И разворачивается, уходя прочь.

Я остаюсь у кафедры. И впервые за долгое время ловлю себя на том, что в груди – не привычная усталость, а странное чувство. Смесь раздражения, интереса и предвкушения.

Я не знаю ещё, кто она. Не знаю, как она окажется в моей жизни. Но чувствую – именно эта девчонка перевернёт всё.

И вот это уже по-настоящему опасно.

Глава 2

Ася

Коридоры университета всегда пахнут пылью, дешёвыми духами и чужой самоуверенностью. Здесь шумно, словно на базаре: кто-то обсуждает конспекты, кто-то – новые кроссовки, а кто-то – с кем переспал в прошлую пятницу. Я иду по этим коридорам как по сцене: высоко поднятая голова, усмешка, в глазах холод. Пусть думают, что я стерва. Пусть перешептываются за спиной и боятся лишний раз спросить, который час. Так безопаснее.

Я слишком давно поняла, что жалость унижает сильнее любого оскорбления. А я больше не позволю себе быть слабой.

Мама умерла, когда мне было пятнадцать. Сердце не выдержало – слишком много работы и слишком мало сил. Я тогда держала младшего брата за руку и смотрела, как врачи закрывают простыней её лицо. Отец в тот день даже не пришёл. Он пил где-то в подворотне и вспомнил о нас только через три дня, когда заявился с перегаром и криками, требуя денег. Я тогда впервые ударила его – кастрюлей по руке. Он понял, что со мной лучше не связываться, и просто жил с нами в одной квартире, как сосед по коммуналке.

Илья младше меня всего на два года,но я несу за него ответственность. И мне нельзя оступиться.

Я учусь на отлично, потому что хорошее образование и повышенная стипендия – единственный способ выжить. Я до сих пор не верю, что мне удалось поступить в этот ВУЗ, ведь здесь учатся одни мажоры.

Мне повезло – выиграть городскую олимпиаду по математике в выпускном классе, где главным призом было поступление на бюджет в этот университет.

Я знала, что будет тяжело. В этом мире у студентов нет недостатка в деньгах, поэтому мне нужно быть стервой в десятой степени.

Никто из студентов не верит, что я не вылетела отсюда исключительно благодаря своим мозгам. Им проще думать, что я выбиваю оценки скандалами и наглыми улыбками. Пусть думают. Им удобно – мне безопасно.

Сегодня у нас новый профессор.

Данил Аркадьевич Мединцев.

Прочитав в расписании его имя, я ожидала увидеть седовласого старца в очках с роговой оправой и кардигане крупной вязки. Но на кафедре нас ждал высокий молодой мужчина с аурой тайны и опасности вокруг себя.

Слишком прямой и слишком холодный. В его взгляде нет привычного равнодушия, зато есть что-то опасное. Он видит людей насквозь. И это бесит. Поэтому я усмехнулась и перебила его. Проверила, выдержит ли. Но он даже не дрогнул. Ответил так, что у меня внутри всё сжалось от злости… и, чёрт, от странного интереса.

С ним невозможно играть. Он не ведется на мои провокации, не смущается, не раздражается. А когда подошёл ближе – я почувствовала ток по коже. Слишком близко и слишком остро.

Вечером я возвращаюсь в общежитие. Соседка по комнате, Лена, сидит на кровати с ноутбуком и с набитым ртом печеньем.

– Ну как новый препод? – спрашивает она, не отрываясь от экрана.

– Задрот, – фыркаю я, сбрасывая рюкзак. – Думает, что может строить из себя бога.

– Красивый хоть? – она поднимает брови.

Я делаю вид, что не слышу, достаю из тумбочки сигареты.

– Ага, ясно, – Лена усмехается. – Раз молчишь, значит, красивый.

Закуриваю у окна и молчу. Терпеть не могу табачный дым, но он – тоже одна из моих кольчуг. Многие не ждут ничего хорошего от девушки, которая курит. Вот и отлично! Выпуская дым изо рта я говорю без слов: “ Отвалите от меня подальше”.

Делаю затяжку и снова вспоминаю Мединцева. Не собираюсь признавать даже себе, но его взгляд застрял где-то под кожей, будто заноза.

Поздно вечером звонит Илья.

– Ась, у тебя не найдётся пару сотен?

Я закрываю глаза. У самой в кошельке всего на ужин и проезд.

– Илья, – тихо говорю я, – ты же знаешь, что денег нет. Потерпи.

Он вздыхает в трубку, и у меня сердце сжимается. Но я должна быть жёсткой. Если я дам слабину – мы оба утонем.

Поэтому я беру чёрное короткое платье и иду на работу.

Ночной клуб встречает меня гулом музыки и запахом алкоголя, перемешанным с духами и потом. Здесь другая жизнь: яркая, грязная, с хищными улыбками и быстрыми деньгами. Я – официантка. Работаю по ночам, чтобы хватало на еду и одежду для Ильи.

Тут тоже нужно играть роль. Если будешь мягкой – сожрут. Клиенты разные: пьяные, наглые, богатые. Одни пытаются схватить за талию, другие шепчут пошлости. Я улыбаюсь в ответ, скрещиваю руки на груди, резко отодвигаю чужие руки. «Дотронешься ещё раз – без пальцев останешься». Я говорю это тихо, с хищной улыбкой, и мужчины отступают. Им нравится игра, но они чувствуют – я не из тех, кто позволит переступить черту.

Иногда я думаю: во мне столько этой злости и масок, что от настоящей Аси почти ничего не осталось.

Под утро выхожу из клуба. Поджигаю сигарету, но сразу же выбрасываю ее и тушу об асфальт. Рядом со мной никого нет сейчас и притворяться плохой нет нужды.

Решаю дойти до общаги пешком, чтобы хоть немного побыть в тишине еще спящего города. Шагаю по пустой улице и снова думаю о профессоре. О его спокойном голосе, о том, как он не позволил мне победить. И о том, что впервые за долгое время я почувствовала себя не бронёй, не маской, а просто – девушкой.

И это пугает сильнее всего.

И шепчу сама себе:

– Только не вляпайся, Фомина.

Но уже знаю: я всё равно снова пойду на лекцию. И снова попробую вывести его из равновесия. Потому что эта игра слишком сладкая. И, возможно, именно она когда-нибудь меня сломает.

Глава 3

Ася

Общежитие еще спит. Я поднимаюсь по лестнице и чувствую – сегодня воздух странно густой, липкий. Словно день заранее предупреждает: ничего хорошего не будет.