Читать онлайн (Не) Марья Моревна бесплатно

Глава 1. Черный Жнец

При разработке моей матрицы был допущен один изъян, который при выполнении операции мог бы привести к системному сбою и преждевременной активации программы «Конец Мест и Времен», поэтому меня сослали в слабо развитый нижний мир, чтобы я контролировала его смертность.

Богам нужна энергия распада, поток которой я должна поддерживать в этом технологически отсталом мире, где все меня почему-то называют Мареной, хотя мое истинное имя: «П.А.Н.И.А.Д.А.», модель «Черный Жнец».

Я застряла в местном межпространственном континууме под названием «Навь» в заброшенном деревянном тереме, больше похожем на склеп с кучкой таких же бракованных существ.

– Тебе конец.

Это первое, что я услышала от коллег, выстроившихся шеренгой вдоль коридора, когда вышла из черной дыры.

– Нет. Это вам конец, – ответила я.

Они проводили меня хмурым взглядом до обитой железом двери с табличкой «Я.С.Э.», а затем растворились, словно призраки. Точнее, они ими и были, ведь в этом межпространственном континууме обитали исключительно развоплощенные биологические существа, хотя встречались и необычные и редкие биотехнологические сборки, способные крошить металл.

Этот вывод я сделала, стоя перед железной дверью нового руководителя, которая была беспощадно располосована.

Я постучала.

В звенящей тишине дверная ручка жалобно скрипнула, послышался шум множества отодвигающихся штырей и засовов, затем дверь приоткрылась. Повеяло запахом сигарет, алкоголя и терпких духов, после чего появилась белесая мужская голова.

– Вон отсюда! – крикнула она.

За моей спиной раздался звук бьющейся посуды.

Миловидная девушка со светлыми волнистыми распущенными волосами, одетая в розовое платье, уронила поднос и теперь испуганно собирала на него осколки чашек.

– А ты – входи, – сказал мне мужчина из-за двери и махнул рукой, впустив в святая святых, после чего отрезал мне путь к отступлению посредством десятком замков, засовов и цепочек, а также железной кочерги, которой зачем-то подпер дверь.

– Итак, меня зовут Сидер. Я глава расследования магических преступлений языческого славянского эгрегора или просто «Я.С.Э.» этого сектора Нави, – скороговоркой произнес тощий, словно жердь, мужчина в серой облегающей одежде с длинными расклешенными рукавами.

Он указал мне рукой на деревянный стул, у которого была наискось отрублена спинка, а сам уткнулся в мое личное дело, которое здесь было принято писать на скрюченном куске древесной коры.

– Так-так, все понятно, – пробормотал Сидер и нервно закурил сигарету. – Снова у нас новенький «Черный Жнец»? Надеюсь, ты не будешь пытаться покончить с собой, как твой предшественник. У нас здесь немного скучно, да и войн маловато, зато много мелких энергетических нарушений.

Не успела я что-нибудь ответить согласно встроенному протоколу, как он пробуравил меня недружелюбным взглядом и усмехнулся:

– Добро пожаловать и пусть земля тебе станет пухом, – мрачно пошутил он.

Или не пошутил?

Придется улучшить некоторые настройки восприятия контекста.

– Твое дело я изучил, пока ты летела сюда, ругаясь с навигатором. Откуда я знаю? Слежка стоит на всем, даже на воздухе, которым ты не дышишь, поэтому не дыши с оглядкой на последствия, – нервно хохотнул Сидер.

Я все еще не сказала ни слова, ведь мне просто не давали это сделать.

После короткого знакомства в кабинете, Сидер вывел меня обратно в коридор, где начал представлять коллегам, останавливаясь возле каждой наглухо запертой стеклянной двери.

– Елица. Принимает в работу опасные магические дела.

За стеклом сидела та самая миловидная светловолосая девушка. Она метнула взгляд в нашу сторону и испуганно уставилась в исписанный буквами свиток.

– Что с ней? – спросила я, наконец, вклинившись в бесконечный монолог Сидера.

– Ты не немая. Какое облегчение, – усмехнулся он. – Это хорошо, ведь молчуны здесь не живут, как и те, кто стал жертвой ошибок Елицы. Верно, милая?

Сидер постучал в окно девушке и провел ребром ладони поперек своего горла, и та, увидев этот жест, побледнела под толстым слоем белил.

– Ей стыдно. Она слила сведения третьему лицу, из-за чего умер твой предшественник, поэтому сегодня не до тебя. Вечером у нас похороны.

– Он был роботом?

Глава пожал плечами.

– Да, такой же обученный убийца, как и ты. У вас, роботов, мало шансов выжить в магическом мире. Твои тоже ничтожны. А это Диимитрий.

За пыльным стеклом кабинета на столе валялись окровавленные бинты, погнутые ножи и гора пустых бутылок из-под вина.

– Он на месте, вышел, – скороговоркой ответил на мой немой вопрос Сидер и махнул рукой, продолжив идти дальше по коридору.

– Чем занимается этот Диимитрий? – спросила я.

– Он убирает в мире смертных. Чаще, конечно, собирает в кучу ошметки людей, а должен – нежити.

– Он уборщик?

Сидер ехидно улыбнулся.

– Не вздумай его так назвать, иначе сама себя от пола соскребать будешь. Его официальная должность «убийца людей».

***

Вдруг в конце коридора распахнулась дверь, и я увидела молодого мужчину с темными волосами, одетого в нелепую блестящую черную одежду.

Мимо нас просвистел клинок, с силой врезавшийся в обитую железом дверь Сидера.

– Ну вот, опять, – вздохнул он. – Он снова не в духе.

Я догадывалась, что за этой дверью меня ждет главное испытание, и это не Диимитрий.

– А теперь пора представить твоего напарника – человека.

Сидер втолкнул меня в кабинет и закрыл дверь на замок. Я точно знаю, что он навалился на нее всем телом, ведь вижу сквозь стены.

В центре комнаты стоял стол, за которым сидел мужчина в просторной белой одежде, угрюмо уставившись в окно – единственное украшение кабинета.

– Меня зовут, – произнес он и вдруг осекся.

– Я знаю, как тебя зовут, – отрезала он. – Отвечай на вопросы: быстро и четко.

Он бросил на меня взгляд и сперва решил, что я мужчина, ведь по телосложению я высокая, сильная и железная, но увидев мои длинные черные волосы, зачесанные в гладкий хвост, понял, что ошибся.

– Рост? – спросила я.

– 1 м 86 см.

– Низкий, – хмыкнула в ответ. – Вес?

– 92 кг.

– Тощий.

Он вздохнул и скрестил руки на груди, догадавшись, что угодить мне просто невозможно.

– Стаж работы? – спросила я.

– Десять лет в убойном отделе.

– Мало, – фыркнула я. – Заслуги?

– Нет.

– Не удивительно, при такой-то физической форме и опыте, – вздохнула я. – Женат?

– Нет.

– Дети?

– Нет.

– Девушка?

– Уже нет, потому что я умер, – с холодной усмешкой ответил он.

– Отлично. Хоть в чем-то ты преуспел. Родственники?

– Я сирота.

– Чудесно, – произнесла я. – Друзья?

– Нет.

– Прекрасно. Никто не будет досаждать мне, когда ты окончательно развоплотишься до монады, – удовлетворенно произнесла я и сняла черные очки.

Глаза мои вспыхнули алым пламенем.

– Этот человек мне подходит, Сидер, – обратилась я к своему руководителю, который тут же отпер дверь и вошел в кабинет.

На столе уже лежал готовый договор, нацарапанный на вымоченной коре, который мой напарник, не глядя, подписал: «Ивар».

Глава 2. Живой напарник

Ровно в полночь ко мне в подвал ворвался новенький, требуя загробной работы.

Итак, он без стука вошел в мой кабинет, нагло разбудил, поэтому пусть пеняет теперь на себя – пришло время проверить его в реальном деле и посмотреть, чему он там научился за девять месяцев пребывания в коме.

Славно, что в свой первый рабочий день он надел белый халат – прямо как знал, что сегодня ему пригодится саван.

У меня как раз есть одно незавершенное дело в мире мертвых – пора навестить одну мою старую знакомую и заодно проверить боевые навыки этого щеголя.

Мне же попасть в мир мертвых очень легко – достаточно выйти за ворота этого деревянного терема и я на месте, а моему напарнику придется научиться самостоятельно находить дыры и щели между мирами.

Теперь я живу и в мире мертвых, источающих энергию чистого распада, и в мире живых, беспрестанно смердящих начинающимся распадом.

Люди – это стадия распада I согласно классификации МДР, покойники –стадия распада II, а нежить – стадия распада III.

По контракту с «Я.С.Э.» я охочусь на стадию распада III – нежить, которая, будучи уже мертвой, должна умереть еще раз, потому что отказывается выделять энергию распада, приберегая ее для нужд собственного выживания.

Сидер обязательно поправил бы меня на «мы охотимся», но у меня алгоритм не позволяет даже представить такое, ведь всю работу по устранению нежити выполняю я, потому что я самодостаточная машина для убийства.

Мне нужно только одно – приманка: сильная и выносливая, ведь мертвецы меня жутко боятся, а здорового и полнокровного человека – любят, поэтому для выполнения миссий мне нужен напарник.

Живой.

Ивар для этой цели идеально подходит, ведь его душа застряла между мирами, а тело до сих пор живо источает слабый энергетический фон.

Мы уже прошли бурый пустырь за теремом и углубились в лес, в котором то тут, то там стояли обглоданные тенями остовы деревянных изб, уничтоженных в мире живых пожаром.

Кстати, в каком году это было?

Мой процессор после прерванной новеньким перезагрузки барахлит.

Надо сказать Сидеру, чтобы починил его, а то я скоро буду путать места, времена и лица, и точно кого-нибудь случайно уничтожу.

Ничего-ничего.

Скоро я найду целый камень памяти, перезапущу свой процессор, отлажу все ошибки и обновлю систему.

Осталось вспомнить самое главное: как его найти и где находится вход в логово мертвой ведьмы.

Я застыла на месте, пытаясь хоть что-нибудь найти в своей базе данных, пока новенький кружил по поляне, заглядывая под каждый куст.

– Интересно, какой болван построил в лесу сарай? – проворчал он.

Точно, а вот и вход.

– Давным-давно на этом месте стоял дом одной вдовы. Ее муж погиб на войне. Она работала в поле и воспитывала пятерых детей. Потом сошла с ума и убила их – расчленила, запекла в печи и съела, за что получила прозвище «Печкина». Соседи отловили ее и отрубили голову, после чего дом сожгли до основания. Много лет спустя на его месте в мире людей построили сарай, в котором мы сейчас и находимся.

– Чтобы ее изгнать? – спросил новенький и нахмурился.

Я оглянулась по сторонам в поисках нежити, но вокруг не было ни души, что было нормально – у мертвецов III стадии ее нет и в помине.

– Мы будем изгонять призрак женщины из сарая? – еле сдерживая улыбку, спросил напарник.

Он смотрел на меня, словно на сумасшедшую.

– Какие-то проблемы? Или мертвец в сарае – это слишком легко для тебя? – спросила я.

Напарник смерил меня презрительным взглядом и скрестил на груди руки.

– Полная безвкусица. Нужно провести капитальный ремонт. И сжечь ковры. Они воняют падалью, – сказал он и покачал головой.

Если бы я могла удивляться, то сделала бы это, но моя сборка этой функции лишена.

В мире живых в сарае действительно не было ничего, кроме гнилых покосившихся досок, но в мире мертвых я и новенький стояли в ветхой избе, на стенах которой висели багровые линялые ковры.

Я всегда вижу два мира одновременно, но смертным это не дано, кроме таких, как новенький – застрявшим между мирами.

***

Вдруг появилась хозяйка.

Это была изможденная старуха.

Отрубленную голову она примотала к телу белым платком, завязав концы узлом под грудью. Белый фартук был заляпан бурыми пятнами кровоподтеков, а руки – мукой.

Нежить зависла под потолком и внимательно рассматривала новенького, который зачем-то принял защитную стойку, будто старуха решит сойтись с ним рукопашном бое.

Тупица.

Мертвенное лицо призрака исказила жуткая улыбка.

Человек застыл, готовясь к битве.

Старуха резко бросилась на него…

Через мгновение я стояла над бесчувственным телом новенького.

Призрак старухи, яркий и красочный, словно расписная картинка, наворачивал круги под потолком, жалобно причитая:

– Миленькая, я же не знала, что он смертный! Богом клянусь! Думала, что он твой Черный Жнец-муженец! Хотела по-матерински обнять да благословить ваш брак!

– Брак? Моя модель лишена брака. Я вчера провела полную техническую диагностику, – ответила я.

– Я же забочусь о тебе, как мать, Марьюшка, – заскулила нежить.

– Ты не мать, а мой временный информатор из-за проблем с передачей данных в этой Нави, и если новенький через час не очнется, я перережу твою некротическую нить вот этим, – сказала я и попыталась извлечь из руки оружие, чтобы припугнуть старуху, но дистиллят в моем теле резко закончился.

В глазах потемнело, а кожу стало невыносимо жечь.

Мне нужно было срочно выпить мертвой воды, иначе я отправлюсь следом за новеньким, но не в иной мир, а на свалку, ведь для роботов моей модели никакой загробный мир не предусмотрен.

– Верни ему годы жизни, которые украла, – приказала я ей.

– Не могу, родненькая, – развела руками нежить. – Что в мертвеца упало, то пропало. Может его лучше расчленить и запечь, Марьюшка?

– Тебе лишь бы съесть кого-нибудь, – бросила я.

– Так это же древний рецепт воскрешения мертвеца: молодца нужно сперва убить, потом расчленить, затем запечь, после воскресить мертвой водой и пробудить – живой.

– У тебя бывает что-нибудь без расчленения?

– Нет, – мотнула отрубленной головой старуха. – Зато есть рецепт мертвой воды.

– И у тебя она есть?

– В подполе три чекушки. На кладбище настаивала, на свежей могилке и ржавых гвоздиках – все как ты любишь, Марьюшка.

– Наливай, – приказала я.

Я выпила залпом три чекушки мертвой воды.

Процессор ожил, стать работать быстрее, а тело снова стало сильным и послушным. Все-таки домашняя мертовуха лучше любого промышленного дистиллята.

– Где сейчас новенький? – спросила я.

Нежить закатила глаза и впала в транс, медленно покачиваясь в воздухе из стороны в сторону.

– В подземном мире, – выпалила старуха.

– Он спятил? Что забыл в этом вашем Пекле?

– Эта ваше, а не наше Пекло. Не мы его создали, не нам в нем и жариться. Да и говорю тебе, Марьюшка, не человек он, а нелюдь. Я его как куснула, так сразу и поняла – отмороженный он, – пожаловалась нежить. – Зубы чуть об него не обломала, благо, что они у меня теперь железные, а не костяные…

Дело ясное, что дело темное.

Увы, придется вызвать Диимитрия, потому что кодов доступа в Пекло у меня пока нет.

Глава 3. Беглый демон

Я мысленно настроилась на «убийцу людей», и вот, что увидела.

Диимитрий меланхолично курил. И пил. И снова курил. И так по кругу уже сутки после очередной нашей ссоры. Он бы уже помер от такой дозы яда и никотина, если бы не был местным демоном, проклятым еще со времен Белоха.

Или как там его звали? Дивноглаз? Белозуб?

Не важно.

Отлажу базу данных и внимательно изучу.

Важно сейчас то, что он безостановочно пьет и курит, но не чувствует ни вкуса вина, ни запаха сигарет, зато его вредные привычки раздражают других коллег, которые грозятся призвать в мир белых богов, чтобы выселить его в Пекло, как злостного нарушителя общественного порядка и покоя.

Кстати, Диимитрия мечтают прикончить не только его коллеги, но и все местные демоны, ведь утром на завтрак он во всю мощь легких играет на трубе, на обед – шкрябает ногтями стекло, а на ужин – долбит кувалдой пол: вне зависимости от своего очередного местоположения.

Ярость и ненависть окружающих питает его лучше любого семиразового питания в столовой «Я.С.Э.».

Я же была всегда к нему безразличной, чего он мне никак не мог простить.

Ему трудно принять тот факт, что я, хоть и выгляжу, как демоница, являюсь роботом, поэтому он топит свое горе в вине, собирая арсенал бутылок, чтобы затем швырять их, словно копья, в головы потерявших бдительность коллег.

Вдруг в его разуме мой металлический голос произнес:

– Тащи свой магический зад на старое кладбище. Есть дело. Жду.

Диимитрий от волнения даже затушил окурок о ногу, но ожог мигом затянулся, в отличие от штанов, которые он тут же стянул с себя и выбросил с балкона – так он делал со всем мусором, от которого хотел избавиться.

Он тут же вызвал к себе в покои с пометкой «крайне срочно» весь штат обслуживающего его в «Я.С.Э.» персонала, посулив большую оплату, а так как он платил щедро, приехали все.

Одновременно.

После Диимитрий обычно с довольным видом сидел в кресле царя Людовита XIII посреди разбросанных вокруг черных мешков, веревок, лопат и толпы разъяренных людей, готовых устроить массовую бойню, и медленно превращался из побитого молью местечкового демона в элегантного и ослепительно блестящего черного бога.

Я уже ждала его в условленном месте – на безымянной могиле слева от кладбищенского перекрестка.

Диимитрий расправил складки черного чешуйчатого костюма, сбил невидимые пылинки, поправил укладку и, подмигнув себе в зеркальном отражении надгробной плиты, сверкнул белоснежной улыбкой.

– Ты сегодня выглядишь особенно потрясающе, – начал он издалека свою тщательно подготовленную речь. – Тебе так идет этот облегающий черный кожаный костюм.

Я хотела сказать, что он металлический, но промолчала, с каменным выражением лица втащив его на безымянную могилу и поставив рядом с собой, как куклу.

По телу Диимитрий прошла дрожь, ведь я, искусственно созданная богами железная женщина, вопреки всем законам природы и логики почему-то волновала его проклятую демоническую плоть.

Появился паромщик – дух безымянной могилы.

Демон вальяжно достал из кожаного кошелька горсть монет, но я остановила его, дав мертвецу старинный золотой грош.

– Вниз, – приказала я.

Диимитрий оценивающе присвистнул.

Древний грош – это большая в этом мире редкость, а все – из-за его редкоземельного сплава, поэтому мертвецы готовы из-за него головы друг другу оторвать.

Нежить раболепно скрючилась и исчезла, и через мгновение мы уже стояли в ином мире, покрытом копотью, гарью и облаком плотного чада.

***

– Я внимательно слушаю, что за дело такое, – произнес Диимитрий и постарался принять как можно более непринужденную позу.

Я посмотрела на него алыми светящимися глазами и у него почему-то забилось чаще сердце.

Жаль, что он не мертвец, иначе я бы давно его расщепила.

– Даже не хочешь слова мне сказать? – возмутился он. – Сбросила мне телепатически все данные и на этом все? – крикнул он мне вслед, перепрыгивая в дорогих кожаных туфлях лужи со смолой.

– Кто этот Ивар? Почему я ничего о нем не знаю? Ты уже работала с ним? В паре? Наедине?

Я запрыгнула на осколок закопченной мегалитической колонны и огляделась.

Диимитрий тут же переместился ко мне.

– Не трать темную силу. Она сейчас пригодится, – произнесла я.

– Все-таки заботишься обо мне? – спросил демон и пронзил меня томным взглядом.

– Я освобождаю новенького, ты – убиваешь стражей.

– Я не могу, ты же знаешь, – с досадой процедил Диимитрий.

– В базе данных этого мира значится, что «Диимитрий не может ни убить демона, ни быть убитым демоном из-за проклятия, наложенного отцом».

– Там упомянуто, что я царевич? И к тому же очень богатый.

– Написано, что беглый. И врет много.

– Наглый поклеп, – хмыкнул демон.

– Тогда ты освобождаешь новенького, а я убиваю стражей, – сказала я и приняла образ Черного Жнеца, растворившись в пространстве.

Тем временем Диимитрий начал кружить по горелым руинам, будто потерял драгоценную шпильку, медленно принимая образ летающего черного дракона, беспрестанно думая обо мне и бормоча:

– Сумасшедшая. А если она погибнет? Она почти бессмертная, но кто ее собирать будет? Чинить? Сваривать? Людям далеко до технологий древних. Ни одного Черного Жнеца, даже по частям, моя экспедиция в нашем мире так и не нашла. Вот и скажите, где брать детали для ее ремонта?

Немного успокоившись, демон решил, что если спасет сегодня Ивара, то я прощу ему самоустранение прошлого Черного Жнеца.

Это он подвел его под утиль.

Если бы не это, то ноги моей бы не было в этом технологически отсталом мире.

Взлетев в воздух, он направился на самое дно Пекла – в Распадник, где томились души людей, которых должны были переработать в теней и расщепить на первичную энергию.

На удивление Распадник был без охраны.

Всех стражей отправили на подмогу в Железный замок, который я уже атаковала, чтобы отвлечь внимание от Диимитрия. Совсем скоро я все здесь превращу в пыль, ведь в программе разрушения Черного Жнеца заложено тотальное уничтожение.

Новенького в Распаднике не было.

В голове демона возник образ голубоглазого блондина, которого он тут же люто возненавидел и пожелал убить так же, как предыдущего Черного Жнеца, а все потому, что он был мужчиной.

От пленников Распадника Диимитрий узнал, что новенького отвели на Сжигатель.

«Может проблема самоустранилась?» – с надеждой подумал он, а еще он подумал, что в Сжигателе души смертных обычно не выживают, значит, и спасать больше некого, но решил все же самолично убедиться.

Диимитрий издали увидел Ивара у каменного столба, он был обмотан цепями.

Новенького защищал ослепительный золотой свет, который не давал приблизиться к нему ни теням, ни демонам.

Диимитрий принял человеческий образ и подошел к моему напарнику, чтобы рассмотреть золотые кольчужные узоры, теперь покрывавшие все его тело.

«Что это за хрень?» – подумал демон.

Он вложил всю мощь темной силы в смертельный удар, целясь в сердце новенького, а затем вскрикнул и с трудом поднял левую руку, сломанную в четырех местах.

Ругаясь, как беглый сапожник, а не беглый царевич, Диимитрий снова принял образ черного дракона и унесся в Навь, потому что Ивар уже очнулся на полу сарая.

Глава 4. Языческий бог

«Слежка стоит на всем, даже на воздухе, которым я не дышу» – так сказал мне при первой встрече мой руководитель, поэтому я зашила это наставление в свой протокол поведения.

С тех пор я постоянно за всеми слежу и за Сидером – тоже.

Сейчас, например, он беспокойно дремлет на матрасе, расстеленном на балконе нашего трухлявого деревянного терема.

Ему снова снится, что он на поле боя в I эпохе цивилизации древних богов. Он должен любой ценой победить, даже если погибнет вся его армия, но он вдруг ослушивается приказа и отступает.

Единожды выслушав его жалобы на дурные сны и тревожность, я посоветовала завести ему питомца.

Поразмыслив, Сидер завел себе плюшевого медведя по имени Малоед, и теперь носил его с собой в сумке, посматривая на него во время собраний в мире мертвецов, духов и особенно – богов, где работу его магического отдела, как всегда, разносили в пух и прах.

Но вдруг приключилось невероятное: в ночном небе настежь распахнулись небесные межпространственные врата и на спящего Сидера упал луч света, который переместил его прямо за овальный стол Совета древних богов – в серых носках с оленями и Малоедом под мышкой.

– Сидерит из небесного клана богини Седун, объясните, почему подконтрольная вам группа магических существ разрушила Пекло и убила царевича Дарко из демонического клана Черного Змея?

Челюсть моего руководителя едва не упала на пол, когда ему показали на зеркальной поверхности овального стола сцену беспрецедентного вандализма, который я с большой готовностью устроила. Крупным планом сняли мое лицо, а также в замедленной съемке – все этапы технологического превращения в Черного Жнеца.

Новости о появлении нового стального демона взбудоражили всех местных обитателей.

Должна признаться, что предыдущая модель Черного Жнеца, с которой они были знакомы, была настолько устаревшей, что едва годилась на то, чтобы называться роботом-убийцей.

– Это был ваш приказ? – строго спросил дух бога Правосудия и у моего руководителя внезапно затряслись коленки.

– Да полно вам, – вступился за Сидера дух бога Войны, развоплотившегося во II Эпохе цивилизации древних богов. – Сидерит – самый выдающийся трус всех времен и народов, поэтому никогда не смог бы отдать такой дерзкий приказ.

– У вас ровно три месяца, чтобы посадить на подземный трон наследника демонического клана Черного Змея, иначе срок вашего заточения в этой мире продлится на еще одну цивилизацию людей.

– Нет! Только не еще одна цивилизация людей! Я согласен окаменеть! – в отчаянии крикнул Сидер и стиснул плюшевого медведя. – Я молю Судий об абсолютном распылении!

– Вечная жизнь в Яви – это ваше божественное наказание, – холодно напомнил дух бога Правосудия, – срок продления которого не ограничен.

Сидера тут же бесцеремонно вытолкнули обратно на балкон в Навь.

Он с тоской посмотрел на звездное небо, в котором закрылись небесные врата, посадил Малоеда на матрас, взял железную кочергу и пошел на разборки со своими подчиненными людьми, духами, демонами и роботами.

***

– Козлоногие демоны! – дико орал языческий бог. – Разрушили Пекло, и теперь мир людей захлестнет конец света! А мне потом снова создавать цивилизацию людей!

Гневную тираду начальника прервало цоканье каблучков Елицы.

– Опоздание! Штраф! – крикнул Сидер и замахнулся на миловидную девицу железной кочергой, словно магическим жезлом, и с лица девушки спали белила вместе с кожей, обнажив белый череп.

– Познакомьтесь! – неистовствовал языческий бог. – Это наша красавица Елица и Полуденница! Убийца Черных Жнецов и его напарников!

– Постойте-ка, – деловито вмешался Диимитрий. – Убийца Черных Жнецов и его напарников – это я. Елицу наоборот надо наградить. Она мне ни разу не дала, хотя я дико ее искушал. Хотя постойте, припоминаю: один раз все же дала. Я как-то застукал ее без магического макияжа в библиотеке…

– Елица тратит всю личную силу на создание морока красоты, а не на развитие боевых навыков, что неудивительно, ведь она урод, – прокомментировала я, отвечая на молчаливый вопрос новенького.

– Молчать! – Сидер замахнулся на меня железной кочергой, и я тоже лишилась человеческого облика, обнажив свой впечатляющий металлический каркас.

Диимитрий оценивающе присвистнул.

– Зачем понеслась в Пекло?! Без моего ведома! Ивар в рубашке родился! Его не надо спасать! Да он всех нас переживет! – яростно вопил языческий бог.–Точнее, всех вас! – тут же поправил себя Сидер, вспомнив, что в отличие ото всех нас проклят божественным бессмертием.

– Что значит «в рубашке»? – вдруг полюбопытствовал Ивар.

– Это значит, что если я тебя убью, то ты не сдохнешь, – ответил Диимитрий. – На тебе магическая защита от смерти от сверхъестественных существ, таких, как я, Сидер, Паниада и Черепок.

– Молчать! – не унимался Сидер. – А ты зачем пошел в Пекло?! Теперь нас подозревают в убийстве последнего наследника клана Черного Змея! Нам всем конец! На подземный трон больше некого посадить, – устало сдался Сидер и, наконец, перестал махать железной кочергой.

– Диимитрий – последний наследник демонического клана Черного Змея, – вставила я. – Его и посадим.

– Это кто кого еще посадит? Я незаконнорожденный! И не дам себя никуда посадить! – крикнул демон и резко вскочил на ноги.

Он хотел было сбежать, но я мгновенно перегородила ему путь.

– У меня твой саркофаг, – с угрозой в голосе произнес Сидер, крепко вцепившись за железную кочергу.

– И? – со смешком спросил демон.

– Ты не понял меня, – медленно повторил языческий бог. – У меня. Твой. Саркофаг.

Диимитрий вдруг извлек из нагрудного кармана сигару с темной силой, прикурил от пекельного огня из кончика своего пальца, жадно затянулся дымом, а затем материализовал кресло Людовита XIII и вальяжно сел в него, закинув ногу на ногу.

– Чем докажешь?

– Этим жезлом, – произнес Сидер. – Если ты не явишься на встречу со своим отцом, Черным Змеем, то клянусь Небом и Землей: я всажу эту кочергу в твое спящее в саркофаге тело – прямо в сердце.

– Не в зад, и на том спасибо, – съязвил демон.

Сидер вдруг зачитал состав найденного в каком-то параллельном мире в отложениях Докембрия каменного саркофага, внутри которого спало некое существо рептилоидной расы.

Диимитрий изменился в лице.

– Так где там папа? Спешу заключить его в объятия! Не виделся с ним уже несколько сотен тысяч лет! – нервно воскликнул демон и затушил окурок.

– Вы не виделись 60 миллионов 345 тысяч лет, – поправила его я.

– Как быстро летит время в этой Яви, – сказал Диимитрий и приподнял бровь, снова попытавшись сбежать, тут же очутившись на полу под моим железным корпусом.

– Если бы ты не была такой холодной и тяжелой, мне бы это все очень понравилось, – простонал беглый демон.

– Демоны будут праздновать смерть царевича Дарко сорок дней. Просили их не беспокоить. Я знаю, что у тебя есть протокол уничтожения демонов. Временно заблокируй его, пока мы не посадим на трон Пекла их представителя.

– Паниада, убей их всех. Демонов здесь расплодилось, как тараканов, – прокряхтел Диимитрий. – От радости в мире духов пойдут дожди.

– Не пойдут, – ответила я. – Мой протокол уничтожения повредился из-за перемещения в эту дыру, иначе я бы давно тебя убила, демон.

Глава 5. Гиблое место

– Надень лицо, страшно ведь, – сказал Ивар и содрогнулся, взглянув на череп Елицы.

Они ждали меня возле ворот терема, чтобы отправиться на практику в мир мертвых. Сидер провожал их, то и дело посматривая на напольные песчаные часы.

– Не могу я тут с вами торчать. Боюсь, что царский сын сбежит, – сказал он и растворился в воздухе, переместившись на третий этаж, где в магической ловушке сидел Диимитрий.

Ивар задумчиво почесал ухо и тут же получил крепкую затрещину от меня в образе Черного Жнеца, держащего за ниточку полупрозрачный белый воздушный шарик.

– Отряд, слушай команду! – рявкнула я. – Идем в мир мертвых колонной! Всем строго соблюдать правила выживания!

– Какие? – недовольно спросил новенький.

– «Убивай или умирай», – шепотом подсказала Елица. – «Кодекс войны древних богов», автор неизвестен.

– Людей не есть, – строго приказала я воздушному шарику, ткнув в него стальным ногтем.

– Здесь каннибалов нет, – усмехнулся Ивар.

– Как это нет? А я? – отозвался голосом мертвой старухи воздушный шарик.

– Это что за хрень?! – испуганно воскликнул Ивар и отскочил в сторону, спрятавшись за Елицу.

– Не хрень, а Печкина, – пояснила я. – Ее надо выгулять, иначе весь рабочий периметр загадит. Она ест все подряд, даже деревянный забор, поэтому он и рассыхается.

Я отдала Ивару воздушный шарик и сказала:

– Крепко держи ее за нить жизни. Печкина – опасная и сильная нежить. Пусть гавкает на покойников и кусает мертвецов. Следи, чтобы на могилы не гадила, иначе сам за ней убирать будешь. Дай ей обнюхать себя и укусить за сапог, – добавила я. – Ей надо как-то отличать тебя от еды. Держи мясо. Привяжешь ее мертвечиной на кладбище, чтобы не сбежала.

Ивар, бледный, как полотно, взял воздушный шарик за некротическую веревку.

Я приказала Печкиной превратиться в собаку, и та обернулась белым пуделем с черепом вместо головы.

– Какой милый песик, – сказала Елица и погладила нежить, и та вдруг заскулила.

– Ты сейчас в образе Полуденницы, – напомнила я девушке. – Если убьешь Печкину, вместо нее на поводке гулять будешь.

Девушка смутилась, но на ее белом черепе это никак не отразилось.

– Почему именно я выгуливаю «это»? – снова встрял недовольный Ивар. – Елица отлично ладит с нежитью! Пусть «это» и ведет на прогулку!

– Только через мой труп! Эта поганка бледная пять лет моей жизни сожрала! Чтобы ей пусто было! Нежетеубийца проклятая! – прогавкала нежить.

Наш отряд прибыл на место через полуразрушенный древний канализационный люк.

Теперь мы стояли посреди улицы, окруженные шумной толпой чудаковато одетых людей, которые нас в упор не замечали.

– Почему мы переместились в мир живых? – спросил опять новенький.

– Мы в мире мертвых, – ответила я. – Смертные – это мертвецы I степени распада, но нас сейчас интересуют другие их разновидности.

– В Классификации древних богов сказано: «Все, что подвержено смерти – суть мертвые, все, что бессмертно – суть живые», – процитировала Елица.

– Ты же вроде блондинка. Почему такая умная? – спросил Ивар и вдруг улыбнулся.

Он попал в этот мир из параллельной Яви, как и я, поэтому порой говорил загадками. Никакой связи между цветом волос и уровнем интеллекта мой искусственный интеллект не выявил.

– Чую пищу, – гавкнул пудель и с громким лаем потащил Ивара к заросшему саду, обнесенному забором, который оказался осколком старого заброшенного кладбища в центре этого средневекового городища.

Я запрыгнула на замшелый могильный камень, очертив вокруг себя круг мечом «Рассекатель Небес».

Вдруг все звуки стихли. Резко потемнело. От земли поднялся туман. Воздух заполонила трупная вонь.

Пудель носился по кладбищу, пока Ивар не привязал его к могиле, на которой я кружилась волчком, разбрасывая куски мяса и приговаривая «гули-гули».

– Что она делает? Кормит пса? – настороженно спросил у Елицы новенький.

– Это обряд призыва, – ответила девушка, сосредоточено всматриваясь в туман. – Гулей.

– Голубей? – не понял Ивар.

– Почти.

***

Вдруг могилы начали шевелиться.

Могильные камни настежь распахнулись, словно двери, и из них начали выползать какие-то дымчатые остатки людей: без рук, без ног и даже без голов.

Все они спешили к мясу, в которое жадно вгрызались, дико рыча друг на друга.

Постепенно они принимали человеческий облик: вставали с колен на ноги, отращивали отсутствующие конечности и широко распахивали зубастые рты.

Ивар насчитал дюжину мертвецов и вдруг спохватился, что у него нет ни оружия, ни знаний, чтобы убить эту нежить.

– Эй, ты нас будешь чему-нибудь учить, Паниада? У тебя там что? Процессор завис? – нервно спросил он, взволнованно озираясь по сторонам.

Вдруг ему в лоб прилетел кусок мяса, а затем ослепительно белый костюм новенького подвергся настоящему мясному обстрелу.

– Спятила?! Кровь же не отстирывается! – крикнул он мне.

– Урок номер один, – отозвалась я. – «Идя на дело, не надевай белое».

– Дай оружие! – заорал Ивар, уже бегая туда-сюда по кладбищу.

Я игнорировала его крики о помощи, ведь сосредоточенно чистила доспехи, сидя в созданном мечом круге, изолирующим меня от нежити, духов и людей, затем переберу весь арсенал оружия, спрятанного в корпусе моего тела.

– Урок номер два, – наконец отозвалась я, проведя полный технический осмотр. – «Кто с собой меч носит, о помощи не просит».

С этими словами я перевела взгляд на Елицу, изнемогающую под атаками мертвецов. Они безжалостно погрызли ее в надежде полакомиться ее жизненной силой.

– Елица, ты Полуденница, – не выдержала я. – Забери энергию у нежити и влей в себя. Работай, как упырь. И хватит реветь. Подумаешь, откусили пальцы. Новые скоро отрастут. Ты же, в конце концов, тоже мертвец.

– А мне помочь не хочешь?! – крикнул Ивар.

Он каким-то образом умудрился залезть на дерево в саду.

– Делаешь успехи, новенький, – довольно хмыкнула я, надевая черные очки. – Тогда урок номер три: «Кто местность знает, тот глупо не умирает».

Из дупла вдруг выскочила мертвая девочка с выклеванными глазами.

– Что это?! – завопил новенький, загнанный нежитью на самую макушку дерева, на которой раскачивался из стороны в сторону, словно флаг на ветру.

– Дети! – воскликнула Елица, которая последовала моему совету и уже убила шесть мертвецов.

– Это тренировочный пространственно-временной разлом, называемый людьми «гиблым местом», – отчеканила я, подпиливая бормашиной стальные ногти. – До войны здесь был монастырь, в котором сгорело восемьдесят девять монахинь, а сто лет до этого – больница для больных чумой, а еще столетие назад – усадьба, в которой княгиня жестоко убивала своих дворовых…

– Все ясно! – крикнул уже из кустов Ивар, все-таки свалившись с дерева на землю, где его окружила плотным кольцом нежить. – Место, где все умирают!

Через три часа он очнулся, застонал и произнес:

– Не бойся, говорили они, если умрешь, то воскреснешь, говорили они…

– Урок номер четыре, – сказала я. – «Двум смертям здесь не бывать, ведь их будет сорок пять».

И продолжила раскидывать по кладбищу куски мяса, без устали, как заведенная, повторяя «гули-гули».

Глава 6. Холодная месть

Больше никто, кроме меня, не называл Ивара «новеньким», даже Диимитрий.

Правда, демон вынужденно молчал – Сидер временно лишил его голоса, ведь пленник вконец достал его своими разговорами и шуточками.

Елица души не чаяла в бесстрашном герое, которым стал для нее Ивар. Она почти на руках вынесла его из временной петли, где он, как я и обещала, умер сорок пять раз, прежде чем дошел до нежити эпохи кроманьонцев.

На моих глазах глупый, наивный и слабый новичок, наконец-таки, превратился в матерого нежитеборца, разрывающего голыми руками мертвецов.

В гиблом месте время течет иначе, поэтому я, Елица и Ивар вернулись в терем через три часа, в то время как по ощущениям провели во временной петле около трех лет.

Человеку вообще могло показаться, что он находился в гиблом месте все тридцать три года, ведь для таких, как он, время здесь течет по-иному.

После такого обучения экстерном, он спал несколько суток подряд, мучаясь кошмарами, в которых снова и снова убивал мертвецов.

Я тем временем погрузилась в спящий режим в капсуле восстановления, которую все здесь называют «саркофагом», так как полностью истощила весь запас дистиллята, который заменял в моем теле кровь.

Сидер тем временем поставил Ивару диагноз «ПТМР» – посттравматическое магическое расстройство, и дал ему волшебные пилюли, но после сорока пяти смертей, которые официально причислены классификатором МДР к категории естественных, ведь были спровоцированы умершими людьми, у него выработался такой стойкий иммунитет к магии, что колдовство языческого бога на него не подействовало.

Затем Елица все никак не могла поставить новенькому капельницу, ведь его магическая рубашка мутировала в биологическую, сделав кожу непробиваемой броней, которую не брали не то что иголки, а даже, наверное, бронебойные снаряды.

Постепенно Ивар вернулся к своей обычной загробной жизни: утренним пробежкам, физическим тренировкам, шестиразовому питанию, восьмичасовому сну и чтению книг по истории древних богов.

У него появилось новое хобби – изучение всех способов уничтожения робота-убийцы модели «Черный Жнец».

Я рада за него.

Наконец, он перестал ныть, что ему нечем здесь заняться и просить какую-нибудь работу.

– Перетащи в подвал восемь баллонов дистиллята. Елица тебе все покажет, – как-то сказал Сидер новенькому, который только что вернулся с тренировки на мечах.

На головы всех манекенов были надеты ведра с надписью «Паниада».

Я слушала и видела все происходящее в фоновом режиме, продолжая проводить техническое обслуживание в своей капсуле восстановления.

Ивар с каменным выражением лица спустился в подвал следом за Елицей, которая теперь даже на прогулку с Печкиной надевала каблуки, короткое платье с декольте и милое кукольное личико, неизменно обрамленное кукольными локонами.

Не видя ничего перед собой, кроме моего черного саркофага, Ивар за пару минут перетягал в мою комнату все баллоны с дистиллятом и собрался уже уходить, как вдруг Полуденницу вызвал в кабинет Сидер по срочному делу.

Убедившись, что рядом никого нет, новенький сдвинул плиту с моей капсулы и заглянул в стеклянный гроб, заполненный дистиллятом, в котором я плавала.

Ивар перевел дыхание, чтобы успокоить сердцебиение, что было весьма разумно.

Он несколько недель планировал мое убийство, даже залез в бумаги Елицы, чтобы найти техническую документацию по моей модели, из которой он и узнал все особенности строения моего железного тела.

Сейчас он жутко волновался, ведь если он ошибется и перережет не тот шланг, то я распылю его на атомы.

***

Из технической документации новенький также узнал, что в моем корпусе спрятан меч «Рассекатель Небес» – универсальный расщепитель любой материи, и это помимо множества другого оружия, о существовании которого эта слабо развитая раса даже понятия не имела.

Стиснув дрожащей рукой скальпель, новенький коснулся им моей синтетической кожи на шее, чтобы перерезать шланг, но вдруг замер, услышав стук каблучков Елицы.

Боясь быть пойманным на месте преступления, он схватил первый попавшийся баллон и сделал вид, что усердно наполняет раствором дистиллята мой гроб.

– Ой! – воскликнула Полуденница. – Не знала, что Сидер уже провел тебе инструктаж по обслуживанию Паниады.

– Угу, – кивнул Ивар, продолжая работу.

– Постой…

Елица вдруг побледнела, глаза ее расширились, а губы задрожали.

– Ты точно уверен, что в баллоне дистиллят, а не обычная вода? – спросила она.

– В чем дело?

– Обычная вода для Паниады – яд…

Ивар перевернул баллон, на котором красовалась белая надпись: «H2O».

– Теперь нам точно конец! – воскликнул Сидер, когда Елица и новенький доложили ему о моем отравлении.

Языческий бог теперь сидел в магической ловушке вместе с Диимитрием, с ужасом ожидая моего появления, ведь я робот-убийца, созданный, чтобы разрушать миры, а не какие-то хлипкие погорелые межпространственные терема в Нави.

– Ивар?! – вдруг затряс нежитеборца Сидер. – Сколько ты влил воды?!

– Восемь литров, – ответила за него Полуденница.

– Тогда нам остается только умереть, – с ухмылкой ответил демон и материализовал кресло покойного царя Людовита XIII, в которое тут же уселся. – А точнее вам троим. Проклятие! Сидер, ты тоже бессмертный. Елица, Ивар, было неприятно с вами познакомиться, но зато очень приятно попрощаться.

Вдруг стена с грохотом рухнула, и появилось я: наполовину робот, наполовину человек, с восемью руками, в каждой из которых было по оружию.

– Нужно срочно ее остановить, – сдавленным голосом произнес Сидер, увидев в моей руке термоядерную бомбу, после чего обречено вышел из магической ловушки.

Мой духовизор барахлил, поэтому я наугад рубанула мечом воздух, создав «Рассекателем Небес» в центре деревянного зала черную дыру, из которой на пол вывалилась липкая куча полураспавшейся материи.

– Что остановит робота-убийцу? – вдруг запаниковал Ивар.

– По-видимому, только вода, – спокойно ответил Диимитрий, задумчиво раскуривая сигару с темной силой. – Где ты нашел саркофаг Паниады, Сидер?

– На севере! В Легедонском океане! Во льду! – выкрикнул языческий бог, сражаясь со мной железной кочергой, которая только на вид таковой казалась.

– Чудно, – выдохнул дым демон. – Тогда заморозим ее, и дело с концом.

– Где заморозим?! – крикнул новенький, видимо, окончательно потеряв самообладание.

– Ну, конечно! – вдруг озарило светлую голову Елицы. – Она прилетела на обледеневшем метеорите! И мирно спала, пока мы ее не разморозили! Надо снова заманить в ледник!

– И как мы это сделаем? – спросил Ивар.

– Нежитью, – ответил демон и глянул на Елену. – Или Черепком. Она такой же мертвец, только свой.

– Нет! Печкиной! – приказал Сидер.

Елица кивнула и вытащил из созданной мной черной дыры призрак перепуганной старухи, приказав ей подразнить меня, а затем спрятаться где-нибудь в глубине Вийморского ледника.

Я зафиксировала нежить и сразу же бросилась за ней следом, послушно угодив в расставленную ловушку, ведь мой протокол уничтожения мелкой нежити и нечисти был выставлен в качестве приоритетной задачи.

Уничтожение миров я могла заниматься только в перерывах между выполнением основной миссии.

Глава 7. Новый царь

– Неужели сорок дней уже прошли? Я так привык к этой ловушке, что меня даже не раздражает отсутствие ремонта в этом гадюшнике, – со вздохом произнес Диимитрий.

За беглым царевичем пришла толпа демонов, одетых в черные блестящие одежды.

Один из них держал светоотражающий зонт над владыкой демонического клана Черного Змея, носителем духа которого был обычный человеческий мальчик лет девяти.

– Папа, такие подселения давно уже не в моде. Не мог выбрать что-нибудь более впечатляющее? – спросил Диимитрий и покрутил в пальцах сигару с темной силой, хаотично соображая, как ему в очередной раз сбежать.

– Это мой новый сосуд. Я в него недавно вселился, – тоненьким голоском ответил Змей Змеевич. – Собирайся, пора представить тебя тайному правительству в качестве нового владыки Пекла. Сам знаешь, без него во всех трех мирах воцарится хаос, и тогда Конец Мест и Времен наступит намного быстрее, чем ожидалось.

– Я еще слишком молод, чтобы нести такое бремя, – тянул время демон.

– Да ты старше даже меня! Когда отец тебя проклял, я под стол пешком ходил! – выпалил Сидер, который битый час пытался выпроводить демонический выводок Змея Змеевича из своего потустороннего терема.

Помимо хлопот с несостоявшимся отцеубийцей Диимитрием ему хватало проблем с черной дырой-убийцей в центре комнаты, мной, роботом-убийцей модели «Черный Жнец», убийцей нежити Елицей, влюбленной в убийцу роботов Ивара, которого обучал он – бог-убийца сотен тысяч древних убийц.

Сидерит снова задумчиво почесал лоб.

Я тоже думаю, что в этом тереме здесь слишком много разрушителей на один квадратный метр, и это не к добру.

Озадачившись этим, глава исчез, оставив беглого царевича наедине с семьей.

Под моим пристальным надзором демоны освободили Диимитрия из магической ловушки, надели ему на руки бронзовые наручники и переместили к входу в Пекло.

Я сопроводила их до врат в подземный мир в виде обломка летающего корабля, который местные почему-то называют Бочкой.

– Стойте! – вдруг воскликнул Диимитрий и замер на пороге Пекла. – У меня есть последнее желание!

– Какое? – тоненько спросил Змей Змеевич и прищурился.

– Я хочу жениться.

– Ты настолько отчаялся? – с усмешкой спросил владыка демонов. – Черная Провидица предрекла тебя смерть от любви, но, даже умерев, ты не избавишься от меня. Я сделаю тебя царем подземного мира, даже если ты замуруешь себя заживо в саркофаге. Опять.

Диимитрий замотал головой.

Предполагаю, что сейчас больше всего на свете он мечтал оказаться замурованным в своем убежище в параллельном мире.

– Что ты, папа! Это брак по расчету! Эта девушка намного холоднее и расчетливее тебя! Тебе понравится! – воскликнул демон и широко расставил ноги, упершись ими в порог Пекла, прекрасно понимая, что его ждет не только вечное заточение в подземном мире, но и суровое наказание за участие в дворцовом перевороте и попытке убийстве собственного отца. – Я хочу взойти на подземный трон настоящим… мужчиной!

– Ты-то? – снова усмехнулся Змей Змеевич.

– Я хочу жениться на девушке, которая, правда, совершенно этого не желает…

– Не любит тебя? – решил по-отечески поговорить с блудным сыном Змей Змеевич. – Если не любит – приворожим насмерть.

Диимитрий мотнул головой.

– Мертвая что ли? Тогда оживим. У меня темной силы столько, что я оживлю труп любого срока давности смерти, – добавил владыка демонов.

Царевич снова хотел что-то сказать, но отец нетерпеливо его перебил.

– А теперь в чем тогда дело?

– Она немного со стальным характером… У нее такой жесткий металлический… каркас. И воля…

– Ну, говори, не тяни время!

– Она робот.

***

Змей Змеевич на миг задумался, повернувшись лицом к входу в Пекло.

– Ты даешь свое отеческое благословение? – вкрадчиво спросил Диимитрий.

– Даю, – ответил Змей Змеевич, и уже было собрался переместиться, как беглый царевич снова его отвлек.

– Она тот самый робот, который убил твоего любимого восьмого сына Дарко.

Владыка демонов довольно хмыкнул.

– Поделом ему. Этот подонок всех достал. Полностью поддерживаю невестку, – детским голоском ответил Змей Змеевич и собрал темную силу, чтобы переместить свой демонический выводок в Пекло, как Диимитрий снова продолжил тянуть время:

– Согласно предсказанию Черной Провидцы она уничтожит цивилизацию демонов.

Владыка застыл на месте, затем щелкнул пальцами, материализовал черный свиток, подписал, капнул на него черной кровью и вручил сыну.

– Что это? – с надеждой спросил Диимитрий.

– Приказ о твоем добровольном отречении от подземного трона. Ты недостоин быть царем Пекла.

Демон с облегчением выдохнул и прижал к груди приказ о долгожданной свободе.

– «Темные силы Пекла, внимайте моему приказу! – торжественно объявил Змей Змеевич всем обитателям подземного мира по телепатической связи. – Царицей подземного мира станет робот-убийца… Как зовут невестку? – вдруг шепотом спросил он у сына.

– Паниада, – растеряно ответил Диимитрий.

– …Царицей подземного мира станет робот-убийца Паниада согласно VI Завету древних богов «Что нас убивает, то пусть нами и повелевает», – закончил вещать повелитель демонов.

– А что с этим тогда делать? – вдруг спросил телохранитель Змея Змеевича и ткнул пальцем в Диимитрия.

– В Распадник его. Пусть гниет там до Конца Мест и Времен, – равнодушно распорядился глава и махнул рукой.

Демоны скрутили царевича и надели на него железный ошейник, блокирующий любые превращения и перемещения.

– Папа, за что?! Я же твой любимый младшенький…

– И отцеубийца, попытавшийся давным-давно свергнувший меня с престола вместе со своими братьями. Вечно вам за это гореть в Пекле, – повторил Змей Змеевич то самое проклятие, которое превратило всех его некогда прекрасных детей в уродливых демонов, горевших на солнце, словно солома.

– Папа, прости! Я был молод и глуп! Оступился! – крикнул Диимитрий, теперь цеплялся за любую возможность выжить.

– «Преступления против семьи и рода не имеют срока давности», III Завет древних богов», – равнодушно процитировала я Кодекс, следуя за вереницей демонов в подземный мир.

Диимитрия повели к Распаднику, где сгинуло множество могучих героев прошлого, ставших легендами.

К сожалению, этот демон не был тщеславен, поэтому становиться легендой не захотел и стал требовать отмены приказа Змея Змеевича.

– Неправомерно! – теперь кричал беглый царевич. – Я последний потомок демонического клана Черного Змея! И требую отмены приказа о назначении робота-убийцы Паниады царицей Пекла! Указанное лицо лишено демонической черной крови, а, значит, и магической темной силы, необходимой для управления подземным миром! Только у меня, последнего из клана Черного Змея, есть право крови! Подземный трон – мой!

Вдруг Пекло содрогнулось. Поднялся ветер.

С Диимитрия внезапно спали оковы, и он с наслаждением растер запястья и шею, и вдруг рухнул в сажу, ведь ему на плечи опустилась огромная тяжесть, которая навечно припечатала его к тверди подземного мира.

– Сигареткой с темной силой не угостишь? – прохрипел он мне из лужи серы, с трудом перевернувшись на спину.

– Не курю, – ответила я. – Есть только бормашина.

Глава 8. Магическое дело

– У нас магическое дело! – с криком ворвался в мой подвал Сидер, размахивая куском коры, на котором был написан доклад Елицы.

Я лежала в саркофаге и проводила очередную полную техническую диагностику своего тела.

Ивар терпеливо снимал показания с моих приборов.

Процессор повредился после экстренной заморозки и разморозки, что грозило появлением новых непредсказуемых ошибок, которые могли привести к очередному внезапному концу света.

– Бесполезно, – с раздражением произнес новенький и скомкал тряпку, вытерев дистиллят с моего корпуса. – Тебя нужно полностью перебрать. Нельзя идти на дело. Даже в боевой режим войти не можешь.

Сидер удрученно покачал головой.

– Плохо дело, – сказал он. – Следи за ней, чтобы не выкинула чего, особенно какую-нибудь термоядерную бомбу, а я продолжу поиски камня памяти прошлого Черного Жнеца. Может, это поможет. Но магическое дело я уже взял в работу, так что, Ивар, отправляйся в мир людей.