Читать онлайн Следствие ведут: дело Аль ин Бу бесплатно

Глава 1. Ах эта ваша Турция

Здание аэропорта пылало в раскаленных лучах солнца, но стоящим на парковке таксистам не было никакого дела. Каждый из них был занят своими заботами. Кто-то разговаривал, кто-то читал в телефоне, а кто-то просто сидел. Люди входили и выходили из здания. Туристы, только прибывшие, выделялись тем, что озирались по сторонам, а бывалые, просто шагали дальше тарахтя чемоданами.

В пылающий зной солнца вышла одиозная парочка, которая привлекла внимание таксистов на парковке. Женщина, которой не дашь больше 30 лет, с копной рыжих волос, выбивающихся из-под широкополой шляпы с воланами, в легком летящем платье цвета топленого молока и изящных сандалиях на платформе, катила свой небольшой, но увесистый чемодан. Ее голубые глаза за стеклами очков-лисичек искрились энтузиазмом, а на губах играла предвкушающая улыбка.

За ней, в коротких джинсовых шортах и свободной футболке, шла девушка-подросток с ярко-красными, почти пурпурными волосами, уложенными в небрежные кудри. Ее лицо выражало смесь раздражения и усталости, тонкие брови были недовольно сведены, а губы сжаты в тонкую линию.

Елена, именно так величали женщину, продолжала оживленно жестикулировать свободной рукой, словно дирижируя невидимым оркестром. Движения ее были энергичными и немного театральными, каждое слово сопровождалось выразительным жестом. Платье развевалось при ходьбе, подчеркивая ее стройную фигуру, а шляпа добавляла образу нотку эксцентричности.

Анна, ее любимая и неповторимая дочь, шла, засунув руки в карманы шорт, ее плечи были напряженно приподняты. Время от времени она поправляла выбившиеся пряди волос, которые то и дело падали на лицо. Ее походка была нарочито неторопливой, словно она пыталась замедлить происходящее.

Их контраст был настолько ярким, что невозможно было не обратить на них внимание. Елена, словно сошедшая с обложки модного журнала, излучала оптимизм и жажду приключений. Анна, воплощение подросткового максимализма, явно мечтала оказаться где угодно, только не здесь.

– Не, ну ты только подумай, какая красота, первый за 7 лет отпуск. Море, солнце, пляж. Мне все подруги уши прожужжали, что Турция в это время просто шикарна для отдыха. – Достаточно громко вещала молодая женщина, не сбавляя шаг. Ее рыжие локоны, выбивающиеся из-под шляпы, игриво обрамляли кругленькое личико, а огромные, голубые глаза, восторженно смотрели через очки-лисички на окружающие пейзажи.

– Мам, а мы точно туда прилетели? – Неуверенность тона девушки подчеркивала ее поза, то, как она осматривала все вокруг.

– Да! – Уверенно и громко отвечала женщина дочери.

– Но это не особо похоже на Турцию… – Снова неуверенно произнесла девушка, озираясь по сторонам.

– Как это не похоже?!!! Песок есть?

– Есть…

– Море есть?

– Есть…

– Турки бегают?

– Но это арабы… мам, да и там это…

– Ой, дочь, главное тепло, комфортно и море есть!!! Весело отдохнем, позагораем. Шикарно!

– Да, ну, ладно… – Все еще идя сзади и озираясь по сторонам, ответила дочь. – Мне то все равно, лишь бы не было как обычно…

Чем дальше они отходили от аэропорта, и ближе подходили к парковке с таксистами, автобусами, машинами, тем сильнее усиливался гомон толпы, так констатирующий с тишиной аэропорта, где лишь изредка тишину Египта, нарушали взлетающие самолеты.

– Такси, такси. Доставка багажа. Прокатим с ветерком. Сдам комнату.

Гомон набирал обороты, заглушая монолог Елены, которая продолжала активно что-то рассказывать, семенящей сзади дочери.

Ее голос доносился издалека.

– Вот сейчас поймаем машину, доедем с ветерком, нас в принципе должны были встречать, я ведь путевку онклюзив брала. Странно, где же этот встречающий, а, впрочем, ладно, главное сейчас как доедем, сначала отдохнем с самолета, потом в бассейн или сначала в бассейн, а потом поспим? Или поесть… Ай ладно, на месте разберемся.

Елена резко остановилась посреди людского потока, ее широкополая шляпа чуть не слетела от внезапного движения. Анна, следовавшая за матерью, не успела затормозить и с размаху влетела в ее спину.

– Ай! – Воскликнула девушка, потирая ушибленный нос. – Мам, ты что творишь?

Толпа, словно река, огибала застывшую парочку, бросая на них любопытные взгляды. Кто-то недовольно бормотал, кто-то просто обходил стороной, сохраняя невозмутимость. Не обращая внимания на возмущение дочери, Елена сделала стремительный шаг влево. Глаза загорелись охотничьим азартом, потому что она заметила молодого человека восточной внешности, и ловко выхватила его с толпы. Это движение получилось легким, почти танцевальным, что заставило платье развиваться, а шляпу слегка покачиваться, придавая всей сцене элемент театральности.

– Молодой человек, а где гостиница Али ин Бу? А что ты так на меня смотришь? Слышь, ты куда пялишься? Доця, не.. кхм… ты, погляди на них, полная безкультурщина. В глаза смотреть надо, когда с женщиной говоришь. – Экспрессивно высказалась она молодому человеку, который от неожиданности вытаращил глаза и беззвучно открывал рот, то ли от шока, то ли от возмущения.

– Мам, а ты точно уверена все-таки? – Все еще потирая ушибленный нос, ответила дочь.

– Да точно! О, вон, смотри.

Отпустив молодого мужчину восточной наружности стоять дальше в шоке от происходящего, Елена уже шла в другу сторону, активно показывая рукой на переминающегося мужчину в сером костюме, который держал табличку в руках. Он нервно озирался по сторонам, пока не увидел эту веселую парочку и помахал им рукой, забавно семеня пошел в их сторону. Подойдя на достаточно близкое расстояние, он приветливо замахал рукой и на чистом русском языке обратился к ним:

– Оу, мисс и миссис, рады вас приветствовать…

Елена перебила мужчину, не дав ему договорить:

– Две мисс. Я не замужем. – И кокетливо поправила широкополую шляпу на голове.

– МАМА – Возмущенно вскликнула Аня, осуждающе поглядывая на мать.

Женщина повернулась резко к дочери и посмотрела на нее.

– Ой, ладно тебе, это ж правда.

И снова повернувшись к мужчине, внимательно уставилась ему в глаза. От этого мужчина, казалось, занервничал еще сильнее.

– Ой, пардон, приношу свои извинения. Мисс и мисс. Ваш транспорт ожидает вас.

Коварная улыбка слегка коснулась губ Елены, буквально на долю секунды, а потом на ее лицо вернулась былая расслабленность и восторженность.

– Вот видишь, доця, туда мы приехали. Счас как отдохнем, как расслабимся. Что ж проводите нас к месту отдыха, чтобы мы быстрее смогли насладится этим великолепием! – Женщина, завершая фразу уже отвернулась от мужчины и дочери, которая стояла чуть сзади и направилась в сторону достаточно комфортабельного автомобиля люкс класса, возле которого ранее и ожидал их встречающий мужчина.

– Главное, чтобы не расслабилась как в прошлый раз. – Тихо пробурчала себе под нос Аня, тихонько следуя за матерью.

– Что ты говорила, доця? – Даже не обернувшись, а все так же идя к намеченной цели, спросила Елена

– Ничего мам, радуюсь! – Скривила личико Аня, зная, что мама ее прекрасно расслышала, просто, как обычно, не придала этому значения.

– Отлично. Едем.

Дочь и мать сели в машину, мужчина закрыл за ними дверцу и направился к водительскому сидению. Пара минут и машина класса люкс направилась в сторону такого желанного отдыха.

Крутой вираж дороги открывал вид на белокаменное здание, выделяющееся на фоне бирюзового моря. Вид пейзажа поражал своим зноем, только камни не плавились под лучами солнца Египта. Невдалеке завизжали тормоза. Машина резко припарковалась возле здания отеля. Хлопнули дверцы, цокот каблучков по раскаленному асфальту в полуденную жару.

– Что-то нас не встречают, а обещали сервис. – Недовольно прозвучал голос женщины.

Елена стояла возле автомобиля, даже не замечая жару. Легкие светлые одежды развивались в ветерке, а рыжие локоны спадали легким бризом по шее. В этот момент женщина наблюдала, как их сопровождающий, доставал с багажника багаж. Аня тем временем выбралась с заднего сидения автомобиля, смахивая длинную красную челку с вспотевшего лба. На ее лице была прописана вселенская тоска, с желанием спрятаться в прохладу. Любой ледник сейчас подошел бы для этой цели.

– Мам, нас с ветерком довезли к отелю, хватит брюзжать.

– Кто брюзжит? Я брюзжу? Дочь, да ты в край офигела, так с любимой мамулечкой разговаривать. – В голосе Елены прозвучали искренние отзвуки обиды. – Молодой человек, вы нас сопроводите к управляющему этого чудного заведения?

Мужчина отпыхавшись, явно удивляясь, что такого неподъемного в чемоданах этой парочки и как они это с такой легкостью с аэропорта катили, если он взрослый детина, не маленькой комплекции по сравнению с девушками, с трудом один передвигает их багаж, посмотрел сначала в сторону дочери, а потом матери.

– Да, конечно, это моя прямая обязанность, сопроводить вас к ресепшену, а там доложить управляющему о прибытии столь почетных гостий. Он вас очень ожидает. Прошу следовать за мной.

С неподдельным усилием, мужчина, напрягшись покатил два чемодана. Елена легкой походкой догнала его. Анюта расслышала лишь вопрос матери:

– Посоветуете, что можно интересного посмотреть, может какие достопримечательности?

Девушка вытерла пот со лба, оглянулась в противоположную сторону от отеля и моря. На горизонте виднелись силуэты пирамид. Тяжело вздохнув, она еще раз обтерла лоб. Ее плечи понуро вздрогнули, разглядывая пейзаж.

– Вот всегда она так, это ж не Турция. Что-то на клацает, напутает и восторженная главное. Ну, мама, глаз, да глаз за ней надо. Ну и кто из нас мать, а кто дочь. Сущий ребенок. Бестолковая ж совсем. Ну как можно перепутать Турцию и Египет. И ведь уверенная ж что в Турции то до сих пор. Пока домой не вернемся, так и будет считать, что в Турции отдыхала.

Покачав головой, в такт своему монологу, она поспешила догнать парочку, которая почти дошла до здания отеля, где на пороге их уже встречал, скорее всего управляющий.

– Ну-с, с Богом, надеюсь моя мама не найдет себе очередных приключений на пятую точку.

Солнце осветило как три фигуры, скрылись в здании отеля, спасаясь от зноя, лишь стоящая за пальмой, скрытная фигура, продолжала стоять и наблюдать.

***

В номере гостиницы ничего необычного не происходило. Стоило признать лишь то, что номер был шикарным. Большая двухспальная кровать занимала достаточно много пространства, а остальное наполнение комнаты было стандартным. Но не это привлекало. С комнаты на балкон, туда, сюда носилась Елена. Степенная, взрослая женщина превратилась в сущего ребенка и восторженно восклицая, подпрыгивая, махая руками, наводила суету, пока Аня флегматично лежала на животе, наслаждаясь кроватью и поглядывая на мать:

– Ты только посмотри какая красотища.

Елена в очередной раз выскочила на балкон, попрыгала на нем, пробуя на прочность, перевесилась через заграждение, замерла, а потом восторженно заорала:

– ВАУУУ какой вид то, а какой бассейн. Ух там даже море видно. Совсем рядышком. ПРИВЕТ ТУРЦИЯ!!!

От резкого крика матери Аня подпрыгнула на кровати, потерла лицо руками.

– Мам, давай сначала вещи разберем.

– Доця, да ты только посмотри. Это ж мечта… – Заскакивая назад в комнату, все так же восторженно восклицала женщина, подскакивая к кровати и пытаясь с нее стащить дочь. Это получилось с третей попытки и девушка, неохотно встав, пошла к балкону. Весь ее вид демонстрировал нежелание, ровно до того момента, пока ее взору не открылся вид с балкона. Она замерла, и с восхищением огляделась. Ее мама металась рядом, подпрыгивая и жестикулируя.

– Оууу, реально красиво, аж дух вышибает. Мам, а в этот раз ты с местом не прогадала.

– Я ж говорила!!! Красота ж какая. Вот это отдохнем, вот это повеселимся.

– Ммам, мам. Может все-таки спокойно отдохнем. – В голосе девушки слышался не поддельный испуг.

– Да не боись дочь, все будет просто отлично!!! – Зато оптимизмом матери можно зарядить ракету и отправиться на луну без подзарядки.

– Ты мне перед отлетом обещала, надеюсь это ты помнишь? Ты же помнишь, мамммм? Никаких экспедиций, несанкционированных знакомств с местными феноменами, особенно, ничего не тащить в номер, что может привести к незапланированным мероприятиям и самое главное, никаких расследований? Давай не как в нашу поездку в Бухарест? – Постукивая длинными ноготками по перилам балкона, Анна пытливо смотрела на маму, которая в очередной раз, свесившись с балкона, что-то пыталась высмотреть внизу.

Елена выпрямилась и посмотрела на дочь, поджав пухлые губки:

– Чего ты сразу вспоминаешь прошлое то? Не спорю, в Румынии у нас все получилось даже очень атмосферно, но это было исключение из правил, чем логичное следствие моих действий. – Изрекла она глубокомысленно.

– Исключение? Ты вот сейчас серьезно? То есть, для тебя это было исключением, а не твоим обычным поведением? – Дочка от возмущения, даже слегка подавалась воздухом.

– Не. А чего оно так-то? Я ж не планировала. – Пожала плечами Елена, снова свешиваясь с перил балкона. – Тем более, я не знала, что мой новый знакомый, который, заметь, по чистой случайности, вот даже особо подчеркну, по чистой случайности, оказавшийся нашим соседом по отелю, пригласит нас на экскурсию «в поисках аутентичной кухни»! Это было всего лишь на один вечер. И опять же, я не рассчитывала, что это плавно перетечет в ночь и в то, что дальше получилось… ну… как бы… оно само…

– «Аутентичная кухня!» Ага, ага. Оно само! Да оно само у тебя каждый раз. – Возмущение в голосе просто звенело волнами, когда Анна, высказывалась. – Ты мне так же говорила, когда мы ехали по узкой дороге в жутком тумане к замку, где нас встретил мужчина в бархатном плаще, который представился Владом, а потом выяснилось, что он просто наш сосед по номеру в отеле и у него, чисто случайно, оказалась фамилия Дракула! Вот просто чистой воды случайность, где главная, опять была ты, мама!

– И не повышай на маму голос! Владик был очень убедителен! А его плащик, который так мечтательно развивался на ветру, просто шикарный… был… наверное. Ай, не важно! Важно то, что он знал кучу местных легенд, а я просто не смогла отказаться от такого эксклюзива…

– Вот именно, опять этот твой эксклюзив и погоня за ним в каждой нашей поездке, но в Румынии – это был перебор, мам, просто чудовищный перебор с твоей стороны. – Возмущалась дочь, но уже градус напряжения заметно спал.

– Ну так да, эксклюзив. А кто от такого откажется? Посетить местный замок, побродить по темным улочкам города в первозданной их красоте. Посетить фамильный склеп и услышать рассказы от «очевидца». Логично, что я не смогла отказаться. – Елена уже не свешивалась с перил балкона, а держалась за ними руками и просто смотрела вдаль, предаваясь своим воспоминаниям.

На этой тираде от нее, Аня закатила глаза, да так, что сама испугалась, что они так там и останутся, закатанными под веками.

–Угу, – уже скорее в прострации, чем в возбуждении, произнесла Аня. – И этот твой сосед и очевидец, чисто случайно оказался вампиром, да еще и тем самым Дракулой. А его фамилия, тебе ровным счетом ничего не сказала?

– А что такого? М? – Елена посмотрела на дочь и хитро, хитро улыбнулась. – В этой Румынии Дракул как блох у собак, на каждом углу по 10 штук. Каждому на слово верить, что ли?

– И ты решила, за мой счет и свой, это проверить лично? Мам, мало того, что он был бледен, как полотно и его глаза светились красным в темноте, он же нас потом караулил везде, где только возможно.

На второй попытке, откатить глаза у Ани получилось, и она облегченно ими моргала, пока Елена продолжала на нее смотреть с хитринкой в улыбке.

– Понимаешь, дочь, не в моем возрасте перебирать вариантами, а он был мил, интеллигентен и образован. Галантен, как истинный джентльмен. А то, что он, ну… ценитель ночной жизни, так во всем мире таких пруд пруди. Он же не кидался на нас с клыками на перевес и не требовал стать его донором крови?

– Этого еще не хватало, что бы я каким-то Дракулам донором крови подрабатывала. – Всплеснула руками Аня, а потом резко и внимательно посмотрела на мать. – Подожди, он же один раз пытался тебя укусить?

– Ой, всего один лишь раз. И то, я там сама виновата, предложила заменить ужин на бордо, а он попросил «свежее, только что разлитое»! Я же не знала, что он имел в виду! Проблема решилась таблеткой от давления, которую я ему дала, он сразу успокоился и втянул свои клыки. Очень импозантный и интеллигентный мужчина. – Женщина издала томный вздох и мечтательно уставилась в стену поверх головы дочери. – Помнишь, как элегантно он держал бокал с бордовым соком?

– Это был бордовый сок, мам? Или та самая кровь, которую ты заказала ему на ужин, сказав, что это «особый вид томатного смузи», который тебе порекомендовал гид в Брашове? – Аня облокотилась локтями о перила балкона и уподобилась матери, загадочно всматриваясь в даль. – А потом ты сказала, что он жутко обиделся, когда мы уехали, и ты чуть не опоздала на самолет, потому что он пытался уговорить тебя остаться, обещая вечную молодость и возможность не платить за багаж.

Елена глубокомысленно кивнула.

– Верно! И знаешь что? А ж ведь почти, вот на столечко, – Елена показала пальцами размер, сложив их в характерный жест. – Именно на столечко, почти согласилась.

– Согласилась? Больше на отказ с разворота похоже. – Удивилась Аня.

– Мне не пришлось бы беспокоится о том, что я наберу лишние килограммы от своих любимых сладостей… – Мечтательно продолжила женщина.

– Ага. – Еще более глубокомысленнее изрекла ее дочь.

– Но ты начала кричать, что не хочешь быть моей «вечной дочерью» с седыми волосами в 20 лет. Ты так драматизировала. – И столько осуждения было в словах матери, что Аня невольно втянула голову в плечи.

– Попробуй в той ситуации не по драматизируй, он же на твой отказ начал орать как подбитая чайка и хватать, почему-то меня, меня, мам, за лодыжки! – На этом воспоминании Аня содрогнулась и обняла себя руками за плечи. – Я до сих пор чувствую его ледяное прикосновение! Мы бежали по этому замку, как в плохом ужастике!

– Ну, по крайней мере, в тот раз мы точно знали, что находимся в Трансильвании. А здесь… здесь просто песок, море и, надеюсь, никаких графов-кровососов.

– Здесь пирамиды, мама! А ты уверена, что те люди в аэропорту, которые нас встречали, не поклоняются какому-нибудь божеству с головой шакала?

– Доця, не накручивай себя! Здесь жарко, здесь цивилизация! Здесь нет средневековых замков, где тебе приходится выбирать между чесноком и святой водой!

Елена, не дожидаясь ответа, зашла в комнату, тем самым прервав диалог.

Анна осталась стоять одна на балконе и в пустоту выдохнула обреченно:

– Вот это отдых, вот это веселье.

Постояв еще немного на балконе, по обнимав себя за плечи, таким образом успокаивая, она приоткрыла стеклянную дверь, разделявшую балкон и комнату, зашла следом за матерью.

– Мам, мам. Может, все-таки спокойно отдохнем, – в голосе девушки слышалась искренняя просьба.

– Да не бойся, доця, все будет просто отлично. Здесь, в этом вашем «Альбубу», максимум, что нам грозит, – это отравление несвежими финиками.

– Аль ин Бу.

Механично поправила Аня мать, следя как та распаковывает чемоданы. Тем более, видя неиссякаемый оптимизм матери, она сдалась.

– Знаешь, мамулечка, если вдруг увидишь кого-то, кто будет предлагать тебе тут вечную жизнь, – серьезно добавила она, – просто скажи, что ты уже договорилась с моим «будущим» отцом, что у тебя скоро будет много детей и тебе некогда уходить в теневое лобби!

Елена рассмеялась, и этот звук заглушил все сомнения девчушки. Она лишь покачала головой, тихо произнося себе под нос:

– Надеюсь, надеюсь, но верится с трудом.

Глава 2. Альбубу рулит

Холл гостиницы поражал своим убранством. В просторах помещения, три, мерно вышагивающих фигуры терялись. Казалось, само пространство, со своей игрой света расстилало ковер возможностей. Воздух, наполненный легким, едва уловимым ароматом – может быть, тонким шлейфом лаванды, свежестью цитрусовых или теплым аккордом сандала, – окутывал, даря свежесть, такую контрастную и отличную от зноя улицы. Свет лился настолько мощным потоком, за счет огромных окон, рисуя на полированных полах узоры из солнечных зайчиков, словно старые друзья, приветствующие вас. Эти лучи подчеркивали блеск начищенного до зеркального блеска пола, игру граней хрустальной люстры, мерцание деталей декора.

– А это холл Аль ин Бу. Гостиница проектировалась в лучших традициях дворцов шейхов. – Размеренный голос сопровождающего убаюкивал идущую сзади Аню.

Управляющий гостиницы, а это был именно он, проводил экскурсию своим почетным гостьям. Елена шла рядом и с явным интересом слушала его рассказ. Дочка остановилась возле залитого ярким светом окна и постукивая пальцем по стеклу произнесла:

– Ха, дворцы шейхов. Турция, Турция, зачем нам ваша Турция, у нас тут шейхи и дворцы. Экзотика, однако.

От чуткого слуха ее мамы эта фраза не укрылась.

– Доця, ты что-то сказала?

– Нет, мам. – С немым укором проговорила Аня.

– Скажи, интересная история. Мы будем жить во дворце шейхов.

– Ну, почти, ма, это все-таки гостиница, а не дворец.

Эта фраза ощутимо задела управляющего, да так, что он развернулся к девушке и напрямую ей, адресовал свое высказывание:

Елена шла рядом с управляющим, наслаждаясь его размеренным голосом, который, казалось, вел их сквозь лабиринты восточной сказки. Анна, идущая чуть позади, недолго молчала, пока ее взгляд не остановился на причудливых, слишком массивных колоннах, украшенных стилизованными под золото пальмовыми листьями.

– Ха, дворцы шейхов, – не удержалась она и ее голос эхом отразился от колонн, чтобы привлечь внимание, но при этом звучал отстраненно, как замечание из зала. – Турция, Турция… Зачем нам ваша Турция, когда у нас тут шейхи и дворцы! Экзотика, однако! Видимо, все это для того, чтобы компенсировать путаницу Каира с Анталией!

От чуткого слуха ее мамы эта фраза не ускользнула. Елена резко обернулась, ее голубые глаза сверкнули из-под полей шляпы.

– Доця, ты что-то сказала? Неужели ты опять начинаешь свои изыскания? Мы же договорились: никакого анализа отелей, пока мы не поедим!

– Нет, мам, – с немым укором в голосе произнесла Анна, но тут же сменила тон, подстраиваясь под настроение матери. – Я говорю, что это… невероятно! Ты только посмотри! Мы будем жить во дворце шейхов! Представляешь, какие там сокровища?

Управляющий, который замер, услышав упоминание Турции и слова Анны, прозвучавшие как приговор, поспешно повернулся к девушке. Его лицо исказилось от праведного негодования, как у хранителя реликвий, чью святыню оскорбили.

– Но он построен по проектам лучших дворцов шейхов! – возмущенно выпалил мужчина, указывая на фальшивый золотой декор. – Здесь соблюдены все каноны!

Анна, увидев его искреннюю обиду, на мгновение усомнилась в своем праве на сарказм. Но тут же вспомнила пыльный подвал в Бухаресте.

– Хорошо, хорошо, – быстро поправилась Анна. – Я же не спорю. Красиво! Невероятно! Антураажнооо… – Она протянула это слово с легкой, но отчетливой издевкой, намеренно растягивая гласные, чтобы оно прозвучало как «антураж для дешевого спектакля».

Эта ситуация, эта внезапная словесная перепалка заставили Елену громко и заразительно рассмеяться. Ее смех был искренним и звонким, как брызги шампанского. От этого смеха губы управляющего тоже растянулись в подобии улыбки, хотя выглядел он при этом как человек, которому только что поставили диагноз «сахарный диабет» в стране, где вся еда – это только пахлава.

– Не ссорьтесь, девочки, помада у меня, – сказала Елена, отсмеявшись и проведя рукой по лицу. – Сейчас мы все расслабимся и найдем общие темы для восхищения. Иначе, Аня, ты снова начнешь вспоминать, как наш прошлый знакомый в Румынии пытался научить меня охотиться на летучих мышей.

Мужчина хмыкнул и как бы невзначай пожал плечами, но улыбка так и не сошла с его губ. Он понял, что с этой парочкой нужно общаться на их языке, даже если их язык – это цунами эксцентричности.

– Вы говорили о какой-то достопримечательности Али-Бубу? – громко спросила Елена, пытаясь вернуть разговор в конструктивное русло. Она поправила шляпу, готовясь к очередному сеансу восхищения.

– О да. Это изюминка нашего гостиничного комплекса, – поспешил ответить управляющий, словно эта достопримечательность была его единственным спасением от любопытства Елены и сарказма Анны. – Пойдемте дальше, я вам все покажу.

– Пошлите, пошлите! Я люблю изюминки так же, как и достопримечательности! – Елена двинулась вперед легкой и уверенной походкой. – Ведите нас, наш милый сопровождающий! И не торопитесь, мы успеем насладиться каждой минутой в этом «шейховском дворце».

Анна, следуя за матерью, не удержалась от последнего выпада, нарочито монотонно скопировав интонацию материнской похвалы.

– Нам ведь очень интересно посмотреть на вашу изюминку Али ин Бу, – нараспев повторила она. – Мы надеемся, что для поддержания ее блеска не требуется ежедневная порция крови.

Управляющий окинул Анну более пристальным взглядом. Он явно уловил насмешку в ее словах, но решил не обращать на нее внимание, списав на побочный эффект общения с ее матерью, «С такой поживешь и не такому научишься». От этой мысли, холодок пробежал по спине мужчины, и он поежился.

– С вами все хорошо, достопочтенный? – Участливо спросила Елена, посматривая на управляющего с изрядной долей скептицизма.

«Заметила все-таки», немного испуганно подумал он, но ответил, гордо подбоченясь:

– Великолепнейшее себя чувствую, ведь со мной такие две жемчужины.

– Такие, это какие? – Спросила Анна, нагнав управляющего практически возле выхода из холла гостиниц и окидывая его непроницаемым взглядом, от которого он даже запнулся на мгновение, растеряв весь свой пыл и забыв фразу, которую говорил.

– Саммыыее, ссааммыыее, – потом собравшись с мыслями, бодро продолжил, – самые величественные и прекрасные жемчужины, посетившие наш Аль ин Бу своим присутствием, кому я с великим удовольствием поведаю все легенды и покажу все, все достопримечательности в округе.

– А там, надеюсь не будет семейных склепов? – Дотошно уточнила Анна.

Этот вопрос снова выбил управляющего с колеи:

– С…с…с…к..л..епов?..

– Склепов, склепов? – Уточнила свой вопрос управляющему Анна, рассматривая свой длинный маникюр.

– В программе такого не было, – более уверенно ответил мужчина, списывая вопрос на экстравагантность сопровождающих его дам.

– Ну и отлично. – Выдала дочь, пока мама по-отечески ее рассматривала, явно гордясь своим чадом.

Управляющий собрался с мыслями, сделал приглашающий жест рукой и повел их в другой конец холла. Там, в тени, виднелась та самая арочная дверь, выполненная из малахита и сандалового дерева и инкрустированная под золото, что создавало вычурное богатство, способное сбить с толку любого, кто видел в жизни что-то помимо турецких пляжей.

***

Управляющий, чья серая одежда казалась совершенно неуместной в этом оазисе роскоши и тайн, сделал приглашающий жест рукой. Арочная дверь из сандала и темного малахита, обрамленная бронзовыми вставками, имитирующими золото, медленно открылась с тихим мелодичным щелчком, словно сработал старинный замок.

Они вошли в помещение, которое представляло собой нечто среднее между сокровищницей и молельней. Воздух здесь был густым и неподвижным, пропитанным тяжелым смоляным ароматом, который, казалось, веками впитывался в стены.

«Откуда взять «веками» если этому гостиничному комплексу всего-то лет 5-6» – усмехаясь про себя, подумала Елена, продолжая слушать монотонное бубнение управляющего, но такая скучающая, саркастичная мысль покинула хорошенькую головку, стоило глазам увидеть то, на что показывал их сопровождающий.

Свет в комнате падал не с потолка, а был направлен точечно. Несколько лучей, проникавших через узкие высокие окна, скорее подсвечивали, чем освещали помещение. Пол был выложен темным полированным камнем, который поглощал шаги, делая их почти бесшумными.

Елена и Анна, обе немного смущенные неестественной торжественностью момента, остановились недалеко от ближайшей стены. Их глаза расширились не столько от восхищения, сколько от осознания того, что их встречает не просто шикарный номер, а целый музей.

– О-о-о, вау, какая красота! – эхом отозвались они, и их голоса прозвучали слишком громко в этой могильной тишине.

Управляющий, слегка смущенный такой реакцией, но сильно довольный эффектом, кивнул головой, словно подтверждая: «Да, да, я так и знал, на такой эффект я и рассчитывал. Что вам обязательно понравится».

– Это место, мисс и мисс, – начал он, понизив голос до шепота, – сердце нашего комплекса. Здесь хранится главная достопримечательность гостиницы «Аль ин Бу».

Он указал рукой в самый центр, туда, где сходились лучи света, туда, где на пьедестале из черного блестящего обсидиана, покоился предмет их внимания. Это был не бриллиант в общепринятом смысле слова, это было нечто запредельно неприличное. Он был огромен, размером с хороший арбуз, но его грани были грубыми, без изысканной огранки. Камень поглощал свет, как темное море, и лишь внутри него были видны искры, некое слабое фосфоресцирующее мерцание, напоминающее застывшее северное сияние.

Елена, будучи натурой импульсивной, не смогла сдержаться. Она сделала стремительный шаг вперед и ее светлые одежды вспыхнули в тусклом свете. Сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, она начала кружиться вокруг пьедестала, словно притягиваемая невидимой силой. В этом процессе, она так быстро что-то говорила себе, что слова просто слились в невнятное бормотание. Со стороны казалось, что женщина читает заклинание и еще мгновение, в ее руках блеснет то ли молния, то ли метла, на которой она улетит. Аня, внимательно следившая за матерью в этот момент, едва, едва, могла различить отдельные слова.

– Ого, смотри, какая красота… Свет… Настоящий… Такой огромный, как та глыба льда, которую я видела в прошлом году в Скандинавии, только теплее… Надо его потрогать… Он настоящий?. Такой массивный… Я вот думаю, может, его продать… Нет, лучше поставить в номере… На тумбочку… Или на крышу? Надо спросить у того парня, который нас вез… Он, кажется, разбирается в багаже…

Анна отошла на безопасное расстояние. Она чувствовала, как густой воздух в комнате, из-за обилия запахов, давит на виски. Наблюдая за мамой, которая кружилась вокруг «каменюки», так она про себя обозвала эту достопримечательность Аль ин Бу, покачала головой и пробормотала так тихо, чтобы управляющий не услышал, но достаточно громко, чтобы Елена уловила осуждающий тон:

– Ну кто бы сомневался. Нет, конечно, удивительно, что это такой большой алмаз. Но чего ты так реагируешь, словно только что очнулась от многолетнего сна, в котором самым ценным предметом был засохший кусок хлеба? Твоя реакция на «особую экзотику» всегда одинакова и уже не удивляет, мам.

Она подошла ближе к матери, стараясь не привлекать внимания управляющего, который с нескрываемой тревогой наблюдал за Еленой.

– Мам, успокойся уже. Ты сейчас у него инфаркт вызовешь. Давай лучше послушаем легенду об этом чуде Аль ин Бу. Ты же знаешь, я поехала с тобой только ради местного фольклора. Помнишь, как ты отнеслась к тому румынскому «Цепешу»? Обещала, что больше никаких старинных страшилок!

Елена внезапно остановилась, словно ухватившись за спасательный круг, посмотрела на дочь, голубые глаза стали чуть более осмысленными, а затем перевела взгляд на управляющего с тем самым «подкупающим» выражением лица.

– Верно, уважаемый! Какая же красота без истории? Мы же не варвары, которые только и знают, что лежать у бассейна! Интересно же! Рассказывайте скорее! Я люблю, когда все так… таинственно!

Мужчина, на мгновение почувствовал себя куском ростбифа на тарелке. Гулко сглотнул, от чего Елена захихикала и махнув рукой в его сторону, выдала:

– Да не бойтесь вы так, не съем я вас.

– Она только лишь слегка по надкусывает. -Добавила Аня.

Управляющий выдохнул и понял, что его миссия по контролю над дамой выполнена, ему не угрожает неведомая и ведомая опасность и подошел ближе к пьедесталу. Его взгляд стал отрешенным, казалось, он проникает в самую глубину алмаза, на который смотрит.

– История гласит, что в одной далекой-далекой стране, где солнце палит не так беспощадно, как здесь, но где тайны хранятся в недрах земли, было ущелье, дно которого сплошь усыпали алмазы. Но добраться до этого ущелья никто не мог, потому что вход в него охранялся полчищмиа ядовитых змей. Змей было так много, что даже воздух там был густым от их яда. Предприимчивые добытчики алмазов, не желая погибать от укусов, придумали хитрость. Они стали сбрасывать в ущелья сырые куски мяса, а орлы, обитавшие высоко в горах, подбирали их. Оказалось, что к сырому мясу прилипают алмазы, и птицы уносили их в свои гнезда, расположенные высоко на скалах. Оказалось, что добраться до орлиного гнезда гораздо проще, чем спуститься в кишащее змеями ущелье. Владелец этого места, мудрый шейх, нашел Аль ин Бу – так назвали этот камень, что означает «свет в гнезде», – именно в орлином гнезде. С тех пор он олицетворяет нашу гостиницу, символ того, что самые ценные вещи достаются тем, кто ищет нестандартные пути.

Анна отступила на полшага, ее скептицизм был почти осязаем, как жар от полированного пола.