Читать онлайн Равновесие Осенних Дорог бесплатно

Часть первая – Мабон

Когда приходит Время без времени, становится возможным всё,

даже отсрочить смерть.

Главное не нарушать естественный порядок вещей.

Предисловие

Велена помнила бабушку Аглаю не по сказкам на ночь, а по терпкому запаху полыни и бесконечному звуку веретена. В детстве девочке казалось, что нить, выходящая из-под пальцев старухи, тянется далеко за пределы комнаты, прошивая насквозь стены дома, кроны деревьев и сами облака.

– Мироздание, внучка, – говорила Аглая, не оборачиваясь, – это не про законы, написанные чернилами. Это про узы. Мир держится на обещаниях, которые были даны еще до того, как люди научились говорить.

Обучение проходило в старом доме на окраине большого города, где он постепенно переходил в могучий старинный лес. Половицы в избушке скрипели на разных диалектах, а на чердаке жили вороны. Бабушка часто выводила девочку на опушку на рассвете и заставляла, закрыв глаза, слушать тишину. Аглая учила её, что справедливость – это не равенство, а равновесие. Она клала на одну ладонь Велены тяжелый речной камень, а на другую – птичье перо, и заставляла стоять так часами, пока девочка не начинала чувствовать, как тяжесть камня перетекает в легкость пера через её собственные плечи.

Вторым уроком Аглаи был «Гриммуар смыслов». Это была книга и не книга одновременно. Огромный гербарий, где вместо растений были вклеены обрывки старых клятв, лоскуты знамен и тени забытых имён. Сколько бы не пыталась Велена, она ни разу не смогла прочесть его от корки до корки. Были в нем страницы, скрытые от нее магией. Бабушка позволяла читать лишь то, что было дозволено и заставляла заучивать наизусть магические свойства трав, заклинания призыва сущностей и рецепты зелий.

***

– Предательство пахнет ржавым железом, – наставляла бабушка. – Такая сделка всегда имеет скрытый смысл. Любовь же пахнет озоном перед грозой. Она может быть разрушительна, но в ней нет корысти.

Именно тогда Велена впервые услышала о мире Ши. Аглая рисовала на пепле в печи ломаные линии. Объясняла, что реальность никогда не бывает сплошной – в ней всегда есть зазоры и трещины, через которые подсматривают Те, Кто Был Раньше – Ши.

– Твоя задача, девочка, – говорить с ними на языке правил. Если ты не задашь структуру хаосу, хаос поглотит твою структуру.

Аглая учила её искусству «молчаливого договора». Она заставляла Велену договариваться с ветром, чтобы тот не тушил свечу, не используя слов, а лишь предлагая ветру что-то взамен – например, ритм её собственного дыхания.

***

Но последний урок Велена получила в ту ночь, когда Аглая решила уйти на ту сторону. Она позвала Велену и рассказала ей самую страшную тайну из всех, что хранила от внучки годами.

– Милая моя девочка, ты уже многое знаешь о нашем мире. Я передала тебе всё, что знала и чем владела сама. И теперь спокойно могу покинуть этот мир и уйти на ту сторону. Присоединиться к своим сестрам и обрести покой. Эта зима станет для меня последней, – голос Аглаи звучал тихо и грустно. – Но, прежде, чем уйти, я расскажу тебе кое-что очень важное. Не позволяй моим знаниям угаснуть. Найди себе наследницу, обучи ее, передай ей все знания, которыми владеешь сама. Сделать это ты обязана до того, как почувствуешь дыхание смерти за своим плечом. Если не успеешь, то будешь обречена вечно скитаться между мирами и никогда не знать покоя. Не пренебрегай временем, дорогая, не повторяй моих ошибок. Тебе будет казаться, что ты еще все успеешь, но это не так. Поверь мне! Никогда не будет более удобного момента, чем прямо сейчас. Не откладывай замужество, не отказывайся от ребенка. Когда меня не станет, ты станешь единственной хранительницей «Гриммуара смыслов». Ценность этой книги в том, что она единственная в этом мире и это последний оплот магии. Если не станет хранителя, умеющего читать ее, то магия навсегда уйдет из этого мира. Удача и чудеса покинут его и жизнь людей станет серой и беспросветной. А когда люди перестанут верить в волшебство, со временем они забудут и Ши. И тогда их и нашему миру наступит конец…

– Бабушка, а если я не успею? – дрогнул голосок Велены.

– Тогда поступи, как поступила я – приворожи любого из Всадников Дикой Охоты и пусть он подарит тебе Время. Запомни, Всадники – неупокоенные души, ищущие тепла и охотно идущие на сделки. Когда-то давно я воспользовалась магическим заклинанием, записанным на семьсот пятидесятой странице в моем гримуаре и это позволило мне прожить еще полвека, чтобы воспитать тебя и научить всему, что знаю. Но постарайся все же обойтись без этого. Ведь магия не действует долго на Них и каждый год придется повторять ритуал снова и снова. Это выматывает, поверь…

С этими словами Аглая и отошла в мир Ши. Велена заплакала, шепча слова прощания.

Глава первая

– Шух! Шух! Шух! Листья летели во все стороны от старой метлы. Велена не особо любила уборку, но перед приездом гостей следовало навести порядок, освободить осенние дороги от опавшей листвы.

Листья никак не хотели лежать там, куда их откидывала с дорожки метла, разлетались, кружились. Некоторые вовсе улетали прочь, в лес, за поворот тропинки, ведущей от дома в чащу. Другие упорно падали снова на дорожку. Ведьма злилась и принималась за работу снова.

– Зачем ты убираешь их? – вдруг прозвучало совсем рядом. Подняв голову, Велена увидела всадника на белом коне. незнакомец был одет в охотничий костюм и сапоги, на голове у него была корона из сухих ветвей, напоминающая ветвистые оленьи рога, а за плечами плащ.

– Тебе-то какое дело? – раздраженно спросила ведьма, опираясь на черенок метлы.

– Никакого! – грустно улыбнулся незнакомец. – Только вот так уж вышло, что у твоей калитки мой конь потерял подкову и я думаю, ты знаешь, что это значит.

Велена вздрогнула при этих словах незнакомца. Будучи ведьмой, она прекрасно знала, что по приметам Ши, потерянная конем подкова – ни что иное, как знак, что в этом доме нужно искать силу. Ши были обречены зависеть от людской веры, чтобы продолжать существовать.

Более того потерянная подкова была не просто «приметой», а принуждением, которое буквально заставляло Короля Ши заходить в дом, около которого его конь терял подкову, а хозяев – принять и угостить такого гостя.

– Что ж, – натянуто улыбнулась ведьма, в ответ, – у меня в печи стоит шарлотка, да и овса для твоего коня найдется. Милости прошу, в гости.

– Благодарю, – спешиваясь и следуя за хозяйкой во двор, ответил гость.

Что-то в ее ответе насторожило незнакомца. Тонкий аромат ржавого железа коснулся его ноздрей, но он отмахнулся, зная, что не сможет противиться старому договору людей и Ши. Раз конь потерял подкову здесь, ничего не попишешь, в этом доме и принимать ему угощение.

Домик Велены, сокрытый в тени застывших вековых кедров, встретил Есеня странным сочетанием аскетизма и скрытой силы. Внутри пахло сушеной полынью, жгучим перцем и старой бумагой. Вдоль стен тянулись полки, заставленные глиняными горшками и стеклянными фиалами. На окнах висели симпатичные занавески, а пол устилали домотканные половики. Посреди столовой, куда Велена ввела гостя, стоял добротно сколоченный стол, покрытый белоснежной скатертью.

– У тебя здесь жарче, чем в жерле вулкана, – незнакомец снял плащ, чувствуя, как пот мгновенно выступает на лбу.

– Жар надежнее холода, – Велена захлопотала у стола, подавая шарлотку и наливая чай. – Холод и зима – это смерть. Поэтому я защищаюсь от неё…

– Но жизнь без конца превращается в тюрьму, – он разглядывал пучки сухих трав, свисающих со стен.

Девушка резко обернулась, и в её глазах вспыхнули искры.

– В тюрьму? Разве плохо жить вечно?

Гость мягко улыбнулся в ответ

– Да, ведь так можно сойти с ума. Зимой, когда ветер поет лесу колыбельные, земля отдыхает в белом саване, чтобы набраться сил.

– Но мы говорим не о зиме…

– В моем мире это одно и тоже, – отпивая горячего чая, тихо произнес гость.

Разговор не клеился. Покончив с угощением, он поднялся и вежливо поблагодарив, спросил:

– Что попросишь взамен за вкусную трапезу, хозяйка?

– Покажи мне свой мир, – вдруг выпалила ведьма.

– А не испугаешься? Это может быть опасно для человека.

– Я смелая, – впервые за все время беседы улыбнулась девушка.

– Что ж, хорошо, – улыбнулся он в ответ. – Собирайся.

Побросав в сумку нехитрые пожитки: защитные травы и амулет, Велена вышла на крыльцо. Гость терпеливо ждал ее, сидя в седле.

– Раз уж мы вместе проведем время, то недурно будет и познакомиться. Меня зовут Есень, – снова улыбнулся он.

– Я – Велена, – опираясь на его широкую ладонь и позволяя поднять себя на седло, ответила девушка.

Листья закружились в вальсе и мягким ковром укрыли дорожку. Стук копыт утонул в этом ковре на дороге осени…

Глава вторая

Дорога, по которой ехали Есень и Велена, петляла и уходила все дальше и дальше, вглубь леса. Золотые, карминовые, ярко-алые и темно-коричневые с медного цвета прожилками листья устилали путь. Конь шел спокойно, изредка встряхивая головой, чтобы отогнать редких назойливых насекомых.

Дышалось в лесу легко. Вокруг было тихо и необычайно спокойно. Краски завораживали и очаровывали. Хотелось рассмотреть поближе каждый листочек, каждую веточку, сохранить в памяти ее необыкновенную красоту и изящество.

– Я знаю этот лес вдоль и поперек, – вдруг нарушила молчание Велена, – но ни разу не встречала тут ничего особенного! Только сухие листья и мухоморы и поломанные ветки деревьев.

– Согласен, этого тут много, особенно сейчас, в сентябре, – улыбнувшись, подтвердил Есень.

Они еще немного помолчали, а потом он спросил:

– Ты, правда, знаешь этот лес так хорошо, как говоришь?

– Конечно, – гордо ответила Велена. – Сколько раз я тут травы собирала, грибы и ягоды, а еще … мусор за всякими … туристами! Приедут, знаешь ли, на шашлыки, поедят, выпьют, бутылки пластиковые и мусор всякий покидают в кусты и уедут. Свиньи! А еще руки влажными салфетками вытирают… тьфу, культурные тоже мне.

– Так вот, кому нужно спасибо сказать за чистоту, – улыбнулся Есень снова.

– Ну… да, – смутилась она.

– Спасибо!

– Пожалуйста!

– Ну, раз лес ты знаешь, то странно, что ты никогда не бывала в моем мире. Ты же знаешь, где тут порог?

– Порог? – переспросила девушка.

– Ну да… место такое, – начал объяснять Есень. – Шагнешь за него и окажешься в мире Ши.

– Вот тк просто? – рассмеялась она!

– Не веришь?

– Конечно же нет! Мир Ши не для смертных, сам говорил…

– Ну держись, – усмехнулся Есень, дав шпоры коню.

Его белый конь взял с места в галоп, да так резво, что Велена вскрикнула от неожиданности и, наверное, свалилась бы с седла, если бы Есень не обхватил ее покрепче рукой за талию, прижимая к себе.

Они неслись между деревьев, пыль и сухая листва летела из под копыт лошади, ветки задевали головы и плечи всадников, ветер свистел в ушах. Велена только успевала по сторонам смотреть, куда же вез ее таинственный новый знакомый.

Промелькнула знакомая грибная полянка, а вон и поворот к пруду, где водились карпы, вот родник, а по левую руку промелькнул небольшой сосновый бор, где так приятно было отдыхать в летний зной, вдыхая ароматы хвои и смолы… Впереди небольшая развилка – дорога уходила направо к дачному загородному поселку, а налево – к федеральной трассе. Прямо тоже была тропинка, но она никуда не вела. Упиралась в расколотое грозой дерево, одна из ветвей которого наклонилась почти до земли, образуя собой что-то похожее на портал.

Вот по этой прямой тропинке и проскакал белоснежный конь с двумя седоками на спине. Едва он нырнул под склоненную ветвь, как мир вокруг неуловимым образом изменился…

– Вот это да! Никогда не знала, что эта тропинка ведет куда-то… – изумленно выдохнула Велена, оглядываясь по сторонам.

– А надо было верить, – усмехнулся Есень, направляя коня по новой тропе.

Глава третья

– Так куда ведет эта тропа? – спросила Велена.

– Туда, куда тебе хочется, – ответил ее спутник.

– Так не бывает, – рассмеялась она в ответ.

– Бывает! Нужно всего лишь загадать место, куда хочешь попасть. Главное, чтобы это было очень желанное место.

– Любое?

– Самое желанное!

Велена немного помолчала, закрыв глаза, а потом воскликнула:

– Хочу на побережье! Я всю свою жизнь провела в лесу и в соседнем городе, но никогда не была на побережье, не видела море и корабли. Вот бы эта тропа вела туда.

– Сейчас узнаем, – улыбнулся Есень, пуская лошадь рысью.

Осенние листья закружились вокруг всадников и конь лихо пробежал еще под одной надломленной и склоненной до земли веткой какого-то дерева. Велена зажмурилась от пыли, летевшей ей в лицо, а когда открыла глаза, то не поверила увиденному. Копыта звонко стучали по каменной мостовой. Вокруг гомонили и сновали туда-сюда люди, в лицо пахнуло холодом и свежестью, а еще запахом тухлой рыбы и стоялой воды. Всадники ехали по узкой улочке, которая вихляя из стороны в сторону спускалась к морю. Вокруг шумел обычный портовый городок, каких немало на побережье.

– Вот это да! – восхищенно произнесла девушка. – Это все взаправду?

– Это твоя мечта и тебе решать, – ответил спутник. – Хочешь пройтись?

– Конечно!

Есень направил коня к двухэтажному дому слева по улице. Свернув в небольшой проулок, натянул поводья и, едва конь остановился, легко спрыгнул на землю. Велена последовала за ним. Привязав лошадь, он взял девушку за руку и произнес: “Здесь небезопасно, не уходи от меня далеко!” Она только кивнула в ответ.

Держась за руки, они снова вышли на улочку и пешком спустились к причалам, где на волнах покачивались лодки. Некоторые из них были совсем новенькими, с названиями на бортах, поблескивающих свежей краской. На других краска была потрескавшейся и выгоревшей, а названия почти стершимися. На дне некоторых лодок лежали рыбацкие сети и удилища, а в других сидели матросы. Рукава их рубах и штанины брюк были закатаны, обнажая крепкие мускулы на руках и ногах.

Есень и Велена идя вдоль берега, рассматривая лодки и читая названия, не заметили, как порт остался позади. Выйдя на песчаный пляж, девушка посмотрела на океан, туда, где на рейде стояли корабли. У некоторых паруса были убраны, а другие, наоборот готовились выйти в море.

– Ты заметил, что у некоторых лодок вовсе нет названия? – спросила Велена.

– Названия принадлежат не лодкам, – вдруг ответил чей-то чужой голос. Мужчина и девушка одновременно оглянулись. Позади них, чуть поодаль стоял старик. Он был похож на самого настоящего пирата из детских книжек. Одетый в поношенные штаны и куртку, обутый в ботфорты. Его внешность пугала и привлекала одновременно. Широкое морщинистое и сильно загорелое лицо, обрамленное давно нечесаной бородой, повязка на одном глазу и самодельный костыль под мышкой.

– Это названия кораблей, которым принадлежат шлюпки?! – догадался Есень.

– Именно, – кивнул старик. – Некоторые шлюпки уже никому не принадлежат. Разве, что какому-нибудь пьянице-лоцману. Поэтому у них нет названий.

– Почему же лоцманы не дают других названий своим шлюпкам? – полюбопытствовала девушка.

– А зачем? – пожал плечами старик. Все в этом мире быстротечно. Пока ты молод и силен, ты не замечаешь этого, а потом приходит старость… будто бы осень жизни спускается к тебе и уже ничего нельзя изменить, все теряет смысл. Урожай собран и земли больше не плодоносят, листья облетают, приходит сезон дождей… с моря дует холодный ветер, а волны бьются о берег с такой силой, что нередко уносят эти безымянные шлюпки в пучину. Зачем давать им названия, если следующей весной их уже не будет тут?! Весной корабли придут в порт, кто-то из капитанов закажет новые шлюпки на верфи, а со старых матросы собьют названия и бросят их тут, на берегу, как и тех, кто больше не может служить на борту… бросят и уйдут за горизонт… – произнес старик своим скрипучим голосом, а потом спросил, – кстати, не найдется монетки на эль старому боцману?

Есень протянул старику пару кругляшей, блеснувших серебром в лучах вечернего солнца.

– Благодарствую! Благодарствую! – подобострастно залепетал боцман и проворнее, чем можно было ожидать от него, заковылял в сторону таверны. Словно боялся, что благодетель передумает и вознамерится отобрать у него столь щедрое подаяние.

С моря налетел промозглый порыв ветра. Потянуло сыростью.

– Пойдем, – потянул Есень за собой свою спутницу. – Холодает…

– Подожди, – попросила та, – давай проводим солнце.

Они постояли на берегу еще несколько минут, пока дневное светило не опустилось в воду и не стало совсем темно. В порту зажглись огни, потянуло ароматами жареной рыбы.

– Есть хочешь? – спросил Есень, когда они шли обратно к таверне.

– Пожалуй, – кивнула Велена.

– Тогда позволь угостить тебя ужином.

– Позволяю, – с улыбкой ответила она.

Держась за руки они вошли внутрь таверны.

Глава четвертая

Аромат жареной рыбы, смешанный с запахами эля, рома и пива, рев десятков голосов, требовавших еды, выпивки, драки … тепло и вонь от потных тел, разгоряченных игрой в кости и алкоголем… Все это разом обрушилось, окутало и поглотило их, едва Есень и Велена переступили порог таверны.

После вечерней прохлады и свежести порта в таверне было душно, но голод звал за собой и путешественники начали пробираться через толпу, чтобы найти свободный стол.

Наконец, им это удалось. Примостились в дальнем углу за небольшим колченогим столом, столешница которого была щедро украшена пятнами, крошками и зарубками от ножей.

– Думаю, официантку тут ждать бесполезно, – спустя несколько минут, констатировал мужчина. – Сиди тут и ни с кем не болтай, а я пойду к стойке и куплю нам ужин.

– Может быть, нам пойти вместе? – робко предложила Велена.

– Не думаю. Просто подожди меня тут. Я скоро.

Есень поднялся и довольно быстро исчез в толпе. Оставшись одна, Велена начала рассматривать публику, теснившуюся за соседними столами поодаль. Многие сидели к ней спиной и их лиц ей не было видно. Судя по одежде и широким спинам, мускулистым рукам и ногам – это были моряки или портовые рабочие. Все рослые, сильные и очень шумные. Они пили, ели, громко смеялись и иногда затевали словесные перепалки.

Справа за столом играли в кости. Велена прислушалась, она любила играть и дома каждый вечер пятницы устраивала партии сама с собой или с котом и старым сторожевым псом, жившем у нее уже который десяток лет. Увлекшись наблюдением за игрой, она и не заметила, как к столу кто-то подошел и только когда незнакомый грубый голос окликнул ее, она вздрогнула и обернулась.

– Смотри-ка и верно, девка! – покачиваясь громко пробасил один из стоявших по другую от Велены сторону стола.

– И красивая… – усмехнулся второй.

– Да плевать, главное, сиськи! – пьяно ухмыльнулся первый.

От его наглости Велена вспыхнула и скрестила руки на груди в защитном жесте. Ведьма не боялась пьяных, зная, что всегда сможет себя защитить, но использовать магию понапрасну, не любила.

– Что вам нужно? – хотела, но не успела спросить она. Тот, что стоял ближе резко наклонился и схватил девушку за руку. Рванул на себя, говоря:

– Сиськи? Вот сейчас и проверим, чего она там прячет. Ишь покраснела…

– Небось, мужика еще и не видывала, – заржал второй.

Велена дернулась, но вырваться не смогла. Головорезы только заржали. Брыкаясь и крича девушка привлекла к себе внимание сидевших поблизости, но это никак ей не помогло. Ткань платья затрещала, Велена больно ударилась спиной о столешницу и подумала: “Вот чёрт! Всё идёт не по плану, но самозащита оправдывает любые средства”.

В мгновение ока пальцы скастовали защитный символ, губы прошептали пару латинских фраз и тот, что держал ее за ноги вдруг заорал не своим голосом, сбивая огонь, внезапно вспыхнувший на его бороде. Другие резко отступили.

– Ведьма! – прошелестело по толпе и все замерли, оборачиваясь к Велене.

– Бей ведьму! – вдруг заорал не своим голосом кто-то.

Десятки рук потянулись к ней, кто-то побежал наружу, чтобы позвать стражу. Велена почувствовала, как кто-то дернул ее за руку, стащил со стола и потянул за собой, в обход толпы. Она повиновалась неосознанно, а спустя мгновение поняла, что это Есень тащит ее за собой.

Пробежав кухню и забежав в какую-то крохотную каморку без окон, в которой не было другого выхода, он захлопнул двери. Тут было так тесно, что Велена оказалась зажатой между полками с крупой, домашней утварью и метлами и телом мужчины, стоявшего спиной к дверям. Одной рукой, заведенной за спину, он придерживал закрытые двери, другой опирался на стену чуть выше головы Велены.

– Я же просил сидеть тихо и ни с кем не разговаривать, – едва слышно прошептал он.

– А что мне было делать, когда они … – также тихо ответила ведьма. – Не надо было оставлять меня одну!

– Зачем ты применила магию?

– Откуда мне было знать, что они тут охотятся ведьм…

Шум и рев толпы прервал их спор. “Она не могла уйти далеко! Ищите девку!” – надсадно ревел кто-то за тонкой перегородкой кладовки, где прятались Велена и Есень. “Посмотри в том шкафу!” – крикнул кто-то и дверь кладовой рванули, что было сил.

Глава пятая

Они не сговаривались… Пальцы Есеня разжались, отпуская дверь. В мгновение ока, Велена скинула туфлю с левой ноги и закинула бедро повыше на пояс своему спутнику. В ответ он прижал ее к себе правой рукой. Пряча лицо, ведьма томно застонала, обжигая дыханием шею мужчины…

“Простите!” – смущенно пролепетал верзила, осторожно закрывая, распахнувшуюся было от его рывка дверь кладовой. И обернувшись к своим спутникам, пробасил: “Нечего тут искать! Пошли отсюда!”

– Там кто-то был, точно… – встрял в разговор вертлявый матрос.

– Сказал, нечего, значит нечего! – ответил верзила, подталкивая других к выходу.

– А все же… я бы тоже посмотрел! Вдруг это наша беглянка, – вступил в разговор третий матрос – друг того здоровяка, которому Велена подпалила бороду ведьмовским пламенем.

– Ага, как же… Рискни и мадам Хойер тебе такое покажет… Она не любит, когда ее девочкам работать мешают.

Матрос передернул плечами и согласно кивнул.

– К тому же – добавил тот, который проверял кладовую, – отсюда нет другого выхода, кроме как через кухню. Да и окон я тут что-то не наблюдаю. Ни в кухни, ни в кладовой их нет. Поставим ребят у кухонной двери и подождем…

– Мы, что всю ночь будем караулить? – возмутился писклявый.

– Ты встречал тех, кому было бы по карману оплатить девочку от Хойер на ВСЮ ночь? – спросил третий. – Пару часов не больше…

Матросы загоготали. До спрятавшихся в кладовой Велены и Есеня донеслись их удаляющиеся шаги и звук хлопнувшей двери в кухню.

– Ушли, – тихо прошептал Есень, отпуская ведьму. – Что это было? Ты…

– Сделала, что должна была. Я втянула нас в это, теперь … пыталась вытащить, – нашаривая скинутую в спешке туфлю, смущенно прошептала Велена, – но… мы все еще в ловушке.

– У нас есть чуть больше часа. Что-нибудь, придумаем, – ободряюще улыбнулся Есень.

***

Приоткрыв дверь и выглянув из кладовки, Есень осмотрелся. В кухне никого не было. Помещение было довольно маленьким и в нем как и в кладовке не было окон. Несколько полок с закопченными горшками, тяжелый дубовый стол и камин.

Осторожно выбравшись из кладовой, Есень подошел к очагу и заглянул внутрь. Дымоход был грязным, но довольно широким, чтобы худенькая Велена могла по нему пробраться. “Отлично!” – улыбнулся своим мыслям Есень. Вернувшись в кладовую, где его ждала девушка, он ободряюще кивнул.

– Нашел выход? – с тревогой спросила Велена.

– Да. Через камин.

– Через камин? Ты с ума сошел?

– Послушай, мы тут в ловушке. В тупике, но … вот только не бывает тупиков, никогда не бывает. Бывают перекрестки – моменты выбора. Ты можешь остаться и попасть в лапы этим … бандитам, а можешь… сбежать от них! Ты на перекрестке – выбирай!

– Конечно, я хочу сбежать, – не задумываясь ответила Велена и тут же спросила, – Почему ты не можешь использовать магию?

– Потому что люди здесь ненавидят и боятся Ши, ведьм и колдунов. Они и так уже преследуют нас, не слишком-то умно снова наступить на те же грабли, как думаешь?

– Ну… наверное, – кивнула Велена.

– Мы сделаем так… – и Есень рассказал девушке план, который уже был готов в его голове.

– А ты? – выслушав его, спросила она.

– Я буду делать то, что должен.

– Но … – попробовала возразить девушка.

– Велена! Ты поехала со мной по осенней дороге и с того момента, как мы ступили на нее, нет иного пути, как пройти весь путь от начала и до конца. Делай, что должна и точка…

Девушка кивнула.

***

– Зря мы послушали этого дурака Стива, как считаешь? – спросил один из матросов, стоявших у двери.

– Пожалуй, – кивнул другой.

– Конечно, зря, – подстегнул спор писклявый коротышка, тот, который с самого начала не хотел покидать кухню. – Подумаешь, мадам Хойер. Что она нам может показать кроме сисек?

– Ну … эээ

– Или вы бабы какой-то испугались, – подначил товарищей писклявый.

– Нет, конечно! – ответил первый.

– Ну тогда пойдем и проверим этот шкаф. Как следует!

Верзилы еще немного поколебались, но писклявый не отставал. И, наконец, решив, что он прав и бояться им совершенно нечего, они распахнули двери и вошли в кухню.

Первое, что бросилось им в глаза, распахнутые настежь двери кладовой, в которой никого не было. “Ушли?” – растерянно спросил первый верзила. “Куда?” – спросил недоуменно второй. Оглядевшись, они не нашли никого, кроме лежавшего на полу без сознания человека. Незнакомец был одет в охотничий костюм и сапоги. Его длинные волосы были перепачканы в крови из раны на лбу.

“Вот черт! Ушла!” – выругался первый.

“Ушла! – констатировал второй.

Глава шестая

Кто-то тряхнул его за плечи, а потом окатил ледяной водой и снова встряхнул. Есень закашлялся, приходя в сознание. Открыл глаза. Над ним склонились двое здоровяков-матросов.

– Вы кто такие? – с трудом поднимаясь, спросил он.

– А ты кто? – рыкнул один из матросов.

– Не ваше дело, – похлопывая себя по карманам, огрызнулся Есень.

– Ишь, какой, неразговорчивый, – угрожающе хмыкнул второй.

– Где девчонка? – вдруг завопил, подскочивший третий. Тот самый писклявый недорослик.

– Черт! – выругался Есень. – Где мои деньги?

– Ясно дело! Рецепт любви у девочек мадам Хойер прост – стащила кошель и приложила чем потяжелее, чтобы не догнали, – хохотнул первый. – Пошли, парни!

– Погодите, – одернул их писклявый. – Что-то тут не чисто! Куда бы деваться девке в этой каморке? Не сквозь стены же она ходит.

– Нет, конечно! – вступил в разговор Есень. Вон же дверь.

– Так там эти двое стояли, – возразил недорослик и, повернувшись к головорезам, спросил с подозрением, – стояли же?

– Дык это … конечно! – замялся первый.

– Мы по очереди смотрели, точно говорю, никто не выходил, – ляпнул второй и вздрогнул от тычка в бок.

– Ну вот, – трагично всплеснул руками Есень. – Конечно ушла через дверь. Пока одного не было, другого недорого подкупить.

– Олухи! – завизжал недорослик.

– Это все ты, – заревел первый – принеси пива, принеси пива.

– А может быть, ты, – еще громче рыкнул второй, – принеси пожрать, принеси пожрать.

– Да я тебе ща…

Головорезы сцепились в клубок, стремясь добиться правды, писклявый кинулся их разнимать, а Есень, подобрав свой плащ, незаметно ретировался.

Торопливо выйдя прочь в ночную прохладу, он завернул за угол, где в переулке у коновязи оставил своего коня, но его там не оказалось. Только на соломе одиноко лежала до боли знакомая левая туфля.

Подобрав находку, Есень спрятал ее под плащом и накинув капюшон, быстро пошел в ту сторону, куда, как ему подсказывала интуиция, уехала Велена.

Глава седьмая

Путь по каминной трубе был неприятно узким и грязным. Велена торопливо протискивалась по дымоходу, твердя мысленно только одну фразу: “Я делаю, что должна! Пока все складывается удачно и полдела уже сделано. Осталось только добраться до озера и рассказать о случившемся, пока Он не очнулся”.