Читать онлайн Дезинфекция бесплатно

Пролог.

Около 100000 лет назад. Галактика Млечный Путь. Окраина Солнечной системы.

Чернильную пустоту безмятежного космоса в этом секторе системы Солнца ничего не нарушало. Иногда пролетали редкие метеороиды, притягиваемые гравитацией самой крайней планетой системы. Планета излучала насыщенный голубой цвет из-за содержания метана в верхних слоях атмосферы. Очередной метеороид скользил по беззвучной глади космоса. Внезапно он, казалось бы, без видимой причины резко изменил направление движения на девяносто градусов и, мгновенно ускорившись, исчез во мраке космоса. Пространство, всегда находящееся в статичном состоянии, вдруг приняло форму окружности, пошло волнами, втянулось во внутрь и, спустя короткий миг, выгнулось наружу и вытолкнуло из себя огромный многоугольный объект не правильной формы. После чего окружность искривленного пространства синхронизировалась с окружающим космосом, и восстановило исходную структуру. А многоугольный объект величаво, не торопясь, поплыл к третьей по счёту от местного светила планете, попутно сканируя окружающее пространство.

Владыка Моорг стоял на командном мостике и смотрел на висевшую под его ногами голубую планету. Все стены помещения транслировали окружающий космос на свою поверхность в режиме реального времени. Для находящегося в помещении создавалось полная иллюзия нахождения прямо посреди безвоздушного пространства. За планетой, на фоне россыпи ярких звезд, на небольшом удалении висел жёлтый диск её спутника.

–Владыка, – произнёс Управляющий Модуль Научно – Исследовательского Комплекса,– Атмосфера этой планеты имеет следующий состав:

78,084% азота;

20,9476% кислорода;

0,934% аргона;

0,0314% диоксида углерода.

А также следовые количества остальных благородных газов, оксидов азота и серы, монооксида углерода, метана, аммиака, озона, водорода и ряд других примесей. На планете разведывательными дронами обнаружено огромное количество представителей флоры, фауны и животного мира.

Управляющий модуль зажег прямо в воздухе перед Мооргом объёмное изображение планеты, которое тут же разбилось на отдельные сектора-квадраты. Каждый из таких секторов демонстрировал данные, пересылаемые дронами из различных уголков планеты. Моорг взглянул на сектор, показывающий подводный мир океана. Чувствительные сенсоры уловили движение зрачков и подводный сектор увеличился, заслоняя собой все остальные. Появившееся изображение демонстрировало, как два морских хищника увлечённо рвали на части огромную медлительную тушу. У хищников было удлиненное продолговатое тело, сужающееся к задней части, и заканчивающееся плавником. На спине и по бокам располагались треугольные плавники, видимо, выполняющие роль своеобразного рулевого механизма. Обтекаемая, приплюснутая сверху головная часть, заканчивалась двумя мелкими злобными глазками и широкой пастью с рядом огромных острых зубов. Дыхание хищники осуществляли при помощи жаберного аппарата. Жертва конвульсивно взмахивала огромными плавниками, хаотично меняя направление движения и пытаясь уйти от своих преследователей на глубину. Слева от изображения разведывательный дрон выводил общие параметры окружающей среды: температура воды, содержание кислорода, метана, серы, характеристики животных – размеры, вес, способ перемещения. Сведения, передаваемые дроном тут же заносились в базу данных компьютера, где происходила их обработка, сортировка классификация и систематизация.

Моорг движением зрачков смахнул изображение, которое тут же уменьшилось, вернувшись в исходное положение. Следующий сектор-квадрат, который его заинтересовал, показывал небольшое болото, вокруг которого рос папоротниковый лес. Огромные, тридцатиметровые стволы деревьев, пяти метров в диаметре, были лишены каких бы то ни было сучьев. На макушке деревьев росли огромные листья, дугой свисающие вниз под собственной тяжестью. Из глубины леса доносился несмолкаемый шум, гам, свист вой, щёлканье и уханье. Само болото кишело населяющими его земноводными рептилиями. То тут, то там на поверхности вскипали жестокие битвы за самое лучшее место. Хвосты, зубы, когтистые лапы, чешуйчатые тела, всё это буквально кипело в тесном для такого количества особей пространстве. Берег болота так же был усыпан мощными тушами ящеров, греющихся под палящими лучами солнца. Над болотом огромные стрекозы охотились на более мелкую живность. Камера увеличила картинку. Схватив у поверхности воды мелкую букашку, одна стрекоза тут же резко взмыла вверх, уходя от атаки пернатого летающего монстра, размерами, превышающими стрекозу в два раза. Щелкнув клювом, птица, не меняя траектории полёта, промчалась над водой, пытаясь догнать следующую жертву. Выскочившая из-под огромного плоского зеленого листа клыкастая пасть полутораметровой рептилии прервала её полет. Смачно хрустнув перемалываемыми перьями и костями, рептилия нырнула в воду, скрываясь под толстым мясистым листом, который она использовала для маскировки в процессе охоты. Слева по изображению побежали символы, указывающие параметры для данной местности. Дрон непрерывно пересылал на центральный компьютер сведения о температуре, влажности, составе воздуха, видах обитающего животного мира, флоре и фауне, находящихся в пределах досягаемости сканирующего устройства.

База данных модуля управления непрерывно пополнялась информацией со всех уголков планеты. Моорг смахнул картинку в сторону. Она уменьшилась, вернув экран объёмного изображения в исходное состояние.

–Обратите внимание на сектор с изображением под номером 26, -услужливо произнёс управляющий модуль,– это представители семейства приматов. У них прослеживаются явные признаки интеллекта, такие как социальное взаимодействие, способность к мышлению, речи, и примитивному аналогу творчества.

Модуль самостоятельно выделил сектор 26, и увеличил его. Камера дрона передавала изображение пещеры, в которой находилось двадцать существ различного возраста и пола. Дрон медленно перемещался внутри слабо освещенной пещеры, накрытый полем преломления, делавшим его абсолютно невидимым для любого существа. Перемещение было плавным и абсолютно бесшумным, что позволяло разведчику приближаться в плотную к любому объекту. По середине пещеры из крупных камней, был сложен очаг круглой формы, в котором малиновым жаром горел древесный уголь. По краям очага располагались две рогатины, обложенные для устойчивости по всей длине камнями. Камни были обильно замазаны засохшей глиной. От постоянно поддерживаемого в очаге огня глина потрескалась и местами осыпалась. На рогатинах лежала толстая жердь с нанизанными на неё кусками мяса. Вокруг очага на сухих бревнах сидели четыре взрослых примата мужского пола. Возле каждого из них лежало примитивное оружие. Копье – жердь полутораметровой длины с острым каменным наконечником на конце. Наконечник был вставлен в паз жерди и зафиксирован при помощи жил животного и какой-то древесной смолы. Тяжёлая с виду, сучковатая дубина из цельного куска дерева. Острый нож из вулканического стекла, рукоятка которого была обмотана фрагментом шкуры. Одеты мужчины были однообразно. Кусок шкуры животного мехом наружу с отверстием в центре, был надет через голову и прикрывал тело. Обрывок из того же материала закрывал нижнюю часть туловища. Ноги защищала обувь из сложенной определённым образом всё той же шкуры. Фиксировали всю эту конструкцию кожаные ремешки. Изображение непрерывно, по мере обследования того или иного объекта. Пополнялось комментариями. Температура воздуха, влажность, объем пещеры, количество приматов, рост, вес, пол, примерный возраст. Отдельной строкой шли параметры оружия. Вид: колющее, режущее, дробящего действия. Материал, структура, прочность, острота заточки, наносимый урон и так далее.

Моорг переключил управление дроном на себя. Разведчик медленно поплыл вдоль стены пещеры, давая возможность пользователю разглядеть нужные ему детали. На стене растительной краской была изображена сцена охоты на какое-то парнокопытное рогатое животное. Явно очень пожилой мужчина, держа в руках наполненную красным порошком неглубокую глиняную миску, разукрашивал свой рисунок. Рядом с ним стояла девочка лет двенадцати и очень внимательно наблюдала за его действиями. В углу пещеры лежала кучка костей, острых камней и деревяшек, служивших приматам строительным материалом. Внезапно один из мужчин, до этого момента что-то тихо обсуждавших, громко рассмеялся, изображая руками в воздухе нечто. Предположительно, размеры предмета обсуждения. В ответ ему остальные буквально покатились со смеху, держась за животы и приседая от охватившего их веселья. Моорг резко перенаправил дрона к зачинщику и остановил его в метре от мужчины, разглядывая крупные волевые черты лица. Тот внезапно оборвал свой смех, его ноздри шумно втянули воздух, он быстро оглядел пещеру своими ясно- голубыми глазами, одновременно медленно потянув руки к оружию. Остальные мужчины тут же замолчали и потянулись за своими дубинками, недоуменно глядя на своего предводителя. Но тот тряхнул головой, словно отгоняя от себя наваждение, успокоился, и они продолжили что-то тихо обсуждать. Моорг вернулся к осмотру пещеры. Немного в стороне от взрослых, четверо подростков мужского пола сидели на бревнах и внимательно наблюдали за пожилым учителем. Тот был буквально усыпан множеством шрамов, полученными в результате многочисленных схваток с различным противником. В левой руке учитель держал завернутый в шкуру кусок обсидиана. Правой рукой он, при помощи фрагмента кости, откалывал от цельного куска вулканического стекла мелкие чешуйки, придавая тому форму режущей кромки. В самом освещенном углу ближе к выходу из пещеры четверо молодых женщин, под руководством совсем уж древней старухи, занимались тем, что скоблили костяными скребками шкуру убитого животного. Она была натянута на каркас из прочных стволов деревьев. В шкуре по краям были проделаны отверстия, сквозь которые просовывались кожаные ремешки, а те, в свою очередь накручивались на каркас. По мере необходимости ремешки натягивались, обеспечивая необходимое натяжение шкуры на всей конструкции. Три девочки подростка наблюдали за действиями женщин, помогая по мере необходимости. Ещё один примат очень пожилого возраста, держа в руках копье, устроился у выхода из пещеры, внимательно наблюдая за подступами к жилищу.

Моорг вернул управление дрону, жестом руки погасил объёмный экран и скомандовал управляющему модулю:

– Систему запечатать! Немедленно!

– Выполняю.

Одна из многочисленных граней парящего в невесомости многоугольного корабля разъехалась в стороны, и из открывшегося проёма, сопровождаемые яркой вспышкой, по очереди отстрелились десять чёрных сфер. Они в мгновенном ускорении устремились к различным, заранее отмеченным точкам координат на границе солнечной системы. Прибыв, каждая на своё место, сферы встали на боевой взвод, соединившись между собой невидимыми силовыми линиями. После чего, подёрнувшись легкой прозрачной дымкой, скрылись от любого вида обнаружения.

– Система пропала с радаров, Владыка! Теперь этот участок космоса со стороны выглядит пустым безжизненным пространством, – доложил управляющий модуль.

– Развернуть планетарную инфраструктуру по стандартной схеме! При обнаружении подходящего для модификации биоматериала, доклад немедленно! – скомандовал Моорг.

–Слушаюсь Владыка. До старта комплексов 3, 2, 1, старт. Время установки шестьсот сорок восемь часов по времени этой системы – доложил управляющий модуль.

От огромного многоугольника, висящего в пространстве в 75 миллионах километрах от голубой планеты, отделилась группа объектов разного размера, формы и назначения, которые тут же устремились к указанным на планете координатам.

– Каждому смотрителю, по прибытии сегментов инфраструктуры на места временного базирования, о начале развертывания доложить! – продолжал отдавать привычные указания Моорг. – Установку научного сегмента и развертывание его инфраструктуры контролируешь лично!

– Слушаюсь, Владыка! – ответил управляющий модуль.

– Взрослых боеспособных приматов мужского пола из пещеры – изъять!

Часть 1.

Настоящее время.

М-да. А грибов то и действительно нет. Я в сердцах пнул засохшую поганку, прилипшую к торчащему из земли корню берёзы. Поганка взлетела, разваливаясь по пути на мелкие части, и приземлилась в довольно высокой, по колено, траве. А чего ждал то? Лето выдалось засушливым, дождей практически не было. В пакете сиротливо лежали три замученные жаждой сухие сыроежки, не понятно вообще как вылупившиеся в таких условиях. Я поднял голову вверх. Сквозь листву высоких берёз ярко слепило полуденное солнце. Сделав шаг в перед, с задранной к небу головой, я каким-то образом умудрился зацепиться за тот самый корень. Пока падал, соображал, на какой бок ловчее упасть, левый или правый? В левой руке был пакет с сыроежками, в правой- нож, которым планировалось срезать грибы. Выбор очевиден. На нож падать совсем не хотелось, поэтому приземлился на руку с пакетом. Вот же блин! Встав на колени, осторожно его открыл. Чуда не произошло. Сыроежки в труху! А, чтоб тебя! Думал хоть в суп вермишелевый покрошить, для запаха. Вытряхнул грибную труху из пакета, аккуратно его свернул, и положил в карман джинсовой куртки. День явно не задался. Встал, поправил лямки дешёвого китайского рюкзачка, болтавшегося за спиной, и, тяжко вздохнув, направился обратно к машине. Идти примерно с километр по березняку. Машину я оставил на опушке леса, куда вела от трассы проселочная дорога. По этой дороге городские жители в выходные дни на перегонки друг с другом устремлялись на лоно природы пожарить шашлыков, позагорать, побродить по лесу. В общем, культурно отдохнуть.

Пикник устраивать категорически расхотелось. В рюкзаке для этих целей лежала банка тушёнки, полторашка воды, пол булки черного хлеба, упаковка бич-пакета Доширак, два свежих огурца, коробок соли, упаковка влажных салфеток, моток паракорда три метра длиной, на всякий случай, большая железная кружка на семьсот грамм с крышкой, многоразовый пластиковый стакан, несколько пакетиков чая, коробка сахара рафинада, упаковка шоколадных пряников, большая ложка, таганок в виде двух пластин с пазами, пустая банка из под кильки, на которую цеплялись пластины, упаковка сухого горючего, зажигалка и метр на полтора твёрдой плёнки, вместо скатерти. Все продукты были куплены в магазине, на выезде из города, и планировались быть употребленными прямо в лесу. Но теперь, когда стало ясно, что грибов не набрать, настроения раскладывать припасы не было. Поеду домой. А колючек то на штаны нацеплял! Огляделся. В десяти шагах начинался край не глубокой выемки в земле, похожей на воронку, метров пяти в диаметре. Прямо по центру пенёк трухлявый. Спустился в воронку, подошёл к пню, присел на него, и стал выдирать колючки.

–Пшшшш!

Я подпрыгнул как ужаленный. Змея!? Оббежал вокруг пня. Нету. Странно. Замер, прислушался.

–Пшшшш!!

Чего это? Подобрал с земли валявшуюся тут же палку и стал ворошить прошлогоднюю листву вокруг пня. Змеи не было. Бросил палку, встал на колени у пня и прислушался. Ну точно! Шипение, похожее на звук всасываемого воздуха явно доносилось из-под пня. Что там может шипеть? Интересно. Пень был сухой и трухлявый, и довольно легко разбирался на куски. Через минуту наземная часть пня была снята.

Пшшш!

Шипение повторялось с интервалом примерно секунд в тридцать. Я вытащил из ножен на поясе свой нож, обычный такой, продаётся в любом хозяйственном магазине, и начал рыхлить им корневую систему пня. Внутренний голос шепнул, а может не надо? Надо Федя, надо. Хочу знать, что это там шипеть может. В голове мелькнула мысль, может шурф какой заброшенный? Зарос травой. А шипеть газы всякие подземные могут. А вдруг эти газы как рванут наружу? Принюхался. Вроде ничем посторонним не пахнет. Воронка какая-то странная. По форме как тарелка не глубокая. Для великана. Упираясь левой рукой в землю, правой продолжал орудовать ножом. В какой-то момент почувствовал, как рука стала проседать в землю, хотел отдернуть руку, выпрямиться, но было поздно. Вместе с пятаком земли и остатками пня провалился в пустоту.

***

Падая, я судорожно махал руками по сторонам. Получилось оттолкнуться от какой-то поверхности. В результате умудрился вывернуться так, что приземлился на ноги. Ну как на ноги. Ногами. Не головой вниз. От возможных переломов спасло то, что дно ямы, куда я свалился, оказалось забито сухими листьями и мелкими ветками, а также то, что после приземления я упал на бок, чем компенсировал энергию падения. Лёжа на боку, я осторожно приподнялся, сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, успокаивая сильное сердцебиение. После чего снял рюкзак, положил его рядом с собой, и стал ощупывать себя со всех сторон. Вроде цел. Даже почти ничего не болит. Ушибленный локоть не в счёт. Поднялся на ноги. Колени предательски дрожали. Я задрал голову вверх, и присвистнул. До края ямы было около шести метров. Солнечный свет немного освещал место падения и было достаточно светло. Я огляделся. Свалился во что-то, напоминающее по форме колодец. То есть труба, диаметром около двух метров. Ногой поковырял листву. На дне нащупал что-то вроде решётки с мелкой ячейкой. Поздравляю Шарик, ты- балбес! Вот оно тебе надо было? Где это я? Что за труба? Надо выбираться как-то от сюда. Я открыл рюкзак, расстегнул молнию на кармашке, достал свой старенький сотовый телефон марки Хуавей. Хорошо не раздавил. Телефон показывал текущую дату и время 15:45. Нет сети. Отлично, блин. Набрал сообщение товарищу в Телеге: «Леха привет!» Попробовал подпрыгнуть с телефоном в вытянутой руке. Сообщение не отправлено. Подобрал палку, которой на верху ворошил траву у пня. Отличная крепкая палка, чуть больше метра длиной, сухая, не толстая. На более тонком конце сучек. Достал из кармана полиэтиленовый пакет из-под грибов, примотал с его помощью телефон к тонкому концу палки, завязал на узел. Пошатал мобильник, вроде держится. На экране набрал вызов другу Лёхе. Вызов пошёл. Включил громкую связь. Вытянул руку с палкой как можно выше и встал на носочки. После нескольких гудков телефон женским голосом обрадовал: – абонент не доступен, попробуйте позвонить позднее.

Твою дивизию! Эту операцию я повторил ещё несколько раз с различными абонентами. Набирал жене, в экстренную службу 112, полицию 102, службу поддержки мобильного оператора. Результат тот же. Попробуйте позвонить позднее! Ладно. Размотал телефон. Пакет убрал в карман, палку прислонил к стенке. Включил фонарь на телефоне. Зашёл в настройки, выбрал батарею, режим экономии ультра, время работы 65 часов 15 минут. Отлично! Хотя, при работающем фонарике, это время скорее всего уменьшится в трое. Итого, у меня примерно 20 часов на работу фонаря. Более внимательно огляделся вокруг. Какая-то странная поверхность стены. Провел по ней рукой, на ощупь гладкая, с мелкими бугорками. Как будто оплавленная земля, если землю можно оплавить. До края не допрыгнуть, под ноги подставить нечего. Попробовал спиной упереться в стену, ногами в противоположный край стены. Со своими метр семьдесят пять это вряд ли получится. Что делать?

-Пшшш!

Чуть не подпрыгнул от неожиданности. Звук шёл со дна трубы из-под ног. По ощущению, как будто некий насос, где-то там ниже, пытается всосать воздух, но не получается, так как забился фильтр. Посветил под ноги. Чтобы освободить руки, положил телефон в левый нагрудный карман джинсовой куртки, так, чтобы фонарь светил прямо передо мной. Стал руками разгребать засохшую, видимо ещё прошлогоднюю листву, мелкие сучья и корешки. Подобрал выпавший при падении нож, вернул его на пояс в ножны. Как только не напоролся? Листьев было много, почти по колено. Сгребать было не куда. Решил осмотреть дно трубы частями. Счистил с одного края, прижал листву как мог своим телом, чтобы она не сползала обратно. Подо мной была решётка. Какая-то необычная. В очень мелкую дырочку, прямо как в сито. Прощупал стык решётки по всему периметру, и нигде не обнаружил ни одного соединения. Ощущение, как будто решетка со стеной-единое целое! Ударил её сверху вниз ногой. Подпрыгнул, с силой приземлился. Ничего. Даже не прогибается. Монолит. Вот это влип! Достал из рюкзака полтора литровую бутылку воды, аккуратно открыл упаковку с шоколадными пряниками, вытащил один, остальные убрал обратно. Эх, жаль чайку вскипятить не получится. Одно неосторожное движение с огнём, и всё, труба станет мангалом. Со мной в качестве шашлыка. Такое количество сухой листвы полыхнет так, что мама не горюй.

–Пшшш!

Откусил пряник, и только сейчас понял, что сильно проголодался. Прожевал, проглотил, сделал два экономных глотка воды. Дважды покашляв, прочистил горло. Поднял голову вверх, и во всю силу своих лёгких заорал: -ПАМАГИИИИТЕЕЕЕ!

***

Вдоволь наоравшись, я внимательно прошёлся по всему периметру, буквально по миллиметру прощупав пальцами стык решётки с трубой. Ничего. Ничего, за что можно было бы зацепиться, открутить, отковырять. Потом начал прощупывать саму стену. И наткнулся на непонятную находку. И как раньше не заметил? Выдавленный в стене у самого пола круг небольшого диаметра. Внутренний рисунок похож на загнутые и сведенные к центру тонкой частью лепестки ромашки. Я встал на четвереньки и принялся водить по нему пальцем. Ничего. Просто каким-то способом, выдавленный в стене колодца узор. Вечереет. Солнце ушло в закат, и в трубе стало темно. Я, в целях экономии, отключил фонарь, и сидел в сумраке, расположившись напротив рисунка на куче листьев и положив руки на колени. Сейчас дома начнёт беспокоиться жена. Раньше никогда не было такого, чтобы я был вне доступа сотовой связи. Ещё немного, и она начнёт обзванивать всех наших друзей. Вообще, я говорил ей с утра, что собираюсь поехать побродить по лесу, поискать грибов. С детства мой любимый способ активного отдыха. Вот помню, когда я был маленьким, у бабушки в деревне…

По моему я задремал. Проснулся от того, что затекла нога. Держась рукой о стену, на одной ноге встал, и стал трясти затекшей, чтобы вернуть ей кровообращение. И тут послышался звук, напоминающий шуршание сминаемой фольги. Я включил фонарь на телефоне и быстро крутанулся, освещая стены колодца. Луч света выхватил из темноты рисунок. Лепестки медленно втягивались в стену, открывая тёмный лаз с едва заметными очертаниями уходящего вглубь тёмного коридора. Я отскочил назад, прижался спиной к стене и выхватил нож. Если открылась дверь, а я не сомневался, что это дверь, то кто-то в неё обязательно должен войти. И не факт, что это будет кто-то дружелюбный. Сердце моментально вышло из обычного ритма и пошло в разнос. В голову ударила кровь и в висках запульсировало в унисон с сердцем. Сразу стало жарко. А когда я увидел приближающуюся ко мне из коридора тёмную фигуру нечто, размерами примерно с большую собаку, с двумя красными точками глаз, то сразу захотелось всё бросить, вцепиться ногтями в стену и рвануть на верх. Но я с трудом преодолевая себя, сквозь стиснутые зубы сделал вдох и ещё крепче сжал в руке нож. Нечто приближалось с дробным металлическим цокотом, как будто у него было множество тонких конечностей. В проёме показалась не правильной формы голова с двумя горящими красным светом глазами. В мою трубу лезло существо, внешним видом напоминающее паука. Что-то типа жвал с отверстием по центру, приплюснутое по бокам овальной формы тело. Восемь конечностей, как и у любого приличного паука, состояли из множества тонких подвижных сегментов. Двигались они так, как и положено двигаться нормальным паучьим лапам в определённой последовательности. Брррр. Не люблю пауков. Хотя этот сразу не вызвал во мне чувства страха. Это же робот! Чего я, в интернете роботов что ли не видел? От понимания этого как-то сразу стало легче. Одно дело – живая дикая тварь, другое – техника. Сердце стало понемногу успокаиваться. Паук замер, и оценивающе уставился на меня своими светодиодами. Я, аккуратно, не делая резких движений, левой рукой упёрся в стену, потихоньку приподнял правую ногу, и прицелился в голову паука, планируя врезать по его башке, если он вдруг ко мне полезет.

Паук присел на две задних пары лап, задрал свою голову вверх и резко подпрыгнул. Не долетая до края трубы, он в полёте раскинул свои лапы так, чтобы упереться ими о стену колодца. Расперевшись таким образом, паук наклонился туловищем вниз, а головой вверх, и стал что-то там делать. При этом издаваемый звук был похож на выдавливание зубной пасты из тюбика. Я посветил вверх и увидел, что паук запечатывает мой единственный выход! Механическая тварь выстреливала из своих жвал какую-то субстанцию, которая затягивала отверстие над моей головой.

–Ээээй, – заорал я на паука,– завязывай давай! Чё творишь то?

Но его, похоже, мои крики особо не волновали, и он невозмутимо продолжил своё подлое дело, не обращая на меня совершенно никакого внимания. Тогда я подпрыгнул и ухватил его за одну из лап. Повиснув на ней, стал дёргаться рывками, пытаясь скинуть его вниз. Но вредное насекомое перенесло весь свой вес на другие лапы и тряхнуло конечностью. Я не удержался и свалился в листву, отбив себе копчик. Стряхнул меня, как будто это я вредное насекомое! Мне стало немного обидно.

– Не смей меня игнорировать, – крикнул я, встав на ноги и потирая ушибленное место. Сейчас соберусь и повторю тот же трюк. Но паук уже закончил запечатывать выход, отрезав меня от источника света. Доделав свою работу, он спрыгнул на пол, и мы опять встали в стойку друг на против друга. Я с поднятой правой ногой, нацеленной на паука, а он на полусогнутых лапах. Теперь в трубе из источников света остался мой фонарь, и красные глаза паука. Я приготовился отражать возможную атаку, выцеливая ногой голову механического насекомого. Но у него были свои планы. То место, где у его живых собратьев находится ротовое отверстие вытянулось, и трансформировалось во что-то, вроде подвижного раструба. Паук мелко задрожал и начал всасывать в себя листву. Пылесос! Робот уборщик! У меня в голове выстроилась не хитрая логическая цепочка: уборщик-открыл дверь-сделал свою работу – вышел – закрыл за собой дверь. А за дверью остался я, запертый в трубе, которая станет моей могилой. Связи нет, кричать, как я предполагаю, уже бесполезно. Представив себе, какая смерть меня ждёт, я сразу понял, что нужно делать. Брать паука в плен! Робот уборщик, скорее всего, являлся и ключом от двери. Может он сам посылал сигнал на открытие, а может дверь открывалась от его приближения, не важно. Главное, мне нужен этот ключ! Там, куда мне придётся идти в поиске выхода, этих дверей может быть сколько угодно. Пока я раздумывал, паук управился с доброй половиной мусора. При свете фонаря я заметил, как всасываемая листва, видимо попадая в туловище – пылесборник, вылетала откуда-то с задней части, в виде мельчайшей пыли. Робот просто перетирал мусор в труху и выбрасывал его наружу.

Наблюдая за его работой, я достал из рюкзака моток паракорда и соорудил на одном конце петлю. Паук постепенно приближался к моим ногам. Подумалось, а меня он тоже собирается утилизировать подобным образом? Ну уж нет, такой возможности я ему не предоставлю.

Я подождал, когда паук закончит работу. Мало ли, а вдруг ещё кого пришлют доделывать? Нависнув над досасывающим мелкий мусор и совершенно не обращающим на меня внимания пауком, я накинул петлю на его голову и рывком затянул её. Паук замер на мгновение, повернул голову в мою сторону, и наши взгляды встретились. Родео началось! Я видел в ютубе ролики про этот вид спорта. В моём случае это было нечто среднее между скачками на неоседланной лошади и ловлей быка при помощи лассо в условиях ограниченного пространства. Паук подпрыгивал, пытался вскарабкаться по стене, кружил во круг меня, не давая себя связать. И что важно, он не пытался меня убить! От осознания этого я обнаглел в конец, дёрнул его за верёвку к себе, и припечатал ногой к полу. Паук на удивление оказался довольно лёгким, и мне без особого труда удалось удержать его в таком положении. После чего я натянул паракорд, задрав его голову вверх. Сделал виток через заднюю правую лапу, перехватил левую, и подобным образом перетянул остальные конечности. На спине сделал узел. Есть! Получилось так, что если пауку вздумается выпрямить лапы, верёвка натягивает его голову вверх ещё сильнее. И наоборот, начни паук опускать голову вниз, ещё сильнее натянутся к спине лапы. Этакий вариант обездвиживания противника, придуманный сотрудниками НКВД в своё время. По-моему, называется ласточка. Приподнял паука за узел и взвешал рукой. Килограмм пятнадцать, наверное. Лёгкий какой-то. А с виду не скажешь. Может это не металл вовсе, а какой-нибудь пластик? Костяшкой указательного пальца постучал по корпусу. Звук как будто металлический. А, и ладно. Из остатков верёвки соорудил лямку, что бы можно было нести механизм за спиной. Если честно, то я ожидал большего. Какой-то кровавой битвы с оторванными паучьими клешнями, брызгами крови, или что там у него ещё, суровые боевые шрамы на своём мужественном лице, синяк на волевом подбородке, кровавая ссадина на могучем бицепсе.

– Да да. Мужественное лицо, могучий бицепс. Ты в спортзале, когда в последний раз был? – спросил меня мой внутренний голос.

– Очень давно не был, – честно признался сам себе. -Некогда мне!

–Так что тебе ещё повезло, что легко отделался.

– Согласен.

Видимо в программе робота, или что там у него в голове, не была заложена возможность к агрессивному сопротивлению. А может он просто игнорировал живые объекты? Не суть важно. Но всё равно, я испытал чувство гордости за себя. Шутка ли, в одиночку справиться с пылесосом! Хоть и таким страхолюдным, но тем не менее. Такое же чувство, наверное, мог испытывать мой далёкий предок, когда в одиночку ходил на саблезубого тигра! Я поставил ногу на поверженного противника. Тот лежал неподвижно, погасив огоньки в окулярах и прикинувшись неисправным. Так. Нет фото, значит ничего не было. Я достал из кармана сотовый, время: 22: 37, проверил состояние батареи. Время работы 60 часов 05 минут. Включил камеру в режим селфи, поднял руку над головой, и сделал пару снимков. Открыл галерею и полюбовался на себя любимого. Отлично! Будет что рассказать внукам долгими зимними вечерами у горящего камина.

Всё, надо уходить от сюда. Закинул за спину рюкзак, огляделся, не оставил ли чего? Палка. Стояла там, где я её и прислонил к стене. В хозяйстве всё сгодится. Взял в левую руку. За узел верёвки приподнял паука и, вместе с ним, пригнувшись, смело шагнул в лаз.

***

Я оказался в небольшом переходе – трубе, высотой примерно в метр двадцать. Телефон из кармана светил так, что можно было уверенно видеть окружающее пространство метров на десять вперёд. Переход заканчивался буквально в нескольких шагах от меня. За ним начиналось тёмное помещение. За спиной послышался шелест сминаемой фольги. Я обернулся. Лепестковая дверь закрылась. Всё, обратного пути нет. Пригибая голову, я осторожно подкрался к краю перехода, достал из кармана телефон и высунув руку наружу, по кругу осветил окружающее пространство. Большая труба. Начинается от перехода и уходит в даль. Свет фонаря выхватывал из темноты не более десяти метров. Я шагнул вперёд и выпрямился. Труба более чем просторная, в диаметре метров шесть, наверное. До потолка не допрыгнуть даже с вытянутой рукой. Я посмотрел на время: 22:55.

Я тревожно вздохнул. Страшно ли мне? Конечно. Мне очень страшно. Но. Понятно, что на эту ситуацию я повлиять, пока, никак не могу. Поэтому, бояться просто глупо – успокаивал я сам себя. Тем более, на голодный желудок. Который громким урчанием внезапно напомнил о том, что я очень давно нормально не ел. Вот сейчас подкреплюсь, и пойду искать выход.

– Война войной, а обед по распорядку, – вслух сообщил я себе. За лапу вытащил из перехода связанного паука, который вообще перестал подавать признаки жизни.

– Штирлиц напоил бензином кошку, – произнёс я, укладывая паука в двух шагах перед собой, – кошка прошла два шага и упала. – Слева от себя на пол скинул рюкзак, – бензин кончился, подумал Штирлиц.

– Тебе бы в КВН выступать,– громко оценил я своё исполнение старого анекдота, и уселся спиной к переходу, а лицом к уходящему в глубь чёрному провалу трубы. Пристроил телефон у стены так, чтобы он освещал пространство передо мной и начал доставать из рюкзака продукты, одновременно оценивая своё положение.

Итак, первое.

Я в какой-то ж… ээээ, – в трубе. Выход или провал, как там его правильно, запечатал мерзкий паук. Тем же путем выбраться не получится.

Второе.

Судя по интересной конструкции двери и механическому роботу -пауку, это не ствол шахты или какого-нибудь рудника. Даже на самых суперсовременных шахтах не может быть таких навороченных технологий. Может это какая-нибудь вражеская база в глубине нашей страны? У тех же китайцев могут быть подобные технологии. Опять же, китайцы? В наших краях? И как можно незаметно вырыть что-то масштабное незаметно от спецслужб? Да и лес этот я знаю с детства. За все время ни разу не наблюдал здесь какой-то строительной техники. Да и сам лес то лесом можно назвать условно. Небольшой березник. В гектарах я не силён, но пройти его, не торопясь, из одного края в другой можно часа за три. Это в длину. А в ширину, ну, примерно пару часов ходьбы. Ладно, база там, или не база, разберёмся позже.

Третье.

Дома жена уже по любому подняла тревогу из-за моей пропажи. О том, что я собираюсь в лес за грибами я ей говорил. Она по любому подняла на уши всех моих друзей и, в настоящий момент машину на опушке уже нашли. И теперь прочесывают лес. И, конечно же, ничего не найдут. А с утра продолжат искать. Я похлопал по боковому карману куртки, ключи с брелком сигнализации от машины лежали на месте.

Четвёртое.

Надо идти вперёд, других вариантов все равно нет.

Итого. Если труба является частью какой-то базы, найти хозяина базы и вежливо попроситься на выход. Ну, или по ситуации. Если хозяина на месте нет, искать выход самостоятельно. Рассуждая таким образом, я поставил на пол пустую банку, на неё нацепил крест на крест две пластины таганка. В банку уложил таблетку сухого горючего и поджёг зажигалкой. В большую кружку налил до половины воды и поставил на таганок. Кружку закрыл крышкой. Взял телефон и выключил фонарь. Надо беречь заряд телефона. На меня со всех сторон навалилась темнота. Слабого, красно синего огонька от сухого горючего хватало лишь на то, чтобы слегка разбавить тьму вокруг меня. Романтика блин. Не хватает только звуков леса. Полная тишина. Я услышал, как в кружке забулькал кипяток. Таблетки как раз хватило вскипятить пол литра воды. Включил фонарь. Часть воды вылил в складной пластиковый стакан. Туда же положил пакетик чаю и два кубика сахара. В большую кружку раскрошил пол пачки Доширака, добавил специи, размешал ложкой и закрыл крышку. Вскрыл банку тушёнки и половину вывалил к лапше. Оставил настояться. Твердую плёнку растелил на полу вместо скатерти.

Достал огурец и разрезал его пополам. Половинки щедро посыпал солью. Отрезал ломоть черного хлеба. Пока накрывал поляну, подоспела лапша. Я достал из рюкзака ложку и, как говорят в армии, приступил к употреблению пищи. Прикончив распаренную лапшу с мягкими вкусными волокнами тушёнки, и закусив всё это дело хрустящими половинками подсолёного огурца, я взялся за десерт. Из рюкзака достал шоколадный пряник и тут же с удовольствием умял его, запивая теплым сладким чаем.

С обедом управился буквально за двадцать минут. Кружки – ложки экономно протер бумажной салфеткой и убрал в рюкзак. Посидел ещё минут десять, давая желудку возможность переварить пищу. Так, надо проверить, работает ли отмычка? Взял за узел паука, который продолжал прикидываться шлангом, вошёл в переход и подтащил его к месту, где находился лаз в мою трубу. Лепестки, с привычным уже шуршанием, втянулись в стену. Работает! Всё, пора в путь.

Через голову продел верёвку так, чтобы пленный робот висел за спиной, и подтянул её, чтобы не болтался. Со связанными конечностями получилось довольно компактно. И не очень тяжело. На левое плечо закинул рюкзак, в кармане на груди пристроил телефон с включенными фонарём, в правую руку взял палку.

–Ну что, двинули? – спросил сам у себя.

–Двинули! – И я пошёл по трубе на встречу раздвигающейся темноте.

***

– Ненавижу грибы. Ненавижу трубы. Ненавижу пауков.

Шагал я уже минут двадцать, и ни конца, ни края видно пока не было. Труба уходила вдаль под небольшим уклоном вниз и едва заметно поворачивая влево. Осматривая её по ходу движения, я не заметил никаких стыков, сварных швов и прочих атрибутов, положенных нормальным трубам. Вообще не понятно было, что это за материал такой. Что-то гладкое и слегка бугристое на ощупь. Как будто оплавленная земля. Тишину в трубе нарушали только звуки моих шагов и дыхание.

Что бы не было так страшно в полной тишине идти вперёд в чёрный провал, я начал разговаривать.

– Не, ну а чё? Разговаривал же сам с собой этот, как его? Голум из Властелина Колец? И нормально себя чувствовал. Хотя отморозок тот ещё, конечно,– рассуждал я в слух.

–Или вот этот, который в самолёте летел, потом разбился и попал на необитаемый остров. Так он вообще с мячом разговаривал, – доказывал я сам себе. – Нарисовал ему рожу кровавую, и общался в трудные моменты. Как он его звал то? Толи Вилкас, толи Ложкас? Не помню, хоть убей. – Я продолжил рассуждать. – Мне тоже напарник какой-нибудь нужен. Одному то страшно идти в темноту. А вдвоём – не так уж чтобы.

– А что тут выдумывать? У тебя же есть Я!

– Просто Я?

– Ну, можно как-нибудь и по конкретнее.

– Ну хорошо, звать тебя буду Дядей Федором. Как тот, не по возрасту умный паренёк, из Простоквашино. Согласен, Федя?

–Ну а чё нет то? – услышал в ответ и бодрее зашагал на встречу полной темноте, под защитой сферы бело-синего света.

Чтобы немного взбодриться, начал насвистывать знакомый частушечный мотив. Сначала потихоньку, неуверенно, как будто боясь, что меня кто-то услышит, а потом всё громче и громче. И, уже через пару минут я, безжалостно перевирая оригинальный текст, шёл, и во всю глотку орал:

Эх ядрёна труболазы,

Хорошо на свете жить,

А нам чевой-то не хватало

И мы отправились кружить!

По-моему, эти слова я где-то раньше слышал?

А что за вражия блат хата?

Что за вражеский притон?

С Дядей Федором на пару

Наведём конкретный шмон!

–Может, и не совсем складно, но зато как бодрит! И в правду, зашагалось как-то бойчее, появился злой боевой задор. В глубине души понемногу разгорался давно было потухший огонёк авантюризма и жажды приключений. Этот огонь, наверное, горит у каждого молодого человека, ещё не отягощенного возрастом, семейной жизнью и необходимостью ежедневно ходить на опостылевшую за долгие годы, работу. Что бы заработать на жизнь и на погашение нескончаемых кредитов и ипотек.

Я ухмыльнулся своим мыслям, и выдал очередное:

Эх мы весело шагаем!

Эх мы весело поём!

Развальцуем кому надо

И глаз на штой-то натянём!

Эхо погнало задорную песню вперед по тёмной трубе. Я подтянул на плече лямку рюкзака, поправил за спиной пленный механизм и ускорил шаг.

***

Идя таким образом, и бурча себе под нос похабные анекдоты, я прошёл ещё минут тридцать. Во рту пересохло и хотелось пить. Но, в полтора литровой бутылке воды осталось ровно половина, и я решил экономить насколько можно дольше. Ножом срезал самую верхнюю пластиковую пуговицу на джинсовке, засунул её в рот, и стал перекатывать влево-вправо. Таким образом, во рту усилилось выделение слюны и это хоть как-то компенсировало жажду. Груз за спиной уже начал довольно ощутимо давить на плечи. Потихоньку подкрадывалась усталость и уже явно хотелось спать. Я вытащил телефон из кармана, посмотрел на время: 0:35. Пора бы где-то уже и остановиться. И тут я, не сбавляя шага и глядя в телефон, почти налетел на вставшую внезапно передо мной стену. Чуть было не врезался в неё лбом. Тупик. Приехали. Я поводил фонарём по сторонам. Круглый тоннель, резко обрывалась, упирался в тупик. На котором во весь рост красовался рисунок лепестковой двери.

– Ваш выход, маэстро, – произнёс я, скидывая из-за спины паука-отмычку. Внутри меня всё замерло, когда я начал подносить его к стене. Если не сработает, мне хана! Ничего не произошло. Я прислонил паука брюхом к стене и стал двигать им по всей поверхности. Ничего! Тогда я, борясь с волнением, положил паука на пол, как если бы он двигался своим ходом, головой вперёд, и ткнул его светодиодами в стену. Сработало! Послышался шелест сминаемой фольги, и передо мной быстро образовался круглый проход. Но самое главное, в открывшемся передо мной помещение был свет! Я шагнул вперёд и оказался в довольно большой круглой комнате с плоским потолком. Проход позади тут же закрылся. Я огляделся. Источник света определить не смог. Свет просто был, и всё! Не слепящий белый свет. Ладно, не важно. Я выключил на телефоне фонарь, экономя заряд батареи. Бросил у входа свои пожитки и пошёл по кругу вдоль стены осмотреться. С лева на право. Шёл вдоль стены, ведя по ней рукой. Гладкая. Не как в трубе. На ощупь как пластик. Очень твёрдый пластик. Поднял голову вверх. До потолка метров восемь. Высоко. И пол, и потолок были из того же материала что и стены. Диаметр комнаты метров двадцать, наверное. Пройдя по кругу, вернулся в исходное положение. Переместился в центр комнаты и огляделся из этой точки. Ещё три лепестковые двери, аналогичные той, из которой я только что вышел. Всего четыре. Напротив друг друга. Ещё три входа? И куда идти? Наверное, в данный момент отдых является лучшим решением. Открывать двери буду потом. Паука положил караулить вход, чтобы не запутаться, откуда вышел. В центре помещения бросил рюкзак, поставил будильник на 5:00, и улегся на пол, подложив рюкзак под голову. Немного поворочался, устраиваясь поудобнее, и почти сразу провалился в сон.

***

С моей левой рукой что-то было сильно не в порядке. Я попытался пошевелить ею, но не смог. Что там такое? Захотел приподнять голову, и понял, что и это не получается. Начиная потихоньку паниковать, решил открыть глаза. Не открываются! Сердце моментально застучало в ускоренном режиме. К голове волнами начала приливать кровь. Рука стала наполняться острой колющей болью, как будто сотни мелких раскаленных игл одновременно пронзили её во всех местах сразу, от кончиков пальцев до плеча. Я с диким усилием напряг мышцы лица, веки дрогнули, и, сквозь образовавшуюся тоненькую щёлку я увидел, я увидел… Из моего рта попытался вырваться крик – а-а-а-а-а! Помогите! – На меня уставился мерзкий механический паук, у которого на всей его приплюснутой башке дополнительно к двум красным светодиодам появилось ещё шесть мерзких паучьих глаз. Настоящих, как у его живых собратьев. Безумный немигающий холодный взгляд этих глаз заставил меня содрогнуться от ужаса. Лапы паука были покрыты коричневым тонким мерзким ворсом, и каждая волосинка дрожала в такт мелко подрагивающим лапам. Но самое ужасное было не это. Мерзкое насекомое отрастило жвала. Изнутри его влажно коричневого ротового отверстия торчало прозрачное дрожащее жало, которое впилось мне в кисть руки между указательным и средним пальцем. По жалу в глотку паука резкими рывками засасывалась кровь. Моя кровь! Эта тварь высасывала меня, как коктейль из бокала, пока я спал! Я попытался сжать руку в кулак, но из этого ничего не вышло. В голове, вместе с пульсацией крови, истерично билась одна мысль. Ещё немного такими темпами, и мне кранты. Внезапно паук остановился. Эта гадина засекла, что я проснулся и наблюдаю за ней! Насекомое медленно, с явным садистским наслаждением начало вытаскивать своё длиннющее жало из моей кисти, причиняя этим мне дикую боль. Я попытался заорать, но не смог этого сделать. Всё понятно, оно ввело мне в кровь какой-то наркотик! Ууу, сволочь! Убьююю! Вытащив жало, насекомое резким рывком приблизилось к моему лицу. Три пары живых глаз тупо уставились на меня. Жвала медленно разошлись в стороны, дрожащее прозрачное жало прицелилось, и стало медленно вытягиваться к моему левому глазу. Сердце заколотилось ещё быстрее и вот уже было готово буквально выпрыгнуть из груди. В безумном усилии напрягая непослушные мышцы тела, я попытался убрать лицо с линии атаки, отвернув его в сторону. Но ничего не выходило. Я лежал, как будто парализованный, не в силах ничего сделать. И тут, у меня в голове, раздался жуткий скрежещущий металлический голос:

– Неправильно ты, дядя Федор, бутерброд ешь. Его кровью запивать надо!

Мерзкий паук затрясся от зловещего хохота, поднялся на две пары задних лап, хаотично балансируя в воздухе передними, резко опустился и, с размаху воткнул своё жало мне в глаз.

–Не-е-е-ет!

Я подпрыгнул, выхватил правой рукой с бедра нож и закрутился вокруг себя, тряся затёкшей безвольной левой рукой.

–Что? Кто? Где? – Мой разум лихорадочно цеплялся за остатки жуткого кошмара, который мне приснился, но никак не мог удержать сути видений. Последние их обрывки быстро ускользали от меня как вода сквозь пальцы. Не обнаружив угрозы, я перестал крутиться и начал успокаиваться, и, уже не понимал, что же меня так напугало. Я бросил взгляд на лежащего у двери связанного паука, осторожно подошёл к нему, и зачем-то пнул его под заднюю часть. Паук жалобно скрипнул, но никак не отреагировал на столь унизительное обращение.

– Разлёгся тут! – Заявил я ему, ворачивая нож на место. Зазвенел будильник: 5:00. Присев на корточки, достал из рюкзака шоколадный пряник и тут же зажевал его. Вытащил бутылку с водой, оценил сколько осталось, и сделал маленький глоток. Закинул рюкзак за спину. Подошёл к двери, из которой недавно вышел. Достал нож, и придерживая его двумя руками, с усилием провёл остриём по поверхности. Никаких следов оставить не вышло, материал стены не хотел царапаться совершенно. Как же пометить выход? Никаких марающих веществ в рюкзаке не было. Ножом сковырнул небольшую щепку с конца палки и положил её около входа. Встал к нему спиной. Ну и? Передо мной три двери.

–Дядя Фёдор, куда теперь?

–Каждый мужчина, имеет право на лево, – глубокомысленно изрёк ДэФэ.

– Разумно, – подтвердил я и пошел к левому рисунку. Подойдя, по старой схеме ткнул паучьей мордой в дверь. И на этот раз насекомый не подвёл. Стена с шелестом раздвинулась, открыв проход в…

– Оооочень интересно! – Задумчиво произнёс я, изумленно разглядывая открывшийся вид. По ту сторону находилось пространство, сплошь усеянное разноцветными цифровыми пикселями! Ну, как я их себе представляю. То есть, они натурально висели в воздухе. Я как будто смотрел на неисправный монитор компьютера. Пиксели все время менялись, одни вытягивались и принимали прямоугольную форму, другие сужались и становились квадратными. При этом постоянно меняя свои цвета. В глазах зарябило от такого цветового безумия. Интересно, а с радиоактивностью здесь как вообще? Я просунул в помещение палку, и помахал ею. Палка спокойно прошла вовнутрь, не встретив никакого сопротивления. Ни один пиксель от этого не сдвинулся со своего места. Значит, они как-то привязаны, каждый к своей точке. М-да. Я что-то начал всё больше сомневался, что это дело рук китайцев. Чую, дело пахнет внеземными технологиями и большими проблемами. Для меня. Вот это я влип! Осторожно прикоснулся к ближайшему пикселю кончиком мизинца. Почему мизинца? А его не так жалко, как другие пальцы. Без мизинца ещё как-то можно, а вот без указательного, например….

– И что ты собираешься указательным пальцем делать? – ехидно осведомился ДэФэ.

–Отставить разговорчики. – Я конкретно нервничал. Поковыряв пиксель мизинцем, я так ничего особенного и не почувствовал. Кончик пальца погрузился в малиновый квадрат, который тут же изменил цвет на фиолетовый. Я вытащил палец и внимательно осмотрел его со всех сторон, понюхал и даже лизнул. В общем использовал все доступные мне методы диагностики. С пальцем все было в порядке. Пока. А, была не была! Я сделал глубокий вдох, задержал дыхание, шагнул в перед и полностью погрузился в цифровую атмосферу. Интересно, а дышать здесь можно? А пиксели в лёгкие не попадут? А если попадут, то что будет? Я смотрел перед собой не дыша, и ничего кроме цвето-пиксельной какофонии не видел. В этом месте полностью терялось ощущение своего нахождения в пространстве. Совершенно ни каких ориентиров. Заблудиться – пять секунд. Идти куда-либо было просто невозможно. Никаких препятствий, стен, потолков, да и пола видно не было. Всё равно что идти в кромешной темноте. Так можно и в пропасть свалиться ненароком. Я сделал шаг назад и очутился в привычном уже помещении. Отойдя в сторону, понаблюдал, как медленно закрывается проход. С минуту постоял с закрытыми глазами, гоняя через веки цветные квадратики. Как от электросварки. Так, осталось два прохода. Идём в следующий по часовой стрелке. Подойдя к рисунку следующей двери повторил процедуру открывания. И в этот раз все прошло как надо. Дверь приглашающе открылась. На меня с той стороны смотрела кромешная темнота, наполненная низким гулом. Я зябко передернул плечами, из прохода тянуло ощутимой прохладой.

–Вот кто пойдёт в холодный мрак по своей воле?

–А вдруг в той стороне выход?

–А если нет, то что?

–Вернёмся обратно.

–А если дверь изнутри не откроется?

–Надо Федя, надо, – уговаривал я напарника. Можно было бы пойти открыть последнюю, четвертую дверь, посмотреть, что там и как, но тогда бы появился соблазн не ходить в эту, не удобную, которая может оказаться тропинкой, ведущей к дому. Всё, решено! Проверяем все двери в порядке очередности. Я включил фонарь на телефоне и зафиксировал его в нагрудном кармане. Оставил у двери свою не стандартную отмычку, что бы она не вздумала внезапно закрыться. Взял на перевес палку, на подобие ружья, и шагнул в темноту.

***

Пройдя немного вперёд я увидел далеко перед собой вертикальную полоску голубоватого света. Ладно, возьмём за ориентир. Продвигаясь вперёд обнаружил, что пол в этой локации не совсем ровный. Я то и дело начал спотыкаться о бугристые выступы, змеящиеся по полу в каком-то хаотичном беспорядке. Одни выступы были совсем небольшие, другие намного крупнее. Всё это внешне напоминало корни деревьев, когда они выбиваются из-под земли наружу. Я присел и потрогал один такой корень. Он был холодный. Я с самого начала стал замечать, что по мере удаления от входа становилось всё холоднее. А еле слышимый в начале низкий гул всё усиливался. Пройдя ещё метров пятьдесят на встречу голубому свечению, я почувствовал, как звук стал резко нарастать, из низкого перейдя на более высокие частоты. Внезапно звук оборвался на самой высокой своей ноте, от чего я присел на одно колено и приготовился бежать назад, если возникнет такая необходимость. В наступившей тишине вдруг ярко вспыхнул столб голубого света.

От столба по корням на полу и потолке хлынула голубая волна, разом осветив всё помещение. Зрелище было завораживающее. Как будто из пола росло дерево, которое уперлось своим толстым стволом в потолок, и пустило по нему корни. И сейчас по этим корням бежал голубой свет. В том числе и в мою сторону. Красиво. Вместе с приближением этой красоты я почувствовал приближающуюся волну холода.

–Бежать пора, – шепнул я себе под нос, одновременно поворачиваясь к выходу.

–Пора брат, пора,– согласился ДэФэ. Я рванул так, как давно уже не бегал. До выхода было всего ничего, и я выкладывался на полную. Главное не споткнуться об какой-нибудь корень и не упасть. Голубой свет пробежал по корням быстрее меня и нырнул в пол прямо у выхода. В спину мне ударила волна обжигающего холода. Я буквально почувствовал, как волосы на голове стали покрываться инеем. В открытый проход я влетел буквально в прыжке. Вместе со мной в круглый зал влетело облако холодного воздуха, испаряющегося от резкого перепада температуры. Пинком отбросил от двери лежащего паука, от чего дверь стала быстро затягиваться, перекрывая доступ холодному воздуху. Я сбросил с себя рюкзак и завалился на спину, тяжело дыша и одновременно дрожа от холода. Ещё немного, и вместо меня, на полу лежала бы большая мясная сосулька. Похоже, я нарвался на какую-то систему охлаждения, а может это кондиционер какой-нибудь у местных, кто его знает. Если есть система охлаждения, значит есть и то, что она охлаждает. Вот туда мне точно не надо. Надеюсь последняя дверь ведёт куда-нибудь ближе к выходу.

Отдышавшись, я огляделся, и понял, что лежу в луже воды. Ну не то чтобы в луже, но потеки растаявшего инея на полу были.

Вода! У меня есть вода!! Я сел и начал обдумывать план действий по добыче необходимой мне жидкости. Холод есть, тепло есть, значит конденсат тоже будет. Осталось придумать, как его собрать. Перебрал содержимое рюкзака. Прозрачная полиэтиленовая пленка, метр на полтора, которую я использовал вместо скатерти. Расстелил её в метре от входа и сложил надвое под угол в девяносто градусов. Вертикальную часть кое как подпёр сзади рюкзаком. Горизонтальную по краям придавил различными вещами. По задумке морозный выхлоп при открытии двери должен был осесть на вертикальной половине плёнки и нагревшись скатиться на горизонтальную часть в виде конденсата, то есть воды. После чего его только останется аккуратно собрать в банку и перелить в бутылку. Ну-с, приступим! Я открыл дверь, сам в это время находясь с краю, вне зоны воздействия холода. Морозное облако, вырвавшись из холодильника, чуть не снесло мою конструкцию. Закрыв дверь, я победно улыбнулся. Сработало! На плёнке довольно быстро оседали крупные капли воды. Дальше пошла нудная работа. Эту процедуру я повторял ещё около двух часов подряд, прежде чем смог наполнить водой полторашку, вдоволь напиться, вскипятить кружку чаю и выпить его, закусив вкуснейшим шоколадным пряником. Развалившись на полу полежал минут двадцать, переваривая съеденное. Телефон показывал время: 8.30 утра. Заряд батареи 65 процентов. После чего собрал рюкзак и закинул его за спину. Взял палку, за узел приподнял паука и поднёс его к последнему рисунку. Дверь ожидаемо открылась. По ту сторону находился освещенный всё тем же, непонятно откуда берущимся светом, прямоугольный коридор. На противоположном конце был еле заметен круглый контур двери. Чтобы дойти до него, нужно было пройти примерно метров тридцать. Ширина коридора была около пяти метров, и около шести в высоту. Этакий прямоугольник пять на шесть на тридцать. По боковым стенам параллельно полу проходили множественные прозрачные выпуклые неровные вены- вздутия, тянущиеся вдоль стены от края до края, по которым текла золотистая жидкость с красными вкраплениями. Эти вены усеивали стену практически сплошным параллельным узором. Они сходились в середине стены в один толстый жгут, образовывая большой прозрачный круг, в котором бурлила золотистая жижа. То же самое было и на другой стене. Пол и потолок были усеяны мелкими отверстиями, размером с рублёвую монету. Все отверстия на полу располагались в строгом порядке, образуя рисунок, идентичный рисунку на потолке.

–Таак, это ещё что? И чего от этого всего ожидать?

–Не попробуешь, не узнаешь, – флегматично ответил ДэФэ.

–Бежим? Или идём спокойным шагом?

–Не солидно в нашем возрасте бегом передвигаться. Двинули помалу!

Я поправил на спине паука, поудобнее устроил на плече рюкзак, и осторожно двинулся вперёд, стараясь держаться по середине, тыча и махая перед собой палкой. Никаких спецэффектов в помещении не наблюдалось, что уже внушало некоторый оптимизм по благополучному прохождению новой локации.

Подходя ближе к середине помещения, я стал ощущать какую-то не привычную лёгкость. Шевельнул плечами. Похоже, что паук стал весить на порядок меньше. Чудеса! Сделав ещё пару медленных и осторожных шагов, я почувствовал, как свободные части одежды на мне стали понемногу натягиваться к потолку. Натурально. Как будто кто-то тянул её за невидимые нити. Воротник джинсовой куртки сам собой развернулся. Шнурки на кроссовках вытянулись вертикально, и стали похожи на живых змей, тянущихся вверх на звуки музыки факира.

Я бросил перед собой палку и перехватил рукой телефон, который вдруг попытался самостоятельно покинуть мой карман. Палка до пола почему-то не долетела. Взяла и повисла в воздухе. Хм. Я прошёл ещё пару шагов вперёд, толкая её ногой впереди себя. Пока она не поднялась на уровень груди. Скинул рюкзак, снял со спины паука и оставил их висеть прямо в воздухе. Во как! Удобно. И нести ничего не надо, толкай прямо перед собой. Какая-то гравитационная аномалия. Ну точно, это не китайцы. Слишком уж мудрёно всё здесь. Внеземные технологии, не иначе. И почему меня до сих пор не повязали? Чем ближе я подходил к центру помещения, тем меньше становился мой вес. А вещи вообще уже не имели собственного веса, и стремились притянуться к потолку. Толкая перед собой пожитки, я с каждым шагом понемногу отрывался от пола, ощущая себя водолазом, идущим по дну моря. В какой-то момент я вообще перестал доставать ногами до пола. Зависнув в метре над поверхностью, я, левой рукой удерживая вещи, правой стал грести воздух. За несколько минут гребли удалось немного продвинуться ближе к центру. Только висел я теперь метрах в трех от поверхности. Рюкзак слегка тянул левую руку вверх. Вообще всё это было довольно утомительно. Хотя в начале было даже интересно. Ощущение невесомости. Тоже самое, наверное, испытывают космонавты, находясь на орбитальной станции. Я даже попробовал сделать что-то типа сальто, быстро махая обеими руками одновременно в одном направлении. Получилось коряво, но получилось! Я открыл клапан нагрудного кармана, достал телефон и на вытянутой руке сделал фото себя, парящего в невесомости. Фото получилось довольно фантастичное. Я, такой весь в невесомости, волосы стоят дыбом, а вокруг меня в воздухе висят рюкзак, связанный робот паук и деревянная палка.

Мне быстро надоело барахтаться, и я решил действовать более кардинально. Размахнувшись, правой рукой запустил вперёд палку. Она пролетела до центра комнаты, где её тут же медленно притянуло к потолку. От взмаха меня немного откинуло назад. Ту же процедуру я проделал с рюкзаком, а потом за ним вдогонку полетел и паук. В итоге все мои вещи оказались притянутыми к потолку с небольшим разбросом. В целом легло кучно. В результате этих манипуляций меня откинуло на место, где я уже почти доставал ногами до пола. Отгребя ближе к входу и уверенно встав на ноги, я размял шею, потом руки, повращал корпусом, потряс ногами, сделал глубокий вдох и рванул вперёд. Вообще, я очень неплохо бегал на короткие дистанции, в более раннем возрасте. Вот в школе так вообще меня на стометровке никто не мог обойти. Добежав до того места, где начинало отрывать от земли, я со всей силы оттолкнулся правой ногой, и, как киношный супергерой, прыгнул в невесомость, выставив в прыжке вперёд обе руки. Меня охватил какой-то детский восторг от невероятных ощущений и я, довольно быстро приближаясь по восходящей траектории к своим вещам, заорал:

– Дядя Фёдор, я умею летать! – И тут меня припечатало спиной к потолку. Довольно сильно. Как если бы я упал плашмя на пол.

– Шарик, ты балбес,– горестно резюмировал более рассудительный ДэФэ, – А перевернуться ты не догадался?

Да уж. Как летел безумным Бетменом с вытянутыми руками, так и прилип.

Я лежал на потолке и не мог пошевелиться, так сильно меня притянуло. Немного отдышавшись и с трудом покрутив по сторонам головой, стал прикидывать план дальнейших действий. Лежу на потолке, на спине, с вытянутыми вперёд руками, в шести метрах над полом. Если вдруг гравитация решит поменяться местами, падать будет высоко. Нахожусь примерно на середине помещения, до нужного мне края метров пятнадцать. Если предположить, что максимально притяжение действует по центру, а так оно скорее всего и есть, то передо мной стоит задача выбраться из центра. Но для начала нужно перевернуться на живот, на спине двигаться вообще не реально.

–Да вы прямо стратег, батенька, – ехидно подал голос ДэФэ.

–Ну-ка тихо! Вот сейчас только перевернусь на живот, и выползу.

Я попробовал перевернуться на бок, напрягая все мышцы. Не получается. Попробовал свести вытянутые руки к туловищу. Сопротивление было такое, что я прямо почувствовал, как моё лицо покраснело от напряжения. Никак! Эээ, да я так умру здесь, на этом потолке. Как муха засохшая. Не хочу, как муха! Ко мне понемногу стала подкрадываться паника. Спокойствие, только спокойствие! Я начал раскачиваться корпусом слева на право и обратно, пытаясь перевернуться на бок. Сначала по миллиметру, по два, но постепенно у меня стало получаться. Мышцы живота напряглись так сильно, что показалось, ещё немного, и там внутри что-то лопнет. Ноги трясло от перенапряжения. Спустя пять минут таких качелей с боку на бок, я почувствовал, что раскачался довольно сильно, чтобы попробовать перевернуться. С последним усилием, качнувшись максимально влево я, преодолевая сильнейшее сопротивление, рывком согнул правую ногу в колене влево, и перевернулся на живот. Мой лоб уперся в твёрдую поверхность, а губы вытянулись и их тут же прижало к потолку. Тяжело восстановив дыхание, я, с усилием напряг мышцы лица, пытаясь тянуть улыбку к ушам. Так я смог вернуть губы на своё место. Как только я переставал таким образом скалиться, губы тут же прилипали обратно. Я закончил борьбу с гравитацией и попытался облизнуть языком пересохшие губы. Ничего не получилось, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы его тоже не притянуло к потолку. Ужасно хотелось пить. Я скосил глаза. Рюкзак лежал в метре перед вытянутыми руками. Ещё немного отдохнув, я, как мог, перенес вес тела на руки, и понемногу подтянул под себя сначала правую, а потом и левую ногу. Одновременно с этим, превозмогая боль в спине, отжал от потолка живот. Напрягая мышцы шеи, оторвал от поверхности и перенёс немного вперёд свой лоб. Теперь, если смотреть с низу, я походил на аборигена, который распростерся ниц перед впервые увиденным им белым человеком. На коленях, с вытянутыми руками и лоб в пол. Или в потолок. Тьфу, блин.

–Вот тот, кто все эти заподлянки здесь устроил, он кто вообще?

–Гад и сволочь.

–Найти и покарать! Безжалостно!

–Ага, щас вот только на пол спущусь и займёмся. Безжалостно и ещё всяко, – успокаивал я сам себя, приводя в норму сердцебиение. Перебирая пальцами, нащупал небольшие отверстия. Вцепившись пальцами обеих рук в дыры, я понемногу начал сгибать руки в локтях, одновременно по миллиметру перебирая коленями. У меня стало получаться! Ну, всё правильно, чем меньшей площадью тело прилегает к потолку, тем слабее его прижимает. Тем легче от него оторваться. Физика, однако!

Рассуждая таким образом, я полз, упершись лбом в потолок и перехватываясь пальцами рук за следующие отверстия. Одновременно подтягивая вперёд своё нереально тяжёлое тело. Лоб от этого начал сильно болеть. Поравнявшись с рюкзаком, медленно просунул в лямку левую руку, перехватился и пополз к пауку. Палку по пути толкал уже правой рукой. Бросать её здесь не хотелось. Вдруг дальнейшем будет нужна? С каждым пройденным сантиметром ползти становилось все легче. Через десять минут я, напрягая остатки сил, толкал перед собой все свои пожитки. По моим подсчётам, центр был пересечен метра два назад. Муха, ползущая по потолку. Вот кем я сейчас себя ощущал. Ещё через пару метров я почувствовал, как стал понемногу отваливаться от потолка. Повиснув вниз головой, кое как нацепил рюкзак и перехватил поудобней паука. Уткнувшись в поверхность палкой и разогнув ноги в коленях, резко оттолкнулся от потолка. Я опять летел! Силы тяжести и инерции не хватало дотянуть до поверхности, и я усиленно начал грести руками и ногами. Спустя пару минут безумной гребли, я замер в двух метрах от поверхности, совершенно вымотанный. Дрожащими руками достал из рюкзака бутылку с водой и сделал два жадных глотка. После чего набрал в рот воды, и долго держал её не глотая, пока не почувствовал, что жажда и сухость во рту стали отступать. Отшвырнул от себя рюкзак, и он благополучно приземлился на пол недалеко от стены. Меня откинуло немного назад. Следом полетел паук. После чего мне не составило большого труда догрести до места, где я смог достать руками до поверхности.

Твердо встав на пол, подхватил свои вещи и на негнущихся ногах, не оглядываясь, направился к круглой двери. Меня всего трясло от физического перенапряжения. Тело постепенно, шаг за шагом наливалось привычной тяжестью. Подойдя к выходу, я грохнулся на пол, дрожащими руками достал из рюкзака оставшиеся пол банки тушёнки. Надо доедать, пока не пропала. Греть не стал, съел как есть теплую. Куском хлеба хорошенько выскреб со дна банки желеобразную массу с волокнами мяса. Достал шоколадный пряник, и с удовольствием прожевал его, запивая водой. Чай греть не хотелось. Посидел немного, чувствуя, как постепенно возвращаются силы. Посмотрел на время: 11:38. На преодоление этого препятствия у меня ушло два с половиной часа. Скоро уже сутки, как меня нет. Как там мои близкие, интересно? Жена по любому в панике. Немного отдохнув, решил выдвигаться. Ткнув мордой паука в дверь открыл проход и заглянул внутрь. Черная гладкая труба, аналогичная той, через которую я пол ночи шёл. Труба – это хорошо, труба это уже привычно. Ну их нафиг, эти светлые чистые помещения, нам и в тёмной трубе не плохо живётся.

– Да, дядя Фёдор?

–Ага,– подтвердил ДэФэ.

Я включил фонарь на телефоне и зафиксировал его в кармане. Закинул за спину неудобную отмычку, повесил на плечо ещё немного похудевший рюкзак, взял в руку палку и шагнул в трубу. Понаблюдал, как с тихим шелестом затянулся проход, отрезав меня от источника света. Опять переться непонятно куда в кромешной темноте. Что бы немного взбодриться, сам себе скомандовал:

– Равняйсь! Смирно! Шагом, марш! – Сделав три строевых шага, перешёл на походный. Войдя в темп, я зло оскалился и проорал в, постепенно расступающуюся перед светом фонаря темноту:

– Песню, запе-вай!

Импровизация с меня так и лезла:

Эх что нам падла невесомость

Что нам гравитация

А мы найдём владельца дома

Что будет дальше, в голову сразу не пришло, но выручил ДэФэ:

А мы найдём владельца дома

– и мы грозно, на всю трубу грянули:

– Эх демобилизация!

С каждым шагом уверенность, что все будет хорошо, только возрастала. Чему очень способствовала наша боевая песня:

Нас расстраивать не надо

Не боимся никого

Разломаем все преграды

И доберёмся до него!

–Как-то не совсем складно получается.

–А ты попробуй, сочини на ходу! Чтоб ещё и складно было.

Дядя Фёдор со мной естественно согласился, и мы дружно затянули:

Эх достали супостаты

Больше мочи нет терпеть

Хоть какой вы, падла, масти

Вот на вас бы посмотреть!

Эхо гнало вперёд по трубе слова грозной песни, и супостаты, коли такие вдруг обнаружатся, должны были сломя голову, в ужасе бежать от нашего праведного гнева.

***

Шагал я по трубе уже около часа. По дороге доел оставшийся огурец и сделал пару экономных глотков воды из бутылки. Труба порядком надоела. Хотелось уже какого ни будь разнообразия, выйти куда-нибудь опять на свет. Как там жена, интересно? Наверное, места себе не находит, волнуется. Дочь уже взрослая, заканчивает сельскохозяйственный институт в областном центре. По родителям не сильно скучает, судя по частоте звонков. Да и некогда ей, наверно. Всё-таки институт, это вам не это. Дома, кроме жены, по мне ещё скучал старый больной кот Тишка. Доктора ветеринары предлагали усыпить бедолагу, чтобы не мучился, но у меня не поднималась рука на старого друга, который прожил с нами кучу лет.

Да, усыплять не вариант. А лечить …

–Опа, а вот и труба закончилась,– произнёс я вслух, подходя к тупику. Тупик ожидаемо заканчивался круглым лепестковым рисунком.

– Работай, наездник, – сказал я пауку, и ткнул его мордой в дверь. Лепестки с тихим шелестом свернулись в стену.

–Не перестаю удивляться подземным технологиям, – пробурчал я себе под нос, и шагнул в освещенный сине красным светом проём. Я оказался в огромном, прямоугольной формы помещении, похожем на пустой бассейн, заполненный какими-то прозрачными кубами с булькающей в них синей и красной субстанцией. Кубы были соединены между собой прозрачными шлангами, по которым струилась и перетекала жидкость. Вытянутые колбы диаметром с хорошую бочку, целый лес каких то, похожих на антенны металлических конструкций, соединяющие пол и потолок. Между антенн периодически проскакивали электрические разряды. В помещении стоял негромкий гул, похожий на гудение трансформаторной будки. Пересекал всю эту непонятную мешанину из конца в конец узкий металлический мостик, на одном конце которого стоял я, с опаской поглядывая на потрескивающие разряды.

– Удара током мне вот как-то прям не хочется, если честно, – почесал я затылок. Освещения, испускаемого кубами с синей и красной жидкостью, вполне хватало, чтобы уверенно рассмотреть помещение примерно до середины. Дальше видны были только мостик, общие очертания некоторых предметов, да проскакивающие в разных направлениях электрические разряды. Я вытащил из рюкзака бутылку с водой, сделал два небольших глотка, каждый раз некоторое время перекатывая тёплую жидкость во рту.

–Ну что, Дядя Фёдор, пойдём, поинтересуемся, кто это прямо на месте культурного отдыха граждан, заподлянку такую вырыл, чтоб ему в яму сортирую провалиться!

Встряхнув своей амуницией, я осторожно покрался вперёд, озираясь и оглядываясь по сторонам. Окружающая меня обстановка напоминала какую-то лабораторию сумасшедшего учёного. Пляшущие на предметах сине красные отблески добавляли жути.

–Ещё музыки атмосферной не хватает, -подумал я вслух.

–Не важная, прямо сказать, была идея эта, с грибами, – подсыпал перцу Дядя Фёдор.

–И не говори,– я тяжело вздохнул, и почувствовал, как зашевелились на голове волосы. Медленно поднеся руку к голове, получил не слабый такой разряд в указательный палец.

–Ау,– потряс ушибленной током рукой, и тут же получил разряд в другую.

Я оглядел себя, и увидел, как по всей одежде проскакивают мелкие электрические искорки. В кармане раздался сигнал подключения телефона к зарядному устройству. Двумя пальцами, осторожно, вытащил телефон и увидел на экране быстро пополняемую шкалу зарядки батареи.

-Во, ништяк,– обрадовался я такому сюрпризу,– беспроводная зарядка, не иначе! Интересно, а батарея такой темп выдержит? Думаю, надо убираться отсюда поскорее.

–Валим, – согласился ДэФэ.

Я ускорился, не забывая оглядываться по сторонам и держа руки растопыренными в разные стороны, чтобы избежать очередного удара током. Между пальцами время от времени проскакивали маленькие злые искры. Преодолев таким образом половину пути, и не обнаружив угрожающих жизни препятствий, перешёл на лёгкий бег. Звук шагов ускоренным эхом разносился по огромному помещению. Внезапно, с ближайшей антенны сорвалась миниатюрная молния и треснула меня прямо в пятую точку. От удара я вскрикнул, подпрыгнул, и припустил бежать. Следующая антенна долбанула меня в правую ногу, от чего меня неслабо так тряхануло. Я подпрыгнул ещё выше, и рванул настолько быстро, на сколько вообще мог бежать. До конца мостика оставалось совсем немного. Секунд тридцать я бежал на пределе своих возможностей, как профессиональный спринтер. И за эти тридцать секунд до финиша успел словить ещё штук пять разрядов, каждый раз подпрыгивая от удара, изображая крутящего педали велосипедиста и громко и грязно матерясь. Залетел я в открывшуюся передо мной дверь уже полностью выдохшимся, еле волоча за собой ставшего невероятно тяжёлым пленного паука.

***

Сказать, что я был зол, значит ничего не сказать. Я был просто в бешенстве. Это я сейчас прогулялся по какой-то гигантской электрической мухобойке, как какое-нибудь насекомое. Висят такие во всех более-менее приличных магазинах и бьют электрическим разрядом всех пролетающих мимо. Наглухо. С одной лишь разницей что я, каким то чудом, остался жив. Ну ничего, я тоже, когда найду здесь кого-нибудь из местных, сразу убивать не стану. Сначала попинаю немного. Больно. Куда это меня опять? Я огляделся. Всё та же труба, только теперь из светлого материала, испускающего легкое свечение, которое позволяло видеть без фонаря. Труба уходила в даль под наклоном вниз и всё также постепенно забирая влево. Отлично. Экономим заряд батареи. Посмотрел на телефон и радостно улыбнулся.

–Ну хоть одна хорошая новость. – Зарядка телефона показывала девяносто восемь процентов. На всякий случай проверил состояние сети, сделал селфи, на котором сам себе показал боевой оскал десантника, и сохранил в галерею. Немного отдышался, пришёл в себя, подождал, пока перестанут трястись от усталости руки-ноги, сделал пару мелких глотков воды и осмотрел места уколов. Вроде всё нормально. Травм, не совместимых с жизнью не обнаружено. Значит, снова вперёд. Взвалил на себя своё имущество, пристроил за спиной палку, на манер меча ниндзя, что бы руки были свободны и сделал первый шаг по новой трубе. Немного пройдя, для поддержания боевого настроя, во всю громкость своих лёгких, заорал гимн всех нормальных труболазов:

Эх мы весело шагаем

Эх мы весело поём

Эту вражию блат хату

На кусочки разнесём!

По освещённой трубе под горку шагалось легко, настроение заметно улучшалось, и я импровизировал дальше:

Не будите падлы лихо

Не играйте вы с огнём

И сидите лучше тихо

Не то к вам сейчас придём

***

Прошагав с полчаса, под урчание пустого желудка стал задумываться о том, чтобы немного перекусить. Решено! Война-войной, а обед-по распорядку. Я остановился, сбросил с себя свою ношу и провёл ревизию рюкзака. Не густо. Пол пачки Доширака, чай, сахар, соль, пол бутылки воды, четверть буханки хлеба, четыре шоколадных пряника. Всё. Сел, прислонившись спиной к стене. Достал из рюкзака банку, положил в неё таблетку сухого горючего, поджёг зажигалкой. Сверху банки поставил крест-накрест две пластины таганка. На таганок водрузил кружку с водой. Дождался, когда закипит. Горючее к тому моменту практически выгорело. В кружку опустил пакетик чёрного чая и два кубика сахара. Отрезал от буханки ломоть начавшего черстветь хлеба и щедро посыпал его солью. И буквально в три укуса съел его. Мммм, вкусно! Аккуратно отхлебнул из кружки горячего сладкого чая и покосился на оставшиеся пряники. Как говорил товарищ Авиценна – Ибн Сина, который: – «обжорство, худший из изъянов, живот твой, не могила для баранов». И со вздохом съел один пряник, нарочно медленно и со вкусом пережёвывая его. После чего так же медленно, смакуя каждый глоток, допил чай. Посидел, прислушиваясь к ощущениям. Ну, вроде, как и наелся. Откинул голову назад, упёрся затылком в стену и закрыл глаза.

С самого начала вынужденного марафона по трубе меня не покидало ощущение какой-то нереальности всего происходящего. Как будто я вдруг взял и оказался в какой-то компьютерной игре-бродилке. На всякий случай я ущипнул себя за наружную часть бедра. Аккуратно. Чтобы не больно. Вроде не сплю. Вместе с тем, по всему телу до сих пор ощущались места электрических укусов. Вообще, мне, по-моему, очень сильно везло. Судя по всему, я сейчас прохожу по каким-то техническим помещениям, в любом из которых меня могло просто на просто разорвать, расплющить, распылить на атомы, изжарить и так далее. И не известно, сколько ещё мне предстоит идти, чтобы выйти хоть куда-то, от куда можно уже будет вернуться домой. В том, что это какая-то инопланетная база, я уже давно не сомневался. И даже не сильно парился по этому поводу. Ну инопланетяне, ну и что тут такого?

Вообще, если честно, то я всегда верил в то, что мы не одиноки во вселенной. Ну вот такая моя жизненная позиция.

По-моему, только самоуверенный дурак может считать, что он, и только он является венцом творения, единственным высшим разумом в огромной необъятной вселенной. В которой находятся миллиарды галактик, набитых под завязку такими же миллиардами солнечных систем с неисчислимым количеством планет. Этому даже диагноз придумали. Антропоцентризм называется. Воззрение, согласно которому человек является центром и высшей целью мироздания. Ну да, центр, как же. Зачастую не знаем, что у нас под носом происходит.

Меня смущал единственный момент. Мне было не совсем понятно, почему меня до сих пор ещё никто не схватил, как злостного нарушителя сверхсекретного объекта. Неужели хозяева до сих пор не знают, что к ним пробрался посторонний?

Даже если тут нет никого живого, и он находится в автоматическом режиме, должна же быть какая-то система охраны, или что-то подобное? Вот этот паук, который, по-моему, является ремонтным роботом, неужели своим сигнал не отправил? Может, это заброшенная база? Законсервированная? Про неё давно забыли? Как бы то ни было, моя задача найти самый центр этой базы, какой-нибудь пульт управления, что ли, и попытаться разобраться, как выйти на поверхность. То отверстие, в которое я так неудачно провалился, скорее всего является шахтой воздухозаборника, если судить по звукам всасываемого воздуха. Должны же быть ещё какие-нибудь замаскированные выходы на поверхность. И я их отыщу. Это только вопрос времени. А вот если я встречу местных аборигенов? Как быть? Они находятся на нашей земле, знают ли они наш язык? Сможем ли мы общаться? Какие они? Враждебные или дружественные? Как могут выглядеть? Похожи на людей? Или больше на насекомых, как их робот? Посмотрим. Рассуждая таким образом, я зевнул так, что чуть не вывихнул челюсть. Подтянув рюкзак под голову, я лёг и моментально уснул.

***

Лена не находила себе места. Ну куда же он мог пропасть? Муж не выходил на связь весь день и к вечеру она начала волноваться. Телефон был не доступен. Сегодня Слава позвонил и сказал, что поедет в лес, немного побродит и, если повезёт, насобирает грибов. Она пыталась отговорить его, так как больше недели стояла засуха и вряд ли что-то можно было найти. К тому же за грибами нужно ехать с самого утра, пока такие же грибники-любители не собрали всё вперёд тебя. Но муж был заядлым любителем грибной охоты и в этом вопросе с ним спорить было бесполезно. Он любил иногда выбираться за город и побродить по лесу, отвлекаясь таким образом от житейских проблем. Лена понимала, что дело вовсе не в грибах, просто мужу необходимо было сменить обстановку, подумать. В последнее время финансовые вопросы в семье стояли очень серьёзно, особенно после того, как его уволили с работы. Небольшой шахтерский городок, в котором они жили, существовал в основном за счёт угольного предприятия. Почти всё население города так или иначе было связано с деятельностью шахты. Муж работал на частного предпринимателя в сфере пассажирских перевозок. Развозил по городу на служебном автобусе работников шахты. Вёз их на предприятие, а после смены отвозил обратно по домам. В последний год на шахте начались перебои с заработной платой, а пару месяцев назад генеральный директор объявил о запуске процедуры банкротства предприятия. Все участки были закрыты, работники сокращены и возить стало некого. Люди, работавшие на шахте, разъехались кто куда по вахтам. Начальник мужа объявил о ликвидации предприятия, распродал технику, имущество, недвижимость, рассчитал людей и благополучно отбыл в столицу на постоянное место жительства. Работы в городе почти не стало, и муж начал заниматься частным извозом на своём, не первой свежести личном автомобиле. Возить особо было некого. У людей просто не было денег передвигаться на такси. Находиться на линии приходилось практически круглосуточно, чтобы хоть как-то отбить деньги на потраченное топливо и немного заработать. Жизнь с каждым годом становилась всё дороже. Продукты, коммуналка, налоги. Всё дорожало. А зарплата оставалась на одном уровне. На жизнь едва хватало. А вот жилищную ипотеку платить уже было нечем. И в ближайшем будущем маячила реальная перспектива быть выселенными на улицу. Поэтому нужно было что-то кардинально менять. Причём срочно. Вариантов было немного. Ехать работать, как многие, в северные регионы вахтовым методом, либо перебираться поближе к столице, где, как говорят, с работой попроще. Опять же, где-то нужно жить. Лена тяжело вздохнула.

Когда все разумные сроки вышли, а муж так и не появился, она всерьёз забеспокоилась. Лена позвонила закадычному другу и однокласснику мужа Алексею и обрисовала ситуацию. Через пол часа тот уже ждал её у подъезда на своей машине. С ним был ещё один товарищ мужа, Геннадий, их общий друг. Елена поздоровалась со всеми, села в машину, и они поехали в лес искать Вячеслава. По дороге друзья успокаивали её, убеждая что ничего плохого там случиться не могло. Скорее всего Слава увлекся прогулкой, а у телефона могла элементарно сесть аккумуляторная батарея. Или сломался автомобиль. Или ещё что-нибудь, не обязательно криминальное. Сорок километров до леса проскочили за пол часа. На улице начинало смеркаться, солнечный диск спрятался за макушки деревьев. Съезд с трассы к лесу был один. Мимо не проедешь. Обычная полевая дорога. Колея, накатанная множеством ездивших по одному месту машин. Проехав метров пятьсот вдоль кромки леса, Алексей указал головой на стоявшую чуть в стороне от дороги на опушке леса машину.

– Ваша, – сказал он Лене.

– Наша,– с волнением в голосе согласилась женщина.

– В плотную не подъезжай,– скомандовал Геннадий, – надо осмотреть всё вокруг на наличие каких-либо следов.

–Так точно, товарищ майор, – дурашливо козырнул Алексей другу, сотруднику уголовного розыска в отставке, пытаясь немного разрядить остановку.

–Каких следов? – взволнованно выдохнула испуганная Лена.

–Ну вот чего ты девушку пугаешь?

–Извини, – сконфуженно оправдался Гена, – это так, на всякий пожарный, мало ли чего. Посмотреть в какую сторону ушёл, один был или с кем то, ну и так, следы всякие…

Выйдя из машины, все трое пошли искать всякие следы. Бывший опер, заложив руки за спину, с важным видом обошёл машину, заглянул в салон, огляделся вокруг, посмотрел под машиной. После чего резюмировал:

– Машина заперта, стоит на сигнализации, о чём говорит мигающий синий огонёк индикатора. Следов взлома не обнаружено. Следов борьбы, крови и прочих улик, указывающих на криминальный характер происшествия не выявлено. Установить направление, в котором ушёл пропавший не представляется возможным ввиду того что примятая трава успела подняться.

–Браво, браво,– комично хлопая в ладоши произнёс Алексей, – ну прямо Эркюль Пуаро!

– Премного благодарен сударь за столь лесную оценку моих скромных возможностей, – начал было Геннадий, поклонившись в ответ, – но видите ли, в чём дело, в самом начале моей карьеры сыщиком…

–Так, молодые люди, – перебила его Елена, – вы не забыли зачем мы здесь?

–Предлагаю пнуть машину, сработает сигналка. На её звук из леса вылезет наша пропажа, – предложил Алексей.

–Поддерживаю, Ватсон, – согласился Гена.

–Миледи, – приглашающим жестом указал он на авто, – прошу вас. Лена подошла к машине и пнула ногой по колесу. По лесу, нарушив вечернюю тишину, эхом прокатился истошный вой сработавшей сигнализации. Отработав положенный интервал, сигнализация три раза пикнула и замолкла. В сумеречном лесу вновь наступила тишина, наполненная треском насекомых и пересвистом птиц.

– Сла-ва, – громко закричал Алексей в глубь леса, сложив ладони на подобие рупора.

–Сла-ва,– хором крикнули все трое.

Тишина.

– А вдруг ему стало плохо, и он лежит сейчас где ни будь, ждёт помощи? -снова заволновалась женщина.

–Значит так, – скомандовал Гена, – вы с Леной садитесь в машину и едете по дороге вдоль леса километра на три от сюда. Останавливаетесь и идёте назад пешком ко мне на встречу, Лена по краю леса, Алексей в глубь, но так что бы видеть друг друга. А я пойду на встречу вам. Посередине встречаемся, смещаемся вглубь леса и возвращаемся обратно к Лёхиной машине. Потом повторяем по той же схеме. Фонари на телефонах у всех работают? Зарядки хватает? Вот и отлично. По ходу движения делать остановки, кричать Славу и прислушиваться. Когда встретимся, вернёмся к машине и повторим по той же схеме. Протяжённость леса по этой стороне километров десять, не больше. За три подхода этот край леса прочешем. Хоть что-то. Идти в глубь не зная направления, да еще и в темноте, думаю бессмысленно. Я пока свяжусь с дежурной частью ОВД, обрисую ситуацию и вызову следственно-оперативную группу. Скину им геолокацию места положения автомобиля. Пусть начинают работать. Связываются с волонтёрами- поисковиками и так далее. Волонтеры, я уверен, раньше, чем завтра к утру вряд ли соберутся. Славян же таксовал? Пусть устанавливают через агрегатора такси, кого он последнего вёз, находят этого человека, беседуют с ним, может что узнают по состоянию водителя, грустный, весёлый, может что рассказывал, говорил про свои планы и так далее. Ещё через мобильного оператора можно попробовать установить его местоположение по телефону. Хотя в лесу не уверен. В общем, они свою работу знают. А мы сделаем свою часть работы. Всё, двинули!

***

Лена сидела в кабинете ОВД за столом напротив сотрудника уголовного розыска, который опрашивал её по факту пропажи мужа. Прочесав с парнями за ночь всю ближайшую окраину леса, к утру она еле держалась на ногах. Ей позвонили с дежурной части и вызвали в ОВД для уточнения некоторых моментов. Друзья мужа привезли её к отделу полиции, а сами поехали по домам переодеться и перекусить. После чего планировали заняться прочесыванием всего массива леса, совместно с подключившимися к поискам волонтёрами.

Лена попыталась устроиться поудобнее на жёстком деревянном стуле, разглядывая обшарпанный кабинет. На стенах не хватало нескольких полос обоев. Давно не беленый серый потолок пересекали многочисленные трещины. Деревянная оконная рама с отваливающейся слоями темно-синей краской.

На стеклах приклеены на скотч, вырезанные из тетради в клетку, новогодние снежинки. В углу здоровенный чёрный металлический сейф. Над ним портрет Ф. Э. Дзержинского. Под портретом странная надпись: «То, что вы не судимы, это не ваша заслуга, а наша недоработка.» Замученный хроническим недосыпанием оперуполномоченный в звании капитана достал из пошарпанной папки бланк документа:

– Фамилия Имя Отчество.

– Чьё? – растерялась Лена.

– Своё я знаю,– хмуро пробурчал опер, не отрывая взгляда от сводки происшествий за истёкшие сутки. После чего поднял глаза на женщину, посмотрел внимательно на её заплаканное лицо, и, уже другим тоном уточнил:

–Пропавшего.

–Веселов Вячеслав Владимирович.

–Дата рождения.

–Первого апреля тысяча девятьсот восьмидесятого года.

Опер неопределённо хмыкнул и продолжил заполнять анкету.

–Место рождения.

–Посёлок Труд Первомайского района.

– Рост, вес, телосложение, цвет волос, глаз, отличительные приметы?

–Роста среднего, около 175 сантиметров, худощавый, вес примерно 75 килограммов, волосы светло русые, глаза голубые. Отличительные приметы? – тут Лена задумалась, – на правом виске еле заметный косой шрам сантиметра два, на спине на левой лопатке родимое пятно неправильной формы.

– Судимости имеются, привлекался?

–Не судим, привлекался.

–Статья?

– Я не разбираюсь в уголовном кодексе. Драка в клубе. Заступился за девушку, – задумчиво произнесла Лена, – побил хулигана, завели уголовное дело, некоторое время пробыл в СИЗО. Потом дело прекратили, Славу выпустили.

– И он женился на той девушке – улыбнулся мужчина.

– От вас ничего не скроешь, – вздохнула Лена.

Опер посмотрел на неё более пристально.

–Когда это было? Может этот инцидент иметь отношение к исчезновению вашего мужа?

–Да вряд ли. Там всё закончилось примирением сторон. Претензий друг к другу ни у кого вроде бы не осталось.

–Погоняло?

–Что, простите?

–Кличка, прозвище. Как к нему ближайшее окружение обращается?

–Погоняло – словно пробуя неприятное слово на вкус, возмутилась Лена, – скажите тоже. – Славян. Так его зовут друзья.

– Ясно. Место работы?

– Такси, водитель.

– В чем супруг был одет в день исчезновения? Ценные вещи, название сотового телефона, оператор мобильной связи? Кредиты в микрофинансовых организациях, частные долги?

Ещё минут двадцать оперуполномоченный группы розыска без вести пропавших опрашивал Лену, уточняя нужные для розыска моменты, после чего заверил, что со своей стороны сделает всё возможное, чтобы установить место нахождение её мужа. После этого она вышла из здания ОВД, вызвала такси и поехала домой. Зайдя в квартиру, она прошла в ванную комнату, умылась, и, не раздеваясь, легла в зале на диван и моментально уснула.

***

Сквозь сон до меня донеслась речь. Разговаривали двое. Я решил не открывать глаза, что бы не спалить себя раньше времени и прислушался. Но ничего не было слышно, слова долетели до меня как сквозь вату. Немного приоткрыв правый глаз, я увидел двух, стоящих напротив друг друга людей. И каково было моё удивление, когда я их узнал! Передо мной стояли и спорили почтальон Печкин и Дядя Фёдор собственной персоной! Причем не какие-нибудь мультяшные, а самые что ни на есть настоящие. Печкин выглядел точь-в-точь как деревенский почтальон времён Советского Союза. Высокий, худощавый, нос длинный, задранный к верху, под носом густая поросль усов. Из-под видавшей виды коричневой шапки ушанки, завязанной на макушке бантиком, до самых плеч сзади свисали чёрные волосы. Одет почтальон был соответствующе- длинный, по щиколотки плащ, цвета детской неожиданности, застегнутый до подбородка на все пуговицы и начищенные до блеска кирзовые сапоги. Через плечо висела самая настоящая сумка почтальона. Печкин стоял, вальяжно облокотившись на новенький, красного цвета велосипед. Напротив него, в напряжённой позе стоял дядя Фёдор. Который подозрительно кого-то мне напоминал. И тут я вдруг услышал, о чем они говорят. Печкин, хвастливым высокомерным голосом заявил:

– Это я почему раньше такой злой был? Потому что у меня велосипеда не было! И он похлопал ладонью по новенькому, обтянутому чёрным кожзамом сиденью.

– Да ты и сейчас злой! – веско и значительно ответил ему дядя Фёдор.

–Заткнись! Заткнись я сказал,– заорал Печкин, выпучивая мгновенно налившиеся кровью глаза, бросая велосипед, и хватая дядю Федора обеими руками за шею. После чего принялся трясти его так, что у того голова начала болтаться из стороны в сторону. Дядя Фёдор, с огромным усилием повернул голову в мою сторону, и хрипя выдавил из себя по слогам:

–По-мо-ги-те!

Больше прикидываться спящим я не имел права, поэтому выпрямился, сел на полу и решительно заявил Печкину:

–Что это вы себе позволяете?

Однако, вместо слов из моего вдруг пересохшего горла вырвался лишь жалкий хрип. И тут я внезапно понял, на кого был похож дядя Фёдор. Это был я! Я сейчас стоял напротив безумного почтальона, который железной хваткой вцепился мне в горло и душил, душил, всё сильнее и сильнее сжимая пальцы. Я пытался сопротивляться, но руки были как будто чужие и совершенно меня не слушались. Хрипя, я пытался ему что-то сказать, но вместо слов наружу рвался только хриплый шёпот.

–Я тебя в поликлинику сдам! Для опытов,– не своим, каким-то дурным голосом заорал Печкин, кровавые глаза которого становились всё больше и больше, пока не остались одни зрачки, которые слились в одну чёрную пропасть. И эта пропасть затягивала меня всё глубже и глубже в свою ужасающую бездонную тьму. Я дико заорал и… Проснулся. Во рту была пустыня Сахара, а в горло как будто насыпали горячего песка. Дрожащими от пережитого кошмара руками расстегнул рюкзак, достал полторашку с водой, и жадно выпил все остатки. После чего, переведя дух, произнёс хриплым голосом:

– Приснится же такое. Пора выход искать с этого дурдома. А то так и с катушек слететь не долго.

Я закинул за спину почти невесомый рюкзак, за плечо повесил жутко надоевшего паука и огляделся, не забыл ли чего? Палка. Куда же без неё. Тяжко вздохнув направился по светлой трубе на встречу выходу. В том, что он где-то там есть, я нисколько не сомневался. Надо только дойти. Воды вот больше нет. Без воды тяжко. Где там моя пуговица? Не сбавляя шага достал её из кармана куртки и закинул в рот, будто леденец. Рот постепенно стал наполняться слюной, отодвигая жажду на более поздний срок. Настроения совсем не было. Ещё сон этот дурацкий. Для поднятия настроения и боевого духа, я потихоньку, сначала еле слышно, а потом все громче и громче запел любимую песню из далёкого детства:

Ничего на свете лучше не-е-ту

Чем бродить друзьям по белу све-е-ту

Тем, кто дру-жен, не страшны тревоги,

Нам любые дороги доро-о-ги,

Нам любые дороги доро-о-ги.

Ла-ла-ла е- ее -ее!

Труба заметно поворачивала влево, чуть увеличив угол наклона. Урчание желудка напомнило о том, что скоро ужин, а мы ещё толком и не обедали. В связи с чем я выдал в пространство трубы очередное:

Ничего на свете лучше не-е-ту

Чем конфеты пряники котле-е – ты

И про сало тоже не забудем

Да и Доширак конкретно лю-у- бим,

Да и До-ши-рак кон-крет-но лю – у-бим,

Ла-ла-ла е- ее -ее!

Третий куплет я, уже на эмоциях, просто орал:

Ничего на свете лучше не-ету

Чем увидеть солнечного све-ету

Пусть по трубам шастают придурки

Нам милей родные переу-у-лки

Дома ждут родные переу-у-лки

Ла-ла-ла е- ее -ее!

Вот так-то лучше! Дальше я уже шёл, бодро размахивая руками, выкрикивая в даль на ходу переделанные слова из песни:

Путь лежит по трубам под землё-о-ю

Но мы лихо справимся с бедо-о-ю

Чтоб злодей не лез в родную хату

Нададим по шее супоста-а-ту

Нададим по ше-е су-по-ста -а-ту

Ла-ла-ла е- ее -ее!

Я посмотрел на телефон, время 22.30. Вторые сутки хождения по трубам. Ночная смена. Сантехники братья Марио отдыхают, блин. Ну погодите, доберусь я до вас:

Нас несёт по трубам в даль глу-ху – у – ю

Эхо дружно подпевает

Чу – у – ю!

А кому не спится в ночь глух-у-ю?

Я того за это критику-у-ю

Я того конкретно критику-у-ю!

Ла-ла-ла е- ее -ее!

Задорная песня, усиленная эхом, неслась вперёд по трубе, обещая несладкую жизнь местным супостатам.

***

По трубе шёл молча уже около получаса. И вот пришёл. Ровная поверхность закончилась. Я стоял у края небольшого обрыва. Или может, технологического выреза? Не важно.

Другой край находился в трёх метрах от меня. То есть что бы продолжить путь, мне нужно было либо спуститься в этот обрыв, либо перепрыгнуть его. Делов то! Смущало одно. Глубина обрыва была примерно метра четыре. Вообще обрыв представлял из себя этакую трюковую рампу для скейтбордиста. Такие сейчас практически на всех детских площадках ставят. Выглядит как труба, разрезанная вдоль. Оттолкнулся от одного края, скатился вниз проехал по трубе и выскочил на другом краю.

Только вот скейта у меня нет. Разогнаться не на чем. Я прикинул расстояние до другого края. Перекину туда по очереди рюкзак и паука, потом разбегусь и перепрыгну сам. Три метра. Хм. А если не перепрыгну? Ну, тогда опять окажусь в яме. Везёт мне на это. А может лимит везения ещё не исчерпан? В общем, пока не попробуешь не узнаешь. Первым делом я зашвырнул лёгкий рюкзак, потом перебросил палку. Черёд паука. Этот потяжелее будет. Надо с разбега. Я разбежался и затормозив у самого края, со всего размаху запустил в полёт робота. Дальше произошло неожиданное. Тот, как будто заранее ждал этого момента. Ещё в полете, не успев приземлиться, он одновременно распрямил все свои конечности, разорвав связывающие его путы. Приземлился, зыркнул на меня вновь загоревшимися ярко красным светом глазами и, быстро перебирая лапами умчался в даль трубы, унося на себе обрывки паракорда.

Секунд двадцать я стоял в каком-то ступоре, разведя в недоумении руками и наблюдая за удирающим пауком. После чего запоздало закрыл рот, и крикнул ему в вдогонку:

– верёвку верни, сволочь!

Помассировал пальцами дёргающееся правое веко. Не, ну нормально вообще? Доехал, такой, на мне, куда ему надо и соскочил по тихой грусти. Нет чтобы сразу своим пёхом кандыбать. Если здесь все такие ушлые, то я прямо не знаю. Бить буду дольше и циничнее, чем планировал. Ну и чёрт с ним, и без него справлюсь. Отойдя от края назад на приличное расстояние, я в течении пяти минут усердно разминал руки и ноги, делал повороты корпусом, несколько раз присел и потряс по очереди каждой ногой. Закончив приготовления, три раза глубоко вдохнул, выдохнул, и постепенно ускоряясь, начал разбег. Пока бежал, прикидывал, как бы мне так подгадать, чтобы попасть ногой на самый край. В итоге получилось само собой. На выдохе прыгнул, оттолкнувшись правой ногой, перелетел яму, и приземлился аккурат на той стороне. Левая нога соскользнула с края, и я вцепился ладонями в пол, предотвращая неизбежное падение. Сел тут же, на краю, переводя дыхание. Физподготовку не пропьёшь!

–Ну да, ну да,– ехидно зашевелился ДэФэ.

–Ну что, подъём?

–Пойдём пойдём!

–Во всём нужно видеть и хорошую сторону. Теперь налегке мы будем быстрее.

–Ага, до ближайшей двери.

– Всё, хватит стонать, труба зовет! – Я подхватил невесомый почти рюкзак, привычным движением закинул его за спину. На плечо положил палку и двинул вперёд по трубе, во всю горланя гимн неунывающих трубоходов:

А нам хозяева не рады,

Ну и нам на них начхать!

Мы найдём домой дорогу

Растудыт едрёна-мать!

Пройдя ещё минут тридцать по продолжающей сворачивать трубе, я заметил, что вдалеке она заканчивается аркой перехода в другое помещение. Дойдя до места перехода остановился, высунул голову наружу и огляделся. Круглое помещение, диаметром метра четыре. От пола до потолка метров пять. И всё. Ни каких тебе контуров дверей, ни, рисунков, ни-че-го. Глазу зацепиться не за что. Материал помещения тот же что и труба. Приплыли. Я прошёл вдоль всей стены, ведя по ней левой рукой. Гладкая. Наклонился, исследуя пол и ища хоть какие-нибудь зацепки. Стыки, трещины, хоть что-нибудь. Ничего. Но, как только я подошёл и встал в центр комнаты, в воздухе раздался короткий мелодичный сигнал, площадка пола вокруг меня осветилась неярким светом, и резко рухнула вниз. От неожиданного рывка меня сначала подкинуло немного вверх, а потом дёрнуло обратно, в результате чего я очутился на полу, сильно приложившись пятой точкой о твердую поверхность. Мой бедный позвоночник! Резко подскочил уровень адреналина в крови, от чего сразу бешено заколотилось сердце. Я задрал голову вверх и увидел, как быстро удаляется от меня светлый потолок. Едем вниз. В полной темноте. Не считая пятна светлой круглой площадки лифта без каких-либо стен. Мимо промелькивал канал шахты лифта. Я поспешно достал из кармана телефон, включил фонарь, и убрал его назад. После чего встал на правое колено и приготовился. Это лифт, однозначно. Вот почему он вдруг поехал? Я ничего вроде не нажимал. Это может быть ловушкой? Может. А может сработала автоматика, когда я встал в центр? Может. И ещё, где долбаный паук? Мимо меня не пробегал. В лифте его нет. Может в какое-нибудь незаметное ответвление в трубе сиганул? Может. Площадка подо мной упала в открытое пространство и замерла на самом его дне. Приехали. Я оказался в очередном тёмном помещении. Почему-то показалось, что оно огромных размеров. Кроме моего фонаря и светящегося пятна лифтовой площадки других источников света не было. Я подскочил и быстро спрыгнул с неё, лихорадочно крутясь из стороны в сторону, пытаясь осветить периметр вокруг себя. Фонарь бил метров на пять, после чего свет рассеивался и дальше ничего не было видно. Однако и этого хватило, чтобы увидеть нагромождение контейнеров различных форм и размеров. Они стояли так, что между ними оставалось место для прохода. Я быстро оббежал вокруг лифта, разглядывая окружающее пространство. Везде эти ящики. И стеллажи. Похоже на какой-то склад. Если я правильно понял назначение контейнеров. Темно то как. И страшно. Электричество они здесь экономят что ли? Так, что дальше? Ищем выход. Сердцебиение постепенно стало приходить в норму. Я с минуту постоял неподвижно, прислушиваясь к окружающему пространству и привыкая к темноте. Тихо. Как в склепе. Стоп, вот только про склеп не надо сейчас начинать! А то мысли плавно на какую-нибудь мертвечину перетекут, зомби там всякие. И так жутко. В голове ещё каша какая-то.

–Дядя Фёдор, где ты там? –тихо, одними губами, чтобы никто не услышал, прошептал я.

Но дядя Фёдор трусливо молчал.

– Вот тебе и напарник. Куда бы спрятаться?

Я, не спеша, пригнувшись, мелкими шажками, направился к ближайшему контейнеру. Подойдя, ощупал его руками. Ребристый. На ощупь как металл. Справа был ещё один. Я двинулся между ними вперёд, стараясь держаться так, чтобы ощущать площадку лифта за спиной. План следующий. Двигаясь таким образом, огибая препятствия, дохожу до ближайшей стены склада, потом потихоньку перемещаюсь вдоль неё и попутно ищу различные входы выходы. Всё, двинули. Я пошёл вдоль контейнера, стараясь держаться ближе к нему левым боком. Шагов через двадцать он закончился. Снова промежуток, и следующие два контейнера, стоящие параллельно друг к другу, с небольшим проходом между ними. Открытое пространство пересёк бегом. И снова под прикрытие огромного прямоугольного контейнера. Передвигаясь таким образом, уткнулся в лабиринт из чего-то, напоминающего стеллажи, на полках которого лежали различные предметы непонятного назначения. Похоже на запасные детали к технике. Ну их. Трогать не буду. Ещё стрельнет чего-нибудь. Пробираясь по лабиринту из стеллажей, я понял, что уже не знаю, где находится площадка лифта. Первоначальное направление я потерял, и сейчас двигался наугад. Побродив по лабиринту с пол часа, я так никуда и не вышел. Может кругами хожу? Надо передохнуть. Запрыгнул на нижнюю полку стеллажа, и свесил вниз ноги. Достал из рюкзака шоколадный пряник и в задумчивости стал его медленно пережёвывать. Очень хотелось пить. И тут на меня накатила такая волна депрессии, что захотелось завыть волком. Внезапно я почувствовал, что могу больше никогда не увидеть свою семью, друзей, солнце, небо над головой. Так и буду бродить в темноте. А когда закончится заряд батареи на телефоне, то просто лягу и буду лежать, пока не умру. И никто меня не похоронит. И будет мой истлевший труп..

–Цок-цок-цок. – Из далека донёсся какой-то звук. Я прислушался. Звук приближался. И я узнал его! Цокот тонких стальных паучьих лап по металлическому полу! Я соскочил с полки, схватил оттуда же какую-то заготовку, более-менее подходящую для того, чтобы использовать её в качестве метательного снаряда, и приготовился. Вредный робот решил вернуться и вероломно напасть на меня! Сбегал куда-то к своим, получил на меня инструкции, и вернулся чтобы убить. А что, связь у них тут не работает? Раньше инструкцию получить нельзя было? Да кто его знает. Не о том я сейчас думаю. Нужен план действий. Значит так. Швыряю ему в морду рюкзак, следом летит заготовка, пока он там уворачивается, хватаю с полки ещё одну, похожую на рулевую рейку от жигулей, всю утыканную какими-то клапанами и гофрированными перемычками, и бью ею робота по голове. Из-за поворота со скрежетом вылетел старый знакомый, светя своими светодиодами, и шустро перебирая лапами стал приближаться ко мне. От предчувствия предстоящей схватки сильно заколотилось сердце и вспотели ладони. Не доходя до дистанции броска паук резко остановился и замер. Вот же хитрый, гад. И тут в кармане пиликнул телефон, сообщая о поступлении файла. Я осторожно, не делая резких движений, выпустил из левой руки рюкзак, и двумя пальцами вытянул из кармана телефон. На экране светилась надпись: неизвестный файл, принять? Да/нет. Я нажал да. Загрузка файла из подозрительного источника. Разрешить? Да/нет. Я с подозрением посмотрел на стоящего неподвижно паука и нажал иконку да. По экрану побежала строка заполнения загрузки. По завершении выскочила надпись: -приложение требует доступ к следующим функциям телефона: голосовые сообщения, звонки, место положение, видеокамера, карта. Разрешить, да/нет. Уже почему-то не сомневаясь, нажал да. На экране отобразилась так хорошо знакомая любому российскому таксисту анимация загрузки приложения Яндекс Про. Посветлевший экран серой стрелкой показал моё текущее местоположение относительно окружающих меня стеллажей. Я, находясь в каком-то ступоре, нажал на находящуюся в левой верхней части экрана круглую кнопку «на линию». Серая стрелка перекрасилась в жёлтый цвет, означающий согласие водителя с выходом на линию, и до боли знакомый и такой, оказывается, родной голос Алисы произнёс:

– Через пять метров поверните направо.

***

Пройдя лабиринт стеллажей, я вышел на своеобразный перекрёсток, образованный контейнерами разных конфигураций. Остановился и покрутил перед собой телефоном.

– Через двадцать метров третий поворот налево, – сообщил навигатор приятным женским голосом. Зелёная полоса маршрута на карте телефона проходила около обозначенных рядов контейнеров и сворачивала в указанный поворот. Жёлтая стрелка указывала моё местоположение.

Из склада мы вышли минут через пятнадцать. Паук медленно плёлся за мной. Сначала это напрягало, и я, то и дело оглядывался, ожидая какой-нибудь подлянки. Но робот вел себя прилично, и я перестал обращать на него внимание. Это получается, что? Он принёс мне программу, которую я разрешил установить себе на телефон, и эта программа встроилась в навигатор Яндекса, установила свою карту и теперь ведёт меня. Куда? Причём навигатор отображает только небольшой участок карты. Тот маршрут, что я уже прошёл, и метров на двадцать вперёд и по сторонам. Местность дальше этого расстояния закрыта чёрным фоном. Так вот. Главный вопрос куда она меня ведёт? Кто или что ждёт меня в конечной точке? Западня? С какой целью эта помощь? Посмотрим. Выбора то особого всё равно нет. Навигатор привёл меня к стене со знакомым круглым рисунком прохода. Робот услужливо открыл передо мной дверь, и мы по очереди вошли в прямоугольное помещение, залитое тусклым светом. Как всегда, местонахождение источника освещения увидеть не удалось. Свет излучали сами стены, пол и потолок. На противоположной от входа стороне комнату перекрывала другая дверь. В боковых стенах слева и справа расположились ниши разных форм и размеров, закрытые прозрачным защитным покрытием. В нишах разноцветными огоньками перемигивались квадратные, круглые, треугольные, трапециевидные не то кнопки, не то датчики. В других нишах я заметил нечто похожее на земные рубильники. Одна, самая большая, во всю стену, была заставлена как бы висящими в воздухе, футуристическими на вид фрагментами механизмов. Вот к этой нише и устремился паук, одновременно втягивая в свой корпус по две средние пары лап с каждой стороны, и становясь похожим на непонятного четырёхногого скакуна. Его светодиоды мигнули, и он издал мелодичную трель. В ответ прозрачная защита ниши втянулась в стену. Металлические механизмы, как притягиваемые магнитом, по одной стали выпрыгивать из своего хранилища и цепляться к конечностям и суставам робота, с щелчком вставая на свои места и соединяясь между собой в единую конструкцию. Закончив с одной лапой, паук подставлял к нише следующую. На которую тут же цеплялись выскакивающие один за другим соответствующие сегменты. Таким образом одна за другой все четыре паучьих лапы довольно быстро превратились в мощные бронированные конечности. В довершении ко всему, к туловищу паука прыгнули два металлических сегмента, обхватившие его туловище сверху и снизу. После чего они с щелчком соединились вместе, образуя монолитный мощный панцирь. На голове с металлическим лязгом защёлкнулся выскочивший последним паучий шлем, на котором тут же вспыхнула красная горизонтальная полоска. Вся процедура заняла секунд сорок. Я понемногу пятился назад от стоящего рядом, угрожающего вида четырёхлапого робота. В два раза больше прежнего, закованный в мощную, даже с виду, стальную броню. Робот повернулся ко мне, и наклонив голову набок, выжидательно уставился на меня.

– Чего тебе надо? – Я продолжил пятиться назад. Паук, не смотря на свою массивность, легко, и даже грациозно, одним прыжком подскочил ко мне, и легонько толкнул передней лапой в грудь.

– Эй, аккуратнее будь, – я попытался было уклоняться.

Но тот серией точных толчков направил меня к одной из ниш и просвистел команду, от которой защита хранилища соскользнула в сторону. Внутри, ничем не удерживаемый, висел предмет, напоминающий металлический растягивающийся браслет от часов, состоящий из множества одинаковых фрагментов. Я посмотрел на паука. Тот в свою очередь оценивающе смотрел на меня. Я вздохнул:

– Ну ладно. Но только отвечать, если что, будешь ты. Медленно, осторожно, просунул в нишу правую руку. Браслет как будто только и ждал этого. Он мгновенно обхватил моё предплечье, сжавшись до нужного размера и довольно удобно расположился на руке. Каждый фрагмент браслета выпустил целую сеть тончайших световых ниток, которые мгновенно, по контуру всего тела, опутали меня тусклым свечением, напоминающим ауру. Как её показывают в голливудских фильмах.

– Вот это да, – произнёс я, в изумлении разглядывая свои руки, светящиеся лёгким неярким светом. – Это защита что ли такая?

На мой вопрос паук подскочил ко мне правым боком, и присел на свои конечности, коснувшись брюхом пола. Понимая это как приглашение, я, перекинув через мощную спину левую ногу, оседлал робота. Тот немедленно вскочил, и направился к нарисованной двери. Которая тут же по спирали разъехалась в стороны, открыв чёрный провал на той стороне. Левой рукой я нащупал выступ в броне робота, ухватился за него по крепче, и мы двинули вперёд.

Скакун из паука был так себе, из-за чего на его спине довольно сильно трясло. Но я постепенно приноровился к раскачивающим меня взад-вперёд движениям. Робот, лихо подбрасывая бронированными лапами, на манер конного галопа, довольно быстро скакал по подземным помещениям.

Сначала проскакали большого диаметра неосвещённую трубу, которая быстро вращалась по часовой стрелке наподобие центрифуги. Нас с конём не провернуло вниз головой только благодаря его реакции. Запрыгнув в центрифугу, он резко ускорился, быстро смещаясь вправо, тем самым компенсировав вращение трубы. В общем, этот элемент мы проскакали налегке. За трубой начался какой-то лес металлический конструкций, через который мы пробирались не спеша в течение десяти минут. На выходе из леса нас поджидал узкий высокий прямоугольный тоннель, наполненный густым жёлтым туманом. Как только мы в него вошли, моя аура сразу же вспыхнула ярко красным светом. Боюсь даже представить, что было бы, если я попытался войти сюда без защитного браслета. А конь вообще на этот туман внимания не обратил. Узкий тоннель пропетлял некоторое время влево вправо, и мы упёрлись в круглую дверь, открыв которую, попали в небольшую камеру шлюза. Которая тут же, через открывшиеся в стене отверстия, быстро стала наполняться жидкостью молочного цвета. Робот стоял неподвижно. Его эта ситуация похоже вообще не напрягала. Сначала я держался. Но когда она скрыла моего коня, я всерьёз запаниковал, и залез ему на спину с ногами. На потолке зацепиться было не за что, и я просто упёрся в него ладонями. Уровень жидкости продолжал быстро расти. В какой-то момент я понял, что не ощущаю влаги на своей одежде. Защита её просто не пропускала! Но легче от этого не стало, и, когда жидкость достигла подбородка, я сделал глубокий вдох и закрыл глаза. Спустя секунд десять, ничего не почувствовав, я их открыл и понял, что меня скрыло полностью. Перед лицом сплошной стеной стояла белая муть. Похоже защита работала ещё и как по типу акваланга. Во внутрь не просочилось ни капли жидкости. Я осторожно сделал вдох. Всё. Можно дышать. Спустя секунд тридцать я почувствовал сильную тягу жидкости вниз. Она так же быстро уходила в пол, откуда и взялась. Через минуту от неё не осталось и следа. Дезинфекция. Не иначе. Чтоб её. Я уселся обратно на спину. Створки шлюза на противоположной стороне открылись, и мы двинулись вперёд. Дальнейший путь шёл по довольно широкому коридору, который уходил под небольшим углом вниз, забирая всё время круто влево. Как будто мы огибали какое-то огромное помещение по широкой дуге. Пять минут езды неспешной рысцой, и мы оказались у входа в пещеру. Света моего фонаря едва хватало чтобы понять, насколько она огромная. Я вытащил телефон из кармана и покрутил им в разных направлениях. С высокого потолка свисали большие сталактиты. На встречу им по дну пещеры тянулись редкие сталагмиты. И тут мой конь-паук пустился в галоп. Я едва успел сунуть телефон в карман куртки. Робот нёсся, уклоняясь от вырастающих перед нами естественных препятствий, то резко меняя направление движения, то перепрыгивая через каменные валуны. От такой лихой скачки меня вдруг охватило какое-то весёлое бесшабашное настроение, и я, перекрикивая свист ветра в ушах, во весь голос заорал песню из «Неуловимых мстителей»:

Усталость забыта, колышется чад,

И снова копыта, как сердце, стучат.

И нет нам покоя, гори, но живи!

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови.

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови.

Песня из детства будоражила кровь, заставляя сердце биться чаще. Прямо в воздухе на нашем пути стали вспыхивать непонятные символы голубого свечения. Голограммы? Пиктограммы? Указывают путь? Я, из хулиганских побуждений, выхватил из-за спины свою палку, которая для меня тут же превратилась в самую острую на свете саблю, и принялся срубать мчащиеся на меня знаки, обозначающие воображаемого противника:

Врагу не сдаётся наш гордый варяг

Слов песни не помню, но это херня

Ведь нет нам покоя, по трубам летим

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови.

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови!

Голубые воздушные знаки от удара по ним палкой сразу гасли. А нечего тут! Внезапно мой скакун сделал длинный прыжок, и мы, с диким боевым криком индейцев Апачи: -аййййяяя! -провалились в пустоту. Двадцать секунд свободного падения, за которые я успел попрощаться с жизнью, сделать с телефона селфи со стоящими дыбом на голове волосами, и сразить саблей три светящихся противника. Потом паук врубил какую-то тормозную систему, от чего у него под брюхом вспыхнуло не жарким синим пламенем, я еле успел согнуть ноги в коленях, и мы довольно мягко замедлили падение и приземлились. Робот с ходу влетел в арку огромного ангара, и мы помчали дальше. На встречу нам попадались хаотично торчащие из потолка и пола прямоугольные, черного цвета объекты, которые мы лихо обходили даже не притормаживая. Справа показался огромный прозрачный куб, наполненный жидкостью, светящейся зелёным флуоресцентным светом. По левой стороне прямо из пола росли большие разноцветные кристаллы, пульсирующие каждый своим цветом. Красный, жёлтый, голубой, зелёный, янтарный, все эти цвета плясали на высоком потолке, создавая нереальное ощущение нахождения на какой-то фантастической дискотеке. По моей защитной ауре застучали появляющиеся прямо из воздуха мелкие, оставляющие после себя инверсионный след искорки. В голове тревожно всплыло нехорошее слово- радиация. Но настоящим труболазам радиация не помеха. У труболазов волшебная кольчуга! Я махнул саблей, и очередной противник разлетелся на атомы. И вновь в неизведанную даль понеслась боевая песня:

Врагу супостату дадим смертный бой

Задача живыми вернуться домой

И нет нам покоя, по трубам летим!

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови.

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови!

Мой конь заскочил в какое-то боковое ответвление, и мы словно попали в аэродинамическую трубу. Скорость робота сразу же снизилась вдвое. Мне пришлось нагнуться и практически слиться с панцирем, чтобы не вылететь из седла. Картина маслом. Соловей разбойник и Илья Муромец. Когда всё это уже закончится? Конь скакнул в очередной проход, и я смог спокойно разогнуться. Он резво разогнался до своей стандартной скорости, а я, тем временем, продолжал горланить:

Закончатся трубы

И песне конец

И ветер- зараза

Утих наконец

И нет нам покоя, гори, но живи!

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови.

Погоня, погоня, погоня, погоня в горячей крови!

Внезапно на нашем пути появился огромный водяной пузырь, вопреки всем законам физики висящий прямо в воздухе. По всей поверхности пузыря шла мелкая рябь. И мы, не сворачивая, неслись прямо на него! Я попытался было ногами подрулить пауком, но тот не понял моего маневра и не притормаживая, с разбегу запрыгнул в водяную аномалию. На всякий случай я сделал глубокий вдох и набрал побольше воздуха в лёгкие. И на всякий случай закрыл глаза. Выжжет ещё. Это была не вода. Ощущение, как будто нырнул лицом в прохладный гель. Он довольно приятно огладил кожу лица и рук, нисколько не прилипнув к телу. На этот раз моя защита почему-то никак не среагировала и свободно пропустила субстанцию вовнутрь. Воздух в груди ещё не успел закончиться, а мы уже выскочили с другой стороны пузыря и помчались дальше. Помещение постепенно сузилось до размеров небольшого коридора, и мы упёрлись в стену с рисунком прохода. Паук остановился как вкопанный. От чего я чуть было не покинул импровизированное седло головой вперёд, но удержался.

– Я так понимаю, прибыли?

Лепестки двери втянулись в стену, открывая проход в тамбур, как две капли воды похожий на тот, где я получил защитный браслет. Робот проскочил к одной из ниш и довольно бесцеремонно стряхнул меня со своей спины. Прозрачная защита настенной ниши сдвинулась в сторону, и паук стал скидывать с себя броню. Её сегменты с характерным звуком открывающихся замков отщёлкивались друг от друга. После чего запрыгивали в нишу, словно притянутые мощным магнитом. Скинув бронированные конечности, паук избавился от разлетевшегося на две половинки панциря. Последним спрыгнул паучий шлем. Передо мной опять стоял более привычный паук-дистрофик, выпустивший обратно из своего корпуса недостающие две пары лап. Я полюбовался браслетом на правом предплечье, вздохнул, и сунул руку в открывшуюся нишу. Браслет тут же ослабил хватку, слетел с руки, и повис на своём штатном месте. Я направился к двери, которая автоматически открылась, втянув в стену лепестки. На той стороне было слабо освещённое пространство. Из кармана куртки раздался голос Алисы:

–Вы приехали. Спасибо за поездку. Пожалуйста, не забудьте свои вещи. Заказ будет оплачен картой. Для улучшения качества обслуживания, оставьте оценку в приложении.

Я хмыкнул и шагнул было вперёд, но наглый паук, оттолкнув меня в сторону, проскочил в проход первым, и сиганул влево. Я взглядом проследил его маршрут, и увидел, как он подбежал к какому-то стенду, и, пятясь задом, занял одну из двух свободных ниш. Там он поднялся на две задние лапы, и его спиной затянуло во внутрь. После чего он втянул в тело все свои конечности и стал похож на большую черепаху. Красные глаза потускнели и погасли. Зайдя в помещение вслед за пауком, я огляделся. Оно было огромным. Слева и справа пространство, куда удавалось дотянуться взглядом, было заполнено каким-то высокотехнологичным оборудованием непонятного назначения. Стена напротив находилась метрах в двадцати от входа, и была совершенно прозрачной. Это была даже не стена, а огромный, заполненный водой, футуристического вида аквариум, высотой с трёхэтажный дом. На сколько большим он был вглубь, было не понятно. На то, что это именно аквариум, а не просто обычный резервуар под воду, указывало наличие на дне песчаного грунта, насыпанного вперемешку с ракушками, звездочками, гребешками и ещё не пойми какой морской живностью. В разных местах со дна вверх тянулись густые пучки активно выделяющих пузырьки воздуха разнообразных водорослей. По прозрачной стене ползали какие-то плоские существа, напоминающие улиток, с круглыми ртами – присосками. Вокруг красивых разноцветных актиний весело кружились небольшие стайки мелких золотистых рыбок. По дну медленно ползло по своим делам какое-то, закованное в хитиновый панцирь крабообразное. Где-то в глубине проплыл величавый силуэт огромного ската. От такого неожиданного и завораживающего зрелища у меня даже захватило дух.

Но самое удивительное было то, что по центру аквариума, размеренно покачиваясь в воде, висело существо, похожее на средних размеров куполообразную медузу розоватого цвета. Из-под купола медузы свисали нитеобразные отростки-щупальца. Размерами медуза была что-то около полутора метров в высоту. Вместе с нитями. Её купол в некоторых местах был прозрачный настолько, что были видны внутренние органы существа. Какие-то жгутики, сокращающиеся сердечки, перегоняющие синеватую жидкость клапана-насосы, перевитые красноватыми мышцами сосуды, капилляры, вены. Внутри тела что-то бурлило, сокращалось, переливалось, вибрировало и подрагивало. Вокруг медузы упорядоченно плавало несколько предметов, напоминающих панели управления со светосенсорным интерфейсом, как их показывают в фантастических фильмах. В одну из таких панелей медуза запустила несколько своих отростков. Из верхушки купола медузы в разные стороны торчали четыре коротких мясистых отростка, заканчивающихся вполне обычными глазами. Все четыре, в настоящий момент, уставились на меня немигающим взглядом. От созерцания этого удивительного существа меня отвлёк заставивший вздрогнуть телефонный звонок. Я, не отрывая взгляда от медузы, осторожно, двумя пальцами достал из кармана телефон, сдвинул в сторону зеленую кнопку вызова, медленно поднёс трубку к уху, и внезапно осипшим голосом тихо ответил:

–Алло?

–Здравствуйте. – прозвучал из телефона какой-то механический голос. – Не бойтесь. С вами говорит гидроидная форма жизни. Вы сейчас смотрите прямо на меня. Приветствую Вас на… – тут голос существа запнулся, – в моём вынужденном жилище. Я ошалело перевел взгляд с медузы на экран телефона, медленно и осторожно поднёс его поближе ко рту, облизнул пересохшие губы, и, вместо долго репетируемого матерного приветствия по поводу первого контакта, сипло произнёс:

–Здорово, есть чё попить?

Часть 2

Около 100000 лет назад. Галактика Млечный Путь. Окраина Солнечной системы.

Моорг стоял на капитанском мостике и заслушивал отчёт ИИ корабля по выданным ранее распоряжениям.

– Владыка Моорг! Да пребудет вечно Твоё существование в бесконечной череде Миров! – стандартно приветствовал владельца корабля управляющий модуль. Согласно вашим указаниям, к перспективным планетам данной системы отправлены комплексы планетарной геологической разработки. В каждом комплексе находится стандартный охранный модуль с боевым десантом. Ситуация следующая. В настоящее время с газового гиганта ведётся отбор тяжелых химических элементов, необходимых для функционирования добывающих комплексов, а также сопутствующих данному процессу редко атмосферных газов. – ИИ зажёг перед Мооргом объёмное изображение занятой системы, на которой выделил и увеличил самую крайнюю планету системы. Голубой газовый гигант. Моорг пробежал зрачками по анализу характеристик планеты, удовлетворённо кивнул головой, и дал команду ИИ, – Далее!

Заслушав отчёт управляющего модуля по части, касающейся самообеспечения, Моорг, указывая пальцем на объёмной карте на одну из планет системы, распорядился:

–Развернуть в районе вот этой желтой газовой планеты с множественными кольцами вокруг, учебный полигон по тестированию боевых свойств модифицированных птиц с обитаемой планеты.