Читать онлайн Летний детектив: тайна солнечного курорта бесплатно

Главная героиня: Варвара «Вава» Сушкина, 28 лет, антикризисный менеджер (специалист по спасению убыточных проектов). В меру цинична, в меру романтична, разговаривает с кактусом (который, как ей кажется, ее осуждает) и носит с собой блокнот для списков (список вещей, которые бесят, список подозреваемых, список причин не есть после шести).

Место действия: Закрытый бутик-отель «Солнечный бриз» на черноморском побережье.

Пролог

*В котором я понимаю, что моя жизнь – это квест, и мне не нравится уровень сложности*

Надо сказать, что я никогда не верила в судьбу.

В карму – пожалуйста. В злую шутку Вселенной – с удовольствием. В то, что у моего кактуса по имени Иннокентий есть ко мне личная неприязнь – каждое утро, когда он норовил ткнуть меня в палец, пока я поливала герань.

Но в судьбу? Нет.

Судьба – это для тех, кто носит шелковые халаты, пьет зеленый чай из прозрачных чашек и медитирует по утрам под звуки дождя. Я ношу растянутые спортивные штаны с пятном от вчерашнего кофе (кофе был карамельный, пятно так и называется – «осеннее настроение»), а по утрам я медитирую на тему «где мои ключи и почему будильник звонил полчаса назад».

И тем не менее, именно судьба (или обострение хронического геморроя у начальника) привела меня к тому, что я стою на перроне вокзала с чемоданом, который весит больше, чем я, и билетом в кармане.

– Варвара Сергеевна, – сказал мне шеф перед отъездом, разглядывая мой бежевый пиджак с таким видом, будто я явилась на работу в купальнике. – Вы наш лучший антикризисный менеджер. Если кто и способен спасти убыточный отель на побережье, то это вы. Вы же у нас… как это… зубастая.

Я тогда подумала: «Зубастая – это хорошо или мне пора к стоматологу?»

Но вслух сказала другое:

– Иван Петрович, я спасала птицефабрику, где куры неслись по диагонали, я вытаскивала сеть химчисток, которые перепутали пятновыводитель с отбеливателем и уничтожили гардероб половины города. Отель на море – это курорт. Это отдых. Это…

– Это дыра, – ласково перебил меня шеф. – Дыра на берегу моря. И если вы ее не залатаете, я вас лишу премии. И подоконника. Я знаю, вы любите на подоконнике сидеть.

Шантажист.

В общем, теперь я здесь.

Город Н., вокзал, запах жареных пирожков и ощущение, что где-то надо мной уже смеются. Солнце печет так, что мозги плавятся и вытекают через уши. Вокруг снуют отдыхающие – в панамках, с надувными кругами и почему-то с одним и тем же выражением лица: «Мы приехали отдыхать, и горе тому, кто встанет у нас на пути».

Я же, как местная достопримечательность, стою с табличкой «Солнечный бриз» в руках, потому что водитель, который должен был меня встретить, как выяснилось, уехал за запчастями для своего «Москвича» еще позавчера и до сих пор не вернулся.

– Девушка, а вы экскурсии проводите? – подкатывает ко мне мужичок в майке-алкоголичке.

– Провожу, – мрачно отвечаю я. – Экскурсия в ад. Начнем прямо сейчас. Хотите?

Мужичок почему-то обиделся и ушел.

Через сорок минут, когда я уже мысленно простилась с премией, подоконником и, кажется, рассудком, подъезжает раздолбанный микроавтобус с надписью «Солнечный бриз» на боку. Буква «Р» отвалилась, так что читается как «Солнечный бзик».

Я смотрю на эту надпись, и где-то в глубине души у меня дергается глаз.

– Садись, красавица, – кричит водитель – лысый мужик с усами, которые явно живут своей отдельной жизнью. – Долго рассказывать, но если кратко – глушитель отвалился, потом колесо, потом я. Но я нашелся, а колесо нет. Ничего, доедем на честном слове и на трех колесах. У нас отель экономный, ты привыкай!

Я загружаю чемодан. Сажусь. В автобусе пахнет бензином, морем и безысходностью.

– Далеко ехать? – спрашиваю я, пристегиваясь на всякий случай дважды.

– Километров тридцать, – бодро отвечает водитель. – Если не сломаемся – будем через час. Если сломаемся – через два. Если утонем в море – никогда. Шучу! Или нет? Посмотрим!

И мы поехали.

И вот знаете, когда я смотрела в окно на проплывающие мимо поля, лесополосы и редкие указатели, я вдруг вспомнила слова бабушки. Моя бабушка, царство ей небесное и пуховые платки в придачу, всегда говорила:

– Варька, запомни: если тебе кажется, что хуже уже быть не может – подожди до завтра. Завтра ты поймешь, что сегодня был просто разогрев.

Я тогда думала, что бабушка просто любила драматизировать. Она вообще любила – драматизировать, печь пирожки с капустой и смотреть бразильские сериалы.

Но сейчас, глядя на то, как водитель одной рукой крутит руль, а второй пытается поймать выпадающую магнитолу, я начинаю понимать: бабушка знала жизнь.

И если бы она была сейчас рядом, она бы сказала:

– Держись, Варька. Это только начало.

И была бы права.

Потому что в отеле «Солнечный бзик», простите, «Бриз», нас ждал труп.

Но об этом я узнаю чуть позже.

А пока – дорога, пыль, солнце и странное предчувствие, что этот отпуск (командировка, тьфу ты!) запомнится мне надолго.

Очень надолго.

Наверное, на всю жизнь.

Особенно если я тоже окажусь трупом.

Вот первая часть книги. Сохранен стиль: ироничный голос Вавы, бытовые детали (как у Донцовой), живые диалоги и психологические наблюдения (как у Звёздной), а также говорящие имена и комичные ситуации.

Часть 1

Второе дыхание, или Труп в шезлонге

Глава 1

*Курортный рай по цене ипотеки*

Если вы думаете, что слово «курорт» пахнет морем, солнцем и беззаботным счастьем – вы просто никогда не были в таких местах, куда отправляют антикризисных менеджеров.

«Солнечный бриз» встретил меня запахом жженой проводки, цветущей сирени (в июле, Карл!) и стойким ароматом безнадеги, который, кажется, сочился прямо из стен.

Автобус, чудом не развалившийся на запчасти по дороге, затормозил перед кованными воротами с такой грацией, с какой падает в обморок институтка при виде голого колена. Ворота были красивыми. Дорогими. И, судя по ржавчине на петлях, закрытыми намертво последние лет десять.

– А въезд где? – поинтересовалась я, выглядывая в окно.

– А мы пешком, – жизнерадостно сообщил водитель дядя Коля (имя я выпытала по дороге, пока он рассказывал историю своей жизни, жизни своей тещи и жизни своего хомяка, который, по словам дяди Коли, «видел такое, что нам и не снилось»). – Тут калитка сбоку. Машины мы за воротами ставим, чтобы гостям вид не портить.

– Какой вид они могут испортить? – не поняла я. – Тут же кругом лес и забор.

– Ну вот именно! – обрадовался дядя Коля. – А если машина будет стоять, то лес не видно. А так – сплошная эстетика!

Я вздохнула, выгрузила чемодан и потащилась к калитке.

Калитка оказалась не заперта. Более того, она висела на одной петле и приветливо скрипела, словно приглашая: «Заходи, дурочка, здесь все свои».

Территория отеля поражала воображение.

Когда-то, наверное, в прошлой жизни, здесь был райский уголок. Пальмы в кадках, аккуратные дорожки, фонтанчики, скамеечки. Сейчас пальмы напоминали веники, которыми подметали полгода назад и забыли выбросить. Дорожки заросли травой по колено. Фонтанчик… Фонтанчика не было. Было круглое бетонное сооружение, в котором плавал резиновый утенок и чей-то тапок.

– Очаровательно, – пробормотала я. – Просто Версаль какой-то.

– Нравится? – раздалось сбоку.

Я обернулась. Ко мне спешила женщина неопределенного возраста в ярко-вишневом платье и с губами такого же цвета. Губы были накрашены с таким усердием, будто женщина готовилась к конкурсу «Мисс идеальный рот», но забыла про остальное лицо.

– Вы, наверное, Варвара Сергеевна? А я Зинаида Петровна, администратор! – женщина схватила меня за руку и потащила куда-то в сторону главного корпуса. – А мы вас ждали! Ой, ждали! У нас тут такое! Такое!

– Труп? – на всякий случай уточнила я.

Зинаида Петровна поперхнулась на полуслове.

– Господь с вами! Какое труп? У нас курорт! Солнце, воздух и вода! – Она замахала руками, и я заметила, что ногти у нее покрыты лаком в точности такого же оттенка, что и губы. «Спелая вишня», мысленно поставила я диагноз. Местное производство, стойкость – до первого мытья посуды.

– А где вода? – спросила я, оглядываясь по сторонам. – Море вроде должно быть рядом.

– Море? – Зинаида Петровна замахала руками еще активнее. – Так вот же оно! Вон за теми кустами. Только спуск там… ну, специфический. Но вы не волнуйтесь, у нас бассейн есть!

– Бассейн? Это хорошо.

– Да! – обрадовалась администратор. – Пойдемте, покажу!

И она потащила меня за угол.

Бассейн был.

Я бы даже сказала – бассейн присутствовал как факт.

Большая прямоугольная яма, выложенная голубой плиткой, гордо возвышалась над землей. Вот только воды в ней не было. Зато на дне лежали два шезлонга, стоял зонтик и чья-то забытая надувная подушка в виде фламинго.

– А где… – Я замялась, подбирая слова. – Где субстанция, которая должна быть в бассейне?

– Вода, что ли? – уточнила Зинаида Петровна. – Так она ж дорогая, милочка! Вода – она денег стоит. Наливать ее каждый день – разориться можно. А так – сухой бассейн. Модно! По дну бегать полезно для фигуры. Лучше, чем плавать, поверьте мне!

– Сухой бассейн, – повторила я, чувствуя, что у меня дергается глаз. – Гениально. А шезлонги почему на дереве висят?

Я указала на раскидистый дуб, росший неподалеку. На его ветвях, словно диковинные плоды, висели три шезлонга.

– А-а-а, это, – Зинаида Петровна ничуть не смутилась. – Прошлогодний ураган. У нас тут такое было! Ветки летали, шезлонги летали, один даже в соседний отель улетел, представляете? До сих пор не вернули. А эти мы пока убрать не успели, зато птицы не гадят. Сидят на шезлонгах и радуются.

– Птицы?

– Ну да. Им удобно. С высоты все видно. – Администратор мечтательно закашлялась.

Я закрыла глаза и досчитала до десяти. Потом до двадцати. Потом вспомнила, что у меня ипотека, кредит за машину и подоконник, который я очень люблю и не хочу лишаться.

– Хорошо, – сказала я как можно спокойнее. – Давайте заселяться. Где регистрация?

– Ой, а мы прямо здесь можем! – Зинаида Петровна вытащила откуда-то из складок платья потрепанную папку. – Вы распишитесь вот тут, тут и тут. Ключи от номера – пожалуйста. – Она вручила мне допотопный ключ на деревянной бирке. – Номер двести восьмой. Второй этаж. Лифта нет, но вы молодая, дойдете. Там вид на море!

– Вид на море? – оживилась я.

– Ну, если голову высунуть и сильно-сильно вытянуть шею, то между крышами сараев видно полоску, – уточнила администратор. – Считается, что это море. Хотя некоторые говорят, что это небо. Но вы не верьте! Море!

Я взяла ключ и потащила чемодан к крыльцу.

– Ах да, Варвара Сергеевна! – окликнула меня Зинаида Петровна. – У нас сегодня ужин в семь. Столовая в левом крыле. Не опаздывайте, а то котлеты закончатся!

Я кивнула и вошла в здание.

В холле пахло сыростью, старой мебелью и еще чем-то неуловимо тоскливым. На стене висело огромное зеркало в позолоченной раме, и я с ужасом заметила, что отражаюсь в нем какой-то уставшей, помятой теткой с чемоданом и безумным взглядом.

– Это я, что ли? – спросила я у зеркала.

Зеркало промолчало, но в его глубине мне почудился злорадный блеск.

– Ну и ладно, – сказала я и пошла искать лестницу.

Номер оказался… номером.

То есть кровать там была. И шкаф. И даже тумбочка. Правда, кровать скрипела так, что будила сама себя, шкаф стоял криво, а тумбочка была настолько древней, что, казалось, помнила еще постояльцев советских времен.

Зато из окна действительно было видно море.

Тоненькая синяя полоска далеко-далеко, за крышами, деревьями и, кажется, железнодорожными путями.

– Красота, – вздохнула я, достала из чемодана блокнот и записала:

**Список №1. Что меня бесит в этом отеле:**

1. Сухой бассейн.

2. Шезлонги на дереве.

3. Отсутствие лифта.

4. Кровать-пылесос (сосет силы).

5. Администратор с губами-вишнями.

Я посмотрела на список и приписала:

6. То, что я здесь вообще оказалась.

Потом подумала и добавила седьмой пункт:

7. Мой кактус Иннокентий сейчас дома один и, наверное, опять тычет иголками в мою герань.

Я вздохнула, плюхнулась на кровать (она жалобно охнула) и уставилась в потолок.

– Ничего, – сказала я вслух. – Я антикризисный менеджер. Я спасала птицефабрику с курами-инвалидами. Я реанимировала сеть прачечных, которые постирали диван начальника города. Я справлюсь с каким-то отелем.

В коридоре что-то грохнуло.

Я подскочила, выбежала – и успела заметить только чью-то тень, мелькнувшую за углом.

На полу лежал конверт.

Я подняла его. Внутри была записка, напечатанная на принтере:

*«Уезжай, пока цела. Здесь неспокойно»*

Я перечитала три раза. Потом сунула записку в карман.

– Ну вот, – сказала я своему отражению в темном экране телевизора. – А Зинаида Петровна говорила, трупов нет. Зато есть анонимки. Это даже лучше.

Отражение согласно промолчало.

Я вернулась в номер, достала блокнот и записала:

**Список №2. Подозреваемые в анонимках:**

Пока пусто.

– Завтра разберемся, – решила я и пошла на ужин.

Котлеты, как выяснилось, закончились за пять минут до моего прихода.

Глава 2

*Золотой фонд отеля*

Утро следующего дня началось с того, что я проснулась от дикого крика.

– Я сказал – купи! Не можешь купить – отбери! Что значит «это противозаконно»? Ты мне еще про Уголовный кодекс расскажи! Я сам кодекс! Я Лев Хомяков! Лев, мать твою, Хомяков!

Я села на кровати и поняла две вещи.

Первая: кровать действительно скрипит, потому что я пошевелилась, и она жалобно застонала.

Вторая: у отеля есть очень громкий постоялец.

Я выглянула в окно. На лужайке перед корпусом стоял мужчина в ярко-синем халате с золотыми вензелями и орал в телефон. Мужчина был крупный, краснолицый и, судя по интонациям, очень нервный.

– Это и есть наш золотой фонд, – раздалось сбоку.

Я подпрыгнула и обернулась. На балконе соседнего номера стояла девушка и задумчиво жевала яблоко. Девушка была настолько идеальной, что хотелось немедленно проверить, не нарисована ли она. Длинные ноги, длинные волосы, длинные ресницы, короткие шорты.

– Вы кто? – спросила я, потому что больше ничего умного в голову не пришло.

– Я? – Девушка улыбнулась голливудской улыбкой. – Я Регина-Моника-Анжелика. Можно просто Рита. Блогер. Инстаграм: @ritalife_is_beauty. Подпишись.

– Я Варвара. Можно просто Вава.

– Очень приятно, – Рита откусила яблоко. – А это, – она кивнула на орущего мужчину, – Лев Бонифатьевич Хомяков. Олигарх. Приехал с дочкой, но дочка сбежала в первый же день. Говорят, она влюбилась в местного спасателя и теперь живет у него в будке.

– В будке?

– Ну в домике спасателей. Там тоже будка, если честно. – Рита хихикнула. – А вон там, – она показала на старика, который копался в кустах у забора, – профессор Колбасьев. Ищет ингредиенты для своих настоек. Говорят, у него есть рецепт от всего – от облысения, от жадности и даже от политической нестабильности.

– А что он сейчас ищет?

– Лопухи, – авторитетно заявила Рита. – Для настоя против дураков. Хотя, по-моему, дуракам уже ничего не поможет.

Старик тем временем выпрямился, погрозил кулаком в сторону Хомякова и продолжил копаться.

– А этот? – спросила я, заметив мужчину, который сидел за пианино на открытой веранде. Пианино было старым, расстроенным, но мужчина играл так, что хотелось сесть рядом и слушать вечность.

– А-а-а, это Маэстро, – Рита мечтательно вздохнула. – Матвей. Красивый, загадочный, мрачный. Играет джаз. Ни с кем не общается. Я пыталась с ним заговорить, а он сказал: «Я приехал сюда не за общением». Представляете? Я, Регина-Моника-Анжелика, с миллионом подписчиков, а он не хочет со мной общаться!

– Ужас, – вежливо согласилась я, разглядывая пианиста.

Он был действительно красив. Высокий, темноволосый, с идеальной осанкой и руками, которые порхали над клавишами. Но что-то в нем настораживало. Какая-то тень в глазах, какая-то напряженность в плечах. Слишком правильный для этого бардака. Слишком… нездешний.

Я достала блокнот и записала:

**Список №2. Подозреваемые (теперь официально):**

1. Лев Хомяков – олигарх, орет, похож на хомяка, нервный.

2. Профессор Колбасьев – собирает лопухи, возможно, варит яды.

3. Регина-Моника-Анжелика – слишком сладкая, чтобы быть настоящей.

4. Матвей «Маэстро» – красивый, мрачный, явно что-то скрывает.

– А директор? – спросила я у Риты. – Директор отеля где?

– А-а-а, Семен Семеныч, – Рита махнула рукой. – Да вон он, за Хомяковым бегает с полотенцем.

Я присмотрелась. Действительно, за олигархом метался маленький лысоватый человечек в белой рубашке, которая уже успела промокнуть насквозь. Человечек пытался подсунуть Хомякову полотенце, но Хомяков отмахивался от него, как от назойливой мухи.

– Семен Семеныч Кранч, – прокомментировала Рита. – Местный директор. Говорят, отель достался ему от папы, а папе – от дедушки. Раньше здесь был элитный санаторий для партийных работников, а теперь вот…

– А теперь вот что?

– А теперь вот это. – Рита обвела рукой территорию. – Сами видите. Кранч пытается выжить, но у него плохо получается. Говорят, Хомяков хочет купить отель и снести. Построить тут высотку.

– Какую высотку?

– Элитную. С видом на море. Хомяков уже всех задолбал своими проверками. То ему не так, это не эдак. Вчера он требовал, чтобы в номере люстру помыли. Люстру, Карл! На люстре пыль нашёл.

Я посмотрела на Хомякова с новым интересом. Если он хочет снести отель, значит, у него здесь враги. И враги эти – все, кто работает в отеле и хочет сохранить рабочие места.

– А пианист? – спросила я. – Матвей этот. Он тоже враг?

– А он вообще загадка, – Рита понизила голос. – Приехал неделю назад, поселился в самом дешевом номере, платит наличными. Ни с кем не разговаривает, играет целыми днями. Иногда ночью. Говорят, он от кого-то бежит.

– От кого?

– Не знаю. От женщин, от налоговой, от призраков прошлого. – Рита пожала плечами. – Может, он убийца?

– С чего ты взяла?

– А что еще может скрывать красивый мрачный мужчина в отеле на отшибе? – резонно заметила Рита. – Только то, что он убийца. Или шпион. Или убийца-шпион.