Читать онлайн Мост бесплатно

Глава 1

Питер. Поздний вечер. Метель.

Влада веламашину и материлась сквозь зубы. Подруга Ирка, ради которой она пёрлась сюда изМосквы, оказалась той ещё истеричкой. Поссорились из-за ерунды, но так, чтотеперь хоть совсем не звони. Влада вылетела из квартиры, хлопнув дверью, села вмашину и поехала куда глаза глядят.

Глаза смотрелина набережную. Дворцы в волшебной подсветке, старинные фонари, засыпанныеснегом, чёрная вода, пустые мосты. Красиво, холодно, тоскливо. В Москву ехатьсейчас – самоубийство. Метель, почти ночь, усталость. Нужно было искатьгостиницу.

Она свернулана мост и вдруг увидела его.

Человекстоял неподвижно, низко перегнувшись через перила, смотрел вниз, на воду. Вчёрном пальто, без шапки, плечи и голова уже белые от снега.

Сердце Владыухнуло куда-то в живот.

– Твою жмать, – выдохнула она и резко нажала на тормоз.

Машинавильнула, остановилась у парапета, отделяющего проезжую часть от пешеходной.Влада включила аварийку, выскочила, не закрыв дверь. Снег мгновенно залепиллицо, ветер трепал волосы и полы расстёгнутого норкового полушубка. Она бежала,боясь упасть на шпильках, уже представляя, как будет хватать его за пальто,тянуть назад, кричать, чтобы не смел.

Приблизившись, схватила за рукав, дёрнула.

– Ты что,сдурел?

Он обернулся. Влада замерла: мокрые светлые волосыприлипли ко лбу, лицо породистое, что-то нордическое проглядывало в чертах. Иглаза: светло-зелёные, почти прозрачные. Парень смотрел на неё спокойно, безудивления, будто его каждый вечер хватают за рукав на мосту.

– Чего ты? –спросил он.

– Я?! – возмутившись,она отпустила рукав. – Это ты! Я думала, ты сейчас прыгнешь.

Белокурыйангел недоуменно моргнул, потом до него дошло.

– Нет, –уголки губ дрогнули. – Я просто смотрю.

– На что?

– Напустоту. На лёд. На воду. – Он снова повернулся к перилам. – Красиво.

Влада стояларядом, тяжело дыша. Адреналин схлынул, осталась злость на себя, на него, на этудурацкую ночь. Но вслух она выдавила:

– Тут ветер,холод. Простынешь.

– Я впальто.

– В пальто, –передразнила она. – Слушай, идиот, вали отсюда. Рухнешь вниз – тебя достать неуспеют.

Он снова посмотрелна неё. Глаза – яркие, даже в темноте, и в них – ни капли обиды, толькоудивление и какая-то тихая грусть.

– Ты права, –сказал он вдруг. – Пойдём.

Отлепившись от перил, огляделся и направился к еёмашине, брошенной на проезжей части.Влада поплелась за ним, проклиная себя. Ну зачем она влезла? А если он псих? Илиграбитель?

Он дошёл домашины, остановился, вопросительно глядя на неё.

– Можно?Холодно.

– Садись, –буркнула она. – Всё равно уже.

Ангел забралсяна переднее пассажирское, устроив свои длинные ноги. В машине было тепло, пахлоеё духами и кофе. Влада включила подогрев сидений: «Пусть зад свой погреет».

Он откинулсяна сиденье, закрыл глаза. Ресницы у него были длинные, мокрые от снега.

– Ты откудатакой чудной, – спросила она, трогаясь с места, – на мою голову взялся?

– ИзПореченска.

Она чуть непрозевала светофор. Вывернула руль, затормозила у парапета. Снова включилааварийку. Дворники шуршали по лобовому, еле справляясь с крупнымихлопьями.

– Чего?

Пареньоткрыл глаза и посмотрел на Владу.

– ИзПореченска. Город такой, в Тверской области. Маленький.

– Я знаю,что за город, – она смотрела на него в упор. – Сама оттуда.

Он удивился.По-настоящему, видно было. Зелёные глаза округлились.

– Правда?

– Правда.Влада Шармахина меня зовут. Может, слышал? Школа у парка, выпуск... ну,неважно, какого года. Ты явно младше.

– Я Арсений Соколов,– он задумался. – Я тебя не помню в школе.

– И недолжен.

Онипомолчали. За окном выла метель, ветер хлестал снег по стеклу. Влада смотрелана дорогу и размышляла, что делать дальше.

– А ты чегов Питере? – спросила она.

– Просто. Захотелосьпогулять, по музеям. А теперь обратно надо.

– На поезде?

– Да. Утром уеду.Сейчас на вокзале посижу, подожду.

Она взглянулана него. На это лицо, на эти глаза и представила, как он будет сидеть навокзале до утра. Холодно, неуютно, один среди толпы. Предложила:

– Слушай, тутгостиница рядом. Я собиралась номер снять на ночь. Если хочешь... можем вместе,на двоих.

Онвнимательно посмотрел на неё. В глазах – ни намёка на пошлые ожидания.

– Ты чего? –спросил он просто. – Неудобно это.

– Того. Я вМоскву сейчас не поеду, метель. А одна в номере или вдвоём – без разницы. Атебе на вокзале не мёрзнуть. Я заплачу, не парься. Ты просто... ну,переночуешь. Кровать одна, но диван должен быть ещё. Разберёмся.

Пареньмолчал, долго смотрел на неё своими невероятными глазами, потом кивнул.

– Ладно.Спасибо.

– Уговорила,блин, – Влада закатила глаза, сама не понимая, почему пригласила. Просто... немогла оставить его на вокзале одного. Вдруг на рельсы смотреть начнёт.

– Ну что,поехали тогда, земляк, – сказала она и нажала на газ.

Отельоказался небольшим, в тихом переулке, на первом этаже старого дома. Судя попланировке – бывшая коммуналка, переделанная под гостиницу. Потолки высоченные,лепнина кое-где сохранилась, но мебель стандартная, безликая.

На ресепшенескучала девушка в очках.Увидев их, мгновенно оживилась.

– Добройночи. Бронь есть?

– Нет, –Влада достала паспорт, положила на стойку. – Нужен номер на одну ночь.

Девушкавзяла документ, начала оформлять, но её взгляд то и дело скользил за Владиноплечо, туда, где стоял Арсений. Она разглядывала его откровенно, с неподдельныминтересом, словно ценную картину в музее. Влада почувствовала, как внутризакипает глухое раздражение.

– Паспортвашего... спутника? – спросила девушка, не отрывая глаз от Арсения.

Владаобернулась, протянула руку. Он порылся во внутреннем кармане, досталпотрёпанную книжечку, протянул ей. Девушка взяла, раскрыла и зачем-тодолго вглядывалась в страницы. Листала туда-сюда, будто выискивая что-то важное.

«Наизусть,что ли, учит?» – подумала Влада с досадой. – «Фотку бы ещё на память попросила».

– Номерчетырнадцать, – наконец произнесла регистраторша, протягивая ключ. – Покоридору до конца, направо.

Влада сгребла магнитную карту, паспорта, подхватилаАрсения под локоть и решительно потащила по коридору, чувствуя на спине цепкийвзгляд девушки.

Номероказался крошечным. Широкая кровать у стены занимала почти всё пространство. Уокна – небольшая кушетка, напротив – стеллаж и шкаф, телевизор на кронштейне. Вуглу – вешалка. Санузел чистенький, даже фен имелся.

Владабросила сумку на тумбу, скинула полушубок и повесила его на плечики. Выдохнула.

– Неразбежишься, – пробормотала она, оглядывая тесное пространство. – Ладно, хотьтепло.

Арсенийстоял в дверях, не решаясь пройти. Его взгляд блуждал по кровати, дивану, поней.

– Чего застыл? – спросила Влада. – Заходи давай, нестой столбом.

Он вошёл,повесил пальто, оставшись в белом свитере с высоким воротом. Осмотрелся.

– Я надиване, – тихо произнёс.

– Ага, а я на кровати. Нормально?

Он кивнул искрылся в ванной.

Влада выждаласекунду, услышала шум воды и метнулась к тумбочке, где лежали ключ и документы.Схватила паспорт, раскрыла, лихорадочно пробежала глазами.

СоколовАрсений Васильевич. Пореченск, улица Мира, двенадцать. Дата рождения... Ага,двадцать три – младше её на семь лет, значит. Не женат, детей нет.

– Ну, впаспорт сейчас можно и не ставить, – пробормотала она себе под нос. – Да какаятебе разница вообще?!

Вода стихла.Влада сунула паспорт обратно, отпрянула от тумбочки и бросилась к дорожнойсумке, делая вид, что роется в вещах.

Парень вышел. Светлые волосы были чуть влажные нависках.

– Давай ясуши закажу? Есть хочу. Ты что любишь?

Владаоткрыла рот, чтобы выдать привычное: «После шести не ем», но желудокпредательски заурчал. Вспомнила, что последний раз ела в обед, и то на бегу.

– Роллы, –сдалась она. – Запечённые. Любые, кроме вегетарианских.

Он кивнул,уткнулся в телефон, заказывая.

Она ушла в душ.Стояла под горячей водой, думая: «Ты с ума сошла, Шармахина. Подобрала намосту мужика, красивого, правда. Паспорт его проверила, как мент, и суши с ниместь собралась. Папа бы гордился».

Вылезла из кабинки, завернулась в белый махровыйхалат, волосы собрала в высокий хвост. Подошла к зеркалу, критично оглядев лицо.Макияж сняла, но тон нанесла заново – чуть-чуть, незаметно, чтобы совсем без всегоне оставаться. Немного румян, глаза слегка подвела и растушевала, ресницыпрокрасила немного, брови оформила.

В комнатеуже пахло едой. Арсений сидел за маленьким столиком, разложив коробочки,палочки, соевый соус.

– Ого, –сказала Влада, садясь напротив. – Оперативно.

– Доставка,наверное, рядом была, – парень улыбнулся.

Ели сначала молча,потом он начал рассказывать – про работу, про НИИ, про то, как однажды сжёглабораторию (не сильно, просто дым пошёл). Она смеялась, сама не заметила, как.

Арсенийсидел напротив, чуть ссутулившись, и лицо у него было такое... детское,беззащитное, с этими прозрачными зелёными глазами. Он рассказывал и улыбался, будтов жизни не было ничего прекраснее, чем сжечь лабораторию и жрать роллы в полночьв чужом городе с незнакомкой.

Владасмотрела на него и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое исовершенно неуместное.

– Знаешь, – вдругсказала она. – Хорошо, что я с Иркой поссорилась.

– Почему? –не понял он.

– Потому, – онавзяла ролл. – Вышло лучше, чем могло бы.

Он улыбнулся,и у неё перехватило дыхание.

В душАрсений пошёл после еды. Был там десять минут – она засекла.

Влада, переодевшись в короткую шёлковую сорочку,улеглась в кровать, натянула одеяло до подбородка.Люстру выключила,оставила только ночник у кровати. Тёплый желтоватый свет падал на стену, делалномер почти уютным. Пыталась читать что-то в телефоне, прислушиваясь к шумуводы, но слова не складывались в строчки.

Дверь ваннойоткрылась.

Арсений вышел в белом гостиничном махровом халате –таком же, как у неё, только размером поменьше.А может, и не поменьше, а просто коротковат – до колен. Из-под халата смешноторчали длинные, не слишком волосатые ноги в белых одноразовых тапках.

Влада фыркнула, прикрыв рот рукой.

– Чего? –спросил он, застыв в дверях.

– Ничего, – онадавилась смехом.

Он сел на короткий диван – ноги явно не помещались.Тогда лёг, свесил их, попытался поджать– неудобно. Укутался в одеяло, затих.

Влада молчанаблюдала за его мучениями. В свете ночника он был похож на большого щенка,которого засунули в маленькую коробку.

– Непомещаешься, – констатировала она.

– Нормально,– ответил он.

– Ладно,спи.

Онаотвернулась к окну, ворочаясь в постели. Сон никак не шёл. В номере царилатишина, нарушаемая лишь негромким дыханием с дивана.

– Арсень, – позвалаона в темноту, едва слышно.

– М-м-м? –отозвался он мгновенно.

– Иди сюда.

Он не сталломаться, подошёл с одеялом. Остановился у кровати, не решаясь.

– Ложисьдавай, – сказала Влада. – Замёрзнешь там.

Он улёгся насамый край, на спину, руки вдоль тела. Между ними было полметра, но Владачувствовала его тепло, ощущала запах – свежий, чистый, парфюм – с ноткамилилии, кажется. Лежала, думая: «Красивый, зараза. И, наверное, дурак. Илисвятой».

Внезапно он повернулсяк ней, осторожно протянул руку и положил ей на грудь. Чуть сжал, провёл большимпальцем.

Сердце Владыухнуло куда-то вниз.

– Ты чего? –спросила она тихо.

– Хочется, –ответил он.

Повислапауза. Влада повернулась к нему сама и, вглядываясь в его лучистые глаза, произнесла:

– Ну такделай что-то.

Он приподнялсяна локте, наклонился и робко, неумело, будто пробуя, поцеловал. Влада ответила, придвинулась близко.Его рука сдвинулась ниже, обняла за талию.

А дальшепонеслось. Он целовал жадно, тяжело дышал, его руки блуждали по её телу, нокак-то... дёргано, неуверенно. В какой-то момент она поняла: он не знает, чтоделать. Просто не знает. Организм молодой, здоровый, возможно, долго безженщины – это да, чувствовалось.А умения – ноль.

– Ты чего? –спросила она, останавливая его руку, которая пыталась, но не могла расстегнутьее бюстгальтер.

– Я... – онзамер, но руку не убрал, – …не умею совсем. Только с одной было. И ей не нравилось.

Владасмотрела в его глаза и вдруг поняла, что хочет его ещё сильнее. Не вопреки даже неумению, а именно из-за него.

– Не беда, –сказала она. – Научу.

И онапринялась показывать: куда класть руки, как пользоваться пальцами, какдвигаться не спеша, не дёргаясь. Объяснила про ритм и правильные точкисоприкосновения. Арсений слушался, делал всё в точности, а потом и вовсеперестал бояться, начал действовать сам. Влада была поражена его искренностью:он не играл, не притворялся, не пытался казаться круче. И этой ночью ей былотак хорошо, как не было давно – да что там, никогда.

Под утро онапроснулась от его дыхания в затылок.Он обнимал со спины, прижимаясь всем телом во сне,как ребёнок, который боится, что мама уйдёт.Влада лежала, смотрела в окнона чёрное питерское небо, проглядывающее сквозь жалюзи, и думала: «Кажется,влипла. По-крупному».

Окончательнопроснулась позже от тусклого, серого света, рисующего полосы на потолке. Первыемгновения пыталась вспомнить, где находится. Чужая комната, чужая кровать,чужой запах. На груди лежала тёплая мужская рука, спокойно, будто так и должнобыть. Вспомнила, конечно: мост, метель, парень, который чуть не замёрз.Гостиница. Она сама позвала его в кровать.

Владазакрыла глаза и мысленно простонала: «Господи, до чего докатилась. Подобрала наулице незнакомого мужика. Это что, кризис тридцати лет? Или просто крышапоехала?»

Онаповернула голову. Арсений спал: светлые волосы разметались по подушке, лицоспокойное, беззащитное. Очень красивое. Но это ничего неменяло.

Влада осторожно приподнялась на локте, осмотрела парня.Одеяло с него сползло, открывая плечо, шею, грудь.Никаких следов уколов, вроде ничего подозрительного. Руки чистые,ногти ухоженные. На вид – нормальный, но мало ли.

Она перевелавзгляд на свои вещи, брошенные на стул. И вдруг её накрыло осознание: какоесчастье, что в сумочке, в маленьком кармашке, валялись презервативы. Старые,ещё с прошлых отношений, кто знает, сколько они там пролежали. Влада случайнонаткнулась на коробочку неделю назад, когда перекладывала вещи, и забылавыкинуть.

А вчера онипригодились.

Она снова закрыла глаза.Вспомнила, как всё было: она сама доставала, сама надевала,потому что он даже не парился, что это нужно. Как он смотрел на неё своими зелёнымиглазищами, словно послушный мальчик.

«Божечки, аесли б не было? Если б не эти старые дурацкие презервативы? Ты бы и так быласогласна на всё?!»

Влада резкосела. Рука с её груди сползла, Арсений заворочался, но не проснулся.

«Умаялся,сердешный», – думала она, глядя на него, на этого спящего красавца: «Ты ктовообще? Откуда ты взялся на мою голову?»

Затемаккуратно встала, прошла в ванную, закрыла дверь и включила воду. Взглянула взеркало – растрёпанная, без косметики – и вдруг усмехнулась.

– Ну тыдаёшь, Влада, – сказала она своему отражению. – Мама бы гордилась.

Послегорячего душа привела себя в порядок: высушила волосы, накрасилась. Вышла – онвсё ещё спал, лежал на спине, раскинув руки, дышал ровно.

Владаоделась, взяла сумку, подошла к кровати и посмотрела на него.

– Спасибо заночь, прекрасное видение, – прошептала она. – Не болей.

И вышла.

Глава 2

С Иркой онипомирились через неделю. Влада позвонила первой. Не потому, что была неправа, апотому, что надоело таскать обиду. Ирка обрадовалась, болтала час, звала опять вПитер. Влада обещала подумать.

Про Ангеласвоего она не рассказала никому: ни Ирке, ни маме, ни, тем более, подружкам вМоскве, с которыми иногда зависали в барах или ходили на шопинг. Никто бы непонял. Да и сама Влада не понимала.

В мартеснова поехала к Ирке. Соврала что-то про дела, про встречу и вечером, сказав: «Проветрюсь»,уехала на тот мост. Стояла у перил, вглядываясь в воду, в треснувший лёд, вогни фонарей. Снег закончился, было тихо, холодно, красиво.

Ангела,конечно, там не было.

Владапостояла минут десять, потом села в машину и уехала.

Иногда,когда дела заносили её в Пореченск – навестить родителей, проверить старые своикофейни, встретиться с кем-то, – она ловила себя на том, что ищет взглядом втолпе чуть сутулую светловолосую фигуру. На улицах, в магазине, у школы, простоскользила глазами по лицам – а вдруг?

И в Москве,бывало, наткнётся взглядом на кого-то похожего – сердце ёкнет. Потом, приглядевшись,поймёт – не он. Отвернётся и дальше идёт.

Но вообще Владао нём не думала. Совсем – некогда было.

Оназарегистрировалась на сайте знакомств. Подружки посоветовали: «Чего однасидишь? Давно пора». Влада загрузила фото, заполнила анкету сухо, без соплей:«Тридцать, бизнес, ищу адекватного». Ходила на свидания раз в неделю, иногдачаще. Парни попадались разные: менеджеры, айтишники, один владелецавтомастерской. Вроде бы нормальные. Она сидела, слушала, улыбалась, пила кофе.А через полчаса ловила себя на том, что ей тухло. Не потому, что они плохие,просто разговоры пустые, планы одинаковые, шутки плоские.

Воротиланос, в общем.

Пару раз,правда, задерживалась. Один инженер-строитель, плотный такой, с мышцами,уверенный, рассказывал про мосты. Влада слушала и почему-то думала о другом.Про мост, на котором... ну, неважно. Потом и с ним перестала встречаться –скучно.

Дела шлинеплохо. Кофейня в Москве раскручивалась. Место выбрала удачно – рядом суниверситетом, проходное. Студенты забегали толпами, брали навынос, сидели сноутбуками. Влада сама иногда вставала за стойку, когда девчонки несправлялись. Варила кофе, улыбалась, шутила с посетителями.

Молодыепарни заглядывались, подкатывали. Она замечала, но вида не подавала, думала:«Дети ещё». И невольно вспоминала те зелёные глаза, тот тихий голос, те длинныеноги, которые не помещались на диване.

Но это былоредко. И вообще не считалось.

Она простожила дальше.

Как-то уже вконце марта Влада заглянула в сетевой магазин косметики в центре. Просто так: развеяться,посмотреть новинки. Она обожала это дело – побродить между стеллажами, почитатьсоставы, потестить ароматы. Дома уже скопилась внушительная коллекция парфюма:от разнообразного люкса до нишевых и редких лимиток. Но остановиться она немогла. Парфманьяк, чего уж там.

Влада взяласо стеклянной полки новый флакон – какой-то лимитированный выпуск, дорогой,красивый. Пшикнула на блоттер, вдохнула, задумалась. «Ничего так», – оценила идвинулась дальше, пробовать следующий.

И вдруг,проходя мимо консультантки и какого-то мужика, её будто током ударило. Тавпаривала парфюм, увлечённо расписывая его достоинства. Дядька стоял, слушал,кивал, а Влада замерла в метре от них. Воздух вокруг был пропитан до мурашек,до дрожи знакомым запахом. Она перевела взгляд на флакон в руках девушки: стеклянный куб, серебристая крышка. Аромат был тот, которым пахло тогда вномере от Арсения. Свежий, чистый, с древесными нотами и лёгкой сладостью – толи лилия, то ли ещё что-то неуловимое.

– Девушка, ачто это? – спросила Влада, подходя ближе.

Консультанткаобрадовалась второму клиенту, затараторила про ноты, пирамиду, стойкость. Владане слушала. Взяла флакон, пшикнула на запястье, поднесла к носу.

Он.

Она купила,не глядя на цену.

Дома Владапоставила флакон на туалетный столик. Села рядом, долго смотрела. Потомоткрыла, распылила в воздух, вдохнула. Закрыла глаза, и мгновенно в голове возникло:тот номер, мягкий свет ночника, его глаза, голос, шепчущий:«Хочется».

Она сиделатак минут пять. Затем встала, налила бокал вина. Вернулась, снова села. Выпила.Пшикнула ещё раз. Ещё глоток.

За окном сгущалисьсумерки, а в квартире воцарилась тишина, наполненная его запахом. И Владе казалось,что он где-то рядом, что вот-вот выйдет из ванной в этом дурацком короткомхалате, сядет на край кровати и скажет: «Ты чего?»

Влада допилавино, налила ещё и внезапно поняла, что не может больше сидеть и ждатьнеизвестно чего. Она открыла паблик Пореченска и написала в сообщения:

«Админ,опубликуй анонимно, пожалуйста. Очень надо».

Через час появилсяпост:

АНОНИМНО

Питер, мост, январь, метель.

Ты просто смотрел на воду.

Я потом сбежала. Зря.

Арсений С., найдись!

Парень, двадцать тригода, красоты невероятной: высокий,атлетичный, светлые волосы, зелёные глаза. Из Пореченска.

Помогите найти!

Владаобновила страницу через пять минут: там уже было три комментария. Через десятьминут – уже двадцать.

Ленка_34:«Ой, девки, я тоже хочу такого Арсения! Только в Питере выдают?»

Сергей_1978:«Это ж надо так написать))) Ну давай, Арсений, выходи, тебя ищут».

Марина_kiss:«А фото есть? А то вдруг не тот».

Катерина_Лапочка: «Я знала одного Арсения из первойшколы, высокий, светлый... Но он в Москве вроде. Контактов нет».

Владаотложила телефон. Встала, прошлась по комнате и снова села.

Тем временемв паблике народ вовсю развлекался:

Игорёша:«Девушка, а может, это я твой Арсений? У меня тоже глаза зелёные, правда, всегоодин».

Света_из_Запрудного:«Ой, а я такого видела! Я ещё подумала – красивый какой».

Аноним:«Арсений, не томи, выходи!»

Влада читалаи не знала, смеяться ей или плакать.

…Пост виселуже сутки. Комментарии были разные: кто-то шутил, кто-то серьёзно пытался вспомнить,кто-то просто лайкал. Влада постоянно обновляла страницу, сердце билось учащённо,руки холодели. И вдруг – новый комментарий.

Алла_З:«Аноним, это похоже на одного знакомого. Напиши мне в личку, я попробуюпомочь».

Влада кликнулана ник, написала этой Алле. Та скинула ссылку на другой профиль: «Похожена моего одноклассника – Арсения Соколова. Напиши сюда – это его бывшая.Влюблён был со школы».

Владапоблагодарила и тут же полезла изучать бывшую. Профиль был открытый – Яна Х.На аватарке блондинка в свадебномплатье, с букетиком, поздравления в комментариях свежие.

«Отлично, совет да любовь! Арсений ей, значит,точно не нужен», – выдохнула Влада и набрала сообщение:

«Привет!Алла_З сказала, вы знаете Арсения Соколова. Можете помочь? Очень нужны егоконтакты».

Отправив,Влада отправилась делать маску для лица и шеи. Успела смыть, а ответа всё небыло. Не прочитано даже.

Сообщениепришло только через полчаса: «Привет. Да, я знаю Арсения, но номер дать не могубез его разрешения. Извините».

Владаперечитала трижды и, поджав губы, написала:

«Такспросите у него разрешения».

Тишина:минута, две, пять.

Потом Яна ответила:«Я не могу. Мы совсем не общаемся».

Владасмотрела в экран, и внутри закипало. В голове всплыл голос Арсения: «С однойвсего было. Ей не нравилось». И теперь вот эта собака на сене не может простодать его номер?

Пальцы саминапечатали: «Ну ты и овца».

Отправила исразу выдохнула. Полегчало. Совсем чуть-чуть, но всё же.

Владазачем-то снова полезла на страницу Яны. Просто так, полистать,позлорадствовать, убедиться, что та действительно овца.

Пролистываяленту, разглядывала фото: музеи, школа, цветочки, лепесточки – скучно. И вдруг –стоп. Свадебные, штук пять: Яна в белом платье, с букетом, улыбается, арядом – мужик в костюме, высокий, широкоплечий, с короткой стрижкой.

Влада приблизила изображение – узнала сразу.До тошноты, до холодного пота узнала. Она смотрела нааватарку и не могла отвести взгляд – Дима Хасанов. Её, Владин, первый мужчина. Тот,который трахнул и бросил, а теперь он – муж этой Яны.

– Ну и дела,– прошептала она вслух.

Вспомнилось,как всё было.

...Одиннадцатыйкласс, декабрь. Влада на тот момент – уже совершеннолетняя, вся такая взрослая.Она давно, к девятому классу ещё стала привлекательной: высокая, фигуристая, ссерыми глазами, которые подводила, делая их загадочными и томными.

ДимкаХасанов был красавчик. Уже тогда в нём чувствовалась брутальность: высокий,плечистый, голос низкий, бархатный. А эти его необычные, разноцветные глаза –от них у девчонок подкашивались ноги. Девки по нему сохли пачками, онотмахивался от них как мог, но не всегда получалось.

Влада нанего поначалу даже не смотрела. В её жизни тогда единственным был Артём – ну,то есть не был, а она отчаянно хотела, чтобы появился. Недоступный, зацикленныйна своей худосочной Олеське, всегда сидел с ней за одной партой, вечно писал ейкакие-то записки. Влада была влюблена в него по уши, но виду особо не подавала.Играла роль: для всех она была той, кому всё это безразлично, той, кто стоит вышеэтих глупостей. Строила из себя «femme fatale», опытную и прожжённую. Курила зашколой, закатывала глаза, когда подруги болтали о любви.

Димка жесмотрел на неё с интересом, но не тем, который ей был нужен. А она, такувлечённо играя роль роковой женщины, даже не заметила, как всё пошло не так.

Как-то разон сам подошёл после уроков, в раздевалке. Сказал что-то про то, что у неёклассные …хммм… глаза. Потом проводил до дома. В подъезде жадно поцеловал. Прижалтак сильно, что у неё задрожали колени, а в животе вместо бабочек забилисьнастоящие птицы. Девочка созрела.

Влада былауверена – это начало чего-то серьёзного, настоящего. Первая красавица класса исамый популярный парень – идеальная пара, разве нет? Всё должно было сложитьсяименно так.

Через двенедели Дима пригласил её к себе, когда родителей не было дома. Всю дорогу Владапродолжала играть свою роль: улыбалась непринуждённо, говорила легкомысленно,делала вид, что такие приглашения для неё – обычное дело. Это чтобы он не догадался, как на самом деле внутривсё трепещет и плавится от возбуждения и страха.

Всёслучилось быстро, скомканно, в его комнате, заставленной спортивнымитренажёрами. Было больно, она невольно вскрикнула, но он не остановился. Владане знала, куда деть руки, как приноровиться к происходящему и как дышать. Акогда всё закончилось, Дима посмотрел на простыню, потом на неё. В его глазахбыло не удивление даже, а скорее разочарование.

– Блин, Владка, – произнёс он. – Ты чего несказала?

Она ненашлась, что ответить. Просто лежала, смотрела в потолок и чувствовала, какгорит лицо.

А в февралеон уже ходил с её лучшей подругой – Риткой Гаврилиной. На Владу же смотрел какна пустое место, иногда – с лёгкой брезгливостью, будто напоминая себе о том,что вляпался в какую-то неприятную историю, из которой нужно было поскореевыбраться.

Влада тогдадолго ревела в подушку. Злилась на себя – за то, что строила из себя невестьчто, за то, что позволила ему, за то, что он даже не понял, какой это был длянеё момент. Строила планы мести, один фантастичнее другого. Однажды, проходямимо, она тихо, с улыбкой, сказала ему:

– Ты ещёпожалеешь, Хасанчик.

Он лишьусмехнулся, схватил её за руку, притянул к себе и горячо прошептал прямо в ухо:

– А что тымне сделаешь? Не дашь?

Ирассмеялся.

Какие же онибыли глупые, какие же идиоты.

С РиткойВлада потом помирилась. Даже была на их свадьбе. А потом Ритка плакалась ей вжилетку, жалуясь на Диму, какой он тиран и абьюзер. Влада тогда думала: «Боготвёл».

А черезнесколько лет оторва Ритка влюбилась в Костика – московского мажора, с которыму Влады только-только начинались отношения. Хороший был парень, интересный. Риткасбежала с ним от Димы, бросив даже ребёнка. Больше Влада с ней не общалась.Хватит. А сама зареклась: никаких больше чувств, ни к кому. Только дело, толькото, что можно взять и использовать.

Так и жила вцелом, пока в Питере на мосту не встретила одного придурка, который смотрел наводу и, оказалось, не собирался прыгать.

...Яна проовцу прочитала и, ничего не ответив, заблокировала.

ВечеромВлада сидела в машине, сжимая руль, и сама не заметила, как набрала Ирку.

– Тыслышала? – спросила без приветствия. – Хасанов женился опять.

Ирка втрубке хихикнула:

– Да, а тыне знала? Недолго он горевал после Ритки. Та недавно вернулась, а поезд ужеушёл.

Влада слушала и чувствовала странную смесь:злорадство – от мысли, что Ритка теперь сама отвергнутая, причём дважды, ираздражение – что он так быстро нашёл другую. Хотя чего уж там, бабы его всегда любили. Этот взгляд, глаза его разные– наверное, до сих пор работает на поражение.

Она вдругпоняла, что злится на Димку до сих пор. Оказывается, не прошло.Сидит где-то внутри эта старая обида.

– Слушай, –сказала Ирка. – А ты чего вдруг про него вспомнила?

– Да так, –Влада пожала плечами. – Наткнулась случайно.

Подруга хмыкнула, но лезть в душу не стала.

Владаотключилась, отложила телефон. Посмотрела на флакон в виде кубика, которыйтеперь таскала с собой повсюду, понюхала запястье – запах почти выветрился.

– Чёрт, – выругаласьона. – Чёрт, чёрт, чёрт.

Закрылаглаза и увидела его: чуть сутулые плечи, мокрые светлые волосы, этот прозрачныйнаивный взгляд...

«Ангел мой».

И пошла домой спать с мыслью, что завтра надочто-то решать. А что – непонятно.

Утром Владапроснулась с тяжёлой головой. Долго лежала, смотрела в потолок, потом встала,сварила кофе. Адрес она помнила: улица Мира, двенадцать. Там, наверное, живутего родители.

В следующиевыходные решила поехать, если не передумает.

…Непередумала.

Субботавыдалась промозглой, но солнечной. Влада выехала рано и к обеду уже была вПореченске. Знакомые улицы, старые дома, школа у парка – всё проплывало заокном, но она не замечала, уставившись на навигатор. Не заезжая даже к родителям,она сразу отправилась на улицу Мира, дом двенадцать. Обычный двор с островкамиталого, грязного снега, новая детская площадка и старый кирпичный дом в триэтажа.

Влада вышлаиз машины, хлопнув дверцей. Поднялась на последний этаж. Дверь, обитаядерматином, встретила её глазком на уровне лица. Собравшись с духом, Владанажала кнопку звонка. За дверью послышались глухие шаги, раздался щелчок замка.

Открыла полноватая,немолодая женщина в цветастом халате; волосы небрежно собраны в пучок, на ногахразношенные тапки. Посмотрела удивлённо, с лёгким подозрением.

–Здравствуйте, – Влада улыбнулась максимально дружелюбно. – Арсения можно?

Женщинаокинула её оценивающим взглядом: салонная укладка, норковый полушубок, шпильки,дорогая сумка – Влада выглядела здесь как инопланетянка.

– Нет его, –коротко ответила женщина. – В Москве живёт.

– А гдеименно? – Влада старалась говорить спокойно. – И телефон не дадите?

– А вы кто,милая?

Влада насекунду замялась, потом выдала:

– Знакомая.Он мне очень помог, хочу отблагодарить.

Женщинасмотрела недоверчиво. На её лице читалось: «Помог? Тебе?» И сомнение:мошенница, сектантка или того хуже. Влада видела это и понимала: сейчас еёпошлют. Но женщина предложила:

– Слушайте,давайте так. Вы имя оставьте и телефон. Я ему позвоню, скажу. Если надо будет –он сам вам наберёт.

Влада хотелазакатить глаза и сказать что-то резкое, но сдержалась. Иначе не видать ей этогопарня как своих ушей.

– Меня зовут Влада, – сказала она. – Из Питера. Тоесть из Москвы, но познакомились в Питере.

Мать Арсенияскрылась в квартире, а через минуту вернулась с блокнотом и ручкой. Записала номери пообещала:

– Передам.

– Спасибо, –выдавила Влада.

Развернуласьи направилась к лестнице. Спускалась медленно, чувствуя, как колотится сердце.На площадке второго этажа остановилась, прислонилась к стене, закрыла глаза.

«Дура. Какаяже ты дура, Шармахина».

Вышла наулицу. Дико хотелось закурить, но ведь бросила же – кожа страдает, и дорогущееотбеливание зубов жалко.

Постояв немного, она села в машину, сжала руль.Смотрела на подъезд. Там, за дверью,осталась эта простая женщина в халате, от которой теперь зависело, позвонит онили нет.

Влада завеламотор, выехала со двора. Всю дорогу до дома родителей думала об одном:«Позвонит или нет? А если позвонит – что скажет? А если не позвонит – чтотогда, как быть?»

Родителей домане было: папа на работе, мама, наверное, в бассейне. Влада улеглась на диван, досталателефон и положила рядом. Смотрела на экран, ждала-ждала и уснула.

А телефонвдруг зазвонил. Номер был незнакомый. Влада схватила, чуть не уронив, нажала «ответить».

– Да?!

– Влада? –голос тихий, немного растерянный. – Это Арсений. Мать сказала, ты спрашивала.

У неё внутривсё перевернулось.

– Привет, –сказала она и замолчала, потому что слова кончились. Ладони вспотели, а сердцебилось где-то в животе.

Глава 3

Утро Владыначалось