Читать онлайн Шаги пробуждения бесплатно

Андрей

Это случилось в те времена, когда в стране, называемой когда-то СССР, наступили очень трудные времена. Для многих дачный участок или даже просто огород, засаженный картошкой, был великим подспорьем в борьбе за выживание.

У меня в те времена тоже были шесть заветных соток и дачный домик на этом крошечном участке. Впрочем, дачу я совсем не любил. Вернее так: в детстве я очень любил ездить туда с родителями, но постепенно год за годом любовь моя таяла и, в конце концов, полностью сошла на нет. Последний раз я был на даче года за три до описываемых событий и не ездил бы туда, наверное, ещё столько же, но внезапно в моей жизни очень многое изменилось.

Советский Союз развалился, жизнь кардинально поменялась, и для меня наступили тяжёлые времена. НИИ, в котором я отработал несколько лет после окончания института, стал никому не нужен. Цены вокруг росли бешеными темпами, а зарплата почему-то нет. И наконец настал момент, когда меня «попросили» пойти в отпуск за свой счёт на неопределённый период. Передо мной встал вопрос, на что жить дальше.

В надежде перекантоваться некоторое время, пока не подвернётся какая-нибудь денежная работа, я решил продать что-нибудь дорогое и не очень нужное. Выбор у меня стоял между старой отцовской «Волгой» и ещё более старой родительской дачей. Родители мои не смогли вписаться в новую жизнь новой страны и как-то быстро один за другим умерли, а я, рассудив, что в случае чего, машину ещё можно как-то использовать для подработки, решил продать дачу.

Разместив в газете объявление о продаже дачи, я поехал проверить, а цела ли она вообще, и есть ли что продавать. Чтобы было не так скучно, я пригласил поехать со мной моего друга Лёху, а чтобы мы с ним на даче не умерли с голоду, Леха должен был взять с собой свою жену Ирину, а я предложил также составить мне компанию моей подруге Татьяне.

Мы встречались с Таней уже почти год, я даже подумывал сделать ей официальное предложение, а она не раз намекала мне, что ждет, когда же я решусь на этот шаг. И вот я решил, что именно на даче я и сделаю то, что девушка от меня ждет.

Но Татьяне на работе отпуск так просто не дали, потребовали неделю еще поработать, поэтому я в объявлении о продаже дал ее номер телефона, а сам поехал пока один. Леха же с Ириной должны были присоединиться ко мне через два дня. У меня было немного времени, нужно было навести на даче какой-никакой порядок, чтобы перед гостями не было совсем уж неудобно.

И вот тёплым июльским вечером старенькая «Волга» въехала в покосившиеся деревянные ворота старой дачи на Карельском перешейке. Дачный домик был на месте, но я сразу понял, что в таком виде дачу никто не купит за нормальные деньги и мне предстоит в ближайшие дни, проделать много работы, чтобы привести запущенное хозяйство в более-менее приличный вид. Надеялся я также, что мои друзья и подруги помогут мне в этом.

– Андрюшка, ты, что ли? – радостный мужской возглас раздался у меня за спиной, когда я закрывал ворота после того, как загнал машину во двор.

Я оглянулся, у калитки дома напротив стоял седой высокий старик в резиновых сапогах, милицейских штанах и матросской тельняшке.

– О, дядь Толь, добрый вечер, – я вышел на дорогу, – Как поживаете?

Анатолия Викторовича Самохвалова я знал с детства. Дядя Толя жил бобылём и дружил с моим отцом. Раньше, когда мои родители были живы, чуть ли не каждый вечер он гостил у нас в доме: пили чай, разговаривали, играли в домино и лото.

– Отлично поживаю, Андрюшка, – жизнерадостная улыбка всегда была визитной карточкой дяди Толи, – ты надолго, или так заскочил?

– Да вот, дядь Толь, приехал подготовить дом для продажи, – я махнул рукой в сторону своей дачи, – после смерти родителей как-то меня сюда больше не тянет.

– Ну, что ж, – кивнул старик, – может быть, оно и правильно. Жизнь дала крутой крен, у нас тут тоже всё поменялось, много новых людей понаехало, странных и непонятных. Раньше-то тут как хорошо было, тихо, спокойно, а теперь… Эх… Я тоже подумываю отсюда куда-нибудь свалить, неспокойно здесь стало.

– А что за новые люди? – я немного удивился. – Шумят, что ли, сильно?

– Нельзя сказать чтобы сильно шумели, – дядя Толя поморщился, – но… В конце улицы два дома какая-то секта купила, то ли кришнаиты, то ли чего похуже. На соседней улице целитель поселился, типа Чумака, исцеляет всех подряд прикосновением рук, особенно к женщинам любит прикоснуться во всяких местах, ну сам понимаешь. А чуть дальше – коллега его, Арина-Ясновидящая, к ней тоже паломники целыми электричками приезжают. Сам знаешь, народу сейчас тяжело живётся, вот они ко всяким магам и шарлатанам потянулись.

– Ну, дядь Толь, Вы же знаете, у меня тоже особая шарлатанская дача, – усмехнулся я.

– Да, знаю я это ваше шарлатанство, – старик улыбнулся, – Мишка, батя твой, всё кичился этим кругом в задней комнате, якобы раз в сто лет там птица-феникс возрождается. Да только чушь всё это. Здесь до революции дача Юсуповых была, а эти князья любили побаловаться всякой бесовской хренью. В войну-то тут почти всё вокруг сгорело, а после войны трудящимся выделили новые участки, так твой дед увидел на старом Юсуповском фундаменте какой-то круг и решил его оставить. Прямо на этих камнях свой дом и поставил, даже обгорелые доски сохранил, как он тогда говорил – для истории. Никто никогда в этом круге ничего странного или сверхъестественного не видел. Единственная его необычная особенность – не отмывается он ничем, ничто его не берёт.

– Вот видите, есть в нём всё же странность и привлекательность… – я подмигнул старику. – Как думаете, дядь Толь, может, мне в связи с наличием в доме такого модного нынче артефакта цену повыше запросить? Народ ведь теперь тянется ко всем этим магическим штучкам.

– Если бы ты знал, как этими магическими штучками пользоваться, то, может быть, можно было бы цену и приподнять, – покачал головой старик, – а так, это просто нарисованный чем-то непонятным круг, кто-то вообще посчитает это неотмываемой грязью на старом прогнившем полу.

– Ладно, пойду я, дядь Толь, посмотрю, что там вообще в доме делается, не развалился ли он ещё внутри.

– Да чего ему сделается, – махнул рукой дядя Толя, – дед твой хороших умельцев нанимал, они добротно построили. Пусть и деревянная хоромина, но ещё сто лет запросто простоит. Ты, если надолго приехал, заходи ко мне иногда, чайку попьём.

***

Дом внутри был вполне пригоден для жилья. Кое-что подделать, конечно, надо было, но всё же внутри было намного лучше, чем снаружи, где северная погода за годы изрядно подпортила антураж. Я, конечно же, прошёл и в заднюю комнату. Главная загадочная достопримечательность дома, круг из несмываемого пепла на старом деревянном полу, была на месте. Возможно, дядя Толя был прав, и этот полутораметровый в диаметре круг из странного материала, въевшегося в деревянный пол, был просто какой-то шуткой полоумных князей, но меня с детства притягивал этот странный артефакт. Маленьким я очень любил сидеть на полу внутри круга, в такие минуты я мыслями уносился куда-то очень далеко в дальние неизведанные дали.

И теперь воспоминания снова нахлынули на меня. Я снял кроссовки, вошёл в круг и сел, как в детстве, ровно по центру. Закрыв глаза, я попробовал отрешиться от всех невзгод последнего времени, уплыть далеко, в своё безмятежное детство.

Сколько времени я так просидел? Может, час, может, чуть больше. Двадцать пять лет жизни пробежали перед моим мысленным взором. Были в этой жизни и счастливые моменты, и странные, мистические эпизоды, вполне вписывающиеся в антураж волшебного круга феникса.

Из состояния забытья меня вывел стук в дверь. «Странно, я, кажется, ворота запер, – думал я, идя к двери, – хотя, боковую калитку я не проверял».

Нельзя сказать, что, открыв дверь, я сильно удивился. Таких людей в городе в последнее время я встречал часто. Обычно они ходили вдвоём и пытались всучить доверчивым прохожим что-то из «слова божия». К каким сектам эти бесчисленные проповедники относились, я не понимал, так как никогда религией не интересовался и всегда молча отворачивался от надоедливых приставал, ускоряя шаг.

Впрочем, эти две девушки были немного другими, они не очень были похожи на «сестёр божьих», скорее в них что-то было от кришнаитов, наверное, одежда: бесформенные яркие сарафаны, похожие больше на балахоны. Я сразу понял, что ко мне пожаловали новые дачницы из секты с конца улицы, о которой говорил дядя Толя. Девушки были немного похожи: одинаковые длинные цветастые сарафаны без рукавов, длинные русые волосы, завязанные в хвост, тонкие лица совершенно без макияжа, только одна была пониже и помоложе, а другая посимпатичнее, причём отличалась вторая какой-то изысканной, старинной, можно даже сказать, аристократической красотой.

– Здравствуй, – просто сказала девица, которая была пониже и помоложе, – мы пришли познакомиться. Меня зовут София, мою подругу Любовь, мы живём в общине «Свет Феникса», здесь же на этой улице.

Я чуть не поперхнулся, когда услышал название секты, или общины, как назвала её София. Холодок пробежал по моей спине, два Феникса в одном дачном посёлке, на одной маленькой улице: в такие совпадения я не верил.

– Меня зовут Андрей, проходите, пожалуйста, – я сделал жест рукой, приглашая девушек войти в дом, но они лишь переступили порог и остались стоять у дверей, не проходя внутрь.

– Мы на минутку, заходить не будем, – покачала головой София, – может, как-нибудь в другой раз. А Вы, если будет время, приходите к нам в гости, мы всегда рады общению с новыми людьми. Нас не много, и мы всегда открыты для новых знакомств. Ничего приносить не надо, никаких обязательств, просто приходите, если вдруг возникнет желание общаться.

Последнее слово девушка особо выделила и посмотрела на свою красивую спутницу. Та кивнула, и, так и не сказав ни одного слова, развернулась и пошла прочь.

– До свидания, Андрей, надеюсь, мы вскоре увидимся, – София махнула рукой на прощание и поспешила за подругой.

Весь остаток вечера, пока не лёг спать, я размышлял о странностях судьбы. Каким ветром принесло этих сектантов сюда в дачный посёлок? Знают ли эти люди о существовании в моем доме круга Феникса? И что всё это значит для меня самого? Ощущение того, что в очередной раз судьба затягивает меня в какую-то загадочную воронку, не покидало меня, пока я не уснул.

А посреди ночи я резко проснулся. Сначала я не понял, что меня разбудило, но потом со стороны кухни донеслось громкое шуршание, и я понял, что именно оно меня и разбудило. В комнате было темно, я осторожно поднялся и на цыпочках приблизился к двери. Протянув руку во тьму, я нащупал внутри выключатель и нажал на клавишу. Раздался негромкий щелчок, свет не включился, а шуршание стихло. Я пощёлкал ещё выключателем, пока не понял, что электричества в доме нет.

Зайдя на неосвещенную кухню, я постоял немного, прислушиваясь и вглядываясь в темноту, но ничего подозрительного не увидел. Странных звуков тоже больше не было слышно. Пожав плечами, я вернулся в постель и спокойно проспал до утра, никто меня больше не потревожил. Утром электричество в доме уже было.

***

С утра я занялся обустройством дачи, и целый день работал: пилил, сверлил, прибивал, красил, копал, косил. Меня никто не беспокоил, и никто мне не мешал, только дядя Толя заскочил на минутку, посмотреть, что я делаю, и один раз мимо дома прошли те самые две девушки, что заходили ко мне вчера. Постояв немного у забора и ничего не сказав, девушки пошли дальше.

А ночью странный шорох на кухне повторился. Но стоило только мне спустить ноги с кровати и сделать первый шаг, как шорох прекратился. Электричество на этот раз не пропало, но, включив свет на кухне, я всё равно не смог найти источник шума. Я подумал, что это мыши или крысы свили где-то на кухне гнездо, но обследовав утром всю кухню, я никаких следов грызунов не обнаружил. Кто хулиганит по ночам, я так и не понял.

А днем приехал первый покупатель.

Три дорогие иномарки остановились у ворот дачи. Из первой и третьей вышли плотные парни в малиновых пиджаках, подошли к средней машине, один из них открыл заднюю дверцу, и из машины выбрался высокий, стриженный «под горшок» мужчина, отдалённо напоминающий Кашпировского.

Я встретил покупателя спокойно и уверенно, готовый всё показать и ответить на все вопросы. Пока «Кашпировский» осматривал двор дачи в сопровождении одного из малиновых пиджаков, второй сел в машину и куда-то уехал.

Осмотрев двор, и, по всей видимости, удовлетворённый увиденным, покупатель собрался зайти в дом, но тут приехала уезжавшая машина. Второй малиновый пиджак подошёл к хозяину и стал что-то ему тихо докладывать. Выслушав охранника, «Кашпировский» недовольно покачал головой.

– Мне очень жаль, мне нравится это место, – мужчина обвёл рукой пространство вокруг, – но, к сожалению, вынужден отказаться от покупки… Мне не нужна конкуренция.

Махнув рукой своим охранникам, «Кашпировский» покинул двор.

Не прошло и часа с того момента, как несостоявшийся покупатель уехал, а около моей дачи появился ещё один гость. Я как раз собирался вынести накопившийся мусор, поэтому и увидел у калитки мужчину средних лет с чёрной тростью, одетого совсем не по дачному в дорогой костюм.

– Добрый день, – приветствовал меня незнакомец, – это к Вам сегодня приезжал покупатель?

– Да, я продаю дачу, – я остановился у калитки, но гостя внутрь не пустил.

– Понятно, – мужчина внимательно посмотрел на дом, – меня зовут Сергей Сергеевич, я живу тут рядом, занимаюсь целительством, лечу людей.

Я понял, что передо мной стоит тот самый целитель, любитель женщин, о котором рассказывал дядя Толя.

– Моя просьба покажется Вам несколько странной, – продолжил Сергей Сергеевич, – но я прошу отнестись к ней серьёзно. Не могли бы Вы пока не продавать дачу.

– Действительно, странная просьба, – я очень удивился, – но, видите ли, мне нужны деньги, поэтому я вынужден буду дачу всё-таки продать.

– Я Вас понимаю, – Сергей Сергеевич кивнул. – Видите ли, в чём проблема, в нашем дачном посёлке очень выросла конкуренция в последнее время, людей определённого рода деятельности это место сильно притягивает. Люди, имеющие некоторые экстрасенсорные способности, чувствуют силу, живущую где-то здесь в районе посёлка. Правда, с чем конкретно связана эта сила, никто из нас пока понять не может. Сегодняшний Ваш гость – всего лишь шарлатан, и силу он, конечно же, не почувствовал, но конкурентов сразу просёк, а конкурировать с истинными адептами он, конечно же, не в состоянии, вот и сбежал. Я не исключаю, что и другие мои коллеги захотят тут поселиться, а мне бы этого очень не хотелось, тем более, если они будут не шарлатанами.

– Я Вас тоже понимаю, – я усмехнулся, – но…

– Я дам Вам денег, – гость не дал мне договорить, – купить вашу дачу я сейчас, к сожалению, не в состоянии, но я могу снять её на полгода. Заплачу вперёд. Не очень много, но на жизнь Вам хватит.

– Я бы хотел здесь ещё немного пожить, – покачал я головой, – да и гости через пару дней ко мне сюда приедут.

– Так я Вас и не гоню, – гость развёл руками, – я заплачу только за то, чтобы Вы дачу не продавали. Живите сколько хотите, а через полгода мы вернёмся к нашему разговору, там видно будет. Сейчас такие времена, что на долгий срок ничего загадывать нельзя.

– Хорошо, меня это вполне устраивает, – я моментально согласился, такой расклад очень даже мне понравился, деньги в руки падали прямо с неба.

– Ну вот, я рад, что мы смогли договориться, – Сергей Сергеевич достал из внутреннего кармана пиджака портмоне, из него достал несколько зелёных купюр и протянул мне иностранные, но более теперь ценимые в нашей стране, деньги, – думаю, этого будет достаточно, чтобы прожить полгода, не особо волнуясь о завтрашнем дне.

Денег, действительно, было даже больше, чем достаточно, и мы с целителем расстались довольные полученным результатом.

На следующий день я ждал гостей. Конечно, кое-что еще нужно было доделать, чтобы дача засияла, но теперь у меня были деньги, и я стал задумывать не о продаже дачи, а о сдаче ее в аренду.

Друзья

Леха с женой должны были приехать на электричке к обеду, и я решил с утра прогуляться.

Со времён моего детства местность вокруг дачного посёлка сильно изменилась. Там, где раньше был пустырь и заброшенный карьер, вырос небольшой лесок, и наоборот, лес у реки вырубили, по-видимому, посёлок собирались расширять, но в связи с развалом страны строительные работы заморозили на неопределённый срок.

Сама же река, обрамленная невысоким густым кустарником, осталась на месте. Впрочем, кустарник рос не везде, и в одном из тех мест, где покрытый высокой травой луг подходил к самой воде, я увидел довольно большую компанию молодых людей. Кто это такие, я понял сразу по длинным цветным балахонам. В перепоясанные на талии длинные рубахи были одеты все: и мужчины, и женщины общины «Свет Феникса». Еще я обратил внимание, что женщин на берегу раза в два больше, чем мужчин.

От общей группы отдыхающих сектантов отделилась одна фигура и быстро подбежала ко мне. Это была та самая девушка София, которая приходила в мой дом в первый день знакомиться.

– Привет, хорошо, что ты пришёл, – радостно сказала она, – у нас сегодня праздник, присоединяйся.

– А что за праздник? – особого желания общаться с этими странными людьми у меня не было, но любопытно было узнать, как же связан их Феникс с моим Фениксом.

– Ровно год назад нашему Учителю было дано Откровение, – благоговейно сообщила София, – именно с этого дня начинается отсчёт даты возрождения Феникса. Совсем скоро все члены нашей общины получат духовное и физическое перерождение. Мы возродимся как Феникс. Так что, если захочешь, можешь к нам присоединиться, но учти, времени осталось не так уж много.

«Да уж, кто-то сильно запудрил мозги этим девочкам и мальчикам, – думал я, подходя следом за Софией к группе расположившихся на берегу молодых людей, – посмотреть бы на того человека, который придумал всю эту чушь».

– Вот, знакомься, Андрей, это наш Учитель Яромир, – представила девушка мужчину, поднявшегося с травы нам навстречу.

– Проходи, Андрей, присоединяйся к нашему празднику, – ласково приветствовал Учитель гостя, то есть меня. – Мы сейчас как раз проводим практику слияния с природой. Ничего сложного в этом нет, нужно просто сесть на траву и представить себя птицей в небе или рыбой в реке.

Я решил не отказывать себе в удовольствии немного помедитировать. Сам же Учитель Яромир мне совершенно не понравился. Он был примерно моим ровесником, то есть чуть постарше своих очень уж молоденьких последователей. Это был высокий, красивый блондин с голубыми глазами и атлетичной фигурой. Женщинам этот мужчина, без сомнения, очень нравился, но я видел какой-то нездоровый огонек в этих небесного цвета глазах. Без сомнения, это был холодный, жёсткий человек, скрывающий свою истинную суть за маской благолепия.

Впрочем, вёл себя Учитель вполне радушно, не приставал с наставлениями, ни за что не агитировал. Могло даже сложиться впечатление, что он вообще потерял ко мне всякий интерес после того, как я расположился на берегу рядом с его паствой и погрузился в нирвану.

Больше часа я так просидел в полной отключке, ничего не замечая вокруг, а когда наконец вышел из состояния полного покоя и решил покинуть отдыхающую компанию, то, прощаясь с Софией и другими девушками, поймал на себе холодный, пронзительный и немного насмешливый взгляд голубых глаз Учителя.

Леха никогда не был у меня на даче, поэтому я отправился к железнодорожной платформе, чтобы встретить его. Подготовился мой друг к отдыху на даче основательно: и на нем, и на его жене Ирине были надеты огромные рюкзаки.

– Ого, так не пойдет, – покачал я головой, – Иришка, снимай эту тяжесть. Не пристало такой красавице тяжести носить. Я твой рюкзак донесу.

Я помог Лехиной красавице-жене снять тяжеленный рюкзак, закинул его себе на плечи и повел пару к себе домой.

– Чего вы там такого набрали? – усмехнувшись, спросил я.

– Жратвы набрали, – ответила Ира. – Ты же говорил, что на даче у тебя пусто. Вот мы и затарились: крупы там, консервы, сахар… картошка.

– Молодцы, – кивнул я, – запасливые. У меня реально там шаром покати.

Дома мы разгрузили рюкзаки: кроме еды Леха прихватил с собой и несколько бутылок водки. Холодильник у меня, к счастью, был, и он даже работал. Так что портящиеся продукты и водку мы поместили в холодное место.

– Ну что, до вечера еще далеко, может, прогуляемся, – предложил Леха. – Есть тут у вас, куда сходить, ну там позагорать, искупаться?

– Есть, конечно, – рассмеялся я. – Потопали на карьер.

Карьер был не очень большой, за последние годы его берега густо заросли кустарником и молодыми деревцами, но жители дачного посёлка протоптали к нему пару тропинок. Дно карьера было песчаным и купаться в нём всегда было приятно, но сейчас людей здесь почему-то не было. Впрочем, это было даже лучше. Мы разделись на берегу и разлеглись на травке.

– Я, пожалуй, искупаюсь, – сказал я спустя примерно полчаса. – Есть желающие?

– Не, я еще погреюсь, – проворчал Леха. Ирина ничего не ответила, ее разморило на солнышке, и она задремала.

Я немного полюбовался стройным телом жены друга, ее довольно крупной грудью, выпирающей из тугого купальника, и широкими бедрами, а потом нырнул в воду.

Немного поплавав, я хотел было вернуться к своему берегу, но тут увидел, что чуть в стороне на крутом склоне сидит женщина. Я решил познакомиться и погреб к берегу.

– Привет, – сказал я, выходя из воды. – Чудесный сегодня день. Меня Андрей зовут.

Я присел на траву рядом с незнакомкой. Это была молодая, ну, может, чуть постарше меня, темноволосая женщина в длинном белом платье без рукавов.

– Знаю, – кивнула незнакомка, – я у Анатолия Викторовича сегодня была, он мне о тебе рассказал. Я Арина.

– Ясновидящая, – я улыбнулся, – хорошо, что не соврала, будто сама моё имя увидела на водной глади.

– Я никогда не вру, – Арина тоже улыбнулась, – а насчёт ясновидения, можешь верить, можешь нет, но я на самом деле кое-что смыслю в этом деле. Например, я отчётливо вижу, что ты ждешь, когда к тебе приедет твоя подруга.

– Сильно, – я очень удивился, – а может, ты ещё что-то во мне видишь?

– Лично в тебе больше ничего не вижу, – ясновидящая поднесла ладонь ко лбу, как бы вглядываясь вдаль, – а вот с домом твоим не всё в порядке, проснулось там что-то, чего давно не было.

– Ага, Феникс возродился, – попытался я пошутить.

– Не знаю, пока не вижу, что там возродилось, – серьёзно ответила Арина, не приняв шутливого тона, – А насчёт этой секты с Фениксом, послушайся доброго совета, держись от них подальше. Что-то там у них нечисто. И этот их красавчик, так называемый Учитель, мне очень не нравится, какой-то он ненастоящий, в нём сидит что-то чуждое.

– Я тоже это почувствовал, – кивнул я, – от него веет холодом.

– А у тебя экстрасенсорных способностей точно нет? – удивилась женщина.

– Не замечал за собой ничего такого, – усмехнулся я и покачал головой.

– Да? Ну ладно, по-видимому, ты просто очень чувствителен к потусторонним силам, – Арина внимательно посмотрела в мои глаза, – и, я так думаю, в тебе есть что-то, что притягивает эти силы к тебе.

– Лучше бы во мне этого не было, – я нахмурился, – не люблю я всей этой мистики.

– Тут уж ничего не поделаешь, видать, на роду у тебя так написано, – женщина поднялась с травы и оправила своё длинное белоснежное платье. – Глянь, я там сзади не зелёная?

– Нет, всё чисто, – я тоже поднялся и направился к воде.

Мы расстались с Ариной, и я поплыл к друзьям.

Вечером мы с Лехой приговорили пару бутылок под хорошую закуску, приготовленную Иришкой. Сама женщина пить почему-то отказалась, хотя я знал, что она вовсе не трезвенница.

Комнат в доме было три. Я уступил супружеской паре спальню, в которую Ирина утащила почти уже бесчувственного мужа, а сам лег на диванчике в гостиной.

Ночью меня опять разбудил шорох. Только на этот раз звук шёл не с кухни, а из задней комнаты, и был он совсем другой, было такое впечатление, как будто в печке потрескивают дрова.

Я хоть и был изрядно пьян, испугался, вдруг пожар. Я бросился к двери и хотел включить свет, но этого не потребовалось. В задней комнате было светло. Не так, как днём, но достаточно, чтобы рассмотреть, что там творится. А творилось непонятное. Круг на полу светился красным тусклым светом, именно он и освещал комнату. Потрескивание тоже исходило от круга Феникса, а свет, исходящий от него, постепенно становился всё ярче. Но дыма и огня не было, горелым не пахло.

Изумлённый этим чудом, я подошёл поближе и протянул руку, температура над кругом была такая же, как и вокруг. Я осторожно дотронулся до светящейся поверхности: она была не теплее, чем пол в остальной части комнаты. Свет исходил как бы изнутри пепельного нароста на полу.

Пока я недоумённо смотрел на это чудо, свет начал меркнуть, а через несколько секунд и вовсе погас, и наступила тишина.

Ничего не понимая, я развернулся и вернулся в гостиную. Тень мелькнула около дверей, жутко меня напугав. Но тут возле меня из темноты возникла Ирина в ночной рубашке. Она, по-видимому, ходила во двор в туалет.

– Ты бы пил поменьше, – усмехнулась жена моего друга, проходя мимо, – а то пропускаешь много интересного.

Иришка мягко провела рукой по моему плечу и скрылась в спальне, а я пошел на диван.

***

Утром я уже не понимал, что было ночью со мной на самом деле, а что мне приснилось. Единственное, что я точно понял: пить надо меньше.

Почти весь день мы провели на берегу карьера. Здесь было безлюдно. Леха после обеда прихватил с собой бутылку. Я выпил совсем чуть-чуть, Ира вновь не притронулась к стакану, поэтому почти весь продукт мой друг приговорил в одно рыло.

Понятно, что к вечеру Леху совсем разморило и он уснул на травке. Я искупался в одиночку, вышел на берег. Лехина жена в открытом купальнике лежала на животе рядом с мужем, загорала. Я сел рядом и посмотрел на обнаженное тело, лишь в двух меть чуть прикрытое тканью. Ирина мне всегда нравилась. До того, как она вышла замуж за моего друга, некоторое время мы оба за ней ухаживали, причем с переменным успехом. До постели у меня с Ириной дело не дошло, но целовались и обнимались мы тогда не по-детски. Но после того как она сделала выбор, я отошел в сторону и больше не смотрел в ее направлении с вожделением. Тем более, она и поводов для этого не давала, наши отношения стали ровными, чисто дружескими.

Не знаю, что на меня вдруг нашло, может быть, долгое отсутствие рядом Тани, но я протянул руку и осторожно провел ладонью по бедру Иры. Ничего не произошло, девушка даже не вздрогнула.

Я прилег на бок, и моя рука двинулась вверх по бедру, пальцы проскользнули в теплое пространство между ног женщины. Ирина вновь никак не реагировала, хотя я был уверен, что она не спит.

Я совсем осмелел. Мои пальцы проскользнули под ткань, а потом и вся ладонь оказалась там. Я нежно сжал мягкую ягодицу. И вновь ничего не произошло.

Пальцы скользнули еще дальше: чуть раздвинув ягодицы, они легко коснулись перегородочки, разделяющей два чувственных отверстия. Теперь уже стало абсолютно ясно, что Ирина не спит. С ее губ сорвался довольно громкий стон.

– Ты кричишь, когда тебя трахают? – спросил я лежащую рядом женщину, пока мой пальчик массировал колечко ее ануса.

Ирина повернула голову в мою сторону, и ее глаза открылись.

– Ты это уже мог бы узнать, если бы не стал вечером так напиваться, – сказала она совершенно серьезно.

– Почему не сейчас? – улыбнулся я. – Я не пьян.

– Потому что Леха еще не дошел до мертвого состояния и может в любой момент очнуться, – ответила девушка без улыбки.

Мои пальцы играли с дырочками женщины, моему члену было тесно в плавках, но я не решился его вынимать. Ирина лежала на животе, она серьезно смотрела на меня, ее рот был приоткрыт, дышала девушка тяжело. Мои пальцы были уже мокрыми от выделяемого сока.

– Всё, хватит, – прошипела девушка, отстраняя мою руку и принимая сидячее положение. – Всё равно сейчас ничего не будет. Чуть покайфовала, и довольно.

– Ты уверена, что Леха вечером будет еще пить? – спросил я. – Ему не много?

– Ну, я так поняла, он решил тут оторваться по полной, – покачала головой Ирина. – Когда дома загружал в рюкзак водку, сказал, что пока всё не выпьет, не успокоится. Ну а потом снова вернется к трезвому образу жизни.

– Ладно, тогда я еще искупнусь, – сказал я, поднимаясь на ноги, – остудиться чуток надо. Не хочешь со мной?

Ирина усмехнулась и отрицательно покачала головой, ну а я пошел к воде.

Я переплыл неширокий карьер, а когда возвращался назад, то увидел, что Арина вновь сидит на вчерашнем месте. Я повернул к ее берегу.

– Добрый вечер, – приветствовал я провидицу, присаживаясь рядом на травку. – Тебе нравится это место?

– Да, я почти каждый день сюда прихожу, если нет клиентов, – улыбнулась женщина.

– А клиентов у тебя много? – поинтересовался я.

– Каждый день по три-четыре человека.

– В основном женщины? – предположил я.

– Почти только одни женщины, – кивнула Арина. – Мужчины бывают очень-очень редко, может, один в месяц.

– А почему ты просто сидишь, не купаешься? – спросил я.

– А ты бы хотел посмотреть на меня без платья? – усмехнулась провидица, совершенно точно определив ход моих мыслей.

–Ты и в самом деле колдунья, – покачал я головой. – Ты хорошо читаешь мысли?

– Ну, твои мысли прочитать было несложно, – усмехнулась Арина. – Дай угадаю. У тебя секса не было уже больше месяца.

– Ну да, угадала, – усмехнулся я. Таня жила в заводском общежитии, не предназначенном для семей, и в последнее время мы что-то перестали пересекаться в постели: у нее было много работы, а я всё пытался решить свои проблемы с отсутствием денег.

– Мужчин, вообще, просчитать проще, – провидица с улыбкой посмотрела мне в глаза, – тут и колдовства никакого не надо. Ладно, раздеваться перед тобой я не буду. Плыви к своим друзьям. Я чувствую, что твой приятель уже проснулся.

Когда я приплыл к своему берегу, Леха действительно уже был на ногах, и мы почти сразу отправились домой.

И опять Ирина приготовила вкусный ужин, а мой друг откупорил новую бутылку. На этот раз женщина согласилась тоже немного выпить. Но и я, и она то и дело пропускали, делали вид, что пьем, а Леха снова старался за троих. То и дело я смотрел на жену моего друга. На Ирине был надет легкий халат, и от моего взора не могло ускользнуть, что верхнюю часть своего купального костюма девушка уже сняла. Ее крупная, высокая грудь то и дело норовила выскочить из большого выреза над пуговицами.

Разумеется, заснул мой друг прямо за столом. Мы с Ириной взяли его под руки и положили на диван, на котором в прошлую ночь спал я. Сначала я хотел тащить его в спальню, но Ирина сказала, что он там ей не нужен. Я не стал возражать.

Мы вернулись к столу, в бутылке еще оставалось немного. Мы были почти трезвыми, поэтому допили оставшееся и доели ужин.

– Ну что, ты готов узнать ответ на свой нескромный вопрос? – Ирина с усмешкой посмотрела мне в глаза.

Вместо ответа я поднялся, обошел стол, наклонился и поднял женщину на руки, она обвила мою шею руками.

Я понес Иришку в спальню. Я был слегка пьян, у меня давно не было женщины, и в этот момент я не думал ни о своей подруге Татьяне, ни о своем друге Лехе. У меня в руках была женщина, которая хотела того же, чего хочу я, и никаких других мыслей в моей голове не было.

Я бросил Ирину на большую кровать и упал на нее сверху, мои губы тут же нашли ее горячие губы. Она обхватила мой торс и стала сдергивать с меня футболку. Я, освободившись от футболки, расстегнул одну за другой пуговички на халатике и припал к большой, крепкой, упругой груди. Языком и губами я ласкал твердые сосочки, а одна моя рука уже скользнула вниз к нежному бутону.

Ирина стонала, извивалась под моими ласками, шептала: «да… да…». Я вскочил, быстро стянул штаны вместе с трусами, потом стянул со стройных женских ножек Иришкины трусики и склонился над женой моего друга. Она протянула руку и обхватила мой стоящий колом член.

– Какой твердый, – прошептала женщина, – я хочу на нем поскакать.

Подскочив, Ира обхватила меня за плечи, повалила и уселась сверху. Вновь взявшись за моего стоящего дыбом коня, она направила его в нужную дырочку и мягко опустилась на него.

– О-ох! – громкий стон вырвался из груди женщины, и она начала медленно двигаться взад-вперед по моему телу.

Я играл с ее круглыми мячиками, мял их, сжимал, крутил сосочки. Она упала мне на грудь, позволив поработать тазом уже мне.

Долго еще мы катались в постели, сминая простыню. Я довел Иришку до изнеможения, а потом выпустил в нее всё накопившееся во мне за время воздержания семя.

– Хорошо, что вы с Лехой немного похожи, – прошептала женщина, склонившись надо мной, когда я лежал уставший на спине, – не заметно будет, если вдруг ребенка ты мне заделал.

Ирина поцеловала меня, легла мне на грудь, да так и уснула. Я тоже задремал, но потом резко проснулся. Снова мне почудился какой-то треск. Осторожно сдвинув с себя прекрасное женское тело, я поднялся, натянул трусы и пошел в комнату с кругом.

Он снова сиял, только теперь свет от круга Феникса разгорелся ярче. То ли выпитая водка, то ли эйфория от секса подействовали, но я забрался внутрь светящегося рисунка и сел в центре, скрестив ноги.

Сидел я долго, ничего не происходило. Я начал клевать носом, очень хотелось спать. Внезапно из кухни раздался шорох, такой же, как несколько ночей назад. Но шорохом дело не закончилось, скрипнула деревянная половица, потом ещё раз, но уже ближе. Я полностью проснулся и напряжённо всматривался в дверной проём.

– Ну чего ты туда так смотришь? – раздался скрипучий голос совсем с другой стороны. – Тута я.

Ночь была лунная, и через небольшое окно свет пробивался в комнату. Поэтому было не очень темно, и я смог разглядеть небольшого заросшего бородой старичка, сидящего на стуле около круга Феникса.

– А ты кто? – только и спросил я, вообще не понимая, что происходит.

– Я Нафаня, шишига местный, живу тут, – представился старичок.

– Понятно, – кивнул я обалдело, – нечистая сила, значит. Этого мне только не хватало для полного счастья.

– Не знаю, чего там тебе для полного счастья не хватает, – буркнул ночной гость, – но ты бы из гнезда вылез бы, не ровён час, провалишься куда-нибудь.

– Так это, оказывается, гнездо, – я с иронией кивнул, соображая между тем, не сошёл ли я с ума. – И чьё же это гнездо? И куда тут можно провалиться? Пол ведь крепкий.

– Чьё гнездо, ты и сам знаешь, – покачал головой шишига, – а провалиться можно туда, откуда назад дороги нет. И спасать тебя будет некому, я-то точно этим заниматься не буду.

Я понял, куда клонит Нафаня, и, вздохнув, выбрался из круга. Я не понимал, что происходит, не верил в то, что вижу, но проверять слова странного существа мне не хотелось.

– А ты не знаешь, чего это он вдруг светиться стал по ночам? – Спросил я шишигу, садясь рядом на соседний стул.

– Знаю, но сказать не могу, язык связан, – старичок показал мне язык, совершенно обычный язык, ничем не связанный.

– Вечно вы, духи, загадками говорите, – я покачал головой, – ничего путного от вас не добьёшься.

Я понимал, что несу чушь, но и вся ситуация была настолько нереальной, что моя чушь была ничем не хуже того, что происходило вокруг меня.

– Ну почему же ничего путного, – Нафаня немного обиделся, – путь могу показать, но я не уверен, что тебе понравится то, что ты увидишь.

– Понравится или нет, это уже не твоего ума дело, – сказал я довольно грубо, мне всё больше не нравился тот бред, что я слышал. – Показывай путь.

– Ну, смотри, я тебя предупредил, – шишига покачал головой и спрыгнул со стула. – Завтра, когда гнездо начнёт пробуждаться, не так, как сейчас, а по-настоящему, выходи во двор, путь сам тебя найдёт.

Вразвалочку ночной гость удалился на кухню, там что-то опять зашуршало, и всё стихло. Я хотел было вернуться в кровать, но почувствовал, как накатывает усталость, и сон сморил меня прямо на полу.

Секта

Когда утром я очнулся от тяжелого сна, то обнаружил себя лежащим на полу в погасшем круге. И вновь я долго соображал, что было этой ночью на самом деле, а что мне приснилось. Вкусный трах с Ирой? Бородатый шишига? Что из этого могло быть реальным, а что было результатом употребления водки?

Когда я вышел из комнаты с кругом, то обнаружил на кухне сидящего за столом Леху и копошащуюся у плитки, готовящую завтрак Ирину. Ничего в поведении жены моего друга не говорило о том, что было между нами ночью, и я еще сильнее засомневался в том, не привиделось ли мне всё.

Мы позавтракали, всё было обыденно, ничего не говорило о том, что ночью было что-то не так, как обычно. Леха жаловался на то, что голова болит, Ирина укоряла его, что надо меньше пить, а я всё пытался разобраться в своих ощущениях.

– Ну чего, опять на карьер? – спросил после завтрака Леха.

– А кроме карьера, есть тут еще что-нибудь? – поджав губки, спросила Ирина.

– На реку можно сходить, – я пожал плечами. – Там тоже хорошо: вода, солнце, травка зеленая. Только…

– Что, только? – нахмурилась жена моего друга.

– Секта ту у нас в поселке, – я махнул рукой в сторону окна, – «Свет Феникса» себя называют. Возрождения какого-то ждут. Правда, там в основном девчонки… Но пастырь у них такой… крутой. Я верю, что все девчонки от него без ума.

– А секта закрытая, или к ним можно присоединиться? – заинтересовался Леха. – Ну, на время, конечно. Я в эту ахинею не верю, но почему бы не пообщаться с интересными людьми.

– Девки тебя просто заинтересовали… молоденькие, – усмехнулась Ирина. – Впрочем, если ты, Андрюша, говоришь, что пастырь у них… крутой… Я бы тоже взглянула, что это за люди.

– Ну, можно сходить, – кивнул я, немного удивленный реакцией моих друзей, – они там на берегу постоянно сидят, медитируют, с космосом общаются… а может, и с Фениксом.

И мы пошли к реке.

Группа сектантов была на месте. София опять заметила меня раньше остальных и быстро направилась в нашу сторону.

– Андрей, я так рада, что ты снова пришел, – защебетала девушка, – и твоим друзьям я очень рада. Вы хотите присоединиться к нам?

Я представил своих друзей Софии, и ее им.

– София, – Леха с интересом посмотрел на молоденькую девушку, – а ты можешь поподробнее рассказать о своей… нет, не секте… Как вы сами называете себя?

– У нас община «Свет Феникса», – девушка улыбнулась.

– Да, расскажи мне о своей общине, – продолжил Леха.

– С удовольствием, – София продолжала очень мило улыбаться, – пойдем… я тебе всё покажу и расскажу.

Девушка взяла Леху за руку и повела к группе сектантов, медитирующих на берегу реки. Мы с Ириной переглянулись и пошли следом.

Сначала на нас даже никто не обратил внимания. София усадила Леху на траву чуть в стороне от общей группы медитирующих людей и стала что-то ему рассказывать, а мы с Ириной сели в паре метров от моего друга. София говорила довольно тихо, и я не очень хорошо улавливал смысл ее речей.

Впрочем, послушать мне бы и не дали, так как нас наконец заметили. Сам Учитель Яромир решил почтить нас своим вниманием. Он с ласковой улыбкой на губах подошел к нам, а следом за ним робко следовала еще одна девушка, которую я видел у дверей своей дачи. Я вспомнил, что эту сектантку звали Любовь.

– Приветствую вас, – улыбку, которую изобразил на лице Яромир, я бы мог назвать искренней, вот только глаза мужчины светились холодным светом, – я всегда рад, если новые люди присоединяются к нам.

–Ну, мы пока еще не присоединились, – я усмехнулся.

– А что нужно сделать, чтобы присоединиться к вам? – Ирина с интересом посмотрела на Учителя. Я заметил живой интерес в ее глазах.

– Ну, это процесс небыстрый, – чистым, нежным взглядом Яромир посмотрел на жену моего друга. Сам друг продолжал мило беседовать с Софией, не обращая на нас внимания.

– Феникс озаряет своим светом далеко не всех, – вступила в разговор Любовь, – надо много работать над собой, чтобы стать достойным возрождения.

– Дом и остальное имущество надо продавать, чтобы сделать вступительный взнос? – спросил я ехидно.

– Не обязательно, – Яромир посмотрел на меня, на губах его играла слегка презрительная усмешка. – У нас в общине нет материального вступительного взноса. Отрекаться от вещей не имеет смысла. После возрождения мы вернемся к обычной жизни, только на более высоком уровне самосознания. Всем нам нужно будет место, где продолжить свою жизнь.

– Но у вас и сейчас есть место, где жить, – продолжал я слегка паясничать, – у вас два дома, там есть где разгуляться.

– Эти два дома – всего лишь временное наше обиталище, – Люба внимательно посмотрела на меня, в ее взгляде читался интерес. – Яромир нашел место силы. Именно где-то здесь должен будет пробудиться Феникс. После возрождения мы разойдемся по своим прежним местам, вернемся туда, где жили раньше.

– А много людей сможет возродиться? – Ирину явно заинтересовала идея. – Силы Феникса на всех хватит?

– Нет никаких ограничений на количество людей, – Яромир вновь вступил в разговор. – Все, кто пройдет необходимые для участия в таинстве возрождения процедуры, смогут пройти по пути Великого Возрождения.

– И что это за процедуры? – заинтересовалась жена Лехи.

– Пока мы просто проходим процесс очищения души, – продолжил разъяснения Учитель. – На данном этапе достаточно медитаций. Но уже очень скоро начнется то, ради чего мы тут находимся. Я чувствую, что сила пробудилась. Ткань, отделяющая наш мир от той неведомой вселенной, где обитают Феникс и другие недоступные нашему пониманию существа, стала совсем зыбкой. Скоро настанет нужный момент, и тогда…

– Что тогда? – Ирина вся подалась вперед, завороженная словами Учителя.

– Тогда мы проведем необходимые ритуалы, призовем силы четырех стихий, и Феникс возродится. А вслед за ним возродимся и мы, те, кто познал его силу, кто присоединился к нему в самый важный момент.

– А я смогу присоединиться к нему? – жена Лехи будто находилась под гипнозом.

– Конечно, мы никого не гоним, – улыбнулся Яромир. – Любой может ступить на этот путь.

– Надо ли переселяться в ваши дома? – задала Ирина неожиданно практичный вопрос. – Или это необязательно делать?

– Ты можешь жить там, где сейчас живешь, – Учитель ласково коснулся ладонью плеча женщины. – Пробуждающаяся Сила окутывает всю эту местность… Причем в доме Андрея она даже сильнее, чем в некоторых других местах. Единственное условие: приходи сюда медитировать каждый день. Тебе есть от чего очистить свои мысли, своё сознание.

– Тогда я, может, прямо сейчас начну? – Ирина накрыла своей ладонью ладонь Учителя.

– Конечно… – Яромир нежно высвободил свою руку, но я заметил, как, опуская ее вниз, он слегка коснулся груди Ирины в том месте, где сосок чуть оттопыривал ткань платья. – Не буду тебе мешать.

Яромир и Любовь ушли, а Ирина тут же опустилась на траву.

– Какой кайф, – произнесла она завороженно. – Я обязательно должна это сделать.

Я посмотрел на Леху, я хотел обратить его внимание на то, что его жена слегка не в себе. Но увидев своего друга, я понял, что и он попался в расставленные сети. Леха сидел рядом с Софией, он был погружен в себя и ничего не видел вокруг.

Я тоже сел рядом с Ириной и закрыл глаза. Второй раз я медитировал на берегу, но, уходя сознанием в глубокую даль, я частью своего разума понимал, где я нахожусь и что я делаю. Гипноз Яромира и его помощниц не действовал на меня. Я осознавал всё то, что происходит со мной. И я совершенно не верил ни в какого Феникса и потусторонние силы.

Впрочем, Нафаню-то я ночью видел, да и круг Феникса пробудился… Или это всё мне просто приснилось? Вот это меня и смущало, и удерживало от того, чтобы провалиться в безумие, напускаемое сектантами.

Просидели мы на берегу до обеда. Ничто человеческое не было чуждо и сектантам: одними медитациями сыт не будешь. Мы возвращались в мой дом, чтобы перекусить, и я понимал, что мои друзья ничего особенного не чувствовали. Они вели себя, как обычно, и о Фениксе не разговор не заводили.

Уже после обеда я вышел во двор, Ирина осталась убирать со стола, Леха согласился помочь ей помыть посуду. Я сел на завалинку под кухонным окном. На дворе стояла теплая летняя погода, и окно было открыто. Поэтому я случайно и подслушал разговор супругов.

– Слушай, мне София много рассказала об общине, – говорил Леха. – Мне понравилось то, чем они занимаются.

– Мне тоже нравится идея возрождения, – отвечала Ирина. – Но пока они только медитируют.

– Есть еще одна важная практика, которая необходима для возрождения, – усмехнулся мой друг.

– И что это за практика? – удивилась жена моего друга.

– Вот этим делом надо почаще заниматься, чтобы быть в тонусе…

Из окна послышалось звяканье посуды и шумная возня.

– Ты что, не здесь же, – раздался приглушенный смешок Ирины. – Андрей увидит.

– София сказала, что в доме Андрея очень удобное место для этого, – зашептал Леха, – тут есть сила. Она сказала, что мы с тобой должны чаще этим заниматься…

Снова послышалась возня.

– Леш, подожди… не сейчас, – раздался горячий шепот женщины. – До ночи потерпи… только не напейся.

– София сказала, что с алкоголем нужно быть осторожным, – серьезно ответил мой друг. -Духи не любят пьяных. Так что водку я оставлю на потом… на после возрождения.

Я понял, что сейчас никакого интима у супругов не будет, и еще я понял, что они оба попались на удочку сектантов. Я также понимал, что взывать к разуму и пытаться их переубедить будет бесполезной тратой времени. Мои друзья сейчас были не совсем вменяемыми, я только надеялся, что через некоторое время гипноз спадет. Всё-таки я считал этих людей, особенно моего прагматичного друга Леху, здравомыслящими людьми.

Через некоторое время супруги вышли во двор. Они снова собрались на берег реки, и я не стал им мешать. Но сам с ними не пошел. Мне было достаточно утренней медитации. Я пошел прогуляться к карьеру.

Выйдя на берег в обычном месте, я сразу заметил знакомую фигуру. Арина вновь сидела на том же месте, где и всегда. Чтобы пройти к ней, нужно был делать большой крюк вокруг густо заросшего кустарником перелеска. Поэтому я, как обычно, разделся и поплыл вдоль берега в направлении провидицы.