Читать онлайн Фитнес-клуб на Лысой горе бесплатно

ГЛАВА 1. Волшебный пендель

– А-а-а-а! – заорала Поля и треснула изо всех сил по жуткой роже, глядящей сквозь струи воды.

Под руку попалось полотенце, что висело тут же рядом, на крючочке, поэтому им и ударила. Ну, а что делать? Она никого не трогала, мылась после тренировки в женской, между прочим, душевой, а тут такое!

Бородатое, огромное, с квадратной челюстью.

– Ты чего на людей кидаешься? – возмущенно спросило бородатое и огромное. – Дура, что ли?

– А нечего в женский душ без приглашения лезть! Уходите отсюда немедленно!

Поля была возмущена до глубины души. Она быстро замоталась в полотенце и собралась уже выдворить наглеца на положенную ему мужскую территорию, но заметила за его необъятной спиной перепуганную Верочку с ресепшена. Верочка делала знаки глазами и руками – не надо, мол, не ругайся с ним, а то хуже будет.

Поля прищурилась и строго посмотрела на незнакомца.

Судя по виду, типичный качалочный брутал, из тех, что любят поигрывать мышцами на пляже, но на йоге сдуваются сразу после позы собаки. Поля на своем веку повидала таких десятки. Они еще отчего-то думают всегда, что очень нравятся женщинам, и периодически навязчиво и нелепо подкатывают знакомиться.

Бородатый тип уставился на Полю с высоты своего немалого роста, потом повернулся к Верочке.

– Это кто такая? – спросил, бесцеремонно тыкая в Полю пальцем.

– Это Полина, наша тренерша по групповым занятиям, – заикаясь, сообщила взволнованная Верочка.

– Да? – Брутал оглядел Полю с ног до головы и нахмурился. – А почему грудь нормальную себе не сделала? Волосы чего не нарастила? Какая-то невзрачненькая…

– Я бы попросила! – возмутилась Поля. – Вы кто такой, чтобы мою внешность вот так вот оценивать?

– Я твой новый владелец, Савелий Петрович Властов, – сообщил мужчина. – Это теперь мой клуб. Я его купил.

– У меня нет владельцев, – парировала Поля. – Крепостное право еще в девятнадцатом веке отменили.

Наверное, нужно было остановиться и не спорить, как-то сгладить конфликт, но Поля так завелась, так разозлилась на этого наглого и самодовольного товарища, что совершенно забылась и, несмотря на молчаливые предупреждения Верочки, продолжила спорить.

Следует отметить, что новому хозяину фитнес-клуба «Бабочка» она тоже не понравилась. Савелию Петровичу Властову, если уж говорить честно, ничего не нравилось в его новом приобретении, начиная с названия. Но он был готов изменить тут все.

– Значит, так, Вера, запоминай, – скомандовал он помощнице. – Раздевалки все переделать. Стены перекрасить. Что у вас тут за цветочки? Какая-то бабская чушь. Найми дизайнера, пусть сделает агрессивно и жестко. В черно-красных тонах. Название тоже. Что еще за «Бабочка»? Поменяем на «Стальной пресс».

– Вообще-то клиенткам нравились и название «Бабочка», и местный дизайн, – скептически отметила Поля. – Они просто обожают этот клуб в том виде, в котором он есть.

– Мы больше не будем ориентироваться на клиенток, – поморщился Властов. – Теперь это будет настоящий мужской клуб. С барбершопом и стриптиз-баром.

– Что? – У Поли глаза на лоб полезли от возмущения. – Это, извините, полная ерунда!

– Я тут хозяин, – приосанился Савелий Петрович и снова взглянул на Полю сверху вниз. – И я решаю. И сам знаю, как лучше.

– Ну и ладно, – фыркнула Поля. – Потеряете кучу клиенток, сами потом локти кусать будете.

– А ты не учи меня бизнес вести, – отрезал Властов.

У Поли внутри все кипело. И, кстати, почему он вообще ей тыкает? Она-то с ним вежливо, на «вы»… Но нужно было держать себя в руках и попытаться как-то донести до этого дуболома, что почти сто женщин из ближайших новостроек приходят сюда после работы, усталые и измученные, чтобы позаниматься фитнесом в хорошей компании, отвлечься от проблем и просто приятно провести время.

Вот Кира Ивановна, бухгалтерша из крупной компании, прибегает сюда после трудового дня по понедельникам и четвергам, чтобы расслабить мозг и хотя бы на час выкинуть из головы все свои дебеты, кредиты, цифры и проценты. Многодетная Оля каждый вторник спешит на йогу, чтобы немного побыть наедине с собой и хотя бы часик насладиться тишиной и покоем. Вечно хмурая из-за постоянных ссор с мужем Лариса три раза в неделю выкладывается на аэробике, и всякий раз в конце занятия на ее лице расцветает беззаботная улыбка.

Что же будет теперь? «Бабочку» превратят в «Стальной пресс», и все эти прекрасные женщины лишатся своей маленькой отдушины, оазиса в бурном море жизни, где они несколько раз в неделю могут забыть обо всем и по-настоящему отдохнуть телом и душой…

– Дайте пройти.

Вспомнив, что до сих пор стоит в полотенце, Поля отодвинула в сторону Властова и направилась в раздевалку. Ее рабочий день на сегодня закончился, и что-то подсказывало, что не только на сегодня, а вообще.

Предчувствия не обманули.

– Ты, кстати, уволена, – бросил ей вслед Савелий Петрович. – Так что можешь собирать вещи и проваливать. Нам такие не нужны.

– Какие «такие»? – не удержалась от колкого вопроса Поля.

Чего сдерживаться, раз все равно в обновленной «Бабочке» ей места больше не найдется. Да и не очень-то и хочется, если честно, работать с этим противным Властовым.

– Такие старые. Сколько тебе? Тридцать пять? – грубо прилетело вслед. – И грудь себе вставь, а то взглянуть не на что. Нормальная тренерша по фитнесу должна быть молодая и сочная, чтобы ух!

– Я веду занятия у женских групп, – напомнила Поля, повернувшись через плечо. – Им нужны профессиональные, знающие, внимательные и заботливые тренерши, а вот это вот все, которое «ух»…

Она не стала слушать, что там выдал ей вслед Властов. Пошел он…

В раздевалке было тихо. Все уже разошлись. Умиротворяюще журчала вода в декоративном фонтанчике. Из невидимых колонок фоном доносились голоса птиц и звуки леса.

Тук-тук-тук!

В дверь постучали.

Поля насторожилась. Она уже собрала сумку и надела спортивный костюм с кроссовками. Говорить с Властовым ей больше было не о чем. А это ведь он пришел?

Оказалось, что не он.

Верочка.

Она проскользнула в раздевалку, вся бледная и расстроенная.

– Ужас какой-то этот Властов, – сказала шепотом. – Чувствую, он и меня тоже… того…

– Ты-то с ним не спорила, – попыталась поддержать ее Поля. – Тебя не того. Ты ценная работница, на тебе тут все держится.

– Ага… – согласилась Верочка, но как-то неуверенно. – А ты теперь куда? – спросила с грустью.

Поле тоже было грустно, хоть она и старалась не показывать этого. Шутка ли, почти десять лет в «Бабочке» проработала, а теперь придется привыкать к чему-то новому…

Для начала – искать что-то новое! Потом уж привыкать.

Дурацкий день. С самого утра не задался. Сначала телефон уронила – экран разбился, сенсор теперь еле откликается на прикосновения. Потом автомат с кофе съел купюру, а стаканчик так и не наполнил.

В общем, все к тому как будто и шло.

К плохому финалу.

Поля накинула куртку и вышла на улицу. В глаза ударило яркое солнце, уже совсем весеннее, слепящее. Снег, собранный кучами по краям автомобильной стоянки, весело блестел. И хотя мороз стоял еще довольно приличный – градусов десять ниже нуля, – в ясной синеве неба и в незамысловатых песенках невидимых глазу синиц, что прятались в глубинах бархатистых декоративных туй, чувствовалось дыхание далекого лета.

До дома она добралась быстро.

Пробок почти не было, и грейдеры наконец-то почистили засыпанный снегом проспект. Метели в конце января бушевали лютые, город занесло снегом так, как не заносило уже давно. Автовладельцы привыкли везде застревать и возили с собой лопаты.

Поля тоже. В багажнике.

Матвея, ее молодого человека, это почему-то веселило.

Сегодня он должен был быть на работе до позднего вечера. Они с Полей снимали квартиру в хорошем районе, а после свадьбы планировали купить в складчину собственное жилье в новостройке на окраине.

Вообще-то, Поля тоже сначала планировала остаться в «Бабочке» подольше. Сегодня все ее занятия шли утром, так что в обед можно было на полчаса занять зал для групповых занятий и, уединившись в нем, поработать над планом новой программы…

Подумать только, ведь еще утром она горела этой идеей, а теперь…

Теперь нужно было искать новый клуб.

«Программу все равно разработаю. – Поля решила не впадать в уныние, поэтому подумала: – На новом месте как раз и обкатаю. Очень хороший повод».

Перед мысленным взором вновь возникло недовольное квадратное лицо Властова в обрамлении черной бороды. У, Карабас-Барабас!

Поля свернула к дому и едва втиснула свой старенький «матиз» на свободное место. Парковка тут всегда была излишне людной. Все чуть ли не на голову друг дружке машины пристраивали.

Тут она обратила внимание, что чуть поодаль, у мусорных ящиков, поблескивает черным глянцем машина Матвея. На обед, что ли, приехал? Он ведь сегодня должен в офисе до упора находиться?

Внутри шевельнулись нехорошие предчувствия, и Поля поспешила в подъезд.

«Подумаешь! Может, приболел и отпросился. Мало ли что случилось?» – успокаивала она себя.

На площадке девятого этажа было тихо. Одиноко зеленела на окне общественная монстера, которую все дружно либо поливали, либо, наоборот, забывали поливать. Поэтому у несчастного растения было ровно два состояния – влажное, с текущей через край поддона на подоконник водой, либо сухое, когда на листьях улеглась тонким слоем желтоватая подъездная пыль…

Ключ вошел в скважину до половины, так что открыть дверь не получилось. Поля позвонила. Потом постучала. Подергала за ручку со всей возможной настойчивостью, но никто ей так и не открыл.

Может, замок сломался, а Матвей… пошел на работу пешком? Она так спешила сегодня утром, убежала первая…

Они прислушалась, приложив ухо к двери. В квартире было тихо. Еще раз позвонила и постучала. Вынув из кармана спортивной куртки телефон, кое-как набрала Матвея.

И разобрала отчетливую трель – такую привычную и знакомую.

Там, внутри.

С той стороны, наконец, звякнул в скважине ключ, повернулся с громким щелчком. Дверь медленно отворилась, и на пороге возник Матвей. Лицо его выражало крайнюю степень удивления.

– О, Поль! Привет! – произнес он с натянутой невозмутимостью. – А чего ты так рано? Ты же вроде к Оле в гости сразу после работы собиралась?

И точно. Собиралась. Только забыла совсем из-за неприятного общения с Властовым. Оля, наверное, ждет…

– А ты почему дома?

Поля обратила внимание на то, что Матвей очень странно выглядит. Рубашка распахнута, но не снята. Пояс на брюках расстегнут. Он ведь обычно весь из себя аккуратист такой, и вещи по приходу с работы сразу на стул стопочкой складывает.

– Да я тут… – начал юлить он. – Такое, в общем, дело…

– Да скажи ты ей уже! – прозвучало из темноты гостиной.

Шторы там были плотно задернуты, будто поздний вечер уже наступил, несмотря на то, что на улице еще ярко светило солнце.

Потом из-за спины Матвея вышла девушка в Полином шелковом халате, посмотрела оценивающе.

– Это кто? – Поля в недоумении обратилась к Матвею.

– Это… – замямлил тот. – Это…

– Камилла я. Его девушка, – сказала незнакомка.

– В каком это смысле?

У Поли голова закружилась от происходящего. Что значит – «его девушка»? А она тогда кто? Нет, она не просто «девушка», она почти что жена…

Была…

– А в таком. Мы уже полгода встречаемся, но Матвей все тебе сказать боится. Правда, милый? – Камилла толкнула Матвея локтем в бок.

Тому некуда, видимо, было деваться, и он признался:

– Ну… да.

ГЛАВА 2. Хватит это терпеть!

И сжался весь, видимо, ожидая скандала, но у Поли не осталось уже моральных сил на ссоры. Она жестко отодвинула предателя в сторону, прошла в спальню и начала складывать в большой чемодан свои вещи.

Вот, значит, как.

Нет, она, конечно, что-то такое подозревала… предполагала… В последнее время Матвей вел себя отстраненно, и если речь заходила о свадьбе, он как-то сразу начинал отводить глаза и искать повод перескочить на другую тему. Не то чтобы Поля очень сильно хотела выходить за него, вовсе нет! Но мама и папа, живущие в Рябеевке, мечтали, чтобы дочка стала городской жительницей – настоящей, а не вот такой вот, как она сейчас есть. Само собой, «настоящесть» подтверждалась свадьбой с жителем областной столицы.

А как же иначе?

Поля стала встречаться с Матвеем не из-за его прописки. Они познакомились в фитнес-клубе, где она занималась еще до того, как сама стала инструкторшей. Понравились друг дружке, нашли общие интересы – фильмы, спорт, активный образ жизни. Потом Поля получила инструкторскую корочку и пошла вести группы в «Бабочку», а Матвея перевели на хорошую должность в его фирме. Они съехались – пока что снимали квартиру, так как жить с родителями в небольшой старой трешке Матвей не хотел. Да и Поля, если честно, тоже не впечатлилась подобной перспективой и предложила копить на свое собственное жилье…

Мама, когда звонила ей из Рябеевки, всегда спрашивала, узаконили ли они с Матвеем отношения? На Полины отговорки, что нет пока на свадьбу ни средств лишних, ни времени, всегда возмущалась:

– Ты ведь, Полюшка, не молодеешь! Надо бы поскорее. Торопи жениха-то! А мы уж чем сможем – поможем…

Ну вот. Теперь, похоже, и помогать не надо.

И никакой свадьбы – не очень-то и хотелось!

Само собой, эти мысли родились для того, чтобы отпихнуть на задний план обиду и разочарование. Ну как же так? За что? Почему? Он ведь говорил, что любит. Нельзя такими словами разбрасываться…

Нельзя!

Поля громко швырнула в чемодан недочитанную книгу, которую взяла у Оли. Захлопнула крышку – бам!

В дверях появилась Камилла. Протянула скучающе:

– Милый, погляди, твоя бывшая ничего лишнего не прихватила?

– По себе людей не судят, – сказала Поля, отстраняя ее в сторону и выходя в коридор. – Халат дарю, – бросила через плечо. – За квартиру будь готова двадцатку в месяц выкладывать. Теперь это твоя доля.

– Какая еще доля? – не поняла Камилла и вопросительно взглянула на Матвея. – В смысле, милый? О чем она вообще?

– Не обращай внимания, – тут же заюлил Матвей. – Это все ерунда. Я потом тебе объясню…

– Нет уж, сейчас объясни. – Камилла поджала пухлые губы. – Что за доля? Это же твоя квартира? Или она у вас с ней пополам в собственности?

– Да в какой еще собственности? – удивилась Поля, натягивая в коридоре кроссовки. – Съемная она.

– Съемная? – Голос Камиллы наполнился оглушительным возмущением. – В смысле, милый?..

А дальше…

Дальше разразился скандал, но Поля за ним наблюдать не осталась. Еще не хватало. Она захлопнула дверь, выдвинула чемоданную ручку и покатила его в лифт. За спиной, в квартире, которую несколько последних лет она называла домом, громко ругались ее изменник (уже бывший) и предприимчивая Камилла.

Совет им да любовь.

Поля закинула вещи на заднее сиденье, включила зажигание и выехала со стоянки. Машину даже греть не пришлось – так быстро все решилось. Ну и денек! Привычная жизнь сделала такой крутой вираж, что ух! ..

Что чуть не снесло, но с ног все-таки не свалило.

Поля вдохнула и выдохнула.

«Переживу. Справлюсь», – пообещала себе и улыбнулась отражению в зеркале заднего вида.

Улыбка вышла не слишком веселой, но Поля решила, что так оно все же лучше.

Лучше вовремя распознать предателя и избавиться от него.

С работой тоже. Оставаться при Властове – себя не уважать. Уволил – и ладно.

И хорошо.

А уж она без работы не останется. Не «Бабочкой» единой, как говорится… Найдется другой клуб, лучше прежнего. Может, не такой уютный и ламповый, как «Бабочка», но уж точно посимпатичнее того, во что ее вскоре превратит этот дуболом Властов.

Подумать только – со стриптизом… Как он вообще до подобного додумался? И ничего ему не жмет. Новый хозяин, чтоб ему провалиться…

А Матвей… Матвей-то хорош! «Двоеженец» несчастный! Вспомнилось лицо Камиллы после того, как она узнала о том, что квартира-то съемная. Даже немного веселее стало. Чего он ей там наплел еще, интересно?

Неинтересно, на самом деле.

Поля побарабанила пальцами по рулю. Ее ждет новая жизнь. Получше прежней – уж точно!

Вот сейчас она приедет к Оле, и они будут болтать до утра и перемывать кости Матвею. Оля наверняка разрешит ей переночевать, раз уж такая неожиданность приключилась. Утром Поля пойдет искать работу. В одном большом фитнес-центре как раз инструктора требовались – ей объявление буквально вчера прилетало в соцсетях…

Тут телефон настойчиво затренькал. Пришлось включить поворотник и припарковаться рядом с удачно подвернувшимся торговым центром.

Звонила Верочка.

– Ты как? – испуганно спросила она. – Очень сильно переживаешь?

– Не очень, – ответила Поля, с надеждой, что Верочка передаст эти слова новому начальству. – Совсем не переживаю.

– Тут такое дело… – Верочка заговорила шепотом. – Ужас просто… Я сама в полнейшем шоке, но ты, я считаю, обязательно должна знать…

– Что за дело? – напряглась Поля, теребя брелок на автомобильном ключе.

– Ох… – Верочка замолчала, выдержала драматическую паузу, после чего скорбно сообщила кое-что совершенно неприятное.

Поля ушам своим не поверила.

– Что? – переспросила расстроенно.

Верочка повторила. Властов оказался тем еще мстительным придурком. Ему не понравился Полин тон во время разговора, он очень разозлился и связался со всеми своими знакомыми владельцами клубов – предупредил, чтобы Полину Ясную на работу не брали.

Вот так.

В итоге к подруге Поля приехала хмурая. Будущее переставало выглядеть безоблачным. Как же без работы-то?

Оля обняла ее на пороге, провела на кухню, посадила на диван.

– Чай будешь с пирогом?

– У меня спортивная диета, – попыталась отказаться Поля.

– А у меня спортивные пироги, – настояла Оля и посмотрела строго, как учительница в школе.

– Ладно, давай…

Пока сидели за столом, Поля рассказала подруге обо всех бедах, что свалились в этот день на ее голову. Ни жениха, ни дома, ни работы не осталось.

– А знаешь что? – сказала Оля. – Поехали на выходные к моей бабуле двоюродной в деревню. Отдохнешь там, отойдешь от всего, про проблемы забудешь. Она у меня женщина умная, глядишь, и присоветует что-нибудь. Да и пожить наверняка на время пустит.

– Ты серьезно? – Поля искренне удивилась. – Я ведь ее никогда не видела, а она – меня.

– Вот и познакомитесь…

На ночь Поле было постелено в гостиной на диване. Квартира у Оли была хорошая, трехкомнатная. Она там жила с дочкой-школьницей. Каринка сейчас у Олиной мамы гостила. Пятница кончилась, впереди были выходные.

Уснуть долго не получалось.

За окном тянулся проспект, по которому туда-сюда сновали машины. Звуки их моторов накатывали волнами и уползали в ночь. И свет пролетал по окнам – желтый, яркий. Тени крались из угла в угол, натянутые, как стрелки часов.

Первый этаж давал о себе знать.

Поля поворочалась-поворочалась, да и уснула.

Субботнее утро выдалось солнечным. Они с Олей взбодрились крепким кофе, загрузили вещи в Полину машину и поехали прочь из большого шумного города, но шум его и гомон, громоздкость и вечная суета долго не отпускали.

То пробки, то светофоры, то какая-то проверка на дороге…

Наконец-то съехали на неприметном повороте с трассы и покатили через залитое солнцем поле, все в снежных проталинах.

– Тут помедленнее, чтобы нужный съезд не пропустить, – предупредила Оля. Указала на проселку между золотистыми сосновыми стволами. – Туда нам надо.

Машина нырнула в яму, потом полезла на пологий холм. Узко. Не разъехаться, если кто навстречу попадется. К счастью, никто и не попался.

Какое-то время они ехали в золотисто-белой солнечной тишине. Потом остановились у старинных резных ворот, перегораживающих дорогу, но не имеющих никакого забора. Над воротами, вырезанный из дерева и выкрашенный желтой краской, сидел петушок.

– Как из сказки, – восхитилась Поля.

– Он и есть, – загадочно подтвердила Оля. Предупредила зачем-то: – Ты только ничему не удивляйся. Что бы ни происходило.

Поля пожала плечами:

– После столкновения в душе с новым владельцем клуба и выкрутасов Матвея я уже ничему не удивлюсь.

– Удивишься, – пообещала Оля. – Еще как удивишься!

– Посмотрим…

На самом деле, Поле удивиться очень хотелось. Это здорово отвлекло бы от тревожных мыслей, так и не выметенных из головы после вчерашнего. Вот попасть бы сейчас в сказку и жить без забот, ни о чем не думая. Красота же?

В какой-нибудь лесной избушке.

На курьих ножках!

Да хоть бы и на них…

Оля вышла и принялась вручную открывать ворота. Поля хотела помочь, но подруга махнула – сиди, мол. Створы плавно разошлись в стороны без единого звука. Проезжая меж ними, Поля обратила внимание на то, какие огромные петли их держат. На вид они ржавые и старые, но какие же тихие!

Бесшумные…

Машина проехала, Оля закрыла ворота и вернулась в салон.

– Тут дачный кооператив? – спросила Поля, вспомнив, что ворота, загораживающие целую улицу от чужих, обычно ставили на дачах.

– Деревня. – Оля указала на вывеску. – Бабкино-Подколодное.

– Ну и названьице, – протянула впечатленная Поля.

– А ты говорила, что ничем тебя не удивить, – засмеялась подруга. – Удивилась?

– Да, – пришлось признать ее правоту. – Удивилась.

Поля глянула в зеркало заднего вида и удивилась еще раз. Здесь, с внутренней, так сказать, стороны, вороты были другие – новые и блестящие, покрытые желтоватым глянцевым лаком. Петли блестели чистым металлом, хотя всего-то минуту назад на них совершенно точно была ржавчина.

И петушок.

Он повернулся и глядел им вслед. И золотой был весь, сияющий.

– Красиво? – хитренько так поинтересовалась Оля.

– Ага, – кивнула Поля. – Очень.

А вокруг грунтовки стояла дубрава. Огромные старые деревья раскидывали в стороны корявые ветви. На них лежал снежок, подчеркивая витиеватые изгибы. Из дупла в одном из дубов выглянул быстро какой-то зверек.

Или птичка?

Поля не успела разглядеть. Машина неровно ползла по разухабистой грунтовке – под слоем прикатанного снега проглядывали серые очертания камней. Впереди, прямо меж деревьев, начинались дома.

Деревушка вырастала из леса, а быть может, все было ровно наоборот, и это лес рос из деревушки.

Дома, что вдоль дороги стояли, все были старые: с темными некрашеными срубами, с бледными наличниками и низким, надвинутыми, как шапки на лоб, крышами. Торчали в стороны низенькие крылечки. Заборчики тоже невысокие имелись – нечастый такой остренький штакетничек…

– Вот тут паркуемся, – велела Оля и указала на крайний в ряду домик, такой же невзрачный и серенький, как все другие.

– Старая деревня, – отметила Поля, втискиваясь на небольшое свободное местечко между палисадником и заснеженными кустами.

– А то! – кивнула Оля с гордостью. – Заповедное место. Особое.

ГЛАВА 3. Баба Яга

– Точно, особое… Ой, кс-кс!

К ним подошла большая черная кошка, потерлась сначала об Олины ноги, потом об Полину сумку. Стала лапки поджимать и приплясывать, подняв хвост трубой.

– А кто это тут к нам приехал? – Форточка приоткрылась со скрипом, и из нее протянулась сухая рука. Указала на калитку. – Олюшка, ты? Открывайте сами. Ты знаешь, как там… Чернава, веди гостей в дом. – А это, кажется, было адресовано уже кошке.

– Сейчас, бабуль, идем.

Оля просунула руку за забор, что-то там покрутила, повертела, и дверь отворилась. Во дворе, что открылся взгляду, огромный кучей стоял собранный с дорожек снег. Зима выдалась густой, снежной, с бурями и метелями. Возле кучи виднелась поленница, наполовину истраченная и осыпавшаяся набок, под сугроб. За поленницу уходила тонкая дорожка и терялась среди корявых лысых яблонь.

Вдалеке пропел петух. Собака гавкнула и умолкла. Эхом пронеслись нестройные звуки – голоса, шипение, песня, шипение, снова песня и снова голоса. Кто-то настраивал допотопное радио.

– Вы входите, девоньки. Чего ж не идете-то?

На крылечке под навесом, подпертом резными красными столбами, появилась бабуля. Была она как в фильме или сказке. В общем, современные пожилые женщины, еще и городские, так уж и не одевались почти. А у этой – на ногах валенки серые, старые, как сама хозяйка. На плечах мягкая шаль, в паутинках взъерошенного пуха. Платок под шалью торчит – цветастый, шерстяной. Платье коричневое в зеленых узорчиках, пуговки блестят – чистый перламутр. А на шее у старушки две нити бус: одни жемчужные, вторые янтарные.