Читать онлайн Чужак-2: Рейнджер. Боевик-универсал. Мэтр бесплатно

© Игорь Дравин, 2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Рейнджер

Пролог

– Евгений Федорович, вызывали?

– Да, Дмитрий Сергеевич. Проходите.

Крепкий седовласый мужчина лет пятидесяти сделал несколько шагов и сел в кресло, стоящее перед большим столом. Вроде все было как обычно. Кабинет генерального директора никогда не отличался вычурностью или стремлением показать богатство и власть этого человека. Привычные серые тона составляли основную цветовую гамму кабинета, но сегодня было что-то не так. Была какая-то странность.

– Дмитрий Сергеевич, – начал говорить сухощавый блондин неопределенного возраста, – что у нас по последнему делу?

– Ничего необычного, – слегка улыбнулся мужчина, – одна газета в интересующем нас регионе начала журналистское расследование. Все как всегда. Сначала крики о захвате производства, о вывозе капитала…

– Капитала? – перебил блондин. – Там есть капитал, который можно вывезти?

– Нет, – усмехнулся мужчина. – Вы знаете, что всегда раздаются такие крики, когда кто-то пытается что-то сделать. Все как всегда. Местные бонзы не хотят расставаться со своей маленькой кормушкой. Уговорили редактора центральной газеты, заплатили парочке журналистов, вот и был крик.

– Хорошо, – откинулся на спинку кресла блондин, – а то я подумал, что мне нужно разогнать финансовый отдел. Капитал, – усмехнулся Евгений Федорович, – старье и гнилье, которое уже более десяти лет никто и не думает ремонтировать или менять на более современное оборудование. Никто из владельцев этих руин не думает о том, что будет завтра. Хапнуть, износить производственную базу до предела, а потом уехать на Канары – это предел их мечтаний. Продолжайте, Дмитрий Сергеевич.

– Мы, вернее, наши сотрудники поговорили с писаками, объяснили им ситуацию, и больше никто о рейдерском захвате производства не пишет. Местное телевидение ничего давно не говорит. Зачем, если мы оплатили рекламу всякой мелочи на полгода вперед по завышенным расценкам?

– А во сколько обошлись писаки? – поинтересовался блондин.

– Я предоставлю отчет с расписками, – начал седовласый, – а на словах могу сказать, что очень дешево. Три и пять тысяч долларов. Мельчает народ. Теперь они пишут то, что нужно нам.

– Они дали расписки? – удивился блондин.

– В получении материальной помощи от фонда поддержки свободы слова, – улыбнулся седовласый.

– Надо же, – усмехнулся блондин, – и такой есть. Не знал. А что с редактором?

– У него обнаружилась нездоровая тяга к несовершеннолетним девочкам, – ответил седовласый. – Мы тут ни при чем. Он педофил, и когда мои сотрудники показали ему парочку заявлений, то редактор стал как шелковый.

– И почему я не удивляюсь? – спросил блондин. – Дмитрий Сергеевич, а по вашему прямому профилю работы не было?

– Нет, – ответил седовласый.

– Хорошо, – начал блондин, – а теперь я хотел бы узнать – что вы смогли выяснить по поводу пропажи нашего бывшего сотрудника Влада Истрина?

Молчание.

– Пока ничего, – наконец ответил седовласый. – Никаких следов. Пропал, и все. Обнаружены только следы крови в его последней съемной квартире. Кровь принадлежит Истрину. Тело не найдено. Милиция, куда обратилась его сестра, тоже ничего не нашла. Все соседи, которых мы опросили, ничего странного не заметили. Никто ничего не знает.

– Дмитрий Сергеевич, – начал блондин, – то же самое вы говорили мне и месяц назад. Неужели ничего не изменилось?

– Изменилось, – ответил седовласый, – за прошедшее время мои люди несколько раз сталкивались с людьми Анатолия Грачева, который…

– Я знаю, кто он такой, – улыбнулся блондин, – они занимались тем же?

– Да, кроме того, – продолжил седовласый, – Влада Истрина ищет еще и одно серьезное охранное агентство, услуги которого оплатил Герасим Лаптев. Один раз мои люди столкнулись с их людьми. Насколько мне известно, никаких результатов нет ни у кого.

Молчание.

– Евгений Федорович, – начал седовласый, – я понимаю, почему Влада ищут его друзья, но почему мы это делаем? После того как Истрин спился, он не представлял интереса ни для нас, ни для наших «друзей». Влад потерял чутье. Он стал никому не интересен, да и никакой важной информации, которая могла нам навредить, он не знал. Мы уже и так потратили крупную сумму на его поиски.

– Считайте это моим капризом, – сказал блондин. – Я вас больше не задерживаю, Дмитрий Сергеевич.

Блондин проводил взглядом седовласого, который вышел из кабинета, и задумался.

– Жень, – сказал вышедший из комнаты отдыха, примыкавшей к кабинету, моложавый мужчина, – он мне не нравится. Во-первых, человек не может просто пропасть. Имея такие ресурсы, которыми обладает твой руководитель общего отдела, можно сделать все или почти все. А во-вторых, слишком часто он говорит «мои люди», «мы», а уж задавать тебе такие вопросы – это просто наглость. Похоже, что этот «молчи-молчи» потерял чувство реальности.

– Саша, возможно, ты прав, – сказал блондин. – Жаль, что Олег Александрович ушел со своего поста. Жаль, что здоровья за деньги не купишь. С ним у меня никогда никаких вопросов не возникало. Саш, займись Дмитрием Сергеевичем.

– В какой форме? – поинтересовался моложавый.

– В мягкой, – улыбнулся блондин, – возьми его под колпак. Кстати, почему ты такой кровожадный?

– Потому, – усмехнулся моложавый, – что я не хочу, чтобы этот хмырь узнал про одно небольшое подразделение, которое подчиняется только тебе и не проходит ни по каким ведомостям и отчетам. Я не хочу, чтобы меня перестали считать скромным бухгалтером, работающим только за скромную зарплату. Твой Дмитрий Сергеевич подбирается ко мне, я чувствую это.

– Веская причина, – рассмеялся блондин. – Ты как был сумасшедшим терминатором, так и остался.

– Не всем же быть полевыми аналитиками из хитрой конторы, – усмехнулся моложавый. – Кто-то должен этих умников прикрывать.

– И прикрывал, – сказал блондин, – и я тебя прикрывал.

– Подумаешь, – протянул моложавый, – в кои-то веки протащил меня по джунглям на своей спине всего двадцать километров. Ничего особенного в этом не вижу.

Тихий смех заполнил кабинет.

– Ладно, – сказал блондин, – вспомнили молодость, и хватит. Что скажешь по поводу пропажи Влада?

– Ничего, – пожал плечами моложавый. – Я не имею ни малейшего представления об этом деле. Хотя вся эта история с самого начала была странной. Влад задержался на работе, и в этот момент совершенно случайно на его беременную жену напали. Ты знаешь, и я знаю, как он ее любил. Наверняка об этом знал кто-то еще, но без фактов можно только гадать. Ничего удивительного, что Влад после этого съехал с катушек. Зря ты мне тогда запретил заняться этим делом.

– Не зря, – улыбнулся блондин, – твои головорезы столкнулись бы с людьми Грачева.

– Но сделали бы все чище, – ответил моложавый. – Жаль Влада. То, чем занимаешься ты, то, чем занимался он, – это нужное, но грязное дело. А Влад умудрялся оставаться чистым. Грязь к нему не прилипала, а мы с тобой в ней по самые уши.

– Вот поэтому я и хочу, чтобы его нашли, – сказал блондин. – Я не верю, что он мертв. Я всегда завидовал ему, я восхищался им. Я хочу видеть его живым.

Глава 1

Знакомство с дальним пограничьем

М-да. И это резиденция гильдии рейнджеров. Я еще раз посмотрел на окружающую меня действительность. Тихий и унылый городишко. Населения не больше трех тысяч. Дальнее захолустье Эрии. Нет, не так. До Эрии три недели пути. Все здания построены из дерева. Вместо каменной стены возвышался палисад. Впрочем, почти все дальнее пограничье – это сплошные леса, перелески и рощи. Да еще и Закрытый лес мягко и ненавязчиво напоминает о своем присутствии бастионами из лесных великанов. Ладно. Не мне судить о местных обычаях и способах защиты своей резиденции. Может, так и нужно. Хватит. Надеюсь, что Гила сейчас здесь нет, а больше никто меня не знает.

Я соскочил с Пушка и примотал его поводья к коновязи. Несколько любопытных, давно посматривающих на драка, теперь, осмелев, подошли поближе.

– Вы – рейнджер? – спросил терзаемый любопытством чумазый мальчуган лет десяти.

– Нет, – усмехнулся я. – Но надеюсь им скоро стать.

На лицах группы поддержки привязанного драка отразилось легкое разочарование с толикой презрения. Мол, много вас таких, богатых идиотов, сюда приезжает. Папенька купил драка, броню и оружие, так считаете, что уже все. Готовый рейнджер. Знаем таких, видели. Еще раз усмехнувшись, я пинком ноги открыл дверь трехэтажного терема. Знай наших. Я не надеюсь – я знаю, что система наблюдения здесь такая же, как в нашем гильдейском доме.

Вот это прихожая. Терем внутри поразил богатством обстановки, стойкой ресепшена и секретаршей. Да, как малое дополнение ко всему, тройкой мордоворотов в полной броне, увлеченно играющих в карты за низким столом.

– Вы по какому делу? – изволил спросить меня ангел женского рода, по некоему недоразумению оказавшийся на месте секретаря.

– По маленькому, – ответил я и снял барбют[1].

На лице ангела ничего не отразилось, а вот мордовороты прекратили раскладывать пасьянс.

– Так по какому именно делу? – продолжила домогаться меня нимфа.

– Вы не подскажете… – начал я запланированное наступление.

Я подошел к стойке и поставил локти на гладкую поверхность.

– …Как вас зовут и как мы можем познакомиться поближе? Какие здесь есть приличные ресторации?

М-да. Никакой реакции на лице у этой феи.

– Слышь, мужик, – раздался голос сзади меня. – Говори, чего тебе надо, или проваливай отсюда.

Так, у ангела есть ухажер, и, судя по телодвижениям сзади меня, не один. Послав еще один страстный взгляд Венере, я повернулся к офисным менеджерам.

– Чего мне надо? – удивился я. – Это вам надо. Гильдии рейнджеров надо, чтобы я осчастливил своим присутствием ее ряды. Мне нужен магистр, если этот вопрос в его компетенции, и я не привык долго ждать. Не люблю собеседования на соответствие званию, когда и так все ясно.

Немая сцена. Так, пусть переваривают мои слова, а я пока продолжу общение с ангелом.

– Так как, вы сказали, вас зовут? – обратился я к прелестнице за стойкой.

– Я не говорила, – улыбнулась она. – А зовут меня Эллина.

– Прелестное имя, – вернул я ей улыбку. – А где мы можем обсудить наши дальнейшие взаимоотношения?

– А они будут? – спросила красавица. – Мне кажется, что нашим отношениям не суждено состояться по причине внезапной смерти одной из сторон.

– Разве? – изумился я. – Кто посмеет покуситься на такую красавицу? Покажите мне его, и он тут же умрет.

Девчонка прыснула.

– Слушай, ты! – проревел какой-то грубиян сзади.

Данные слова сопроводила рука, которая не совсем культурно опустилась на мое плечо. Потом меня совершенно бесцеремонно развернули на сто восемьдесят градусов. М-да. А вино он пил хорошее. Какой букет! А почему мне бокал не предложили?

– Чего тебе надо? – прорычал мне в лицо мордоворот.

Две остальные офисные крысы грамотно взяли меня в коробочку. Хорошие воины. Два воина и один маг. Стихийный маг.

– Повторяю, – улыбнулся я. – Где тут у вас в рейнджеры записывают? Нужно это все оформить в течение нескольких минут. Я спешу. У меня свидание с Эллиной.

Нет, так наливаться кровью нельзя. А вдруг сосудик в голове лопнет, и что тогда?

– Ты… – прохрипел громила.

– Я. А вы еще здесь кого-то видите? – изумился я.

Здоровяк стал просто големом крови.

– Стой, Лит, – положил ему руку на плечо один из менеджеров.

А вот и старшой караула. Воин. Отличный воин. Сумел сохранить холодную голову во время моего спектакля. Очень опасен.

– Пройдемте со мной, – сказал он мне. – Магистр гильдии вас сейчас примет.

Вот и ладушки. То, что мне и нужно. А то объясняй всем, кто ты и откуда. Оно мне надо? Послав еще один страстный взгляд красавице, я отправился за рейнджером на второй этаж. Оторопелая двойка осталась в тылу. Пусть и дальше думают, что за наглец явился.

Ожидание не продлилось долго.

– Входите, – пригласил меня старшой караула.

А почему бы и не войти? Так культурно просят. Внутри меня встретил сидя – вот хам! – опаснейший человек. Да, к такому не только спиной, но и лицом находиться вредно для здоровья. Невысокого роста, собранный в тугую пружину магистр гильдии с равнодушным лицом смотрел на меня. Если у Кара в первую очередь проглядывала властность и мощь, то у этого…

– Вы хотите стать рейнджером? – спросил меня мангуст.

– Да, – равнодушно ответил я и покосился на старшого, оставшегося за моей спиной.

Мангуст усмехнулся:

– Не нравится охрана?

– А это охрана? – спросил я. – Мне не нравятся свидетели, хотя и от них есть польза.

– Польза, – хмыкнул мангуст. – Бывает и польза, когда видишь перед собой мастера-охотника, который решил стать рейнджером. Здравствуй, собрат. Добро пожаловать в пограничье, Влад Молния.

За спиной громко выдохнул старшой. М-да. Весь Арланд – это сплошная деревня, но так даже легче.

– И на чем я прокололся? – улыбнулся я. – Нет, я сам хотел сказать об этом наедине, но мне интересно.

– Вино будешь? – поинтересовался Йерк Тихий.

– Давно пора предложить посетителю, – ответил я мангусту.

– Конт, – кивнул мангуст здоровяку на шкаф.

Довольно скоро стол магистра гильдии рейнджеров украсили три кубка, кувшин и тарелка с сыром.

– За встречу, Молния, – сказал мангуст и лихо опрокинул кубок в горло.

Такой тост грех проигнорировать, тем более что вино отличное. Караул внизу именно им скрашивал свою скуку.

– Как я понял, кто ты? – начал мангуст. – Так это просто. Отличный воин, немного маг, какой именно – не совсем ясно, начинает вести себя как идиот. Приставать к Эллине – это прямой путь на кладбище. Все в городе знают об этом. На дурака ты не особо походил. Нельзя быть таким ненормальным и живым до сих пор. Любой смертник, так вы их называете в Белгоре, сначала бы ознакомился с обстановкой и узнал все слухи. Ты шел напролом. Значит, у тебя была цель. Когда я это понял, остальное было просто. Ты хотел встречи со мной, не оглашая своего имени. Я не принимаю первых и вторых встречных. Этим занимаются другие рейнджеры. Ты был уверен, что справишься с любой неприятностью, и контролировал ситуацию. Таких разумных, способных на подобную уверенность, очень мало. Значит, ты или охотник, или паладин ордена Длани Создателя. Хотя последнее вряд ли. Они неплохие бойцы, но не настолько. Есть еще и Черные драконы, но этих воинов не было здесь уже несколько столетий. Ты – охотник. Осталось понять, кто из них, скрывая свое имя, хочет встречи со мной. Кто из мастеров-охотников, а иным ты быть не мог, по своим причинам покинул Белгор и находится в свободном плавании? Только один мастер в последнее время долго не появляется в своем городе, и о его судьбе никому ничего не известно. Ты потерял своих близких в громком деле. Сочувствую. Убийство шестерых хозяев погани лихой командой мастеров-охотников прогремело по всему Арланду. То, что последовало потом… Ты скрылся из Белгора после поражения в конце пути. Почти поражения. Я тебя понимаю, и давай выпьем еще, собрат.

Да, мангуст не зря является главой гильдии рейнджеров. Йерк не полностью прав, но он прав в главном. Я скрылся. Я убежал. Я не мог видеть города без них.

– Ты прав, Тихий. Не во всем, но прав. Да, у меня просьба. Я не ищу лишней известности. Это решаемо?

– Уже решено, – усмехнулся мангуст.

Я опрокинул кубок. Похоже, я не очень хорошо представляю славу нашей команды после этого дела. В глухомань слухи добираются, но с очень большим искажением. Я улыбался, когда слышал их, а на небольшой гражданской войне не спрашивал ни о чем. Я боялся этих слухов. Хм. А Конт смотрит на меня как на Георгия Победоносца. Мне ему автограф дать?

– Влад, – продолжил мангуст. – Зачем ты здесь?

Правильно. Сразу быка за рога. Но он зря опасается возможных неприятностей. Подставлять я никого не стану.

– Йерк, у меня есть или будут неприятности. Есть к тому предпосылки. Поэтому я хочу побродить по пограничью. Будут они или нет, Проклятый его знает. Но в любом случае я хочу побыть здесь какое-то время. Пусть будут. Никого здесь, кроме меня, они не заденут. Слишком большая территория. Слишком много тех, кому неприятности полезны. Я буду бродить по глухим углам в одиночестве.

Я замолчал и взял сыр.

– А охотник – охотник всегда, – продолжил мою речь мангуст. – Вдруг ты что-то найдешь или что-то найдет тебя?

– Ты прав, – усмехнулся я. – Пусть находят или находит. Деньги лишними не бывают. Я хочу стать простым рейнджером, который время от времени появляется в разных поселениях пограничья. Сдает добычу, если она есть, веселится и уходит обратно в леса. Я не хочу, чтобы обо мне знало много народу. Гил Добряк в особенности. Это мои проблемы, и я буду решать их сам.

Йерк переглянулся с Контом.

– Простым рейнджером, – усмехнулся мангуст, – тебе стать сложно, но можно. Ты меняешь имя, и все. Привычки тварей ты знаешь, да и нет здесь настолько опасных, как в Белгоре. Что касается других существ – если не будешь лезть к ним в пасть, то останешься жив. Я покажу тебе места их обитания на карте. В Закрытый лес тебе тоже не стоит соваться. Вот и все.

Так, что-то мангуст темнит. Я понимаю, что мне не надо многому учиться. Но какая-то переподготовка должна быть. И еще это переглядывание. Не люблю неясностей.

– Это все? – осведомился я.

– Нет, – промедлив, ответил Йерк. – Есть одна просьба. Согласишься ты или нет, рейнджером ты все равно станешь. Я не идиот, чтобы отказывать тебе в такой малости. Мастер-охотник становится рейнджером. Есть повод позубоскалить над Каром во время нашей следующей встречи. Шучу, – усмехнулся мангуст. – Накинешь на свою шкуру охотника плащ рейнджера и делай, что хочешь, в разумных пределах. Да и Конт тебя немного погоняет, чтобы ты мог ориентироваться в здешней обстановке. У нас есть небольшая проблемка. Не очень серьезная, но неприятная. Поможешь, Молния?

Понятно. У ребят есть трудности, которые может решить посторонний человек. Странно, но в какой-то степени понятно. Я – мастер-охотник, про которого здесь, кроме этих двоих, никто не знает. Бывает.

– Что за проблема? – спросил я мангуста.

Ну, если и сейчас будет пустышка, то я сильно обижусь на судьбу. Это уже пятая моя вылазка в качестве рейнджера, а толку ноль. Нет, толк есть. Я на практике освоил то, на что натаскивал меня Конт. Теперь лес для меня если не дом родной, то в какой-то степени родная палатка. А хлеб рейнджера сильно отличается от икры охотников, да и сама организация…

Пушок зарычал и оттолкнул меня своим телом. Бой! Я ушел перекатом в сторону. На то место, где я стоял, упала серая сеть. Шипение. Я вскочил и клайдом снес голову одному пауку. Пушок рвал второго на части. Где третий? Где? Вот он. Франциска сбила из кроны дерева последнего измененного.

– Пушок, – окликнул я проглота. – Хватит жрать всякую гадость. Тебе мяса мало?

Драк оторвал морду от своего лакомства и хвостом мне показал, что я в корне не прав. Мяса много не бывает. То, что находится в мешке путника, – это стратегический запас. А вот такое свежее, сочное, исходящее паром и кровью, служит отличным заменителем вяленого сухого пайка.

– Ладно, жри.

Махнув рукой на эту ненасытную утробу, которая возобновила процесс насыщения, я стал приводить оружие в порядок. Кровь этих измененных – приличная гадость. Да и сами они гадость. Масса вредных привычек у этих пауков заставляет недоумевать. Вам животных мало? Зачем охотиться на людей, выпивать их кровь и есть их мясо? Совсем тупые создания. Кстати, я уже на месте. Сквозь стволы деревьев проглядывали полуразвалившиеся стены старого здания, покрытые зарослями вьюна. Ну, Конт. Если и это окажется пустышкой, тебе не поздоровится. Тоже мне координатор операции «Богатый живец». Две недели болтаюсь по лесам, и до сих пор на меня никто не напал. Ужас. А осталось всего несколько дней до второй годовщины моего пребывания на Арланде. Мне со всеми проблемами разбираться одновременно? Не дождетесь.

– Пушок, стереги вход и никого не выпускай.

Потрепав бронированную голову обжоры, я скользнул в дверной проем. Так, а что мы имеем? Хрен знает что.

Внутри царили тлен и разруха. Крыша у дома отсутствовала в принципе. Каменные обломки, усеявшие пол, обросли темным мхом. М-да. Как там говорил Конт? Тут давно никого не было. Так вроде. Угу, давно, очень давно. Да тут под сотню лет не ступала нога разумного, а может, и больше. Слишком уж слава у этого дома нехорошая. Давно позабылись причины этой славы, но твердое убеждение, что тут нет ничего ценного, а вот проблемы – точно будут, разделяли многие рейнджеры. Пожалуй, даже все. Я с силой опустил ногу, раздавив одну любопытную улитку. Нечего пытаться попробовать меня на вкус, да и моя броня тебе не по зубам. Дожили. Ползают вокруг улитки с зубами и размером на порядок больше, чем на Земле. Ладно, это все лирика. Я тараном [2]снес обломки, которые загромождали вход в подвал. А теперь – вперед.

Я стал спускаться вниз по выщербленной лестнице. Да, у рейнджеров могут быть причины опасаться этого места, тем более что оно – одно из многих тысяч мест, которые им могут быть интересны. Но напугать подвалами охотника? Я хмыкнул. Сча-аз. Не дождетесь. Сами какие хочешь подвалы напугаем. Это подвалы от охотников убегать будут, а не наоборот. Вприпрыжку и повизгивая от страха. Опаньки. Я присел на корточки около кучки костей. Так, их было пятеро. Троих убили около пролома в стене подвала. Двое пытались убежать, но у них это не получилось. Бывает. Все снаряжение и прочее осталось на трупах. Значит, то, что их убило, презренным металлом не интересуется. Плохо. То, что их убило, находится здесь. Оно мертво. Нет, не так. Оно не упокоено. Может, спит, а может, наблюдает за мной. Рейнджеры, вы были правы, но и я прав. Я шагнул к пролому в стене и заглянул в него. Пока ничего. Почти пустая комната. Когда-то здесь была пыточная, но за столетия даже металл превратился в труху.

– Есть кто живой? – громко поинтересовался я.

Молчат. Ну-ну. Я знаю, кто меня здесь ждет. Я – охотник, а не рейнджер. Те все-таки больше по поверхности работают. Не та у рейнджеров специализация.

– Ну, если никого нет, то я зайду.

Я шагнул в пролом. Бинго. Серый и полупрозрачный комок, захотевший проникнуть в мое тело, взвизгнув, отскочил. Он и при жизни был идиотом?

– Нет, он считал идиотом тебя.

– Добрый день, уважаемый, – поздоровался я с тенью. – А почему вы так агрессивно настроены? – поинтересовался я. – Гость в дом – хозяину радость. Нельзя быть таким грубым.

Комок начал разворачиваться в голограмму. Давно пора. А то привык к неприкрытому хамству. Что? Не понравился мой пуховик? Так защита на мне трехслойная. Защита на разуме. Защита от физического воздействия. Защита от всех магических проявлений. Согласен, я параноик. Но я не один такой. Колар за отведенную ему неделю столько сделал с моей помощью, что дух захватывает. Вот что значит хороший стимул к работе. От одного осознания того, что он может потерять меня со всеми знаниями, у профа снесло башню. Были припаханы все маги. Тины стонали, но проф был неумолим. Семь новых разработок за неделю – это круто. Да, забыл. Я принял к сведению совет пятнистого глюка. Я свел все защитные разработки в один щит. Теперь пуховик – это и сам пуховик, который защита от магии, плюс щит Трона – защита от магии и физического воздействия, плюс кожа – слабая защита от магии и физического воздействия, плюс щит разума [3]Четвертого. Кстати, интересная штука. Полное блокирование всех попыток контроля разума и ответная атака одновременно. Пришлось попотеть при стыковании рун, избавляясь от дублирования функций, но результат того стоил. Пуховик висит в спящем состоянии на мне круглосуточно, и если бы пауки смогли добраться до моего тела, то их ждал бы очень неприятный сюрприз.

– Кто ты? – зловеще поинтересовался призрак.

Так, он отошел от шока. Силен, бродяга. Вообще-то он должен был развоплотиться, но смог остаться почти целым. Силен. Пятерых он убил просто: захватил разум двоих, а сам вселился в тело третьего. Дальше все понятно.

– Кто ты? – опять произнес полупрозрачный мужик в роскошной, но очень немодной одежде.

– Гость, – улыбнулся я. – Тебе тут не скучно?

– Нет! – заорала голограмма.

И зачем так громко кричать? Камни на голову посыпаться могут.

– А мне очень скучно, – заявил я. – Понимаешь, я любитель архитектуры, особенно старинной, вот и решил сюда зайти. Ты ведь не против? – осведомился я.

– Против!

М-да. Если бы у него были зубы, то он бы их стер в порошок своим скрежетанием.

– Да пошел ты знаешь куда? – высказал я свое мнение о наглом хозяине. – Мне плевать на твое мнение. Пока здесь все не осмотрю и не найду добычи, ты будешь иметь соседа по камере. А если ты меня утомишь, то я тебя упокою. Заткнись и не мешай работать.

Сопровождаемый ошеломленным молчанием тени, я приступил к обыску помещения. Как всегда, начал со стен. Рукоятью кинжала легко простукивать камень, да и щупальце [4]поможет. Упокаивать этого счастливчика. Оно мне надо? Это в погани все ясно и просто. Все слуги Проклятого. Встретились – убей, а то убьют тебя. А тут… Жил мужик и даже не тужил. Вот только одна проблема: умер плохо. Очень плохо. Сильные, видать, у него были впечатления о самом процессе умирания, если мужик решил остаться и отомстить. Решил на полном серьезе. Ангелом он не был и не улетел к Создателю. Особых грехов на душе тоже не было, иначе черти бы давно с его душой забавлялись. Странно. В стенах нет ни одного тайника. Может, пол? Так вот. Умер и наверняка отомстил. Грамотно убивать таких обиженных – это наука. Вот мы с Четвертым владеем ею хорошо. Да все мои ученики, я усмехнулся, владеют ею хорошо. Неучам нечего лезть в такие тонкие материи. Тень наверняка объяснила это дилетантам после своей смерти. Только одна проблема осталась. С места своего убийства мужик уйти не может. Бывает. Поскучал он некоторое время и разозлился на всех и вся. А там и гости пожаловали. Наверняка хамили, вот и получили. Может, я не прав, но мне это безразлично. Меня заботит другое. Меня заботят странности. Тут ничего нет.

– Слышь, мужик, – обратился я к голограмме. – А где деньги? Где клад? Где артефакты, в конце концов?

– Я не мужик, – пророкотал призрак. – Я – герцог…

– Да мне ниже пряжки твой титул, – перебил я призрака. – Ты мертв, и мертв давно. А герцог ты был или серв, мне не интересно. А тебя сильно волнует, герцогом ты был или нет?

– Нет, – усмехнулся призрак. – Меня теперь мало что волнует.

– Великолепно! А теперь скажи: где артефакты?

– Какие артефакты? – ехидно ухмыльнулся призрак.

Так. Я начинаю терять терпение. Что за наглость? Я его не упокоил, я оставил ему псевдожизнь, а он тут выделывается.

– Дядя, – ласково начал я. – Говори по-хорошему, а то я обижусь, и тебе станет плохо.

– А что ты мне можешь сделать? – заинтересовался призрак.

– Развеять, только и всего, – пожал я плечами.

Голограмма начала весело смеяться. Так, интересно, когда того герцога нехорошо убивали, он с ума от пыток не сошел?

– И чего мы ржем как стоялый жеребец? – поинтересовался я. – Ценности должны быть, иначе ты бы со временем ушел к Создателю или Падшему. Говори, где они, или начинай гадать, куда попадешь. Может, туда, а может, и совсем не туда, куда надеешься попасть. Что до остального, то я заберу не все. Оставлю немного, чтобы ты и дальше существовал. Всем скажу, что место пустое, но сторож остался. Никто тебя не потревожит.

– А меня держат не ценности, болван, – проскрипел призрак. – Меня держит долг.

М-да. Серьезная причина. Только долг кому? А впрочем, мне это безразлично. Мужик не врет. К Падшему все. Опять пустышка. Ну, Конт, ну, погоди. Пятый выход в поле – и опять без добычи. Я тебе выскажу свое «фи». Упокаивать этого бедолагу я не хочу.

– Бывай.

Я махнул призраку рукой и направился к выходу.

– Стой, – закричал он мне в спину. – Есть артефакты и ценности.

Вот. Так бы сразу и говорил. А то ваньку валял. Его держит долг и все остальное. Самая надежная привязка. Только есть странности.

– А где они? – поинтересовался я. – И почему ты решил мне об этом сказать?

– Потому что ты не знаешь, зачем пришел. Ты не имеешь никакого отношения к тем, кто меня убил.

– Дядя, – я покачал головой. – Ты умер несколько столетий назад. Судя по твоему костюму и общей ветхости здания, прошло как минимум лет пятьсот. За это время все твои враги умерли.

– Не все, – ухмыльнулся призрак.

Так. А это уже серьезно. Дядя наверняка чего-то потребует взамен раскрытия тайны. Оно мне надо? Такие враги мне нужны?

– Счастливо оставаться. Мне ничего не нужно. Я не буду выполнять твоих условий. Прощай.

– Стой, – остановил меня призрак. – У меня не будет никаких условий. Вернее, только одно, но никаким боком тебе не грозящее. А потом ты окажешь мне услугу.

Так, а это уже интереснее. Таким духам трудно дается ложь. Когда находишься почти там, вранье может плохо сказаться.

– Какую услугу? – поинтересовался я.

– Ты упокоишь меня, – ответил дух.

Приплыли. Дух, который просит его упокоить. М-да. А завтра что будет? Падший придет в церковь за отпущением грехов?

– Зачем тебе это нужно, герцог? – спросил я.

– Я устал, – пожал он полупрозрачными плечами. – Куда я попаду, мне не очень интересно. Мне нужно, чтобы об этом месте знал живой, который может за себя постоять. Я многих убил, а тебя не смог. Ты будешь волен делать все, что хочешь. Ты можешь забрать сокровища. Ты можешь оставить их на месте, но ты будешь знать о них. Никто больше на всем Арланде не знает, а ты знаешь.

Хм. Интересный вариант. Я ничем не обязан. Я могу плевать на все, и мне за это ничего не будет. Великолепно.

– Согласен, – сказал я. – Рассказывай, и я тебя упокою.

Трава и листья с легким шорохом сминались под копытами скачущего Пушка. Через сутки я буду в поселке. В одном из поселков, которые раскиданы по пограничью на протяжении границ трех королевств. Интересна северная граница у Эрии, Декары и Мариены. Сначала заканчивается само королевство. Потом, если местность удобна для обороны, начинаются Вольные баронства. За ними, если местность великолепно подходит для обороны и поблизости не водятся опасные существа, может возникнуть и поселок самых вольных жителей Сатума. Слишком вольных. Но эта проблема меня не касается.

Я потрепал Пушка по шее. Да. Живучий оказался призрак. Только миксер-плюс [5]его взял. Мощный был противник для идиотов, которые пытались чистить его логово, не имея никакого опыта охотника. Двойные идиоты. Там не было никаких артефактов, которые были созданы до Смуты. Герцог их спрятал в другом месте, а попался по-глупому на обратном пути. Бывает. Сделал дело и расслабился. Потом напрягся, но уже поздно. Интересное место для захоронения клада выбрал покойный. Очень интересное. Будет время, и я там побываю. Парочка игрушек, которые там находятся, мне очень пригодятся. А Конта ругать не буду. Хлеб рейнджера сильно отличается от икры охотников, да и сама организация более рыхлая. Оно и понятно. Рейнджеры гуляют по громадной территории. В пограничье сам Падший ногу сломит, пытаясь понять что к чему. Сегодня есть опасность в этом месте, а завтра нет. Сегодня ты можешь достать мелочишку на пропитание, а завтра – извини и подвинься. Все так, как мне и говорил Гил. Основной хлеб – это нары и Закрытый лес. Из первых тянут иноин, а во втором есть много интересных штучек. Есть и другие способы получения денег. Один из них – это осмотр развалин бывших городов, поселков и усадеб. Богатые страны здесь были до Смуты, и можно найти много интересного. Правда, много интересного может найти и тебя. Поэтому рейнджеры этим и не злоупотребляют. Не тот у них опыт, и как бойцы они немного слабее охотников. Да и нет здесь такой мощной тренировочной базы, как погань Белгора. Бледные копии есть, но это не оригинал.

– Стой, Пушок.

Я спрыгнул с почти мгновенно остановившегося драка. Опаньки. Конт, план мангуста сработал. Операция «Богатый живец» подходит к своему концу. Я еще раз присмотрелся к тропе. Так и есть. По моему следу кто-то шел. Шел сначала за мной, а потом обратно. Вру: шли. Моя метка на следе потревожена дважды. Так, какие у нас по пути в поселок удобные места для засады? Думать не надо, и так знаю. Есть три места, и в одном из них меня начнут убивать. Ну, по крайней мере попытаются это сделать. Не зря я у профа со скандалом забрал цепь-хамелеон. А как он кричал! Как ругался! Радоваться ему нужно было моему точному приземлению, а не так себя вести. Я перебросил себя в окрестности своего замка. Я заглянул на огонек – буквально на пару часов. Поприветствовал всех после почти месячной разлуки. А проф, как узнал о цели моего визита, такой шум поднял… Ладно.

– Пушок, – я погладил ноздри драка, – скоро будет бой.

Обрадованная четвероногая помесь крокодила и зебры радостно зашипела. Мол, давно пора. Сколько времени я притворяюсь обычным конем. Хватит. Хочу стать вновь честным драком, тогда никто не попытается кормить меня овсом. Я заскочил на довольную скотину. Посмотрим на местных работников ножа и топора. Я активировал амулет связи, настроенный на один короткий сигнал.

– Вперед.

Как там говорил мангуст?

– Влад, тут такое дело есть. В пограничных поселках за год пропала пара сотен людей. Большинство тел или их останков рейнджеры нашли, остальные – нет. Обычное дело. Здесь нет безопасных мест за стенами поселений, да и сами поселения с большой натяжкой можно так назвать. Такое бывает. Разный народ здесь обитает. Тысяч тридцать наберется, и из них только полторы тысячи – это рейнджеры. Мало ли на кого могут нарваться любопытные. Даже местные, которые живут здесь не одно поколение, тоже погибают. Но дело в том, что часть пропавших – те, кто хвастался добычей или будущей добычей. Пропадали приезжие хвастуны. Пропадали те, кто приезжал в поселки через порталы, а не добрался обычным путем.

Йерк замолчал и потянулся к кубку. Так. Если я правильно его понял, то дело грязное. Здесь не Белгор. Здесь на огромной территории в самых безопасных местах расположены семь поселков. Рядом с каждым есть небольшие крепости ордена Алых. Есть порталы – я сам так сюда добрался. У поселков нет даже названия. У них есть ополчение, у них есть рейнджеры, которые и владеют всем этим. Если называть вещи своими именами, то мангуст – король. Рейнджеры – знать этого странного королевства. Королевства, в котором никто не сеет и не пашет. Королевства, в котором живут только воины и те, кто работает на гильдию рейнджеров. Королевства, где приезжих мало: слишком негостеприимные тут места. Мангуст здесь власть, и власти не нравится то, что происходит на ее территории. Так, а почему молчит мангуст? Я покосился на него. Хитер. Мангуст хитер. Ничего ты по моему лицу не прочитаешь.

– Дальше будешь излагать? – поинтересовался я.

– Буду, – мангуст улыбнулся. – Гильдию заинтересовало подобное совпадение. Почему одни приезжие погибают, а другие остаются живы? Почему из десяти богатых погибают пять, а из десяти бедных – три? Почему из пяти погибших богатых приезжих два тела были не обнаружены? Сам понимаешь, что цифры примерные. Полгода назад Руки гильдии начали проверку. Ничего не нашли, но статистика гибели богатых и бедных приезжих в процентном соотношении опять пришла в норму. Что думаешь по этому поводу?

Блин. И тут проверка. Мангуст пытается понять, как у меня с мозгами. Логично: кроме нескольких фактов и слухов, он ничего не знает. Какие бы ни связывали отношения две гильдии, это не причина для отсутствия секретов друг от друга. Изображать валенка я не хочу, да и не нужно мне это. Незачем.

– Замешаны местные. О проверке наверняка не кричали на всех углах, значит, они имеют доступ к информации общего плана, доступ к которой имеют все рейнджеры. Друзья, любовницы, да кто угодно. Хоть трактирная служанка могла подслушать разговор двух рейнджеров. Я так думаю, что недавно богатых опять стало больше пропадать без вести, иначе бы ты не завел этого разговора.

– Ты прав, – согласился мангуст. – Замешаны местные, и недавно опять начались странные смерти. Народу здесь мало, и все на виду. Почти все в поселках друг друга знают. Ты прав, но не во всем. Ты не знаешь того, что знаю я. Если бы это были обычные местные, мы бы их вычислили. Это кто-то из своих. Это рейнджер с гнилью или рейнджеры.

– Рейнджеры? – слегка удивился я по полной программе.

Ответом мне стал кивок Йерка и глухая матерщина Конта.

– Это он или они, – продолжил мангуст после паузы. – В одном случае тела погибших нашли быстро. Их еще не успели сожрать измененные или обычные хищники. Нашли совершенно случайно. Команда рейнджеров возвращалась из похода в Закрытый лес и заинтересовалась необычно интенсивным применением магии на лесной поляне в нескольких десятках километров от поселка. Заинтересовалась полным отсутствием следов крови и тел. Прошло не более получаса со времени боя, и следы примененных заклинаний не успели рассеяться. Они нашли восемь тел метрах в ста от поляны. Останки были великолепно замаскированы. Никаких следов вокруг тел обнаружено не было. Да и сами погибшие считались бы пропавшими без вести, если бы команда проходила через поляну на час позже. Эти приезжие прибыли в пограничье, но не смогли договориться о стоимости услуг проводника. Решили пойти без него. Убийца или убийцы – это рейнджер или рейнджеры.

Мангуст замолчал. М-да. Вот это ситуация.

– А что ты планировал сделать до моего появления? – поинтересовался я.

– Да ничего особенного, – спокойно ответил магистр. – Это не первый случай и не последний, к сожалению. Постепенная проверка все равно позволит выявить эту сволочь. Быстро это сделать невозможно. Половина рейнджеров всегда в походах. Лично мной уже были проверены все мастера внутреннего круга. Ими были проверены почти все мастера и часть обычных рейнджеров. Мы обнаружим гниль или заставим ее удрать из пограничья, если она почувствует запах паленой шкуры. Своей шкуры.

Ничего себе! Проверка всех мастеров на гниль. Мангуст – параноик в квадрате.

– Это не Белгор, – усмехнулся мангуст, все-таки заметив мои эмоции. – Охотникам тяжелее. Они находятся рядом с клокочущим гнойником, из которого выплескиваются твари. Охотникам легче. Этот гнойник вытягивает всю гниль на много километров вокруг себя. А в пограничье нет такого места. Гниль разлита в воздухе тонким слоем и может проявиться в разумном существе очень поздно.

Понятно. Две гильдии похожи друг на друга, но есть и отличия. Много отличий. У рейнджеров нет амулета ученика. У рейнджеров в мастера принимают не на общем сборе, а после решения мастеров внутреннего круга. Много отличий у наших гильдий, но есть и общее.

– Как я могу помочь, брат? – спросил я.

Пушок всхрапнул и окатил меня вихрем эмоций.

– Спокойно, – потрепал я его по шее. – Я их вижу.

Эмоции драка сменили окрас. Теперь в них превалировала не тревога и ярость, а ярость и жажда крови. Отлично, и мне давно нужно было поработать с опасным противником. Один против пяти. Прости, Пушок: двое против пяти. Два рейнджера и трое местных воинов. По крайней мере об этом говорят следы. Шли за мной двое, а ждут пятеро. Спрятались именно там, где я и рассчитывал найти засаду. Раньше и я бы там спрятался, но не хочу быть стандартным. Одного урока мне хватило. Двое против пяти. Плохой расклад. Для них плохой. Рейнджер слабее охотника в открытом бою. Немного, но слабее. Нет здесь таких тварей, как в Белгоре. Я сейчас наверняка поднялся с последнего места в списке мастеров-охотников по силе. Я не обманываю себя – в этом нет смысла, но я и не лучший. Далеко не лучший. Сейчас я середняк, а Конт входит в первую десятку мастеров-рейнджеров. Он провел со мной пять тренировочных боев сталью. Очень просил, и я один раз согласился. Мы развлекались недолго.

Ни разу Конт не смог продержаться против меня больше десяти секунд. После этого он больше не предлагал потешных поединков. А среди поджидающих меня личностей нет ни одного мастера. Неделю назад я получил об этом сообщение. Кстати, помощь уже идет. Хороший амулет связи у мангуста. Старая работа. Жаль, что после дела я ему верну эту игрушку. Может, подождать ребят? Они почему-то такие сердитые на этих лесных братьев. Конт вообще обещал с ними сделать такое, что мне и вспоминать об этом страшно. Конт – это половой маньяк с самыми жуткими садистскими наклонностями. Разве можно одновременно делать то и это, что предполагает наличие большого разнообразия инструмента, предназначенного для допроса? С такими замашками у него никогда не будет половины. Не выживет.

– Бой!!!

Три болта на мгновение зависли в воздухе и начали падение на землю. Досматривать я не стал. Я уже кувырнулся с осатаневшего от жажды крови Пушка. Первый выскочивший на меня оборотень-рейнджер получил в подарок две Франциски. Как красиво он их отбил при подлете к своему любимому телу мечом и щитом. Блеск. Правда, бур пробил его голову. Четыре. Замешкался, бывает. Меня охватывает стена огня. Короткий прыжок – и я за спиной горе-мага. Простой убийца лишается головы, а клайд на обратном ходе рассекает кольчугу на бедре второму оборотню. Три. Дикий вопль и хрип за моей спиной. Волна эмоций Пушка. Убил, но мало. Два. Я ухожу в сторону, и топор гнилого рейнджера вонзается в землю. Он слегка наклонился вперед. Пресс[6] помогает ему прижаться к земле, а айдал пришпиливает к ней его тело. Остался один. Кстати, а где он?

– Пушок, убей его.

Я отвернулся от улепетывающего во все ноги воина и начал приводить оружие в порядок. Смотреть, как Пушок догоняет и убивает последнего убийцу, у меня не было ни малейшего желания.

Дикий вопль за моей спиной. Пусть драк развлечется. Столько времени изображать из себя обычного коня. Теперь булькающий хрип и лязг подков Пушка по железу, которое нацепил на себя убийца. Я теперь должен доставить ему много минут удовольствия. Раскатка копытами врага в кровавый блин – это только начало процесса. Так, хватит. Блин. Пушок, ты барабанщик? Я повернулся к развлекающейся парочке.

– Пушок, – подозвал я покрытое кровью счастливое создание. – Тут еще один раненый есть. Наверно.

Радость драка превысила все границы. Переполняемый эмоциями, он поскакал ко мне. Так много счастья – и сразу. Хозяин, ты ангел. Где он?

– Кажется, вот этот, – сказал я.

Я вытащил айдал из тела второго ренегата и отступил на шаг. Драк, нетерпеливо постукивающий хвостом о землю, сразу приступил к проверке моего заявления. Да, я не ошибся. Он мог еще пожить целую минуту, пока не умер бы от кровопотери, но не судьба.

Глава 2

От судьбы героя не уйдешь

– Красавица, принеси еще вина, – попросил я служанку.

– Хорошо, Далв, – ответила она и шустро ускользнула на кухню.

Да, теперь я рейнджер Далв. Под таким именем теперь меня знают все в седьмом поселке. Здесь была база двух ренегатов и трех приезжих шустриков. Вернее, старых приезжих шустриков. Когда у одного гнилого рейнджера возникли мысли о дополнительном заработке, он смог убедить своего напарника и полтора года назад привез трех наемников из Эрии. Мозгов хватило больше из местных никого в свои планы не посвящать. А напарник? Так гниль чувствует гниль и слипается с подругой во взаимном экстазе. Наемники пообтерлись, и год назад компания вышла на первое дело. Удачно сработали, и им понравилось. Зачем подвергать свою жизнь опасности в лесах, когда можно и так заработать на хлеб с икрой? Подслушивали разговоры или отвергали предложения на контракт проводника, заламывая при этом неслыханную цену. Потом перехватывали приезжего до или после его прибытия на искомый объект, если у туриста охрана была хорошая. После объекта она станет поменьше. Да и интересно, что там искали приезжие и вынесли? Приезжают в пограничье только с конкретной целью. Праздношатающихся смертников Белгора тут не бывает. Халява не светит никому – слишком суровый край.

Нет, для снятия с себя подозрений ренегаты время от времени и сами бродили по лесам, пока наемники изображали охотников вблизи поселка. Ренегаты умные были. Работали не только здесь, а во всех семи поселках, расположенных цепочкой от Мрачных гор до Срединного хребта. Поэтому и не сразу обратили внимание на одного богатого дурня, который швырялся деньгами в кабаках седьмого поселка и рассказывал всем желающим о своих планах быстрого обогащения. Заняты были ренегаты убийством приезжих в третьем поселке. Мангуст опять доказал свой ум. В седьмом поселке ренегаты энд компания почти не работали. Учитывая дикий дефицит времени подсадной утки, и был выбран этот поселок, а Конт предоставил пять интересных точек в его окрестностях.

– Далв, вино, – поставила служанка емкость на стол и упорхнула к другим посетителям.

– Спасибо, красавица, – поблагодарил я ее спину.

Что делать? Народу много в кабаке. Я откупорил бутылку и подлил великолепного напитка в кубок. Мангуст не ошибся. А ренегаты ошиблись. Прибыв с очередного дела, они поспешили по следам идиота – благо, он и не скрывал своего маршрута. Волновались они за меня: вдруг я погибну в его конечной точке? А за деньгами самим туда лезть? Спешили, спешили и заметили придурка, который вышел из дома целым. Бывает. Значит, воин хороший. Нахрапом брать опасно: вдруг шкуру успеет поцарапать? Надо сделать все по правилам. Сделали. Умерли. Тоже бывает. Конт с ребятами, прибывший на место моего предполагаемого убийства через полчаса, сильно сокрушался. Попенял даже мне – мол, зачем ты их убил? Кто ж так делает? Ты дал им – непереводимая игра слов – этим – непереводимая игра слов – козлам – непереводимая игра слов – легкую смерть, а надо было – непереводимая игра слов и описание сексуальных привычек Конта. Я в процессе этого монолога сильно ржал. Ну очень расстроенные лица были у ребят. Впрочем, продолжалось это недолго. Операция еще не была завершена.

Выпустив пар, Конт дал отмашку, и мастер-рейнджер, на досуге увлекающийся некромантией, начал поднимать четыре покойных тела для допроса. Сила Смерти еще не успела покинуть это место. На мертвых телах сильной защиты не было. Да и не помогла бы она. Голову отсек я только одному из веселой пятерки. Выпотрошив основные сведения из двух более или менее целых безвольных кукол, Конт дал команду, и мы отправились в седьмой поселок. К нашему прибытию все уже было закончено. Десять Рук гильдии, получив сведения от Конта, уже закончили зачистку поселка и дали отмашку на отмену блокирования данного места жительства. Пятьдесят заранее проверенных рейнджеров с облегчением покинули ворота и ближайшие леса. Кстати, такую же процедуру проводили во всех поселках рейнджеров. Гниль должна быть вырвана с корнем, так говорил мангуст. А его слова не расходятся с делом. Также были разблокированы порталы Алых, к их великому облегчению. Бизнес не должен терпеть убытков.

Так что мы спокойно въехали в седьмой поселок. Конт со своей командой, состоящей из четырех мастеров-рейнджеров, проклиная все на свете, сразу отправился в баню. Понимаю. С начала операции все время они провели в лесах. Шифровались от всех со страшной силой. Ни о каком посещении седьмого поселка, когда я возвращался туда после выхода, не могло быть и речи. Моей команды прикрытия не существовало ни для кого, кроме магистра гильдии и мастеров внутреннего круга. Все ребята отправились в Эрию, чтобы предаться пороку и развлечению. Надоели им местные кабаки и подруги красного фонаря. Дело молодое и житейское. Не было их в лесах. Не сопровождали они меня в паре часов езды, вышагивая параллельно моему следу и зорко поглядывая по сторонам. Бывает. А если вам что-то показалось, так меньше пить надо.

Зачистка поселков закончилась нехорошей смертью нескольких идиотов-сообщников. Отбросы общества наивно думали, что за информирование ренегатов им ничего не будет. Или успеют сбежать. Они ошибались. Кстати, из невольных сообщников ренегатов никого и пальцем не тронули. Приносили товар и сбывали. Откуда взяли – так места знать надо. Героев одобрительно хлопали по плечу, и гильдия брала товар на продажу. А заметные вещи эти умники, при накоплении серьезной партии, продавали не через гильдию, а напрямую разным купцам. Вон там одного взяли за некоторое место. Все бы закончилось для него хорошо, как для остальных трех купцов, которые ничего не знали, да вот беда – подозревал он, откуда вещички. Да и это бы не сильно по нему ударило. Он – купец, а валить мусор подозрений на доблестных рейнджеров – себе дороже. Только одна проблема. Несколько месяцев назад намекнули ему, как сильно увлекающемуся скупкой товара напрямую: заметишь странности – свистни. Не свистнул. Странности заметил и никому не сказал. Плохо. После ознакомления с содержимым его головы купца взяли за кадык и начали крутить по полной программе. Чем это для него закончится, мне не интересно. Ясно, что он в пограничье больше не появится, а вот появится ли он в других местах, купчине сейчас самому очень интересно.

– Далв, – раздался над ухом томный голос.

– Здравствуй, Юма, – улыбнулся я. – Присаживайся.

Красавица с легкостью уместила свою попку на скамью.

– Сегодня мне прийти? – осведомилась она.

– Да. Вино будешь?

– Нет, мне нужно пробежаться по лавкам. Не могу же я в одном и том же каждый день ходить!

Красотка послала мне воздушный поцелуй и упорхнула.

И каждый день надевать одни и те же побрякушки, добавил я и усмехнулся. Жители седьмого поселка были очень изумлены, когда оказалось, что богатый идиот – это рейнджер-новичок. Прибыл этот парень с Ритума по своим делам и решил задержаться. Захотел стать рейнджером. Бывает. Подготовка у него была великолепная. Егерь, один из тех, кто постоянно на Драконьей гряде отношения с длинноухими выясняют. Отличный боец. Мастер Конт Липкий его месяц погонял и решил, что он готов. Задача с ренегатами была экзаменом для этого удальца. Народ восхитился. Такой талант! Он так достоверно расписывал свои подвиги, так правдиво напивался и увлекался девками. Вернее, одной из них – Юмой. В первую ночь вообще до утра кровать скрипела, и стоны мешали всем спать, есть, пить и обсуждать мировые проблемы. Правда, потом хозяин корчмы повесил полог молчания на его комнату, и все перестали слышать скрип и все остальное. Хозяин – идиот. Не нужно было ему выполнять просьбу двух пожилых леди, которые у него встали на постой. Что нам теперь слушать и обсуждать? Какие светские новости? Подо что пить его пиво? Под пьяную песню соседа? Так он давно трезвый и тоже хочет, чтобы ему мешали разбирать геополитику Сатума по косточкам. Вон даже не пьет. И вообще зачем мы сюда пришли? Ты водой все разбавляешь, если емкость не запечатана?

Да. Кубышка у ренегатов и компании оказалась хорошая. После вычета десятины гильдии и деления всей суммы на шесть частей, по количеству прямых участников захвата, мне досталась круглая сумма. Народ, все к тому времени знавший и полностью все одобрявший – ну не любят здесь гнилых, – понял причину моего транжирства. Выкинул мало и на дело, a получил много. А то мы гадали, почему он так много всем отсыпает монет. Вон Юма все уши своим подружкам прожужжала, а они нам. В скупости нас обвиняют. А Юма… Что Юма? Красивая, умная и циничная девушка. Молодчина. Никаких чувств, только симпатия к монетам. Великолепно, то, что и надо. Лирика мне не нужна. Юма – деловой партнер, а не вассал. У нас товарно-денежные отношения. Деловых партнеров у меня много, и никого из них мои проблемы в прошлом не касались. Зато под прикрытием полога, который повесил маг по просьбе владельца корчмы, я развесил и несколько своих плетений. Так спокойнее. В спину мне ударить затруднительно. А если честно, то и девчонка мне помогла. Скинул пар. Теперь я спокойно могу смотреть на красивых девушек.

Я усмехнулся. Когда я узнал подробности об Эллине, мне чуть не стало плохо. Она не рейнджер. Эллина эл Тасо – наемница. Мангуст – параноик. Зачем ему повелительница разума в качестве секретарши? Эллина же, если захочет, почти любую защиту сознания сметет на раз. Выложится, но сметет. А что будет потом? А потом придет полярный лис. А уж вскипятить мозги для нее вообще не представляется проблемой. Йерку надо лечиться. Когда Конт после описания моего задания под ехидную усмешку мангуста просветил меня по статусу ангела, я понял всю глубину своих заблуждений. Спустился и принес ангелу свои извинения, замаскированные в комплиментах, и получил от нее предложение продолжить наше знакомство в ресторации. Последнее было самое смешное. Так было весело наблюдать за отвисшими челюстями мангуста и офисных менеджеров, которые подслушивали наше воркование.

Согласился, а в ресторации после ее намека на продолжение знакомства в другой плоскости я поставил полог молчания и вежливо отказался от углубления легкого свидания. Эллина слегка обиделась. Потом была поймана на любопытстве – страшная беда всех женщин, – дала слово и узнала детали. Эллина, подумав, признала мои опасения справедливыми. Не то что я ей очень понравился: я ее слегка заинтересовал. Скучно бедной девушке. Все ее уважают и боятся, или наоборот, не суть важно. А она же женщина. А тут такое веселое и симпатичное чудо в перьях, которое не боится ее, да и защита сознания на мне интересная стоит. Интересно было бы с ней поработать, когда объект защиты испытывает определенные эмоции в постели. Ну, ты понимаешь, о чем я. Наука должна идти вперед. Два интереса в одном деле, так почему бы и нет? Легкий вариант Колара в юбке. Не фанатичка, иначе я был бы изнасилован прямо там. Сопротивляться ей – боже упаси. Я жить хочу. И хочу, чтобы жила она. После невинного флирта и объяснения структуры защиты все равно я внесу изменения в модульную конструкцию. Расстались мы с Эллиной друзьями.

– Далв, еще вина? – поинтересовалась служанка.

– Нет, спасибо, мне хватит.

– Смотри.

Девчонка начала приставать к другим клиентам. Все правильно. Если клиент теплый, то ему можно и бодяжное вино подсунуть. Знаем, проходили в Диоре. А корчмарь не владеет современными методами раскрутки на деньги. Две симпатичные и смешливые служанки – это хорошо. Но нужно увеличить количество женского персонала, обрядить их в мини с декольте до пупка. Поставить на процент от заказанного клиентом спиртного – и все. Деньги потекут рекой. Подойти и объяснить методику выкачки денег? Ест-ст-но, контрольный пакет акций данного заведения перейдет ко мне. А там можно и расширить список предлагаемого населению товара. Особенно на ниве высококачественной алкогольной продукции. Поставить стойку для стриптиза после одиннадцати часов вечера. Взять на все патент, это в первую очередь. Золотое дно. А потом…

– Не надоело?

Очень. Блин. Я уже два года и три дня как нахожусь в этом мире. Сволочь, где ты? Где ты? Я уже три дня сижу в самой занюханной таверне самого глухого уголка пограничья. Где ты? Я устал ждать твоей атаки среди отбросов общества, которые скрываются здесь от правосудия. Начудили и сбежали в пограничье. Да, тут таких полно. Понимают, что здесь им не тут, поэтому и не шалят. Не рейнджеры – сами местные суровые ребятки моментом дадут укорот. Тем более что парочка примеров до сих пор висит на воротах.

– Далв, это к тебе, – крикнул мне корчмарь.

Интересно, я понадобился этим? Приехали вчера в составе девяти человек двумя командами. В одной пять, а в другой четыре. Все были закутаны в глухие плащи. Делали вид, что не знакомы друг с другом. Сняли три комнаты. Тут же поставили на все магическую защиту. А с утра четверо отправились собирать слухи. Остальные сидели и не высовывались. Еду и остальное приносили в номера. Четверка вернулась несколько минут назад. Я их своей спиной срисовал. Не умеют ходить бесшумно по соломе, которая покрывает пол, а гомон корчмы можно и процеживать сквозь сито.

– Разрешите? – спросил меня один из четверки собирателей слухов.

– Садитесь, – лениво ответил я и поставил полог молчания.

Договоримся или нет, но наш разговор не для посторонних ушей. Такие правила у рейнджеров. Правильные правила. Ребятишки присели и уставились на меня. Они уже без плащей. Наверняка остальные тоже. Тепло сегодня, ха-ха. Наверное. Молчат и смотрят на меня. Ну-ну. Вы подошли, вы и начинайте разговор. Хотя вино закончилось, скоро зайдет Хион. Терпение у меня на пределе. Пошло оно все.

– Господа, вы чего-то хотите? Мне некогда, и я ценю свое время.

– Да, – сказал один из чудиков. – Мы хотим заключить контракт на услуги проводника.

– Не интересует, – ответил я.

Чудики начали переглядываться. Думайте. Я неплохо изучил район вокруг этого поселка – как по карте, так и вживую. Но дальних районов я не посещал. Оно мне надо?

– Сколько вы хотите? – спросил лидер четверки.

Опаньки. Это уже серьезно. Их не интересует цена вопроса, или я ошибаюсь?

– Мне сейчас не интересны деньги, – ответил я. – Обратитесь к другому рейнджеру. Я отдыхаю после успешного дела и намерен продолжать этот процесс долго.

– Знаю, – сказал лидер. – Вы на днях убили двух ренегатов-рейнджеров и трех наемников, которые занимались скользким промыслом. Вы взяли хорошую добычу и веселитесь, как будто живете последний день. В деле очистки гильдии рейнджеров от гнили вы были главной фигурой. Все остальное вертелось вокруг вас. Сотни рейнджеров ждали сигнала от вас, чтобы начать тотальную проверку всех жителей всех поселков. Вы недавно стали рейнджером, а до этого были егерем Драконьего хребта. У вас мало опыта в этих лесах, но другого очень много. Вы нам нужны.

Да, в принципе он во всем прав. Но акценты расставлены неверно. Началось или нет?

– Уточните, – попросил я, – почему вам нужен именно я? Не рассказывайте мне моей биографии, я знаю ее лучше вас. Почему вам нужен рейнджер, который имеет мало опыта? Или вам нужен рейнджер, который ненавидит эльфов?

Бинго. Невозмутимые лица на мгновение дернулись.

– Ведь это главная причина, – продолжил я. – Местным рейнджерам глубоко безразличны эльфы Ритума, откуда я родом. С ними у гильдии нет дружбы, но нет и вражды. Почему вам это нужно? Заключайте контракт с любым рейнджером, и он вас не предаст. Он не будет после завершения дела рассказывать о нем всем желающим. Я тоже не стану трепать языком о нашем разговоре. Это принципы чести рейнджеров. Это принцип гильдии. Почему я, малоопытный рейнджер, так вам нужен?

– Именно вы нужны, – начал лидер. – Прошу вас не обижаться и не пытаться меня убить. Это деловой разговор, а не что-то еще. Как показали последние события, среди рейнджеров встречаются гнилые. Сейчас я уверен, что их нет. Но что будет через десять или пятнадцать лет? Кто может сказать, будет ли наш проводник тем же рейнджером, каким он был раньше?

– Заключите контракт с мастером, – ответил я. – Не вижу проблем. Среди них нет скороспелых рейнджеров. Все они провели долгое время в пограничье, и гниль давно бы в них появилась, если бы они к ней были предрасположены.

– Нам нужны абсолютные гарантии молчания, – тихо и серьезно сказал лидер.

– Абсолютные гарантии – это смерть проводника. Верно? – поинтересовался я.

Лидер остался неподвижен, а тройка его спутников едва заметно шевельнулась. Ну-ну. Стилеты я давно вытащил и буду вас убивать при первом резком движении или намеке на активную магию.

– Да, – равнодушно начал лидер. – Это абсолютная гарантия, и мы с радостью бы ею воспользовались, но при таком развитии событий всех, кто вернулся без проводника, в любом поселке подвергнут полной проверке. Нам этого не нужно.

Понятно. Старые и добрые интриги. Среди вас есть личность, которая не хочет известности. Наверняка она находится наверху. С убийцей разберутся рейнджеры, а остальных, если они не запачканы кровью, мягко пожурят и вышибут пинком из пограничья. Кажется, мои приключения начинаются.

– А вернуться после убийства проводника обычным путем, а не через портал? – осведомился я. – Проезжаете дальнее пограничье за месяц – и вы дома.

– Слишком долго и опасно, – ответил лидер. – Мы должны как можно быстрее взять одну вещь и уехать отсюда. Время – это все. Вы нам нужны. Вы никогда и ничего не сообщите эльфу. Мы знаем обычаи егерей Драконьего хребта. Знаем об их тысячелетней войне с эльфами. Ни один егерь никогда не переступит через море крови и горы ненависти к эльфам Ритума.

– А если бы меня тут не было? – поинтересовался я.

– Тогда бы мы взяли проводником мастера-рейнджера и ждали бы от него предательства. Не сразу, а через время.

Дядя – отчаянный или отчаявшийся человек. За половину его намеков и прямых слов обычно убивают. Рейнджеры убивают. А последний намек – так вообще. Если озвучить его, убрав политкорректность, то мы убьем мастера-рейнджера через некоторое время, пока он не скурвился. Блеск. А каратели-рейнджеры нас не волнуют. Для нас главное – дело, а не собственная жизнь. М-да. Рейнджеры не устраивали чего-то вроде серенской резни, но это не значит, что они не умеют мстить. Была пара случаев внезапной смерти на охоте высокопоставленных идиотов. Что делать? Охота – дело такое: сначала ты пытаешься подстрелить оленя, а если кабану это сильно надоест, то утка может начать отстреливаться. Причем заяц редко промахивается. Мужик – кремень. Все они железные люди. Уважаю.

– Допустим, только допустим, – начал я, – что я соглашусь на ваше предложение. Почему вы так уверены, что я бывший егерь с Драконьего хребта? Мало ли откуда я мог приехать!

– Уверены, – усмехнулся лидер. – Магистр Йерк Тихий никогда не поручит ни одного серьезного дела тому, кого он не проверит полностью. Вернее, не он, а его помощница Эллина. Мы знаем об этом. А дело с ренегатами было очень серьезным. Вы прошли проверку. Вы не лгали, а действительно были егерем с Драконьего хребта.

Приплыли. Этого я не знал, пока Эллина, сильно смущаясь, не объяснила мне причины своего одиночества. Мы были уже друзья и просто проводили время за беседой и вином. Ее боятся и почти ненавидят. Это она так думала, а вино развязало девчонке язык. Я долго похихикивал и, чтобы доказать Эллине полную абсурдность подобных мыслей, немного распустил руки. Потом в ход пошли и губы, благо, кабинет в ресторации был отдельным, а потом я едва смог себя оторвать от раскрасневшейся и тяжело дышащей девчонки. Я принес извинения долгим и целомудренным поцелуем. Ну, почти целомудренным. Привел в порядок ее одежду и пошел мыть свою голову холодной водой. Я вспомнил волчиц. Повторения не будет. Девчонка слишком на них похожа своим характером. И проблемы у нее похожие. Я помог Эллине по-другому. Пара-тройка советов насчет одежды, поведения, объяснение на пальцах понятия «интимная обстановка» в моем понимании, и через несколько дней она смогла соблазнить одного рейнджера, который ей нравился. Она ему тоже нравилась, но этот болван Лит не мог преодолеть своей робости и чувства собственной неполноценности. Как же, он простой рейнджер, а она… Когда я уезжал, девчонка и рейнджер светились от радости. Он – от обретения своей мечты, а она – от простого женского счастья. Совет да любовь. Может, и будет. Хотя… Ладно.

Об Эллине знает ограниченное количество разумных, и большинство из них работает в третьих канцеляриях на немаленьких должностях. Интриги на высшем уровне. Вот куда меня хотят втянуть. Забавно, но я не вижу вокруг себя никого, кто был бы мне дорог. Только опасность для меня самого. А учитывая мои приключения год назад… Получилось? У меня получилось? Все мои близкие находятся в двух местах. Там их достать практически невозможно. Не знаю. Есть еще непонятки с составом участников.

– Срок и сумма контракта? – спросил я у лидера.

– Срок – месяц, а сумма – тысяча золотых, – ответил он.

Я мысленно присвистнул. Пятидесятикратное превышение обычной ставки. Сильно ребят приперло. Действительно отчаялись.

– Детали после подписания контракта, – продолжил лидер.

Это нормально. Но есть одно большое «но». У меня получилось со сволочью или нет?

– Подписание – после ознакомления с составом участников, – сказал я.

Четверка переглянулась с недоумением. Он дурак, все перед ним.

– Зачем вам это? – спросил лидер.

– Надо, или никакого контракта, – ответил я. – Вас девять человек. Я должен знать, с кем я иду.

Четверка опять переглянулась, но на этот раз на их лицах было написано удовлетворение и понимание. Не лоха берем проводником. Вычислил нас и сделал это раньше, чем мы к нему подошли. Не получилось заключить контракт, а потом добавить в группу новых участников.

– Хорошо, – подумав, ответил лидер. – Это понятное требование. Подождите здесь пять минут, а потом зайдите в комнату. Я надеюсь, что вы знаете в какую, – ядовито добавил он.

Четверка встала и поплыла к остальной банде интриганов. Знаю, в какой комнате главные шишки находятся. Я зря почти все время провожу в зале? Народу местному выпивку ставлю. Кроме вас тут еще есть интересные персонажи. К сожалению, я не смог всех проверить.

– Далв, ну как? – спросил меня подошедший рейнджер.

Понятно. Компашка из шести лесных бродяг, сидящих за дальним столом, осведомляется о будущем. Своем будущем. Мол, скоро будем обмывать твой первый контракт в качестве рейнджера?

– Пока не знаю, Илг, – пожал я плечами. – Ознакомлюсь с участниками дела – тогда и приму решение.

– Понял, – повеселел рейнджер и направился к остальным.

Ну конечно. Если все зависит от рейнджера, то идет торг в сторону увеличения суммы. А так – контракт заключен, можно готовиться к употреблению качественной выпивки, а не этой бурды.

– Хозяин, – заревел один из рейнджеров. – Убери свои помои с нашего стола и приготовь хорошую закуску.

Вот и я о чем. Гонца выслушали и начали подготовку к банкету. Традиция, однако. Я умилился. Все как у охотников. Получил деньги в первый раз от клиента – проставляйся. Ренегаты не в счет. Эти – непереводимая игра слов – суки – непереводимая игра слов – и падлы. Жаль, что умерли так легко. Добрый чересчур Далв. Нельзя быть таким с этими – непереводимая игра слов. Пора.

Я встал и направился в угловую комнату. Там меня уже ждут. Пять минут истекли. Поднявшись по лестнице, я толкнул дверь и вошел внутрь просторной комнаты. Девять разумных, сидевших на стульях и кроватях, уставились на меня.

– Вы? – изумленно спросила одна личность женского пола.

Твою тещу. Попал. Всей маскировке пипец.

– Нет. Началось.

Точно, началось. Она мне небезразлична. Компания недоуменно уставилась на свою спутницу.

– Я к вашим услугам, леди. Я – рейнджер Далв, – спокойно сказал я. – Разве мы знакомы? Я вас не помню.

Твоя жизнь мне не безразлична. Я совсем не ожидал тебя здесь увидеть. Я тебя сразу узнал.

– Нет, – ответила девушка. – Я приняла вас за другого человека. Я ошиблась. Тут темно.

Конечно, темновато. Хион почти зашел, и твои спутники ничего не смогли увидеть на твоем лице. А лампы вы еще не зажгли. Сейчас они будут только мешать. Ты почти не изменилась. Почти, вот это главное.

– Давайте мы представимся, – начал лидер четверки. – Я – Эйрик, воин.

– Я – Тонк, воин, – сказал сидящий рядом с ним.

– Я – Дирт, воин.

– Я – Лут, воин.

– Я – Сел, воин.

– Я – Ронк, воин.

– Я – Изар, маг.

– Я – Эла, маг.

– Я – отец Пат, можно просто Пат.

Понятно. Все понятно. Пятерка егерей. Не рядовые, а командиры. Опытные убийцы. Это я понял и раньше, но не знал их количества. Значит, пятый егерь был здесь. Охранял, так сказать. Маг – это магистр или повелитель. Проф, новая бахрома[7] работает великолепно. Улавливает малейшие потоки силы. Блестящая работа. Хм. Моя работа, ты только советовал. Теперь я смог ее запустить внутрь помещения, не нарушая защитных контуров. А на закуску – святоша с силой Создателя. Разговор с юным падре по душам многое прояснил. Да, забыл, еще и крупный вельможа. В этой комнате никто не назвал своего настоящего имени. Я попал в отличную компанию. Даже шишка обозвалась Ронком. Тренироваться нужно было больше в произнесении своего псевдонима. Тогда бы и не было мгновенной заминки. Представились все по часовой стрелке. Но нужно было представляться совсем по-другому. С самой главной в этой компашке. С Элы, которая маг. Надо было начинать представление с той, которую я сразу узнал, несмотря на изменения, которые произошли с ее лицом. Здравствуй, Алиана, герцогиня эл Чанор. Здравствуй, моя спасительница. Без тебя я бы уже давно кормил червей. А вообще великолепная команда для квеста. Воины, маг, святоша, приемная дочь короля, почти принцесса. Осталось найти героя. И я знаю, кому достанется эта роль. Ну, сволочь, ну ты молодец. Такой подставы я не ожидал. Я был готов ко многому, но не к такому.

– Вы согласны? – прервал тишину Ронк.

Опять ошибка. Ты не привык быть на вторых ролях. А придется.

– Согласен, но при одном условии, – ответил я. – С подписания контракта и до завершения похода главный – я. Вы говорите мне цель, а не ставите задачу, и я веду вас к цели. Но веду так, как хочу я. Берем то, что вам нужно, тоже так, как хочу я. Я определяю все. Мои приказы не оспариваются, а выполняются без малейшего раздумья и тем более без обсуждения. Тогда я подписываю контракт, – я кивнул на бумаги, лежащие на столе. – Если вы на это согласитесь, то знайте. Я выслушаю любой совет, но при попытке невыполнения вышесказанного я пресеку любое неповиновение. Я сделаю это очень жестко. Поверьте, – улыбнулся я, – у меня это получится. Думайте и обсуждайте, я буду внизу.

Я вышел из комнаты и закрыл дверь. Герцогиня, ты не погибнешь в этом квесте. Я сделаю все, чтобы этого не случилось. Я должен тебе жизнь. Безделушка с камнем Ирдиса – это от безысходности. Что еще я мог предложить дочери короля? У меня не было ничего более ценного. А теперь – могу, а теперь – есть. Я – охотник, и, если нужно, я сделаю все, но верну долг. Я сохраню тебе жизнь. Хватит. Вперед.

– Что-то долго они думают над твоими условиями, – высказал мне свою точку зрения Игл.

– А куда они денутся! – флегматично заметил я. – Никуда. Такого неповторимого рейнджера здесь нет.

– Это как? – не понял Игл.

– А потому что я не повторяюсь, – объяснил ему я. – Один раз сказал – и все. Понял?

– Понял, – уважительно сказал он. – Сказал, как отрезал. Молодец.

Игл отстал от меня и присоединился к обсуждению остальными рейнджерами способов казни ренегатов. Гулянка шла уже час. Большинство рейнджеров были навеселе, но держали морду кирпичом. До состояния «мордой в салат» было еще далеко. Я начал гулянку, и у меня были на это причины. Куда они денутся? Алиана не сказала им, кто я. Это сто процентов. У всех есть свои маленькие тайны. Уж слишком наше общение было личным. Такими подробностями не делятся с вассалами своего папеньки. Никем иным ее спутники быть не могли. Кроме святоши. Вопросы есть и по шишке, но и это объяснимо. Как в этот вертеп, по ошибке Создателя называемый пограничьем, отпустить дочурку без присмотра? Кого с ней посылать для защиты ее чести и нравственности от посягательств беспринципных рейнджеров? Не дуэнью же и фрейлин. Вот и послали матерого волчару. Этот Ронк не обманул меня. Он – воин. Ронк не сказал мне, какой именно воин и чем он командует. Вернее, кем командует. Судя по выправке, он из гвардии. Не лейтенант – это точно. Капитан или подполковник. Самого полковника не отправят: миссия секретная. Для капитана слишком много властности сквозит в движениях. Значит, подполковник. Хотя выправка может и не служить четким маяком. Ну, побаловался в молодости службой в гвардии и шагистикой. С кем не бывает! А потом наследство с титулом – и все. Прощайте, веселые пирушки с воинами, и здравствуй, придворный мир. А святоша? Вот святоша мне непонятен. Держится простачком, но змей еще тот. Чингачгук местного розлива. Надо с ним ухо держать востро.

– Далв, – опять дернул меня за рукав Игл, – а почему ты мало пьешь?

– Так мне контракт еще заключать. Куда пить-то? – усмехнулся я.

– А ты…

– Уверен. Наливай всем остальным.

Игл принял руководство к действию, и процесс пьянки поднял упавшие обороты. Алиана знает, кто я такой. Знает, на что я способен. А мое отношение к эльфам она видела лично. Вернее, отношение охотников к длинноухим созданиям. Менять шило на мыло она не будет. Да и ей нужно кое-что со мной обсудить – в своей излюбленной манере. В стервозной манере. Обсудить мой подарок и то, что за ним последовало. Этого она ни за что не упустит. Как же, последнее слово осталось за мной, а не за ней. Кошмар. Такого быть не должно. Моя квалификация рейнджера ее полностью устраивает. Ему дело поручили, и он его сделал. Важное дело. Какие могут быть вопросы? А вопросы есть. Она – не воин и тем более не егерь. Нюансы ей непонятны. А кроме этого, есть еще и мои требования. Я знаю, с чем мы столкнемся, а остальные – нет. У них нет моего опыта общения с этой сволочью наверху. Поэтому для всех мое требование выглядит ненормальным. Не хвост вертит собакой, а заказчик рейнджером. Заказчик – главный во всем, кроме вопросов безопасности и выбора маршрута. Заказчик определяет задачу – это главное для рейнджера. Цель – это дело заказчика. Он может хоть лютики с грибами искать. Заказчик дает ценные указания, а рейнджер при исполнении своего долга руководствуется этим. Сказал заказчик, что ему нужно попасть в этот квадрат, – так проводи в этот, а не в другой. А уж там выбирай удобное и безопасное, с твоей точки зрения, место.

Вот так Колар с Гилом и Лирой и попались. Профу захотелось быть именно в окрестностях этой опушки. Получил то, чего захотел. Хотя если бы Гил стоял на часах, то ничего бы этого не было. Он выбрал хорошее место для лагеря. Могли уйти, но не сумели. А я потребовал назвать мне не только место, но и то, за чем мы идем. Я захотел сам все определять. Я захотел стать главным. Непривычно, когда главным становится наемный работник. Перетопчутся. Алиана продавит мой контракт, да и егеря наверняка ее поддержат. Они меня оценили и понимают, что здесь может быть не так все просто. Что у меня наверняка есть причины выдвигать такое требование. Я их оценил, и они меня оценили. Но решают не егеря. Решает Алиана, а в оппозиции к ней наверняка находятся святоша и шишка. Один не доверяет никому, кроме Создателя, а другой наверняка главный в отряде. Был, я думаю. Наверняка их два совещательных голоса имеют вес. Про мага не знаю. Но герцогиня – главная, иначе она бы сюда не приехала. Зачем ей это? Она главная. Только она может взять цель, иначе нет смысла ее появлению здесь.

– Повторяешься.

Да пошел ты, шиза вредная. Когда мы с тобой будем нормально общаться? Вести диалог, так сказать. А то ты выскакиваешь и пропадаешь. Вот опять пропал.

– Далв, – Игл потянул меня за рукав. – Тебя зовут.

Я поднял голову и увидел на вершине лестницы Эйрика, старшего егеря, лидера егерей, делавшего недвусмысленные жесты. Блин. Все это шиза. Игл заметил, а я нет. Я поднялся из-за стола и начал путь на свою Голгофу.

– Решили? – поинтересовался я у Эйрика.

– Вам хотят задать пару вопросов, – невозмутимо сказал он и пригласил в комнату.

Пройдем, раз так вежливо приглашают. М-да. А спор был жаркий. Эх, жаль, что я не смог его подслушать. Маг силен и искусен. Все мои попытки проникновения сквозь его защиту обломались. А чего я ждал? Что с дочкой короля пришлют паркетного шаркуна? Сча-аз. Наверняка этот Изар – один из лучших боевых магов-практиков королевства Мелор. Это государство, сидящее на торговом пути в северо-запад Сатума с юга и обратно, может позволить себе приглашать самых лучших спецов. Денег у королевства море. Ну, вот он я, терзайте. Мое ожидание не продлилось долго.

– Почему вы так уверены, что без вашей помощи мы не обойдемся? – взял быка за рога шишкарь, который Ронк. – Иначе вы бы не выдвинули подобного требования.

– Я уверен, – ответил я, – что задача вашего отряда очень опасна и трудна. На это указывает все. Я не буду касаться длинноухих. В вашем отряде есть пять опытнейших егерей.

Легкие улыбки на лицах лесовиков. Они меня оценили, и я их оценил.

– В вашем отряде есть повелитель огня.

Заинтересованный взгляд мага. Какой интересный молодой человек. Просчитал мою индивидуальную защиту. Надо с ним побеседовать, а потом убить, если результат беседы меня не устроит. Ну-ну.

– В вашем отряде – клирик, который владеет силой Создателя.

Кинжальный взгляд святоши. А с тобой у меня будет отдельная песня.

– В вашем отряде есть высокопоставленный придворный…

Досада на лице Ронка. Сам виноват. Незачем было срок придворным отбывать. Понабрался от этой братии дурных привычек, понимаешь.

– …Который раньше был хорошим гвардейцем.

Досаду сменила незаметная улыбка. Старый конь вспомнил свою молодость и звуки боевых труб. Я не ошибся.

– В вашем отряде есть леди высокородных кровей.

Злой взгляд Алианы пообещал такое… Мол, я о тебе не сказала, а ты… Я мысленно перенесся на бал. Как мне все это знакомо, но я знаю, как тебя привести в нормальное состояние. Одна моя высказанная гадость – и ты в полном порядке.

– Это заметно по ее безукоризненным манерам.

Алиана отложила расправу на потом. Сочтемся позже, а твой долг вырос. Я расплачусь сполна с тобой, Влад. Алиана, ты не знаешь, какой у меня долг перед тобой. Об обычаях охотников мало кто знает.

– Ваш отряд мог сам добраться до нужного места, но вы хотите подстраховаться от малейших случайностей. Именно поэтому вы хотите заключить контракт со мной. Заключить контракт с рейнджером. В чем я не прав?

Молчание.

– Молодой человек, а вы не боитесь нам это говорить? – поинтересовался маг, который обозвал себя Изар. – Мы можем убить вас прямо сейчас, и ваши друзья внизу ничего не узнают. А потом мы покинем ваш поселок через портал. Покинем сразу после вашего убийства.

А вот понты кидать не надо. В смысле – борзеть. Блин. Короче, не сбивай меня на сленг. Ты, дядя, припух по полной программе. Крутым себя чувствуешь? Ща обломаешься. Я тебя просчитал своей бахромой, а ты… э… ничего не смог понять. Голубой туман[8], мать его. Колар, смени название. Прошу.

– А вы не боитесь мне угрожать, – мило улыбнулся я, – когда в вашей личной защите всего два управляющих контура и есть уязвимое место на их стыке? Если я их замкну, ваша сила сама испепелит вас. Я не шутил насчет пресечения неповиновения любого. Я не хочу этого делать, но смогу.

Маг сильно удивился в нецензурном плане.

– Может, хватит, – продолжил я, – мериться детородными органами? Я не просто так выдвинул свое требование. У меня есть причины на это. Они очень серьезные. Что вы знаете обо мне? Да ничего, кроме общеизвестных фактов. Я не показываю, какой я умный, красивый и сильный. Я показываю вам то, чего вы не ожидали увидеть от простого рейнджера. Вам нужно, чтобы я вел ваш отряд на своих условиях, а не мне. Вам нужно, чтобы я был командиром. Я не навязываюсь. Я могу сейчас уйти и забыть обо всем. Решайте немедленно.

Молчание.

– А если они тебя пошлют?

Хрен они меня теперь куда пошлют. Они мне еще больше заплатят, чтобы иметь под своим боком такого умника. Понаблюдать за мной. Держать под своим контролем. Это они так думают.

– Проверь.

– Я так понимаю, что я вам не нужен. Прощайте.

– Постойте, – сказал хор из четырех человек.

Вот, как я и думал. Герцогиня, святоша, шишка и маг. Они решают все.

– Мы согласны, – озвучил общую мысль Ронк.

Все, он бывший командир. Хватит, временные, слезай. Приходит более достойное руководство. Мы – не эсеры. Мы – анархисты.

– Контракт, – протянул я руку.

– Вот, – сунул мне лист бумаги маг Изар.

Я прочитал контракт – вроде все нормально. А с тобой, выкидыш ехидны, я позже потолкую. Я уже имею одну звездочку за сбитого повелителя на фюзеляже. Будешь ежика на «вы» называть, так добавлю и вторую. Ну, попробую добавить. Удары в спину получаются у меня хорошо.

– Поставьте подпись заказчика, – сказал я.

Ронк достал кинжал и приложил свою кровь. Бинго. Я вас всех поимел. Растеряны вы очень. А сейчас я внесу небольшие изменения.

– Подписываются все, – потребовал я. – Иначе я не подпишу.

– Это не по правилам, – взвился святоша.

– Правила устанавливаю я, – я улыбнулся. – Вы не согласны?

Нехотя и ворча, эту процедуру повторили все присутствующие. Вот так будет лучше. Повязаны все, а не один. Я не хочу никого из вас убивать. Алиана, ты – маг жизни, а не огня и не сможешь испепелить меня глазами. Успокойся. Я скажу тебе пару гадостей, ты мне скажешь десятка два, и мы снова найдем консенсус. Ты опять станешь нормальной девчонкой. Очень красивой девчонкой. Я приложил свою кровь к договору и спрятал его в напоясную сумку. Подошел к столу, просмотрел бумагу и оставил свою кровь на их экземпляре. Все. Контракт заключен.

– Цель? – спросил я у Ронка.

– Артефакт в Мертвой пустоши, – ответил он.

– Что? Где?

– Артефакт в Мертвой пустоши, – недоуменно повторил Ронк.

– Блин, какого хрена ты, сволочь, начал действовать раньше, – взорвался я, – а твой долбаный дух, да я эту… – непереводимая игра слов!!!

Все присутствующие немного удивились в плане полного охреневания. Вру, не все. Алиана задумалась. Полный северный лис. Я попал под раздачу.

– Нет. Это называется иначе. Просто полный!

Ты уже начал материться? Раньше не замечал такого.

– А что еще остается делать?

Отступление первое

– Значит, Хизар, отступника нигде нет?

– Да, мастер. Я прошел все сопряженные сферы. Никаких следов.

– Он умер?

– Похоже на то. Но ничего утверждать я не берусь. А что вы выяснили у наших «партнеров»?

– Ничего. После своего вмешательства они отступником больше не интересовались. Меня в этом заверила одна очень высокопоставленная персона.

– Что мне делать дальше, мастер?

– Занимайся своими прямыми обязанностями. Кстати, Хизар, если отступник жив, то тебе будет очень плохо. Не я тебя накажу: он тебя накажет. Отступник не умеет прощать, он не знает, что это такое, а ты его предал. Помни об этом.

– Я помню, мастер.

Через несколько часов неизвестно где

Море лениво посылало волны на пустынный берег. Чайки кружили над одиноким существом, которое бросало им куски хлеба.

– Да, никак вас не накормить, – засмеялся Хизар. – Ты ведь любил это делать, теперь и я люблю. Чайки, море – и никого вокруг нет.

Очередная волна накатилась на пустынный берег.

– Мастер, – подняв голову к темному небу, крикнул Хизар, – ты велик, ты знаешь почти все. Ты прав. Он не умеет прощать, он не знает, что это такое. Есть одна маленькая проблема, мастер. Я всегда защищал его спину, и я его не предавал!

Громкий смех разнесся по пустынному пляжу.

Глава 3

«Нормальные герои всегда идут…» в поход

Я уныло посмотрел на свою команду в последний раз и дал отмашку на выдвижение. Все, что можно было сделать, я сделал. Отговорить туристов от рейда оказалось невозможно. Надо – и все. Черт с ним. Рассказать спутникам, так слово мертвому – это железное слово. Я не хочу, чтобы меня назвали клятвопреступником. Я не хочу отвечать за нарушение слова. Никто этого не хочет.

Трава шелестит под копытами лошадей нашей группы и будет еще шелестеть дней пять, пока мы не прибудем на место. Потом – все. Потом нас будут убивать. Неторопливо и со вкусом пластать на части. Вот черт! Я и рассказать им ничего не могу. Дух, гад, взял слово, что только я один буду знать. Тогда я не видел в этом ничего страшного. Я знаю, и никто другой не курсе, ну и чего в этом криминального? До проявления интереса ко мне сволочи наверху оставалось несколько дней. Я ошибался. Вернее, я недооценил своего «подвига» с убийством королевы. Тогда я предполагал, что это расплата за Чейту, но не стал потом развивать свою мысль. Зря. Сволочь действительно проявляла ко мне серьезный интерес раз в год. Но он подкидывал задачи и в остальное время. Тот лич, которого я в первый раз встретил в погани и от которого я сбежал, – он наверняка был из этой обоймы. Из обоймы интереса ко мне. Гражданская война в Декаре – наверняка тоже из этого списка. Нет, ради меня он бы не стал устраивать это, но все остальное… Воспользовался ситуацией. Черт с ним.

Блин. Я не зря отправился в пограничье. Проф удивлялся, но он не знал полностью моей истории. Я же был разведчиком на Земле. Мотострелком, но разведчиком. Леса – это для меня не ново. То-то Конт удивлялся, как я быстро и точно понимаю его указания. Как я разбираюсь в тактике боя в лесу. Она, тактика, всегда одинакова. Ну, почти одинакова. Наработки немного разные, но суть одна. А вот бой в подземельях – это совершенно другая песня. Кое-кто оценил это во Вьетнаме, а потом оценили и другие. А Конт – как он удивлялся. Мол, и этому охотников учат? Не учат. Это домашние заготовки. Поэтому и была придумана эта легенда. Я – егерь с Драконьего хребта. Все в нее вписалось просто и невероятно удачно. Блин, вписалось, да так, что я совершенно этому не рад. Я был охотником-одиночкой. Я устраивал налеты для собственного самосовершенствования. А теперь что делать?

Я отвечаю за группу. В первый раз это со мной. Обычный бой – это другое. Там я боец, а не все остальное. Надо найти лазейку в клятве. Надо. А теперь я постараюсь довести группу до конечной точки маршрута. Я опять усмехнулся. Как там учил нас ротный? Главное – это правильная оценка обстановки. В ходе оценки обстановки командир группы изучает всю имеющуюся разведывательную и другую информацию о противнике и районе предстоящих действий группы. Я командир, и я давно это сделал.

Состав сил и средств противника на маршруте переброски и в районе выполнения группой боевой задачи. Ну что тут скажешь? На маршруте хрен его знает, а в конечной точке нам хватит выше крыши.

Возможность противника по вскрытию действий разведывательной группы и оказанию ей противодействия. Будет противодействие, еще какое будет, а потом нас начнут вскрывать. Неторопливо вскрывать, смакуя каждый момент этого действа.

Отношение местного населения к противнику и нашим войскам. К тварям, которые ждут нас, не знаю, а к нашей группе – сугубо положительное. Свежее мясо любят практически все местные жители.

Минная обстановка. Так под ноги смотри и не наступишь на свежую мину из определенной субстанции.

А что есть у нас? Несколько хороших воинов, группа огневой поддержки в лице мага и святоши и походный госпиталь. Алиана – не боевой маг. Про возможность заброски и эвакуации по воздуху можно и не говорить. Вертушек здесь нет. Хотя была бы под рукой пара драконов – тогда да. Садись – и вперед. Довезут туда и обратно без проблем. Одно плохо. Сначала их нужно найти. Драконов найти, и вместе с ними – неприятности на свою задницу. Потом суметь остаться в живых – и только потом попробовать договориться о сотрудничестве. Причем понятие сотрудничества предполагает наличие у тебя крупной суммы и горячего желания с ней немедленно расстаться, чтобы ты смог покинуть эту местность на своих двоих. Жадные, мелочные и склочные создания эти драконы. Уважаю. В этом мире по-другому нельзя. Мигом на шею сядут, ноги свесят, и будешь изображать из себя ездовую собаку. Так что придется по земельке и на лошадках. Вот и передвигаемся, как можем.

С егерями я сразу нашел общий язык. Старые и опытные вояки. Приятно иметь с ними дело. Минимум вопросов. Все необходимое снаряжение для группы у них было с собой – начиная от палаток, заканчивая местным вариантом гигиенических полотенец для ежедневного протирания тела. Эх, была бы на Земле у меня такая снаряга, когда нас гоняли по лесам. Класс, а не снаряжение. Магия форевер. Ладно, проехали. С егерями я сразу обсудил наши всевозможные телодвижения на маршруте. Начиная от боевого порядка группы в ходе рейда до расположения ям для оправления естественных потребностей организма. Вот и сейчас мы передвигаемся трилистником, или буквой «Y», углом вперед. Впереди головной дозор в составе меня любимого, егеря и мага. Стандартная тройка. Я с егерем впереди, а за нами огневик. Метрах в двадцати передвигается группа управления, чтобы ее черти взяли. Ядро отряда, мать его: Алиана, шишка и святоша. Дождешься от них поддержки, как же. Сам вбивал в их головы, чтобы при стычке не лезли вперед. По-другому нельзя. Без Алианы рейд теряет смысл. Я не ошибся – только она может взять цель в руки и вынести ее на свежий воздух. Будь прокляты эти старые артефакты, из-за которых молодая девчонка вынуждена совать свою голову черт знает куда. Алиана должна жить. Справа и слева от группы управления, чуть отстав от нее, передвигаются боковые дозоры из двух егерей в каждом. Стандартный боевой порядок при передвижении в районе особого внимания. По-другому пограничье не назовешь. В любой момент жди бяки отовсюду. Мы и ждем. Мы готовы к атаке на группу с любой стороны. Алиана прикрыта со всех направлений.

Жаль, что скоро редколесье закончится и мы вынуждены будем передвигаться колонной по одному, дыша в затылок друг другу. Ну, почти дыша. В особо сложные для передвижения места нет смысла лезть. На чем тащить снаряжение – на собственном горбу? А как иначе, если лошадей придется оставить? Хрен вам. Я Пушка не оставлю, а лошадей – тем более. Нечего местных жителей баловать большим количеством халявного мяса. Это я о лошадях. А Пушок сам из кого хочешь обед себе приготовит. А мой мешок путника не резиновый. Все снаряжение туда не влезет. Набрали с собой много. Набрали на месяц автономного плавания. Одни продукты сколько места занимают! А ресторанов быстрого обслуживания я здесь не видел. Нет, может, они и есть, но только не для нас. Рылом, понимаешь, мы не вышли.

Перед выходом группы я проверил все. Старался предусмотреть каждую мелочь. Я не один. Я отвечаю за всех. Я учел все. Хотя вру: я не обеспечил разведгруппе связь с центром. Не смог по причине отсутствия центра, который может немедленно выслать подмогу и обеспечить эвакуацию группы. А если посмотреть с другой стороны, как же без связи? Будет связь. Как убьют, так сразу и получишь возможность лично пообщаться, а то и поручкаться с верховным главнокомандующим. Я к нему на прием вряд ли сразу попаду: пара сотен лет в чистилище мне обеспечена.

– Хватит ныть.

А есть другие предложения? А? Не слышу ответа. Хотя ты прав. Хватит. Что бы ни произошло, Алиана должна выжить и вернуться. Егеря – отличные парни. Да и маг оказался толковым мужиком. Слишком долго он ощущал сознание собственной важности. Как я сбил с него спесь, так все пришло в норму: накипь последних двух лет с него слетела. Два года назад он стал повелителем огня, вот до сих пор и переживает это чудное мгновение. Вернее, переживал. Вообще интересная история. Ладно, проехали. Шишка – тоже неплохой мужик. Один святоша не шел со мной на контакт и предпочитал отмалчиваться. Я так и не смог его просчитать. Но всеми этими людьми при необходимости я пожертвую. И собой могу пожертвовать. Алиана должна выжить. Вот сволочь. Вот как подстроил удар. Я его совсем не ожидал: я почти забыл о ней.

Стоп. Твою тещу! Я еще забыл кое о чем! Ребенок Лаэры. Блин. Я совсем о нем забыл. Хотя это ребенок Лаэры и Кенора. Это их ребенок. Кто там говорил, что князь бесплоден? Выйди из строя и посмотри. Кто сказал, что нужен маг крови для проверки отцовства? ПАЛАЧ!!! Где ты шляешься?! У тебя работы полно! Да и наверняка ребенок под такой охраной, что мало не покажется никому. Хм. Интересно было бы на него или на нее посмотреть. Издали, конечно. Я не чувствую и не должен чувствовать ничего, кроме интереса к этому комочку жизни.

– А если его убь…

– Порву! – вырвался крик из моего горла.

Пушок заревел и завертелся на месте, ища не замеченного им врага. Егерь и маг шарахнулись в стороны.

– К бою, – закричал Ронк.

Блин. Вырвалось. Спокойно, Пушок.

– Отставить, – остановил я шевеление личного состава. – Так, и что тут у нас есть? – спросил я у народа.

Я похлопал по шее успокоившегося Пушка и начал рассматривать группу. Егерь из моей тройки остановил коня и направил арбалет с хитрым болтом на ближайшие кусты. Вру: все егеря приготовились к отражению нападения. Это понятно. Опытнейшие вояки. А вот остальные? М-да. Изар, который маг, кряхтя поднимался на ноги. Не умеет падать с испуганной и вставшей на дыбы лошади. Святоша Пат, читавший на скаку местный вариант библии, не остановил своего коня, а наоборот – дал ему посыл вперед. Животина прилежно выполнила ценное указание и врезалась грудью в круп остановившегося коня Ронка. После чего последний доблестно кувырнулся на землю. Как шишка не напоролся на собственный меч, который он ловко выдернул из ножен при моем вопле? Молодец. Паркетная жизнь с него быстро слетела, и Ронк опять стал лихим гвардейцем. Алиана перестала в панике оглядываться по сторонам. Вот сейчас я и буду строить ядро нашей группы. Командир не ошибается. Все, что он делает, абсолютно верно и правильно. Я тут, понимаешь, учение устраиваю, а личный состав наполовину деморализован.

– И что это было? – громко поинтересовался я. – Мы уже в десятке километров от седьмого поселка. Мы в пограничье, мать вашу. Что тут вы мне показываете? Что? К егерям претензий нет. А вот к остальным – целая куча. Ронк, какого хрена ты отдал приказ к бою? Ты командир или я?

Ронк перестал материть святошу и начал осматривать окрестности, ища существо, которое можно убить. М-да. Работать и работать. В группе один командир, и мне плевать на его привычки.

– Изар, а ты что нам продемонстрировал? Ты поясни, а то я не понял.

Маг глухо выругался и угрюмо уставился на предателя-коня. Тот ответил ему невинным взором. Мол, это не я. Это драк, и вообще разве нормальный жеребец может чувствовать себя спокойно, находясь рядом с этим исчадием ада?

– Пат, а к тебе один вопрос. Ты на чьей стороне играешь? Мало того, что ты при учебной тревоге не предпринял мер по защите соратников, так и вывел из строя боевую единицу. С такими друзьями и враги не нужны.

Ронк, смотря на смущенного святошу, злорадно засмеялся. Егеря улыбнулись. Им не по чину. Да, я вот такой. Постоянно забочусь о своих подчиненных непрерывными учебными тревогами.

– Проехали, – махнул я рукой. – Кое-кто забыл, что он находится в пограничье, а не во дворце. Я заметил это и напомнил. Продолжаем движение.

Во взглядах егерей, обращенных на меня, я прочел уважение. Даже шишка одобрительно похлопал меня по плечу. Мысленно похлопал. Мол, так и надо с этими штафирками. Вечно от них головная боль и полное смущение строя. Команд не понимают, а все туда же – жизни учат. Ломоносовы неотменделеенные.

– Далв, – прозвенел мне в спину голосок Алианы, – а мне ты ничего не хочешь сказать?

Я ухмыльнулся. А счет после объявления учебной тревоги сравнялся. За сутки, что мы готовились к рейду, девчонка пару раз успела сказать мне гадость и остановилась, только заметив недоуменные взгляды спутников. Перестала, но глазами мне пообещала такой интим, что я обрадовался и удивился. Я все понимаю: прошлая встреча в будуаре с кроватью осталась незавершенной, и Алиана хочет довести ее до логического конца. Но что королевская дочка имеет такие пристрастия сексуального характера, я не ожидал. В принципе все понятно. Я голый лежу на топчане, а она рядом. Хорошо, но почему топчан без матраса? Почему мои руки и ноги прикованы цепями? Почему она вся в коже и перебирает набор пыточных инструментов? Такими играми я никогда не увлекался.

– Далв? – напомнила о себе Алиана.

– А что я могу сказать? – удивился я. – Мы в походе и называем друг друга по именам. Так есть шанс подольше пожить. Что я могу сказать Эле? А вот если бы мы находились в поместье твоего папеньки, то я бы сказал следующее. Леди Эла Как Вас Там, я понимаю, что магия жизни – это то, что очень необходимо женщине. Уход за кожей, сохранение молодости лица и тела и так далее, но есть и иные аспекты этой силы. Жаль, что магиня Эла об этом не помнит.

По мере моего монолога девчонка наливалась бешенством, а ее спутники тщательно скрывали растущие улыбки. Нет, счет стал не просто в мою пользу – я сильно вырвался вперед.

– Эла, у тебя еще есть вопросы к твоему командиру? – выделяя каждое слово, поинтересовался я.

– Я – магиня Эла, – прошипела девчонка.

– Да? – удивился я. – Не заметил. Едем дальше.

Не обращая внимания на остальных, я послал Пушка вперед. В глазах у Алианы я прочитал, что к набору интересных инструментов добавилась и дыба. Нет, так дальше не пойдет. Надо с ней поцапаться наедине, и тогда у нас будет мир и согласие. Девчонка спустит пар и успокоится. Так, планы корректируются. Выжить должна не только Алиана. Выжить должен и я. Жаль остальных, но мы должны выжить. Я поинтересуюсь, как там дела у княжеской четы, и только после этого буду спокоен и готов к упокоению. Я быть призраком не хочу. Оно мне надо? Кстати о птичках. Надо вспомнить все подробности.

– Далв, – продолжил уговаривать меня призрак, – ты пойми, никто, кроме тебя, не должен знать об этом. Никто.

– Дядя, ну сколько можно тебе повторять. Я объявление повешу об этом? Мол, люди добрые, около Мертвой пустоши есть один интересный клад. Я ничего вам не скажу, а вы ничего не слышали. Так, что ли?

– Далв, ты должен об этом знать один. Клянись мне – и все узнаешь.

– Слушай, герцог, – ответил я. – А зачем тебе моя клятва?

– Зачем? – усмехнулся дух. – А затем, чтобы ты никому и ничего не сказал. Это только твой клад, а не чей-либо еще.

Так, наш разговор зашел в тупик. Уже раз третий зашел. До активизации сволочи у меня есть еще несколько дней. Значит, я могу поклясться. А почему бы и нет? Я не собираюсь рассказывать каждому встречному об интереснейшей захоронке.

– Герцог, – начал я, – повтори еще раз, что там лежит.

– Я тебе уже говорил, – возмутился призрак.

– А я еще раз хочу послушать, – зевнул я. – Мне так будет легче принимать решение.

– Далв, ты наглец, – заявил призрак.

Как все привычно. Не хватает вина и собутыльника. Герцог, при всем его желании, не пьет. Закодированный насмерть индивидуум. Может, поэтому он такой злой. Как представишь себе столетия без вина и пива, так сразу на весь мир обидишься. Как я его понимаю, но клятва мертвому – это серьезно. Надо все осмотреть со всех сторон.

– Я знаю, что я наглец. Ты расскажи, а я послушаю.

Я устроился на полу поудобнее и приготовился окунуться в фантазии.

– Там есть три артефакта, – опять начал рассказывать герцог. – Первый – это артефакт контроля над стихиями. Четыре кольца элементалей. Четыре кольца, позволяющие вызвать четырех духов стихий. Не надо быть сильным магом, чтобы овладеть этим артефактом. Маг вызывает их, и они полностью в его воле. Полностью. Эти кольца соединены в одну цепь. Они не конфликтуют друг с другом. Века заточения сделали их терпимыми, да и не могут вырваться они из своей тюрьмы. Покинуть на время – да, но не навсегда. Они полностью покорны воле владельца. Стихии не могут разрушить свою тюрьму. Металл звезд не позволяет им сделать это. Стихии покорны и послушны. Таких артефактов было сделано всего несколько штук. Изготовлены они были до Смуты. Каждый артефакт стоил королевства. Я овладел этой цепью, но и приобрел могущественных врагов, когда просочились слухи об этом. Я был сильным магом, но мне даже с помощью цепи не удалось бы справиться с ними. Как только внутренняя сила мага заканчивается, стихии возвращаются в свою тюрьму. Жаль, но такова жизнь. Никто не может обойти законов Создателя.

Дух прервался и погрузился в свои фантазии. Понятно. Там он на коне, а все враги – пыль и навоз. Ясен пень, что за такую игрушку герцога и убили. Это же какая сила?! Вызываешь, и все. Пипец врагам и их отчизне. Хотя когда твоя сила заканчивается, то северный лис приходит к тебе. А дядя преувеличивает. Никаким он сильным магом не был. Максимум – магистр. Все, на что его хватило, – это сопротивление пыткам и возрождение после смерти.

– Второй артефакт, – продолжил призрак, – это кольцо жизни. Каждый, кто его носит, способен регенерировать самые ужасные раны. Владельца этого кольца очень трудно убить. Он почти бессмертен в рамках отведенной ему Создателем жизни. Но тоже есть ограничения. Если владелец кольца получил несколько смертельных ран одновременно, то он умрет.

Дух опять прервался и завистливо посмотрел на мою фляжку. Конечно, ведь я из нее употреблял отличное вино. Так и есть. Герцог обижен на весь мир. Смерть под пытками – да черт с ней, забылась уже, но лишать человека вина – это самая жестокая пытка, растянутая на столетия. Понятно, почему он хочет уйти. Дух очень силен. Он почти человек и все свои ощущения помнит хорошо. Бедняга. А тут я его мучаю. Не подумал. Я спрятал фляжку.

– Ты продолжай, герцог, – заметил я.

– Третий артефакт, – сглотнул виртуальную слюну герцог, – это ключ к короне короля. Каждый, кто ее наденет, будет истинным королем. Он будет править жестоко и мудро. Он будет править справедливо. Страна расцветет под его владычеством. Король избавится от всех болезней. Но ограничения есть и тут. Никто из разумных не может носить корону больше двадцати лет. Снять ее невозможно. Велик был разум Создателя. Его силой напоена корона. Корона короля не сделает из своего владельца тирана. Говорят, – вздохнул призрак, – что именно из-за такой короны и началась Смута. Один святой, да будет он проклят, – взорвался дух, – нашел способ обойти срок ношения короны. Король сначала создал империю, а потом весь Арланд заполыхал в огне. Все остальные правители объединились против него. Так пришла Смута. Так говорят. Ту корону уничтожили, а святого убили. Но Смута не остановилась. Она только нарастала. Все почувствовали запах крови и смерти. Многим владыкам захотелось повторить путь императора. Не столь важно, что он умер и государство его было разрушено. Император показал путь. Этого было достаточно. Все убивали и умирали ради короны короля. Многие пытались использовать клириков для увеличения жизни разумного, который носил эту корону. Многие пытали клириков, чтобы они имели стимул это сделать. А многие начали уничтожать короны королей. Физически это легко сделать. Их назвали Верными. Они хотели остановить Смуту силой. Так продолжалось долго. Из нескольких десятков корон королей после Смуты осталось всего три. Одна из них находится на Диком острове. Ее носит император этой земли. Другая находится у эльфов Ритума. Император эльфов несет ее на своем челе. А третья спрятана в Мертвой пустоши. Я об этом узнал. Я добыл ключ для короны. Без него ее надеть невозможно. Это был мой долг. Это была моя миссия. Добыть ключ и узнать, где находится последняя корона. Я добыл, и я узнал. Я потерял почти всех своих людей, когда пытался забрать корону. Я спрятал ключ рядом с ней. Не совсем, конечно, – ухмыльнулся призрак. – Я спрятал ключ на достаточном расстоянии, а на обратном пути я попался. Я ничего не сказал своим палачам. Они умерли. Они были эльфы. Хорошие маги, но глупые маги. Смерть сильнее жизни.

Призрак замолчал. М-да. Что-то на моем пути… Хм. А на моем ли?.. В последнее время часто попадаются длинноухие. А что касается Смуты, то герцог жил восемьсот лет назад. Он лучше знает, что происходило во время Смуты, чем проф. Он был доверенным лицом одного короля одного королевства. Как там называлось это государство? Не помню. Важно одно: это королевство на востоке Сатума первым атаковали эльфы Ритума. Атаковали после смерти герцога. Эльфы стерли все население в порошок. В кровавый порошок. Все сходится. Вопрос: а мне эти эльфы нужны как враги?

– А они тебе не враги?

Прав. Они и так мне враги. А ключ к этой долбаной короне мне и даром не нужен. Вот все остальное – да. Мне это очень пригодится. Правда, черт его знает, что обитает в тех пещерах, в которых герцог спрятал свой клад. Ладно. Все это не срочно.

– Герцог, – сказал я, – а ведь эльфы в Создателя не верят? Как же…

– Молчи и не называй этих… – разъярился дух.

– Герцог, а без мата? – попросил я его.

– Они верят только в то, во что хотят верить, – глухо произнес призрак.

Ясненько. Что-то это мне напоминает. Да и в погани Белгора ушастые явно что-то забыли. Эльфийский плащ на драугре [9]я уж помню. Так я с ним и не разобрался. С плащом не разобрался. Сначала справлял тризну, а потом сбежал из Белгора. А что касается небольшой гражданской войны, так папа Мю все выяснил. Типа наемники. Ха-ха три раза. Двести эльфов-наемников. Я ржу в кулак и прячусь под кроватью. Кстати, зря я катил бочку на Валита. Наметки были на этих наемников. Ничего конкретного, но были. Не зря Македон говорил про послезавтрашний план битвы герцога. Наемники пришли раньше и были кинуты сразу в бой. Добраться мгновенно до передовой у них не было сил. Тридцатикилометровый марш-бросок от портала не вызывает чувства легкости в натруженных ногах. А потом анархисты их здорово потоптали конями. Никто не ушел. А их предводителя я сам срубил. Потом, правда, я с ним познакомился. Сайсарин или Сайсогин, не очень важно. Мертвые меня не интересуют так, как живые. А вот то, что его имя начинается с буквы «С», – это важно. Одного такого я убил на поединке в Диоре. Сентар его звали. Один клан длинноухих. У меня их двое уже на счету.

– Далв, – оторвал меня от размышлений герцог. – Ты готов мне поклясться, что никто, кроме тебя, не узнает о моем кладе?

– А что с короной королей? – спросил я.

– Она тебе нужна? – изумился призрак.

– Нет, – пожал я плечами, – но если есть ключ, то и корона будет мешать мне вольно жить. Вдруг захотят найти и ключ? А тут и я рядом. Оно мне надо?

– Не беспокойся, – рассмеялся герцог. – До короны невозможно добраться. Я сам это проверил. Как ты думаешь, кто-то сможет пройти бхута со свитой?

Я присвистнул. Ни черта себе! Один из слуг Падшего, который остался на Арланде после изгнания хозяина. А сколько лет прошло с тех пор? Да там наверняка такая погань, что и Падшему мало не покажется. Никто не возьмет корону короля оттуда. Нет, можно пригласить сотню охотников из Белгора. Тогда да. Тогда возьмут. Так, рассуждаем логически. Корону смертникам взять невозможно. Только профессионалам из Белгора. А если бы взяли раньше, то о такой операции, если бы она была, я бы наверняка слышал. Если призрак ошибается и о его заначке кто-то узнал, то она пуста. Резюме. Тем, кто взял ключ, я не интересен. Те, кто попробует взять корону, – мертвецы. Им я тоже не интересен. А с братьями из Белгора, которым могут скинуть заказ на корону, я всегда найду общий язык. Если заказчик им попробует заказать меня, то ни заказчика, ни его семьи в живых не останется. Я представил себе эту картину маслом и чуть не заржал. Всех вырежут. Решено.

– Я согласен, – сказал я.

– Отлично, – обрадовалась голограмма. – Клянись, что никому не скажешь про клад, и я назову тебе место.

– Клянусь, – ответил я.

– Нет, – ухмыльнулся призрак. – Клянись душой, что никто, кроме тебя, о моем кладе не будет знать. Ты никому не должен о нем говорить.

Блин. Серьезная клятва. Да черт с ней. Я никому о захоронке герцога рассказывать не собираюсь. Бхут со свитой? Да Падший с ним. Я туда лезть не буду. Я и в погани на опасные уровни не лазил. Оно мне надо? Корона – да плевать я хотел на нее. Уже столько лет корольки обходятся без нее.

– Клянусь душой, – сказал я.

– Далв, – окликнул меня Эйрик, мой напарник по дозору. – Выбирай место ночлега.

Опаньки, приехали. Хорошо, что часть моего сознания всегда контролирует окружающее пространство. Никого опасного не встретили по дороге, вот и ладушки.

– Будем ночевать у рощи за холмом, – сказал я. – Пока туда не суйтесь, я проверю все.

Я потянулся и спрыгнул с Пушка.

– Ну что, поработаем? – спросил я драка. – Там есть кем заняться.

Пушок выразил немедленное желание размяться таким ревом, что ближайшие лошади прыснули в стороны.

– Далв, – спрыгнув с коня, Эйрик подошел ко мне, – там кто-то есть?

Наивный. По всей дороге были местные жители. Другое дело, что они не осмеливались напасть на отряд. А вот на ночевке возможны варианты. А я не хочу ночью просыпаться от сработавших сигналок. Я спать хочу, а не развлекаться. Значит, нужно сделать так, чтобы местные жители были мертвы. Ничего личного. Просто у меня с ними разные гастрономические вкусы.

– А как же, – усмехнулся я. – Два бильвиза[10]. Одного убью я, а другого – Пушок. Я ему должен много крови.

Егерь немного отпрянул. Оно понятно. Такие создания им непривычны. Убьют – это да. Но непривычны.

– Приготовьтесь к разбивке лагеря, а я сейчас все приготовлю. Изар, на тебе сигналки и защита.

Дождавшись кивка мага, я вошел в рощу. Пушок следовал за мной и прикрывал спину. Все столько раз отработано, что не хочется об этом вспоминать. Так, и где они? У-тю-тю, лапочки, оголодали-то как!

– Далв, – раздался крик за моей спиной.

Твою. Клайд располовинил одного коротышку, а Пушок, откусив голову, забил копытами другого.

– И что мы кричим? – спросил я у Элы, вытирая меч тряпкой и выходя из перелеска.

– Так они… – осеклась девчонка.

– Мертвы, ты по этому поводу переживаешь? – равнодушно спросил я.

– Ты, – сожгла меня взглядом девчонка и отвернулась.

Так, чувство ревности к голодным бильвизам. Иначе они ни за что не вышли бы из глубины рощи. Ладно, я с тобой позже разберусь. Серьезно разберусь, девочка. Твои перепады настроения меня уже напрягают. Надо нам поцапаться поскорее.

– Далв, – подошел ко мне Изар, – ведь они захватывают разум. Ты один вышел против двух бильвизов. Почему? Почему ты не позвал меня с собой?

О-хо-хо. Вроде и нормальный мужик, а отчебучить такое… Мне что, всех с собой на прогулку приглашать? Так она интимная. Прогулка для души и Пушка.

– Изар, – начал я, – как ты думаешь, я самоубийца или идиот?

Молчание всей группы.

– Говорю в последний раз. Я – рейнджер. То, что для вас всех представляет опасность, в большинстве случаев не является опасностью для меня. Когда вы все это поймете? А насчет захвата моего разума, то для этого нужно очень потрудиться. Кстати, Эллина, которую вы все знаете, не может без сильного напряжения это сделать. А она повелительница разума. Еще вопросы?

Я оглядел группу. Егеря ухмылялись. Оно и понятно. Мы с тобой одной крови, старший брат. Они уже мои. Жалко их будет отправлять на смерть. Изар не на шутку задумался. Клирик невозмутим. Ронк задумчиво смотрит то на меня, то на Алиану. А девушка пытается своим взглядом изнасиловать меня колом, срубленным из ближайшей сосны. Так, это надо прекращать.

– Эла, – сказал я, – нам нужно поговорить. Подойди ко мне.

Какая прелестная картина. Уютная стоянка, освещенная костром, – это что-то. Четыре палатки своими полотняными стенами ловят отблески пламени. За спиной уже безопасная роща. Безопасная на несколько суток, а потом в ней опять заведется какая-нибудь гадость. Перед нами холм. По всему периметру Изар разбросал сигналки и защитный контур. Да и я кое-что добавил. Красота. Отличный и в какой-то степени безопасный лагерь. Одна палатка для егерей, это понятно. Вторая – для шишки, клирика и мага. А вот мы с Алианой ограничились двумя одноместными палатками. А на самом деле герцогиня отличная девчонка. Всего пятнадцать минут мы обменивались гадостями, потом пять минут нормального разговора, и, когда я снял полог молчания с добавленной светомаскировкой, то народу явилась умница и красавица.

Нормальная девчонка сразу взяла на себя обязанности по приготовлению ужина. Правильно. А кому же еще готовить на толпу голодных мужиков? Мне? Сча-аз. Вот герцогиня и показывает, чему она научилась на охотах и прочих придворных пати. Причем показывает великолепно. Котелок, наполненный булькающим варевом, распространяет такие запахи, что даже Пушок оторвался от мяса и начал заинтересованно коситься в сторону костра. Мол, а что там такое интересное и так вкусно пахнущее? А если подойти поближе и насладиться полностью ароматом такой вкусной каши из гречки с мясом и травками? Наверняка для бедного и голодного драка найдется пара половников этого варева. Оно так изумительно пахнет, что…

– Пушок, – окликнул я проглота, – а кто мне пенял на овес? А там почти овес, и вообще отойди от котелка. И пусти к нему повариху. Что у тебя за манеры?

Молчание. Драк, облив меня осуждающими эмоциями, отошел от котелка. А потом стоянку залил звонкий смех.

– Далв! – Герцогиня уперла ручку в крутое бедро. – Я уже повариха?

– А кто же еще? – изумился я. – Накормить девять голодных мужчин может только повариха, а не леди. Ты смотри за кашей – вдруг пригорит…

– Ой.

Алиана очнулась и, схватив половник, начала мешать варево. Вот так лучше. А то «скотина, подлец, негодяй». Так, забыл, там были еще пара неудачных пощечин и «свинья, мерзавец, подонок». А вот последнее она зря сказала. Пришлось перекинуть девчонку через колено и описать ее ближайшее будущее. Причем это будущее ограничивалось ремнем. Герцогиня все осознала и на личности больше не переходила. Потом было еще минут пять ругани, а потом все пришло в норму. Зато, когда я снял полог, то народу явился ангел. Хорошо, что я затемнил полог и команда не видела происходящего внутри. Егеря не верили своим глазам, когда дочь короля стала заниматься ужином. У клирика вообще челюсть отвисла. А Ронк стал осматривать место коронного преступления. Интересно, а что он там думал найти? Алиана была в легкой броне типа кольчуги и в открытом шлеме. Что совершенно не мешало несостоявшейся экзекуции. Я – в бригантине с причиндалами. Какого черта? Я занимался приведением личного состава в норму, а не чем-то еще.

Что делать, если девчонке для эмоциональной разгрузки нужно с кем-то поругаться? У всех свои слабости. Вырвали Алиану из дворца и дали задание. Найди и принеси. В тебе есть королевская кровь? Так вперед и с песней. А она ничего, кроме придворной суеты и охоты, не знала. Блин. Убил бы того, кто это все придумал. Как вообще так можно? Я понимаю, король Мелора последнее время себя не очень хорошо чувствует, но так нельзя. Хотя что я знаю об этой семье? Только общеизвестное.

Жил король, и было у него два ребенка. Сын и дочь. Сын, ест-стно, женился на принцессе соседнего государства. Парню было двадцать два, когда он совершил этот политический подвиг. Говорят, та принцесса была такая страшила, что маги жизни отказывались брать гонорар. Только один храбрец нашелся и привел мордочку леди в порядок. Дочь тоже выдали замуж в семнадцать лет. Сволочи, не дали погулять девчонке. Вышла она тоже за принца другого соседнего государства. Политика, мать ее. Король Мелора в дочке души не чаял. Загрустил и отправился в свой охотничий домик. Кстати, этот домик совсем немного не дотягивает до дворца. Там король и провел полтора года, время от времени посылая приезжавшего канцлера подальше. А зачем тот вообще его навещал? Никаких пограничных конфликтов благодаря свадьбам не было. Денежка капала постоянно. Народ, который дворяне, был доволен. На остальной народ королю было чихать. Правильно. Сытые и богатые. Чего им еще нужно?

Так вот проохотился король полтора года, и на тебе. Шел-шел по лесу и наткнулся на ребеночка в пеленках. Ест-стно, вся охрана ничего не видела. Ребенка не видела, женского пола. Бывает. Слепота такая бывает. Там было штук сто егерей и полсотни гвардейцев. Сколькие из них были магами, не знаю. Не заметили, а король заметил. И так ему эта девочка понравилась, что он взял ее и удочерил. Все слухи о незаконнорожденном ребенке королевской крови пресекались сразу. Нашел, и все. Тебе что-то непонятно – так палач объяснит. А если и твоим родственникам непонятно, почему ты здесь, а не на балу, то и они попадут под раздачу. Народ, который дворяне, охотно принял эту версию. С палачом не хотелось знакомиться никому. А на остальной народ король чихал. И правильно делал. Им вообще было все по барабану.

Так вот, росла девочка и росла. Нелюдимая была и замкнутая. Ясен пень, в лесу, ха-ха, нашли. Росла и выросла. Пару-тройку предложений руки и сердца от младших сыновей соседних королей отвергла. Вернее, не она, а король отверг. Мол, пошли вы все. Я уже одну дочку замуж отдал, так… идите вы все подальше. У меня общей границы с вами нет. Тем более что вы все… политики. А она – моя дочь приемная. Хрен вам в грызло. Соседи, которые не соседи, повозмущались в тряпочку и замолкли. Ясен пень. С королевством Мелор ссориться – ищите дураков в другом месте. Богатое и сильное государство. Сидит на торговой тропе юга и северо-запада.

Так вот, выросла дочка и обзавелась странными привычками. Уходить с церемонии выбора королевы красоты на всяких турнирах. Лично видел. Посылать подальше всех принцев. Слышал об этом. Хамить кавалерам, приглашающим ее на танец, стала недавно. Я попал под вторую раздачу. Короли, которые не соседи, подумали и решили: ну и что, что незаконнорожденная дочь. Мелор – богатое королевство. Приданого столько отсыплют, что можно и старшего сыночка женить. Только Алиана всех обламывала по полной программе. Первая раздача была за месяц до турнира в Диоре. В Гоаре, столице королевства Нарина, был бал, и Алиана так послала одного приезжего принца, который решил за ней приударить, что мама не горюй. Для полноты ощущений послала и всех остальных ухажеров. До Диоры эти слухи не успели добраться. Кавалеры сильно стеснялись и переживали. Вот так герцогиня и дожила до двадцати пяти лет. И, по слухам, у нее в любовниках была половина гвардейцев. Делим на шестнадцать и получаем вполне приемлемую цифру.

– Кушать будете? – заявила повариха народу.

Общественность сразу ответила ревом согласия. Каюсь, мой голос был первым.

Глава 4

Кое-что проясняется

«Тиха украинская ночь…», но артефакты надо перепрятать. Вопрос: а куда? И как я это сделаю? По условиям контракта я отвечаю за безопасность и все остальное. Причем в это остальное входит даже еда. Вот это я попал. Странно будет, если проводник исчезнет на пару дней. Нет, когда я вернусь, никто и ни о чем меня не спросит, если я их сумею найти. Мало ли! За молоком бегал. Бывают у людей странности. Да еще этот долбаный лимит времени. Вечером договорились, утром и днем проверяли снаряжение и докупали необходимое. В поселках рейнджеров понимают толк в хорошей снаряге. Как говорится, жить захочешь… и так далее. Надо было видеть лицо Алианы, когда после ее очередной гадости про рейнджера-транжиру я мельком описал милые привычки местных клещей, упомянув вскользь об их размерах. У герцогини наверняка в роду были эльфы. Такие глаза у нее стали, что держись. Правильно: как потом держался за свой товар владелец лавки. Вихрь, в который обратилась девчонка, попытался смести весь его запас амулетов. Ураган был остановлен, и ему было объяснено, что десять защитных амулетов от каждого вида местной фауны – это слишком. Но судя по взглядам, которые бросала Алиана на оставшийся неразграбленным товар, она это не полностью поняла. Пришлось выводить из лавки почти силой и выслушивать очередную гадость про высокий интеллект местных жителей. Конечно, ярким образчиком этих жителей был один рейнджер, который держал ее под локоток.

Блин, что делать-то? Цель мне назовут при подходе к объекту, но я ее и так знаю. Корона короля, мать ее. Интересно, как прореагируют туристы, если я завтра с утра так мило поинтересуюсь: мол, не за короной ли вы идете? А чего тут думать – я подстава их врагов. Туристы незнамо каким образом пронюхали про это дело, отправились бегом в пограничье, и тут их проводник, оказывается, знает все. Меня сразу начнут убивать. Вернее, попытаются убить. И плевать они хотели на нарушение магической клятвы. Она не смертельная, а всего лишь ставит метку иуды. А они не предатели – сам проводник первый начал. Совесть у нас чиста. А метка… так переживем. А если я еще добавлю про живность, которая там нас ждет, то вообще они решат, что это все организовала гильдия рейнджеров.

Все правильно: лесовики сунулись, не смогли вытащить и слили информацию наивным дуракам. Идиоты клюнули и послали в пограничье лицо королевской крови. Только это лицо может взять артефакт. Лицо, в жилах которого течет частица крови живого короля. Блин, как все сложно с этими старыми игрушками. Король сына не послал в пограничье – наследник. Одна дочка – в другой стране и мать двоих детей – тоже отпадает. А вот Алиана подходит в самый раз. Армию в пограничье не потащит никто. Вся местная живность, радостно ухая, сбежится на склад свежего мяса. Плюсуем кочующие племена из новых рас. Только маленький отряд может достичь цели и вернуться. Вот рейнджеры и выманили сюда туристов и после выноса игрушки будут долго и сердечно их благодарить. Про лесовиков тоже мало знают. Вернее, знают одно: такие же ненормальные, как охотники. И не объяснишь, что рейнджерам все туристы сугубо фиолетовы. Ну, почти все. Плохих гостей не любит никто. Охотникам тоже наплевать на смертников. Ну, спустились и нашли что-то. Радуйся, что жив, и вали отсюда. Много вас таких тут ходит и мешает профессионалам. В пограничье столько таких захоронок, что мама не горюй. Богатые тут были государства.

Есть еще пара нюансов. За спиной гильдии рейнджеров не стоит сильное королевство, как за охотниками. Хотя, может быть, и наоборот: за спиной Орхета маячит тень гильдии. Не понимаешь, так вспомни серенскую резню. Сколько вони тогда было? А Орхет Третий всех послал в погань – мол, там претензии предъявляйте. Ежика на «вы» назвали, так все претензии к нему. И такой вот штришок. Поставка продовольствия, которое не мясо, завязана в пограничье на внешний мир. Мангуст не захочет из-за никчемной безделушки портить отношения. А так – пропали в лесах, и я ничего не знаю. Повторить с обручем истины на голове? Пожалуйста, повторю. Только потом, когда правду моих слов обруч подтвердит, не обижайтесь на очередной несчастный случай на охоте. Бывает. Почему не дал сопровождения? А я знал о герцогине, которую нашли в лесу? Она приехала и представилась? Нет? До свиданья. Да и за сопровождение деньги платить нужно. Здесь не Белгор, и после вздоха гадости в лесах меньше не становится. Расценки вы все знаете. Ах, миссия секретная. Флаг в руки и секретничайте дальше. Тем более что это не наш профиль. Обращались к охотникам? Не могли, время и так далее? Это мои проблемы?

Хм, а если мне попросить помощь у мангуста? Пошлет и правильно сделает. Терять своих людей никто не любит. Мангуст мне посочувствует и умоет руки. Сам дурак, если долг жизни вовремя не смог отдать. На охоте спасти от утки или на балу под ручку поддержать споткнувшуюся девчонку. Вот дух. Вот свинью подложил. Хотя это не он. Это сволочь. Так. Собраться. Что я знаю про ключ к короне? Да ничего особенного. Мне он был неинтересен. А вот ключ может помочь взять корону? Если поможет, то его нужно брать в первую очередь. Значит, так. Эй, туристы, сначала будем чистить мою захоронку, а потом вашу. Может помочь в нелегком деле воровства короны. А почему она так близко расположена? А я знаю? Вы мне сказали про корону, и я вспомнил. А почему об этом ключе и короне никому не известно, – а я обязан был делиться с кем-нибудь этим знанием? А с вами почему делюсь? Так нравитесь мне очень, и я жить хочу. Около вашей захоронки находится полная задница. Что до остального, так душой поклялся мертвому, а это такие мелочи. Блин. Засада везде. Надо поговорить с Алианой. Вдруг мне что-то в голову придет. Лагерь час назад как успокоился.

Я приоткрыл полог палатки и ужом выполз из нее. Один егерь в окопчике, покрытом дерном, бдит на вершине холма. Другой в перелеске. Смена будет через два часа. Как командир я избавил себя от работы часового на первую ночь. Надо успеть до смены. Элегантно елозя брюхом по траве, я подполз к палатке девчонки. Ромео местного разлива бежит на свидание к своей Дульсинее. Ха-ха. Я тихо отстегнул клапан убежища девчонки и стал втискиваться внутрь. А у нее хоромы получше моих. Что делать, высокородная. А вот это полный непорядок. Я все понимаю. Вечерний туалет гигиеническим полотенцем, да и броню надо снять на ночь, чтобы тело отдохнуло. Несколько суток в железе могут провести только супермены. Но надевать в пограничье ночнушку и сверху шелковый халат – это верх идиотизма. Брала бы пример с меня. Только юшман, кожаная куртка и штаны. Алиана и здесь надеется на интим с местными жителями? Будет, такой интим будет, что никогда не забудет, если в живых останется. Я положил ладонь на лицо девчонки, готовый зажать ей ротик при попытке дикого вопля.

– Алиана, – прошептал я ей в ухо, – проснись.

– А я и не сплю, – тихо ответила она. – Что так долго? Я уже устала тебя ждать.

Вот блин. Я еще умудрился опоздать на свидание. Предупредила бы, что ждет и надеется.

– Экзотики захотелось в местных лесах, – улыбнулся я и убрал руку.

– Да, – прошептала она. – У меня с тобой вечная экзотика, Влад. Никак не можем нормально поговорить. Постоянно что-то или кто-то мешает.

– Если ты для этого так вырядилась, то зря, – заметил я.

– А что не так в моей одежде? – спросила Алиана.

Да. Что-то ей объяснять явно бесполезно: принцесса.

– Проехали, – сказал я. – А теперь мне все подробно рассказывай. Про всех спутников. Про цель. Про то, как ты вообще умудрилась в это влезть.

– А почему, – улыбнулась девчонка, – я должна тебе все рассказывать?

– Герцогиня, – сладко потянулся я, ложась на спину. – Ты жить хочешь? Хватит играть, и сообщай мне все свои страшные тайны на ухо. Излишние подробности мне не нужны. Как ты начала целоваться с мальчиками – тоже. Только то, что касается дела.

– Уговорил, – примостила она голову мне на плечо. – Мои спутники. Егеря из королевского полка. Добровольцы. Всех предупредили, что умирать они будут первыми. Все лейтенанты, которые отправились в отпуск. Маг Изар – не совсем Изар, но это не принципиально. Он повелитель огня, ты правильно его просчитал. Широким слоям общества не очень известен, но один из сильнейших магов Арланда. Наемник. Честный наемник и связан клятвой королевскому дому Мелора уже много лет. Постоянно рыскал по Сатуму по своим делам, пока не был вызван на это задание. Никак не связан с гильдиями или орденами магов. Пат – мой исповедник из ордена святого Ирдиса. Стал им год назад. Из подробностей только то, что он очень силен. По некоторым слухам, он несколько лет проповедовал веру на Ритуме. Конкретики не знает никто. Ронк – это мой двоюродный дядя. Следит за моей честью, – она хихикнула, – и отличный воин. Получил тяжелую рану несколько лет назад и оставил пост командира гвардии Мелора. Считается, что он находится в своем поместье. К моим привычкам часто уезжать все привыкли. Сам понимаешь, миссия тайная. Враги королевства не знают о нас, но все возможно. Этот артефакт очень важен, и его нужно доставить в короткие сроки. Мой отец отравлен, – она с силой сжала рукой мою куртку и замолчала.

Блин. Вот это довалилось до кучи. Спасибо, сволочь. Большое спасибо. Я и так был в полном дерьме, а тут еще и такое. Все понятно. Алиана толково и кратко объяснила ситуацию. Хвостом виляла, но говорила правду. Есть такие яды, которые отправят на тот свет несмотря на всю помощь магов жизни. Парочка всего, но есть. Что до остального, то все люди не замечены в постоянном пребывании при дворе, кроме нее. Егеря – так с ними мне и раньше было все ясно. Изар наверняка работает на третью канцелярию Мелора. Святоша – вот с ним непонятно. Исповедник принцессы – не такая уж большая шишка. Тем более что она приемная дочь и герцогиня. По статусу он вообще должен большую часть своего времени проводить в ее поместье. У него есть куча других обязанностей помимо выслушивания женских тайн. Единственная зацепка для удара в спину – это Алиана и те, кто знает о миссии.

– Кто еще знает о деле? – спросил я.

– Мой отец, брат, коннетабль и начальник тайной стражи, – ответила она.

Подозревать этих глупо. Принцу совершенно не хочется надевать на себя корону. Это я знаю точно. Балы, фаворитки и охота составляют весь смысл его жизни. Говорят, что перебесится со временем. Король Мелора в молодости был точно таким же. Коннетабль и гэпэушник из мелкой знати с уходом короля могут потерять все. У них много врагов. Король Мелора – умный человек.

– А писцы или мелкие начальники? – не поверил я.

– Все, кто хоть краем уха мог слышать о деле или принимал участие в подготовке миссии втемную, приглашены на королевскую охоту. Там они будут веселиться до нашего возвращения из пограничья. Их немного, и все они проверенные не один раз люди, – прошептала Алиана.

Понятно. Что в охотничий домик короля приглашены доблестные служители, что в тюрьму – разница небольшая. Тотальный контроль всего и ограничение перемещений. А вот сейчас, девочка, и начнется разговор. Прелюдия к нему прошла успешно. Ты почти откровенно рассказала обо всем. Странно вообще, что ты осветила некоторые детали. Надо ковать железо.

– Алиана, ты мне веришь? – спросил я.

– Нет конечно же, – фыркнула она мне в ухо. – Как я могу доверять человеку, который меняет имена как перчатки? Мало того, он и шкуры свои меняет. То барон, то мастер-охотник, а теперь еще и рейнджер. Как я могу доверять человеку, который лежит в моей постели и узнает государственные тайны Мелора? Как я могу доверять человеку, от которого зависит моя жизнь больше, чем от всех остальных моих спутников?

– Насчет постели ты погорячилась, – улыбнулся я, – а вот во всем остальном права. Кстати, а сильно спорили о моих требованиях в корчме?

– Не сильно. Егеря почувствовали волчару и были сразу «за». Ронк был против. Изар и Пат колебались. Но я их продавила. Вопрос Ронка тебе был жестом отчаяния.

Отлично. Ты сама призналась, что главная. Одно дело – это понимать, а другое – основываться на твоих словах.

– Значит, ты главная, – усмехнулся я, – и артефакт связан с королевской кровью. Только ты можешь его вынести. Так?

– Да, – безмятежно сказала она. – В наличии у тебя некоторого количества мозгов я давно убедилась. Так оскорблять женщину…

Ее рука начала сдавливать мне горло.

– …дурак не сможет. Ты все сразу понял. Нет смысла тебя обманывать. Раскрывать твое настоящее имя и то, что мы знакомы, я не видела смысла. Если ты сменил шкуру, то на это у тебя есть причины. Я не хотела, чтобы ты стал моим врагом. Я понимаю слово «тайна».

Я и не сомневался. Любой двор – это гадюшник. Вот только задушить меня одной рукой ты не сможешь. Да и двумя не получится.

– Ты не устала меня душить? – осведомился я.

– Нет, – ответила она, но шею отпустила.

– Алиана, – начал я. – Тут такое дело. Я знаю, за каким артефактом вы идете.

Тело девчонки напряглось, но через несколько секунд расслабилось.

– Ты поэтому спрашивал о доверии? – поинтересовалась она.

– Да, – ответил я.

– Ты знаешь то, чего не знаем мы, – утвердительно сказала девчонка. – Поэтому ты так ругался, когда узнал цель и место. Там будет очень опасно. Там будет то, с чем мы не сможем справиться. Рейнджеры не лазят по подземельям. Они доводят заказчика до точки и там обговаривают дополнительные условия, если опасность, по их мнению, чересчур высока. Ты поэтому хотел стать командиром? Хотя ты это требование выразил раньше.

Девчонка замолчала и задумалась. Надо помочь.

– Алиана, – начал я. – Я не могу тебе всего объяснить, просто поверь. Я постараюсь сделать все, чтобы корона короля оказалась у тебя в руках. Пока я не могу придумать, как я смогу вам помочь, но обязательно сделаю это. Доверься мне и поддерживай все мои решения, какими бы странными они тебе ни казались.

– Ты дал слово, что никому не скажешь, – утвердительно сказала девчонка.

– Да.

– Я тебе верю, – усмехнулась девчонка. – Кому еще верить, если не тебе? Ты сделаешь все, чтобы мы все остались живы и забрали корону… Конечно, если у тебя это получится. Налет на замок с личем это доказал. Там никто не погиб, а ты шел впереди всех. Ты защитил людей, которые тебе доверились.

Да, слава имеет и полезную сторону. Только что-то в ее тоне проскальзывает такое, что…

– Ты имеешь в виду не только лича? – спросил я.

– Да, – усмехнулась девчонка. – Я еще помню про обычаи охотников. Охотник сказал – охотник сделал. Помню про шестерых хозяев погани, которых убила команда мастеров, спасая девушек. Гнусная история, и ее подробности мало кто знает. Клирики молчат. Оно и понятно. Свой позор выставлять наружу не хочется никому. На прошлом заседании конклава поднялась такая буря, что ее отголоски вырвались за стены Бирана. Все руководство ордена Слуг Создателя приняло на себя схиму и удалилось в монастыри. Все планы о создания своего подразделения наподобие ордена Длани Господней были ими забыты. Но кое-что стало известно. Слухи ходили по земле. Ты внезапно уехал из Бренна вместе с остальными охотниками. Ты наверняка был в этой команде. Ты был в Команде Гнева. Так вас стали называть. Влад, если бы ты только знал, как я обрадовалась, когда увидела тебя. Я тебе верю.

Великолепно. А Команда Гнева… Я хмыкнул. Везде любят давать громкие названия. Всем плевать, что ты не стремился совершить подвиг, а просто хотел выжить. Но если сумел, если это дело приобрело огласку, то жди ярлыка. На поле Мести я уже стоял.

– Отлично, – начал я. – Мы обо всем договорились. Если за моей спиной начнется шевеление, то ты его пресечешь. А теперь я поползу обратно.

– Стой. – Девчонка вцепилась в меня руками. – Останься со мной. Я боюсь. Мне страшно быть одной. Я очень боюсь.

Блин, что с ней? Я начал гладить по волосам не гордую герцогиню, не уверенную в себе стервочку, а испуганную девчонку. Так я и знал. Вся ее злость – это бравада. Она испугана. Сильно испугана. Понятно. Послали ее в пограничье на задание, и отказаться не может. Отец как-никак. Все это мне было ясно и раньше. Вон даже всхлипывать начала. Приплыли. Надо приводить личный состав в норму.

– Алиана, – начал я, – а что скажут остальные, когда увидят меня в твоей палатке? Беспринципный рейнджер соблазнил чистую и непорочную герцогиню. Порушил ее честь, так сказать. Нет чтобы сначала дракона убить на ее глазах, а потом в постель затащить влюбившуюся в него принцессу.

Всхлипывания девчонки по мере моего монолога начали переходить в смешки. Наконец она прижала голову к моему плечу и прыснула.

– Непорочную, – посмеиваясь, прошептала она, – а ты знаешь, сколько у меня было любовников?

– Не сильно интересовался, – ответил я. – А по слухам, в твоей постели побывал весь гвардейский полк твоего отца.

Девчонка опять начала давиться смехом. Так дело не пойдет. Переборщил. А вдруг часовые заинтересуются этими звуками? Если поставлю полог, сигналки могут сработать.

– Это неправда? – изумился я. – Значит, сейчас я буду тебя соблазнять. Люблю невинных. Начну с губ, чтобы никто не слышал всяких интересных звуков.

– Да ну тебя, – фыркнула Алиана. – Не мог сказать просто, чтобы я прекратила смеяться.

Вот такая ты мне больше нравишься. Продолжаем.

– А сколько было этих счастливых гвардейцев? – поинтересовался я.

– Мало, – усмехнулась девчонка. – Только одного и пригласила в спальню, на свое восемнадцатилетие, – так сразу слухи пошли. Папенька мне потом такое устроил, что и вспоминать страшно. Урон королевского достоинства. Мол, тебе высокородных гостей не хватает? А о политических последствиях связи с подданным моего королевства ты не задумалась? Вот и пришлось мне, бедной, по разным турнирам разъезжать. Дома ни-ни, а за границей – сколько угодно.

Так, пусть разговорится и забудет о страхах.

– Бедняжка, – посочувствовал я. – Твой отец – тиран и деспот. А как тебе принцы и всякая прочая шушера?

– Да ну их, – отмахнулась Алиана. – Все об одном и думают – как бы под юбку залезть и решить политические задачи. Намекни своему отцу то-то и то-то. Или: а ты знаешь, как выгодно было бы… и так далее.

– У них тяжелая работа, – посочувствовал я беднягам. – Ты для них не женщина, а приемная дочь короля. Мягче нужно быть с такими ответственными товарищами. Не для себя, а для родины стараются.

– Вот и старались, – усмехнулась Алиана, – да только ничего у них не получилось. Постель – это одно, а в другое не лезь. Надоели они мне все. Лучше уж просто путешествовать. Кстати, полгода назад я приехала в Белгор. Хотела повидать одного знакомого охотника.

– Надо же! – удивился я. – А зачем тебе он был нужен?

– Так, – отмахнулась Алиана. – Разговор у меня с ним остался незаконченным. Я хотела обсудить подарок, который он мне преподнес за спасение своей никчемной жизни.

– И как, обсудила? – поинтересовался я.

– Нет, этого охотника уже полгода никто в Белгоре не видел. А мне так хотелось с ним повидаться.

– Не судьба, – грустно ответил я. – Что делать? Не властны мы полностью в своих желаниях.

– Не властны, – улыбнулась девчонка. – А город изменился, – серьезно продолжила она нашу легкую пикировку. – Знаешь, я была в Белгоре пять лет назад. Вроде все осталось по-прежнему, кроме усиленной проверки на воротах, но такое случалось и раньше. Немного другими стали люди. Те, которые там живут. Это как шкатулка с двойным дном. Я не говорю об охотниках. С вами все понятно. Вы напиться в корчме не можете, если спину не закрывают трезвые друзья. Меня поразило другое. Обычные горожане иногда смотрят так, как будто ожидают в любой момент от тебя удара. И это внутри городских стен. Горожане не боятся тебя – не тот там народ, – они ждут от тебя подлости. Вот о чем я говорю.

Девчонка замолчала и поудобнее устроила свою голову на моем плече. М-да. Сказать нечего. Сильно затронула история с девушками Белгор. Не скоро город придет в себя. Не скоро.

– Влад, – шепнула мне Алиана, – я стала искать тебя. Я и раньше была красивой, а после твоего подарка мне стали завидовать все придворные леди. Я была злая на тебя до невозможности. Я хотела расцарапать твою наглую морду. Что для меня несколько сотен золотых, отданные за переброску, Алым? Гордость важнее. Люди охотно рассказывали об убийстве шестерых хозяев погани, но как только разговор доходил до конкретики, он расплывался. Четверо мастеров спустились и убили, а остальные в это время отвлекали внимание. Герои все. Никто не говорил, где ты можешь быть. Вернее, все сворачивали разговор или замолкали. Все горожане, кого спрашивала я или мои люди, так делали. Так продолжалось пару дней, пока я не обратилась к бургомистру города напрямую. Он мне и сказал, что ты покинул город. Сэр Берг ответил на мой вопрос только тогда, когда я ему объяснила, что мы старые знакомые и я спасла тебе жизнь в Бренне после твоего боя с личем. Я не дурочка. Я сопоставила невнятные слухи и некоторые факты. Они были твоими подругами?

– Да, – ответил я. – Сестра и пятеро подруг.

Я сказал и удивился. Боли не было. Была только тоска.

– Прости и прими соболезнования.

– Проехали. Спи. Я побуду с тобой. Тебе помочь заснуть?

– Не надо. Я – магиня.

Девчонка уткнулась носом в плечо, ее дыхание и пульс замедлились. Она заснула. Да, она магиня жизни, как и Ната. Магиня, как все волчицы. Может, хватит жить надеждой? Хватит прятать голову в песок? Если все закончится хорошо, То я обязательно приеду в Белгор. Надо навестить друзей. Надо посмотреть в глаза Дуняше и Арне. Надо в погани размяться. Так недолго и квалификацию потерять. Метка погани давно с меня сошла. Надо приехать и на все посмотреть. Надо принять все, что случилось. Матвей, ты прав. Время – лучший лекарь, особенно тогда, когда у тебя нет свободного времени. Каламбурчик. Бывает. Что касается неясных слухов, так это тоже понятно. Когда девчонки очутились в погани, в Белгоре смертников уже не было. Живые свидетели из погани, которые знали всю конкретику, вроде Грая, давно мертвы. А свои не станут особо распространяться. Свои – это все горожане, которые знают и принимают обычаи охотников. Свои знают, а другим незачем. Те, у кого интересная должность в некоторых структурах, тоже могут знать. Но там существует своя специфика, а прочие пролетают мимо кассы. Так, а вот это лишнее. Алиана, я понимаю, что твоей руке удобнее у меня на груди, но закидывать на мой живот свою ногу тебе явно не стоило. Лежишь, посапываешь себе как младенец. Прямо муж и же… Что? Паранойя опять навалилась на меня. Алиана весь разговор иногда крутила хвостом. Она недавно была в Белгоре. Она… Черт, хватит. Я же проверил ее на балу. На ее теле тогда не было иллюзии.

– А личина?

А личину я сейчас и посмотрю. Я вывесил бахрому и принялся изучать реакцию своего плетения. Так, никакой личины на девчонке нет. Есть своя плоть, завязанная каналами с магией. Очень слабыми каналами. И так по всему телу. Защита? Вполне вероятно. Проф не спец в магии жизни и смерти, но того, что он мне давал, вполне хватало на противодействие этим магам в бою. Чтобы разобраться с этой сеткой каналов, нужно быть большим специалистом-теоретиком этой силы, а не боевиком. Я могу пробить эту защиту, а не понять ее. Оно мне надо? Так, паранойя, брысь отсюда.

– Лучше удостовериться!

Считаешь? Я хорошо помню фигурку своей жены. Было время все детально вспомнить и зафиксировать свои ощущения. Черт с ним. Действительно надо проверить все в последний раз. Я провел рукой по телу спящей девчонки. Блин. Эта паранойя меня когда-нибудь достанет. У Алианы фигура рельефнее. Немного, но рельефнее. Хватит. Я за последнее время столько коронных преступлений совершил, что палач обеспечен работой на месяц вперед. Да и испуганную девчонку обидел. Она мне доверилась, а я скотина. Правильно Алиана меня подонком назвала. А все ты, «Я». Все из-за тебя. Вот шиза вредная. Советы даешь, а отвечать за них мне. Все, надо отсюда выбираться. Если меня застанут здесь, то вопросы будут не по чести и добродетели Алианы. Вопросы будут по нашему знакомству. Святоша и дядя хорошо знают герцогиню и никогда не поверят, что она пригласила в свои апартаменты первого встречного рейнджера. Они знают характер девчонки. Значит, мы были знакомы раньше. Тем более сценка в комнате при первой встрече. Никто ее еще не забыл. Оно мне надо?

Я осторожно положил девчонку на спину и стал выбираться из палатки. Я едва успел. Амулет короткой связи на груди нагрелся. Тревога! Я в два прыжка оказался около своей палатки, накинул бригантину на себя и схватил сбрую. Трое егерей уже выбежали из своей палатки. Один побежал влево, а другой направо. Эйрик вместе со мной порысил на вершину холма. Пара десятков шагов – и мы опустились на траву рядом с дозорным.

– Что случилось? – тихо спросил я.

– Непонятно, – ответил дозорный. – Что-то мелькнуло, но к сигнальному контуру не подошло.

– Хорошо, ждем, – сказал я.

Рядом на траву опустился маг. Опоздал на целых шесть секунд. Надо гонять. Потом я ему все выскажу. А сейчас нужно привести броню в порядок. Так, в тылу справа и слева три дозора, из одного егеря каждый. Я бросил взгляд назад. Алиана, святоша и шишка уже перестали суетиться. Все правильно. Если я с двумя егерями и магом не смогу остановить нападение, то в бой вступают они. Но как этого не хочется. Клирик может призвать силу Создателя, но тогда сюда могут сбежаться все местные жители, которые очень любят его оппонента. Все, я застегнул все ремни бригантины. Защиты конечностей и шлема у меня нет. Черт с ними. Буду осторожнее работать, конечно, если придется.

– Опять появилось, – сказал егерь.

Действительно, в нежном свете Сестер у группы деревьев, что находились метрах в ста пятидесяти от холма, мелькнула фигура. Попали. Вампир или вампиры. Чего им вообще от нас надо?

– Вампир, – сказал я соратникам и мысленно позвал Пушка.

Ребята не шелохнулись. Все опытные. Хоть это радует. Чего вампирам надо? У них с рейнджерами нейтралитет. Эксцессы случаются, но общая политика такова: вы не трогаете нас, а мы не трогаем вас. Никому лишние жертвы не нужны. У рейнджеров и вампиров и так много врагов, и устраивать бойню на уничтожение нет желания ни у одной из сторон. Если это очередная подлянка сволочи, то это уже перебор. У меня и так проблем выше крыши. С врагами-вампирами у меня не будет ни одного шанса выбраться из этого квеста живым.

Силуэт опять мелькнул. Хватит. Я спать хочу, а не всю ночь караулить.

– Я вниз, – сказал я. – Похоже, что приглашают на разговор. Пушок, давай ко мне.

Заскочив на недовольного драка, я отправился к гостям.

– Пушок, я понимаю, что ты спал, но без команды не начинай.

Драк выразил свое возмущение подобным распорядком суток, но его ярость утихла. Так-то лучше. Я первым начинать бой не буду, а там посмотрим.

– И что мы хотим от мирных путников? – громко осведомился я, подъехав к деревьям.

– Разговора.

Из-за дерева вышел вампир. Твою тещу. В последние дни у меня идет непрерывный вечер встреч. Это старший вампир, которого я отпустил из рудника живым. Может, я и ошибся? Там видно будет. Пограничье – большая деревня.

– Разговор на сухое горло не пойдет, – сказал я.

– Мы понимаем, – усмехнулся вампир.

Передо мной начали мелькать силуэты. Уже лучше. Значит, не просто столкнулись. У вампиров не просто интерес к рейнджеру. Да, бывало и такое. Нужно что-то клыкастым, вот они и просят помочь. Конечно, за деньги. У вампиров интерес именно ко мне, иначе этот клыкастик не вышел бы. Они гордые существа, а я видел его в униженном положении. Послали бы на первичное знакомство другого вампира. Тем временем поляна была готова. Складной стол, пара стульев, а на скатерти прелестный натюрморт. Вот что значит гордые существа. На траве пусть быдло деловые разговоры ведет и ключевой водой с хлебом закусывает. Уважаю. Я спрыгнул с разочарованного Пушка. Умная скотина уже поняла, что драки не будет.

– Прошу вас, барон, – пригласил к столу вампир и остался стоять на месте.

Понятненько, значит, сейчас будет выход на сцену патриарха общины или клана. Хрен там их разберет. Я, как белый человек, присел на стул и расправил салфетку. Этикет, однако. Пока я заправлял ее под горло, напротив меня присел патриарх. М-да. Очень опасный дядька. Вру, все вампиры – очень опасные существа, а если учесть их всеобщую склонность к общей магии, то вообще. Вот такой вот парадокс. Склонны все, а овладеть хотя бы на моем уровне способны единицы. И не знаешь, что лучше. Один из тысячи, но более-менее сильный, или все, но слабые. Патриарх наверняка владеет. Сестры хорошо освещают его умное и волевое лицо. Быть главой общины изгнанных в пограничье дурак или слабак не может.

– Приступим к завтраку, – улыбнулся патриарх.

– Конечно, – я вернул ему улыбку.

Остальная банда клыкастых в количестве четырех штук стояла по стойке смирно и контролировала все подступы к происходящему действу. Брехня, что вампиры пьют только кровь. Хорошее вино они тоже уважают, и жареных перепелок, и мясное рагу, и тушеного зайца. Короче, все, что было на столе, они уважают. А кровь – так у каждого свои недостатки. Ну, нужна им для нормального функционирования организма кровь людская, да и не только она подходит. Так раса такая. До донорских станций Арланд не дорос, но собрать пару бочек крови и толкнуть ее вампирам – для некоторых купчин не проблема. Один маг жизни, емкость и сотня голодных крестьян, которым нужны медяки. Потом месяц пути по пограничью – не порталами же это везти – и все. Сервы довольны, купец доволен, и вампиры довольны. Да и другой товар можно клыкастым толкнуть. Ведь в пограничье обитают. А гильдия рейнджеров закрывает на это глаза. Не сильно, но закрывает. Если дело добровольное и нет резни, то почему бы и нет. Это пограничье, и тут свои законы. Да и вампирам мертвая кровь не очень нужна. Когда ее носитель еще жив, для них она гораздо слаще. Говорят, что несколько купцов, несколько десятилетий назад решивших толкнуть некондиционный товар, так в этих лесах и остались. Вместе с охранниками и приказчиками. Возместили, так сказать, качественным товаром свой промах. Искали их не очень. Вообще не искали. А зачем этим заниматься, когда все тела без грамма крови висят на одном дереве рядом с одним поселком? Конечно, святоши побуянили, но на этом все и затихло.

– Начнем разговор? – предложил патриарх, смотря на мою утомленную едой мордочку.

– Начнем, – согласился я.

А почему не начать? Не поспал, так поел, на зависть остальным своим спутникам. Вон как они все на вершине холма столпились и глотают слюну, глядя на счастливого меня. Да и Пушок, перехватив пару жареных тушек, стал совсем довольный жизнью. Конечно, стоит дать разнос, когда я вернусь в лагерь, за нарушение дисциплины. Но сейчас моим спутникам ничто не грозит. В ближайших окрестностях лагеря еще бродит десятка два вампиров. Сестрами любуются, понимаешь.

– У меня к вам есть дело, связанное с вашим опытом охотника, – сказал вампир.

Патриарх решил сразу взять быка за рога. Хм. Если он думал меня удивить знанием моей биографии, то вампир сильно ошибся. Было время прикинуть что к чему. Наверняка троица раскололась. Нет, они ничего не сказали, они – показали. Они позволили проникнуть в свое сознание. Формально клятвы они не нарушили. Я и не волновался об этом так уж сильно. Вампиры давать репортажи с места событий в газеты не приучены. Так и я не нарушу клятвы призраку. Уже придумал, как ее обойти.

– Поэтому вы искали меня? – осведомился я.

– Нет, – усмехнулся патриарх, – мы не искали, мы наткнулись. Ваше развлечение с пятеркой рейнджеров-убийц и последующие за ними события видел один разведчик клана. Возвратился и доложил. Меня это заинтересовало, а просматривая события, я узнал вас. Я долго живу и могу отличить рейнджера от вольного барона или охотника. Вы великолепно подходите для решения одного нашего затруднения, и разведчики ждали, когда вы отправитесь в леса следующий раз. Дождались, и я решил поговорить с вами.

Ничего удивительного в этом нет. Это только кажется, что лес пустой. Сча-аз. Десятки глаз все равно направлены на тебя, и не все они принадлежат неразумным созданиям. Важно уметь определять, какие из них враждебные, а какие нет. Я не умею, а некоторые умеют. Я могу определять только, есть ли вообще пристальное наблюдение. Многие это могут, но не часто обращают внимание. Ничего, в погани быстро этому учатся. Но у меня появилось одно недоброе предчувствие. Вампиры засекли меня при выезде из поселка, значит, патриарх сразу помчался ко мне навстречу и прибыл совсем недавно. Он спешит. Опять работа сволочи?

– Я сейчас связан контрактом, – сказал я вампиру.

– Я мог бы переговорить с вашими спутниками, и они бы отложили срок его выполнения. Я очень спешу, – немного помолчав, сказал вампир.

– Они этого не сделают, – покачал я головой. – Они тоже очень спешат.

Вампир задумался. Так, ощущение черенка в седалище нарастало. Вампиры не пойдут на угрозы и тем более насилие по отношению к туристам: тогда между нами никакого разговора вообще не будет. Кровь будет, бой будет, но не разговор. Именно я нужен вампирам, а не кто-то другой. Хватит. Пора все выяснить.

– Скажите, – осведомился я, – работа, которую вы хотите мне предложить, – не связана ли она с Мертвой пустошью или с ее окрестностями?

Вампир вонзил в меня свой взгляд:

– Да, это рядом с тем местом, – медленно сказал он. И что теперь говорить? А все-таки хорошо, что я уехал в пограничье.

– Артефакт? – спросил я.

– Нет, – ответил вампир. – Нас они не сильно интересуют.

Немного отлегло, но не полностью.

– Расскажите мне подробности, и я посмотрю, что можно сделать, – сказал я.

Распрощавшись с патриархом, я вскочил на Пушка и в полном обалдении поехал в лагерь. Вот это да. Вот это ситуевина. Классическая задачка про волка, козу и капусту. Ладно, сейчас я ничего обдумывать не стану. Еще есть время. Пусть данные пока устаканиваются в голове, а вот потом я буду размышлять, как выбраться из всего этого дерьма с минимальными потерями. Да, именно что с минимальными. Сволочь верен себе. Он, как всегда, оставил мне лазейку. Спасибо ему огромное. Теперь нужно суметь ею воспользоваться. Хватит. Потом, все потом.

Лагерь встретил меня вроде бы спокойными лицами туристов. Ну-ну. Я же вижу, как вас распирает от вопросов. Будут ответы на ваши вопросы, но сначала все ответы получу я, в прямой и безусловной форме. Будем считать, что разговора с Алианой не было. Так оно лучше.

– Отдыхай, Пушок.

Я соскочил с драка и направился к своей палатке. Сча-аз. Меня тут же окружила толпа народу. Хорошо, что двое дозорных остались на своих местах. Это был бы перебор.

– Далв, – начал Ронк, – ты нам ничего не хочешь сказать?

Скажу, еще как скажу. Эту партию вести буду я.

– Сказать? – удивился я. – Нет, пока нет. А вот послушать вас я очень хочу. Мои знакомые сообщили мне нечто интересное. Настолько интересное, что мне хочется узнать все подробности нашего дела, прежде чем мы все умрем.

Молчание и тишина окружили меня. Думайте. Я сказал правду. Не всю, но правду. Спасибо вампирам за эту встречу, за зрителей, которые ее видели. Теперь все непонятки и мои обширные знания касаемо предстоящего дела буду списывать на них. Ну, познакомился рейнджер с вампирами. С кем не бывает? Обычная история для пограничья. Он им услугу – и они ему услугу. Вот и поинтересовался Далв кое-чем, а вампиры ему и рассказали. Ведь раньше он об этом знать не мог. А вампиры не просто местные жители, они – местные в квадрате. Почти все знают. У Ронка в голове ворочаются валуны мыслей. Святоша невозмутим, но в глазах проскальзывает нечто странное. Разберемся позже. У герцогини в глазах понимание и одобрение моей игры. Подробностей она не знает, но суть уловила. Красивая и умная девчонка. Даже больше умная, чем красивая. Чересчур умная. Блин, за что я прогневил Создателя! Хотя, учитывая ситуацию, это лучший вариант из всех возможных.

– Что они сказали? – наконец спросил Ронк.

– Много интересного, – усмехнулся я. – Главное не это, главное – то, что вы мне не сказали. Вы в курсе, что около короны короля находится логово бхута?

Народ полностью выпал в осадок. Одна Алиана не сильно удивилась: она была готова к этой новости.

– Вы в курсе, что без ключа корона короля – бесполезный кусок металла? А его рядом с короной нет!

Народ начал усугублять свое и так незавидное состояние. Алиана решила присоединиться к коллективу. На такое она не рассчитывала или вообще о ключе не знала.

– Вы многого не знаете, – начал я вести раздачу дальше, – и не узнаете. Вы в пограничье, а не в коронных лесах. Поэтому забудьте слово «тайна» и рассказывайте о деле все. Я посмотрю, чем можно помочь.

Народ в лице Ронка и Алианы начал оживленное переглядывание. К ним присоединились святоша и главный егерь Эйрик. Все правильно. Бесполезной смерти никто не любит. Все вы мне расскажете. Я изрядно пополню свои знания о происходящем. Герцогиня обошла пару моментов в своем рассказе. Одно опасение ушастых чего стоит. Об этом не прозвучало ни единого слова. Были еще темы, от освещения которых Алиана уклонилась. Бывает. Да и хвост у нее длинный, пушистый и вертлявый. Доверие не означает раскрытие души нараспашку. Но в этом деле придется. Не факт, что мне все это понадобится, но запас знаний кармана не тянет.

Глава 5

Общение с новыми знакомыми

– Далв, все чисто, – сказал мне Эйрик. – Никакого шевеления нет.

– Все равно ждем, – ответил я. – Вдруг кто-то выйдет на прогулку. А если нет, то работать будем через час.

– Как знаешь.

Эрик тенью скользнул на свое место. Правильно. Работать будем ночью. Одно уточнение. Я буду работать, а остальные – ждать меня здесь. Остальные будут ждать моего сигнала. Мне лишние потери на хрен не нужны. Если не справлюсь я, то и все остальные не справятся. А если я не буду справляться, то свалю отсюда со скоростью мысли. Бегаю я хорошо, а на крайний случай индивидуальный портал есть, и не надо заботиться о соратниках. Логово поклонника Проклятого хорошо было видно в свете Сестер. Отличное себе место выбрал, гад. До седьмого поселка пять дней пути. Гоблы здесь ни разу не были. Есть дикие драки, но они кочуют севернее. Ах да, забыл. В паре часов ходьбы – поселение знакомых вампиров. Адепту Падшего они по барабану в плане опасности для него, любимого. Темнота так и струится из пещеры. Попробуют вампиры поинтересоваться делами соседа – так милости просим. Уязвимы клыкастики по отношению к силе Темного. Враз свою волю потеряют. Адепту только это и нужно: мигом захомутает и продаст своим коллегам.

Так троица знакомых клыкастиков из рудника и попала в рабство. Решили полюбопытствовать относительно странных дел соседа – и все. Нет больше вампиров, а есть верные слуги своего хозяина. Попытка отбить соплеменников у клана провалилась. Караваны, которые изредка навещают отшельника, также защищены силой Проклятого. Чуть все бойцы-вампиры общины не попались, когда решили попрощаться с друзьями, которые отправились в путешествие. То-то было бы радости у слуг Темного. Аксакал общины плюнул на троицу и пообещал отомстить. К его заявлению отшельник отнесся серьезно. Зря патриарх вампиров ему это прокричал, находясь в полном бешенстве. Адепт рассудил логично. У него здесь есть маленький бизнес. Время от времени навещают его друзья с острова Барос. Никто друзьям почти не мешает. Всего месяц пути до побережья Северного океана: садись на корабль, неделя плавания – и ты на острове. Мертвая пустошь под боком. Рейнджеров сюда не заманишь. Наров нет, Закрытого леса тоже нет. Ценных захоронок мало, а геморроя много. Отличную дачу завел себе адепт. Зачем ему такие соседи? Нервные они какие-то. Злопамятные и вредные. Вдруг отомстить у них получится? Оно ему надо?

Вот и стал отшельник раскидывать сети по округе. Вернее, сеть создавать. Хорошую такую сеть типа паутины. В центре ее, естественно, находился сам адепт. Узловые точки готовились из жертв, принесенных Падшему. И с каждым месяцем сеть увеличивалась в размерах. Цель этой конструкции клыкастикам была понятна. Обычным существам сеть была по барабану, а вот им… Вампирам стало неуютно. Так скоро и до их поселка сеть доберется. А дальше что делать? Переселяться в другое место? Так мест, подходящих для жилья клана, мало. Несколько условий должно быть соблюдено, и отсутствие буйных соседей – в первую очередь. Мало таких мест в пограничье, и почти все они под контролем других вампирских кланов. Начинать войну с одним из них за пятачок пространства под Хионом? Так неизвестно, кто победит и что останется от родного клана. Клан, по вампирским понятиям, сильный – почти сотню бойцов насчитывает, но в родных лесах и деревья помогают.

– Слева чисто.

– Центр чистый.

– Справа чисто, – закончилась тихая перекличка шепотом егерей.

Так вот, обратиться к мангусту за помощью патриарх тоже не может. Нет, эксцессов с рейнджерами у этого клана не было. Но тут есть одна загвоздка. Не любят святоши вампиров. Пат этому яркий пример. Как он смотрел! Мама дорогая. А мангуст с церковниками регулярно общается. Все влиятельные люди общаются с клириками. Тот же герцог Зантра, который мятежом на досуге баловался, с чернотой не связывался не потому, что был такой уж правильный. Если бы нужно было, так вперед и с песней. Тут дело в другом. Посадит герцог свою задницу на трон, а дальше что? Кто его помазывать будет на царство? Клирики – так эти гады ласково попросят пройти проверку на лояльность Создателю как самого герцога, так и его родни с ближайшим окружением. Не хочешь? Дело твое. Закроем все храмы и объявим тебя слугой Проклятого. А всеобщее восстание почти всех твоих будущих подданных – так это такая малость… Конечно, часть народа, сочувствующая тебе, окажет поддержку твоему почти величеству. Так мы их тоже на заметку возьмем. Ах, ты жить еще хочешь? А зачем баловался чернотой? Поздно, и предстоит тебе, милый, короткая прогулка на костер. Вон уже половина рыцарей ордена Длани Создателя у дворца ждет, чтобы свиту тебе составить в этом променаде. Не задерживай народ. Дел у них много. Такие вот дела.

А в неофициальном порядке пытались уже вампиры договориться с рейнджерами. Была у патриарха знакомая команда лесных бродяг. Тройка из мага и двух мечников. Все мастера. Патриарх иногда делал с ними небольшой гешефт. Обычное дело. Вот и попросил он лесовиков навестить скандального соседа, кучу золота отвалил. Поздно попросил и поздно отвалил. Недавно обратился патриарх за помощью к знакомой команде рейнджеров. Гордые существа эти вампиры. Не хотели, чтобы об их позоре знали другие разумные. Но пришлось переступить через себя. Лесовики согласились и спустились в пещеру две недели назад. С тех пор о них ни слуху и ни духу. Пещера большая и глубокая. Вернее, там каскад пещер. Очень патриарх переживал, что сразу не предпринял мер к адепту. Кто ж знал, что этот козел окажется таким хамом. Приехал пару лет назад. Сначала представился честь по чести. Золотишка отвалил за прописку на данной жилплощади. Клялся, что ему нужно убежище, мол, врагов у него много. Зная нравы темных, патриарх этому не удивился. Предупредил о правилах поведения в общежитии – и все. Все, да не все. Укрепился сосед, а только потом начал хулиганить. Наглым стал, гад, до ужаса.

К другим знакомым и незнакомым лесовикам патриарх обратиться уже не мог. Понял, во что вляпался, понял, что охотники нужны, да поздно. Рейнджеры наверняка спросят о предыдущих попытках разбирательства с хамом. А если узнают про братьев, сгинувших по наводке вампиров, то будут серьезные разборы полетов с привлечением карателей. А врать патриарх не будет: слишком гордые существа эти вампиры. Это, да и полное безразличие к Создателю и Проклятому, и определило их нынешний ареал существования. Нет чтобы слукавить и соврать. Блин. У людей столько наработок в этой области, что за голову схватиться можно. А зачем бы еще приносились магические клятвы и существовали письменные контракты? Гибче нужно быть, гибче. Так выживать легче, а то всякое педекратическое дерьмо процветает, а вы существуете. По мне, так лучше иметь дело с десятком честных пофигистов, чем с одним гаденышем, которого надо всего обвешать клятвами, и то нет гарантии, что он не найдет лазейки. Юрист хренов. Сужу по себе. Я ведь нашел. А впрочем, как мне кажется, дух поэтому и рассказал мне о своей захоронке. Надеялся и еще… Ладно, проехали. Потом еще раз обмозгую все. Так вот, призадумался патриарх. Понял, что нужно было еще полгода назад обратиться к знакомому купчине. Конечно, тот бы содрал с вампиров кучу золота, но съездил бы в Белгор и нанял команду охотников официально для себя. Вот нравится ему эта пещера, и все. Очистите ее, господа охотники, от тварей и адептов Проклятого.

– Слева чисто.

– Центр чистый.

– Справа чисто.

Великолепно. Дождусь следующей переклички – и пойду на дело. Призадумался патриарх. А теперь что делать? Со дня на день паутина достигнет их поселка. В Белгор лететь со всех ног – так в портал вампира не пустят. Алые тоже с клириками общаются часто. Оно им надо? Своим ходом – так вперед. Через полтора месяца и добежишь, жеребец стоялый. Да только в Белгоре тоже клирики в почете. Охотники и могли бы поговорить с честным вампиром. Он – истинный, а не всякая шваль вроде лидерка[11]. Опять же истинные оборотни встречаются и среди охотников. Хорошие бойцы, и никто их волкодлаками не обзывает. Вместе вампиры и оборотни во время Смуты на Арланде оказались. Из новых рас только эти и можно назвать разумными существами. Не гоблов же и троллей! А про остальных новых и вспоминать не хочется. Но до охотников не доберешься. Перехватят стражники в воротах, а знакомиться с охотниками за стенами Белгора около погани самоубийц нет. Ждать купчину – так он только через два месяца товар привезет. Загрустил патриарх и вспомнил об одном интересном бароне из пограничья. Видел вампир охотников за работой и понял, кто этот барон. Но туда тоже добраться надо. А хотя…

Уже собрался от полной безнадежности послать за этим бароном гонца, как произошел один интересный случай около седьмого поселка. Патриарх ознакомился с подробностями происшествия и вознес хвалу Создателю. Именно ему, а не его оппоненту. Небо над вампирами перестало быть таким грустным. Осталось этого охотника дождаться и уговорить на халтурку. А за ценой клан не постоит. Охотник наверняка мастер – другой не смог бы так лихо разобраться с двумя темными магами и с тремя его балбесами в руднике. Правда, охотник выдвинул странные требования, но ничего. Резать создания Проклятого без их хозяина? Так не в первый раз! Часто такое делали, когда эти тупые твари совсем разум теряли. Главное, чтобы никто не смог осознанно распоряжаться силой Падшего. Да и резать не обязательно. Может, и другое придется делать. Конкретную цену своей услуги охотник определит позже. Плохо, конечно, но другого выхода у клана нет.

– Слева чисто.

– Центр чистый.

– Справа чисто.

– Следите за входом, – сказал я. – Если к утру не вернусь, то решайте все сами. Но за мной не суйтесь.

– Далв, – начал Изар, – может, мы вдвоем пойдем?

– Пойдем, – согласился я, – но не туда. Это не обсуждается.

Изар переглянулся с остальными и пожал плечами. Вот так-то лучше. Сферу молчания я никому не хочу показывать. Нравится мне с ней работать. Привык быть убийцей. А к дисциплине я туристов приучил. Святоша без разговоров остался с парнокопытными в двух часах ходьбы отсюда. Ронк и пара егерей составили ему компанию. Со мной Алиана, маг и три лесовика. Должно хватить.

– Напоминаю, – начал я. – Любого, кто выйдет из пещеры, убить тихо. Пушок, тебя это тоже касается. Как получите сигнал к атаке, так начинайте.

Драк показал мне клыки и фыркнул. Блин, он уже шутки начал понимать, а что будет дальше? Может, через год мы с ним за вином уже девушек начнем обсуждать? Посмотрим. Хотя у него на уме скоро будут другие девушки. Они мне совершенно неинтересны. Поправив шлем, я выдвинулся ко входу в пещеру. Сигналки снаружи нет. Оно и понятно: внутри она меня будет ждать. Брать с собой Изара, не владеющего мозголомной техникой убийцы магов или плетением сферы, – значит, превратить налет в открытый штурм. Мигом засекут и начнут организованное сопротивление. Придется брать пещеру за пещерой. Наверняка местный люд превратил свое логово в сплошной укрепрайон. Будет большой расход наших сил и времени. А если еще и потери? Оно мне надо? Я по старинке. Подошел, ударил в спину – и все. Игра окончена. Там не может быть много существ.

Я вошел в пещеру и накинул на себя зеркала[12], а теперь – сфера молчания. Посмотрим, кто тут главный хулиган. Мне кажется, что я. А пещера чистенькая. Отшельник – молодец. Люблю таких аккуратистов. Никаких препятствий под ногами. Уважать буду, посмертно. Прогулочным шагом я стал углубляться внутрь дачи адепта. Неплохое убежище. Прихожая метров на сто полезной площади плавно перетекала в зал для приемов. Через узкий тоннель перетекала. А вот и сигнальный контур. Что я и говорил. Хмыкнув, я самым наглым образом направился дальше. А почему не наглеть? Меня никто не видит, и хам тут обитает. Чего с ним церемониться? Вру, не только хам. У дальней стены кучковались четыре слуа[13]. Великолепно. Тут не просто чернота. Тут маленькая печать Падшего. Иначе бы их тут не было. Отшельник – хам и наглец. Так близко от седьмого поселка создать маленькую погань. Хотя все адепты Проклятого наглецы. Рудник находится на расстоянии нескольких часов езды от моего замка, а там тоже собирались устроить нечто подобное два мертвых братца.

Я спустился по лестнице, вырубленной в скале, в третью пещеру. Это наверняка кухня. Вон как пылает очаг, и факелы по стенам развешаны. Да и вкусное что-то булькает в громадном котле. Зачем ему столько? Хотя и так много странностей. Использовать слуа в качестве охраны может только безумец. Анархисты еще те. Подавай им вечный бой, и все. Нету – так мы сейчас его сами устроим. Может, отшельник их для вампиров готовил? Мол, слуа организуют клыкастикам встречу на высшем уровне. А зачем ему это? Непонятно. А понятно другое: как именно взяли трех рейнджеров. Слуа подчиняет себе разум жертв. Ладно, кухня пуст… Что?

Куча тряпья, лежащая в самом темном углу центра местного общепита, зашевелилась, и на свет выползло существо. Именно что существо. Я сразу вспомнил Илена эл Ронста. Один в один. Толстенный слой грязи, хламида и непонятный пол. Существо, постанывая, подошло к котлу и стало перемешивать варево половником, снятым со стены. Вот это да. Хам собирается есть то, что приготовило это? У отшельника вообще крыша протекла? Да с существа только грязь ломтями не падает. О личной гигиене оно давно забыло. Существо живое, а не мертвое. Это я вижу и чувствую, хотя благоухание говорит о старом зомби.

– Ерана, – раздался вопль снизу.

Оно – это она? Посмотрим дальше. Я не сильно спешу. Из четвертой пещеры, в которую также вел наклонный тоннель, выбрался детина. Вот это да. Такого брюха я еще не видел. Литров пятьдесят пива туда точно поместятся. Да и остальные габариты впечатляли. Плечи – во! Руки – во-о! Мускулы, которых совершенно не скрывала кожаная жилетка, – ВО-О-О! Блин, кажется, мне повстречался горный великан. Покатый лоб, массивные челюсти точно на это указывают. Это если не замечать его трехметрового роста. Он, точно он. Говорит на общем чисто. Значит, давно общается с людьми.

– Ерана!

Великан подошел к существу женского пола и отвесил ей пинок. Существо, ну не могу я назвать это женщиной, отлетело в угол и захныкало. Понятно, это главный повар или смотрящий за кухней. Наверняка стажировался в системе «Макдоналдс». Все замашки менеджеров их среднего звена налицо. Да и еда тоже такая. Зуб даю. Вкусный запах и полное… внутри. Рекламный слоган. Призывники, вам нужна язва желудка? Да? Тогда к нам.

– Я тебе что сказал? – прорычал великоша.

Существо перестало хныкать. М-да. Я понимаю почему. Трудно это сделать, когда тебя хватают за горло своей лапищей и поднимают на трехметровую высоту подобные организмы.

– Что я тебе сказал? – повторил великоша.

У него явно отсутствует логическое мышление. Как он хочет добиться ответа, если трясет кучу костей и грязи? Путем осмотра трупа? Вот почему эту новую расу так не любят. Полные дебилоиды, а этот, похоже, ихний Эйзенштейн.

– Эйнштейн.

Да мне фиолетово. Великоша прекратил развлекаться и вновь швырнул существо на пол пещеры.

– Отвечай, – заревел дебилоид.

– Вы мне сказали, – существо с трудом село, – чтобы ужин был готов через час.

– А сколько времени прошло? – опять заревел великоша.

– Полчаса, – тихо ответило существо.

– Ты хочешь сказать, что я ошибаюсь? – изумился дебилоид.

Блин. Зачем так кричать? Он глухой или считает всех остальных глухими? Да и привычки у него мерзкие. Опять стал пинать существо. Оно же умрет при таком обращении. Сам эти помои готовить будешь? Наконец великоша перестал развлекаться. Он нагнулся и опять поднял существо.

– Я ошибаюсь? – вновь спросил он.

М-да. Конечно, он не ошибается. Как можно ошибаться, когда ты такой большой и сильный?

– Да, – прохрипело существо.

Оно до сих пор не сломлено морально. Нет, это не существо.

– Что? – не понял дебилоид.

– Вы ошибаетесь, – сказала женщина-воин.

Так, операция «Ночь длинных ножей» сейчас начнется преждевременно. Сломать женщину при мне я не позволю. Какие у горных великанов уязвимые места? Горло и затылок, так Конт мне говорил. Два сердца скрыты броней из ребер и мышц. Печень и почки мне неинтересны. Удар в них мгновенной смерти не вызовет. А лишний шум мне не нужен, и магию активную я применять не могу. Пока не могу.

– Действительно, – пророкотал великан. – Я ошибся, когда решил, что смогу быстро приручить тебя. Ничего, у меня еще есть время. Я только недавно стал тебя воспитывать.

Великан швырнул воительницу на пол, развернулся и направился в четвертую пещеру. Опаньки. Недавно? Так, месяц назад сюда пришел караван с острова Барос. К большому своему сожалению, вампиры не могли к нему подобраться поближе. Как и к остальным пяти, которые приходили в это уютное гнездышко. Женщина наверняка не рейнджер. Нет сейчас среди лесовиков женщин. За последние два месяца новые женщины в седьмой поселок не приезжали и не пропадали. Местные тоже все целы. Значит, сюда привозили людей для интересных опытов. Одну женщину везти нет смысла, и толку мало. Эх, вампиры. Будь проклята ваша гордость. Вы не знали о людях, это наверняка. Вам такие проблемы не нужны. Вам не хочется быть записанными рейнджерами в сообщники такого развлечения. Вы сами послали сюда лесовиков на разборки. Они, если бы все закончилось успешно, обязательно бы сообщили о замеченном хамстве руководству. Гешефт гешефтом, но такое отношение местных пещерников к людям – это другая песня. Все в этом районе было бы вывернуто наизнанку, и ваш поселок в первую очередь. Все негласные договоренности полетели бы к черту. Такое не прощается. Вы не знали о привезенных людях – вы идиоты.

– Когда-нибудь я убью тебя, – донесся до моих ушей злой шепот женщины. – Я убью тебя вместе с твоим хозяином.

Постанывая, она поднялась на ноги и заковыляла к котлу с варевом. Работаем. Я скользнул к женщине, которая с усилием стала помешивать подгоревшее варево.

– Красавица, – шепнул я ей на ухо, одновременно зажимая женщине рот. – Я тут мимо проходил, я – рейнджер. Подскажи бестолковому мне, что тут происходит? Только тихо. У меня уши болят от крика.

Напряженное в начале нашего общения тело женщины расслабилось. Я убрал ладонь с ее лица. Хорошо, что перчатки у меня изнутри сделаны из кожи. Ей и так досталось. А она – магиня. Почему тогда терпит хамство дебилоида? Ее сломали магически? Возможно. Позже. Все позже.

– Тут делают камни боли, – шепнула женщина, не переставая помешивать варево.

Я уставился на спину поварихи в полном… удивлении. Ну ни хрена себе! Не десятки людей сюда завозили, а гораздо больше. Сотня или две нашли здесь смерть. Выбрали место, гады. Хотя кто будет искать подобное производство в пограничье? Да никто. Место выбрано удачно. Мертвую пустошь никто не любит. Рейнджеры здесь почти никогда не появляются. Что им тут делать? Чернота сконцентрирована внутри пещеры. А паутина только поблескивает тьмой. В пограничье это обычное дело. Много таких мест. Много существ, измененных силой Проклятого, поблескивают тьмой. Те же пауки. Их выделения в магическом плане почти не отличаются от паутины отшельника. До седьмого поселка около ста семидесяти километров. Кто будет прочесывать гигантский лесной массив, не имея точных данных? Насчет слуа теперь все понятно. Смерть – вот что их привлекает. Когда заготовку выпотрошат, ее убивают.

– Состав участников веселья? – поинтересовался я у спины женщины.

– Дикс, темный мастер с Бароса, магистр смерти. Десять слуа и великан. Все они находятся в его полном подчинении.

Это понятно, что в подчинении.

– Ты знаешь схему внутренней охраны? – задал я следующий вопрос женщине. – Где находятся посты? Какие ловушки приготовлены гостям и любопытным?

– Нет никакой схемы, нет и ловушек, – ответила она. – Да и не было. Постоянно почти вся охрана была в первой пещере, а в последней есть еще и подземный ход, о котором вампиры не знают, через который можно уйти, пока нападающие штурмуют первый зал. Дикс допросил пленных рейнджеров и перестал бояться твоей гильдии. Куда они направились, никто, кроме вампиров, не знает. А вампиры через пару суток окажутся полностью в его власти. Дикс приготовил им сюрприз. Никуда вампиры отсюда не смогут уйти. Вампиры будут охранять подступы к пещере.

Великолепно. Люблю работать с непрофессионалами. Эх, разбаловались на Баросе адепты Проклятого. Совсем мух перестали ловить. Это ж надо так лопухнуться. Да, вампиры – гордые существа. Да, другие рейнджеры, узнав о пропаже своих товарищей, хрен полезут в эту пещеру. Некого спасать: слишком много прошло времени. Наоборот, бросив все дела, они мигом уведомят мангуста. А он сразу начнет собирать карательный отряд. Да, отряд не сможет прибыть незаметно. Да, будет время смотаться через подземный ход. А если отряд придет не слишком быстро, то его встретят вампиры. Опять есть время собрать вещички и смотаться. А если рейнджеры не узнают о пропаже, вампиры – гордые существа и могут уйти из этих мест, то вообще наступит житуха. Сюрприз для клыкастиков в дело – и все. Куда собрались, а стеречь кто будет? В принципе все верно. Я не совсем прав. Не совсем расслабились на Баросе. Одна проблема: патриарх узнал во мне охотника. Узнал того, кто привычен к пещерам и подвалам. Бывает. Попадет камешек в механизм – и сливай воду. Но есть один вопрос.

– Дикс настолько силен, что может подчинить всех вампиров? – осведомился я у внешне невозмутимой поварихи.

– Нет, – ответила она, – он не очень силен: он очень искусен. У него есть откуда черпать силы. У Дикса на руках три готовых камня боли. Диксу более трехсот лет, и он многое умеет.

Вот это я удачно зашел. Будет чем свои грехи отмолить. Я этой падле легкой смерти не дам. Вот бы перевязать его ленточкой с бантиком и отправить этого Дикса в подарок Дилсу Мрачному. Мрачный считал бы себя моим должником до конца своей жизни. Такой подарок – и все ему. Кто там любит причинять боль? Сейчас узнаешь, что такое настоящая мука тела и сознания.

– Рейнджер, – вырвал меня из грез тихий голос воительницы, – ты не спросил, а я забыла сказать. Твои братья еще живы.

Твою. Почему? Нет, зачем он их оставил в живых? Дикс – идиот?

– Почему они еще живы? – спросил я.

– Он увлеченно ломает мага обручем противодействия, как сломали меня, – усмехнулась женщина. – Да и остальных рейнджеров хочет пустить в дело. В шестой пещере больше сотни людей. Он их готовит к смерти. Эмоции – в камень боли, а кровь – в ловушку для вампиров. Она будет дополнением к силе камней.

– Ты хочешь сказать, – медленно начал я, – что покупатели камней будут скоро? Поэтому ловушка для вампиров будет готова через два дня. Вампиры – Диксу, тела-заготовки с остатками жизни – слуа, а камни – торговым партнерам. Так?

– Да, – сказала женщина. – Я хорошо изучила Дикса. Два года я его раба. Тем более что он от меня ничего не скрывает. Ему нравится видеть мою ярость. Покупатели будут через неделю.

Женщина отвернулась от котла и посмотрела на меня. Она посмотрела на то место, где я должен был находиться. Она меня не видела, а вот я хорошо рассмотрел ее лицо. Я ее где-то видел. Я ее видел, но не помню где.

– Убей их, невидимка, – улыбнулась она. – Ужин для пленников почти готов. Дикс находится рядом с будущими жертвами. Он готовится к ритуалу.

Пошаркивая ногами, сломанная магиня, но не сломленный человек отправилась на свою лежанку. Так, а мне пора приниматься за дело. Шестая пещера, говоришь. Я в третьей. Непорядок. Я направился к наклонному туннелю. В шестой пещере пленники и лаборатория этого Мичурина. Наверняка там есть охрана. Начинать зачистку нужно с Дикса, а потом возвращаться назад. Только так можно чего-то добиться. Вся магическая оборона пещеры завязана на отшельника. Концы давать не придется. Блин. А если мой сигнал к атаке не пройдет? Если Изар и егеря его не получат? Черт с ним. Посмотрим.

Четвертая пещера была логовом дебилоида. Громадный топчан был весь покрыт перинами. Масляные лампы на стенах, а не факелы. Вот гад. Личный бодигард, однако. Значит, за его спиной покои хозяина, потом пещера с рабами, она же склад. Ну-ну. Здесь почти донжон, поставленный горизонтально. К моему глубокому сожалению, великоши здесь не было. Хозяину помогает в его нелегком деле. Понятно. Идем дальше. Маг, великоша и шестеро слуа меня ждут. Не стану их томить.

В пятой пещере меня встретили покои местного олигарха. То, что я и ожидал увидеть. Интересно девки пляшут. Ничто человеческое отшельнику не чуждо. Надо же, у кровати балдахин из бархата! Живет в роскоши. Пока живет. А вот выход из этого гнездышка мне не нравится. Зачем нужно делать такую мощную дверь? Зачем ее нужно покрывать рунами и напаивать силой Проклятого? Это еще хуже, чем ловчая сеть. Так, что ждет меня за дверью, я не знаю. Плана помещения под рукой нет. Рентгеновской установки тоже. Кто где находится, я не знаю. Я подошел к двери поближе. М-да. Постарался хам над ее созданием. Переплетенные между собой дерево и сталь. У него там пещера Али-Бабы? Сейчас узнаю. После адской недели мы с профом остановились на девяти атакующих плетениях индивидуального действия и пяти массового. Для встречного боя больше и не нужно. А если учитывать остальные плетения вроде кляксы[14], то вообще сказка. Больше и не нужно для поединка двух магов. Проф вообще хотел остановиться на семи полностью отработанных плетениях, но я его переубедил. Существует восемь ударов мечом, остальные – их производные. Восемь ударов и укол. Надо девять плетений. Слов Матвея о школе абсолютного боя я не забыл. Хрен его знает, получается у меня или нет работать в подобном стиле. Но в последних поединках сталь отлично дополняла магию и наоборот.

Молния пошла в мечи. Именно что молния: искра [15]канула в лету. Теперь любой, кого заденет моя сталь, будет чувствовать себя очень неприятно, и все равно – живой он или мертвый. Я вынул мечи из ножен. По сероватой поверхности клинков катались маленькие шаровые молнии. Время от времени проскальзывала и нитка обычного разряда. Лаэра, теперь я полностью оправдываю прозвище, которое ты мне дала. Раньше зарядить подобное активное плетение в предмет считалось невозможным. Физика форевер, да и Вилк-кузнец поработал над рукоятями мечей. Так, работать буду на короткой дистанции и индивидуально с клиентом. Потери среди заложников мне не нужны. Я положил амулет связи на пол и раздавил его ногой. Хорошо быть артефактором. Там восемь клиентов, но один нужен мне живым.

Усовершенствованный таран вынес навороченную дверь к чертовой бабушке.

– Бой!

Я двумя широкими шагами влетел в шестую пещеру.

– Трое слуа справа, трое слева.

Благодарю, но первым будет дебилоид. Он передо мной. Пресс, который уже не совсем пресс, как и другие атакующие плетения, прижал гору мяса к каменному полу. Клайд пробил затылок великоши. Судорога громадного тела, покрытого разрядами. Резкий запах паленого мяса. Семь. Мощнейший выброс сырой силы Проклятого принял на себя пуховик. Меня отшвырнуло к стене. Быстро среагировал отшельник, – а чего я ждал? Клякса заставила ближайшую ко мне тройку слуа сбиться в симпатичную кучку. Полудухи-получеловеки, однако. Вот вторая составляющая их тела и подвела. Серп отрезал ноги хама, готовившегося договорить какую-то гадость. Дикий вой заметался по громадной пещере. Хам упал на собственную пентаграмму и решил заняться своим здоровьем. Тиски, которые заменили пирамиду, начали выдавливать псевдожизнь из второй тройки слуа. Несколько шагов вперед – и я превращаюсь во фрезу. Ошметки плоти первой тройки слуа взлетают в воздух. Теперь миксер-плюс для упокоения их нематериальной составляющей. Взрыв их тел ударил меня в спину и бросил на вторую тройку слуа. Четыре. То, чего я и хотел. Слуа уже стали преодолевать тиски. Мясорубка[16] заставляет троицу задуматься о смысле псевдожизни. Теперь это плетение не заденет заложников. Я нахожусь к ним боком. Два шага вперед – и я начинаю работать мечами. Ну и воют же они. А теперь снова миксер-плюс. Очередной взрыв. Блин. Все заложники наверняка оглохли и ослепли дважды. Светошумовая граната отдыхает. Один, и то подранок.

– Сзади, – кричит мне одно из тел, прикованных к каменному полу.

Я перекатываюсь боком подальше от опасности. Комок черноты проносится над моей головой и вгрызается в стену пещеры. Ну ничего себе! Вот это да. Часть стены превращается в прах и начинает осыпаться серым пеплом. Я вскакиваю на ноги. Хам уже оклемался и начитывает очередную гадость. Что у него в руке? Камень?!

– Убей его!

Не хочу. Он должен жить. Твою! Камень боли раскалывается, и хама окутывает пелена смерти, боли и ужаса. Бур вязнет в этом мареве. Таран вызывает лишь мелкую рябь на ее поверхности.

– Дов…

Нет. Мне нужен ближний бой. Шаг вперед. Я около марева смерти. Проф, сейчас я испробую одну нашу новинку, и этот гаденыш останется живым. Второй шаг. Я вхожу в марево. Заложники за моей спиной обезумели от страха. Я ничего не слышу, кроме единого вопля ужаса. Третий шаг. Я полностью скрылся в пелене. Пуховик трещит от невероятных нагрузок и готов сломаться. Хрен тебе. Выдержишь. Еще шаг вперед. Я вижу инвалида. Тесак сносит ему правую руку. От тесака не существует защиты. Посох мага отлетает в сторону. Марево вокруг фигуры бледнеет. Хам – ручечник и вербалист. Вот почему он смог работать после выписки ему больничного листа. Я не заметил посоха. Клайд сносит левую руку хама, а айдал вонзается в живот. Крик отшельника перебивает вопли заложников. Еще не все закончено. Я опустился на колени и вонзил кинжал в раскрытый рот хама. Провернул и вытащил клинок. На пол пещеры упала частица плоти. На пол пещеры упал язык адепта. Я достал флакон иноина и залил эликсиром раны хама. Вот теперь все. Здесь все, но нужно поинтересоваться делами туристов. В первой пещере еще остались четыре слуа. Если туристы не получили моего сигнала, то твари наверняка сейчас будут здесь. Я подобрал мечи и встал на ноги. А все-таки тесак – отличная штука. Одна проблема: это плетение использует воду твоего тела. Как проф смеялся, когда я хотел назвать эту разработку бензопилой.

– Спасайся, брат! – Одиночный крик слегка разрезал общий хор воя заложников.

Не понял. Я на секунду отвернулся от дверного проема и повернулся обратно. Что я там видел? Один заложник, рейнджер судя по всему, с ужасом смотрел на серое марево. Почему? Оно почти рассея… Твою. Марево не рассеялось. Оно начало концентрироваться в тысячи маленьких игл, и они все направлены на меня. Так, бахрома, вперед.

– Спасайся, – опять крикнул мне рейнджер. – Сначала это убьет тебя, а потом всех остальных. Мы обречены, а ты можешь убежать.

– А почему иглы будут сперва убивать меня? – крикнул я, не отводя глаз от дверного проема.

– Ты последний, кто зашел сюда, – вычленил я голос рейнджера из общего шума. – Ты последний, кто оказался рядом с темным магом. Иглы убьют тебя и растворят твою плоть. А потом примутся за остальных, пока не иссякнет их сила. Адепт Проклятого любил мне хвастаться, как он сможет отомстить своим убийцам. Брат, это плетение завязано на смерть этого мага. Беги, и ты спасешься.

– Так я же его не убил! – изумился я.

– Поэтому мы все еще живы, – ответил моей спине рейнджер. – Заклинание привязано и к ранению мага. Если проклятый колдун сможет быстро избавиться от ран, то плетение рассыплется. Если нет, то иглы начнут атаковать. Дикс был очень искусным магом. Надеюсь, что был. Надеюсь, что он сдохнет.

Ясненько. Иногда быть добрым к врагу полезно для собственного здоровья. Крики за моей спиной постепенно затихли. Люди начали ждать, чем все закончится. Люди за моей спиной начали надеяться на спасение, на жизнь, после того как почувствовали ужас смерти. Хрен вам, выживете. Так, шаги в пятой пещере. Я нагнулся над телом все еще живого темного мага и швырнул его в бывшую дверь. Я сделал шаг вперед и закрыл своим телом середину проема. Товьсь. Шаги приближаются. Пятеро? Слава Создателю, это не слуа. Туристы-соратники. Блин, иглы начали движение.

Я влил всю оставшуюся силу в руну-ключ пуховика. Я стал пуст, как бутылка алкаша.

– Далв, – услышал я крик Изара. – Это мы, не атакуй, сей…

– Стоять на месте, – рявкнул я. – Не двигаться.

Иглы начали срываться со своих мест и вонзаться в мою защиту. Ждем-с.

Пять фигур застыли перед дверным проемом. Тройка рейнджеров с Эйриком во главе. Арбалеты с хитрыми болтами направлены в пол. За их спинами – Изар и Алиана. Отлично. Стандартный боевой порядок. Пехота прикрывает танк и госпиталь.

Пять секунд – полет нормальный.

– Изар, спеленай его мозг, если можешь, – показал я на отшельника. – Он должен жить, чтобы сильно пожалеть об этом. Пожалеть о том, что он остался жив. Понял?

Десять секунд – полет отличный. Пока еще отличный.

– Сделаю, – кивнул Изар. – А почему мы не можем войти? Судя по всему, мы всех убили.

– Есть одна проблема, – начал я, повернув голову и посмотрев на атакующие меня иглы. – Меня сейчас пытается убить одно интересное заклинание. Вас, если зайдете в эту пещеру, данный процесс тоже затронет. Иглы смерти, боли и ужаса атакуют мою спину.

Пятнадцать секунд. Трон и Колар, у вас получилась отличная защита, да и я к этому руку приложил.

– Выйди оттуда, – заметил Эйрик.

– Тогда заклинание начнет убивать людей, которые находятся внутри, – ответил я и отошел в сторону от дверного проема. Отошел внутрь пещеры. Иглы, радостно взвизгнув, стали нападать со всех сторон.

Глухой мат егерей, стиснутые кулаки Изара, судорожный всхлип Алианы.

– Я начинаю понимать, – начал Изар, задумчиво смотря на атакующие меня иглы. – Нет смысла погибать всем, когда может погибнуть только один. Так?

Двадцать пять секунд – я пока еще живой, а игл почти не осталось.

– Ты правильно понял, – усмехнулся я. – Ты повелитель огня и с этой гадостью не справишься: у огневиков всегда была слабая защита. А я – универсал. Все, закончили разговор.

Тридцать секунд. Пуховик скоро сдохнет. Хорошо, что я убрал из щита Трона лимит времени. А как верещал проф! Мол, лишний расход силы и две дополнительные руны. Бездарь и болван. Так называть своего учителя. Меня то есть. Наглость и хамство.

– Далв!

Алиана скинула шлем и с ужасом смотрит на меня.

– Я такой страшный? – усмехнулся я.

Тридцать пять секунд. Очень умелый маг – этот обрубок плоти. Растянутое по времени нападение. Отличное заклинание. Пуховик почти сдох. Но и игл практически не осталось.

– Далв, – замечает Изар. – У тебя очень интересная и великолепная магическая защита. Только сейчас я смог немного понять ее суть. Поделишься некоторыми секретами?

Сорок секунд. Я еще жив? А Изар – почти психолог. Только отвлекать меня от процесса моего убийства не надо. Я анализирую структуру этой гадости своей бахромой. Если выживу, то такая вещь, но в другом исполнении мне пригодится.

– Перебьешься, – усмехаюсь я.

Темнота и водоворот.

Отступление второе

В баре почти никого не было. Только двое мужчин негромко разговаривали и пили пиво.

– Значит, и у тебя ничего? – спросил высокий мужчина.

– Да, Герыч, никаких следов, ничего!

Коренастый мужчина с силой ударил по столу. Бармен неодобрительно посмотрел на парочку, но на вопросительный взгляд охранника покачал головой. Он долго работал в этом элитном заведении, где чашка кофе стоила столько же, как обед в обычном кафе. Бармен умел разбираться в людях, иначе на этом месте он бы не задержался. Бармен мог с точностью до цента оценить одежду и все остальное, что есть у посетителей. Клиенты серьезные, проблема у них. Вернее, они обсуждают проблему. Зачем их тревожить по пустякам? Никому это не нужно.

– Толян, – начал высокий, – что будем делать?

– А я знаю? – зло сказал коренастый. – Мои люди прошерстили весь город. Побывали везде – от люков теплотрасс, где ночуют бомжи, до всех ментовок. Я задал вопросы серьезным людям, и они мне ничего не ответили. Его нет нигде.

– Подснежник? – спросил высокий.

– Не знаю, – скрипнул зубами коренастый. – Сойдет снег, тогда и посмотрим. Я найду и убью всех, кто к этому причастен. Ты в это дело не вмешивайся. И так агентство, которое ты нанял, перебегало моим парням дорогу не один раз. Все, я поехал. У меня самолет через два часа. Прилечу через неделю.

Высокий мужчина проводил взглядом своего собеседника и залпом выпил кружку.

– Влад, – прошептал он, – где ты? Что с тобой? Ты идиот. Ни одна женщина того не стоит.

Бармен приглушил музыку, льющуюся из многочисленных динамиков. Он был очень опытным человеком.

– Сколько я должен? – спросил высокий мужчина у бармена.

– Вы…

Взрыв, прогремевший на улице, прервал бармена.

– Толян! – крикнул высокий мужчина и выскочил из-за стола.

«Вчера вечером была взорвана машина, в которой находился известный предприниматель Анатолий Иванович Грачев. По нашим сведениям…»

Блондин щелкнул лентяйкой и потянулся за телефоном, номер которого официально не существовал.

– Саша, навести меня, – сказал он через несколько секунд. – Кое-кто зарвался, нужно дать укорот.

Глава 6

Общение продолжается, но не со всеми

– Ты – подонок. Я уже тебе об этом говорила?

Я открыл глаза. Хион скоро взойдет. Сестры почти скрылись. Травка под моим телом мягкая. Вернее, это не травка, а чья-то палатка. Рядом сидит Алиана и держит свои руки на моем лице. Почти дежавю. Никого из народу рядом нет. Хотя есть. Немного, но есть.

– Эла, ты мне уже это говорила. А ты не помнишь, я называл тебя стервой или нет? Так вот, ты стерва. Да, забыл, ты еще и кобель женского рода. Наверно. Может быть.

Серебристый смех над моей головой. Дежавю. Я опять проваливаюсь в водоворот.

– Как он?

– Да полностью здоров. Лежит и притворяется. Далв, ты хочешь, чтобы тебя жалели?

М-да. Открытие глаз в компании Алианы становится моей привычкой. Так, а что мы имеем? А имеем мы полдень, учу народу поблизости от меня и знакомую леди из третьей пещеры. Именно что леди. По-другому ее назвать невозможно. Хм. Как быстро женщина может привести себя в порядок. Несколько часов – и все. Да и Алиана поделилась с ней своим гардеробом. Охотничий костюм герцогини леди великоват, но ничего. Так гораздо лучше, чем в непонятной хламиде. Тем более что у Алианы этих костюмов штук десять. Я знаю эту леди. Я ее видел и вспомнил, где именно. Я сладко потянулся и сел.

– Эла, а когда у нас обед? – осведомился я.

– Держи, – сунул мне плошку с едой Эйрик.

Вот это сервис. Я стал судорожно уплетать рагу с мясом. М-м. Вкуснятина. Только одно плохо: я чувствую слабость в теле. Хотя, судя по прошлому опыту, мне надо поваляться в постели – и к завтрашнему утру я буду в форме. Да и внутренняя сила полностью восстановится. Это о птичках. Так, завтрак закончился слишком быстро.

– А когда будет обед? – поинтересовался я.

Вокруг меня раздался ржач. А чему вы удивляетесь? У меня почти молодой и почти растущий организм.

– Держи.

Патриарх вампиров сунул мне блюдо с жареным гусем. Вот это гораздо лучше. Я произвел стремительную атаку на жестоко убитое создание. Мало того, над телом несчастного гуся еще и издевались после смерти. Жарили его, наполняли брюхо яблоками, посыпали специями и, как завершение процесса, полили вкусным кислым соусом. Садисты. Побольше бы было таких извергов. Как вкусно. Наконец я почувствовал, что способен мыслить адекватно. Гусь почти съеден. Живот набит под завязку. Птички поют, это о птичках. Трава зеленая и мягкая.

– Что я пропустил? – осведомился я.

– Ничего особенного, – хмыкнула Алиана. – Тебя почти убили. Но я сжалилась и спасла твою никчемную жизнь. Иглы, которые пробили твою защиту, были последними, и в пещеру можно было зайти, находясь в полной безопасности. Изар разрушил основу сети этого паука, и вампиры радостно устремились в его логово. К их великому сожалению, убивать уже было некого.

– Так, – напрягся я. – А этот Дикс умер?

– Нет, – усмехнулся патриарх. – Подумав, я решил, что ты абсолютно прав. Убить его – значит проявить неуместное милосердие. Дикс этого не заслужил. Рейнджеры отвезут его в седьмой поселок и там будут с ним разбираться. Как меня уверили, этот процесс будет долгим и для Дикса весьма неприятным. Да и у гильдии рейнджеров наверняка будут вопросы к этому слуге Проклятого. Отдыхай, а я пошел.

– А чего еще интересного произошло? – поинтересовался я у Алианы, смотря в спину уходящего от походного госпиталя патриарха.

– Много чего, – улыбнулась она. – Потом узнаешь, спи. Тебе нужны силы.

– Но я не хочу спать, – сказал я.

– Хочешь, – жестко сказала герцогиня.

Алиана потянулась рукой к моему лбу. Защиту, что ли, мне поставить? Ладно, буду спать.

На этот раз я проснулся сам. Интересно, я лежу в палатке Алианы. На улице уже явно ночь. Лежу голенький и под одеялом. Вот это да. Меня девчонка уже оприходовала или нет? Надо узнать.

– Эла, – обратился я к спине сидящей рядом со мной девчонки. – Ты меня уже успела изнасиловать или это произойдет сейчас?

– Не дождешься, – фыркнула Алиана и повернулась ко мне. – Леди благородных кровей не спят с рейнджерами. Они предпочитают принцев или, на крайний случай, герцогов.

Умница, значит, наш разговор могут слушать другие. Придворная школа. А впрочем, я уже знаю, кто именно подслушивает нашу интимную беседу.

– Ронк, – громко сказал я. – Ты хочешь мне что-то сказать?

Полог палатки распахнулся, и мне пришлось лицезреть смущенное лицо дяди Алианы.

– Я это, – замялся Ронк, – спросить хотел. Эла, тебе ничего больше не нужно?

М-да. Даже в такой ситуации Ронк помнит о нашем уговоре после откровенного разговора. Мы общаемся между со бой так, как общались прежде. Мы – команда. То, что знаем мы, совершенно не обязательно знать другим, даже если их рядом нет. А других, судя по звукам, вокруг полно.

– Команда, а что же ты им не представился полностью, как они тебе?

Это мой маленький секрет. Вернее, мой и Алианы.

– Ронк, мне ничего не нужно, – ехидно сказала девчонка. – А Далву нужна одежда.

Граф Родкальд эл Риро исчез из поля моего зрения. Полог палатки опустился. Хм. Мне что-то не верится, что только он один здесь такой любопытный. Запас силы у меня уже наполовину восстановился. Я вывесил бахрому… Так, я был прав.

– Изар, – громко сказал я, – ты не находишь свое любопытство навязчивым?

Луч активной магии сразу погас. Великолепно. Интересно, а что эти слушатели надеялись узнать?

– Эла, – начал я, – может, сразу займемся делом? Зрители есть, давай начнем оправдывать их ожидание.

– Ты… – девчонка опять решила меня задушить. – Ты самый…

– Я знаю, – прервал ее я. – Самый мерзкий, подлый и гнусный подонок. Эла, может, хватит меня душить? Зачем лечила-то? Я хороший – временами и местами.

– Ты – подлец, – заявила Алиана, усевшись на меня. – Зачем ты это сделал?

– Отвечу, – сказал я. – Только прекрати меня душить. В чем я провинился?

Эла убрала свои нежные руки от моего горла. Сразу видно, что ничего тяжелее кинжала она в своих ручонках не держала. А вот в ее взгляде промелькнуло нечто такое, чего я совсем не понял. Какая-то тоска, перемешанная непонятно с чем. Впрочем, это длилось всего лишь мгновение.

– Зачем ты чуть не позволил себя убить? – вкрадчиво поинтересовалась девчонка, поудобнее располагая свою попку на моем животе.

– А мне это грозило? – усмехнулся я. – Эла, то, что я узнал об этом Диксе, говорит о его доброй и совершенно не мстительной натуре. Дать своему убийце легкую смерть совершенно не в его стиле. Я должен был умирать долго и мучительно. Не скрою, процедура мне грозила неприятная. Дикс не учел того, что я не один и в моей команде есть красавица-магиня жизни.

– Понятно, – протянула девчонка. – А слезой Тайи почему ты не воспользовался?

Девчонка откинула одеяло с моей груди, и ее пальчик уперся в слезу. М-да. Косяк с моей стороны. О слезе я просто забыл. Надо еще работать и работать с этим аккумулятором силы, чтобы подобное не повторялось. Чтобы я на автомате использовал слезу. Хотя, учитывая то, что мне предстоит еще сделать, хорошо, что я про нее забыл.

– Эла, – начал я, – это недельный камень. Какой смысл использовать его в начале нашего приключения? Запас кармана не тянет.

– Да? – удивилась она. – Ты все так здорово рассчитал? Я тебя вытаскиваю из мира мертвых. Твоя слеза сохраняет силу. Великолепно. Просто блестящий план. Одна малость: я дважды опустошила свой резерв, прежде чем спасла тебя. Заклинание этого Дикса было на редкость мерзким. Дубина.

Прошипев последнее слово, Алиана опять начала свою любимую игру. Нет, не игру. Она перепутала мою шею с кистевым эспандером. И вообще у нее полное отсутствие логики. Сначала спасает, а потом пытается убить. А насчет своего резерва ты мне не сказала ничего нового. Когда ты уснула почти в моих объятьях, я немного похулиганил своей рукой. Извини, был не прав. А в ложбинке между твоих грудок я почувствовал медальон с пятью слезами Тайи. Королевская дочка, однако. Ты можешь себе это позволить. Что там за камни точно, я понять не смог, да и не хотел. Мимолетное прикосновение не дает полной информации. Я и так чувствовал себя полным козлом. Так, шаги. Идут к палатке Алианы. Хватит ей веселиться. Я осторожно снял руки взбешенной девчонки со своего горла и с силой развел их в стороны. Лицо Алианы оказалось перед моим.

– Сюда идут, – сказал я и отпустил ее ручки.

Отлично. Бешенство стало исчезать из ее глаз. Алиана быстро соскочила с меня и принялась копаться в своей походной сумке. Полог палатки откинулся, и внутрь помещения протиснулся Ронк. Умный у меня драк. Позволил забрать с себя мой мешок путника постороннему человеку. Никого не убил и не покалечил, когда вокруг моего тела была возня. Сейчас ждет моего появления. Очень ждет. Мол, хозяин, приводи себя в порядок побыстрее, и мы с тобой поговорим. Эмоции Пушка я чувствовал хорошо. М-да. Придется долго перед ним извиняться.

– Вот, – протянул мне мешок Ронк и уставился на Алиану.

Девчонка ответила ему совершенно невинным взором и протянула мне флакон.

– Далв, выпей это, – сказала она и вышла из палатки.

Вот это да. Розовый туман. Второй раз в жизни я буду употреблять это безумно дорогое зелье. Вот девчонка, вот зараза! Даже после откровенного разговора с командой после моей первой встречи с вампирами она умудрялась вертеть хвостом. Изредка, но вертела. Алиана так и не была до самого конца со мной откровенна. Я не настаивал: у каждой женщины есть свои тайны. Но вопросов, заданных в лоб при всех, вопросов по делу она игнорировать не могла. Алиана – магистр жизни, это так, она призналась в этом. Проф не был спецом в этой силе, и я соответственно тоже. Я не смог просчитать силы Алианы полностью. Бывает, она же не стихийник, но в этом зелье я чувствую толику ее силы. Великолепно. В Белгоре только Чейт Живчик мог изготавливать подобный эликсир. Он – повелитель жизни, а она – магистр. Как девчонка умудрилась сделать этот эликсир? Где и у кого она обучалась? Вопросы нарастают комом. Вот стервочка. Вот магиня. Вот зараза. Алиану нужно срочно переоценивать. Где тут ремень? И самое главное, где ее попка?

– Далв, – сказал Ронк. – Ты будешь одеваться?

Понятно. Дядя Алианы хочет, чтобы я как можно быстрее покинул жилище его племяшки, и он занялся осмотром постели девчонки. Вдруг он что-то там найдет! Вот это контроль. Алиана, теперь я понимаю тебя полностью. Понимаю твое увлечение заграничными турнирами. Понимаю твое общение с принцами других государств. Понимаю, почему ты выходишь из ложи при выборе королевы красоты. Тебя держат дома в ежовых рукавицах. Ведь королева турнира должна уделить внимание тому, кто ее выбрал. Дарин от подобной чести отмазался просто. Типа, я не рыцарь, а верный подданный короны и не могу флиртовать со своей будущей королевой. Целовать ей ручку, говорить пошлости на ушко, легонько гладить ее попку, когда никто не видит. Оно мне надо? Принц Шатор Литийский при этих словах Дарина, произнесенных в узком и высокопоставленном кругу, только тяжело вздохнул, но согласился с приведенными доводами. Согласился и отправился ухаживать за своей невестой, в которую он дико влюбился при первом же взгляде. Свидание с Онаей принц Шатор перенес на несколько часов. Тут любовь, понимаешь, а с тобой у меня веселье и разврат.

Под прокурорским взором Ронка я быстренько оделся, выпил эликсир и покинул помещение. Бивак на сотню человек встретил меня почти полной тишиной. В свете Сестер были хорошо видны лежащие на одеялах тела бывших заложников. Спят, бедолаги. Отлично, что сейчас еще календарное лето. А что было бы зимой? Хитрые палатки с подогревом и прочими приблудами – очень дорогая вещь. Таких изысков у вампиров нет. Одеяла и еда – пожалуйста, а все остальное самим не по карману. Так, все потом. Алиана с леди сидят у костра и что-то обсуждают. С женщиной я поговорю в последнюю очередь. Патриарх вампиров оживленно обсуждает тему Дикса с тремя не знакомыми мне рейнджерами. Тоже после. Пушок, не надо так рычать. Я уже иду к тебе. Да, я запретил тебе раз и навсегда соваться в пещеры. Давно запретил, но так злиться на своего бестолкового хозяина не надо. Сейчас я получу от тебя эмоциональных люлей, и все станет хорошо. Все, я готов, выкладывай наболевшее.

Я еще раз посмотрел на посапывающую Алиану и усмехнулся. Вот вредина! Ведь назло Ронку все сделала, но логическое обоснование моей ночевке в ее покоях железобетонное. Отомстила своему дяде, так сказать, за излишнюю бдительность.

– Как, он будет ночевать в твоей палатке?

От лица Ронка можно было прикуривать. Граф налился кровью и стал приходить в состояние полного бешенства.

– Ронк, – Алиана невинно взмахнула ресницами. – Говори тише. Люди спят. А что касаемо ночевки Далва у меня, так иглы ужаса, которые чуть не отправили его к Создателю, весьма мерзкая вещь. Далву нужен постоянный присмотр в течение нескольких суток. Вдруг какая-нибудь гадость опять появится в его теле? Ты хочешь, чтобы он умер?

– Нет, – покосился Ронк на меня.

– Ты хочешь, чтобы я ночевала у него в палатке? – добила Алиана своего дядю.

Ронк едва не взорвался от подобного предложения. Как же, дочь короля ночует в палатке рейнджера! Кошмар. Рейнджер у нее – еще куда ни шло. Но, посмотрев на спящий лагерь, Ронк только скривился. Потом задумался:

– В любой момент на лагерь могут напасть, – родил Ронк наконец идею. – Помнишь, как ты выбежала в халате при тревоге в первую ночь? Спать будешь в своем охотничьем костюме, – жестко закончил он.

Алиана едва не прыснула, но покорно кивнула. А вот я слегка улыбнулся, за что получил от Ронка целый букет взглядов. Каких только обещаний там не было. Убью и закопаю – самое простое, чего мне следовало ждать от графа. Перечень остального послужил бы настольной книгой каждого уважающего себя палача. Потом Ронк окинул свою племяшку еще одним взглядом, и я понял, что Алиане грозит пояс верности. Хорошо, что такой, безусловно, самой важной и полезной в походе вещи у Ронка с собой не было. Повторив со мной взглядом краткий курс умелого палача, Ронк оставил нас в покое. Вот и спит теперь девчонка в своем охотничьем костюме. По мне так это гораздо лучше ночнушки и халатика. Да, плохая защита этот костюм из серой замши, но хоть какая-то. Тонкая кожа, легкая курточка едва прикрывает попку девчонки. Лосины так вообще отдельная песня. Они настолько плотно обтягивают ноги Алианы, что никакого полета фантазии нет. Все и так видно.

– Влад, – сонно пробормотала Алиана. – Ты здесь?

– Здесь, – я погладил ее волосы. – Никуда я еще не убежал, и со мной все в порядке.

– Смотри, а то в прошлый раз…

Девчонка, не договорив, перевернулась на другой бок и опять заснула. М-да. Страшно тебе одной ночевать, вот и ухватилась за первую попавшуюся возможность. Это была не совсем месть дяде. Тебе со мной спокойнее. Как ты мне обрадовано зашептала на ухо – это будет первая ночь в пограничье, когда ты не будешь пользоваться магией, чтобы заснуть. Ты слишком гордая, чтобы остальные узнали о твоем страхе, а мне можно. После нашего общения год назад на балу и так далее, когда мы почти беспрерывно ругались и мирились, я стал тебе чем-то вроде подружки мужского пола. Конечно, а с кем еще можно обмениваться колкостями? С дядей Ронком? Может, я и ошибаюсь, я не могу тебя расколоть до конца, но в одном ты права. Иглы оказались большой гадостью. Искусный маг этот Дикс. За пару часов мне трижды становилось очень весело. Дважды я справился сам, а на третий раз ты проснулась, обозвала меня шепотом самыми нехорошими словами и мигом привела в норму. Я и не знал, что у тебя так много в лексиконе выражений портовых грузчиков. Что до остального, то я не могу понять сути заклинания Дикса. Мне элементарно не хватает знаний. Я думал, что подобное в прошлом: все-таки проф здорово меня погонял за прошедшее время. Я ошибался. Ну, ничего, Колар наверняка разберется в этой гадости. Структуру плетения я записал. Будет над чем профу голову поломать. А у меня другая сейчас задача. Другая проблема добавилась. Как будто мне их было мало!

– Что планируешь делать дальше, брат? – спросил Лорак.

А что делать? Черный караван прибудет через шестеро суток. Вампиры и рады были бы его вырезать на подходе, но проблема с их уязвимостью к силе Проклятого никуда не делась. Наверняка в этом караване присутствуют организмы с амулетами или артефактами с печатью Проклятого. Рув был не единственным магом острова Барос, который имел при себе такую игрушку. Вообще этот гнойник в виде острова начал меня утомлять. Куда ни плюнь, попадешь на следы деятельности существ, которые его населяют. Я не забыл про шкеров, которые опоили хитрым вином волчиц и Дуняшу. Я не забыл и не хочу ничего прощать. До сих пор мне иногда снится как шесть девушек, хихикая и улыбаясь, привязывают веревку к зубцу крепостной стены Белгора. Как они спускаются с нее, чтобы втайне от всех со своими новыми друзьями совершить подвиг. Убить хозяина погани – это слава. Новые друзья знают, где его логово, а потом Мори, Лира, Ната и Иса станут мастерами гильдии охотников. Дуняша покажет, кто есть кто, своему отцу, который запретил ей становиться воительницей, и брат больше не будет нос задирать. Я скрипнул зубами. Грай рассказал все. Он очень хотел умереть. Шкеры с острова Барос – друзья охотников. Тридцать три раза блин. Гай умер в огне, а шкеры… Да, этих тварей охотники вырезали сразу, когда начали чистить юго-западный комплекс погани. Вру, вырезали, но не всех. В хаосе, который воцарился в той части комплекса после смерти шести хозяев погани, большинство шкеров были убиты тварями погани, сорвавшимися с нарезки от обретения полной свободы. Мечта демократа, однако.

– Надо вырезать караван, – ответил я. – И еще есть две проблемы, над которыми должен задуматься Йерк Тихий. Почему этот Дикс расположился так близко от седьмого поселка? Это первый вопрос. А второй – как провести людей по пограничью до поселка? У них нет снаряжения. У них нет никакого опыта выживания. Они – мясо для здешних обитателей. Нас всего четверо, и я связан контрактом. Я не могу все бросить и стать конвоиром этих людей. Да и не поможет это. Четверо рейнджеров не смогут провести большое количество людей по этим лесам. И вампиры помочь не смогут. Чем больше будет путешествующего единой толпой народа, тем больше сбежится любителей свежего мяса из окрестных лесов. Лорак, ты ведь наверняка задавал себе этот вопрос за последние часы не один раз. Что ты думаешь?

– Ты прав, – начал Лорак. – Мы думали над этим. Мы думали над всем. Наверняка, кроме гнилых рейнджеров, которых ты убил, есть и еще кое-кто интересный в седьмом поселке. Кстати, я знал эту гниль в лицо. Блин, мы пили вместе с ними, – взорвался Лорак.

– Тихо, – положил руку ему на плечо Рикт. – Люди спят.

Несколько раз вздохнув, Лорак начал успокаиваться. М-да. Нервишки у него шалят. А чего в этом удивительного? Две недели ломки даром не проходят. Лорак – хороший маг земли. Он почти магистр. Сильный и опытный. Только это Лорака и спасло. Это и мое появление. Лорак уже почти сломался, когда я зашел на огонек к хаму. Бывает и такое. Бывает, что кавалерия прибывает почти вовремя. Узнав последние новости жизни гильдии рейнджеров от Ронка, Лорак Большой с Риктом Малым и Тиром Средним долго оглашали воздух нецензурной бранью. Потом смотрели на мое тело, которым занималась Алиана, и начинали материть уже патриарха.

Как мне шепотом сказала Алиана, десятой части оскорблений, которые лесовики вывалили на вампиров вообще, а на патриарха клана в особенности, хватило бы для развязывания небольшой войны на всеобщее истребление между всеми расами Арланда. Патриарх в долгу не остался. Его замечания об умственных способностях рейнджеров… Потом патриарх замолкал, смотрел на мое тело и уточнял, что способности попасться в элементарную ловушку именно этой тройки лесовиков привели бы в состояние полного бешенства и статую. После получасовой веселой ругани четверке матерщинников было указано на остальных заложников. Ругань прекратилась, и началось обустройство временного лагеря на одну ночь недалеко от пещеры хама.

– Мы уже придумали, Далв, – сказал успокоившийся Лорак. – Рикт возьмет Дикса и отправится утром с двумя заводными конями в седьмой поселок. Слуга Темного не сможет ускользнуть от него по дороге. Ты хорошо его порезал, и теперь он полностью беспомощен. Изар сказал, что блокировка сознания Дикса продлится неделю. Это двойная гарантия послушания обрубка тела адепта Проклятого. Рикт отправится утром и будет на месте через три дня. Один день на освещение ситуации Тихому, допрос Дикса и формирование отряда карателей. Потом поход отряда рейнджеров сюда. Три или четыре дня он точно займет. Ребята будут подходить мелкими группами. Тем временем я с Тиром и вампирами буду присматривать за спасенными пленниками. Максимум через семь дней каратели будут здесь. Может, черный караван к тому времени отправится обратно – тогда мы будем его преследовать, и по-любому до Северного океана он не дойдет. Не смогут мерзавцы с Бароса добраться до своего острова. Потом мелкими группами будем выводить людей в седьмой поселок.

Я посмотрел на патриарха.

– Да нет ничего страшного, Далв, – улыбнулся вампир. – Караван ведь может и опоздать. Мы уже почти приготовили для людей временный лагерь, расположенный рядом с нашим поселением. Ничего адепты Проклятого ни нам, ни людям из лагеря сделать не смогут. Мы не можем их вырезать на подходе, но и адепты не могут напасть на наше поселение и на лагерь бывших пленников. Не хватит сил у этих скотов с Бароса преодолеть нашу защиту. А если все же осмелятся надеть…

Патриарх погрузился в приятные его сердцу видения. Вот он стоит один, а его окружили десять разумных с острова Барос. Нет, пятнадцать. Нет, двадцать. Какой выбор блюд для старого и голодного вампира! Эту группу крови я не очень люблю, эту только с жареным мясом, а вот эту можно и на пустой желудок.

– А помощь мне, конечно, если она потребуется? – вырвал я его из грез.

– Окажем, – оскалил клыки патриарх.

Так. Если караван прибудет вовремя, то получается зазор в один, два или максимум три дня перед прибытием карателей. Плохо, но лучше, чем могло бы быть. Лорак прав. Никуда караван не денется. Одно дело – искать иголку в здешнем громаднейшем лесном массиве, а другое – работать по наводке. Тем более что вампиры в бешенстве и не собираются спускать дело на тормозах. Клыкастые послали подальше свой религиозный пофигизм и засунули в дупло свой знаменитый нейтралитет. То, что они увидели в пещерах, привело их в состояние дикой ненависти и жажды крови хулиганов с Бароса. Вполне их понимаю.

Чистая подстава – вот что хам сделал с кланом клыкастиков. У него могла и не получиться ловушка. Черт его знает, какой там механизм воздействия придумал Дикс. Патриарх вампиров не смог мне ответить на этот вопрос. Изар тоже. Да и я в силе Проклятого не очень разбираюсь. Вампиры могли и уйти из этого места. Но есть одно большое «но». Если бы не нападение нашей команды на логово Дикса, если бы мы не получили живых свидетелей в виде рейнджеров, а слова остальных для гильдии не так важны, то предание гласности этой истории любым разумным очернило бы клан вампиров. А рано или поздно эта история вылезла бы наружу. На вашей земле это все происходило? Так попадайте под раздачу. Все разговоры – в пользу бедных, а вы будете мертвыми. На этот клан мангуст объявил бы охоту. Остальные вампирские кланы молчали бы в тряпочку или осуждающе покачивали головой. Мол, что вы так неосторожно баловались чернотой. Да еще почти бесплатно. Получайте теперь по клыкам и по заслугам. Война на уничтожение между рейнджерами и всеми вампирскими кланами нам не нужна. Хрен вам, а не помощь и заступничество.

– Я думаю, – начал я, – что это лучший вариант. А там посмотрим. Все равно несколько дней я буду находиться неподалеку отсюда. В случае чего помозгуем вместе, как выразить свое «фи».

– Договорились, Далв, – улыбнулся Лорак. – Кстати, ты не задумывался над прозвищем?

– Не рано ли? – усмехнулся я.

Троица рейнджеров переглянулась и заржала. Я их понимаю. Шестерых убитых слуа хватит для нескольких прозвищ. Опасные твари. Для пограничья опасные. Хотя и в Белгоре они могут доставить неприятности любому охотнику. Смертельные неприятности. Патриарх тоже оскалил в улыбке клыки, но веселился он по другому поводу. Мастер-охотник становится мастером-рейнджером. Будет что вспомнить на старости лет. О том, что я охотник, никто из вампиров никому не скажет. Слово есть слово.

Боль опять скрутила внутренности. Блин. Да сколько можно! Хотя Алиана говорила, что такое будет только несколько суток и каждый раз перерыв между приступами будет больше. Первые часы мое тело колбасило каждые пять минут. Потом раз в полчаса. Именно тогда меня и разбудила девчонка. Именно тогда я и смог поесть. Сейчас на меня наваливается раз в час. Первое удовольствие я почувствовал во время разговора с рейнджерами и клыкастиком. Алиана, заметив мое состояние, тут же шустро привела меня в порядок. Это и было главным аргументом в ее споре с Ронком по поводу моего места ночлега. Дядя девчонки не хотел лишаться такого великолепного, по его словам, которые мне озвучила на ухо Алиана, бойца. Осмотр поля боя и осознание того, с чем мы столкнулись, привели Ронка в восторг. Одна беда – он в этом веселом деле не участвовал. Поругался тогда Ронк со всеми участниками банкета здорово. Как, такое – и без него? Все возражения – мол, Далв так приказал, а они ни при чем – Ронк игнорировал и продолжал строить отряд, пока взбешенный гнусными нападками Изар не послал его на хутор.

Ронк успокоился и задумался. Обрубок тела колдуна он пинать не стал, но посматривал на него очень многозначительно. Бывают в жизни разочарования. Потом племяшка напомнила дяде о предстоящих событиях. Ронк успокоился и повеселел. Помирился с Изаром и попросил его присмотреть за Алианой. Мол, парень почти герой, а это опасно действует на женскую психику. Оно ему надо? На громкий смех Алианы и высказанное ею мнение о всяческих героях Ронк внимания не обратил. Я его понимаю. После моего подарка девчонка стала потрясающей красавицей. Хотя странно. Она – магиня жизни. Неужели сама не могла сделать себе нечто подобное? Естественно, что была бы более грубая работа, но все равно непонятно.

Блин. Как больно. Сколько Ната приводила в чувство Матвея? Трое суток – так вроде? У меня нет столько времени. Надо выполнять миссию как можно быстрее. Отец Алианы находится на грани между жизнью и смертью. Его удерживают здесь – пока удерживают – двое магов жизни. Этот яд – страшная штука. А его владельцы… Прибыла группа эльфов во дворец. Непонятки были у них с королем Мелора. Какие – я не знаю. Эту тему никто не хотел раскрывать. Вернее, те, кто знал, хранили полное молчание. Характером не сошлись король и глава банды эльфов. Блин! Хватит мне заниматься мазохизмом. Я могу перетерпеть боль. Я могу отключить ее своим разумом, но что я тогда буду знать о повреждениях в своем теле? Ничего. Оно мне надо?

– Алиана, – тронул я девчонку за плечо.

– Далв, – встрепенулась она и, сев на постель, приложила свои ладони к моему лицу. Под речитатив девчонки боль начала исчезать. Отлично. Я могу ее перетерпеть. Я уже делал так два раза, но это будет неправильно. Алиана в очень доступных и понятных каждому грузчику выражениях объяснила мне всю глубину моего заблуждения. Да, не сталкивался я еще с ранами, нанесенными с помощью силы Проклятого. Вернее, с использованием силы Падшего, замешанной на крови, боли и ужасе. Ценный опыт. Расширять и углублять степень этого понимания мне совсем не хочется. Одного раза выше крыши хватило.

– Ну как? – спросила меня Алиана.

– Отлично, – честно ответил я. – Спи, в случае чего опять разбужу.

– Только попробуй этого не сделать, – пригрозила девчонка.

Алиана свернулась клубочком у меня под боком и стала проваливаться в сон. Так вот, характерами не сошлись ушастые и короткоухие. Делегация убыла к себе на родину, а через неделю королек отравился. Бывает. Повар, который готовил еду, тоже умер. Он был ни при чем. А при чем был один поваренок, который решил резко разбогатеть. Разбогател и страшно умер. Отравителей не любит никто. Жаль, что все концы вели в никуда. Очень жаль. Поваренку халтурку предложил человек. Нашли и его. Мертвого нашли. Тоже бывает. Сидел себе человечек и насмерть отравился ужином – путем удара кинжалом в спину. Жизнь такая. Начали грешить на гильдию убийц. Начались сильные разборки в ограниченном круге посвященных во многие дела лиц. Ночники, которых оперативно взяли за кадык, ничего не знали и были не при делах. Они получили пинок под задницу и пару эшафотов. Чтобы в следующий раз знали и свистели тем, кому следует. Жаль, что яд действует не сразу, а через сутки, – тогда улов у тайной стражи Мелора был бы наверняка больше.

Так, Алиана заснула. Все-таки она сегодня сильно устала. Пациентов у нее было немного, а точнее, один. Заложники еще не успели испытать на своей шкуре мастерства Дикса. Он только готовился к ритуалу. Алиана почти все свое внимание уделяла мне. Мне и этому идиоту святоше. Вот баран! Нет, кретиноидный идиотонестабильный дебилоид. Горному великану до него далеко. Мало того что всю дорогу до первой точки квеста пытался вести среди личного состава активную пропаганду вампироненавистья. А кому они мешали? Наоборот, помогали. Всю защиту отряда на пути к цели и во время ночевок взяли на себя два десятка клыкастиков. Кому от этого плохо? Нет, этот баран пытался лезть туда, куда он рылом не вышел. Мол, хороший вампир – это мертвый вампир. Хорошо, что остальная группа была составлена из адекватных организмов. После моего последнего предупреждения о недопустимости подобного поведения вроде успокоился. Но, как показало время, не совсем откинул в сторону свои гнусные арийские мысли.

После прибытия остальной группы туристов к пещере местного хама этот козел зашел внутрь пентхауса и призвал силу Создателя. Да, он вычистил пещеры от скверны. Клирик очень силен, а учитывая отсутствие вблизи паствы, то вообще. Но этот дурак, когда ему Лорак сделал замечание, принялся называть ежика на «вы», и только хороший удар в челюсть от рейнджера прервал извержение дерьма из его рта. В смысле, ругань прервал. Хотя сила Создателя не вышла за пределы каскада пещер. Может, этот клирик прикидывается дураком? Может, он все понимает, но играет свою роль? Ведь если бы отблеск силы Создателя вырвался наружу, то скоро бы здесь, я имею в виду около пещеры хама, было бы очень жарко. Все местные поклонники Проклятого собрались бы на подобную презентацию силы его оппонента. Надо с этим Патом разобраться поскорее. Пока он мне непонятен, я не могу ему доверять. Плохо, что Алиана мало о нем знает. Был назначен на шикарную должность год назад решением митрополита Миоры. Почему и зачем – Алиана не знает. Почему скинули с этой должности прежнего попика, девчонка делает вид, что не знает. Блин, эта компания мутностью своих отдельных членов и Падшего доведет до ручки. Как меня все это достало!

– Отец, я успею, – сонно сказала девчонка и уткнулась носом мне в плечо.

Блин. Еще одна проблема. Вернее, проблема старая. Надо успеть. Маги жизни долго короля здесь не удержат. Алиана подробно описала мне все перспективы. Но она умная девочка. Когда я описал ей все расклады по короне, Алиана полностью со мной согласилась. Согласилась, а потом тихо плакала в стороне от костра. Глупенькая, неужели она думала, что я этого не замечу? Заметил, подошел и поставил полог молчания, и только потом девчонка залила слезами мне всю грудь. Кстати, а что я знаю о короне королей? Вернее, что мы все знаем после складывания в одну кучу всех знаний? Вернее, что знает Алиана, Ронк, святоша и я? Есть такая безделушка. Надевает ее разумный и становится таким вумным и справедливым, что делается страшно. Как бонус идет отличное здоровье. Убить данного организма в короне ядом невозможно. Магией – тоже затруднительно. Сталью – да сколько угодно. Создатель молоток. Не умеешь пользоваться его даром – так получай по заслугам от верных подданных. Проходит двадцать лет, и перед владыкой встает выбор.

Вариант номер один. Смерть и почет своих подданных. На это мало кто шел. Правильно, дураков нет.

Второй вариант. Отречение от престола с надлежащим ритуалом, который должны проводить клирики, обладающие силой Создателя. Корона скатывается на пол, и наследник начинает задумчиво ее изучать. Варианта два. Оно ему надо или нет? Прежний королек не вправе заниматься политикой. Даже советником не может стать. Вру, стать может и может активно влиять на политику партии власти. Только данное действо будет продолжаться очень недолго. Опять смерть и почет своих бывших подданных. Вот такие пироги.

Да, забыл. По слухам, у эльфов Ритума есть страшный недобор владык. В Создателя эти гады не верят. Клирики отвечают им полным взаимопониманием, и корону никто со своего чела из ушастых снять не может. Это мне Пат сказал. Вроде не врал. А какой ему смысл? На что это повлияет? На нашу миссию? Не смешите мои тапки. Эти данные никак не повлияют. Пат на Ритуме провел много лет и знает, о чем говорит. Так вот, не может снять длинноухий корону. Бывает. Носит двадцать лет, а потом принимает посмертный почет от своих подданных. Как там они разбираются с вопросами престолонаследия, я себе не представляю. Очередного претендента наверняка в кандалах приводят в тронный зал.

И еще есть одна большая странность в этой миссии. Информация о короне короля появилась аккурат на третий день после отравления отца Алианы. Взяла и появилась. Причем из достоверных источников. Алиана и Ронк подробностей не знают, но вроде данные исходят от одного очень доверенного лица. Про духа я ничего своим спутникам не сказал, но если учитывать его историю, то картина получается вообще мрачная. Матвей, я помню твои слова. Я несколько раз убеждался в их справедливости. Я всегда накручивал сложное на простое. Но теперь я боюсь недокрутить. Я боюсь, что опять повстречаюсь с длинноухими. Пат – идиот. Когда за наш отряд примутся эльфы, вампиры-охранники будут в самый раз. Или Пат не идиот? А если он играет? Черт. Я не могу его расколоть. Ритум, эльфы и Пат. Что их связывает? Что, кроме всем известных фактов, мне будет интересно узнать?

Треск ветки прервал мои изыскания в духе Абеля. Интересно, меня приглашают на разговор, и я даже знаю, кто именно. С леди я так и не пообщался. Слишком много было вокруг лиц, а она явно хотела разговора в одиночестве. Я тоже этого хотел. Но так наступать на ветку – это слишком. Я не глухой. Алиана, я все понимаю, рука на моей груди – это нормально, но постоянно закидывать на мой живот свою ногу – неправильно. Я же мужчина, в конце концов. А ты красивая девушка с очень вредными для моего гормонального состояния привычками. Я осторожно снял со своего тела прелестные конечности девчонки. Спи. Давно забытое чувство укололо в грудь. Проехали и забыли. Забыли, я сказал. Я ужом выполз из палатки девчонки. У небольшого костра меня ждала леди. Меня ждала леди Ерана.