Читать онлайн Медвежий капкан бесплатно

Пролог

Долгожданный видеозвонок бесцеремонно оборвалпроцесс облачения в платье, словно вырвал меня из плена ткани и зеркал. Ялучезарно улыбнулась, услышав родной отцовский голос:

- Доброе утро, моя маленькаязвёздочка! Поздравляю с восемнадцатилетием, моё сердце. Пусть твоя жизнь будетфейерверком, полным ярких красок и головокружительных взлётов. Пусть удачастанет твоей верной спутницей, и ты достигнешь всего, о чём мечтаешь.

- С Днём рождения, сестрёнка! -раздался громогласный крик Альпа за спиной родителей, полный неудержимоговосторга. - Мы тебя обожаем!

- Спасибо, мои дорогие! И я васпоздравляю с совершеннолетием, любимые братишки и сестрёнка. Как же я по всемвам соскучилась! Пап, в Мехико скоро полночь. Вы совсем забыли о разнице вовремени. Бесконечно рада вас видеть. Ещё раз благодарю! Отпразднуйте какследует за наследников Ирана. Я отключаюсь. Мне пора…

Но мама, словно хищница, не дала мнедоговорить:

- Шарлотта, куда ты собралась в стольпоздний час, да ещё и в таком вызывающем наряде? Немедленно оставайся в своейкомнате! И не смей покидать пределы Академии! Мы уже выезжаем и скоро будем утебя. Ты меня поняла? - её властный тон, пропитанный силой Альфы, не оставлялместа для возражений.

Я ни секунды не сомневалась, что не пройдёт иполучаса, как вся моя шумная семейка ворвётся в тесное пространство моейкомнаты, и всё благодаря магическим способностям маминого мужа. Для Элри,четвёртого мужа мамы, это сущий пустяк. Ведь он - Верховный маг.

Внезапное появление младших братьев Вульф,моих так называемых "Истинных" для всех родичей, несколько разрядилонапряженную атмосферу:

- Милая, ты чего так долго копаешься?В клубе все уже в нетерпении, - Руд подлетел ко мне, словно на крыльях. Услышавпритворный кашель мамы из экрана плазмы на стене, он замер в сантиметре от моихгуб, готовый к поцелую. - О, Ваше Величество, какая честь! Вы как всегдаобворожительны. С Вашего позволения, мы похитим принцессу. Хотим преподнести ейподарок на День рождения. Можете быть спокойны…

- Рудольф! Ты и Вольфганг отвечаетеза Шарлотту головой! Завтра у нас будет серьёзный разговор, доченька. А сейчасможешь идти с ними. Но если я не услышу твой голос завтра утром, пеняй на себя.Твоей учёбе в Военно-воздушной академии Мексики придёт конец. Я лично переведутебя в Тегеран. Ты меня услышала?

- Королева! Я лично прослежу, чтобыШарлотта связалась с Вами, как только проснётся. Простите, но если мызадержимся, подарок превратится в тыкву, как в сказке о Золушке, - Вольфговорил убедительно, и мама, сдавшись, сбросила вызов.

Я намеренно выбрала это учебное заведение,чтобы оказаться подальше от родительского надзора и дворцовой суеты. Возвращениев Иран не входило в мои планы на ближайшие пять лет.

Так или иначе, я - первокурсницаВоенно-воздушной академии Мексики, расположенной в самом сердце Мехико, вздании бывшего Дворца Инквизиции.

Отец часто рассказывал мне о тех мрачных временах, когда в этих стенахприговаривали к сожжению на костре многих представителей нашего рода Рейвен.Возможно, именно поэтому я и выбрала академию в Мехико.

Женщинымоего рода всегда были мишенью для инквизиции, их обвиняли в «колдовстве» и,конечно же, в вампиризме. Рассказывали, что мы пьём кровь младенцев, насылаемболезни и смерть на скот и людей. Эти обвинения были плодом суеверий и страхов,порождённых невежеством.

Жертвами инквизиции становились не толькоженщины нашего Древнегорода вампиров, но именно они составляли значительную часть обвиняемых вколдовстве и вампиризме.

Преследования инквизиции отражали глубокоукоренившиеся в обществе предрассудки и страхи, а также стремление к контролю иподавлению тех, кто не соответствовал общепринятым нормам. Трагические события,связанные с инквизицией, оставили неизгладимый след в истории рода Рейвен.

Сейчас, проходя по тем же коридорам Военно-воздушнойакадемии, сложно представить себе весь тот ужас, что творился здесь столетияназад. Каменные стены, ставшие свидетелями невыразимых страданий, кажутсябезмолвными хранителями жутких тайн.

Внушительные двери, когда-то ведущие втемницу, теперь открывают путь к учебным классам и лабораториям, где мы изучаемаэродинамику и навигацию. Но память о прошлом никуда не исчезла. Она живёт вкаждом камне, в каждом уголке этого исторического здания.

Каждый раз, проходя мимо бывшей тюрьмы, явспоминаю тех, кто несправедливо пострадал здесь. Их страдания не былинапрасными, ведь инквизиции не удалось истребить род Рейвен.

Мой автомобиль стремительно набирал скорость,рассекая улицы ночного Мехико, с каждой минутой приближая нас к ночному клубу«Осо Негро», что в переводе с испанского означает «чёрный медведь». Этопопулярное место среди молодёжи, особенно среди студентов нашей академии. Тамможно танцевать всю ночь напролёт под зажигательные ритмы хауса и техно.

Воздух был густым от запаха тако, выхлопныхгазов и чего-то пряного, неуловимо мексиканского. Внутри салона приглушённоесвечение панели создавало интимную атмосферу, контрастирующую с бурлящей жизньюснаружи.

Стрелка спидометра неумолимо ползла вверх,повинуясь давлению моей ноги на педаль. Я знала каждый поворот, каждую выбоинуэтой дороги. С первых дней в академии этот город стал моим полем битвы сневидимым врагом. Я чувствовала пульс Мехико, его энергию и его скрытуюопасность.

В зеркале заднего вида замелькали огнипреследующего нас автомобиля. Они были слишком близко. Я крепче сжала руль, моикостяшки побелели. Сердце бешено колотилось, подгоняя меня вперёд. Времениоставалось катастрофически мало.

Мы пронеслись мимо «Плаза Гарибальди», гдемузыканты мариачи, несмотря на поздний час, продолжали играть своизажигательные мелодии. Их музыка, обычно такая весёлая, сейчас казаласьзловещим аккомпанементом нашей сумасшедшей гонке.

Я резко свернула на узкую улочку, надеясьоторваться от преследователей и сократить путь до ночного клуба «Осо Негро». Ноони были настойчивы, словно тени, не желающие отставать. Ночь в Мехико тольконачиналась, и я понимала, что эта ночь может стать последней, если мы не успеемдобраться до клуба, где много народу и есть шанс затеряться в толпе средизапахов пота и дорогих духов.

Неоновая вывеска «Осо Негро» мерцала, словно манящийогонь для ночных мотыльков. Звуки музыки проникали сквозь закрытые окна машины,вибрацией отзываясь в каждой клеточке тела. Внутри кипела жизнь, пульсирующая вритме техно, обещая забыть обо всех дневных заботах и проблемах.

Я прожила в Мехико всего несколько месяцев, нос каждым днём всё больше поражаюсь и восхищаюсь красотой столицы Мексики,которая по праву считается Альфа-городом на нашей планете. Огни мегаполисавзрывались фейерверком красок, отражаясь в мокром от недавнего дождя асфальте.

Мы вышли из машины, и нас тут же обдало волнойтёплого, влажного мексиканского воздуха. Толпа у входа была плотной иразношёрстной: студенты, художники, бизнесмены, туристы - все они собрались здесьв поисках развлечений и новых знакомств. Лица светились в полумраке, глазагорели предвкушением.

Охранники у входа внимательно осматриваликаждого, но нас пропустили без лишних вопросов. Внутри царил полумрак,пробиваемый лишь лучами лазеров и вспышками стробоскопов. Дымка от дым-машинокутывала пространство, создавая ощущение нереальности. Музыка оглушала,заставляя сердце биться в унисон с ритмом.

Танцпол был переполнен. Люди двигались вэкстазе, отдаваясь музыке и моменту. Здесь не было места стеснению иусловностям. Каждый был сам себе хозяин, выражая себя через танец. Япочувствовала, как энергия толпы захватывает меня, и невольно начала двигатьсяв ритм, забыв о преследователях.

Ночь только начиналась, и впереди нас ждалоещё много музыки, танцев и новых знакомств. «Осо Негро» был именно тем местом,где можно забыть обо всём и просто наслаждаться жизнью. Я почти каждую ночьзависала здесь до рассвета и была счастлива узнать от братьев Вульф, что свойдень рождения мы отметим именно в этом клубе.

- Принцесса! Я должен сопроводить васв VIP-номер. Вас ожидают, - бас здоровенного охранника в чёрной футболкес надписью «охрана», словногром, раздался у моего уха, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Я не успела опомниться, как он ловким движениемзавязал мне на глаза повязку, сквозь которую ничего не было видно. Я попыталасьеё снять, но сильные руки громилы не позволили мне это сделать. А после егослов я подчинилась и без сопротивления последовала за ним по лестницам клуба:

- Я выполняю приказ братьев,принцесса. Они ожидают вас в номере. Прошу, не создавайте проблем ни мне, нисебе.

- Я тебя поняла. Они решили сделатьмне сюрприз на День рождения. Веди меня скорее! Очень хочу увидеть, что они дляменя приготовили.

Заведя меня в комнату, охранник поспешновышел, заперев дверь на ключ. Я принюхалась и не почувствовала запаха братьевВульф. Но омерзительная вонь берсерков тут же ударила в ноздри, заставивусомниться в правильности моего решения пойти с этим типом.

Очнулась я в клинике Тегерана, где, по словамврачей, провела несколько месяцев. Всё это время рядом со мной неотлучнонаходилась сестра. Она ни на шаг не отходила от моей койки. Несколько раз онапыталась завести разговор, чтобы узнать, что произошло в клубе и кто сотворилсо мной это зверство. Но я молчала, сдерживая слёзы.

В ту злополучную ночь, в день моего совершеннолетия, берсерки в звериномобличии лишили меня невинности… Кто они и сколько их было, мне не известно посей день. Но я найду каждого из них и заставлю ответить за всё, что они со мной сделали.

Из воспоминаний прошлых лет менявывел голос Старейшины Совета Первородных:

- Шарлотта Рейвен из рода ДревнихВампиров и Первородных Волков за совершённые преступления приговаривается кпожизненному лишению свободы и будет отбывать срок в Клане Гризли. ТакжеШарлотта Рейвен лишается титула принцессы, принадлежащей к королевской семьеИрана, наследницы престола. Приговор привести в исполнение немедленно.

Дорогие читатели! Это история — продолжение книги «Кошачий дурман»!Поэтому, если вас заинтересовала история Шарлотты, то смело переходите к прочтению первой книги цикла «Великая Ми. Наследие Альфы».🔥🔞

ССЫЛКА НА КНИГУ "КОШАЧИЙ ДУРМАН": https://www.litres.ru/71601430/

Люблю!

Целую!

Ваша Mi Go

Глава 1

Мигель

Я смотрел, как ей выносят приговор, и видел вглазах лишь холодную ярость, змеиную ненависть, что едва трепетала за маскойнадменного безразличия. Шарлотта Рейвен, чьё имя когда-то шептали сблагоговейным трепетом в тёмных углах, теперь стояла здесь, в зале СоветаПервородных, лишённая титула, низвергнутая с пьедестала власти. Принцессакрови, наследница древнейших родословных, стала обычным преступником,обречённым на унизительное заточение в Клане Гризли - обители грубой силы иварварской жестокости.

В этом решении Совета ощущалась не толькосправедливость, но и тщательно выверенная, изощрённая месть. Мой клан,известный своей беспощадностью и преданностью традициям, станет для неё непросто тюрьмой, а сущим адом на земле. Здесь она не найдёт ни уважения, нисочувствия, лишь презрение и постоянное напоминание о своём падении. Её королевскаякровь, её древняя магия - всё окажется бессильным перед первобытной мощью инерушимыми законами клана.

Приговор прозвучал, обрушившись словамиСтарейшины Совета, словно удар грома, сокрушающий последние осколки её былоговеличия. Стражники, громадные, словно изваянные из серого камня, приблизились,чтобы взять её под стражу. Шарлотта не сопротивлялась, но в её взглядепо-прежнему пылал уголёк, обещающий месть, возможно, последнее, что она оставитпосле себя в этом мире.

Её уводили, а я не мог отвести глаз. В этоймолчаливой покорности чувствовалась не смирение, а затаённая ярость, предвестиегрядущей бури. Даже в магических цепях она оставалась опасной, и я, вероятно,заплачу высокую цену за то, что принял её в свои стены. Время покажет, ктоокажется сломлен – гордая принцесса или я и мой клан.

Впервые о роде Древних Вампиров я узнал отВеликого инквизитора, когда присягнул ему на верность до самой смерти. В тотдень я стал Главным Альфой Клана Гризли, хозяином тюрьмы закрытого типаинквизиции, раскинувшейся на землях Северной и Южной Америки.

По данным канцелярии инквизиции, род Рейвенбольше не представлял угрозы, поскольку не осталось женщин, способных кдеторождению. Изабель, Мэтью и Бертран считались последними наследниками родаДревних Вампиров, лишёнными возможности зачать потомство в силу своей мёртвойприроды. Дело рода Рейвен было закрыто Великим инквизитором, предано архивамистории.

Два года назад мне в руки попала записка отодного из курсантов Военно-воздушной академии Мексики, в которой упоминаласьпринцесса Ирана, Шарлотта Рейвен, якобы обучающаяся в этом заведении.

Я начал собственное расследование, не ставя визвестность Великого инквизитора о появлении этой возможной наследницы древнегорода. Хотел лично убедиться, что она действительно та, за кого себя выдает, анеловко созданная мистификация.

Моя разведка следила за девушкой и еёокружением неотступно. Мы вскрывали её переписку с однокурсниками и близкими.Она не скрывала свою вампирскую сущность, предлагая юношам щедрые суммы запорцию их крови. Всё указывало на её связь с родом Древних Вампиров.

Прослушивались все разговоры, велосьнаблюдение за её перемещениями, но каждый раз она ускользала от преследованияна своём автомобиле. Так продолжалось несколько месяцев, пока я с братьями невзял дело в свои руки, и она не попалась в нашу хитроумную ловушку.

- Уважаемые пассажиры, наш самолётсовершил посадку в аэропорту города Мехико. Температура за бортом двадцатьградусов Цельсия. Время пять часов утра. Командир корабля и экипаж прощаются свами. Надеемся вновь увидеть вас на борту нашего самолёта. Благодарим вас завыбор нашей авиакомпании. Сейчас будет подан трап. Пожалуйста, оставайтесь насвоих местах до полной остановки, - стандартное обращение командира судна,словно удар колокола, вернуло меня из пучины терзавших душу воспоминаний.

После короткого ожидания дверь самолётараспахнулась, и яркий солнечный свет хлынул в салон. Один за другим конвоирыначали подниматься со своих мест, потягиваясь и разминая затекшие от долгогоперелёта мышцы. В воздухе витал смешанный аромат свежести и лёгкой примесиавиационного топлива, нежный отголосок завершившегося путешествия.

Спускаясь по трапу, я наблюдал за удаляющейсяфигуркой осуждённой в сопровождении конвоя. Её силуэт медленно растворялся впредрассветной дымке, сливаясь с очертаниями аэродромных построек. Казалось,время замерло, пока я провожал взглядом эту сцену, полную невысказанных вопросови тягостных предчувствий.

Что ждёт её там, за пределами этойкратковременной передышки, в холодных стенах моего исправительного учреждения?

Какие мысли бушуют в её голове, когдаона осознаёт необратимость свершившегося?

Вздохнув, я направился к машине, дожидавшейсяменя у подножия трапа. Впереди меня ждал новый день, новые задачи и новые лицаосуждённых, прибывающих в мой клан. Но образ юной девушки, поглощённой утреннимтуманом, ещё долго будет преследовать меня. В нём было что-то, заставляющеезадуматься о хрупкости девичьей судьбы и о чудовищных последствиях, к которыммогут привести наши действия.

Забравшись в салон автомобиля, я откинулся наспинку сиденья и закрыл глаза. В памяти всплывали обрывки перелёта, отголоскиразговоров конвоиров, тревожное молчание осуждённой. Она была столь прекрасна,как и в ту роковую ночь в моём клубе «Осо Негро». Каждый эпизод из воспоминанийдвухлетней давности оставлял свой след, формируя обжигающую боль в самомсердце.

Водитель тронул машину с места, и мы плавнопокатили по взлётной полосе, направляясь к выходу из аэропорта. Город постепеннопросыпался, наполняясь звуками и красками нового дня. А я всё ещё размышлял отолько что увиденном, пытаясь понять, какую роль сыграл в этом роковом эпизоде,и какие выводы можно из него извлечь. Во всём, что с ней случилось, виноваттолько я и никто другой.

Жизнь продолжается, но некоторые мгновениянавсегда остаются в памяти, словно навязчивые сны, напоминая о том, что каждоенаше действие непоправимо. Они словно якоря, удерживающие нас в определённойточке времени, заставляя заново переживать эмоции, анализировать принятыерешения и, возможно, горько сожалеть о сделанном или не сделанном. Эти моменты- не просто отрывки прошлого, а угнетающие кирпичи, давящие на грудь.

Воспоминания - горькие, болезненные, откоторых хочется бежать без оглядки. Они преследуют меня, словно зловещие тени,напоминая о совершенных ошибках.

Глава 2

Шарлотта

- Матушка Бернарда! Принимайновеньких. Альфа сегодня вечером хочет лично с каждой познакомиться… Подготовьдевушек.

- Хорошо! Можешь идти. И смотри мнене задерживайся в женском поселении. Давай ступай отсюда и побыстрее. А то…

- Тише, матушка. Я уже ухожу. Ановенькие ничего так. Ты ведь их сегодня выставишь?

- Если Альфа пожелает, то девки будутучаствовать… Ты ещё здесь? Может, тоже хочешь стать лотом? В мужском поселениихватает…

Напуганный словами старухи парень молниеносноскрылся за высокими воротами женского поселения, только пятки сверкали.

Я и ещё две девушки стояли в окружении толпынедружелюбно настроенных женщин. Напряжение висело в воздухе, густое иощутимое, как летний зной перед грозой. Каждая из нас чувствовала его кожей -этот концентрированный сгусток неприязни, исходящий от собравшихся вокругженщин. Их взгляды были остры, как лезвия, прожигали нас насквозь, словнопытаясь выявить малейшую слабость, уязвимость, чтобы тут же воспользоваться ею.

Я украдкой взглянула на своих спутниц, с кемпровела многочасовой полёт в самолёте. Бонита, обычно такая смелая и увереннаяв себе, сейчас нервно теребила край своего платья, а Эстелла, всегдажизнерадостная и полная энергии, казалась бледной и сжатой. Я понимала ихстрах. В этой враждебной атмосфере, под пристальными, осуждающими взглядами, дажесамая сильная духом могла дрогнуть.

Никто из нас не знал, что послужило причинойтакой агрессии. Мы просто оказались не в то время и не в том месте? Или же причинакрылась в чём-то другом - в невысказанных обидах, в затаённой зависти? Вопросовбыло много, а ответов не было ни одного.

В этот момент я почувствовала, что должнавзять ситуацию под контроль. Нельзя позволить страху парализовать нас. Нужнодействовать, нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, прежде чем онаокончательно выйдет из-под контроля. Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперёд ипопыталась улыбнуться, хотя уголки губ невольно дрожали.

- Добрый день, - произнесла я как можноболее спокойно и уверенно. - Мы не понимаем, что происходит, но надеемся, чтомы можем всё обсудить и найти общий язык.

Тишина, нависшая в ответ, казалась ещё болеезловещей, чем предшествующая ей неприязнь. Женщины сделали несколько шагов встороны, пропуская к нашей троице старуху.

- Ты кто такая будешь, что осмелиласьоткрыть рот без моего позволения! Запомните, заключённые. Без моего позволениявы даже дышать не можете. Я решаю - жить вам или умереть. Думаю, вам всё ясно?

Мы безмолвно кивнули головами и сполными страха глазами слушали старуху.

- С момента появления в Клане Гризливы должны забыть, кем были и как вас звали за его пределами. Здесь вы такие жезаключённые, как и все присутствующие, со своим именным номером. Клариса!Приведи девушек в надлежащий вид, и я жду их у себя. Я должна их осмотретьперед знакомством с Альфой.

Кто такая эта матушка Бернарда?Почему она имеет такой вес на заключённых и даже на охранников? И о каком ещёаукционе шла речь?

- Ай! Ты что творишь, тварь…

- Заткнись, заключённая под номеромшестьсот шестьдесят шесть. Присцилла! Не жалей её. Тщательнее удаляй волосы.Альфа не любит сучек с шерстью. Ускорься! Через три часа аукцион, а они ещё неготовы с ним встретиться.

Я чувствовала, как горячие слёзы катятся пощекам, смешиваясь с едкой пеной, которой меня обмазывали. "Шестьсотшестьдесят шесть"… Какое ироничное число. Дьявольское. Как будто я саманакликала это на себя. Ещё вчера я была обычной студенткой, с мечтами и надеждами.А сегодня? Сегодня я - товар. Вещь, выставленная на продажу.

Руки Присциллы не дрожали, но я видела в еёглазах отблеск сочувствия. Она, как и я, была здесь не по своей воле. Простоочередная жертва системы, пожирающей всё на своём пути. Она пыталась сделатьсвою работу как можно быстрее, понимая, что каждое лишнее мгновение мучительнодля меня.

- Тише, тише, - шептала она, стараясьне смотреть мне в глаза. - Скоро всё закончится. Постарайся держаться.

Но что она могла знать? Закончится лиэто когда-нибудь? Или я навсегда останусь пленницей этого кошмара?

Скоро начнётся аукцион, где толпа похотливыхвзглядов будет оценивать моё тело, как кусок мяса. И среди этой толпы будет он,самый главный покупатель - Альфа. Тот, кто решит мою судьбу. Тот, ктоопределит, буду ли я жить в роскоши или влачить жалкое существование. Страхсковывал меня, парализуя волю. Я была готова ко всему, лишь бы этот кошмарпоскорее закончился.

Часы тикали, приближая меня к пропасти.Клариса отвела меня и двух новеньких, в чём мать родила, к старухе. Нас усадилина странные кресла, раздвинули широко ноги, зафиксировав ремнями. Старухатщательно рассматривала наши промежности и после долгого осмотра приказаласледовать за ней.

- Альфа! Я привела новеньких передаукционом. Среди них есть та, что окрасит ваши белоснежные простыни. Эстелла -«Мисс планеты». Восемнадцать лет. Осуждённая за убийство своего продюсера, чтонамеривался лишить её невинности. Она девственна и нигде не тронута.

Посреди покоев Альфы, опустив головы, стоялимы, будущие лоты аукциона. Он оценивающе разглядывал наши обнажённые тела. Апосле указал жестом руки Эстелле лечь на кровать.

Я невольно сжала кулаки, ощущая, как по спинепробегает холодок. В животе поселилось ледяное предчувствие, хотя внешне ястаралась сохранять невозмутимость. Эстелла, бледная как полотно, послушноопустилась на кровать, и мягкая обивка утонула под её весом. Альфа прошёлсявокруг неё, словно оценивая товар на рынке. Его взгляд, тяжёлый и цепкий,обжигал кожу.

Он что-то пробормотал себе под нос, а затемустремил свой взгляд к видеокамере, установленной напротив кровати, и обратилсяк потенциальным покупателям с презрительной усмешкой:

- Как видите, товар высшего качества.Молодая, невинная, готовая к любым вашим прихотям. Кто предложит больше?

В комнате повисла гнетущая тишина. Ячувствовала, как дрожат мои колени, но не позволяла себе опустить взгляд.Внутри меня бушевал ураган, смешивая гнев, страх и унижение. Мы - не товар! Мы -живые существа! Но в этом месте наши голоса ничего не значили.

Аукцион начался. Голоса участников слились водин жадный гул, доносящийся из динамиков. Цифры росли, словно сорвавшиеся сцепи. Я смотрела на Эстеллу, лежащую на кровати, её глаза были полны слёз.Хотелось подбежать к ней, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я знала,что ничего хорошего нас здесь не ждёт. И вскоре очередь дойдёт и до меня.

Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться отвсего, что происходило вокруг. В голове крутилась только одна мысль:"Выжить. Любой ценой".

Глава 3

Мигель

- Следующая новенькая - Бонита.Девятнадцать лет. Осуждена за сломанную брачную ночь, за убийство, совершенноев порыве отчаяния. Едва ли виновна… Ничьи руки, кроме рук убитого, не касалисьеё. Он осквернил её невинность, словно сорвал с дерева незрелый плод, - словаматушки Бернарды обрушились на мои покои раскатом грома.

Бонита… Имя, звучащее издёвкой в этом скорбномместе. Юное лицо, словно вылепленное из лунного света, застыло в маске ужаса,предвещая вечную ночь. Я видел многих, кто переступал этот порог, но в еёглазах плескалась первозданная, ничем не замутнённая боль. Боль ограбленногоребенка, лишённого веры в свет и справедливость.

Голос матушки Бернарды, обычно скупой наэмоции, дрогнул, словно она пыталась оправдать эту душу в моих глазах, а может,и в своих собственных. Убийство… Даже в этих стенах, пропитанных грехами ислезами раскаяния, это слово резануло слух. Но я давно усвоил: истина прячетсяза ширмой лжи и предрассудков.

"Едва ли виновна…" - эхоэтих слов заполнило мои мысли. Что скрывается за этим "едва ли"?Какая бездна отчаяния толкнула эту хрупкую душу на столь отчаянный шаг?

Я должен это узнать. Не для суда, не дляосуждения. Я должен отыскать в этом искалеченном сердце искру надежды, помочьей выжить в этом аду и, возможно, указать путь к искуплению.

Бонита сидела на кровати, обхватив коленируками, и смотрела сквозь стены. Глаза - пустые колодцы без дна. Я опустилсярядом и, словно предлагая спасение, протянул ей руку. Она вздрогнула, словно отудара, и медленно подняла на меня свои огромные, полные тьмы глаза. В них яувидел отражение своей будущей работы - кропотливой, мучительной, нонеобходимой.

Эти новенькие часто видят во мне чудовище,тирана, алчного торговца, продающего их юные тела на аукционе, превращающего ихв наживу или средство достижения собственных грязных целей. Они смотрятисподлобья, прожигая меня взглядом, полным страха и ненависти. Я ощущаю этотлипкий, разъедающий холодок даже тогда, когда они молчат в кромешной темноте.Их неопытные глаза не видят всей картины, не понимают, что здесь, в этомпроклятом месте, я - их единственный щит, их единственная защита от внешнегомира, где царствуют голод, нищета и смерть.

Я понимаю этот ужас, застывший в их сердцах.Когда-то я сам был таким же - сломленным, растерянным, потерявшим всё. Я тожесмотрел на тех, кто стоял надо мной, с ненавистью и отчаянием, не понимая, чтоони делают это ради меня, ради нашего выживания. Но мир жесток: или тыприспосабливаешься, или погибаешь. Я выбрал первое, и теперь обязан вести этихдевочек по тернистому пути, даже если они проклинают меня за это.

Я не жду благодарности, не ищу признания. Моянаграда - видеть их живыми, видеть, как они растут, учатся и становятсясильнее. Видеть, как в их глазах загорается искра надежды, как они начинаютверить в себя. Этого достаточно.

Пусть думают обо мне, что хотят. Пустьпроклинают, считают чудовищем. Я знаю, что делаю. Я знаю, зачем я здесь. И покая жив, я буду защищать их, даже от самих себя. Потому что, в конечном счёте, мывсе - одна семья, и только вместе мы сможем выстоять в этом безжалостном мире.

- Следующий лот - Бонита. Юная,свежая, готовая ублажить любого. Кто предложит больше?

Бедные покупатели из мужского поселения готовыбыли разорвать друг друга, лишь бы заполучить её. Мне их всех жаль. Новенькиеникогда не станут их рабынями. У каждой своя роль в моём клане.

Ещё во время полёта в Мехико я изучил их дела.Виновны, не спорю, но их наказание слишком жестокое. Кроме Лотт, конечно. Оназаслужила пожизненное. Но уж точно не рабство у преступников из мужскогопоселения после этого чёртового аукциона.

- Последняя новенькая - Шарлотта…

- Не беспокойтесь, матушка Бернарда!Я сама представлюсь Альфе. Мы уже знакомы, - прошептала Лотт с лукавой улыбкой.

Старуха, исчерченная морщинами, лишь усталовздохнула. Она давно привыкла к выходкам таких девиц, прилетевших из самогосердца цивилизации, из мира огней и машин, так непохожего на нашу тихуюобитель.

Клан Гризли был местом уединения иразмышлений, затерянным в горах, вдали от мирской суеты. Сюда попадали женщины,ищущие покоя, исцеления души или просто желающие разобраться в себе на времяссылки.

Шарлотта не подходила ни под одно из этихопределений. Она была словно яркая бабочка, случайно залетевшая в пыльнуюбиблиотеку, полная энергии и внутреннего огня, который вот-вот вырвется наружу.

Матушка Бернарда тревожилась за неё. Я -Альфа, глава берсерков, не любил чужаков. Я был суров и справедлив, но в моихглазах всегда читалась неприязнь к тем, кто не принадлежал к моему миру. Идея отом, что такая хрупкая девушка предстанет передо мной, казалась безумием.

Но Лотт была непреклонна. Она знала, что ейнужно встретиться со мной, что-то сказать, о чём-то попросить. И она небоялась. Вопреки предостережениям матушки Бернарды, в её глазах горел огоньрешимости, который мог бы осветить даже самые тёмные уголки нашего клана.

Обойдя меня сзади, она медленно сняла с меняшёлковый халат, обнажая моё тело перед новыми осужденными.

- Мой Альфа. Мой господин. Позвольтесвоей рабыне расслабить вас после тяжёлого дня.

Её дыхание коснулось моей шеи, когда онапрошептала эти слова. Я закрыл глаза, позволяя её прикосновениям обжигать моюкожу. Лёгкие поцелуи осыпали мои плечи, спускаясь к лопаткам. Я почувствовал,как её пальцы скользят по моему животу, вызывая волну мурашек.

В зале повисла тишина. Новые осужденныезатаили дыхание, наблюдая за происходящим. Я знал, что они видят во мне нетолько Альфу, но и свою надежду, свой шанс на выживание в этом жестоком мире. Ив этот момент я должен был показать им свою силу, свою власть.

Я повернулся к ней лицом, взяв её ладони всвои. Её глаза, полные преданности и желания, смотрели на меня. Я притянул еёближе, чувствуя тепло её тела.

- Ты знаешь, чего я хочу, - прошепталя ей на ухо. - Ты знаешь, как доставить мне удовольствие. Покажи им, на чтоспособна моя рабыня.

Она улыбнулась, и в её глазах вспыхнул огонь.Она отпустила мои руки и опустилась на пол, её губы коснулись моего бедра. Залнаполнился тихими вздохами и стонами. В этот момент я был Альфой, господином,хозяином всего этого мира. И я наслаждался своей властью.

- Господин, простите свою рабыню. Мненехорошо, - Лотт не успела договорить, как упала на пол без чувств.

- Бернарда! Срочно врача!

Глава 4

Шарлотта

- О, ты очнулась. Прекрасно. Раз ужвы здесь, в покоях Альфы, позвольте сообщить вам радостную весть, - проскрипелголос, словно ржавый ключ в замке. - Альфа удостоил вас чести принять в своёмдоме. Шарлотта отныне - его личный батлер, Эстелла - горничная, а Бонита -кухарка. Благодарите Альфу за эту невиданную милость! И немедленно приступайтек своим обязанностям.

- Девчонки, здорово! Нас не купили нааукционе! - Эстелла, окрылённая внезапной радостью, запрыгала, словно юнаялань, и закричала, не в силах сдержать ликование.

- Дуры! Да вас троих выкупили нааукционе, - рявкнула матушка Бернарда, словно окатила нас ледяным душем. -Теперь вы рабыни, на долгих три года. Каждую неделю, с субботы по воскресенье,каждая из вас будет ублажать мужской блок из двадцати…мужчин. А в остальноевремя - трудиться в доме Альфы. Но вам ещё повезло, девчонки. Эстелла на тригода принадлежит блоку «Финансистов», Бонита - «Политическим». А вот тебе,Шарлотта, не позавидуешь. Ты в рабстве у «Наёмников». Мне тебя искренне жаль.

Я стояла, словно громом пораженная, опустивголову. Руки дрожали мелкой дрожью, а внутри всё сжалось от леденящего страха ибезысходности. «Наёмники» - одно это слово заставляло кровь стыть в жилах. Яслышала леденящие душу истории об их жестокости, о том, как они обращаются срабынями. Земля уходила из-под ног, поглощая меня в бездонную пропастьотчаяния.

Эстелла и Бонита, хоть и понимали, что ихучасть незавидна, не могли скрыть облегчения. Они знали, что их блоки, хоть итребовательны, но не идут ни в какое сравнение с теми, кому теперь япринадлежу.

Сам Альфа, стоявший в стороне, наблюдал занашей реакцией с непроницаемым выражением лица. Он прекрасно понимал, что словаматушки Бернарды обрушились на нас, как удар молота, но это его нисколько нетрогало. Он видел в нас лишь инструменты, безмолвные механизмы, призванныеисполнять его волю.

- Радуйтесь, что я вообще взял вас ксебе, - произнёс он, и в его голосе не было ни капли сочувствия, лишь холодная,безжалостная сталь. - Вам повезло больше, чем другим. А теперь убирайтесь иприступайте к работе. У меня нет времени на ваши слёзы.

Эстелла первой двинулась к двери, стараясь несмотреть на меня. Она понимала, что не в силах ничего изменить, и лучшенаправить свои силы на то, чтобы выжить в этом новом, жестоком мире. Бонита шласледом, её лицо окаменело, но в глазах читалась упрямая решимость. Я осталасьпоследней, словно прикованная к полу. Слёзы жгли глаза, но я знала, что плакатьбесполезно. Глубоко вдохнув, я шагнула вперёд, навстречу своей новой жизни -жизни рабыни.

- Стой, Шарлотта! Оставайся в покояхАльфы. Сейчас придёт массажистка, и ты должна запомнить каждое её движение,каждое прикосновение. Когда Альфа вновь захочет расслабиться, ты должна будешьублажить его. Запомни! Ты его батлер и круглосуточно будешь находиться рядом сним. Ты меня поняла?

Я задумалась над словами старухи. Оставаться впокоях Альфы - это не только привилегия, но и тяжкое бремя ответственности. Японимала, что всё, что произойдёт в эти минуты, должно отпечататься в моейпамяти, словно священный код к удовлетворению желаний Альфы.

Моё внимание приковала массажистка, вошедшая вкомнату с тихой грацией пантеры, готовящейся к прыжку.

Первая часть ритуала началась с ритмичныхкасаний: нежные, но сильные руки женщины принялись разминать напряжённые мышцыАльфы, и я внимательно следила за тем, как его тело отзывается на каждоеприкосновение.

Я словно записывала в своём сознании каждуютехнику, каждый штрих, как будто это были священные письмена. От глубокихпоглаживаний до расслабляющих круговых движений - всё имело значение, ничто неускользало от моего внимания.

Я заметила, что массажистка использует особыемасла, наполняя комнату тонким ароматом лаванды, который, казалось, умиротворялАльфу. Запомнила, как она создаёт атмосферу - приглушенная музыка, мягкий,рассеянный свет. Все эти детали рождали целостную картину, которую я должнабыла воспроизвести в следующий раз, когда Альфе понадобится отдых.

Каждый её взгляд, малейшее изменение давлениярук были важны. Я чувствовала, как во мне растёт уверенность, что я смогу статьидеальным батлером.

Я не просто наблюдала, я впитывала информацию,готовясь к тому моменту, когда Альфа снова потребует моих услуг. Быть хорошейслугой - значит не только исполнять приказы, но и предвосхищать желаниягосподина.

Время пролетело незаметно, и вскоремассажистка завершила свою работу, оставив Альфу полностью расслабленным. Ядала себе клятву, что каждый раз, когда он будет нуждаться в поддержке, я постараюсьсоздать ту атмосферу покоя и наслаждения, которая станет для негонеобходимостью, как и моё присутствие рядом.

В доме Альфы нас ждали строжайшие правила инескончаемая работа. Каждый шаг, каждое движение должны были быть отточены досовершенства. Но я знала, что моё истинное испытание начнётся в субботу, когдая впервые предстану перед своими новыми хозяевами. Я закрыла глаза, пытаясьсобраться с силами. Три года покажутся вечностью.

- Пусть матушка Бернарда подготовитдевушек и приведёт их ко мне. Эту ночь они проведут в моей постели, а завтра сутра отправятся к своим хозяевам. Чего застыла, как истукан? Выполняй!

Я вздрогнула от резкого голоса и поспешнопоклонилась, выбегая из комнаты. Сердце колотилось в груди, как пойманнаяптица. "В его постели…" - эхом отдавалось в голове. Эта мысльзаставляла кровь стынуть в жилах. Матушка Бернарда встретила меня хмурымвзглядом, словно предчувствовала дурные вести.

- Господин желает видеть девушек, -выдавила я из себя, стараясь не смотреть ей в глаза.

Матушка Бернарда ничего не ответила, лишькивнула и повела меня за собой в комнату прислуги. Там царила зловещая тишина,нарушаемая лишь тихим шёпотом девичьих молитв. Она окинула их цепким взглядом,выискивая тех, кто должен был предстать перед Альфой. Её выбор пал на двухновеньких. Я знала, что их ждёт, и от этой мысли становилось дурно.

Когда мы подвели девушек к Альфе, они дрожалиот страха. Я видела в их широко распахнутых глазах отражение собственнойбеспомощности. Альфа окинул их оценивающим взглядом, словно выбирал товар нарынке рабов. Затем, с кривой усмешкой, указал на одну из девушек, с длиннымисветлыми волосами. Это была Эстелла.

- Ты останешься со мной, - произнёсон хриплым голосом, полным похоти. - Остальные могут идти.

Мы поспешно скрылись из покоев, а та, чтоосталась, застыла на месте, словно парализованная. Я знала, что сейчас её жизньизменится навсегда. И я ничем не могла ей помочь.

- А ты куда это собралась? -оглушительный голос старухи заставил меня подпрыгнуть на месте. - Батлер должнанеотступно находиться рядом с Альфой. Марш в покои и жди его указаний. Не смейоткрывать рот без позволения. Стой тихо, как статуя. И смотри ему в глаза. Этоего приказ. Выполняй!

Сердце бешено колотилось в груди, но я непосмела ослушаться. Старуха, которую все называли Матушкой, была правой рукойАльфы, и её гнев был страшнее самой смерти. Я медленно развернулась и поплеласьобратно к покоям.

За дверью царила зловещая тишина. Я неслышновошла и увидела Эстеллу. Она сидела на краю кресла, опустив голову. Её светлыеволосы закрывали лицо, скрывая эмоции. Альфы нигде не было. Я встала у стены,как и было велено, и замерла в ожидании, стараясь не издавать ни звука.

Казалось, прошла целая вечность, прежде чемдверь распахнулась и вошёл Альфа. Он был огромен, словно высечен из камня, истрашен. Его глаза горели хищным огнём. Эстелла вздрогнула и подняла на негоиспуганный взгляд. Альфа ухмыльнулся и медленно приблизился к ней.

Я старалась не смотреть, но не могла оторватьглаз. Я чувствовала себя беспомощной свидетельницей чудовищной трагедии,разворачивающейся прямо у меня на глазах. Я знала, что сейчас произойдет что-тоужасное, и я была бессильна это предотвратить.

- Подойди ко мне, - прорычал Альфа.

Эстелла медленно поднялась и сделала несколькошагов в его сторону. Её руки дрожали, а на глазах блестели крупные слёзы. Язажмурилась, не в силах больше выдерживать это зрелище. Я молилась, чтобы всёэто поскорее закончилось.

Глава 5

Мигель

- Ты останешься. Остальные свободны.

Все, словно по команде, покинули мои покои,оставив меня наедине с Эстеллой. Хрупкая фигурка дрожала, как осенний лист,сорвавшийся с ветки. В огромных, испуганных глазах плескалась мольба,приправленная ужасом. Жестом указал на кресло напротив стола.

- Присядь, Эстелла. Не бойся. Я непричиню тебе вреда, если будешь честна.

Она опустилась на краешек кресла, словноожидая удара. Тонкие пальцы судорожно вцепились в ткань платья. Я внимательнонаблюдал за ней, пытаясь разгадать хаос, бушующий в её душе.

Одна из лучших учениц Академии, умна,талантлива, казалось, ничто не могло её сломить. Но сейчас передо мной сиделалишь затравленный зверёк.

- Я знаю, что ты видела, - начал я,стараясь говорить мягко, но твёрдо. - Видела то, что не должна была. И знаю,что молчишь из страха.

Эстелла вздрогнула и опустила взгляд.

- Я… Я ничего не видела, господин, -прошептала она еле слышно.

- Не лги мне, Эстелла. Я знаю правду.И чем скорее ты расскажешь мне всё, тем будет лучше для тебя.

Я наклонился вперёд, всматриваясь веё лицо.

- Поверь мне, я могу защитить тебя.Но только если ты будешь откровенна. Ты знаешь настоящего убийцу твоегопродюсера? Это так? Он угрожал тебе, и ты взяла его вину на себя. Кто он?

- Я… Я убила…

- Хватит, Эстелла. У тебя есть выбор:или ты рассказываешь мне всё об убийце и остаёшься в моём доме до концаразбирательства, или на три года станешь рабыней для двадцати мужчин. Поверь,они вывернут наизнанку каждую частичку твоей девичьей души так, что ты вряд лидоживёшь до освобождения. Скорее покончишь с собой на следующий день послепервой ночи с ними. Я ухожу, а когда вернусь, ты озвучишь своё решение.

Я отпрянул от неё, давая ей пространство дляразмышлений. В покоях повисла давящая тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьемчасов из коридора. Эстелла продолжала смотреть в пол, словно пытаясь прочитатьответ в причудливом узоре ковра. Жестокость моих слов была обдуманной. Это былединственный способ пробиться сквозь броню её страха.

Я оставил её наедине со своими мыслями. Ейнужно было время, чтобы взвесить все «за» и «против». Вышел из покоев, оставивдверь приоткрытой. Знал, что она наблюдает за мной, и мне было важно, чтобы онавидела, что я даю ей шанс. Шанс на спасение. Шанс на правду.

Прошли долгие минуты, казавшиеся вечностью.Наконец, я услышал тихий всхлип. Вернулся в покои. Эстелла вздрогнула и поднялана меня заплаканные глаза. В них больше не было страха, лишь беспросветноеотчаяние.

- Подойди ко мне.

Эстелла медленно поднялась и сделала несколькошагов в мою сторону. Её руки дрожали, а в глазах стояли слёзы.

- Хорошо, - прошептала она. - Ярасскажу вам всё. Но прошу вас, защитите меня.

- Батлер! Позови начальника охраны иадвоката. Лотт! Ты чего застыла, как каменная? Немедленно выполняй мой приказ!

Я подошёл к Эстелле и взял её дрожащие руки всвои. В них я почувствовал хрупкость и беззащитность, которые ранее скрывалисьпод маской высокомерия и надменности.

- Я обещаю, ты будешь в безопасности,- сказал я твёрдо. - Расскажи мне, и я сделаю всё возможное, чтобы тебязащитить.

Вскоре в покои вошли начальник охраны, адвокати Лотт. Жестом указал Эстелле на кресло.

- Расскажи им всё, что знаешь, -сказал я ей. - Ничего не утаивай.

Эстелла начала говорить, запинаясь и дрожавсем телом. Она рассказала о тёмных делах продюсера, в которых он был замешан,за которые его убил собственный же брат. С каждым словом её голос становилсявсё тише, а глаза наполнялись слезами.

Начальник охраны и адвокат внимательнослушали, не перебивая. Лотт стояла неподвижно, как статуя, но я видел, как еёруки дрожали. Когда Эстелла закончила свой рассказ, в покоях воцарилась тишина.

- Теперь мы знаем правду, - сказал я.- И должны действовать.

Я посмотрел на начальника охраны.

- Обеспечьте Эстелле полнуюбезопасность. Адвокат, подготовьте все необходимые документы для её защиты.Лотт, останься здесь. У меня есть к тебе разговор.

Начальник охраны кивнул и жестом подозвалдвоих охранников, которые тут же встали по обе стороны от Эстеллы. Адвокат,казалось, уже мысленно составлял план действий, его взгляд был сосредоточен иполон решимости. Эстелла, казалось, немного успокоилась, ощущая поддержку изащиту.

Когда они ушли, я повернулся к Лотт. В еёглазах читалась растерянность и страх. Она всё ещё стояла неподвижно, словнобоясь пошевелиться.

- Лотт, я знаю, что тебе сейчаснелегко. Ты была близка с продюсером, я понимаю. Но правда должна выйти наружу.

Я подошёл ближе и посмотрел ей прямов глаза.

- Я знаю, что у тебя есть информация.Ты видела или слышала что-то, что может помочь нам. Не бойся, Лотт. Теперь ты вбезопасности. Скажи мне всё, что знаешь. Это поможет нам привлечь виновных кответственности и защитить Эстеллу. И это поможет тебе освободиться от этогокошмара, в который тебя затянул именно он. Ты находишься здесь только по еговине. Я знаю, что с тобой произошло в клубе «Осо Негро». И знаю, что произошлопотом…

- Может, хватит на меня давить! Да, ябыла его любовницей, но какое он имеет отношение к изнасилованию в клубе?! Моюневинность отняли берсерки в зверином обличии, а не вампир! И всё, чтопроисходило в моей жизни, никак с ним не связано. Понятно?! Если допросокончен, то я пойду в свою комнату…

- Нет! Ты остаёшься в моих покоях! Доутра будешь меня ублажать! А завтра утром матушка Бернарда отведёт тебя к твоимхозяевам. Прими душ и ложись в постель. Чего застыла? Я жду…

Глава 6

Шарлотта

- Лотт, я понимаю, как тебе тяжело.Ты оплакиваешь утрату, ведь убитый был тебе близок. Но истина жаждет вырватьсянаружу.

Альфа приблизился, его взгляд пронзилменя насквозь.

- Я знаю, что ты владеешьинформацией. Ты видела или слышала то, что может стать нитью, ведущей кразгадке. Не бойся, Лотт. Здесь ты под моей защитой. Поделись всем, что знаешь.Это поможет нам призвать виновных к ответу и оградить Эстеллу от преследованийприспешников убийцы. И самое главное, освободит тебя от кошмара, в который тебявтянул этот человек. Ты оказалась здесь по его вине. Мне известно о событиях в«Осо Негро». И о том, что последовало за ними…

- Хватит давить! Да, я былалюбовницей покойного, но какое он имеет отношение к тому, что произошло вклубе? Мою невинность растоптали берсерки в зверином обличье, а не вампир,которым был мой любовник! Всё, что случилось в моей жизни, не связано с ним!Понятно? Если допрос окончен, я хочу вернуться в свою комнату…

- Нет! Ты останешься в моих покоях!До рассвета ты будешь ублажать меня! А наутро матушка Бернарда вернёт тебятвоим хозяевам, купившим тебя на аукционе. Ты - собственность Клана, одна из«Наёмниц» мужского блока, заключённая. Прими душ и ложись в постель. Чегозастыла? Я жду…

Дрожащими ногами я поплелась в ванную. Не отстраха перед предстоящей ночью с Альфой, а от хлынувших воспоминаний о роковойвстрече в доме убитого и знакомстве с Франко, его братом. Именно он сталпричиной моего пожизненного заточения в этом исправительном учреждении КланаГризли.

Вода обжигала кожу, словно стремясь смыть нетолько грязь, но и въевшуюся боль и воспоминания. Слова Альфы звучали какприговор, напоминая о моём бесправном положении. Я - вещь, купленная ипроданная, запертая в клетке чужих желаний. И Франко… Его тень преследоваламеня даже здесь, вдали от него и злополучного клуба. Он стал отправной точкоймоего падения, началом кошмара, из которого не было выхода.

Каждое прикосновение к телу отзывалось эхомтой ночи в «Осо Негро». Берсерки. Звери в человеческом обличии. И Франко,явившийся в моей жизни спустя пару месяцев после выписки из клиники, словноспаситель, а оказавшийся палачом. Он обещал защиту, а подарил лишь цепь,сковавшую меня с Кланом Гризли.

Вытеревшись полотенцем, я надела тонкуюшёлковую ночную рубашку, оставленную для меня на кровати. Она казаласьнасмешкой, символом роскоши, которая мне больше никогда не принадлежала.

В комнате меня ждал Альфа, сидящий на краюкровати. Его взгляд прожигал насквозь, заставляя чувствовать себя обнажённой нетолько физически, но и морально.

Альфа. Сама мысль о нём вызывала дрожь. Не отстраха, а от отвращения. Разве можно думать о любви с тем, кто распоряжаетсямоей жизнью, как вещью? Кто видит во мне лишь средство для удовлетворения своихпохотей? И всё же, я понимала, что должна подчиниться. Иначе завтрашний деньбудет ещё хуже.

Я медленно подошла, стараясь не смотреть ему вглаза. Легла рядом, ожидая прикосновений, которые вызовут лишь тошноту.

Он приблизился, и я замерла. Новместо этого прошептал:

- Расскажи мне о Франко, - голос егобыл тих, но в нём чувствовалась сила Альфы, которая заставляла подчинитьсяприказу на подсознательном уровне.

Я зажмурилась, пытаясь отогнать воспоминания.Но они нахлынули новой волной, обжигая сознание. Я начала говорить, запинаясь иглотая слёзы. О том, как познакомилась с Франко, о его обещаниях и лжи, о том,как он заманил меня в ловушку, из которой не было выхода.

Говорила, пока не почувствовала, что больше немогу. Альфа молча слушал, не перебивая. Когда я закончила, он обнял меня, прижавк себе. Впервые за долгое время я почувствовала себя в безопасности, забыв овсепоглощающей изнутри меня мести к берсеркам.

Оглушающий стук в дверь покоев Альфы заставилменя очнуться от морока сладострастия и высвободиться из его плена.

Альфа нахмурился, его взгляд, только чтосмягчённый нежностью, вновь стал жёстким и настороженным. Он отстранился отменя, но не отпустил мою руку, словно боялся, что я исчезну, как призрак.

- Войдите, - властно произнёс он, идверь немедленно распахнулась, впуская запыхавшегося охранника.

- Альфа, на границе замечены чужаки.Много, - выпалил охранник, с трудом переводя дыхание. - Они несут знаки КланаСеверного Ветра. Ещё, Альфа! В мужском блоке «Наёмников» назревает бунт.

Альфа резко отпустил мою руку истремительно поднялся.

- Клан Северного Ветра! Наши давниевраги, чьи набеги всегда были жестокими и кровопролитными.

Его лицо окаменело, и я увидела в нёмлишь воина, готового к битве.

- Соберите войско. Подготовьтезащиту. Я иду, - приказал он, не отводя взгляда от охранника. Затем онповернулся ко мне, и в его глазах мелькнула тень сожаления.

- Прости, мне нужно идти. Будь здесь.Здесь безопасно.

Он быстро поцеловал меня в лоб и выбежал изпокоев, оставив меня в тишине, прерванной лишь отдалёнными звуками тревоги.

Ночь тянулась бесконечно. Каждое воспоминаниео прикосновениях, каждое слово Альфы, словно раскалённый уголь, обжигало моюдушу и путало мысли.

- Мигель! Кто ты? Мой палач? Илиспаситель, посланник Богов?

Я старалась не думать ни о чём, кромепредстоящей встречи с матушкой Бернардой. Только она могла помочь мне выжить вэтом аду. Только она знала, как сохранить остатки человечности в мире, гдеправят звери.

Глава 7

Шарлотта

- Доброе утро, мой батлер! Лотт!Просыпайся, сонная принцесса! Твой Альфа проголодался, как дикий зверь. Накормименя, или я тебя съем…

Сквозь дрёму, словно сквозь дымку, пробивалсяслабый луч рассветного солнца. Голос Альфы, хриплый и требовательный, словноудар грома, обрушился на моё сознание. Тихо застонав, попыталась отмахнуться отназойливой реальности, закутавшись поглубже в прохладные шелка одеяла.

- Ещё пять минут, - пробормотала я вподушку, надеясь ускользнуть обратно в мир грёз.

Но Альфа был неумолим, как сама судьба. Егошаги, тяжёлые и уверенные, приближались, отсчитывая секунды моего неминуемогопробуждения. Сопротивление бесполезно. Этот мужчина не оставит меня в покое,пока не получит желаемое. Вздохнув, я смирилась с неизбежным. Придётся вставатьи исполнять свой долг.

Неохотно поднявшись с постели, поправиларастрепавшиеся волосы. Альфа уже стоял у кровати, и его тёмный силуэт казалсяогромным, властным. Он смотрел на меня с нетерпением, и в глубине его глазплясали голодные искорки. Лёгкая дрожь, смешанная с волнением, пробежала помоему телу. Я знала, чего он хочет, и понимала, что обязана утолить его жажду.

- Доброе утро, Альфа, - прошептала я,стараясь придать своему голосу бодрости. - Я сейчас же приготовлю тебе завтрак…Ой! Простите. Вам приготовлю завтрак.

Резко вскочив, направилась в ванную, чтобыпривести себя в порядок. Альфа последовал за мной, не сводя взгляда. Ячувствовала его пристальное внимание, его энергию, которая, казалось,пропитывала собой воздух.

Быстро умывшись, натянула лёгкое платьице,неизменную форму батлера. Затем отправилась на кухню, где уже чувствоваласьатмосфера суетливой работы. Альфа уселся за стол, наблюдая за каждым моимдвижением, словно хищник за добычей. Я принялась готовить его любимый завтрак:яичницу с беконом, хрустящие тосты с клубничным джемом и обжигающий крепкийкофе. Только так я смогу утолить его зверский голод и заслужить егорасположение.

- Лотт! Сегодня ты останешься здесь.В мужской блок к своим хозяевам не пойдёшь. Они под стражей за попытку устроитьбунт в клане. Как тебе новость? Нравится?

- Угу, - это всё, что я смоглавыдавить из себя, подавив ликующий крик.

Сердце бешено заколотилось в груди, словнопойманная птица. Неужели это правда? Неужели я освободилась от необходимостиунизительно ублажать похотливых заключённых мужского блока? Эта новостьопьяняла, словно глоток чистого воздуха после долгой, удушающей пытки. Ябоялась поверить своему счастью.

Пока жарился бекон, перед глазами возникликошмарные обрывки воспоминаний о тех днях, когда приходилось терпеть грубыеприкосновения берсерков в грязном клубе «Осо Негро». Мои хозяева из блока«Наёмников» едва ли лучше тех монстров, что меня насиловали. Я всегда мечталавырваться из этого ада, но никогда не смела надеяться, что это возможно. И вот,благодаря бунту, которого я даже не видела, моя жизнь круто изменилась.

Закончив готовить завтрак, осторожно поставилатарелку перед Альфой. Он принялся жадно поглощать еду, не отрывая от менявзгляда. В его глазах больше не было голодной искорки, лишь довольство… ичто-то ещё. Что-то, чего я не могла понять.

- Спасибо, Лотт, - проговорил он,откладывая вилку. - Ты хорошо готовишь. И вообще, ты очень полезная служанка. Ярад, что ты останешься здесь. Но в следующую субботу нам придётся расстаться нанекоторое время…

- Почему, господин? Вы покидаете клан?

Замерла, ожидая ответа. Его слова прозвучали,как зловещее предзнаменование. Только забрезжившая надежда на лучшую жизньснова затрепетала, готовая угаснуть.

Куда он уезжает?

И что будет со мной, когда его небудет рядом?

- Нет, Лотт, я не уезжаю из клана, -Альфа, заметив моё замешательство, поспешил успокоить. - Мне нужно будетотправиться в соседнее поселение для заключения важного договора. Это займётнесколько дней.

С облегчением выдохнула. Значит, он вернётся.И я снова окажусь рядом с ним, в безопасности и относительном комфорте. Но накончике языка вертелся один вопрос, и я не удержалась, чтобы его не задать:

- А что будет со мной, пока вас небудет, господин?

Альфа усмехнулся, словно я сморозилаглупость.

- Не волнуйся, Лотт. Ты останешьсяздесь, в моём доме. За тобой присмотрят мои заключённые из блока «Наёмников». Ипомни, ты - моя собственность. Никто не имеет права тебя тронуть без моегоодобрения. А теперь иди. У тебя много работы. И попроси матушку Бернардуподготовить для меня Бониту. Она должна быть безупречной.

Поклонилась, стараясь скрыть волнение. Блок«Наёмников»… Эти слова звучали угрожающе. Я знала, что там содержатся самыеопасные и непредсказуемые преступники клана.

Но Альфа сказал, что я в безопасности, что онине прикоснутся ко мне без его разрешения. И я не пойду в следующую субботу в ихблок, а останусь в доме Альфы. Оставалось только верить ему и надеяться налучшее.

Выйдя из кухни, направилась к матушкеБернарде, старой и мудрой женщине, которая заведовала всей прислугой,заключёнными и даже охраной в клане. Она всегда относилась ко мне по-доброму ипомогала советами, пусть и очень экстравагантными. Я чувствовала доброту еёдуши. Рассказала ей о поручении Альфы и попросила подготовить Бониту к ночи сним. Матушка Бернарда кивнула и пообещала всё устроить.

Затем принялась за уборку дома. Мыла полы,вытирала пыль, поливала цветы. Старалась не думать о предстоящей разлуке сАльфой через несколько дней и о том, что меня ждёт в его отсутствие. Янапоминала себе, что это всего лишь несколько дней, и что я должна быть сильнойи терпеливой.

Закончив с уборкой, решила немного отдохнуть всаду. Уселась на скамейку под раскидистым деревом и закрыла глаза, наслаждаясьтишиной и свежим воздухом.

В голове снова всплыли воспоминания о моейпрежней жизни, о тех унижениях и страданиях, которые мне пришлось пережить. Нотеперь всё изменилось. У меня есть Альфа, который, пусть и жесток и властен,защищает меня, и рядом с ним я чувствую себя в безопасности.

Внезапно услышала шаги. Открыв глаза, увиделаперед собой одного из заключённых из блока «Наёмников», судя по его бирке наодежде. Он был высоким и мускулистым, с суровым выражением лица. Испугалась, нопостаралась не показать этого.

- Что тебе нужно? - спросила я,стараясь говорить уверенно.

- Альфа приказал мне охранять тебя,пока он не вернётся, - ответил он грубым голосом. - Я буду следить за тобойднём и ночью. Начиная со следующей субботы и до утра понедельника. И не смейделать ничего, что могло бы Альфе не понравиться.

Кивнула, понимая, что это и есть та самаязащита, о которой говорил Альфа. Но почему-то мне стало ещё страшнее. Этотзаключённый казался опасным и непредсказуемым. Я не знала, чего от негоожидать.

- Как тебя зовут? - спросила я, чтобыхоть немного разрядить обстановку.

- Меня зовут Рауль, - ответил он. - Атебя Лотт, верно? Альфа много о тебе говорил.

Покраснела, не зная, что и думать. Что он могговорить обо мне? И почему этот Рауль так пристально на меня смотрит?

- Я просто выполняю свою работу, -добавил он, словно прочитав мои мысли. - Не волнуйся, я не причиню тебе вреда.Если Альфа этого не захочет.

Глава 8

Шарлотта

Солнце, истекая багряным соком, тонуло загоризонтом. Мне пора было сопроводить Бониту в покои Альфы. Эта ночьпринадлежала ей. Клякса боли расползлась в груди. Не я, а она разделит еголоже.

С тяжким вздохом я разгладила шёлк её платья.Тонкая ткань струилась между пальцами, горьким намёком на недоступную роскошь.Бонита - воплощение невинности: юная, прекрасная, с глазами, полными робкойнадежды. Она грезила об избранности, о любви Альфы. Но я знала иную правду. Вего зверином сердце не было места любви. Ему нужна лишь добыча - юное,неопытное тело, чтобы утолить ненасытную похоть.

Он жаждет её, но не меня. Мигель видит во мнелишь тень, служанку, не более. Пора отпустить его, похоронить несбыточныемечты. Вырвать из сердца с корнем. Он - берсерк, мой враг.

Закончив с платьем, я коснулась еёволос, убирая непокорную прядь с бледного лица.

- Всё будет хорошо, - прошептала я, иложь повисла в воздухе.

Бонита судорожно сглотнула, и я увидела в еёглазах отблеск моего собственного страха. Ещё недавно она трепетала отвосторга, избранница Альфы! А теперь в её душе зрело осознание: ночь сберсерком может стать последней.

Я легонько сжала её плечо, пытаясьвселить хоть искру надежды.

- Не бойся, Бонита. Я буду рядом. Непозволю ему причинить тебе зло.

Но слова звучали фальшиво даже в моихсобственных ушах. Каждый знал: когда берсерк теряет контроль, его неостановить. Он - машина смерти, ведомая лишь жаждой утолить свой голод и ярость.

Бонита смотрела на меня глазами,полными слёз.

- Ты не понимаешь, Лотти. Это Альфа.Кто посмеет ему перечить? Никто. Даже ты.

Она была права. Альфа - воплощение силы и властив нашем клане. Его слово - закон. Но я не смогу остаться в стороне, обрекаяюную девушку на растерзание.

- Я что-нибудь придумаю, Бонита.Обещаю.

Крепко обняв её, я почувствовала дрожь еётела. В мозгу хаотично метались мысли, но ни одна не казалась достаточно надёжной.Нужно найти способ остановить Альфу, не подвергая нас обеих смертельнойопасности. Но как?

Мы двигались по коридорам, и каждый шаг рождалгулкое эхо. Факелы плясали на стенах, отбрасывая причудливые тени, словно подчёркиваямрачность этого проклятого места. Бонита вцепилась в мою руку, её ладонь былавлажной от пота.

У дверей покоев Альфы стража расступилась,пропуская нас. Я обняла Бониту на прощание, пытаясь передать ей частицу своейсилы.

- Будь храброй, - прошептала я ей наухо. Она кивнула, и я разжала пальцы.

Сглотнув ком в горле, я толкнула двери. Они распахнулись,и Бонита робко вошла внутрь, а я замерла на пороге, словно обращённая в камень.

Сердце бешено стучало, по щекам потекли слёзы.Я знала, что её ждёт, и была бессильна. Оставалось лишь надеяться, что онапереживёт эту ночь и сохранит себя.

Альфа восседал в кресле у камина. Огромный,властный, с хищным огнём в глазах. Он окинул Бониту оценивающим взглядом, и япочувствовала, как она вздрогнула.

Душа разрывалась от боли. Хотелось броситься кней, собой заслонить, увести подальше от этого логова. Но я не могла. Мой долг- служить Альфе.

Я склонилась в поклоне, едвасдерживая дрожь в голосе:

- Альфа, я привела Бониту.

Он кивнул, не отрывая взгляда отдевушки.

- Можешь идти.

Слова прозвучали как приговор. Интуицияподсказывала: он не причинит ей вреда. Я развернулась и вышла, оставив Бонитунаедине с берсерком.

Всю ночь я бродила по тёмным коридорам, какнеприкаянная тень. В голове вспыхивали обрывки воспоминаний, несбывшиеся мечтыо Мигеле. Я знала: с восходом солнца Бонита станет другой. Его самкой. А янавеки останусь служанкой, молчаливой статуей в покоях Альфы. Но я выстою. Радисебя, ради своей мечты о свободе за пределами Клана Гризли.

- Что ты здесь делаешь? Почему не впокоях Альфы? Немедленно возвращайся к своим обязанностям! - голос старухипрозвучал резко, словно удар хлыста.

Я вздрогнула и обернулась. Её лицо, испещрённоеморщинами, выражало крайнее недовольство. Она всегда следила за мной, словно ябыла прокажённой, боялась, что моя дерзость заразит остальных.

- Я… я просто не могла уснуть, - пробормоталая, опуская взгляд.

Ложь давалась тяжело, но выбора не было.Признаться, что оплакиваю свои разбитые мечты и судьбу Бониты, означало навлечьна себя гнев старухи.

- Не могла уснуть? А тебя спрашивали?Твое дело - служить, а не шляться по ночам! - старуха схватила меня за плечо игрубо развернула к покоям Альфы. - Он целый час ждёт своего батлера. Охрана сног сбилась, разыскивая тебя. А ты, как летучая мышь, забилась в самый тёмныйугол. Соберись! Вытри слёзы. Батлер Альфы должен быть в форме при любыхобстоятельствах. Альфа не терпит ленивых.

Я поплелась за ней, ощущая, как внутри всёсжимается от бессилия. В голове снова и снова всплывало лицо Бониты, еёиспуганные глаза, дрожащие плечи. Я знала, что она сейчас переживает. Два годаназад я сама прошла через это, познала неукротимую, безжалостную страстьберсерков.

С того дня моя жизнь разделилась на «до» и«после». «До» - беззаботное существование в кругу семьи, учёба в академии,мечты о будущем. «После» - постоянный страх, ощущение грязи и безнадёги, жаждамести.

Я помню каждую деталь той ночи, словно этобыло вчера. Запах крови и пота, дикие крики, леденящий ужас. И взгляд берсерка,полный первобытной ярости и похоти. В тот момент я перестала быть собой. Ястала жертвой, сломленной куклой, выброшенной на обочину жизни.

И теперь Бонита… Бедная, наивная девочка,попала в тот же капкан. Я должна ей помочь. Я не могу допустить, чтобы онапрошла через то же, что и я. Но как? Берсерки - сильные и жестокие воины. Онине остановятся ни перед чем, чтобы заполучить желаемое.

Оставалось одно - собрать все свои силы,забыть о страхе и действовать. Ради Бониты, ради себя, ради всех женщин,ставших жертвами этих чудовищ. Я должна положить конец этому кошмару. И я этосделаю, чего бы мне это ни стоило.

Старуха толкнула меня в спину, и я,споткнувшись, едва не упала. Выпрямившись, я вошла в покои Альфы. Он сидел застолом, хмуро глядя на бумаги. Бониты нигде не было видно.

- Где ты была? - рявкнул Альфа, неподнимая головы. Голос его был полон раздражения.

- Я… я пришла, как только меняпозвали, Альфа, - пролепетала я, стараясь не смотреть ему в глаза.

- Ты должна была стоять у дверей иждать моих указаний. Но ты испарилась, как только я сказал тебе выйти изпокоев. Впредь не смей заставлять меня ждать. Поняла?

Я молча поклонилась и принялась исполнять своиобязанности. Налила ему вина, принесла бумаги, расставила свечи. Каждоедвижение давалось с трудом. В голове пульсировала лишь одна мысль: как Бонита?

- Подойди! Ознакомься с протоколомдопроса Бониты. Уверен, ты будешь потрясена. Мой адвокат возобновляет дело осмерти доктора Франко, родного брата твоего покойного любовника. И привлечёт кответственности твою так называемую подругу Каррин Сворт. Она хладнокровноубила Франко, после того как он надругался над её сестрой. Три ваших дела,Эстеллы, Бониты и твоё, скоро объединятся в одно.

Я взяла протянутые бумаги, и сердце пропустилоудар. Дрожащими руками я начала читать, впитывая каждое слово, каждую деталь.Показания, улики, имена. Всё говорило о том, что Бонита и Каррин - родныесёстры.

Бонита познакомила сестру со своим женихом,чокнутым доктором Франко, который годился ей в дедушки. Он выложил большиеденьги Каррин, чтобы реализовать свой коварный план. И она его выполнилабезупречно: стала моей близкой подругой, помогла совершить побег из дворца,донесла Великой Ми о моей подмене с Валерианой, убедила работать с докторомФранко. Он это спланировал ради одной цели - завершить свой эксперимент спрепаратом, за который я отбываю пожизненный срок в Клане Гризли.

Не я, а Карри вводила препарат моей сестреВалериане и Адольфу. Но меня обвинили в смерти Ади и попытке убить роднуюсестру. Меня назвали организатором всех преступлений, а за Каррин заплатилиогромный выкуп и выпустили из зала суда. Где справедливость!

Я не знала, что и думать. Бонита, такая юная инежная, не может быть убийцей. Каррин, моя подруга, всегда такая сильная инезависимая, замешана в этом? В голове не укладывалось. Но факты были упрямы.

- Что скажешь? - спросил Альфа,наблюдая за моей реакцией.

В его глазах не было ни капли сочувствия, лишьхолодный расчёт. Он словно играл со мной, наслаждаясь моей растерянностью.

- Я не знаю, Альфа, - прошептала я. -Мне нужно время, чтобы всё обдумать.

- Время? У тебя его нет. Завтра утромты должна дать показания против Франко и Каррин. Ты свидетель. Ты была рядом.Ты знаешь правду.

Я молча кивнула, понимая, что у меня нетвыбора. Альфа не оставит меня в покое, пока не получит то, что хочет. А он, каки я, жаждал справедливости. Я должна дать показания, чтобы смягчить свойприговор.

Когда Альфа отпустил меня, солнце уже взошло.Я направилась в комнату прислуги, надеясь увидеть Бониту живой. Дверь былаприоткрыта. Я заглянула внутрь и увидела её, спящую на кровати. Лицо её былобледным, под глазами залегли тени. Но она была жива. Сердце немного отпустило.Я тихонько прикрыла дверь и ушла, зная, что теперь в её жизни всё будет иначе.И в моей тоже. Я должна действовать.

Мечта о свободе, которая раньше казалась лишьпризрачной надеждой, теперь обрела конкретные очертания. Я буду бороться. И яне сдамся, пока не добьюсь своего.

Глава 9

Мигель

Я не мог понять, куда испарилась тавсепоглощающая страсть, что когда-то огнём бурлила в венах Лотт. Теперь в еёвзоре плескалось лишь презрение, обжигающая ненависть, адресованная мне. Почемустена отчуждения и ледяного безразличия воздвиглась между нами? Где яоступился?

Неужели она слепа к тем жертвам, на которые яиду, дабы вырвать её из лап правосудия, отменить этот проклятый пожизненныйприговор? Я вытащил из зала суда Эстеллу и Бониту - живые ключи к разгадке еёдела. Знал, что их новые показания могут перевернуть её судьбу. Ради этойнадежды я привёз их в свой клан, рискуя всем.

Да, я был груб, напорист с ними, и Лотт виделаэто. Но разве у меня был выбор? Толькотак я мог заставить их заговорить, вырвать правду из оков лжи. И как же горько,что она не оценила моих усилий. Во мне она видит врага, чудовище, а несоюзника, не того, с кем когда-то мечтала разделить ложе. Отвращение к моейсущности читается в каждом её движении, в дрожи ресниц.

- Я из рода берсерков, чёрт возьми!Она ненавидит всех нас. Боги! За что вы обрушили свой гнев на меня? В чём моявина? Скажите! Я больше не вынесу…

Звук приближающихся шагов оборвал моитерзания, заставил насторожиться. Что ещё стряслось? Какую новую напастьпринесёт утро?

- Альфа! Можно войти? - голосадвоката, Пауло, был полон тревоги. Похоже, он явился не с добрыми вестями нарассвете.

- Входи, Пауло!

- Мигель! Прости, что отрываю. Нодело не терпит отлагательств, требует твоего немедленного вмешательства.

- Что случилось?! Говори!

- Ты принял верное решение,согласившись подписать мирное соглашение и принять условия вожака КланаСеверного Ветра в субботу. Но боюсь, в этом вопросе назревают серьёзные осложнения.

- Ты о чём? Не понимаю. Что не так?

- Мигель! Вожак Северных не простотак пригнал к нашим границам свою армию. Мы, вернее, твои братья, нарушилидоговорённости между нашими кланами. Взгляни на это видео, сам всё поймёшь. Онидали интервью прессе за день до его появления у границ, объявив о разрывепомолвки с его дочерями.

Услышанное казалось бредом. Я не верил своимушам. Чтобы убедиться в предательстве братьев, я открыл видеофайл. Лучше бы яоставался в неведении.

Репортёр одного из бразильских каналовзапечатлел пикантные сцены с участием моих братьев и полуобнажённых девиц вночном клубе Рио-де-Жанейро. Этот наглый журналюга профессионально подвёлАртуро и Орсона к разговору на камеру, заручившись их согласием на интервью.

В интервью братья, едва ворочая языками,признались, что их сердца принадлежат некоей принцессе, а не навязаннымполитическим браком невестам. И публично объявили о расторжении помолвки с дочерямивожака Клана Северного Ветра.

- Что?! Они совсем обезумели?

Хоть хватило ума не называть имя той, из-закоторой они пошли на этот шаг. Если вожак Северных узнает, кто разбил сердцаего дочерей, он объявит Лотт настоящую войну.

Идиоты! Что они натворили!

Подвергли опасности не только КланГризли, но и невинную Лотт, втянув её в нашу межклановую вражду.

- Где они сейчас?

- Успокойся! Братья уже на подступахк границе клана. Скоро приедут, и ты сможешь объясниться с ними. Не забудьознакомиться с мирным соглашением и обязательствами до встречи с вожакомСеверного Ветра. Документы у тебя на столе. Ну, я пошёл. Займусь делами твоихподопечных девушек. Как будут новости, сообщу. Буду на связи.

Отвратительное начало дня. Нужно взять себя вруки и попытаться разрешить эту идиотскую ситуацию с братьями. Надеюсь, я смогуих вразумить, убедить возобновить помолвку с дочерями вожака Северных. Отжелания выплеснуть гнев на головы братьев, я набрал номер Орсона. К моемуудивлению, он сразу ответил:

- Слушаю тебя внимательно, Альфа! Соскучился?Приснился, что ли? - он ржал в трубку, а на заднем плане слышались женскиевизги и смех Артуро.

- Где вы сейчас? Что за девки рядом свами?! - заорал я в трубку, обезумев от ярости.

- Да не ори ты так, оглохнуть можно.Мы с подругами едем в наш клан. Как только узнали, что ты забрал Шарлиту в клан,решили пожить у тебя в доме. Брат, почему молчал? Мы по ней истосковались.Уверен, она тоже по нам скучала…

- Заткнись! Вы к ней больше неприблизитесь! Она не должна узнать о том, что вы были два года назад в клубе«Осо Негро». Понял?

- Дай сюда телефон! - подвыпивший Артуровыхватил трубку у брата. - Нет, это ты не понял? Заруби себе на носу, братец,Ло - моя! Я первым покрыл её зверем, лишил невинности. Она должна была статьмоей и Орсона женой по традициям берсерков два года назад, но ты помешал нампоставить ей метки…

Брат внезапно замолчал. Через мгновение изтрубки послышались невнятные звуки, крики… Похоже, между ними завязалась драка.

- Артуро! Орсон! Прекратитенемедленно! - заорал я, надеясь, что моя сила Альфы хоть сейчас возымеет на нихдействие.

- Брат! Мы поняли. К Шарлите неподойдём. Она нас не увидит. Обещаю. Но надеюсь, ты не оставишь обделёнными вженской ласке своих братьев? - похотливый Орсон говорил убедительно, но язнал, что их звери не успокоятся, пока не утолят свою похоть.

- Конечно, не оставлю… Избавитесь отсвоих шлюх, тогда будете жить рядом с моими покоями, в соседней комнате. Послеобеда я пришлю к вам девушек. Но только при условии, что вы не будете выходитьиз комнаты без моего разрешения. Вам ясно?

Ответ братьев был предсказуем. После разговорас ними я позвал Бернарду и попросил подготовить соседнюю комнату. А передобедом велел привести ко мне новеньких заключённых, прибывших сегодня утром.Осталось решить, что делать с Лотт, пока братья будут жить в доме.

Погружённый в мрачные мысли, я не заметил, какЛотт бесшумно возникла рядом.

- Мой господин, вы чем-то расстроены?Я могу вам помочь?

Я вздрогнул, словно очнулся от глубокого сна.Её голос, мягкий и заботливый, вернул меня в реальность. Повернувшись к Лотт, яувидел в её глазах искреннее беспокойство.

- Нет, Лотт, всё в порядке, -попытался я успокоить её, хотя мой голос звучал натянуто. - Просто задумался окое-чём. Ничего особенного.

Но Лотт была слишком проницательна, чтобыповерить мне. Она приблизилась и положила свою тёплую ладонь на мою руку.

- Мой господин, я вижу, что это нетак. Вы очень напряжены. Может быть, я сделаю вам массаж, помогу расслабиться,забыть о тревогах хоть на время? Мой Альфа, вам это просто необходимо передначалом рабочего дня.

Я колебался. Но в глазах Лотт было столькоискренней заботы и желания помочь, что я не смог устоять.

- Хорошо, Лотт, - вздохнул я.

Лёгкая улыбка тронула её губы, когда онауслышала моё согласие. Она мягко потянула меня за руку. Тепло её ладони приятноконтрастировало с ледяной скованностью, охватившей меня изнутри.

Я позволил ей увлечь себя вглубь покоев, гдестояло удобное кресло, специально предназначенное для расслабления. Она, словноискусный знаток своего дела, принесла небольшое полотенце и ароматическое маслос тонким запахом лаванды. Лотт усадила меня, встала позади и её руки, уверенныеи нежные, начали массировать мои плечи.

Её движения были плавными и чувственными,словно она знала каждый мускул моего тела. Я закрыл глаза, позволяя теплу еёрук проникать вглубь, вытесняя напряжение, накопившееся за последние дни.Действительно, я чувствовал, как волны расслабления накрывают меня, а запахлаванды окутывает, успокаивая мысли и изгоняя прочь суету.

Вскоре Лотт перешла к моей шее, разминаязажатые позвонки. Я тихо застонал от удовольствия. Её прикосновения быливолшебными, словно она стирала мои тревоги кончиками пальцев. Я чувствовал, кактяжесть, давившая на меня, постепенно отступает.

Минуты текли, и я всё глубже погружался всостояние блаженной неги. Слова Лотт были излишни. Её присутствие и заботаговорили сами за себя. Я чувствовал, как её тепло обволакивает меня, защищая отвнешнего мира и позволяя просто быть, без необходимости что-то доказывать илирешать.

Когда Лотт закончила массаж, я открыл глаза,чувствуя себя обновлённым и отдохнувшим. Я посмотрел на неё с благодарностью.

- Спасибо, Лотт, - искренне произнёся. - Ты действительно помогла мне.

Она улыбнулась в ответ.

- Всегда к вашим услугам, мой Альфа.Я рада, что смогла вам помочь. Теперь вы готовы к новому дню.

Двери распахнулись, и в покои вошла Бернарда сдевушками в откровенных нарядах. Я посмотрел на Лотт. Она застыла на месте,словно статуя, с ошарашенным выражением лица.

Глава 10

Шарлотта

Появление матушки Бернарды в сопровожденииполуобнажённых девиц, одетых в вызывающие лохмотья, лишь подтвердило горькуюистину моего положения в жизни Мигеля. Я - всего лишь личная прислуга Альфы.Обязанная утолять его желания, подобно бесчисленным сучкам в его клане.

Ещё утром, перед тем, как предстать предАльфой, я встретилась с адвокатом и следователем. Отвечала на их вопросы,давала показания как свидетель по делу о гибели продюсера и его брата, упомянуво коварных замыслах Франко, касающихся моей судьбы.

Я изложила всё до мельчайших деталей, не забыво роли Карри в совершённых злодеяниях. После прочтения моего протокола допроса,следователь заверил, что намерен возобновить расследование и объединить триразрозненных уголовных дела в одно.

Адвокат обнадёжил, что у меня, Эстеллы иБониты появился реальный шанс на смягчение приговора. И, возможно, даже полноеснятие обвинений. Значит, скоро мы покинем Клан Гризли - эту тюрьму, гдеотбываем наказание за преступления, которых не совершали.

И, надо признать, мы должны быть благодарныАльфе за его стремление докопаться до истины в наших запутанных делах. Но зачемему ворошить это осиное гнездо? Ради кого из нас троих он так усердствует?

Невинной Эстеллы?

Или Бониты, с которой он разделилложе этой ночью?

Или, быть может, ради меня?

Я стояла посреди покоев Альфы, оцепенев нестолько от обилия девиц, готовых на всё, лишь бы стать его очередной игрушкой,сколько от терзающих душу мыслей.

"Ну, какая же ты наивная дура!Неужели ты и правда веришь, что он что-то к тебе испытывает? Что вся эта заботаи участие в раскрытии правды по твоему делу, которое может снять с тебя клеймозаключённой, - проявление чувств? Да он делает это не ради тебя, а чтобыукрепить свой авторитет перед Советом Первородных! Уясни раз и навсегда: ты длянего - пустое место! Просто заключённая, его рабыня!" - вопил внутреннийголос.

- Альфа! Я привела новеньких, которыесегодня утром прибыли в клан. Эти девушки осуждены за финансовые махинации ивзяточничество. Первая из них…

Матушка Бернарда не успела закончить своюречь, как её бесцеремонно прервала одна из вновь прибывших:

- Мой господин! Для меня большаячесть встретиться с вами лично. Меня зовут…

Подобная дерзость вызвала у матушки Бернардыприступ ярости, что было вполне ожидаемо.

- Молчать! - прорычала старуха,побагровев от гнева. - Ты будешь говорить только тогда, когда тебе разрешат, иникак иначе. Здесь не светский раут, а тюрьма закрытого типа, где действуютсвои правила. Запомни это, девочка, и запомни хорошенько.

Альфа, высокий и статный, с пронзительнымвзглядом, поднял руку, призывая Бернарду к молчанию. Его невозмутимостьразительно контрастировала с яростью старухи, но в этой тишине чувствоваласьещё большая сила.

Альфа окинул новоприбывших оценивающимвзглядом, в котором не было ни злобы, ни сочувствия - лишь холодный интерес. Онмедленно обошёл их, словно рассматривая экспонаты в музее. Его движения былиплавными и грациозными, как у хищника, выбирающего жертву.

- Итак, - наконец произнёс Альфанизким, бархатным голосом, от которого веяло властью. - Вы думали, что деньгирешают всё. Что можно купить свободу и безнаказанность. Здесь вы узнаетеистинную цену вещам. И поймёте, что настоящая ценность - не золото, аподчинение. Забудьте о своих прежних жизнях. Здесь начинается новая глава.

Он остановился напротив девушки, посмевшейперебить матушку Бернарду, и пронзил её взглядом насквозь.

- Как тебя зовут? - спросил Альфа, вего голосе не было и намёка на ласку.

- Э… Элеонора, - пролепетала девушка,внезапно утратив всю свою дерзость.

- Элеонора, - повторил Альфа, словнопробуя её имя на вкус. - Здесь ты будешь зваться номер триста семь. Запомниэто. И помни, номер триста семь: здесь ты никто. Ты - всего лишь инструмент,который мы будем использовать по своему усмотрению.

Затем Альфа повернулся ко мне и, неотрывая взгляда, смягчил тон:

- Номер триста семь! Моему батлерунеобходимо снять напряжение и привести её в нормальное состояние. Ты немедленноприступишь к выполнению моего приказа. Всё необходимое находится здесь, -произнёс он, указывая на огромный шкаф, стоящий в тёмном углу его покоев.

Я была настолько погружена в свои мрачныеразмышления, что не сразу поняла, кому именно «необходимо снять напряжение».Что я упустила из разговора Альфы и матушки Бернарды? И почему новоиспечённаязаключённая так бесцеремонно хозяйничает возле шкафа, к которому вчера мне былострого запрещено приближаться? Нужно взять себя в руки и разобраться, что здесьвообще происходит.

- Бернарда! После обеда проводи двухновоприбывших девушек в соседнюю комнату. До субботы каждая из них должна тампобывать. Ты знаешь, о чём я говорю. Надеюсь, проблем не возникнет. Позже мывсё обсудим, а сейчас можете идти.

Сердце пронзила острая, жгучая боль от мысли,что Мигель на моих глазах будет одаривать ласками других… Я этого не выдержу.Не смогу смотреть. Не доживу до его отъезда в субботу. Умру от невыносимойболи, от разбитого вдребезги сердца. Непрошеные слёзы хлынули из глаз.

Я старалась успокоиться, не показывать своегоотчаяния, но тело предательски дрожало. В груди словно когтями скреблись,вырывая последние остатки надежды.

Как я могла допустить, чтобы между намивозникло такое? Как позволила этому чувству завладеть мной целиком и полностью?Мигель… Его имя звучало в голове набатом, напоминая о невозможности, опропасти, что разверзлась между нами.

С трудом сделав шаг в сторону выхода, япочувствовала, как подкашиваются ноги. Нужно бежать из покоев Альфы. Бежатьподальше из этого дома, где каждый уголок пропитан его присутствием. Бежать отсобственных мыслей, терзающих душу. Я опустила голову, пытаясь скрыть покрасневшиеот слёз глаза.

На трясущихся ногах пробираясь к дверям, ястолкнулась с Элеонорой. Она смотрела на меня с тревогой.

- Сеньорита, с вами всё в порядке? Вывыглядите такой бледной.

Я попыталась изобразить слабуюулыбку:

- Всё хорошо, Элеонора. Простонемного устала. Мне нужно…

- Расслабиться и погрузиться в негублаженства, - раздался тихий, бархатный голос прямо у меня за спиной.

Я резко обернулась. В сантиметре от меня стоялон - Мигель, хозяин этого проклятого места. Его глаза, как всегда, горелитёмным, непредсказуемым огнём. От него исходила аура силы и опасности, котораяодновременно пугала и притягивала.

Элеонора побледнела и опустилаголову.

- Сеньор Мигель, - пробормотала она. -Я просто хотела убедиться, что с сеньоритой всё в порядке.

- Благодарю за заботу, номер тристасемь. Можешь приступать к своим обязанностям. Иди и подготовь всё необходимое.Когда потребуется, я тебя позову, - Альфа не сводил с меня глаз. Элеонорабыстро исчезла из поля зрения, оставив меня наедине с Мигелем.

- Вам что-то нужно, Альфа? - япостаралась, чтобы мой голос звучал твёрдо, но внутри всё дрожало.

- Тебе нужен отдых, - повторил он, делаяшаг в мою сторону. - И я знаю, как его обеспечить.

Глава 11

Мигель

Мои слова обрушились, словно приговор. Онаотшатнулась, пока спина не коснулась холодной стены. Сердце её трепетало вгруди, словно пойманная птица, отчаянно рвущаяся на волю. В её напуганныхглазах я читал смятение: мысли метались, словно испуганны