Читать онлайн Патч хаоса бесплатно

КНИГА ВТОРАЯ. ПАТЧ ХАОСА

ЧАСТЬ Первая: ПЕРЕЗАГРУЗКА НЕ ЗАВЕРШЕНА

Пролог

Мануал ушел в сеть. Файл с безобидным названием «Пособие_по_выживанию_v1.0.pdf» попал в «ЛАН Судьбы» и начал жить собственной жизнью. Его качали, переименовывали, переводили на сленг, адаптировали. Для одних он стал библией выживания. Для других – инструкцией по изготовлению оружия. В цифровых подпольях «Рефакторинга» начался переполох. Цены на простейшие модули удачи упали – каждый второй дичок теперь мог сгенерировать его сам. Но вместе с этим появилось и нечто новое.

Юзер-скрипты.

Если раньше магия была уделом избранных (гениев-самоучек вроде Льва или системных инженеров вроде Архитектора), то теперь любой, кто мог прочитать мануал и обладал хотя бы каплей чувствительности к реальности, пытался «пропатчить» свою жизнь. Делали это грубо, с ошибками, без понимания последствий. Как школьники, скачавшие взломанный софт и заразившие компьютер вирусами.

По городу прокатилась волна странных происшествий, которые сводили с ума следователей и радовали блогеров:

В спальном районе три дня подряд восходило фиолетовое солнце, потому что подросток пытался «добавить фильтр Инстаграма» к восприятию всего района.

В метро на станции «Цветочная» из гранита пола начали прорастать живые тюльпаны – результат попытки девушки «добавить красоты в унылый будень».

А в офисе одной конторы все сотрудники начали говорить правду, и только правду, что привело к тотальному развалу коллектива и двум разводам.

Реальность «глючила». Система давала сбой под напором тысяч несанкционированных правок. И кому-то нужно было это чинить.

Глава 1

Контора «К.А.М.Е.НЬ» (Коалиция Аномального Мониторинга и Нетипового Жилья) располагалась в одной комнатушке в старом бизнес-центре «Парус». Вывески не было. Только табличка на двери: «Техническая поддержка. Сложные случаи. Дорого».

Лев Каменев, бывший кодер реальности, а ныне просто ИТ-специалист широкого профиля, сидел за компьютером и правил баги в обычном, человеческом коде – заказному сайту для доставки суши. Рядом, за другим столом, возился с паяльником Семен Семеныч, модернизируя какую-то антенну. Катя, их «дизайнер», рисовала интерфейс для приложения банка – легальная подработка.

Их трио не стало героями. Они стали подрядчиками. Небольшая, но известная в узких кругах контора, которая решала проблемы на стыке реальностей. Чаще всего – убирали последствия действий других дичков, нашедших мануал Льва. Архитектор платил исправно, его фонд «Архитектура Будущего» был их основным заказчиком по контракту «консультант + аварийная служба». Ирония судьбы? Нет, прагматика. Кто, как не они, знал систему лучше всех и при этом не хотел ее ломать?

Дверь в контору распахнулась без стука. На пороге стояла девушка лет восемнадцати. Мокрая от дождя, в рваной джинсовой куртке, с огромным, диким страхом в глазах. В руках она сжимала старый, потрескавшийся планшет.

– Вы… вы Лев? – выдохнула она. – Тот, кто написал… мануал?

– Вам что нужно? – осторожно спросил Лев, вставая.

– Меня зовут Ира. Я… я все испортила. Я прочитала вашу инструкцию, попробовала… и теперь Он меня находит. Он везде. В проводах, в экранах, в свете фар. Он говорит, что я – ошибка. Что меня нужно стереть.

Она протянула планшет. На экране, поверх потрескавшегося стекла, пульсировал живой, дышащий код. Но это был не чистый текст. Это было что-то органическое, эмоциональное. Строки извивались, как лианы, мигали, как вспышки гнева или страха, местами код кричал ярко-алым цветом. Это была не программа. Это была истерика, записанная на языке реальности.

– Что это? – тихо спросила Катя, подойдя ближе.

– Это я, – прошептала Ира. – Я не просто вижу код. Я его… чувствую. Когда мне страшно – он становится колючим и красным. Когда я спокойна – он течет, как вода. Я попробовала сделать «заклинание» из мануала, чтобы не бояться темноты… а вместо этого мои эмоции сами стали кодом. И они… ожили.

Семен Семеныч присвистнул.

– Эмоциональная компиляция. Теоретически возможная, но нестабильная. Дичайше нестабильная. Дитя, ты не программист. Ты – интерпретатор. Ты компилируешь свои чувства в реальность напрямую, без синтаксического контроля.

– И что это значит? – спросил Лев, хотя догадывался.

– Это значит, – сказал из динамика компьютера знакомый, спокойный голос. Они не заметили, как на одном из мониторов включилась видеосвязь. На экране был Архитектор. Он выглядел устало. – Что мы имеем дело с уникальным случаем. «Живой скрипт». Автономный процесс, порожденный не intellect, а affect. Мануал, господин Каменев, стал спусковым крючком. Ваша новая клиентка – не просто дичок. Она – угроза системной целостности. Ее неконтролируемые эмоциональные выбросы могут скомпилироваться во что угодно: от локального дождика из конфетти до гравитационной аномалии в радиусе квартала. И, что хуже всего, она привлекла внимание.

– Чье? – спросил Лев, уже ненавидя ответ.

– Того, кто считает себя Санитаром Сети. Новый игрок. Вернее, старый. Очень старый. Он всегда существовал в «ЛАНе» как служебная утилита для очистки критических ошибок. Но ваш мануал и всплеск активности дичков пробудил его и дал ему… цель. Он охотится на «ошибки». На баги. На таких, как она.

На экране планшета Иры код вдруг сжался в комок, зашипел и выжег надпись: «ОШИБКА ОБНАРУЖЕНА. УГРОЗА ЦЕЛОСТНОСТИ. ПРОЦЕДУРА ОЧИСТКИ: АКТИВИРОВАНА.»

За окном, на мокрой улице, уличный фонарь погас. Потом следующий. Тень от соседнего здания поползла в их сторону не под тем углом, под которым должна была.

– Он уже здесь, – сказала Ира, и ее голос сорвался на плач. Код на планшете взвыл сиреной тревоги.

Глава 2

«Санитар», как они быстро выяснили, был не человеком и не ИИ. Это был процесс. Древний, как сама сеть «ЛАН Судьбы», механизм экстренного реагирования. Представьте антивирус, который вместо того, чтобы помещать файл в карантин, физически стирает жесткий диск, на котором этот файл находится. Он был слеп, безличен и неумолим. Он не ненавидел Иру. Он видел ее эмоциональный код как вирус, как фатальный сбой, угрожающий работе всей системы. И должен был его ликвидировать. Вместе с носителем.

Первая схватка произошла прямо в их конторе. «Санитар» материализовался не в облике монстра, а как тишина. Звуки улицы стихли. Свет стал плоским, без теней. Воздух потерял запах. Это был процесс декомпиляции реальности