Читать онлайн Сирена. Запрещённое знание бесплатно

Глава 1. Подводное течение

Зеркальная поверхность передо мной отражает не только мое лицо, но и всю ту неуверенность, что прячется за внешним спокойствием. Делая глубокий вдох, закрываю глаза и стараюсь сосредоточиться.

Внутри меня собирается энергия, словно мелодичный поток, который нужно направить точно и аккуратно. Из каждого пальца, каждой клетки моего тела – из древних источников силы, что таятся в глубине, – собираю ее воедино. Постепенно накапливаю в центре живота – точке, где рождается моя мощь, – медленно веду энергию вверх, к кисти правой руки, наполняя ее жаром и силой.

– Удар! – шепчу я про себя, словно произношу заклинание.

Резким движением выбрасываю накопленную энергию назад, четко целясь в невидимую мишень позади. Открываю глаза и оборачиваюсь, наблюдая за результатом своей работы. Все не так, как хотелось бы: опять мимо…

Неудача раздражает сильнее обычного. Сколько часов потрачено на упражнения, однако успеха пока нет.

– Сосредоточиться не пробовала? – послышался пронзительный голос Нуры. Высокая стервозная брюнетка, которая так и норовит прыснуть ядом в мою сторону.

Едва удержавшись, чтобы не послать заряд прямо в нее, глотаю обиду от ее замечаний. Эрнест поспешил встать на защиту:

– Отстань от нее, Нур. Она занимается здесь ежедневно, чего нельзя сказать обо всех остальных.

Презрительно фыркнув, отвожу взгляд, закатывая глаза. Надоело слушать эти бессмысленные комментарии.

Эрнест – высок и статен, в его глазах отражается терпение и дружелюбие, но узнав его получше, понимаю, что он тоже любит сунуть свой длинный нос куда не следует, как и Нура, которая даже не скрывает своего токсичного характера. Не будь они приближёнными Мора, давно избавилась бы от такого навязчивого общества.

Раздражение никуда не уходит, словно назойливое жужжание мухи, которое невозможно игнорировать. Они пользуются своими преимуществами, с рождения владея навыками, которые нам, сиренам, были не даны. Им все это дается легко – занятия с младенчества, тренировки в залах, я же выросла среди сирен – не воинственных охотников, какими являются тритоны, а среди хитрых лисиц океанов и морей, которым нужны лишь искусство обольщения и быстроты.

К тому же сирены – это стая. Мы охотимся группой – только изгнанная сирена в одиночку вынуждена выживать в этом мире. И почти всегда ее быстро ловят охотники, или она становится частью чужих целей, превращаясь в добычу, инструмент или жертву.

Однако мой взор снова обращается к зеркалу. Сквозь отражение вижу мигающую цель, которая перемещается каждые двадцать секунд, ставя передо мной все новые задачи.

Если уменьшить мощность разряда, смогу гораздо быстрее собрать необходимую энергию и направить ее точно в красный круг. Цель вновь сдвигается – теперь она расположена в верхнем левом углу стены. Начинается отсчет времени. Постепенно собираю силу внутри себя, бережно веду ее вверх и резко бросаю. Промах!

Разочарованно вздыхаю, мельком глядя на своих товарищей. Нура ухмыляется моей очередной неудаче, Эрнест сжимает губы – видимо, скрывая желание рассмеяться или чувство неловкости за мое поражение.

Быстро засовывая вещи в сумку, бросаю мимолетный взгляд на других воспитанников, пришедших на тренировку. Каждый из них украдкой косится на меня – кто с любопытством, кто с осторожностью.

Сначала это немного смущало – я ведь была чужой здесь, – но со временем привыкла. Одни разглядывают мою внешность: необычную для их мира – огненно-рыжие волосы, ярко-зеленые глаза, тонкую, грациозную фигуру, пухлые губы и слишком бледную кожу. Другие пытаются понять, почему великий Мор уделяет столько внимания именно мне.

Закинув сумку на плечо, покидаю зал тренировок и попадаю в длинный коридор, стены которого украшены мерцающими кристаллами и таинственными рунами. Свет льётся мягкими лучами, напоминая далёкие звёзды, которых мне так недостаёт. На потолке изображены магические символы, а прохладный камень под ногами хранит прохладу подводного мира.

Царство тритонов простирается глубоко под водой, примерно в пятистах километрах от поверхности океана. Лабиринты пещер, созданные первобытными мастерами тысячу лет назад, постоянно расширяются, становятся всё сложнее и запутаннее. Моё знание маршрутов ограничивается несколькими ключевыми точками: тренировочным залом, библиотекой, офисом Мора и нашей спальней.

Иногда Мор устраивает короткие экскурсии, позволяющие мне ощутить вкус приключений. Приходится долго ждать удобного случая, когда он сможет показать историю своего народа, повести меня новыми маршрутами и дать возможность насладиться красотой этих мест.

Шаги гулко раздаются по узкому туннелю, едва освещённому красноватым светом магических искорок. Ровно восемьдесят шагов налево, затем направо, миновав пару залов и развилку, вторая дверь слева – библиотека.

Здесь пахнет старыми книгами, пылью и древней мудростью. Высокие шкафчики поднимаются до самого потолка, заполнившись бесчисленными томами, свитками и древними артефактами. Это единственное место, где я ощущаю покой, как дома на берегу моря, где влажный воздух не мешает дышать чистым кислородом.

Просторная библиотека наполнена высокими полками, столами и удобными креслами. Среди книг устроился Платон – худощавый юноша с короткой серебряной шевелюрой и ясными изумрудными глазами. Его настоящее имя сократилось до простого «Плат», звучащего непринужденно и естественно.

– Здравствуй, Плат. Ты как всегда грызёшь гранит науки?– оставив сумку на соседнем стуле, присаживаюсь рядом.

Он добродушный и наивный, возможно, это от его молодого возраста и один из немногих, кто не раздражает меня своим присутствием.

– Грызу? Нет, я… Эм… Читаю, – его озадаченный взгляд невольно вызывает лёгкую улыбку.

– Знаешь, выражение «грызть гранит науки» обозначает процесс обучения у людей. Значит, что ты погружён в изучение какого-нибудь предмета.

– А почему нельзя просто сказать "изучаешь"? – его зеленые глаза прищуриваются, будто он может прочитать ответ прямо у меня на лбу, написанный мелким шрифтом.

– Можно и так сказать, – улыбаюсь я, – просто это такое выражение. Оно как бы намекает, что учёба – это не всегда легко, понимаешь?

– Похоже, понял. У нас тоже есть похожее – «нашёл третий глаз тритона». – кивнула Плат, однако в его взгляде явно читалось замешательство.

– Интересно. – задумываясь произнесла, – А что это значит?

– Старинный миф гласит, что самые первые тритоны обладали третьим глазом, позволявшим предвидеть будущее. Когда кто-то делает точное предсказание, мы говорим: "Ты что, третий глаз тритона нашёл?"

– Да, похоже подходящее сравнение, – смеясь, согласилась, возвращаясь к книге о легендарных существах прошлого, которая уже ждёт меня на столе со вчерашнего вечера.

Долгое время меня волнует вопрос, что произошло после первого визита Всадников Апокалипсиса на Землю и что вынудило их покинуть наш мир.

Всадники Апокалипсиса – моя головная боль. Эти загадочные существа значительно превосходят богов и возникли задолго до зарождения жизни на планете. Судя по доступной информации, они абсолютно неуязвимы, обладают неограниченной властью и не имеют слабостей.

Четыре века назад они уже посещали нашу планету, устанавливая свои жестокие законы. Всем известны их имена: Смерть, Война, Голод, Чума и Зависимость. Тогда их появление привело к ужасающим катастрофам, практически уничтожившим многие цивилизации – фей, гигантов, горгулий и прочих малых рас. Одни исчезли в результате стихийных бедствий, которые вызвали Всадники своим появлением, другие были жестоко убиты самими Всадниками. Согласно многим источникам: «Виды признаны паразитами и подлежит немедленному уничтожению».

Сегодня пять верховных существ вернулись, оставив на Земле сына Смерти управлять нами.

Несколько лет назад он изгнал меня из Совета. Этот момент навсегда врезался в память: надменное лицо юного властелина, провозгласившего, что теперь он берёт власть в свои руки.

После изучения всей доступной литературы удалось выяснить подробности их предыдущих визитов, действий и последствий, но причину ухода найти не удалось. Записи неожиданно обрываются на этом месте, словно судьба наложила запрет на поиск истины.

Закрыв последнюю страницу главы, откинулась на спинку стула, устремляя взгляд на чистую страницу дневника.

– Никакой новой информации? – тихо спрашивает Плат, поднимая голову от книги.

– Абсолютно никакой, – отвечаю, захлопывая тяжёлый фолиант.

– Может, попробуем обратиться к древним вампирам? Кто знает, вдруг хоть кто-то из них лично видел события того времени.

– Уже пытались, – вздыхаю я, припоминая бесплодные усилия, – но древние вампиры упорно молчат и уклоняются от разговоров. Сомневаюсь, что им вообще известна правда.

– Может, стоит поговорить с дампирами? – предлагает Плат.

Я искоса смотрю на него: он смотрит на меня и в глазах у него искрятся игривые смешки, он поджимает губы сдерживая смешок, но не выдерживает и смеется, заражая меня.

– Отличная идея! Ещё можно спросить деревья.

Дампиры – дикие существа, нечто среднее между обычными вампирами, горгульями и летучими мышами. Живущие преимущественно инстинктами, они покрыты мелкими тёмными шерстинками, имеют длинные когти и клыки, обитают в глубоких пещерах, питаются обычными смертными и изредка падалью животных. Покидают они свои владения редко и очень скрытны, я даже не уверена в том, что они умеют разговаривать, хоть и имеют много общего с человеком.

Как гром среди ясного неба, ворвалась Нура, разрушая хрупкую гармонию комнаты. Резко распахнув массивную дверь библиотеки, она громко топочет каблуками по неровному каменному полу.

Вот бы однажды она переломала ноги на этих шпильках! Но, похоже, у неё есть особые сверхспособности: ходить на этих каблуках по камням не спотыкаясь и портить любой разговор своим присутствием.

– Мор попросил увидеться с тобой, – произнесла Нура голосом сахарной принцессы.

– Зачем?

Её лицо мгновенно скривилось в гримасе неудовольствия:

– Ему вовсе не обязательно докладывать мне о причинах своих действий, чтобы я выполнила его любезную просьбу. – ответила она нарочитым слащавым тоном, надменно выпячивая свои губки цвета зрелой вишни.

Больше всего хочется швырнуть ближайшую книгу в неё, а лучше сбросить целый шкаф. Тихонько положив блокнот в сумку, одаряю улыбкой Платона и направляюсь к выходу, слыша звук торопливых шагов Нуры за спиной.

– Собираешься идти со мной? – поинтересовалась я с невозмутимостью истинного дипломата, обернувшись.

– Разумеется. Вдруг потеряешься. Ведь всего за год сложно запомнить путь до стольких дверей, – язвительно прошипела она, поправляя волнистые чёрные пряди волос и ускоряя шаг, двигаясь вперёд подобно ядовитой кобре.

О, Великий Каад, дай мне сил выдержать это испытание!

Следуя за ней, замечаю, что её шаги безупречно попадают на ровные участки камня, несмотря на неудобные туфли. Даже надежда на случайный провал каблука оказалась напрасной.

Наконец, мы подошли к знакомой красной двери. Легкий поворот ручки – и перед нами появляется Мор. Он элегантен, как всегда: белая рубашка небрежно расстегнута сверху, чёрный костюм сидит идеально, густые каштановые волосы слегка растрепаны, а сияющие янтарные глаза сверкают тёплым блеском.

Наш взгляд пересекается, и он приглашает меня войти с широкой открытой улыбкой. Проходя внутрь, выбираю самое удобное кресло, какое только видела в жизни.

Войдя в кабинет, оказываюсь в пространстве, оформленном в благородных оттенках серого и зеленого. Интерьер царского кабинета воплощает изысканность и сдержанную роскошь, создавая впечатление спокойствия и власти одновременно. Никаких пышных декораций или гигантских приёмных залов – обычное пространство, типичное для рабочего помещения, где хозяин предпочитает встречаться в частной обстановке, но чаще все переговоры проходят на поверхности, ведь не каждый вид способен выдержать давление на глубине.

Присаживаюсь, незаметно приглаживая волосы и одежду – спортивный костюм никак не соответствует обстановке. Мор тихо разговаривает с Нурой, после чего та удаляется, а он занимает место рядом со мной, небрежно положив руку на спинку дивана.

– Тренировка удалась? – его тихий голос звучит тепло и мягко.

– Передвижная мишень – непростая задача, – признаюсь, ощутив покой рядом с ним. Этот человек заставляет чувствовать себя защищённой и особенной.

– Это не проблема. Главное – никогда не подставляй спину врагу, и целиться будет некуда. – отмечает он, ласково рассматривая меня взглядом, плавно опускающимся вдоль фигуры.

– Разве у тебя нет важных дел? – я отлично распознаю этот особенный блеск в его глазах и понимаю, его желания, которые висит в воздухе между нами.

– Какой я царь, если не могу распоряжаться временем по своему усмотрению? – глубина янтарного взгляда притягивает меня ближе.

– Ради этого ты меня позвал? – — игриво проведя кончиком языка по нижней губе, призываю приятный исход нашей беседы, готовая словно кошка мурчать рядом с ним.

Однако выражение его лица внезапно меняется, приобретая серьезность:

– Нет… – он тяжело вздыхает и отпускает прядь моих волос. – Скоро приступим к реализации плана. Мы собрали всё возможные сведенья, дальше нам нужна именно ты.

Эти слова вызывают тяжесть в теле, словно на плечи свалился груз, долго висевший над головой. Давно готовилась к этому моменту, но осознание приближающейся миссии порождает странное чувство тревоги.

– Я готова, – твердо говорю, борясь с дрожью голоса. Мне не хочется его подвести, ведь столько поставлено на карту.

Мор удовлетворённо улыбается, слегка касается моего бедра, давая дополнительную уверенность.

– Всегда верил в тебя, детка. Ты наша единственная надежда. Надеюсь, всё помнишь?

– Запомнила. Никогда не дают забыть. – вздохнув, подтверждаю.

– Мы оба этого хотим, верно? – вопрос содержит скрытую надежду, рука скользит к моему подбородку, требуя прямого взгляда.

– Разумеется, – вытесняю напряжённую улыбку, впитывая теплоту его прикосновений.

Мор расслабляется, широко улыбаясь, демонстрируя белоснежные зубы и тонкие острые клычки. Быстро притянув меня ближе, дарит долгий горячий поцелуй, отдавая тепло и заботу.

Мор не прекращает наших ласк, сажая меня к себе на колени и углубляя поцелуи. Он не спрашивает разрешения, а просто берет то, что желает, – без колебаний и сомнений.

…

Позже, покинув кабинет, направляюсь в спальню, погружённая в тревожные мысли о грядущем испытании. Рассеянность приводит к тому, что пропускаю нужный поворот, или несколько, и оказываюсь в незнакомом месте.

Передо мной предстает удивительно красивое помещение: пол и стены выполнены из отполированного мрамора, освещение синего и бирюзового оттенков создаёт иллюзию северного сияния.

Сделав несколько осторожных шагов, заметила, как цвет освещения начал меняться, становясь багрово-красным. Невольно двигаюсь вперёд, привлечённая необычным зрелищем, но чья-то крепкая рука хватает меня за запястье и тянет назад. Обернувшись, встречаюсь с разъярённым взглядом Мора. Лицо его побледнело, мышцы напряжены, а пальцы буквально вонзаются в мою руку, вызывая болезненные ощущения.

– Что это? – мой голос прозвучал растерянно, не понимающе.

– Что ты тут делаешь?– рявкает он в ответ, прерывая мой вопрос.

– Просто задумалась и прошла мимо нужной двери, – оправдываясь, объясняю ситуацию. – А что это за место?

– В следующий раз сначала доберись до спальни, а уж потом пускайся в философские размышления, раз совмещать одно с другим у тебя не получается.

Рука его сжалась в кулак, а пальцы – будто сверкающие клинки – дрожат от ярости, губы трясутся, стягиваясь в узкую линию, а в уголках глаз мигает злая искра.

Мор развернулся и стремительно пошёл обратно, сдерживая буру внутри себя. Пришлось покорно последовала за ним, ступая неслышно по его стопам, теряясь в догадках, что я сделала, чтобы получить такую реакцию.

Открылись знакомые двери, вошла в комнату и дверь плотно захлопнулась, оставив меня одну в нашей спальне с неприятным чувством вины.

Наша общая с Мором комната выглядела внушительно: огромное ложе, роскошный гардероб, полный нарядов, подаренных мне моим Царём, но редко надеваемых, изящные столики с редкостными ювелирными изделиями, подаренных им же.

Первым делом сбросила обувь и рухнула на кровать прямо в одежде.

Я очень дорожу нашим общением с Мором, но когда он злится, у меня появляется настоящее чувство страха. Нет, он точно не причинит мне вреда, но внутри всё равно накапливается тревога.

Чтобы снять стресс, принимаю горячую ванну. Одно из преимуществ подводной жизни – природные термальные источники, согреваемые магией, обладающей лечебными свойствами.

Быстро сбрасывая костюм и сумку, ныряю в тёплую воду, позволяя волнам смыть всю усталость и напряжение, которые преследуют меня, как дворовая псина ищущая дом.

Звук текущей воды приносит воспоминания детства. Часто мать пела мне старинные песни сирен, успокаивающие и завораживающие, вдохновляющие мечты о море и свободе.

Позволяю себе напевать песню, которую помню с детства:

*Стелется небом морская вода,

Рвётся и стонет океана покров.

В пропасти тонут навек паруса:

Жертвы, что слышат её сладкий зов.*

Акустические свойства ванны чудесны: звуки многократно усиливаются, при этом не покидая пределов помещения. Иначе пришлось бы бороться с больными тритонами, пришедшими на зов сирены – а это совсем не весело.

Погрузившись в воду, внутри пробуждается инстинкт, я отпускаю свою внутреннюю сирену: хвост, жабры, перепонки… Времени для плавания в открытом пространстве не хватало, мы с Мором не покидали стен его царства уже несколько месяцев, и сейчас хотя бы ненадолго позволяю себе вернуться к истинной сущности.

Время от времени думаю, насколько соблазнительно жить на поверхности земли, освободиться от морских привычек, принять человеческую сущность и приспособиться к обществу людей. Но всякий раз, соединяясь с морской стихией, понимаю, что никогда не откажусь от удовольствия свободного движения в воде ради комфорта наземной жизни.

Щелчок замка нарушает мои мысли: Мор вернулся. Нужно извиниться за ошибку, допущенную ранее, но после той сцены мне совсем не хочется начинать разговор. Решив укрыться в ванне, опускаюсь под воду, пытаясь отстраниться от реальности, утопая в прозрачной глади.

– Ком… – глухо прозвучал голос Мора над поверхностью воды. – Знаю, что ты меня слышишь. Наш источник не настолько глубок.

Источник действительно неглубокий, всего около четырех метров, и вода абсолютно прозрачна. Тем не менее я продолжаю нарезать круги у самого дна, демонстративно игнорируя его присутствие.

Мор действует решительнее, мгновенно обретая свою вторую ипостась и присоединяясь ко мне в водных просторах. Он кружит по дну, прямо надо мной, аккуратно сокращая расстояние. Чувствуя его присутствие, замедляю движение, меня притягивает к нему, словно магнитом и позволяю обнять себя крепкими руками.

Мор нежно касается моей кожи, вращаясь вместе со мной в медленном вальсе. Нежно улыбаясь, поворачивает к себе, демонстрируя свое беспокойство и вину, которые отражаются на его лице.

Затем совершает неожиданный жест – поклон, низкий и почтительный. Мой разум замер, я ответила взаимным поклоном, поскольку другой реакции придумать не успела. Это всего лишь наклон головы, но сколько в этом смысла! Царь тритонов – отдал мне данный жест.

Весело хохотнув, Мор заключает меня в объятия, и начинает энергично кружится со мной в сумасшедшем водовороте. Затем берет мою руку, устремляет нас обоих к поверхности. Настроение сразу меняется и я чувствую себя почти счастливой, держа его ладонь и заглядывая в такие любимые глаза, забывая о недавнем недоразумений.

Возвращаясь в комнату, после нашего примирения, привычная обстановка располагает к отдыху, а желудок очень настойчиво требует еды. Да так громко, что это услышала не только я!

– Ты снова ничего не ела? – сурово спросил Мор.

Когда он так соблазнительно стоит передо мной в одном лишь полотенце, которое еле держится на его бедрах, трудно воспринимать его слишком серьёзно.

– Никак не получалось. – Последние дни еда совсем не привлекала.

– Ладно, отдохни. Найду что-нибудь вкусное.

Именно такие распоряжения вызывают особое удовольствие и выполняются с легкостью. Расправив конечности подобно морской звезде, с радостью принимаю предложение дождаться ужина на кровати и с улыбкой принюхиваюсь к ароматам исходящим из кухни.

Неожиданно раздался стук в дверь, неохотно иду её открывать и передо мной стоит исчадье ада по имени Нура.

– Где Мор? – недовольно поинтересовалась она, сложив руки на груди.

– Занят приготовлением пищи. Сообщить ему что-то важное?

– Если бы я хотела что-то передать, я бы так и сказала. Мне нужно с ним поговорить лично, – настояла эта хамоватая девушка и попыталась войти, на что я моментально среагировала и перегородила ей путь.

В подводном мире к наготе относятся иначе, однако мне всё равно не хотелось пускать её внутрь и позволять лицезреть обнажённый торс царя.

– Я позову его, – сказала я, закрывая дверь перед её вытянутым носиком.

Мор был полностью погружен в свои дела и не заметил, как я проскользнула на кухню. Аккуратно обняв его за спину, прижав губы к его спине, нежно поцеловала его в позвоночник, чувствуя, как под гладкой кожей перекатываются мускулы.

Не нужно иметь третьего глаза тритона, чтобы понять – он улыбнулся.

– Почему не отдыхаешь в постели? – поинтересовался Мор, переворачивая большой кусок рыбы.

– Тут посетительница явилась. Просит беседы с Вами.

– Сейчас поздно для бесед, – ворчит он, но просит присмотреть за блюдом, пока займётся незваной посетительницей.

Одев халат поверх широких плеч, Мор отправляется разбираться с ситуацией, оставляя меня наблюдать за шипящей рыбой на сковороде.

Делая огонь поменьше, прислушиваюсь к их разговору:

– Что случилось? – прозвучал властный голос Мора.

– Датчики третьего сектора сработали, а ты даже не предупредил меня о том, что вопрос уже решен.

– А должен был? – перебил он её тем командным тоном, который я так люблю слышать со стороны.

Последовал неразборчивый шёпот, из которого удалось услышать лишь отдельные фрагменты, ничего мне не объясняющие. Наконец дверь хлопнула и Мор вернулся на кухню с озадаченным выражением лица.

– Случилось что-то? Зачем она приходила?

– Пустяки, – заверил Мор, целуя меня в макушку и возвращаясь к ужину.

Вместо возвращения в кровать, решила остаться рядом с ним, наблюдая, как шеф-повар готовит главный, и в моем случае единственный, приём пищи.

Во время ужина обсуждали успехи Платона. Молодой ученик демонстрировал уникальные способности: от изучения боевой стратегии до освоения новейших технологий, быстро схватывал новое и легко адаптировался. Такие качества позволили ему занять привилегированное положение в окружении царя задолго до наступления совершеннолетия, в возрасте всего сорока лет, что считалось большим достижением для подводного мира, где средняя продолжительность жизни составляет шестьсот–семьсот лет. В отличие от сирен, которые благодаря постоянному омоложению и регенерации организма, могут прожить вечность.

Оставшуюся часть дня провели вдвоём в кровати, перебирая ключевые аспекты операции, которая мне предстоит. Мор подчеркнул важность беспрекословного следования разработанному плану, отметив, что малейшее отклонение чревато катастрофой.

– Любимая, я вижу твоё напряжение. Хотел бы я отправиться с тобой, но это сделает наше присутствие слишком очевидным, – признался Мор, проводя пальцами по моим бедрам.

– Я всё понимаю и буду осторожна, но это все равно волнительно.

– Успокойся, дорогая, ты справишься. – Легкий поцелуй оставил трепетное тепло на коже.

– Почему ты сделал тот поклон? – внезапно спросила я, ломая течение беседы.

– Признал своё поражение, – ответил Мор, пожимая плечами.

– Объясни, – попросила я, приподняв голову, чтобы заглянуть в его глаза.

– Я был излишне строг с тобой за то, что ты зашла не туда. Мог поступить подобным образом, будучи повелителем с кем угодно, но только не с любимой женщиной. Понял, что потерять тебя намного страшнее, чем потерять царское достоинство. Тогда я проиграл и добровольно тебе сдался.

Его глаза блестели искренностью, показывая его ранимость в этот момент. Захотелось раствориться в этих словах и забыть обо всем что было до и будет после.

– А когда ты сделала тоже самое в ответ, я не смог сдержать улыбки. – Произнеся это признание, он улыбнулся, вызывая отклик в моём сердце.

____________

– Пожалуйста, нет! Нет! – мой крик рвётся из горла, сотрясая землю, я отчаянно сопротивляюсь железной хватке трёх сильных мужчин. Крепкие руки держат меня так жёстко, что каждая попытка высвободиться оказывается пустой тратой энергии. Мокрый снег липнет к лицу, земля скользит под ногами, и каждый шаг – как приговор.

– Сёстры! Помогите! Где вы?! – воплю я в ночную тьму, преодолевая ветер и ливень, зная, что мои крики уходят в бесконечное ничто. Голоса сестёр кажутся призрачными, уносящимися прочь от берега. Я молюсь, чтобы они смогли уплыть в безопасные воды. Меня волокут дальше – без жалости и сострадания. Глухие удары по сырому грунту отзываются болью в ногах, ногтях, костях.

Сердце мечется в поисках спасения. Рядом плещется океан – свобода так близко, но цепь сковала мои движения, парализовав волю и способность действовать. Последняя надежда умирает в сознании.

Скрип металла разрывает ночной шторм. Один из похитителей торжествует, выкрикивая грубый смех, полный злорадства. Два других присоединяются к нему, создавая жуткий хор радости. Страх усиливается: я узнаю металлический саркофаг – тюрьму без окон и дверей.

Я разбиваю руки о металлические стенки, кожаные перчатки пропитываются кровью, суставы трещат от ударов. Напрасно. Металл остаётся неподвижным, холодный и равнодушный. Тошнота подкатывает к горлу, мозг кипит от страха. Меня несут в лодку, швыряют на палубу, и чей-то ликующий возглас прорезает ночь.

Меня выкидывают в ледяные воды. Внутри корабля взрывается восторг: поймана сирена, и нет способа выбраться оттуда.

Снова всплывают обломки надежд: вот оно, спасение – море! Вода, струящаяся сквозь трещины, оживляет остатки сознания, обещает свободу. Тело содрогается от холода, судорожно хватая крохи кислорода.

Но часы идут, дни проходят, и ни одна сестра не спешит ко мне. Во мраке возникает отчаяние: слабый свет фонарей, странные шумы снаружи. Организм сдаётся, силы покидают меня.

Ещё один мощный укол адреналина бодрит тело. Яркий свет прорывается сквозь темноту. Мужской голос отдаётся в голове:

– Дай сюда!

Тело проколотое острой иглой, вновь оживает. Очертания фигур приобретают отчётливость. Мужчина с нечеловечески чёрными волосами держит огромную иглу, направленную на мою грудь. Боль пронзает нервы, разрезая кожу острым лезвием.

____________

Сердце выскакивает из груди, холодный пот стекает по шее, дыхание сбивается, глотка пересыхает. Я открываю глаза, погружённая в хаос собственных переживаний.

– Всего лишь сон, любимая, – шепчет Мор, прижимая меня к своему тёплому телу. Руки его уверенно обвивают меня, пульс постепенно выравнивается.

Во рту вязкий привкус страха и солёного пота. Голова кружится, взгляд блуждает по знакомым линиям комнаты, заново осознавая окружающую обстановку.

– Сон окончен, дорогая, – повторяет он, смягчая тревожные эмоции.

Мое дыхание постепенно восстанавливается, мозг наконец начинает видеть лазурное одеяло в которое я вцепились, словно в спасательную подушку.

Осторожно прикасаюсь к лицу, осознавая, что веки уже открыты, лоб влажный от испариной влаги. Дрожащие пальцы касаются рта, откуда вытекает капля крови.

Минуты проходят в молчании, прежде чем Мор предлагает принести воды.

Сердцебиение постепенно стабилизируется, память о ночном кошмаре утрачивает интенсивность.

Мор покидает комнату, лишая меня своего тепла. Стоило ему отойти, как я машинально беру первое, что попадает под руку – уголок подушки, исследуя её характеристики: мягкая, пушистая, приятно пахнет лавандой, квадратная форма. Это помогает и остатки кошмара улетучиваются.

Первые дни, когда я здесь оказалась, такому приёму меня научила Нура, мы жили с ней в одной комнате и кошмары были моими постоянными спутниками ночи. Однажды после очередного пробуждения она подсказала мне, что делать в такие моменты, чем я пользуюсь по сей день. Тогда ещё была надежда, что мы подружимся. Сейчас от этого смешно.

Мор возвращается с хрустальным стаканом, наполненным чистой водой. Пью жадно, глотая крупные порции жидкости, пытаясь утолить сухость во рту.

– Снова кошмар? – спрашивает он, возвращаясь ко мне под одеяло.

Я утвердительно киваю, не доверяя голосу.

– Это все из за Всадников. Как только мы расправимся с ними, твои сны станут спокойными, – говорит он, морщась, очевидно, обиженный тем, что не может защитить меня от ночных монстров. – Вскоре всё изменится к лучшему. Ты веришь мне?

Его слова приносят облегчение, и я соглашаюсь, ощущая глубокую привязанность и доверие к нему. Мысли начинают освобождаться от страхов, уступая место надежде и уверенности.

Сознание постепенно утяжеляется, погружаясь в глубокий сон, словно утопая в теплом море спокойствия и радости.

Глава 2. Следы времени

Утро началось не с бодрящего запаха свежесваренного кофе, а с настойчивого барабанного боя в дверь, словно орущий великан собирался её снести одним мощным ударом. Со стоном я поднялась с кровати, ошалело огляделась в темноте и мысленно прокляла того, кто решил испортить мой покой.

Передо мной стоял Эраст – высокий парень с коротко стрижеными волосами, смуглой кожей и лукавым блеском в карих глазах.

– Не разбудил? – его непринужденный тон вызывает во мне лишь негодование.

– Разбудил, – грубо бросаю я, но впускаю его внутрь.

Парень удобно устроился на пуфике, развлекаясь осмотром содержимого туалетного столика. Поймав его взгляд, я поняла, что ситуация не настолько критична, как казалось вначале, и поспешила в ванную переодеться.

– Зачем явился? – голос мой сух и груб, утреннее пробуждение дает о себе знать. – Эй! Не трогай! – я быстро захлопнула шкатулку, в которой он колубался.

– Проведать тебя и пригласить позаниматься вместе, – широко улыбается он, растягивая ноги и облокачиваясь на столик.

– Заниматься? Вместе? – недоверчиво уточнила, кривя лицом.

– Ты уезжаешь вскоре, а мы, знаешь ли, друзья, – пожимает плечами Эраст, искренне улыбаясь.

Моя челюсть чуть не падает на землю от шока:

– Друзья? Мы?

– Непонятно, почему тебя удивляют простые факты, или у тебя слуховая дисфункция появилась недавно? – язвительно пошутил он.

– То, что ты говоришь, звучит абсурдно, – пробормотала я, массируя переносицу, надеясь таким образом удалить это странное видение.

– Аб.. Как? – недоумевая переспросил он,– Ладно, собирайся, а я подожду тебя в зале, – объявляет Эраст, демонстративно вставая и уходя прежде, чем я успела возразить.

Все тритоны такие импульсивные или мне просто повезло?

Пока думала об этом, автоматически принялась собирать сумку. Оставалось всего несколько дней до отъезда, и каждый час имел значение: необходимо подготовиться к поездке на сушу, изучить защитные заклинания и упаковать необходимые амулеты.

Одевшись в любимый бордовый спортивный костюм, быстро собрала сумку, наполнив её нужными предметами: бутылкой воды, запасной одеждой и блокнотом.

Двигаясь по лабиринтам замка, в голове рисовала карту маршрутов, неоднократно возвращаясь мыслями к загадочному коридору, который открыла ранее. Вопрос о его предназначении продолжал вертеться в голове, но обратиться к Мору я не решалась, памятуя о том, каким злым он выглядел, вытащив меня оттуда.

Открыв нужную дверь, первым делом ощущаю тяжелый запах пота и гари. "Любимый зал" уже ждёт меня. Дальняя дверь ведёт в прохладный просторный холл, заполненный стойками с оружием, зеркалами и большим центральным рингом. В центре ринга возвышается массивный цилиндр, специально разработанный, чтобы удерживать магию внутри, предотвращая нежелательные выбросы силы.

Каждый вдох приносил возбуждение, а мысли были заняты подготовкой к завтрашнему дню. Жизнь – это серия испытаний, и сегодняшний урок обещал быть важным этапом на пути к следующему.

Шагнув ближе, заметила Эраста и Нуру, увлечённых весёлым разговором и обративших на меня внимание лишь тогда, когда я подошла вплотную к рингу.

– Эй, Кома, а тебе разве не нужен спарринг-партнер? – негромко бросил Эраст, уверенным шагом пересекая границу ограждения.

– Хорошо справляюсь и с мишенями, – пренебрежительно буркнула я.

– Мишень? Ха! По мишеням и пятилетний ребенок попадёт. Или боишься? – подначивала Нура, провоцируя меня.

Возможно, быстрая победа над Эрастом заставит их оставить меня в покое, хотя бы на время тренировки.

– Согласна. Победитель определяется после первой победы. И никаких реваншей, – сообщила я, не сводя взгляда с противника.

– Расслабься, если хочешь, дам фору, – театрально подмигнул Эраст, приняв показную боксёрскую стойку.

Я провела целый год, наблюдая за поединками Эраста. Чаще он использует холодное оружие: создает ледяные сферы, замораживающие соперников в нелепых позах, после чего развлекается, снимая мороз несколькими секундами позже. Следовательно, решено было пойти другим путём: воспользоваться огнём.

Быстро собрав небольшое количество горячей жидкости, я выпустила её в сторону Эраста, после объявления начала боя. Тот ловко уклонился, выстроив ледяной щит, но я вовремя успела сменить направление удара. Последующие атаки Эраста следовали одна за другой, заставляя меня искать укрытие за колонной. Спешно восстановив баланс, собрала достаточно энергии и предприняла контрвыпад, однако лишь слегка задела Эраста, он в сою очередь попал мне по ногам, временно сковав их.

Осознав ситуацию, моментально применила внутреннее тепло, растопив ледяной замок, сохранив баланс и устойчивость. Эраст поднял руки, сигнализируя победу, но я решила продолжить бой, используя уникальную способность сирен. Крови не было, ринг никто не покинул, поэтому мы продолжаем.

Используя уникальный талант сирен, запустила песнь, воздействующую на сознание. Мелодия лилась мягко, но неотвратимо проникала в разум Эраста. Он замер, потеряв ориентацию, не подозревая, что атака уже состоялась.

В последнем броске Эраст выпустил ледяной шар, который прошёл мимо. Судьба боя была решена, когда он потерял координацию и упал на колени передо мной.

Победа одержана, но урок ясен: обычная физическая сила недостаточна, важны стратегическое мышление и умение пользоваться собственными особенностями.

– Это нечестно! – вскрикнула Нура, возмущённо реагируя на итог боя.

– Правила заранее не оговорили, – равнодушно отметила я, отменяя наложенное заклятие и возвращая Эраста в норму.

Эраст молчал, явно переваривая происходящее, не высказывая каких-либо претензий. Я спокойно отошла от центра ринга, гордясь достигнутой победой.

– Стой! – воскликнула Нура, её голос звонко отразился от стен зала, заставив меня остановиться.

Подготовившись к возможной физической конфронтации, мое тело напряглось, ожидая нападения. Вместо физического контакта получила острую боль изнутри в области живота.

Ситуация резко изменилась: в зале появилось ещё одно действующее лицо – Мор. Он материализовался словно тень, мгновенно овладев пространством, фиксируя свое внимание на виновницах скандала. Обращаясь к нам, он сказал низким бархатным голосом:

– Что здесь произошло?

Нура, не колеблясь, обвинила меня в нарушении правил соревнования:

– Она использовала свою сиренскую способность, чтобы выиграть бой. Это неправильно и дискредитирует идею состязания.

Мор обратил взгляд на меня, ожидая подтверждения или опровержения.

Можно было бы попытаться оспорить обвинение, но отрицание показалось неуместным. Ответила коротким пожатием плеч, отвела взгляд в сторону.

В тишине залы раздавался лишь голос Эраста, робко вступившегося в дискуссию:

– Я… не знаю, что произошло, – заявил он нерешительно, переводя взгляд с Нуры на меня.

Способности сирен действуют на душу так, что жертва не понимает, подверглась ли она влиянию или действовала по собственной воле.

Мор терпеливо дождался завершения дискуссии между Нурой и Эрастом, которые активно обсуждали произошедшее, затем обратился к участникам с простым вопросом:

– Кома, Эраст, договаривались ли вы о правилах боя?

– Нет, – ответила я, обеспокоенная возможным наличием неоговорённых норм, известных каждому, кроме меня.

– Нет, – подтвердил Эраст, явно успокоившись после моего заявления.

Тогда Мор направил взгляд на Нуру:

– Почему же ты считаешь необходимым наказывать Кому, не выяснив обстоятельств произошедшего?

Румянец, вызванный эмоциями, окрасил лицо Нуры в интенсивный бордовый оттенок, заставляя её замолчать. Отсутствие ответа стало достаточной причиной для завершения разбирательства.

– Итак, всё ясно. Вернитесь к тренировкам. – объявил Мор, завершив спор и отдав распоряжение всем, кто стал невольным зрителем.

Представление закончилось, и публика вернулась к повседневным занятиям. Участники спектакля получили разные роли: Эраст сохранил оптимизм и направился на тренажёры, Нура осталась стоять на том же месте, опустив взгляд, Мор приблизился ко мне.

– Заканчиваешь тренировку? – вопрос прозвучал строго, словно проверка дисциплины. Между тем, в его глазах играл лукавый блеск.

– Только начала, – честно ответила, предполагая возможную причину обращения.

– У меня для тебя другая тренировка, – произнёс он, улыбка тронула его губы, отчего сердце ускорило ритм.

– Ты же знаешь, что мне нужно заниматься, верно? – слова вылетели автоматически, но я тут же поняла, что неверно интерпретировала ситуацию, решив что он хочет уедениться.

– Совсем не то, о чём ты думаешь, – улыбка на его лице стала шире, и он свзял сумку из моих рук. – Зачем ты вообще об этом подумала?

Мор облизнул нижнюю губу и подмигнул, вызвав легкий шок среди присутствующих, имитирующих полную концентрацию на занятиях. Он не показывал своего отношения ко мне на людях, даже когда все узнали о нашей связи.

Мы покинули зал, пройдя через длинный коридор, пока не достигли нашей комнаты.

– Сначала оставим твою сумку и кое-что возьмем отсюда, – пояснил он, гостеприимно открывая дверь.

Его взгляд выражал смесь нетерпения и предвкушения, но я сделала вид, что не замечаю.

Комната принимает нас в свои объятия, очаровывая приятной обстановкой. Белоснежное постельное бельё, шёлковые шторы, танцующие в воздушном потоке, создают атмосферу уюта и покоя. А на кровати было аккуратно выложено красивое нижнее бельё и легкое платье белоснежного цвета. Материя казалась мягкой и легкой, как перышко. Я провела рукой по платью, восхищаясь качеством ткани и легкостью кроя. Нижнее белье, от которого у меня уже ломились полки, почи не привлекло моего внимания.

– Что это? – спросила, слегка улыбаясь.

– Нравится? – Мор подошел ближе, обнял меня за талию и прижался, обжигая шею горячим дыханием. – Вскоре тебе предстоит подняться на поверхность. Я подумал, что сегодня ты наденешь то, что нравится тебе, – объяснил он, нежно погладив мои волосы, открывая шею для нежного поцелуя.

Тепло разлилось по телу, согревая каждую клеточку. Красота платья и нежность Мора сделали меня счастливее, чем я могла ожидать.

– Я могу это надеть? – неуверенно уточнила я.

– Да, и комната – не конечная остановка нашего путешествия, – продолжил он, проводя рукой по моей руке и слегка касаясь губами моей щеки.

Радость от сюрприза росла с каждой секундой. Последние дни Мор встречал меня после каждой тренировки, организовывая приятные сюрпризы и неизменно находясь в приподнятом настроении. Сегодняшний подарок лишь укрепил это чувство счастья.

Переменив одежду, я ощутила свободу и легкость, будто ветер пронизал ткань. Платье идеально сидело на фигуре, подчеркивает женственность и утонченность. Мор окинул меня внимательным взглядом, на мгновение возникло подозрение, что он попросит снять наряд, ведь такая одежда не в его вкусе, затем он удовлетворённо улыбнулся и предлогает следовать дальше.

Мы шли по коридорам, миновав десятки поворотов, пока не оказались у маленькой двери, известной мне по предыдущим экскурсиям. Данная дверь скрывала за собой выход в океан, через небольшую пещеру. Камни здесь оставались необработанными, чтобы случайные гости, не смогли заметить признаки существования целого подводного города. Для проникновения через этот проход установлены специальные защитные механизмы: обычные люди или дайверы не видят дверь, а магические устройства предупреждают охрану в случае попытки несанкционированного доступа.

Мор активировал маленький светильник, позволяющий пройти безопасно, лучи света отражались от воды, создавая иллюзию танцующих звёздочек на стенах пещеры. Вступив в воду, Мор взял меня на руки, опустив в морские глубины. Нас охватил прохладный поток, вынуждая тела непроизвольно адаптироваться. Мы закрыли глаза и выпустили свою истинную природу, опускаясь на дно, преобразовавшись в подобие настоящих морских существ. Свет от трансформации слился в единую гармонию, в которой мы растворялись.

Рядом со мной находился царь тритонов, обладатель сильного длинного хвоста и ярких янтарных глаз, способных загипнотизировать любого. Рядом с ним я казалась хрупкой и маленькой, но именно это качество подчеркивает разницу между нами, доставляя дополнительное удовольствие, от того, как красиво мы смотримся рядом, будто гром и молния неотделимые друг от друга.

Мор берёт меня за руку, и я послушно следую за ним, огибая острые коралловые выступы и пользуясь поддержкой подводных течений. Вода становится прохладнее, и мы начинаем подниматься выше, словно стремясь достичь поверхности.

«Куда мы плывём?» – мысленно спрашиваю я, общаясь с помощью телепатий.

«Скоро увидишь», – отвечает он лаконично.

В нашем подводном мире коммуникация во втором обличий осуществляется посредством особого заклинания, основанного на связи кровью. Такой метод доступен лишь избранным, посторонние лишены подобной привилегии. Порой это создаёт свои проблемы при столкновении разных кланов, изредка дело может дойти до бойни.

Подняв голову, замечаю птиц, бесстрашно снизившихся близко к водной глади, вдоль которой мы плывем. Возникает непреодолимое желание вынырнуть и хоть на мгновение, окунуться в солнечные лучи, давно не касавшиеся моей кожи.

Мор снижает скорость и мы опускаемся, перед моими глазами возникает пейзаж, до боли знакомый, вызывающий мурашки по коже и чувство отвращения.

– Зачем ты привёл меня сюда? – спрашиваю, пытаясь удержать внутренний шторм эмоций.

– Узнала это место? – голос Мора звучит размеренно и спокойно.

Конечно, узнала. Спустя многие годы воспоминание осталось свежим, будто все это было вчера. Именно здесь, запечатанная в стальной гроб, я провела пять долгих лет, исполняя приговор Всадника. Прошлое ожило, словно ревущий шторм, сметая остатки спокойствия.

Любые следы давно стёрты течением и жителями глубин, а мой личный гроб был извлечен учёными, когда я ещё находилась внутри, желающими изучить уникальный организм.

Без вмешательства Мора, вероятно, я бы сейчас служила объектом исследований и мои органы находились бы упакованными отдельно друг от друга в пакетах с жидкостью или проданы на черном рынке как сувенир.

– Хочу напомнить тебе, ради чего мы действуем и почему, – объясняет Мор, предпочитая оставаться на расстоянии, созерцая картину издалека.

Воспоминания возвращаются, подобно болезненному рецидиву, воссоздавая события, мучившие меня годами.

Всадники прибыли внезапно, и сирены оказались первыми жертвами их бесчеловечности. Признанные паразитами, скрывались в бегах. Наши запасы быстро истощились, союзники отказались от сотрудничества, а поиски нового дома становились всё более опасным предприятием. Любая охота на суше и в воде приносила потери, и похороны погибших стали ежедневной практикой. Через месяц численность сократилась вдвое, но это было лишь началом трагедии, которая нам предстояла.

Особенно памятен тот роковой день, через три месяца после пришествия Всадника, когда мы вышли на охоту и оказались в ловушке. Меня заключили в стальной саркофаг, а сестер сожгли. Завидуя умершим, я мечтала о быстром конце, когда месяцами засыхала, мучась и умирая каждый день по-новой.

– За что они так поступили со мной? – задаю риторический вопрос, осознавая, что адресую его Вселенной, но Мор всё равно реагирует.

Прикоснувшись к моей руке, он видит моё потрясение и соглашается:

– Я понимаю, что ты пережила. Но теперь ты здесь, ты выжила и сможешь отомстить. Всадники сделали это с тобой. Это они изгнали тебя из Совета и установили жестокие законы, включая уничтожение твоих сестёр.

Его слова вызывают во мне мощный импульс ярости, словно вулкан, готовый к извержению. Гнев вытеснил предыдущие переживания, тело дрожит от интенсивности чувств.

– Я ненавижу их, – констатирую я, понимая, что ненависть стала основой моей жизни и пока я не получу желаемое, не остановлюсь.

– Скоро они заплатят за всё содеянное, – Мор приподнял мою голову, заставляя встретиться с его взглядом, оказывая поддержку.

Мор снова взял меня за руку и повёл дальше. Путешествие оказалось коротким: вскоре мы достигли старой подводной пещеры неподалёку от берега. Место было заброшено тритонами после того, как дайвинг превратился в массовое хобби, доступное любому желающему.

Просторная пещера почти лешенная воды и света не привлекала особого внимания, являясь серой массой большенства также пещер, мы проплыли мимо входа и вскоре заплыли во второй зал меньшего размера. Воздух здесь был тяжелее, чувствовался сильный перепад температуры. В центре располагалось крупное каменное сооружение, похожее на алтарь.

Мой спутник вышел из воды первым, галантно предложив руку, и я ступила босыми ногами на пол, где вода ели доходила до щиколоток.

– Что это за место? – осмотрелась я, не найдя ничего примечательного, кроме огромного каменного образования в центре.

– Третий глаз тритонов, – спокойно ответил Мор.

– Он предсказывает будущее? – воскликнула я, вспомнив миф, о котором мне рассказал Плат.

Мор лишь улыбнулся, приблизившись ко мне.

– Не совсем. Он показывает настоящее. Доступ сюда ограничен, благодаря ему мы можем следить за жизнью на поверхности, не поднимаясь на сушу.

Завершив объяснение, Мор обратил внимание на объект, читая странные заклинания. Волшебным образом вода, казавшаяся обычной, начала менять структуру, превращаясь в экран, отображающий различных личностей.

Люди на экране, важные представители земных видов. Многие из них мне знакомы, иные видела впервые.

– Даже подумать не могла, что такое возможно, – прошептала я, поражённая его возможностями.

– У каждого правителя есть секретный козырь. Наш туз в рукаве именно здесь, – сказал Мор, верный правилам, придерживаясь законом предков, взяв с меня клятву хранить тайну об этом месте всю жизнь.

Соглашаясь, кивнула, осознавая значимость обязательства и то, насколько это важно для всего их царства.

Несмотря на скромность окружающей среды, значение этого открытия было огромным. Возможность наблюдения за земной жизнью давала уникальные преимущества, обеспечивая доступ к сведениям, которые раньше были недоступны.

Символично, что Мор выбрал именно это место для демонстрации. Важность символов и артефактов подчёркивала серьёзность его намерений и обязательств передо мной.

Исследуя изображения, прогуливаясь по пещере, внезапно заметила знакомый силуэт. Кира… Седовласая подруга выглядела старше и серьезнее, чем прежде. Её прическа была тщательно уложена, подчёркивая статус старейшины клана ведьм. Лицо хранило печать ответственности, а седые пряди, ранее окрашиваемые в чёрный цвет, говорили о том, что она наконец приняла себя, рожденная с такими волосами, она считала себя изгоем долгое время и постоянно прятала их. Сейчас ей должно быть уже тридцать лет, но лицо ещё сохраняет детские черты.

– Кира… – прошептала, проведя рукой по гладкой поверхности экрана, представляя, как она восприняла известие о моей гибели много лет назад.

Картинка изменилась и показала изображение человека, о котором никому не стоило знать и я резко ударила по воде, стараясь избавиться от этого кадра.

– Кто там? – Мор нахмурился, подозрительно глядя на меня, скрестив руки на груди. Его взгляд оставался объективным и спокойным, не выражая ни раздражения, ни опасения.

– Оборотень, – соврала без труда, припоминая, что оборотни редко нравятся нашему народу, хотя существуют и приятные исключения.

Мор кивнул, изобразив понимание, но лицо его приняло кислое выражение, словно отведал гнилого плода.

– Пойдём, покажу, – пригласил он, протянув руку и помогая мне подняться. Отойдя на несколько шагов, он указал на изображение, возникающее на воде.

Парень с бледной кожей, светло-белыми волосами и синими глазами предстал передо мной, оживлённо болтая и заливаясь заразительным смехом.

– Вампир? – усомнилась я, его взгляд был слишком живым и беззаботным.

– Молодой аристократ, близкий родственник короля вампиров, любит развлечения и считался своеобразным эксцентриком. Вечно пьяный гуляка. Два года назад он занял трон. – сообщил Мор, буднично комментируя факт, перевернувший традиционный порядок вещей.

– Как это возможно? – недоумевала, вспоминая правила престолонаследия, гласившие о передаче власти старшему сыну, который был у прежднего короля.

– Он организовал государственный переворот при поддержке ведьм. Старый король убит, а остальные наследники заняли нейтралитет, предпочтя не брать на себя обязанности такого титула.

Я была поражена масштабами произошедших перемен.

– Многое упустила? – осторожно поинтересовалась, ибо разговоры о внешних событиях Мор традиционно пресекал.

– Не так много, как могло показаться, – загадочно улыбнулся он, предлагая продолжать просмотр. – Знаешь его?

Новая картинка возникла на водной глади: высокий мужчина с черными волосами и сверкающими красными глазами смотрел на зрителя из-под черных густых бровей, из под расстёгнутой черной рубашки, показывался сложный орнаментом, напоминающим переплетённые корни древнего дерева, будто выжженные на его теле.

– Нет, не знаю, – откровенно призналась я.

– Уверена?

– Абсолютно, – пожала плечами, дополнив мысленно: «Просто расскажи, почему думаешь, что должна знать».

– Это сын Айгела, – уточнил Мор, бросив многозначительный взгляд, будто это имя должно вызвать ассоциацию.

– Айгел? – повторно озвучила фамилию, чувствуя лёгкое замешательство.

Похоже, Мор понимал мою реакцию и пытался подобрать нужные слова, но остановился, замедлив шаг и механически улыбнувшись.

Разговор был странным, я придала ему большое значение и мысленно перебирала всех кого знала, но Айгел – не помню.

Мы пробыли здесь ещё некоторое время, Мор показывал и рассказывал о новых людях пришедших к власти, чтобы я знала кого опасаться, когда поднимусь на поверхность и с кем можно будет возможность договориться в случае неудачи.

– Нам пора, – объявил он, направив меня обратно по знакомому маршруту.

Дорога домой прошла в полной тишине. Каменные стены дворца, до сих пор казавшиеся чужими, ничуть не помогли обрести душевный покой.

Проведя меня до нашей комнаты, Мор отправился в кабинет завершить неотложные дела. Я осталась одна, размышляя о случившемся. И вспомнив того, о ком молчу, стала рыться в старых сумках. Среди личных вещей обнаружила то, что искала – фотографию, найденную в остатках моего заброшенного жилища, которые мне принесли прислужники Мора, как только я оказалась здесь. Снимок показывал человека, близкого сердцу – Сайласа.

Связь с ним я скрывала, совместное прошлое предпочитала держать в тайне даже от членов Совета.

Первая встреча с Сайласом состоялась во времена первой войны, когда вражда между вампирами и сиренами достигла пика. Конфликт начался из-за территориальных споров, так как не все сирены охотились исключительно в воде. Мы приняли решение о том, чтобы отстоять южный берег и отправились туда, прихватив с собой Сайласа, влюбленного в сирену по имени Силин. Она была невероятной доброты девушка, с кудрявыми белыми волосами и глазами словно звёздное небо, мы были близкими подругами, всегда находившиеся вместе. Ужасная трагедия произошла, когда Силин попала в ловушку, установленную врагами. Судьба распорядилась так, что она умерла, оставив глубокую рану в душе каждого из нас.

Приняв условия вампиров, мы обосновались в глубинах океана, где проводили десятилетия, дожидаясь установления новых границ и восстановления порядка. Я не поддерживала с Сайласам общение на протяжении всего этого времени. И спустя два десятка лет мы возвратились на сушу, к нашим берегам, а я направилась в столицу, намереваясь принять активное участие в деятельности Совета и отстоять права своих сестёр.

Сайлас, как и прежде, всегда находился вблизи власти, участвуя в решении важнейших вопросов из тени, где мы вновь встретились. Благодаря именно его помощи мне удалось ускорить продвижение по карьерной лестнице в Совете и стать полноценным её членом, несмотря на враждебное отношение ко мне в начале моего пути.

Со временем Сайлас стал для меня братом, каким я никогда не обладала. Общение с ним являлось естественным и комфортным, даже несмотря на различия в мотиваций, были схожи во многих чертах характера. Мы оба были расчётливы, самолюбивы и предпочитали манипуляции прямому действию. Наши взаимоотношения всегда сопровождались юмором и игрой, временами я даже подозревала наличие романтического интереса с его стороны, радуясь впоследствии его отсутствию.

– Кто это? – резкое вторжение нарушило моё уединение, заставив вздрогнуть.

– Эраст! Что ты здесь забыл? – резко запихнув сумку обратно и спрятав фотографию, развернулась к гостю, намереваясь дать ему достойный отпор.

– Я первый спросил, – подал голос молодой мужчина, словно не понимая своей наглости.

– Но ты находишься в моей комнате, – напомнила я, сохраняя спокойствие, хотя внутри кипела волна раздражения.

– Дверь была открыта, вот и воспользовался моментом, – сказал Эраст беззаботно опираясь на стену.

– Ты врешь, – обвинила я его, справедливо считая, что дверь всегда закрываю.

– Ни замка, ни ключа не видел, – пожал плечами Эраст, кокетливо улыбнувшись и выпустив прядь волос на лицо, словно пробуя воздействовать на меня очаровательной внешностью.

Я лишь закатила глаза, считая его попытку тщетной и выходку очень глупой.

– Если причина твоего визита в этом, то после тренировки я великолепно себя чувствую. Всё? Лучше спроси у Нуры как она себя чувствует, – предложила, подразумевая их близкие отношения и надеялась, что он заметит мое недовольство и уйдет.

– Уже. Она просила заглянуть к тебе, – его лицо помрачнело, приобретая серьёзное выражение. – Знаешь, я понимаю, что у вас с ней сложные отношения, но стоит вспомнить, как она тебе помогла. Нура не такая плохая, как кажется.

– Я тоже ей помогала, и мы давно рассчитались, – категорично отрезала я. – Она напала на меня, а после инцидента с Мором внезапно проявила интерес к моей персоне. Забавно, но неинтересно.

– Хорошо, не стану вмешиваться в ваши разборки, – согласился Эраст, отходя к выходу.

– Кстати, ты так и не ответила, кто был на фотографии? – его вопрос прозвучал неожиданно.

Голова закружилась от волнения, сердце учащённо билось. Внешне я оставалась спокойной, маскируя испуг.

– Первая жертва, – бессвязно пробормотала, вспомнив, что некоторые действительно так делают.

– Твоя первая жертва – Сайлас? Интересная личность, – прокомментировал Эраст, изображая заинтересованность, но его маска явно трещала по швам, он знал, что я лгу.

– Ладно, ты прав – выдавила я из себя фальшивую улыбку, перехватив его собственную стратегию использования обаяния. – Только никому не рассказывай об этом, мы же друзья, договорились?

– Само собой, подруга, – радостно ответил Эраст, похлопав меня по плечу, словно совершая дружеское объятие. – Учти, Мор всюду расставил шпионов, так что будь осторожнее.

Только дверь закрылась за Эрастом, облегчённо выдохнула, чувствуя, как напряжение покидает тело. Но не успела насладиться моментом покоя, как раздался новый стук в дверь.

– День открытых дверей, что ли? – пробормотала я, открывая дверь следующему гостю.

– Плат? Что-то случилось? – удивилась я, увидев высокого подростка с белым пушистым волосами, неуверенно стоящим на пороге.

– Можно я… – нерешительно указал он на стол, сжимая тяжелую папку в руках.

– Да, конечно, проходи, – без раздумий пропустила его внутрь.

Плаксивое выражение лица Платона дало понять, что визит неспроста. Предчувствие говорило о плохих новостях.

– Могу подождать Мора здесь? – взволнованный юноша вытер капельки пота со лба, избегая встречаться со мной взглядом.

– Без проблем, – пообещала я, стараясь выглядеть дружелюбной и заботливой. – Нужна помощь?

– Водички, если можно, – тихо попросил он, ероша волосы и вертя папку в руках.

Я пошла на кухню, налила стакан воды и вернулась обратно. Наблюдая за ним, отметила, как сильно он нервничает: лицо бледное, взгляд блуждает неизвестно где, зрачки расширены.

– Ты сильно расстроен. Что-то случилось? – осторожно спросила я, передавая стакан.

– Нет, все в порядке, просто есть нюансы, – заикаясь, ответил Платон, продолжая играть со стаканом, так и не сделав ни единого глотка.

– Скажи, что беспокоит, – предложила, внимательно наблюдая за его поведением.

– Ничего особенного, – замялся он, улыбнувшись поверхностно и машинально, – просто небольшая заминка, вот и все.

Видя, что он не намерен рассказывать, решила предоставить ему пространство для отдыха. Однако оставить его одного в таком состоянии было неправильным решением.

Так мы и сидели, обмениваясь немногословными фразами, пока не вернулся Мор.

Глава 3. Первый аккорд.

Мор вернулся в комнату, и Платон тут же выскочил из кухни, приветствуя царя. Было очевидно, что Мор не ожидал увидеть его здесь, застигнутый врасплох, так же, как и я, он сразу обратил внимание на то, как нервно двигался Платон, сжимая в руках синюю папку и неровно дышал.

– Оставишь нас наедине? – сухо спросил Мор, его голос звучал холодно и отстранённо.

– Да, всё в порядке, – ответила я, решив оставить мужчин наедине и провести свободное время в любимой ванной комнате.

Закрыв дверь, осознала, что допустила ошибку. Купол помещения надежно поглощали звуки не только с этой стороны, поэтому услышать, о чём они говорят, было невозможно.

Разочарованная, погрузилась в теплую пенистую воду, пытаясь представить, что никаких проблем не существует, но мысли продолжали кружиться в голове.

Когда мои процедуры закончились, решила вернуться в общий зал. Осторожно открыв дверь. услышала приглушённые голоса, доносящиеся из кухни.

Весь вечер провести здесь не входило в мои планы, так что, воспользовавшись возможностью, бесшумно вышла наружу, ведомая своим любопытством. С интересом прислушивалась к происходящему, звук оставался приглушённым и неразборчивым.

Оказалось, что они использовали специальный защитный барьер, гасящий любые шумы.поэтому даже подойдя в плотную услышать тему обсуждения нереально. Осталось успокаивать себя тем, что выбор ванной комнаты изначально не повлиял на результаты моей проинформированности.

Вернувшись в комнату, разместила подушки на кровати и приготовилась уже ко сну, когда Мор и Платон наконец завершили свой долгий разговор и вошли в зал.

Ранее выражаемая нервозность Плата теперь перешла и на Мора, хотя он умело скрывал её за каменным выражением лица. Платон же выглядел настоящим провинившимся мальчиком, получившим наказание за оплошность.

– Всё в порядке? – осторожно спросила я, обеспокоенно осматривая обоих.

– Да, – коротко ответил Мор, голос звучал жёстко и сухо, словно песок шелестел в пустыне. – Платон уходит. Не забудь, завтра у вас с ним встреча.

– Появилась новая информация о Всаднике, тебе стоит ознакомиться, – добавил Платон, не поднимая взгляда, почти писклявым голосом.

– Это из-за неё ты пришёл? – предположила я, продолжая анализировать ситуацию.

– Нет. Тебе не стоит переживать, – заверил Платон, слегка кивнув Мору и исчезнув в дверях, не прощаясь.

Мор закрыл за ним дверь и принялся готовится ко сну, но несколько раз выходил на кухню, то забывая взять с собой воды, то вспоминая о том, что он ещё не убрал документы. Очевидно, мысли его витали далеко от реальности.

– Могу чем-то помочь? – я понимала, что вопрос неуместен, ведь даже не знала сути проблемы, но попробовать следовало.

– Сказал же, всё в порядке, – грубо отрезал Мор, но его отстранённость и напряжённость говорили об обратном. Спорить не стала, памятуя о прошлых случаях проявления гнева с его стороны.

Прижав его натянутую, как струна, фигуру, закрыла глаза и постаралась уснуть на его плече. Выполнить эту миссию оказалось нелегко, полноценный сон наступил лишь спустя несколько часов. За это время Мор остался недвижим, словно скала и даже дыхание его обычно тихое и ровное, стало шумным и тревожащим.

Когда я открыла глаза, Мор уже покинул кровать. Нужно выяснить, что происходит на самом деле, но сначала – быстрое омовение и скромный завтрак, состоящий из остатков вчерашнего ужина, который я так и не получила.

Быстрая смена гардероба и завязывание волос в узел завершили подготовку к встрече с Платоном, назначенной в библиотеке. Я точно решила для себя, предпринять попытку выяснить, что за внезапный визит он вчера устроил.

Точное время встречи не фиксировалось, поскольку Платон проводил в библиотеке большую часть суток, покидая её лишь для кратких перерывов на еду или посещения кабинета Мора. Даже если он временно отсутствует на своем месте, можно начать чтение любой книги, и Платон непременно окажется рядом через считанные минуты.

Сегодня решила придерживаться традиционного образа и выбрала классический чёрный спортивный костюм, который подчеркивал стройность фигуры и удобен для передвижения.

Быстро дойдя до библиотеки, обнаружила Платона на своём месте, погружённого в записи в блокноте. Внешне он выглядел иначе: темные круги под глазами, свидетельствующие о недостатке сна, и тревожный взгляд, что резко контрастировало с его обычным обликом.

– Привет. Что изучаешь? – тихо обратилась я, незаметно подойдя к нему.

Платон вздрогнул, будто получил разряд тока, и быстро захлопнул тетрадь, ставшую предметом моего любопытства.

– Привет. Ты уже здесь, замечательно, – сказал он, закрывая страницы и поворачиваясь ко мне. – Садись, я принесу бумаги.

Располагаясь на стуле, обратила внимание на старинную книгу, лежавшую перед ним. Отрытые страницы содержал строки о сохранении душ после смерти. Редкая тема для изучения, ведь общепринятое правило гласит: лучше освободить душу, чем пытаться удержать её в материальном мире.

– Просто захотелось почитать что-то новенькое, – заметил Платон, подходя ко мне сзади и заметив, что я заинтересовалась тем, что он читает.

– Ты когда врешь, у тебя нос краснеет, – воспользовалась старым трюком блефа, заставляющим собеседника проявить себя, пусть даже он был детским.

– Здесь просто жарко, – занервничал Платон, потрогав нос, словно мог ощутить степень покраснения. – Давай перейдём к делу. – быстро он ускользнул с темы. – Говори о Криспине, осталось всего немного до твоего отправления.

Платон убрал книгу подальше от меня и устроился рядом, открыв маленькую папку с документами о сыне Всадника.

– Что ты помнишь о нём? – повторил он свой стандартный вопрос.

– Ты всегда спрашиваешь одно и то же, – раздражённо закатила глаза, уже выучив эту информацию как молитву.

– Тогда тебе будет несложно повторить, – усмехнулся Платон, пожимая плечами.

– Имя: Криспин. Возраст приблизительно тысяча лет. Родители: Всадник Апокалипсиса – Смерть. Мать неизвестна, предположительно смертная с Земли. Главные способности: телекинез и управление стихиями. Характер властный, но не агрессивный. Придя к власти семь лет назад, исполняет указания Всадников, являясь главой Совета. Слабых сторон не выявлено, – процитировала я, стараясь придать своему голосу оттенок уверенности.

– И? – продолжил Платон, словно ожидая большего.

– Часто его замечали в обществе женщин, но дамы меняются регулярно. Его цели неясны, скрытен. Друзей нет. Жилище – небоскрёб «Астерот», квартира расположена на 23–25 этажах, офис – на 18-м, где находится сейф. Вероятно, в сейфе содержится важная информация, которую можно использовать против него. Одним из последних отданных им распоряжений стал приказ затопить судно с людьми и оборотнями, свыше трёх сотен пассажиров погибли, причина также неизвестна.– завершила я сообщение, надеясь, что моя презентация впечатлит Платона.

– Но это не всё, – Платон испытующе посмотрел на меня, будто проверяя мою выдержку.

– Ф-ф-ф… – тяжело вздохнув, продолжила перечислять данные о Криспине. – Его люди размещены по всему городу и передают ему любую важную информацию. Перемещается исключительно на автомобиле Rolls-Royce Battail Blue, номера закрыты специальной плёнкой. Но такой автомобиль в городе только один. Охраной и водителями не пользуется. На важные мероприятия приходит один, посещает рестораны и другие заведения исключительных случаях, предпочитая находится в своей комнате или в главной администрации, также в отдельном офисе. – Попыталась натянуть улыбку, сделав милое лицо, но получилось саркастично.

– Достаточно, – махнул рукой Платон, удовлетворённый результатами опроса.

– Ура! – не удержалась от восторженного возгласа.

– Недавно поступила новая информация: пять лет назад Криспин купил загородный дом в районе реки Няга, но посетил его лишь однажды, в день покупки, – пояснил Платон, извлекая из папки снимок загородного дома. Единственным приметным элементом на фото была тёмно-коричневая крыша, выглядывающая из-за густой листвы деревьев. – Также с недавнего времени стал часто посещать дом по адрес Загорная 34.

– Дом жилой? – уточнила я, изучая вторую переданную мне фотографию, на которой располагался небоскреб, больше двадцати этажей с яркими вывесками.

– Да, офисные помещения занимают нижний этаж, а он поднимается выше, – пояснил Платон.

– Удалось узнать, к кому он ходит?

– Пока нет, расследование продолжается.

– Что-то ещё?

– Да. Твоя основная задача это собрать оружие, информация о котором должна храниться в одной из книг ведьм. К списку, который я ранее тебе давал добавляется книга "1437". На протяжении нескольких лет мы собирали о ней информацию, но многие утверждают, что такой книги не существует. Теперь же я уверен, что она есть и именно она нам нужна.– поделился Платон.

– Книга названа цифрами? – недоуменно переспросила я.

– Именно так. Код может означать следующее: четвёрка – на перевёрнутый треугольник, ассоциируемый со смертью, семёрка – на римскую V, означающую войну, а тройку, если повернуть вправо, можно сравнить с двумя возвышенностями, что напоминает древнюю эмблему воинов-ведьмаксов, существовавших в XVI-XVII веках, а единица.. похожа на голода, – разъяснил Платон.

– Ты не нашёл значения единицы? – подкалывающе поинтересовалась я.

– Нет, не обнаружил, – честно признался Платон, массируя переносицу.

– Зато теория интересная, – поддержала друга, хотя поверить в достоверность перевода шифра было непросто. Ведьмы известны любовью к замысловатым знакам, но числа – не их стандартная форма записей.

– Волнуешься? – осторожно спросил Платон, его голос звучал искренне и участливо.

– Не волнение, а скорее гнев и глубокое чувство важности, – чистосердечно поделилась я. – Криспин – лишь один из Всадников, кто причастен к ужасам, которые происходили. Он участвовал в разрушении не только моей жизни, но и множества других, совершенно невиновных.

Огонь внутри меня пылал при каждом произнесённом слове, и я вовремя замолчала, чтобы не выпустить агрессию раньше срока.

– Я бы хотел пойти с тобой, – поддержал Платон, предлагая моральную поддержку. – Не участвовать, но защитить твою спину мог бы.

– Знаю, что цель велика, и мне будет легче одной делать всё необходимое для нашей, – улыбнулась я другу, искренне благодаря его за поддержку.

Ещё несколько часов, проведенных в библиотеке, пролетели незаметно. Обсудив многочисленные детали моего грядущего задания, мы с Платоном расслабились, и я неоднократно пыталась выведать причину вчерашнего разговора, но безуспешно.

Вернувшись в пустую комнату, занялась приготовлениями: проверила вещи, приготовила ужин, застелила постель и ещё раз ознакомилась с данными о Криспине из папки, полученной от Платона. Мор так и не появился, и я решила отправиться к нему в кабинет, надеясь, провести время вместе.

Однако открытие двери преподнесло неприятный сюрприз: передо мной стояли двое вооружённых мужчин, одетых в униформу, с лицами, соответствующими профессиональному этикету.

– Кто вы? – автоматически начала собирать энергию в руке для самозащиты.

– Здравствуйте, Кома. Мор распорядился, чтобы вы не выходили из комнаты, – ответил один из незнакомцев официальным тоном.

– Почему? Где он?

– Мы не уполномочены давать комментарии, – сообщил второй, подкрепляя утверждение первого.

Спорить с ними было бессмысленно, они на службе будто роботы запрограммированные выполнять приказы отданый свыше, поэтому я захлопнула дверь, надеясь, что возвращение Мора даст ответы на все вопросы, которых стало очень много за последние дни.

Время тянулось медленно, Мор так и не вернулся, не вечером, не ночью.

Следующие утро пришло, словно холодная волна, окотившая с ног до головы, и я резко вскочила с кровати, рефлекторно хватаясь за отсутствующего Мора. Горечь обиды подкатила к горлу, как тяжёлый комок, когда я осознала, что его нет рядом.

Выполнив утренние процедуры, приоткрыла дверь, увидела все тех же сторожевых, дежуривших у входа.

– Мне до сих пор запрещено выходить? – раздражённо выпалила я, глядя на одного из мужчин.

– Мор ожидает вас в кабинете. Мы проводим. – отозвался крупный охранник с туповатым лицом, отступив в сторону.

Контроль над эмоциями становился всё сложнее и сложнее, внутренняя буря смешалась с лёгким ощущением облегчения, от того, что Мор в порядке, но быстро вернулась с новой силой, когда я еще раз посмотрела на стоявших передо мной стражников.

– Я могу дойти сама, – попыталась обойти сопровождающих.

– Мы обязаны проводить вас, – повторил он, словно запрограммированный автомат.

Движение по коридорам напоминало парадоксальную игру: один шёл впереди, другой сзади, и шансы на самостоятельное передвижение равнялись нулю из-за узкого прохода. Приходилось шагать с ними в ногу, чтобы они не отдавили мои.

Каждый поворот сопровождался осмотром помещений, словно ожидали появления монстров из теней, что выводило из себя и только тянуло время.

Наконец мы достигли кабинета. Мор, уже ждавший у входа в свой кабинет, кивнул охране и мужчины мгновенно исчезли за ближайшим поворотом.

Войдя внутрь, не смогла сдержать порыв эмоций:

– Что, чёрт возьми, происходит? – спокойствие сохранять было трудно, но я старалась держаться достойно, насколько это было возможно.

– Постарайтесь сначала успокоиться, – бесстрастно посоветовал Мор, наливая вино в два стакана и предлагая один мне.

– Во-первых, я абсолютно спокойна. Во-вторых, пить я не намерена, мне предстоит ночное задание: преодолеть три границы, восемь охранников и два километра, чтобы выжить. В-третьих, ты так и не ответил на мой вопрос, – подчеркнула я, изо всех сил контролируя раздражение, вызванное его ледяным спокойствием.

– Во-первых, ты вовсе не спокойна. Во-вторых, я помню, и всё идёт по плану. В-третьих, никаких происшествий не произошло, – повторил Мор, игнорируя мои претензии и вновь подняв бокал, протягивая его мне.

– И что это были за проблемы? – взяла бокал лишь для того, чтобы он перестал его мне протягивать и ответил на мои вопросы.

– Дорогая, прошу, у нас есть дела поважнее, – обходя меня сзади, он притянул меня к себе.

– Да что с тобой? – его близость не успокоила, а лишь ввела в замешательство. Он вёл себя странно, будто не понимал важности того, о чем я говорю и не хотел слушать.

– Всё в порядке. Сегодня важный день для тебя, не хочу усложнять его дополнительными задачами. Давай просто расслабимся, – мягко заметил Мор, не реагируя на мои выпады и поцеловал в шею, слегка покусывая её.

Казалось, он намеренно скрывал проблему, пытаясь отвлечься от неё сам. Контролировать его близость становилось невозможным: его спокойствие охлаждало мой пыл, раздражение осело в душе тяжелым камнем, а поведение Мора спрятало его за толстым слоем мягко снега. Камень никуда не исчез, но больше не мешал наслаждаться пейзажем и был ели заметен, если никто не захочет его раскопать.

– Почему ты просто не расскажешь, что случилось? Зачем понадобились сторожевые и молчание? – продолжала добиваться ответов, но Мор лишь игнорировал вопросы, словно не слышал их, наслаждаясь запахом моих волос, водил руками по моей талии.

– Я уже сказал: сейчас всё в порядке. Не стоит так переживать. Лучше подумай о том, кто станет твоим первым союзником, – предложил он, гладя мои волосы, будто видел их впервые.– Или поговорим об этом чуть позже, – его глаза сверкнули, ухмылка обнажила острый клык, слегка прикусивший нижнюю губу.

Он притянул меня ближе, и я безвольно поддалась его объятиям. В такие моменты разум отключается, уступая место эмоциям. Губы Мора страстно прижались к моим, требуя полного доверия и удовольствия. Я хотела этого, но почему-то сейчас не могла полностью погрузиться в момент, наслаждаться им, ведь будущая встреча оставалась под сомнением, а его выходка выбила меня из равновесия. Но я все равно дала ему то, что он хотел, понимая, что в ближайшее время мы не сможем это повторить.

…

– Ты тщательно изучила маршрут? – протянул мне бокал с вином, одеваясь и заняв место за рабочим столом, заваленным бумагами и различными устройствами.

– Да. Путь до пункта назначения не вызывает сомнений, главное, чтобы амулет работал и меня не вычислили, – начала рассуждать, надевая свои разбросанные вещи.

– Амулет прошёл многократные тесты, вероятность ошибки минимальна, – напомнил Мор, вновь переключаясь в деловой режим. – Но помни, что в городе тебя узнают многие, даже без твоей ауры.

– Изменить цвет волос и подобрать подходящую одежду, скрывающую фигуру, я сумею. Без ауры я останусь незамеченной большинством горожан, – сообщила я, слегка колеблясь, ведь сама постоянно думала о том, что даже спустя семь лет, большинство должностей занимали все те же люди, с которыми я знакома лично.

– Действуй осторожно, проверяй каждый шаг. Помни, от тебя зависит успех всей миссии, – сказал Мор, его голос звучал строго и серьёзно.

Груз ответственности увеличился многократно, словно снежный ком, катящийся с вершины горы. Я боялась, что не смогу его выдержать.

– Справлюсь, – твёрдо пообещала я, решив, что успех – это всё или ничего. – Во сколько активируется проход?

– Примерно к полуночи. Сейчас туннель проверяют и укрепляют маги, расставляющие фианиты по периметру. Как только мы их активируем, в вибрационном куполе города образуется незаметная брешь. На случай обнаружения бреши второй отряд нанесёт отвлекающий удар по куполу в километре от прохода, чтобы отвлечь внимание охраны.

– Насколько это опасно для них?

Мор слегка улыбнулся, словно отвечал ребёнку на детский вопрос:

– Солдаты привыкли к риску, и большинство задач куда опаснее текущей. Не переживай об этом, подумай о себе.

– Сколько человек патрулируют периметр сегодня?

– Купол установлен для фиксации перемещения сверхъестественных существ, входящих и покидающих город. Поскольку альтернативные способы пересечения границы перестали применяться, охрана ослабила бдительность. Патрульные распределены неравномерно: один старший ведьмак и четверо новичков, недавно окончивших академию и не имеющих даже опыта реальных сражений.

– Туннель выведет меня подальше от границы, около часа уйдёт на дорогу до домика, а дальше будет проще.– Волнение, которое я не ощущала до сегодняшнего дня, стало почти осязаемым.

– К сожалению, – начал Мор, лицо его стало серьёзным, взгляд упал вниз. – В городе повысили наблюдение. Между ведьмами и вампирами обострились отношения, число информаторов выросло, поэтому настоятельно рекомендую трижды проверять каждый шаг. Я не смогу тебе там помочь.

– Понимаю. Буду придерживаться плана, и если что-то пойдёт не так, слухи о воскресшей сирене распространятся мгновенно, и ты об этом моментально узнаешь, – голос стал сдавленным, мысли о неудаче упорно отвергались, но так и направили забраться в голову.

– Я знаю, что ты каждый день используешь голос сирены, когда никого нет рядом. Предлагаю вспомнить навыки, не на ринге с парнями, а с кем-то более опытным, – в глазах Мора зажёгся озорной огонёк, и я почувствовала, как мои глаза загорелись от перспективы испытать всю мощь своей силы.

– И кого ты предлагаешь?

Голос сирены воздействует на разум, приводя к сумасшествию, если слушать его слишком долго. Люди теряют себя, если подвергаются воздействию постоянно, становясь куклами в руках сирен. Это не самое безопасное занятие.

– Командир внешнего отряда, – улыбнулся Мор, в нём чувствовался неподдельный интерес. – Хочу посмотреть, как ты это делаешь, а затем и поучаствовать.– он облизнул губу в трепетном предвкушении.

Я лишь улыбнулась. Такие слова повышают самооценку и напоминают, что я не посредственная представительница сирен, а заслуженный член Совета, которому слово «средняя» точно не подходит, способная заинтриговать даже царя тритонов.

Покинув кабинет, Мор повёл меня в отдел подготовки военных, расположенный немного выше. Нам пришлось подняться на два этажа и проделать долгий путь по каменным коридорам.

Мы углубились в обширный зал, стены которого, идеально отполированные, были выше привычных помещений вдвое. Пространство было пустым, единственным украшением служил белый свет, равномерно распределяемый с мраморного потолка, придавая помещению торжественную атмосферу.

Из дальнего угла зала выступил мужчина среднего возраста, его лицо было покрыто сетью мелких морщин, подчеркивающих авторитет и опыт. Седые пряди на фоне серых бровей гармонично дополняли образ, а атлетическое телосложение и спортивная одежда подчёркивали его профессиональную подготовку.

– Добро пожаловать, Ваше Величество, – прогремел его низкий голос, звучавший уверенно и уважительно.

– Рад тебя видеть, Андерс. Познакомься, это Кома, – представил меня Мор, сделав шаг в сторону. – Она сирена. Сегодня она покидает наш мир, и я хотел бы убедиться, что её навыки сохранились и она готова.

– Да, помню, – улыбнулся командир, указывая на центр зала. – Будет приятно снова испытать это.

Сначала я подумала, что пространство идеально подойдет для распространения звука, но, сделав несколько шагов, поняла, что стены зала поглощают звуки, не отражая их.

– Я не буду долго испытывать вас, – сказала я, надеясь облегчить испытания для старшего офицера.

– Посмотрим, – спокойно ответил Андерс, вновь кивнув, и мы разошлись в разные стороны зала.

Начав с минимальной мощности, постепенно наращивала силу, наблюдая за реакцией. Голос сирены проникал в сознание командира, поначалу он старательно сопротивлялся, боролся, выталкивая звучание из головы, но постепенно защита начала давать сбои. Одну минуту сопротивления, вторую – колебания, третью – слабость. У него пробежала мысль о капитуляции, и я мгновенно усилила воздействие, воспроизведя её миллион раз.

Андерс потерял прежнюю твердость, его воля таяла, превратившись в ребёнка, готового исполнить любое моё желание. Я наблюдала, как его глаза потеряли боевой огонь, заменившись детской наивностью и желанием угодить.

Капитан Андерс потерял боевую готовность, его глаза смотрели на меня, словно он увидел чудо. Я отпустила чары, позволяя ему восстановиться.

Аплодисменты Мора раздались в зале, и я почувствовала гордость за выполненное задание.

– Браво, дорогая. Впервые вижу действие сирены собственными глазами, – похвалил он, искренне улыбаясь.

Я поклонилась, как артист после выступления, но внутри появилось неприятное чувство, словно моё достижение нарушило привычные рамки и подбило авторитет командира.

– Как вы себя чувствуете? – обратилась я к Андерсу, заметив, что он неподвижно смотрит в стену, словно потерянный.

– Это потрясающе, – прохрипел он, голос ещё дрожал, но взгляд ожил. – Я отбивал атаки сирен ещё до начала Первой войны и столкнулся с множеством представительниц вашего рода. Но сейчас я либо постарел, либо ваша сила превосходит тех, с кем я встречался раньше. В любом случае я рад, что именно ко мне вы обратились за помощью, – добавил он, улыбаясь и показывая морщинки, украсившие уголки его глаз. Поистене он не смотря на свою профессию, очень отзывчивый и добрый.

– Что ж, теперь вы сможете наблюдать за этим со стороны, потому что на вашем месте сейчас окажусь я, – сказал Мор, и в его глазах блеснуло нечто угрожающее, заставившее меня отступить на несколько шагов назад.

– Я не… – голос стал хриплым, и я поняла, что использовать оружие против того, кто тебе дорог, намного тяжелее, чем я думала.

– Когда, если не сейчас? – настаивал Мор, усиливая давление.

Я лишь кивнула, осознавая, что отказать царю в присутствии высокопоставленного офицера было бы признаком неуважения.

Мор закрыл глаза, а когда открыл, его взгляд утратил всякое дружелюбие. Мощь его ауры обрушилась на меня, сокрушая и подавляя волю. Пауза растянулась, я постаралась абстрагироваться от того факта, кто именно стоит передо мной.

*«И ты со мной пойдёшь…»*

Первые ноты вышли легко, как и в прошлый раз, постепенно увеличивала силу воздействия.

*«Душу мне открой…»*

Встреча с его ледяными глазами заставила голос дрогнуть, но я продолжила:

*«Ты счастье здесь найдёшь…»*

Мор сделал несколько шагов в мою сторону, аура его даже не треснула, давление усилилось. Старалась держаться, но ощущала, как слабею.

*«Просто иди за мной…»*

Ноги подкосились, я почувствовала, как теряю контроль.

– Не могу, – прошептала я, падая на колени, ощущая давление каждой клеточкой кожи. Внутренняя сирена затихла, словно раненая птица, спрятавшись от силы, исходящей от Мора.

– Всё в порядке, – сухие слова сорвались с его губ. – Оставь нас, Андрес.

Командир молча покинул зал, и Мор присел рядом, приподняв мою голову. Я избегала смотреть ему в глаза, но его пальцы, касавшиеся моего лица, были теплыми и нежными.

– Посмотри на меня, Кома, – наконец в его голосе зазвучали нотки нежности.

Я выполнила его просьбу, переборов себя, встретившись взглядом. В его глазах не было жестокости или злости, а нечто иное, сложное и многослойное.

– Я не могу так, – произнесла я, чувствуя себя уязвимой и слабой перед ним. Особенно сейчас, сидя на коленях перед царем.

– Когда ты поднимешься на поверхность, ты должна помнить, что врагом может оказаться кто угодно, даже тот, кому ты доверяешь. Есть цель, и только она важна, – наставительно произнес Мор.

– Ты оказался слишком силён, – пришлось признать поражение, хотя осознавала, что это звучит постыдно.

– Эй, – он снова приподнял моё лицо, не давая отвернуться. – Я не намного сильнее Андреса. Это ты придала мне такое значение.

Слова врезались в мою голову, словно лезвие ножа. Причины не доверять ему у меня нет, но чувства и эмоции, несомненно, сыграли значительную роль в восприятии его силы.

Мор помог мне подняться, и мы покинули зал. Оказавшись в комнате, он сообщил, что через пару часов начнётся операция, и это время он хочет провести со мной, расслабляясь и заряжаясь силами перед долгой разлугой, ведь после дышать свободно я уже не смогу.

В комнате уже были аккуратно разложены вещи, собранные по приказу Мора. Приятно, что он позаботился, но я взяла лишь небольшую сумку с указанием маршрутов, ключами, новыми документами и предметами первой необходимости. Все остальное отправляется на склад до моего возвращения. Надеюсь, оно случится.

Проверять содержание сумки не стала, предпочтя окунуться в объятия Мора, который этого только и ждал.

Мысли о разговоре, состоявшемся ранее, никак не покидали меня, смешиваясь с предвкушением от возвращения домой, если удастся благополучно перейти границу. Переход казался незначительным событием, но чем ближе приближался момент, тем сильнее меня охватывало беспокойство, что что-нибудь может пойти не по плану и уже завтра мое тело сожгут или выкинут на свалку.

Мор притянул меня ближе, запах его тела напоминал свежесть морского бриза, смешанную с едва уловимыми нотами металла, словно электрический ток имел собственный аромат. Руки мои как виноградные лозы обвивали его фигуру, а по спине пробегали сотни маленьких мурашек от этих прикосновений, помогая хоть немного отвлечь мысли.

Когда он стал меня целовать, ощутила, как моё тело постепенно расслабляется, руки обрели свободу, губы нашли его губы, движения приобрели нежность, смешанную с его властностью и уверенностью.

К сожалению, даже физическая близость не могла полностью устранить мои тревожные мысли. Волнение и напряжение лишь усилились, и, когда Мор направился в душ, голова и тело начали подавать тревожные сигналы: руки тряслись, грудь сдавило, словно тугой корсет, а голова закружилась.

– Ты в порядке? – неожиданно его голос вернул меня к действительности. Я даже не заметила, как он вернулся.

– Да, всё хорошо, – солгала я, надеясь, что он не заметит напряжения.

– Нам пора, – слегка поджал губы, явно желая добавить что-то ещё, но остановил себя.

Одевалась я в спешке, тремор рук мешал сосредоточиться. Надела белое платье, подаренное Мором, и спортивные шорты для удобства передвижения. Перекинула сумку через плечо и надела самое важное – кулон, скрывающий мою сущность. Белый камень-тессераксион, напоминающий слезу, удачно сочетался с одеждой и не привлекал лишнего внимания. Впоследствии его придётся прятать, чтобы не вызвать лишних вопросов.

– Ты справишься, детка, – сказал Мор, обнимая меня сзади и целуя в макушку.

Я выдохнула и кивнула, повторяя про себя, что дороги назад нет.

Два стражника присоединились к нам, и мы двинулись в путь.

– Всё идёт по плану, никаких нарушений нет, – доложил Мор, когда мы проходили очередной коридор. – Туннель выведет тебя в двадцати метрах от границы, дальше действуешь самостоятельно.

– Сколько времени у меня между дозорами?

– Примерно пять минут. Я дам тебе таймер. Когда дозорный пройдёт, мы запустим отсчёт. Если сомневаешься, подожди минуту-другую перед выходом.

Мы поднимались на самый верх, пройдя больше сорока уровней. Ноги были ватными и двигались на автомате, живот неприятно сводило, волнение сдавливало горло. Наконец мы дошли до очередной двери, за которой был выкопан туннель, сооружаемый последние несколько месяцев. Каменный коридор тянулся вверх, рядом с ним нас встретил отряд магов-тритонов, готовых открыть проход в город.

– Здесь начнется новая история, – прошептал мне на ухо Мор.

Я осмотрелась вокруг: небольшое пространство, подсвечиваемое факелами, закрепленными на земляных стенах, укреплённых деревянными балками. Четверо магов в плащах непрерывно шептали заклинания, не обращая внимания на окружающую обстановку. Впереди узкий тоннель, ведущий на поверхность и вся атмосфера неприятно давящая, словно здесь проводился обряд черных ведьм.

– Мне придётся ползти? – тихо спросила я, стараясь не отвлекать магов.

– Да, – улыбнулся Мор одними уголками губ. – Сделать удобный проход не успели, зато так риск обвала сводится к минимуму.

– Обвала? – удивилась я, ощущая, как напряжение нарастает.

– Не переживай, – успокоил Мор. – Магическое наблюдение обеспечивает сохранность коридора вплоть до поверхности. Проблемы начнутся после выхода, но ты сама это знаешь.

Осталось дождаться сигнала. Минуты текли медленно, пока Мор не установил таймер на моих часах и маги не расчистили путь.

– Стражники проходят возле места где находиться выход, каждые пять минут. Ориентируйся на таймер. Тебе пора, – коротко кивнул Мор, слегка подтолкнув меня к отверстию.

"Уже?" пронеслось в голове. "А как же.." А как же что? Я готовилась к этому с самого первого дня, прибывания здесь. Время пришло.

Я хотела обнять его напоследок, но он решил сохранить царственное достоинство даже в такой ситуации и молча стоял, сложа руки на груди. Прощание вышло смазаным его отстраненностью, но часики тикают и подгоняют идти вперед.

Первые шаги в туннеле были относительно простыми, но вскоре начались проблемы: давление магического купола, защищавшего город, начало сдавливать грудь, затрудняя дыхание. Воздух был тяжёлым и густым, словно сироп, затрудняя каждый вдох.

Вспомнив о многочисленных тренировках, я ускорила темп, несмотря на нарастающее головокружение и ощущение тяжести. Подъем становился круче, проход сужался, стены покрылись влажной грязью, и белое платье, выбранное для похода, оказалось худшим выбором, превратившись в грязевую массу.

Единственное освещение постепенно исчезло, и я двигалась вслепую, ощущая лишь холод и влагу вокруг. Мозг начал рисовать картины: насекомые и слизняки ползали по стенам, вызывая панику и тошноту.

– Давай, Кома, не сдохнуть же здесь, так и не выбравшись на поверхность! – мысленно ругала себя, продвигаясь вперёд.

Внезапно ощущение тяжести ослабло, давление купола исчезло – я пересекла границу. Ворчала, но понимала, что теперь мне предстоит ещё немало метров пути. Почва стала более рыхлой, передвигаться стало легче, и я смогла наконец поставить руки на землю, начав двигаться на четвереньках. Постепенно дыхание выровнялось, но слух обострился до предела: щелчки насекомых и слизняков продолжались, руки вязли в грязи, волосы покрылись землёй.

Прошло бесконечное количество времени, несколько раз меня накрывала истерика, пока я не увидела слабый луч света в конце туннеля. Второе дыхание открылось, и я двинулась быстрее, ободряемая долгожданным выходом.

Наконец я выползла в небольшую каменную пещеру, где горел тусклый фонарь. Я рухнула на землю, измотанная физически и морально, и пролежала несколько минут, пытаясь восстановить дыхание. Взгляд упал на часы, установленные Мором на отметке «00:00»: сейчас было 03:43. Через две минуты должен пройти стражник. Я провела в этом чертовом тунеле больше трех часов!

Посмотрев вокруг, заметила чашу с чистой водой, расчёску и чистую одежду, аккуратно сложенную на камне. Видимо, предусмотрительные наемники подготовили всё необходимое. Свет исходил от небольшой свечи, которая почти догорела.

Впереди ждала еще одна маленькая «комната», соединенная с этой узкой щелью, закрытой высоким камнем, ведущая к выходу на поверхность, где свет из этого помещения уже не проникал, а лишь веял свежий ветерок из левого угла, где находится проход.

Выход из пещеры оказался завален ветвями. Вернувшись в предыдущее помещение, перевела дыхание, переоделась и умывалась водой, тщательно смывая грязь с лица и рук. Печальная новость: воды хватило лишь на гигиену лица, обуви не оказалось, решила радоваться хотя бы наличию чистой одежды.

Белое платье, теперь больше напоминало грязную половую тряпку, отправилось под ближайший камень. Постаралась убрать основную грязь из волос, получилось плохо. Воемя на часах показало 4:07. Приняла решение дождаться 4:11, чтобы совершить вылазку. Спешить пока не было нужды, можно перевести дыхание.

Постаралась разглядеть что-то за завалом ветвей, но кусты были уложены слишком плотно. Шум от их уборки наверняка привлечёт ненужное внимание. Попробовала их приподнять, ветки оказались легкими, можно было быстро очистить проход.

На всякий случай заготовила легенду для случайных свидетелей: сбежала из родительского дома и заблудилась. На стражников эта версия не подойдёт, но для лесников вполне.

Новая одежда – чёрная водолазка и джинсы – идеально сидела по фигуре и гармонировала с моей историей, но, увы, скрыть лицо и красные волосы не представлялось возможным. Кулон, защищающий мою сущность, спрятала под воротником. Время тикало: 4:09. Недолго осталось ждать.

До ближайшей дороги было полкилометра – не такое уж значительное расстояние, но одинокую девушку в лесной глуши обязательно заметят. Рыжие волосы, которыми я раньше гордилась, сейчас стали проблемой. Я выжидала у прохода, сердце продолжало колотиться, зрение фиксировало каждую тень, которую я могла заметить сквозь ветки.

4:10. Тишина, ни следов шагов, ни других звуков. Стражники проходят ближе к границе. Лес замер, даже птицы не пели.

4:11. Пора действовать.

Аккуратно оттолкнула ветви, свет луны пробился сквозь прорехи. Каждый раз, слышав их хруст, замирала. Провела минуту в абсолютной тишине, затем продолжила очищать путь. Последняя ветка оказалась самой крупной, поднять её было чуть сложнее. Тщательно обследовала местность, насколько позволяло зрение, прежде чем выползти наружу.

Страх толкал меня вперёд, заставлял действовать быстрее. Чуть не забыла завалить проход обратно. Сделав несколько осторожных шагов, я ускорилась, шла тихо, слушая биение собственного сердца и дыхание, ловя каждый шорох. Страх нарастал, подстёгивает к увеличению скорости, ноги сами понесли меня вперед.

Я бежала быстрее, чем когда-либо, сердце бешено колотилось, словно хотело вырваться наружу. Слух обострился до предела, звуки моих шагов отдавались болью в ушах. Страх, адреналин, паника заставляли меня двигаться всё быстрее, постоянно подгоняя.

Внезапно я оказалась на дороге, едва избежав столкновения с проезжающим автомобилем.

Машина резко затормозила, водитель, мужчина лет сорока, выскочил из салона, его лицо побледнело от шока.

– Ты что делаешь? – закричал он, размахивая руками. – Совсем с ума сошла? Что ты тут вообще делаешь?

Паника охватила меня. В голове лихорадочно работала мысль: это обычный человек, а значит, мои способности легко сработают.

Только перестань орать!

– Подвези меня, – произнесла я, пытаясь установить визуальный контакт, глаза лихорадочно бегали по сторонам, готовые к появлению дозорных или других угроз, но обояние сирены сработало безотказно.

– Что? – голос мужчины резко изменился, став мягче и более податливым. – Я… конечно, садитесь.

Он открыл пассажирскую дверь, и я быстро забралась внутрь.

– Быстрее, – распорядилась я, сердце стучало так, будто пыталось разорвать грудную клетку.

Водитель поспешил занять место водителя и нажал педаль газа.

– Озеро Ай-Ши. Едь молча, – приказала я, стараясь не терять контроля над ситуацией.

Даже сидя в салоне машины, адреналин продолжает циркулировать в крови. Ощущение, что за мной следят, не покидало меня. Но, оглянувшись назад, увидела лишь пустынную дорогу.

Чем дальше мы удалялись от границы, тем спокойнее становилось моё сердце. "Все прошло хорошо" повторяла я. Поблизости озера находился домик, купленный мной еще задолго до моей официальной гибели. Там я могла отдохнуть и адаптироваться к новой реальности.

Свет уличных фонарей, прекрасные пейзажи, свежий воздух и свобода, проносящиеся за окном автомобиля – всё это наполняло меня чувством эйфории.

"Здесь начнется новая история"– прозвучали слова Мора в моей голове и отозвались в сердце.

Глава 4. Старые связи.

Мужчину я попросила оставить меня на дороге, недалеко от нужного места и заставила забыть о том, что он видел меня, стерев ему память за последние пол часа. Идти к дому пришлось осторожно, ощущая, как мир вокруг словно следит за каждым моим шагом.

Каждое дерево и куст смотрели на меня, вызывая тревогу и напряжение, ноги дрожали, глаза улавливали каждый малейший шорох. Лишь когда дверь за мной закрылась, смогла расслабиться и глубоко вдохнуть.

В загородном домике пахло деревом и свежей хвоей, словно сама природа соткала его из лесных ароматов. Эти запахи – тихий шепот сосен и холодок сибирской ели – проникали в каждую щель, напоминая о диких просторах и уединении.

Этот дом – скрытая крепость, засланенная от посторонних глаз той магией, что была наложена моей старой подругой Амели и сильнейшей ведьмой того времени. Именно она настояла на заклятий сокрытие, за что я ей черезмерно благодарна.

Обернувшись вокруг, внимательно осмотрела интерьер: на первом этаже гостиная и кухня объединены в единое пространство, оборудованное небольшим столом, диваном и камином. На втором – спальня и ванная с чуланом; всё покрыто слоем пыльной завесы времени, словно давно забытые воспоминания, оставленные здесь, чтобы никто не тревожил их покой.

Если бы Мор знал, где я остановлюсь, он, пожалуй, попросил бы кого-нибудь привести здесь всё в порядок.

Быстро смыла с себя следы грязи, смывая с себя груз сегодняшних тревог. В чулане нашла старую сорочку и с удовольствием натянула эту пыльную тряпку на себя. Постаралась улечься на кровать, чтобы заснуть, но эта первая ночь без Мора, без сладко спящего мужчины крепко сжимающего мою хрупкую талию, без его спокойного, а иногда нервного дыхания на ухо, без его тепла. Мне уже приходилось засыпать одной, но сегодня я ощущаю его не хватку особенно остро, зная, что ночью он не придет и не ляжет рядом, чтобы утром проснуться вместе.

Утром я обнаружила, что за окном светит солнце. Долгое пребывание под водой лишило меня привычки к дневному свету, и глаза болезненно реагировали. Сон был непродолжительным, голод начал заявлять о себе, требуя немедленного утоления. Вот тебе и нехитрая истина – аппетит возвращается в самый неподходящий момент.

Первостепенные задачи состояли в поиске телефона и продуктов. Затем нужно решить вопрос с одеждой и внешним видом. Рыжие волосы, как пламя, притягивают взгляд, и, перерыв шкаф, обнаружила лишь одну кепку – чёрную, с загадочной надписью. Ни ножниц, ни ножей, ни краски для волос – ничего, что могло бы помочь мне стать менее заметной. Надеюсь, этого хватит, чтобы добраться до ближайшего магазина.

Накинув на себя вчерашние вещи и спрятав волосы под кепкой, бросила сумку на плечо и вышла за порог, на тропинку, которую быстро нашла по памяти. Погода была ясной, воздух – безмятежным и тихим, сама природа будто затаила дыхание, чтобы посмотреть, что я сделаю дальше. В душе бушевала тревога, как червь, она точила меня изнутри. Листва на деревьях, раньше казавшаяся родной, теперь стала незнакомой и угрожающей. Я смотрела на неё с особым вниманием, пытаясь понять, что не так.

До оживленной дороги оставалось совсем немного, когда мое внимание привлекло появление группы людей впереди. Легкие сжались: двое простых граждан и один оборотень, чей специфический запах псины чувствовался издалека.

Сейчас главное – не выдать себя. Низко опустив голову, пыталась спрятать лицо под кепкой, ускоряя шаг. Сердце бешено колотилось, словно двигатель гоночного автомобиля. Стараясь успокоиться, повторяла про себя: «Дыши ровно, всё хорошо, ты скрыта». Внутреннее желание свернуть с тропинки и бежать в лес боролось с необходимостью избегать подозрений.

Наше расстояние сузилось до минимума. Я затаила дыхание проходя мимо, пытаясь быть тенью. Казалось, меня не заметили и наше расстояние вновь начало увеличиваться. Но затем:

– Девушка! – голос молодого парня заставил меня замереть на месте. Что делать?

– Девушка!!! – голос стал громче, парень приближался ко мне. «Бежать?» – пронеслось в голове, но ноги приросли к месту, где я остановилась.

– Вы обронили, – парень протянул мне небольшой листок бумаги.

Нервно кивнув, дрожащей рукой забрала лист, чувствуя облегчение, когда парень тут же удалился и вернулся к друзьям. Посмотрев на бумагу, обнаружила, что она пуста. Не думаю, что он принадлежит мне. Бездумно кинув его в сумку, продолжила свои путь.

В скором времени перед глазами возникли высокие здания и людные улицы. Район, когда-то тихий и провинциальный, теперь трансформировался в современный квартал. Кто-то основательно взялся за благоустройство города. Новые постройки, широкие тротуары, рекламные баннеры. Город изменился кардинально, неузнаваемо и даже в лучшую сторону.

Моё внимание привлекла вывеска «Кафе Ри». Голод напомнил о себе, требуя утоления. Важные люди и старые знакомые проживали в центральной части, а не на окраине, к которой я вышла.

Стоит ли рисковать и идти в людное место не скрывая лица с такими заметными волосами?

Решение само пришло ко мне, слегка пританцовывая: заметила девочку лет шести в ярко-красном сарафанчике, с тоненькими хвостиками, повязанные шёлковыми лентами, а на лице – забавная тканевая маска.

– Девочка, привет, – присела на корточки, стараясь наладить контакт. – А где ты взяла такую красивую маску?

Девочка остановилась, внимательно разглядывая незнакомку, нарушившую её прогулку.

– А что ты мне дашь взамен? – неожиданно произнесла она, протягивая руку ладошкой вверх.

Я опешила: ребёнок знает цену и умеет торговаться, наверное, я многое пропустила за время своего отсутствия.

– Дай мне маску, а я куплю тебе всё, что захочешь, – предложила я, выбирая дипломатичный подход.

– Сто долларов, – уверенно ответила девочка, протягивая маску.

Скрепя сердцем, отдала ей деньги, получая взамен жизненно необходимую маску. Натянув её на лицо, почувствовала себя увереннее. А девочка посмеиваясь быстро скрылась в одном из дворов.

В кафе заказала еду на вынос: стакан горячего кофе и малиновый пончик. От одного вида лакомства потекли слюнки.

Найдя тихий уголок двора, уселась на лавочку и с наслаждением поедала божественно вкусную пищу. Семь лет прошло с тех пор, как я пробовала подобные угощения, и вкус был восхитителен как и сейчас. Только ради этого уже стоило проделать весь путь.

Вновь укрыв лицо маской, отправилась исследовать городские торговые точки. Телефон был необходим, и современные технологии упростили покупку гаджета и сим-карты, что определенно сыграло мне на руку.

Остаток дня провела в местном торговом центре, совершив вынужденный шопинг. Покупки никогда не входили в список любимых занятий, но обстоятельства диктовали свои правила. Базовые вещи, удобная обувь, средства макияжа, продукты и зашла в ближайшую парикмахерскую —длинные огненно-рыжие волосы стали чёрными средней длины.

Ах, как же я благодарна Мору за щедрость и финансовую поддержку. С неограниченным бюджетом покупки проходят намного быстрее!

Домой добралась тем же маршрутом, на улице уже стемнело. По дороге чувствовала себя спокойно. Похоже, смена внешности была нужна не только для окружающих.

Вернувшись в домик, сразу включила новенький телефон, погрузившись в изучение местных новостей. Информация, полученная от Мора, была неполной, и разобраться самостоятельно оказалось целесообразнее.

Скоро ожидается праздник – День города. В честь этого на центральной площади подготовят торжественное мероприятие. В приглашенных – совет сверхъестественных, и, конечно, Криспин. Даже в новостной ленте его фото выглядит неуместно: будто кто-то вырезал его и наклеил поверх остальных на страницу. Его взгляд слишком надменен, бледная кожа, светлые волосы и черные брови создают неприятный взгляду контраст, а кожа исписанная странными символами говорят о том, что он – сын Смерти, даже через фото чувствую его ауру, словно пришла на кладбище мертвых цветов.

Однако моя подруга Кира, нынешняя представительница клана ведьм, тоже будет присутствовать на празднике, и именно она представляла наибольший интерес для меня. Но ожидание праздничного дня казалось слишком долгим, а появление на нём слишком рискованным.

Стала размышлять о том, где можно с ней встретиться. Раньше она часто ходила в ресторан "Майлди" – мало кто знал, что мы там встречались, обсуждая наши успехи и неудачи, успевая посплетничать в промежутках, но сейчас я не была уверена, что Кира продолжает бывать там. Альтернативой стала её резиденция, адрес которой я помнила, но район ведьм кишел знакомыми лицами, и даже маскировка не гарантировала анонимность. Лучший вариант – перехватить её по дороге в совет или в кафе. Но и этот план зависел только от удачи.

-–

На четвертый день своих скитаний по городу, надеясь встретиться с Кирой, наткнулась на объявление о открытий нового образовательного учреждении в городе, которое состоится уже сегодня. Названия совета не фигурировалось, но имя Киры значилось среди почётных гостей.

В ту же минуту приняла решение – поговорить с ней именно там. Возможность встретиться с Кирой не стоит упускать. Такое мероприятия обычно интересуют тех, кто собирается отдавать туда ребёнка или уже подал документы, но раз вход свободен, значит и сиренам без детей преследующих свои собственные цели можно присутствовать.

Прибыла на место за несколько минут до официального открытия, надеясь успеть перехватить Киру до начала торжества. Толпы родителей и будущих учеников заполонили площадку вокруг школы, дизайн которой выглядел весьма скромно, но функционально: игровое оборудование, спортплощадка, ботаническая оранжерея и многое другое, что смогли впихнуть в столь небольшое пространство.

Стараясь не сильно выделяться, встала рядом с публикой. Люди и сверхъестественные скапливались у крыльца главного входа. Аура была настолько разной, что я не могла их сразу различить – годы отсутствия дают о себе знать. Раньше, собирая стадионы, могла без труда определить, кто есть кто, чувствуя их импульсы за сотни метров.

Наконец ведущий выходит к микрофону и начинает речь, долго и торжественно благодарит всех собравшихся, не забывая подлизываться к важным лицам, особенно выделяя Всадника, сопровождая выступление патетичными стихами. Я не вникала в смысл его слов, внимательно наблюдая за входом, ожидая появления Киры, но при упоминаний Криспина, у меня непроизвольно дёрнулся глаз.

Спустя полчаса её представили, и она вышла из здания школы. Несомненно, Кира прибыла намного раньше, о чем я, конечно, не подумала. Её белоснежные прямые волосы, напоминающие зимний снег, казалась идеальными, лицо сохранило юношескую свежесть, а взгляд – сталь и решительность настоящего бойца. Следом за ней кружил ворон, её верный фамильяр Иден, будто охраняя хозяйку, он взмыл в небо и наблюдал за толпой. Наши взгляды столкнулись на доли секунды, этого хватило, чтобы понять: птица не узнала меня.

Стоило ли радоваться этому факту?

После речи Киры, в которой она расписывала все преимущества новой школы, началась экскурсия – мой шанс приблизиться. Когда стеклянные двери распахнулись, народ ринулся внутрь, словно вода в канализационный люк, сметая все на своём пути. Тут было хуже, чем я представляла: люди толпились, не давая пробиться. Одна женщина оттеснила меня ногой, другая толкнула локтем. Кира возглавляла колонну посетителей, и пробиться к ней оказалось чрезвычайно сложно.

– Пожалуйста, не толпитесь. В конце мы пройдём в актовый зал, где вы сможете задать интересующие вас вопросы, – призвал ведущий, находящийся где-то впереди.

Не одна я хотела встретиться с Кирой, и это давало надежду на благоприятный исход. Это позволило мне снизить темп и терпеливо дождаться подходящего момента.

Почти сорок минут мы бродили по коридорам школы, директор, который и был ведущим демонстрировал учебные классы, кабинет за кабинетом. Долго и старательно рассказывая о том, куда был потрачен городской бюджет.

Когда ноги начали ныть от усталости, мы добрались до актового зала. Большие зеркала, широкая сцена и стены, пропитанные магией, создавали ощущение устойчивости и прочности. Подобная защита использовалась и в тренировочных залах тритонов: в случае непредвиденных событий стена выдержит и соседние классы останутся целы.

– Присаживайтесь, сейчас вы сможете задать вопросы, если они у вас остались, – объявил ведущий.

Проклятье! Вопросы мы будем задавать из зала, я же сама так делала, чтобы по сто раз не отвечать на одни и те же вопросы и избежать неприятных действий от недоброжелателей. Сейчас же это стало большой проблемой.

Пока садилась на указанное место, в голове выстраивался план, как организовать личную встречу с Кирой. Варианты вопроса для привлечения её внимания быстро исчерпались, в голове образовалась вакумная пустота.

Пустота…

Внезапно вспомнила о странном листочке, лежащем в сумке. Слегка размяв бумагу, убедилась, что белая поверхность по-прежнему пуста. Необходима только ручка.

Рядом со мной сидела женщина среднего возраста в очках, внимательно записывающая ответы Киры. Женщина выглядела не журналистом, а скорее мамочкой, озабоченной безопасностью своего ребёнка.

Я попросила у нее ручку, чтобы сделать небольшую пометку. Она взглянула на меня с недоверием, затем достала из сумки карандаш.

Идеально.

На чистом листе аккуратно написала два коротких предложения:

«Я ещё жива, седовласка. Буду ждать тебя в кафе „Майлди“.»

Даже если по слову «седовласка» она не узнает меня, место встречи должно послужить маячком, ведущий её на правильную мысль.

Осталось определиться, как передать ей записку.

– Правда ли, что Всадник Криспин лично предложил вам организовать строительство этой школы? – задала вопрос стройная блондинка, сидящая передо мной.

– Верно. Идея родилась на Совете Сильнейших. Отдельные школы для каждого вида породили разделение, и это учреждение создано объединить их, обеспечивая равенство и толерантность, принимая каждого ребёнка. – спокойно ответила Кира.

Создатель массовых убийств совершает благородные деяния? Не верю. Уж не забыли ли все, сколько страданий и смертей он принёс?

Кира выглядела совершенно невозмутимой, чётко излагая факты без эмоций. Такая позиция нехарактерна для неё: раньше она открыто выражала своё собственное мнение, независимо от общественных норм и правил. Что же её изменило: возраст, статус или политика нового правления?

Другие вопросы касались исключительно образовательной программы, даже журналисты старались избегать провокационных тем и неуместных вопросов. Это тоже показалось мне странным.

Ведущий объявил окончание мини-конференции, и все стали расходиться, чтобы на улице послушать завершающую речь учителей. Я не спешила и наблюдала за тем, куда направится Кира.

Она не задержалась и покинула помещение через боковой выход у сцены. «Нет, нет, нет», – тревожно подумала я, устремляясь на улицу. Въезд во двор был лишь один, надеюсь, она приехала на машине. Нужно было поспешить, чтобы успеть до того, как она в неё сядет. Будет полным фиаско, если она пришла пешком.

Почти бегом достигла школьных ворот и увидела, как Кира садится в чёрную машину, водитель услужливо придерживал ей дверь.

– Кира! – вскрикнула я, но тут же отшатнулась и огляделась, не слышали ли посторонние. Адреналин мог сыграть злую шутку.

Кира остановилась, водитель встал, перекрыв её своим телом. Она что-то шепнула ему и мило улыбнулась. Очень приятно, что она никогда не была равнодушна к людям, хотя раньше я старательно её за это критиковала.

Приблизившись к ней, сразу почувствовала знакомый аромат духов – те самые, которые мы когда-то выбирали вместе. Я нервничала, не зная, узнала ли она меня по голосу и как она отреагирует на мое появление.

– Вы что-то хотели? – любезно произнесла она.

– Нет… Только… – бумага, которую сжимала в руке, стала влажной от волнения. Водитель был мне незнаком, значит, доверять ему нельзя.

– Хотите сфотографироваться? – подтолкнула Кира, пытаясь понять намерения незнакомки.

– Да, фото. И пожать вам руку за прекрасный проект, – пробормотала я, пытаясь успокоиться.

– Хорошо, только я тороплюсь, – мягко отозвалась Кира.

– Я быстро, – перебила её возможное возражение. – Можно вас попросить сфотографировать? – обратилась к водителю, который внимательно наблюдал за мной, ожидая подвоха. Он в свою очередь вопросительно взглянул на Киру и только после её одобрения, согласился на это.

Достав телефон, отдала мужчине, протягивая руку Седовласке, в которой была спрятана записка. Водитель отошёл, выбирая место для съёмки, а я, пока позировала, тихо добавила:

– Прочитай это, когда будешь одна, Седовласка.

– О чём вы? – громко произнесла Кира.

Я сильнее сжала её руку. Водитель вернулся с телефоном, а я с надеждой посмотрела на неё и повернула наше рукопожатие ладонью вверх. Второй рукой аккуратно закрыла её ладонь, придерживая бумажку, и повернулась к водителю забирая телефон и перекрыв Киру спиной, чтобы он не заметил моего манёвра.

– Ещё раз спасибо! – произнесла я, убедившись, что записка у неё и быстро удалилась, оставив Киру в недоумении.

Что дальше она предпримет – мне неизвестно. Нужно добраться в кафе и там узнаю точно.

По карте пеший путь составлял около тридцати минут, но если Кира прочтёт записку сразу и приедет на автомобиле, могу не успеть. А если не появлюсь вовремя, она решит, что её обманули, и больше не согласиться на подобное.

На такси добралась до места за четверть часа. Интерьер заведения был наполнен ароматом цветов, выращиваемых в саду и обновляемых в вазах каждое утро. Классическая музыка из колонок создавала атмосферу спокойствия и комфорта. В выходные здесь играли живые музыканты, посетители бронировали столики на недели вперёд, а в будни заведение всегда было полупустым, и попасть сюда не составляло труда.

Юная администраторша с огромными карими глазами и наивным взглядом сквозь круглые очки провела меня к столику у окна, я предупредила её, что буду не одна, но подруга задерживается, и что хотела бы встретить её лично.

Меня посадили неподалеку от входа, чтобы я могла видеть всех входящих. Заказывать еду не стала, так как есть в маске было невозможно. Лишь дала чаевые официанту, чтобы он не беспокоил меня лишний раз.

Больше часа смотрела в окно, не теряя надежды, пока не увидела знакомый автомобиль, припарковавшийся у входа. Из машины вышла Кира, её черный ворон приземлился ей на плечо, всматриваясь в окружение своими маленькими красными глазами. Лицо ведьмы выражало настороженность и готовность к борьбе. Но водителя не было, а значит у меня есть все шансы для того, чтобы поговорить с ней.

Проигнорировав администратора, который моментально встретил её на пороге, Кира пронеслась к моему столу и села напротив.

– Кто ты? – спросила она с нажимом, словно вела допрос.

– Давай пересядем? – спокойно предложила я, позвав официанта жестом. Внимание присутствующих было приковано к нам, поэтому официант сразу подбежал.

– Кто. Ты.? – повторила Кира, уже зло шипя.

– Я не представляю угрозы. Давай переместимся в VIP-зал, и я всё объясню, – снизила голос, придав ему весомость.

Официант, почувствовав напряжение, стоял рядом, ожидая дальнейших инструкций. Атмосфера в заведении стала плотной и напряжённой.

Я поднялась из-за столика, Кира осталась сидеть.

– Ты уже догадываешься кто я, – сказала я, не давая ей времени на возражения. – Официант, пересадите нас во второй VIP-зал и не беспокойте, – уверенно произнесла я, точно зная, что второй зал оснащён повышенной конфиденциальностью, которой часто пользовалась высокопоставленные лица.

Официант хотел уточнить у Киры, но я лишь слегка подтолкнула его в нужном направлении, и он повиновался, направляясь к указанному месту. Главное – не оборачиваться и не дать ей понять, что я допускаю возможность её отказа.

Естественно, Кира последовала за нами.

Второй VIP-зал представлял собой отдельную комнату на шесть персон, оформленную в экологичном стиле с минимальным количеством декора в зелёном цвете. Сразу закрыв дверь на замок, приготовилась выложить часть карт на стол.

Кира не стала садиться на мягкие, уютные диванчики, которые противно контрастировали с её напряжённой фигурой, а её фамильяр выбрал удобную точку обзора с высокой спинки дивана.

– Ну… Кто ты? – требовательно спросила девушка, не в силах сдержать раздражение.

– Ты уже несколько раз спросила, кто я, и ни разу не поинтересовалась, что мне нужно. Ты знаешь, кто я, – медленно сняв маску, взглянула ей в глаза.

Её лицо мгновенно лишилось цвета: кровь отхлынула от лица, делая её мертвенно-бледной, округлившиеся глаза выдавали шок и неспособность выразить словами эмоции.

– Как это… Ты жива? – потрясение мешало ей сформулировать полный вопрос, и я инстинктивно отстранилась, понимая, что нужно сохранять дистанцию, пока не пойму до конца, что значит её реакция.

– Угу, – улыбнулась я, скрывая внутренний трепет.

– Не понимаю, – медленно приближаясь, лицо Киры смягчалось, и я почувствовала, что она не несёт угрозы, хотя всё ещё держалась отстранено.

Она осторожно коснулась моей руки, проверяя, реальность происходящего, или я плод воображения, и только после этого резко обняла, издав тихий всхлип.

Волнение, словно хвост стаи диких птиц, исчезло, уступив место спокойствию, руки обвили её тонкие плечи в ответ, впитывая её тепло, который как солнечный луч согревал мое сердце. Как же долго я ждала этих объятий.

– Не верю, – прошептала Кира.

– Придётся поверить, – улыбнулась, сильнее сжимая её в объятиях.

Некоторое время мы стояли молча, наслаждаясь теплом и близостью друг друга. Затем Кира не выдержала и засыпала меня вопросами.

– Как так вышло? – спросила она, когда мы наконец присели на диванчики.

Я знала, что времени у нас немного, поэтому сразу сменила тему разговора:

– Это долгая история. Я недавно в городе, и ты первая, с кем решила встретиться. Лучше расскажи, что здесь происходит.

Кира приподняла бровь, удивлённо качнув головой. Она явно заметила мою уловку, но решила не комментировать.

– Новая власть, новые правила, о которых ты можешь узнать из интернета, если не разучилась им пользоваться. Думаю, тебя интересует именно то, что не входит в официальные новости, – понимающе улыбнулась она.

– Ты права. Мне нужно побольше узнать о Криспине. Особенности его мышления, странные высказывания, характер. Кого стоит опасаться и кому я могу доверять?

– Что ж… – начала Кира, и на её губах появилась фирменная улыбка демона, глаза сверкнули насмешкой. – Я не смогу рассказать тебе больше, чем показывают в новостях. Криспин достаточно закрыт, и мы явно с ним не лучшие друзья.

– Совсем ничего? – разочаровалась я, надеясь на большее.

– Нет, – тяжело вздохнула Кира, откинувшись на спинку дивана. – Я не знаю, что ты задумала, но тебе стоит знать, что после уничтожения сирен твою репутацию очернили. Говорили, что ты злоупотребляла властью и постоянно прибегала к использованию своих способностей, чтобы манипулировать мнениями других, собирали грязные сплетни, а потом официально признали погибшей.

– Что? И в это поверили? – внутри меня всколыхнулось чувство глубокого унижения и обиды. С каждым новым известием желание расправиться с Всадниками росло.

– Не все, – успокоила меня Кира. – Те, кто знал тебя, отрицали слухи, но предпочитали не выступать публично. Общество болтало об этом, а затем забыло. Если так сказали, значит, не обязательно верить, главное – принять это и не опровергать.

– Понятно, – произнесла я, переваривая новую информацию. – Значит, мне здесь не рады.

– Не переживай, большинство уже забыли о тебе. Что касается совета… Теперь без одобрения Криспина ни одно правило не имеет силы, любой указ или мера принимается только через него.

– Думаю, лучше тебе обратиться к своему старому другу. Он точно знает больше.

– Сайлас? – я изумилась, удивленная её знанием о нем. – Не думала, что ты о нем знаешь.

– Знаю, – кивнула она. – Он обратился ко мне, когда ты пропала. Рассказывал, что вы не такие чужие люди, как казалось. Я сохранила это в секрете, не беспокойся.

– Спасибо, – сказала я с облегчением, поднимая взгляд. В её глазах читалась лёгкая обида, а губы всё ещё хранили улыбку с пониманием. – Он ещё в городе?

– Насколько мне известно, он не менял местожительства.

– И зачем тогда Совет, если он один принимает все решения?– мои слова прозвучали чуть громче, чем планировалось, с оттенком недоумения и разочарования.

Она чуть приподняла брови, задумавшись, и ответила спокойно, словно объясняя давно известную истину:

– Совет обсуждает текущую ситуацию, вырабатывает рекомендации, но последнее слово всегда принадлежит Криспину. Голосование упразднено, теперь действует принцип единогласного утверждения, он финальная инстанция и либо соглашается, либо отвергает предложенные меры.

Я нахмурилась, чувствуя, как в душе просыпается раздражение и мое лицо говорило громче любых слов. Всё это – бред какой-то. Политика равноправия, фундамент демократии, полностью уничтожена его действиями, словно их и не было вовсе. Казалось, что вся суть свободы – вырвана с корнем, превращается в удобный ему механизм игры, где побеждает лишь один.

– Такова новая реальность, и большинство либо принимают её, либо предпочитают молчать.

Я сделала паузу, вслушиваясь в этот тихий, холодный голос, и спросила:

– А что насчёт тебя? Тебя устраивает такая реальность?

Она опустила глаза, и в груди у меня сжалось сердце – ведь отрицательный ответ так не начинаешь. Внутри душа протестовала, и я едва сдерживалась, чтобы не проявить недовольство.

– Знаешь… – произнесла она тихо, словно боясь быть услышанной, – Со многим я не согласна. Но идти против него невозможно.

– Нет ничего невозможного, – в голосе у меня закипала раздражимость, и я почувствовала, как внутренний огонь разгорается ярче. – Я найду способ вернуть его туда, откуда он пришел. – тишина, словно ледяной покров, опустилась между нами. Мы обе погрузились в собственные мысли, каждый думая о своём.

– Думаю, тебе лучше обратиться к старому другу, – прервала молчание Кира, в голосе прорезалась хрипотца. – Он знает больше.

– Сайлас? – удивилась я. – Не думала, что ты о нём знаешь.

– Знаю, – призналась Кира. – Он обращался ко мне, когда ты пропала, и рассказал, что вы не такие чужие, как казалось. – она заговорщически подмигнула, —Я сохранила это в тайне, не беспокойся.

– Спасибо, – поблагодарила я, поднимая взгляд на подругу. В её глазах читалась лёгкая обида из-за того, что я ей о нём не рассказывала, но губы улыбались с пониманием. – Он ещё в городе?

– Насколько мне известно, он не менял место жительства.

Я вздохнула с облегчением. Отлично, – подумала я. Значит, он здесь.

– Скажи мне, Седовласка, если я пойду против Криспина, ты присоединишься ко мне? – этот вопрос был самым важным в нашей встрече, единственным, что я хотела услышать.

– Ком… – она опустила глаза, избегая моего взгляда. – Теперь я не просто ведьма, я лидер клана, и если я поведу его против Всадника, это будет самоубийством для всех нас. Никто не выживет в этой битве.

– Я не прошу о войне, – успокоила я её. – Мне нужна только информация и поддержка твоего клана. Союз ведьм незаменим, даже Всадники не смогут утверждать, что вы паразиты.

– Нет, Ком, – её взгляд стал суровым, в глазах появился прищур. – Я в любом случае не могу принимать такое решение одна.

– И не нужно, – слегка подумав, я продолжила. – Я не собираюсь подставлять тебя. Ты говорила, что те, кто знали меня, не верят слухам. Значит, старейшины не изменили своего мнения обо мне. Я хочу поговорить с ними. Попроси только выслушать меня и не распространяйся о том, что я в городе.

– Ладно, – согласилась Кира, не тратя времени на раздумья. – Я проконсультируюсь с Вики, и если она согласится, вынесу этот вопрос на собрание.

Один из тяжелых камней, давивших на сердце, упал, и стало легче. Широкая улыбка осветила моё лицо, захотелось обнять подругу, но зная, что тактильность для неё редкое проявление чувств, сдержала свой порыв.

Стук в дверь прервал наш разговор, и мы поняли, что время истекло. Возвращая маску на лицо, я обменялась номерами телефонов с Кирой, оговорив следующую встречу. Прямые коммуникации были слишком опасны, поэтому договорились, что звонки на крайний случай.

Мы попрощались так, будто виделись каждый день – молча кивнули друг другу и она исчезла в прихожей, оставляя меня одну. Вернувшись в зал, села подальше от окна и заказала себе бокал красного сухого вина.

Официант, молодой парень по имени Тайлер, быстро исполнил мою просьбу. Странные взгляды сотрудников ресторана я игнорировала, привыкнув к этому ещё на тренировках под водой.

Насладиться вкусом вина не удалось: время стремительно приближалось к ночи, а мне нужно было успеть к Сайласу и вернуться домой до наступления полуночи. В двенадцать на улицах города увеличивается активность патрульных и наблюдателей, моя маскировка отлично работает, но рисковать не хотелось.

Подойдя к администратору, я напомнила ей, что клиенты, платящие втрое дороже обычного тарифа, должны оставаться незамеченными, иначе у заведения возникнут проблемы. Это предупреждение, а не угроза, сказала я ей, и продолжила путь.

Я приехала на такси в спальный район, расположенный недалеко от центральной площади. Архитектурный ансамбль поражал: два высоких небоскрёба господствовали над частными домами, словно великаны, охраняющие карликов. Эта композиция была создана, чтобы отвлечь внимание от частных построек, но теперь выглядела как неудачная карикатура новичка-художника. Небоскрёб, в который я направлялась назывался "Фолиант", не удивлена, что книжный червь, так в него влюбился.

Сайлас проживал на двух верхних этажах одного из небоскрёбов. Раньше он заранее уведомлял службу охраны о моём визите, и меня пропускали без вопросов. Теперь же я понятия не имела, как поступить.

На входе охранник заблокировал мой проход, как и ожидалось.

– Нас не предупреждали о вашем визите, я не могу вас пропустить, – сухо сообщил он, после того, как я озвучила к кому направляюсь.

– А могу я оставить ему сообщение? – решила попробовать другой подход, который сегодня уже сработал.

– Конечно, что передать? – уточнил охранник.

– Можно листочек с ручкой? – неожиданно осознала, что обычная бумага и ручка могут спасти положение лучше слов.

Охранник предоставил мне необходимый реквизит, и я стала писать, осознавая, что общих знаков или особенностей, по которым Сайлас мог бы понять, кто я, у нас нет. Указать прямо – значит рисковать. В итоге написала простое послание:

«Очень соскучилась за 7 лет, зайду завтра в пять.»

Пусть письмо вызовет у него интерес или хотя бы заставит задуматься.

Свернув листок, я передала его охраннику, осознавая, что путь к Сайласу оказался сложнее, чем я предполагала. Ожидала, что он хотя бы встретит меня, но увы.

Вся ситуация осложнялась тем, что Сайлас почти не покидал свою квартиру, довольствуясь получаемой информацией через сеть и связи, доступные лишь ему одному.

Мир ему уже давно понятен: прожив столько лет, для многих он стал мифом, но есть те, кто желает заполучить власть над его необычными способностями – во всем этом есть логика: стать недосягаемым, оставаясь где-то по близости у самых влиятельных вершин общества. "Знать все и при этом чтобы о тебе ничего не знали" – гениально и глупо одновременно.

Глава 5. Мимикрия.

На следующий день проснулась с ощущением необъяснимой тревоги, словно тень незримой опасности кралась за мной. Постоянно проверяла новости, виды из окна и рисовала в голове жутчайшие сценарии.

Почему снова это началось? Наверное, Кира. Я ей доверяю, но факт, что теперь кто-то знает о моём возвращении, немного взволновал меня. Плюс – письмо Сайласу. Что, если он неправильно понял, или понял, но перешёл на сторону Всадников? Ответа на этот вопрос я не знала и вряд ли узнаю до наступления вечера.

Периоды ожидания всегда вызывали у меня сильный стресс. Терпеть не могу неопределённости и неизвестности.

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, занялась поиском полезной информации, исследуя социальные сети и интернет-ресурсы.

Почти два часа потратила на изучение материалов по тегам, связанным с политическими изменениями и деятельностью Криспина. Большая часть контента была типичная конспирология, но сейчас я обратила внимание на группу поклонников Всадника. Там фанаты восторгались каждым его действием, начиная от улыбки и заканчивая взглядом. Уровень обожания граничил с фанатизмом, и мне хотелось закатить глаза так, чтобы увидеть свой мозг – и поцеловать его за то, что он у меня есть.

Почему они забыли о тысячах смертей, которые он принёс? Мой разум отказывался воспринимать этот факт. Возвели монстра на пъёдистал и поклоняются ему.

Тем не менее я нашла полезные сведения: Криспина регулярно видели с разными женщинами, причём никогда не повторяющимися. Но уже третий раз он был замечен в компаний Тейси Крейс из вампирского клана. Высокая красавица с длинными волосами и ярко-красной помадой, она буквально олицетворяла высокомерие, самовлюбленность и стервозность. Лично я с ней не знакома, лишь мельком видела её родителей пару раз и наслышана о её характере. Семья Крейс находится при дворце, но статус у них невысокий, поэтому на светских мероприятия они приглашаются редко.

Интересно, она переплюнула Нуру в её таланте бесить всё живое?

Многие фанаты пытались выявить темные пятна в биографии Тейси, что казалось лишним: если хотят расследований, лучше копать в самом Криспине. Я с удовольствием вручу им целую папку его ужасных деяний.

Я запомнила имя Тейси: вдруг она знает о нём больше и сможет сообщить что-то интересное.

Когда отвлеклась от социальных сетей, тревога постепенно улетучилась, и я спокойно начала готовиться к встрече с Сайласом.

Мир Сайласу уже давно понятен: прожив столько лет, для многих он стал мифом, но есть те, кто желает заполучить власть над его необычными способностями. Поэтому он живет в центре города, но его почти никто не может видеть.

Во всем этом есть логика: стать недосягаемым, оставаясь где-то по близости у самых влиятельных вершин общества. "Знать все и при этом чтобы о тебе ничего не знали" – гениально и просто одновременно.

Маска, которую я ношу, выцвела после ежедневных стирок, но всё равно идеально сидела. Поэтому я так и не надела новую, отсутствие какого-либо статуса сейчас помогает закрывать глаза на такие мелочи.

Погода снаружи оставляла желать лучшего: жара за 25 градусов без солнечного света давила на сознание. Духота усиливалась по мере приближения к центру города, горожане старались не покидать дома без крайней необходимости. Надеюсь, подобным образом поступят и доносчики Криспина.

Добравшись на такси до нужного здания, из окна стала оценивать охранника, пытаясь угадать его настрой. Было бы намного проще, если бы я могла постоянно пользоваться своими способностями, но если это заметят – вся миссия накроется медной крышкой гроба и полетит на дно, а я вместе с ней.

Когда вошла в здание, охранник даже не поднял глаз от смартфона. Какой же он добросовестный работник, нужно будет написать руководству… отзыв.

Незаметно проскользнуть внутрь все равно не получилось: коридор, ведущий дальше, был за турникетом, а его работу регулировал мужчина, предпочитающий гаджеты своей работе.

– Добрый вечер, я к Сайласу, – обратилась к нему уверенным голосом.

– Здравствуйте, – охранник отложил устройство и вскочил, выглядя ошарашенным. – Да, меня предупреждали, я провожу.

– Не нужно, я сама найду дорогу.

– Это моя работа, – выдавил он вымученную улыбку, получилось ужасно. Пусть лучше занимается своим смартфоном.

Сайлас предупредил – значит, он понял, кто я? Или это просто любопытство, а может, ловушка?

Ноги немного онемели, я следовала за охранником, оглядываясь через плечо. Несмотря на огромное количество квартир и офисов, людей здесь не было видно.

Мы зашли в лифт и мужчина нажал кнопку третьёго этажа.

– Простите, разве мы не едем наверх?

– Нет, он ожидает вас в своём кабинете.

Странно, не помню, чтобы Сайлас когда-либо хвалил нижние этажи. Его всегда тянуло ближе к небесам, подальше от шума дорог. Ради шикарного вида он готов отдать баснословные суммы, даже если апартаменты всего на этаж ниже стоят намного дешевле. Впрочем, высота мне тоже нравится, но платить вдвое больше только за этаж – глупо.

Пока я об этом размышляла, лифт остановился. Охранник указал вперёд, сам выходить не стал. Сделав несколько шагов, оказалась в освещенном жёлтым светом коридоре, стены которого напоминали оранжевый мрамор. Единственная дверь впереди, украшенная золотой ручкой, должна привести к нему.

Хотела постучать, но материал двери глушил звук. Тихо наклонив ручку и услышав щелчок, открыла её.

За дверью открылся настоящий храм книг: массивные стеллажи, заполненные изданиями различных эпох, создавали атмосферу мудрости и вдохновения. Огромные окна пропускали мягкий дневной свет, а массивный деревянный стол, украшенный искусной резьбой, доминировал в пространстве. А за этим столом, нарушая всю гармонию, на самом удобном современном стуле сидел он – Сайлас.

Звуки моих шагов эхом отражались от высоких потолков, но Сайлас даже не поднял головы, пока я не подошла к нему почти вплотную.

Сквозь густые тёмные волосы на меня упал змеиный взгляд Сайласа. Его удлинённые глаза и тонкие губы растянулись в едва заметной усмешке. Его черты лица словно созданы художником, поклонником точности линий: острый подбородок, длинные ресницы, симметрия безупречных форм, он являлся олицитворением изящной хитрости.

– Кома… – прошипел он моё имя, откладывая книгу и окончательно отвлекаясь от занятий. – Записка была прелестна, но если бы не почерк, я бы никогда не догадался, от кого она.

– Но ты догадался, – сказала я, внутренне напрягаясь. Дружба со змеем учит готовиться к любым поворотам судьбы.

– Присаживайся, у тебя же есть вопросы ко мне, – он указал на мягкое кресло чуть позади меня.

Я устроилась поудобнее, сняв маску, лицо уже чешиться от её постоянного ношения. К тому же смысла скрываться не было, а без его разрешения сюда никто не попадёт, даже сам Всадник.

Сайлас поступил наоборот: оставил кресло, выпрямился во весь рост и прошёл к столу, слегка опираясь на него. Его длинный, худощавый силуэт и плавные движения, в точности напоминали лисицу на охоте.

– Я слушаю, – сказал он, продолжая улыбаться одними уголками рта.

– Даже не хочешь спросить, почему я здесь?

– Я бы с удовольствием, да ты не ответишь.

– Ты прав. Рада, что ты всё ещё помнишь мой характер.

– Для бессмертных семь лет – лишь миг.

– Почти скучала по твоему высокомерию. Что ж, не стану тянуть… – я полностью расслабилась, вспомнив свои старые привычки и наконец почувствовав себя в своей тарелке. – Хочется узнать больше о Криспине и о новых законах.

– Опережая твои вопросы, скажу сразу: слабых мест у него по-прежнему нет, вся информация закрыта, найти её шансов слишком мало. Даже если обращаться к Кире.

– И давно следишь за мной? – спросила я.

Сайлас обладает способностью видеть вероятные будущие события, но они зависят от решений конкретного человека и наблюдаются только при концентрации на нём.

– С чего ты взяла, что я когда-либо это прекращал? – самодовольная улыбка скользнула по его лицу.

—Потому что вчера ты меня не встретил, а значит и не ждал моего возвращения.

– Признаюсь, на некоторое время ты исчезла из моего поля зрения. Даже подумал, что ты и вправду умерла. Но, как я уже сказал, для меня эти семь лет – всего лишь вспышка. Ещё мне кажется несправедливым, что ты приходишь за ответами, но сама не готова их дать. Поэтому предлагаю обмен: ты задаёшь вопрос, я отвечаю честно, затем я задаю вопрос, и ты отвечаешь. И так по кругу, пока ты не решишь остановиться. Согласна?

Сайлас протянул руку. Раньше я бы задумалась, составила хитрые вопросы, повышающие мои шансы на получение нужной информации. Сейчас же он прекрасно понимает, что у меня нет времени на раздумья, и успешно этим пользуется. Тем не менее та информация, которую я могу получить от него, вряд ли доступна где-то ещё или потребует колоссальных ресурсов.

Я встаю и принимаю его предложение, ощущая себя так, будто заключаю сделку с дьяволом.

– Что ж… Начнём, – он вернулся в исходную позу перед столом.

– Я хочу знать закрытую информацию о Криспине, ту, что не знает большая часть населения..

– Не уверен, что смогу рассказать тебе что-то новое, разве что… Он завёл себе друга и даже делится с ним своими планами, – сказал Сайлас, разглядывая свои ухоженные ногти.

– Что за друг?

– Но… – он слегка цокнул языком. – Теперь я. Откуда у тебя кулон, скрывающий твою сущность?

– Это подарок от хорошего знакомого, – аккуратно ответила я, стараясь выбирать слова с осторожностью, как учил он сам. – В библиотеке ведьм есть книга, которая может подсказать, как вернуть Всадников на их планету?

– Ну… – слегка рассмеялся он. – Скажем так, есть высокая вероятность, что материалы, имеющиеся в распоряжении ведьм, могут тебе пригодиться.

– Это не ответ, – настаивала я.

– Я не могу гарантировать результат, поэтому это и есть ответ, – Сайлас закатил глаза и вернулся за стол. – Назови имена всех, кто знает, что ты вернулась в город.

Сердце забилось быстрее. Простой вопрос, от которого не увернуться.

– Ты должен понимать, что такие знания опасны, – выдавила улыбку, хотя блеф мне давался с трудом.

– Я знаю и готов рискнуть.

– Или мы можем прекратить игру, – решительно встала с кресла, собираясь покинуть кабинет.

Реакция Сайласа вызвала у меня опасения: он резко поднялся, словно намереваясь помешать моему уходу.

– Позволь изменить вопрос, чтобы продолжить нашу беседу? – предложил он, доставая бутылку прекрасного вина, словно пытаясь снять напряжение.

Я вернулась в кресло, принимая его предложение. Вино оказалось идеальным выбором, мой любимый сорт, и глаза засияли от удовольствия.

– Тогда расскажи, чем ты занималась все эти годы?

– Тренировалась, развивала свои способности и старалась быть в курсе событий происходящих при новой власти, – освежившись глотком вина, любезно поданного другом. – Интересно, а давно ты знаешь, что я вернулась?

Сайлас рассмеялся и хлопнул в ладоши, будто только этого и ждал:

– Ты задаёшь правильные вопросы, моя дорогая. Я знаю о тебе с самого первого дня, когда ты оказалась в «скрытом» домике. – саркастично подчеркнул он, делая знак цитаты пальцами. – Что ты планируешь найти?

– Это не секрет. Моя цель – вернуть себе власть и отправить Всадника домой, – вино стало расслаблять, и я почувствовала себя более уверенно.

– Амбициозно.– Сайлас поджал губы, сдерживая слова, которые хотел добавить.

– А есть книга, которая… – сделала паузу, обдумывая продолжения моего вопроса. – Которая сможет помочь мне отправить Криспина обратно или причинить ему вред у тебя?

– Ты становишься прежней с каждой минутой, – улыбнулся он, подтверждая мою догадку. – Да, есть. Есть ли у тебя поддержка?

– Есть, – ответила я, понимая ценность первой полученной информации. – Поделишься ли ты этой книгой?

– Конечно, нет, – вновь улыбнулся он. – Тебе удалось найти что-то конкретное?

– Лишь нити, ведущие неизвестно куда, – минуту подумав, решила задать вопрос, который не входила в первоначальные планы, но давно крутился на языке: – Смогу ли я восстановить род сирен без Каада?

– Ком… – Сайлас потер глаза и тяжело вздохнул, словно врач, сообщающий плохой диагноз. – Способ есть, но я пытался несколько раз… Без силы Всадника это невозможно. Или пойти в обход, напрямую к Матери, но ты сама знаешь, что обратиться к ней можно только по её призыву.

Эти слова словно ножом полоснули по сердцу, вызывая физическую боль.

– Ясно, – произнесла я, ухватившись за позитивную половину его ответа: «способ есть». – Думаю, мне пора, – поставила стакан на стол, завершив разговор.

– Неужели всё? – спросил Сайлас, слегка наклоняясь вперёд.

– До скорой встречи, – изобразила улыбку и поспешила к выходу.

– Совет по старой дружбе, посети свой первый дом, – крикнул он мне вслед, и я услышала его смех.

Когда я покинула кабинет, мои чувства обострились. Напрягая слух, прислушивалась к каждому шороху. Лифт двигался слишком медленно, нервы сдавали, решила воспользоваться лестницей, слыша лишь собственное сердце. Двигаясь как можно быстрее, смотрела только под ноги, не замечая, как навстречу мне поднимается он.

На втором пролёте лестницы наши взгляды пересеклись и моё сердце замерло на долю секунды, словно время приостановилось. Всего лишь миг – и бледно-голубые глаза Криспина впились в меня, полные холодной скуки, но тяжесть его взгляда обжигала подобно льдинке, застывшей на горячей коже. Всадник даже не остановился. Однако его взгляд, словно электрический разряд, оставил на мне отпечаток вечности.

Медленно освободившись от гипноза, я вновь смогла двигаться. Покинув здание, устремилась в ближайшие дворы, стараясь избавиться от остаточного ощущения его присутствия. Внутри всё кипело от возмущения и недоумения: как я могла не почувствовать его ауры, подобной облаку чистого азота, застывшего в морозильной камере Вселенной?

Прав был Мор: действовать нужно быстро, но с холодной головой. Руки вновь затряслись, дыхание сбилось.

Минуты спустя я стояла посреди маленького сада, пытаясь собраться с мыслями. Сердце бешено колотилось, желудок был сжат от волнения, а в голове звенело от случившегося. Перед глазами всё ещё стоял его силуэт. Его взгляд был слишком проникновенный, будто он смотрел в самую душу.

Так вот почему Сайлас пытался меня задержать? В случайности я не верю. Случайности не происходят в мире, где властвуют такие существа, как Криспин.

Насколько тесно их общение? Я полагала, что Сайлас не останется в стороне, но вести личные беседы со Всадником… Мою ярость вызвали оба: Сайлас и Криспин. Лицо сына Смерти вновь и вновь всплывало в памяти, усиливая моё негодование.

Гнев захлестнул меня, нужно сбросить напряжение. Необходимо немного расслабиться, чтобы не наделать глупостей. Или хотябы сделать так, чтобы глупости не довели меня до могилы.

Я шагала по улицам, словно стрелка компаса, нацелившаяся на север, не сворачивая с выбранного курса. Вскоре набрела на заведение с интригующей вывеской «Мимикрия».

Войдя внутрь, оказалась в маленьком острове веселья посреди моря серых улиц: яркие огни танцевального шоу, ритмическая музыка и танцующие пары создавали атмосферу безумия.

Едва улыбнувшись своим мыслям, направилась к барной стойке, где молодая барменша с длинными чёрными волосами и моделью-внешностью приветливо улыбнулась мне.

– Что будете пить? – прокричала она, чтобы я услышала её сквозь музыку. Бар напоминал ночной клуб: яркие огни мелькали повсюду, полуголые танцовщицы выступали на сцене, а диджей энергично задавал ритм.

– Покрепче и посвежее, – попросила я.

Барменша подмигнула и принялась смешивать коктейль в шейкере. Я окинула взглядом толпу, то ли желая увидеть знакомое лицо, то ли, наоборот, избежать этого.

Не разобрав происхождение окружающих, я поняла, что это отличная возможность потренироваться. подала мне стакан с ярким напитком, и я присела за свободный стул, оплачивая счет.

Мысленно вновь возвращалась к образу Криспина. «Наглый и мерзкий тип» – прокрутила я в голове. Маслянистый вкус алкоголя смазал приятное послевкусие вина, которое пила у Сайласа, и ударил в голову.

Продолжать сидеть на стуле уже не хотелось. Танцевальная площадка словно затягивала меня в свой водоворот, приглашая присоединиться к общему весель. Стараясь подражать движениям окружающих, включилась в общее веселье. Незнакомец примкнул ко мне во время танца, и я не была против: внутри вспыхнула сирена, которой было комфортно в таких ситуациях, и чья жертва сама приплыла в её сети.

Я очень давно не питалась. Слишком давно…

Мужчина был чуть выше меня, брюнет с ярко-голубыми глазами, напоминающие Всадника. Отлично, хоть не блондин! На нём и оторвусь. Алкогольный перегар от него можно было учуять за версту, но на ногах он пока держался твердо. Вокруг раздавался звонкий крик ночи, а сама атмосфера словно кричала: «Действуй!» и я поддалась соблазну.

Прислоняясь в танце всё ближе, извиваясь вокруг него под звуки музыки и свет софитов, откровенно провоцируя, создавала нужное настроение. Нельзя терять драгоценное время: голод уже грыз меня изнутри, это огромная пустота так и требовала её заглушить. Медленно потянув его за руку, игриво улыбаясь, словно в трансе, повела его к выходу. Разумеется, он легко пошёл за мной. Даже без влияния сирены задача оказалась лёгкой.

Вручив ему стакан недопитым, вывела жертву из клуба. Солнце уже спряталось за горизонтом, а доносчики еще не действовали так интенсивно. Сладкое предвкушение уже затуманило разум лучше любого алкоголя. Прогулявшись через дворы, мы добрались до центрального парка. Это место я знала слишком хорошо: каждый поворот, каждая дорожка были мне знакомы.

Несколько раз мой спутник пытался завести разговор, но получал лишь скупые ответы, любой звук мог привлечь не нужное внимание, а я продолжала упорно вести его за руку не отступая и не сдавая позиций, иногда играя с ним взглядом и улыбаясь.

Увела его в самую глухую часть парка, подальше от людных тропинок. Я знала, о чём он думает, но меня это не волновало. Сняв маску и одарив его прощальным поцелуем, выпустила клыки. Крикнуть он не успел – я резко свернула ему шею.

Раньше, я наслаждалась криком своих жертв, но это был так давно, что уже и не вспомнить. Последнюю сотню лет, оставляла в живых каждого, кто мог стать моей пищей и сейчас этот парень не исключение. Просто немного поспит.

С каждым глотком, чувствовала, как энергия заполняет меня, опьяняет, делает сильнее. Голова просветлела, разум стал чище, словно выросли крылья за спиной. Силы, бодрость, уверенность – всё это, чего мне так не хватало, нахлынуло разом.

Парень проснётся утром, почувствует последствия похмелья и продолжит жить. Даже если вспомнит меня, вряд ли свяжет воедино цепочку событий. Когтем поцарапала следы укуса, теперь это лишь царапина.

Осмотревшись, вышла на освещённую тропинку. Неспешно прогуливалась, наслаждаясь ночным воздухом. Как же хорошо я себя чувствую!

Навстречу вышли двое парней, оживлённо беседуя. Увидев меня, они замолчали. Независимо от моей уверенности, такие вещи всегда напрягают. На развилке свернула на другую дорожку, парни пошли следом, и я ускорила шаг. Что за чертовщина…

Впереди появились ещё двое прохожих, открыто идущих мне навстречу и хищно улыбаясь. Четко уловила их ауру, вампиры..

Они быстро приблизились и окружили, ядовито смеясь. Кто-то сорвал сумку с моего плеча, кто-то схватил за руку, кто-то открыто лапал, они зажимали меня так, что дышать стало трудно. Им самим-то удобно? Но нервы мои не резиновые. Лучше голос сирены привлечёт внимание, чем они попробуют меня на вкус или того хуже.

Что-то резко изменилось: в глазах потемнело, в груди стало тяжело, хотя никто не прикасался ко мне. Остальные парни тоже взялись за грудь и отшатнулись. Значит, не только я ощущаю это.

Давление прекратилось так же резко, как и началось, но воздух вокруг мгновенно стал вязким, тягучим. Шаги по асфальту заставили всех обернуться. Сначала показался лишь силуэт, медленно шагающий по одной из троп, ребята сразу поняли, в чём дело, а до меня дошло осознание лишь тогда, когда фонарь осветил его лицо.

Криспин. Это его аура и сила. Он медленно приближался к нам, парни замерли, почти не дыша. Я следовала их примеру.

– Знаете, что нехорошо? – его голос звучал размеренно и спокойно, но настолько громко, что даже на расстоянии десяти метров я слышала его отчётливо, словно он стоял рядом. – Играться с пищей.

Он продолжал идти к нам навстречу и каждый его шаг звучал эхом.

– Знаете, что ещё хуже? – продолжил он, поднимая руку и элегантно взмахнув ею. – Нарушать закон.

Стоя, как вкопанная, наблюдала, как парни, окружавшие меня, согнулись пополам, хватаясь за сердце, крича от боли и стремительно убегают прочь.

– Опасно гулять в такое позднее время одной, – прошептал Он мне на ухо, окозавшись рядом. Я даже подпрыгнула от неожиданности.

Воздух вокруг стал спокойнее, давление исчезло. Я чувствовала его силу, но она не угнетала, как раньше. Значит, такие, как он, способны управлять своей аурой, не используя никакие вспомогательные инструменты?

Значит, Платон рассказал мне о его любимом кафе, а об этом важнейшем факте рассказать забыл?!

Криспин протянул руку:

– Позвольте вас проводить?

Я с опаской взглянула на него.

– Не переживайте, если не хотите называть место проживания, просто провожу вас к выходу из парка, а там вызову такси, – его интонация была вежлива, но полное отсутствие эмоций и естественный взгляд куда-то поверх моей головы выдавали его безразличие. Затем я поняла, что он смотрит в глубь парка.

Вспомнив о человеке, валяющемся неподалёку, резко развернулась и направилась к выходу, проигнорировав его руку, но кивнула, давая согласие на то, чтобы он меня проводил.

Всадник последовал за мной. Мы шли в полном молчании. Его присутствие вызывало целую гамму эмоций и отнють не положительных, а разговор с ним – грозил превратить мои внутринее эмоций во внешние.

Он сделал, как обещал: провёл к выходу и посадил в такси. За всё это время я не проронила ни слова, а мой спутник даже не пытался начать разговор.

Встретить Всадника дважды за один день – явный перебор. И что он вообще здесь делает? Собственный вопрос казался странным, учитывая, что мы находимся недалеко от "Фолианта".

Размышляя над словами Сайласа и последствиями сегодняшнего дня, задумавшись смотрела в зеркало заднего вида и внезапно осознала, что всё это время наблюдаю за синей машиной, двигающейся ровно за нами. Возможно, это просто паранойя, но ехать в своё безопасное место стало страшно и совсем не безопасно.

Единственное место, куда могу направиться, – это мой старый дом, куда отправил меня Сайлас. Я закатила глаза, его способность видеть будущее иногда очень сильно раздражала! У меня есть причина ему не доверять, но с другой стороны— он мог сразу сдать меня Криспину и дело с концом.

Это был дом, в котором я жила, когда только переехала в этот город. Тогда я ещё не была знакома ни с кем, кроме своих сестёр и Сайласа. Позже, обретя власть, переехала в центр, но это место посещала постоянно – здесь зарождались первые страницы моей истории.

Дом расположен недалеко от реки Няга, некогда сыгравшей важную роль в развитии города, ныне же эта территория далека от центральных районов. Дом стоял тихо и неприметно, будто бы забытый временем, рядом с ним уже отсроились более современные частные дома, в котором развивалась жизнь.

Таксист вежливо попрощался, я вышла из машины и вошла в деревянные ворота. На узкой однополосной дороге моим преследователям было некуда деваться: или проедут мимо, или проследуют за мной и выдадут себя. Как только поднялась на крыльцо, услышала шум двигателя и осторожно взглянула на дорогу: синяя машина с заклеенными номерами и двумя незнакомцами внутри проехала дальше и остановилась в тени, где их было не видно. Если бы не обострённый слух, я бы решила, что они просто уехали.

Запасные ключи от задней двери всегда были спрятаны под цветочным горшком. Когда я погрузилась в мир Мора, его люди приезжали сюда за моими вещами, поэтому ключи должны быть на своем месте.

Обойдя двор и приподняв горшок с уже засохшим цветком, нашла ржавые ключи и открыла дверь. Внутри дома было пусто и уныло. Помимо людей Мора, дом обыскивали много раз, пока я была в бегах. Мебель стояла на местах, но частично сломана, обои содраны, полы вскрыты, даже вытяжная сетка снята. Я не скрывала этот дом, и теперь понимаю, что это была ошибкой. Не думаю, что искали что-то конкретное, скорее хотели все тут разнести в пух и прах!

Не снимая ботинок, поднялась на второй этаж, где картина была такая же. Даже зеркало разбили и разорвали матрас. Варвары!

Окна спальни выходили на дорогу. Немного сдвинув штору, точнее то, что от неё осталось, взглянула в сторону, где остановились преследователи. Автомобиль стоял неподвижно, огни погашены. Сосредоточившись, смогла распознать в них вампиров. Наверняка это те самые, кто приставал ко мне в парке, а после наказания от рук Всадника, решили устроить на меня охоту. Только этого мне и не хватало.

Всего полгода назад попросила Нуру выкупить этот дом, чтобы сюда никто не заселился, и она выполнила мою просьбу, записав всё на себя. Даже если они знают, кому раньше принадлежала недвижимость, сейчас она зарегистрирована на другого владельца – и это моя страховка, пусть и ненадёжная, ведь при проверке моих документов они увидят совершенно другое имя— Амели, и тогда начнутся вопросы.

Теперь у меня два варианта: остаться здесь и, если они попытаются проникнуть, нанести удар первой, или попытаться незаметно сбежать, но бежать от вампиров изначально глупая затея.

Рассчитав риски, выбираю первый вариант. В худшем случае мне снова придётся податься в бега и скрываться. Справиться со второсортными вампирами, пусть даже их будет четверо, с голосом сирены – не сложно, но это наведёт много шума.

Пришлось изрядно постараться, чтобы найти что-то похожее на постельное бельё и положить тяжелый матрас на свое место. Вещей тут не было, как воды, света и газа. Зрение быстро приспособилось к темноте, но ощущения одиночества и дискомфорта не уменьшались.

Попытка уснуть провалилась – я то и дело поглядывала на машину, которая так и не сдвинулась с места, каждый день чувствую себя как на пороховой бочке.

Надо сосредоточиться на своей главной задаче. Поэтому написала Кире сообщение с просьбой провести меня в закрытую библиотеку. К сожалению, ответа так и не дождалась.

Помня, что в этом доме хранились мои амулеты, решила рискнуть: шансы, что их не изъяли, были малы, но бессонная ночь просила меня попробовать.

На первом этаже, в кухонном шкафу под раковиной, есть вторая стенка. Спустившись вниз, открыла скрипящую дверцу, словно молящую больше её не трогать.

Мусорное ведро оказалось нетронутым, и я осторожно вытащила его, обнаружив, что следы взлома отсутствуют. Задняя панель еле сдвинулась, облако пыли ударило мне в лицо, накопившееся за долгие годы, но шкатулка стояла нетронутой – зрелище, греющее душу. Они так старательно отрывали обои, но побрезгали лезть туда, где храниться мусор.

Эти амулеты не были чем-то противозаконным в то время, но в этот дом часто заходили посторонние, и очень не хотелось выставлять на показ то, что собирала годами. Они не обладают особой ценностью – вскоре я поняла, что существуют гораздо более мощные и универсальные амулеты. Эти же я начала коллекционировать ещё в юности, когда обучалась охоте на пиратов, где действовали иные законы и решила сохранить их на память.

Перебирая камни, стала вспоминать: первый амулет я отобрала у пирата, носившего его якобы «для отвода сглаза», хотя его основное назначение – защита от болезней. Другие я собирала по всему миру: на удачу обменяла у торговки за гроши, защиту от воздействия магии получила в подарок от Лины и изменение ауры нашла на разбитом корабле. Сейчас подделка ауры считается преступлением, я сама инициировала обсуждение этого вопроса на первых заседаниях Совета.

Возвратив всё на место, пошла на второй этаж. Машина за окном уже исчезла, но это меня не расслабило: лучше видеть угрозу, чем потерять её из виду.

Меня снова охватила волна тоски по Мору. Это ощущение пронзало сердце, будто острый нож, вкравшийся в самую глубину души. Хоть я понимала, что сейчас не самое подходящее время для слабости, мысли о нём словно неотступная тень не отпускали. Как он там? Может, опять целыми днями погружён в работу, забывая о еде и сне, пытаясь защитить свои народ и улучшить их владения. Или, возможно, он наконец-то нашёл минуту покоя и сейчас сидит где-нибудь в тишине, один и беспокойно думает обо мне.

Я чувствовала, как в груди пробуждается эта непреодолимая грусть – эта тоска, которая словно магнит притягивает мои мысли к нему. Внутри всё сжималось, мне хотелось воскликнуть, броситься к нему, сжать в объятиях, услышать его голос. Хотелось услышать его дыхание, почувствовать его взгляд на себе.

Это должно пройти, обязательно должно пройти, ведь пока мои мысли мечутся к нему, я снова могу совершить ошибку.

Вот почему я не могла от Сайласа, сразу вернуться домой? Столько лет я не питалась, могла подождать и ещё, но эта злость на Криспина, нервы и всепоглощающий голод… Теперь меня преследуют вампиры, и я несколько раз пересеклась с Криспином.

Быть незаметной, наверное, не мой конёк.

Глава 6. Старый друг сложнее новых двух.

Когда проснулась, мой мозг ещё не включился в рабочий режим, но инстинкт самосохранения уже вовсю действовал. Быстро подбежав к окну, я проверяла, нет ли признаков слежки. Машины на улице не было видно, но, как я и говорила, это не успокаивало. Очередной день, когда пробуждение напоминает военный подъём.

На экране телефона красовалось сообщение от Киры, сообщавшей о нашей встрече в Майлди. Отлично. Если она сможет провести меня в закрытую библиотеку, смогу лучше понять, что именно содержится в таинственной книге «1437», о которой рассказывал Платон.

Забрав все амулеты, аккуратно переложила их в сумочку, проверив, всё ли на месте. Моя одежда уже неприятно пахла, словно хранилась в сырой кладовке.

Решив, что поездка в убежище нежелательна, направилась в ближайший магазин, чтобы приобрести новую одежду, появляться на встрече с представительницей ведьм в таком виде нельзя, даже если она моя подруга.

К сожалению, почти все магазины открываются не раньше девяти, слоняться по улицам желания не было никакого.

Телефон подсказал, что поблизости есть кафе, которое откроется через десять минут, и я направилась туда.

Несмотря на раннее время и выходной день, город уже начинал оживать. Сонные лица прохожих наводили меня на грустные мысли: эти люди живут своей жизнью, для них изменения кажутся незначительными. Даже во время чистки видов большинство прочитало новости, разочарованно вздохнуло или обсудило это с коллегами, но уже через неделю забыли. Всё, что их не касалось – не заставляло задуматься или предпринимать хоть что-то. Каждый думает только о себе или о своей семье, их не волнует, что происходит на верхушке.

Кафе было очень простеньким: жёлтые стены, редкие цветы в горшочках и всего пять-шесть столиков, покрытых белой скатертью, напоминавшее школьную столовую, было абсолютно пустым. По залу лениво перемещался единственный официант, готовя помещение к рабочему дню.

Взглянув на меня, парень старательно изобразил улыбку. Кажется, я ему уже не нравлюсь.

– Здравствуйте, проходите, присаживайтесь, я сейчас принесу меню, – сказал Майк (так значилось на его бейдже), указывая на ближайший столик.

Через пару минут меню оказалось у меня в руках, а я удобно устроилась за одним из дальних столиков. Меню тоже не выделялось оригинальностью: стандартные блюда и несколько авторских кофейных напитков, в которых изменена только добавка из сиропа, на которых я и остановила свой выбор.

Пока официант, который, судя по всему, был и бариста, и администратором, занимался делами, я открыла телефон и пролистала новостную ленту города.

Практически каждый второй пост сообщал о подготовке к празднованию Дня города. Здесь же увидела расписание этого мероприятия: днём пройдёт парад, выступит мэр и уважаемый Криспин. Скоро меня начнёт тошнить от одного взгляда на него. Дальше идет список приглашенных звезд и грандиозный салют. Ничего нового, за исключением участия Всадника.

Снова вспомнилось время, когда на Дне города выступал весь Совет, и каждый житель мог задать вопросы, не оставшиеся без ответа. Иллюзий я не строю и прекрасно понимаю, что такая власть не всех устраивала. Многие пытались дискредитировать любые действия или бездействия Совета. Но даже в таких условиях мы старались услышать каждого и не игнорировали тех, кто нуждался в помощи. Сейчас я не вижу, чтобы Совет или сам Криспин устраивали подобные мероприятия, хотя они были полезными и для нашей репутации, и для благополучия жителей.

Тут же вспомнила парня, которого оставила в парке накануне. Это точно не пример идеального правителя. Надеюсь, с ним всё в порядке. Частично я бы хотела убедиться в этом сама, но понимала, что отсутствие новостей о найденном трупе подтверждает, что он жив.

Близилось девять утра, время пролетело незаметно, оставив недопитый кофе, оказавшийся слишком горьким, отправилась в магазин, а затем и на встречу.

Некапризничая, забежала в ближайший бутик и сменила свой наряд, на что-то более удобное. Майка и джинсы отлично подходили под мои требования, старые вещи пришлось выкинуть, чтобы не тащиться с ними в пакете.

На встречу добралась быстро и пришла за десять минут до назначенного времени. Кира была предельно пунктуальна и ровно в десять зашла во второй VIP-зал.

– Признаюсь, твоё сообщение было ожидаемо, но я думала, что с этим вопросом, ты обратишься ко мне немного позже, – начала Кира, выглядя слегка взволнованной. Возможно, это из-за моей просьбы.

– Не люблю ждать, – улыбнулась я, слегка подвигаясь, чтобы она могла сесть рядом.

– Искренне, не понимаю, что ты хочешь там найти, но к счастью для тебя, сегодня старейшины заняты подготовкой к Дню города и не будут уделять пристального внимания библиотеке. Защиту я смогу снять, но, надеюсь, ты понимаешь, что в случае чего я буду на стороне ведьм, – в голосе подруги появилась сталь.

– Конечно… и спасибо, – тихо сказала, слегка прикусив губу и отведя взгляд. Мне стыдно перед ней, что я доставляю ей неудобства.

– Чтобы не было вопросов, представлю тебя журналистом, и мы войдём через главный вход. У тебя будет не больше двадцати минут, и помни, что выносить что-либо оттуда запрещено.

– Я не уверена, что за двадцать минут смогу изучить целую книгу, – намекнула я.

– Ох… – подруга тяжело вздохнула и слегка прикусила щеку, задумываясь. – Бедовая ты.– ещё раз посмотрев мне в щенячьи глаза, она слегка улыбнулась.– Ладно. В таком случае мы пройдём через задний вход, но это всё равно не даст тебе больше часа. Сейчас за ней наблюдают более пристально. – её дикция оратора стала намного лучше, и появился деловой тон, который раньше она избегала.

– Почему?– механически спросила, пока мы покидали кафе.

– Ситуация среди видов накаляется, – ответила Кира и замолчала.

Даже несмотря на нашу дружбу, она сохраняет дистанцию относительно внутренних дел Совета. Я почувствовала себя немного странно в подобной обстановке: внутри бушует прежняя Кома, стремящаяся узнать правду, даже если сейчас меня она не касается.

Библиотека располагается на территории ведьм. Границы были условными, но играли большую роль при преступлениях. Каждый вид подчинялся законом Совета, но на районах есть дополнительные правила, которые не могут противоречить законам Совета. Так и вышло, что город созданный для объединения, был разделен.

Мы отправились на машине Киры в самое сердце ведьминского района, её черная ласточка выглядела безупречно чистой, а ворон Идэн сопровождал нас с воздуха.

– Удивительно, столько времени прошло, а ты так и не научилась мне доверять. До сих пор всё скрываешь, – сказала Кира спокойно, но нотка обиды в её голосе была очевидна.

– Я тебе доверяю, именно поэтому я здесь и именно поэтому не могу раскрыть то, что подвергнет тебя опасности. Ты сама это знаешь и делаешь также, – парировала я.

После короткого молчания подруга продолжила:

– Ты знаешь, что случилось с Лилит?

– Малышка Лилит?– оживилась я, надеясь услышать приятные известия об этой чудо-девочке.

– Уже давно не малышка, – улыбнулась Кира.

– Я вспоминала о ней. Как она?

– Никому не известно.– и улыбка с её лица померкла.

Теплые воспоминания о маленькой девочке с серо-голубыми глазами и золотыми волосами сменились шоком. Всё в моей душе изменилось, холод проник под ребра.

– Несколько лет назад Криспин забрал её, и с тех пор никаких сведений не поступало.– продолжала Седовласка.

– Не понимаю. Он убил её? – сердце сжалось. Лилит обладала выдающимися способностями, была гибридом ведьмы и оборотня. Вопрос о её судьбе поднимался не раз, но мало кто смел предложить убить ребёнка.

– Я бы не делала таких выводов. Мы предполагаем, что он отдал её Всадникам. Только они способны справиться с её силой и научить контролировать способности. Но точного подтверждения нет, – в голосе Киры была печаль вместе с надеждой.

– Как это случилось?– тихо спросила я.

– Она взрослела, и вместе с ней росли её силы. Несколько лет назад, в школе у неё не задался день, она сорвала браслет, глушивший её способности, и вышла из себя. Её крик вызвал мощный выброс энергии: половина школы пострадала, окна вылетели, дети были оглушены, а некоторые пострадали от осколков. Тогда и появился он и просто увёл её, пока остальные приходили в себя.

Невидимый туман, сковывал мысли и чувства. Мои руки сжались в кулаки. Всё внутри протестовало – почему я не была рядом? Почему он был там, а я – нет? Я сжала зубы, почувствовав, как внутри бушует гнев и сожаление одновременно.

– Я обещала ей, что всегда приду на помощь.– вырвалось у меня.

– Не вини себя, ты ничего не могла сделать. Будем надеяться, что у неё всё хорошо, – сказала Кира, бросив на меня ободряющую улыбку, но взгляд выдавал её истинные эмоции. Было видно, что и ей не безразлична судьба малышки, с которой мы проводили столько времени вместе, воспитывая будто собственного ребёнка.

Остаток пути мы преодолели молча, каждый погружён в свои мысли. Я всё думала о том, что пришлось пережить этой крохе и где она сейчас.

Когда мы прибыли, Кира попросила меня подождать в машине, пока она проверит территорию, и я послушно кивнула. Достав свои заметки, перечитала список книг, вызвавший вопросы у Платона, которые мне предстоит проверить: главная – «1437», затем «Заклятие на века» и «Дело воды». Третий экземпляр больше напоминал личный интерес, но кто я такая, чтобы спорить?

Подруга вернулась, сунула мне в руки синюю накидку с капюшоном, сказав надеть её и не снимать, пока мы не покинем здание и мы направились на третий этаж через задний вход.

Капюшон накидки я опустила, почти полностью закрыв лицо тонкой шелковой тканью. Успев кинуть взгляд на их строение из трёх этажей, бледно-серые стены украшали резные ставни из дерева и украшены виноградными лозами, стремящимися вверх.

Мы зашли внутрь и нас встретила круговая лестница. Человеку, случайно зашедшему сюда, она кажется бесконечной. Если ты не знаешь, куда идти, она будет бесконечно кружить тебя, пока ты не сдашься и не уйдешь. Механизм срабатывает только при подъёме, что всегда казалось мне странным. Так как мы поднимались на третий этаж, именно там и была единственная дверь, ведущая в закрытое хранилище.

Кира сняла защитные печати, и мы оказались внутри огромной библиотеки, полки которой буквально ломились от огромного количества книг и мелких артефактов, расставленных больше для красоты.

Здесь я была всего однажды. Ведьмы ревностно охраняют свои сокровища, и чем больше времени проходит, тем сильнее становятся защиты. Библиотеку несколько раз перевозили, первое время она была строго засекречена, и лишь однажды сюда пытались проникнуть злоумышленники, которые сразу были пойманы. Эх..слабоумие и отвага.

Каждый стеллаж был подписан латинским шрифтом, который я плохо понимала.

– Поможешь? – обратилась я к Кире, которая устроилась поудобнее рядом с выходом, у единственного столика для чтения.

– Зави́сит от того, что ты ищешь, – ответила она.

Я озвучила названия всех трёх книг. Кира указала на нужные стеллажи, но в поисках участвовать не стала, оставшись ближе к выходу.

Я приступила к поиску книги «Дело воды». Среди разнообразных экземпляров, от свежих, будто только вчера выложенных на полку, до старых кожаных перелетов с потрескавшейся кожей, книга оказалась средней выдержки. На обложке – единственный символ водной стихии. Книга представляла собой сборник техник управления любыми жидкостями: подробные инструкции по изучению каждого заклинания и множество предостережений. Как я и подозревала в ней нет ничего, что может мне пригодиться, а если она интересует именно Платона, то смогу ему с этим помочь и позже.