Читать онлайн Трон пифий бесплатно

Глава 1

Воссядь! Или Пади...

Ты сам себя суди...

Ты горд и твой успех

Как смерть - сильнее всех!

Пади! или Воссядь...

Сюда пришел играть,

Как в самом первом мифе,

Приди же к трону Пифий!

- Воссядь или воссядь! - пробормотала Саша, не особо заботясь о сохранении мотива гимна. Она плюхнулась на диван, и тот ответил ей протяжным стоном. - Эй, захвати пиво и иди… нет, и воссядь! - теперь уже громко и с пафосом крикнула она мужу, задержавшемуся на кухне. - Пока гонг еще звенит!

- В гонг уже ударили? - проорал в ответ Алекс, ускоренно собирая пиво и закуски, стараясь уместить их все в руках. Открытая пачка чипсов захрустела, перемещаясь подмышку.

- Да, уже шторки открываются и появляется…

- Наш любимый Магистр Стратрррр! - дуэтом прорычали супруги, когда мужчина вбежал в комнату, роняя по дороге пару чипсин. Но сесть ему было не суждено. В дверь заколотили. Тремя резкими, нетерпеливыми ударами. И, сгрузив свои сокровища жене, он поспешил открыть, желая избежать последствий.

- Не опоздал? - Глекко, сосед-дворник пробежал мимо хозяина, подбирая с пола оброненную еду. Он уселся на привычное, слегка даже протертое место на полу перед диваном и тут же уставился в телевизор. Еще бы, ведь именно сейчас на сцену, озаренная вспышками камер и любовью зрителей, выходила Лавина. Лавина Громобитная.

Дождавшись, когда аплодисменты и восторженные крики смолкнут, огромная и прекрасная орчиха сделала шаг вперед и раскинула руки с угрожающими когтями ярко-красного цвета. Сверкающее платье, тут и там украшенное мехом, шевельнулось и натянулось на мышцах ведущей. По слухам, ее одежда украшена исключительно шкурками ее жертв. Но кто будет думать об этом, когда увидят эту ослепительную улыбку с клыками.

- Привет, Вициния! - Прорычала Лавина, и ее голос, усиленный магическим микрофоном, разнесся по всей площадке, сбивая с ног неустойчивых. - Сегодня отличный день для такого важного события! А что у нас за событие? - орчиха помахала зеленоватой ладонью, призывая зрителей сказать хором.

- Открытие сезона тридцать три! - Нестройно, путая и сбиваясь в сложном предложении загомонили сидящие в павильоне. Ведущая нахмурилась и принялась усерднее махать лапой.

- Не слышу! Еще раз! - Ее взгляд перестал быть игривым и первым рядам стало по-настоящему страшно.

- Открытие сезона тридцать три! - На этот раз вопль был куда более слаженным, и орчиха благосклонно оскалилась.

- Vive pro successu (Живи для успеха)! - Вмешался магистр Стратр. Его длинные, белые волосы, уложенные в идеальные косички, плавно качнулись, когда он взмахнул посохом с черепом неизвестного животного на навершии. Голос его звучал глухо особенно по сравнению с восторженным ревом Лавины. - Ибо успех, как и смерть, неизбежен... но куда приятнее!

Зал снова поглотил шум хлопков и выкриков. Пока некромант надменно ухмылялся, вбирая в себя сладость собственного остроумия, а его напарница крутилась на сцене, как юла, ловя восхищенные взгляды, как брызги.

- Честь быть нашим гостем на первом выпуске нового тридцать третьего сезона - это не просто честь. - Продолжила, наконец, ведущая, почти подпрыгивая от адреналина.

- Это чистая deorum gratia (милость богов!)! - Согласно кивнул магистр Стратр.

- Говори так, чтобы и гоблины в подвале тебя поняли! - Расхохоталась орчиха, запрокидывая голову и демонстрируя клыки. - Тут только ты хрипишь на мертвых языках.

- Причем на семи. - Высокомерно подтвердил некромант и, слегка сдулся, поняв, что придется переводить. - Милость богов, дорогие зрители. Милость богов. И кто же тот счастливчик, что получил ее…

- Мы узнаем сразу после рекламы! - Лавина все же подпрыгнула, платье всколыхнулось на ней. И в перерыв шоу всех сопроводил дружный вздох.

- Могу поспорить, это будет кто-то из их знакомых. - Откинувшись на диван, Саша, как дракон убийца, молниеносно перехватила у мужа чипсы прямо из руки.

- Даже если так, за него все равно можно порадоваться. - Добродушно пожал плечами Алекс и предложил ей открытый пакетик.

- Порадуетесь вы, ага. - Буркнул Глекко. Его короткая нога непроизвольно дернулась, когда он услышал доносящийся из телевизора задорный джингл о том, как прекрасно иметь новейшую швабру от СКС.

- Ты что-то знаешь? - Сразу встрепенулась Саша и протянула ему руку с крошками от чипсов, пытаясь подкупить.

- Естественно. - С некоторым превосходством процедил полукровка, поворачивая свое слишком красивое лицо к блондинке с вызовом, игнорируя угощение. - Кто по-твоему убирает за их дорогими гостями?

- Ну так расскажи, не будь стервозной курицей! - Саша не удержалась и дернула соседа за длинное эльфийское ухо, прекрасно зная, как его это раздражает.

- Сколько раз говорить, я наполовину гоблин, а не гарпия! Гарпии носят перья, и обгадили бы тебе весь диван с потолка! - Вспылив, оскалился Глекко, отшатываясь и пряча уши.

- Да ладно вам, - примирительно воззвал Алекс. - Реклама на исходе, сейчас все узнаем.

И правда, раздражающий ролик о новейших магических кристаллах от “Синдиката Кристальных Сетей” уже подходила к концу.

- СКС: «Мы связываем миры... и судьбы» - Промурлыкала необыкновенно красивая и томная эльфийка, соблазнительно поглаживая голубой кристалл-ретранслятор.

На смену ей пришла пафосная мелодия шоу и все тут же, как по команде, сосредоточились на экране, забыл мелкие перепалки.

В студии из зияющего мрака сцены появились сияющие клубы дыма, складывающиеся в сложный рисунок. Перекрикивая торжественную, с привкусом героики, музыку, Лавина зарычала в микрофон заученный текст, не забывая вертеться и улыбаться первым рядам клыкастой улыбкой:

- Кто знает, где ждет его успех? Кто-то мечтает о небесах, кто-то о крыльях. У нашего же сегодняшнего гостя все это уже было! Но он спустился на грешную землю, во имя исполнения мечты!

- Veritas non in volatibus est. - Важно подхватил магистр Стратр, его темная кожа таинственно сияла от магического освещения, но сам он с трудом подавлял приступ кашля от дыма. - Не полетом единым. И уж точно не размером от кончика правого махового пера до левого махового пера!

- Встречай, своего гордого сына, Вициния! - Прервала его орчиха и энергично затолкала некроманта в гущу спецэффектов. - Эфир с воздушных пастбищ!

- После этих ее слов, туман моментально рассеялся, словно его втянул носом дракон, и на сцене оказался слегка дезориентированный молодой пегас. Его сверкающие белоснежные крылья были расправлены, перья распушены, гость старался выглядеть большим и внушительным. Но это было совершенно лишним, поскольку он был ослепительно прекрасен.

Он грациозно склонил великолепно вылепленную голову, открыл идеальные розовые губы и издал пронзительное и нетерпеливое ржание, совершенно непонятное зрителям в зале..

- Почему ему не повесили переводчик? - Громко и зло зашипела Лавина сковь зубы на работников сцены, не отрывая взгляда от первых рядов и не прекращая улыбаться.

- Так он это… лягался. - Раздался смущенный приглушенный ответ. - Не подойти к нему! Особенно сзади.

- А пока вы любуетесь непревзойденной красотой и грацией Эфира, мы посмотрим Quod omne coepit. - Магистр Стратр впервые за долгие десятилетия почувствовал, что потеет и слегка задыхается. Даже во время ритуалов по воскрешению драконов с ним такого не было.

- Начало истории! - Громко объявила его коллега, показывая режиссеру бровями и всем телом, чтобы он запускал ролик. К пегасу уже бежало несколько работников сцены, когда на экран вывели заставку, где было крупно написано: “Ты помнишь, как все начиналось?”

- Лошадь! Да это же просто лошадь! Неужели для первой серии не нашли лучшего кандидата, попонятнее хотя бы? - застонал Саша, закрывая лицо руками. Жирные от чипсов пальцы тут же принялись оставлять маслянистые следы на ее щеках.

- Ну согласись, он красавец. - Хмыкнул Алекс, с удовольствием отпивая из бутылки. С каждым глотком он становился все добродушнее, и его вера в чудеса проявлялась все сильнее.

- Хватит мной манипулировать! - огрызнулась его жена. - Не хватало еще лошадью восхищаться. Может скажешь, что я должна полюбить его из-за того, что у него есть крылья?

- Он глуповат. - Тихо прокомментировал Глекко, моментально привлекая к себе внимание обоих супругов. - Я говорил ему не грызть переводчик. А он его сожрал. Сгрыз как яблоко. А новый повесить не дался.

- Во! - Саша подняла брови и руки в победном жесте, словно полугоблин только что доказал теорему Ферма

- Не спеши с выводами, может у него получится. - Алекс не сдавался, продолжая изничтожать пиво. На экране телевизора появились заранее снятые кадры с героем шоу, сменяя прямой эфир. Похоже, история успеха все же началась.

На экране перед зрителями в студии появилась идеалистическая картинка. Эфир в полосатой рубашке на пуговицах, оставляющей свободными крылья, и квадратных очках, спущенных на нос, стоял в своем стойле, заваленном книгами и принадлежностями для письма. Его губы дрогнули и переводчик, спрятанный от зрителей тут же сработал. Зазвучал низкий бархатный голос.

- С ранних лет мне говорили, ну куда ты? Ты же пегас! Ты должен быть музой для других. Ешь травку, бегай по просторам, ржи в свое удовольствие. Это твоя жизнь.

Кадр сменился на бескрайнее, освещенное теплым светом поле, где в высокой траве резвилось несколько беззаботных сородичей героя. Съемка была замедленной, предоставляя всем возможность оценить их сверхъестественную грацию и ленивую вальяжную красоту.

- Но я знал, что это - не все, на что я способен. - Прозвучал голос за кадром. Кадр резко сменился. В огромном тренажерном зале великолепный пегас яростно стучал копытами на беговой дорожке, движущейся с бешенной скоростью. Жемчужные капли пота стекали по его шее. - Я помнил, что нельзя просто так взять и покинуть воздушные пастбища. Мир внизу не добр к таким как я. Сколько раз я слышал окрики “Лошадь!”, “Вали в свою поднебесную!”, “Где ты своего человека потерял?” Но ничто не могло остановить меня. Потому что у меня была мечта.

На экране вновь сменился план. Теперь перед зрителями появился унылый переулок в грязных коричневых тонах и одинокая фигурка все еще сияющего пегаса, одиноко бредущего под жесткими, ледяными струями. Печальная, рвущая сердце мелодия, с ведущей скрипкой, ворвалась в видео и опутала всех смотревших вынужденным сочувствием к герою. Но затем тон преобразился.

Теперь на Эфире была ядовито-зеленая кепка и такого же цвета попона, со старательно замазанным названием службы. На спине - огромный курьерский мешок. На белоснежной морде сияет зубастая ухмылка, а изо рта торчит подсохшая травинка, как память о родине.

- Только поняв, что я должен быть полезным, я смог добиться уважения. Люди, орки, даже эльфы не умеют летать так, как я, и с удовольствием поручали мне свои ценнейшие грузы. - На видео показали замедленные кадры, сопровождаемые триумфальным мотивом - два мрачных гоблина загружают в сумку пегаса мешок картошки. - Так я заработал себе на жизнь, завел новых друзей. А главное - у меня теперь масса опыта и интересных историй. То, чего я никогда не нашел бы на воздушных пастбищах. И теперь, я могу с гордостью назвать себя писателем. Я больше не вдохновляю других! Я вдохновляюсь сам!

Вернулись кадры из начала видео, где Эфир находился в своем новом стойле. Последние слова он сопроводил довольным ржанием и, подняв переднее копыто, звонко стукнул по клавише пишущей машинки, волшебным образом появившейся перед ним. Буквы, который пегас медленно набивал, засветились на экране: “Конец. Успех!”

- Это успех?! - Захохотала Саша, падая на спинку дивана и тряся крашенными волосами. - Да он вечность будет одно-единственное предложение копытом выстукивать! А возьмет и ошибется? Привет, новая попытка!

- Ну посмотри, как он старается. Он такая счастливая лошадка. - Умильно просиял раскрасневшийся Алекс, смакуя пиво. - А представь, когда он все-таки закончит писать первый рассказ, это будет настоящее чудо.

- Рассказ! -фыркнула женщина и лениво пнула Глекко носком тапка в бок.. - Хэй, гоблин, он напишет рассказ? Или хотя бы стишок, как клевер нюхал и занюхал?

- Хтон его знает. - Хмуро отозвался Глекко, потирая бок и размышляя, стоит ли просмотр телевизора издевательств этой огромной глупой женщины. - Это не работающая машинка. Какая-то старая рухлядь. Антураж поддержать.

- И пофиг. - Почесал седеющий затылок Алекс. Пока его жена даже не пыталась подавить издевательский смех. - Сейчас столько способов записывать свои мысли. Вон те же кристаллы, которые СКС использует для трансляций. Надиктовал - и готово.

- Все, тихо, - резко подняла руку Саша - посмотрим, что он нам теперь проржет. Писатель ваш, проржаек. - Прыснувший Алекс прикрыл рот рукой, и все повернулись снова к экрану.

- И мы снова в студии! - заявила Лавина, скалясь, словно возвращение было целиком ее заслугой. - Как вам невероятное преображение нашего гостя? Правда он настоящий красавчик? - орчиха игриво толкнула бедром сидящего рядом на полу Эфира. Пегас взметнул крыльями от неожиданности. Его поза и без того была неудобной. Ни в одно кресло пегас, конечно, не влез и крылья серьезно мешали ему даже подвинуться, чтобы устроиться удобнее.

- У тебя все красавчики. - Язвительно прошипел магистр Стратр, закатывая бездонные белесые глаза. - Дай тебе волю, tota nocte caneret (пела бы всю ночь напролет).

- Не бузи, дорогой. - Сладко пропела соведущая и погладила перья на крыле пегаса зелеными пальцами с агрессивно красными когтями. - Кстати, пока вы смотрели историю Эфира, случилось чудо. Сейчас вы поймете. Поздоровайся со зрителями, летун.

- Привет. - Сдавленно буркнул гость. Голос его звучал как на записи, видимо за это время работники шоу умудрились навесить на него новый переводчик. Но слово прозвучало застенчиво, совсем не как тот уверенный и успешный писатель в полосатой рубашечке.

- Дамы и господа, Эфир с воздушных пастбищ! - Зарычала орчиха, словно пегас был цирковым животным и только что исполнил особо сложный трюк.

- По традиции, прежде, чем представить нашего гостя Трону, мы возьмем у него небольшое интервью. - Занудно вступил некромант, оправляя длинную седую косу. - Чтобы понять его veram essentiam.

Ведущие обошли скорчившегося на полу гостя и устроились в удобных креслах, откуда всегда заваливали каверзными и не очень вопросами всех, кто выходил на сцену.

- А ты помнишь, как в двадцать пятом сезоне тоже был пегас? - С чем-то, призванным зваться улыбкой, обратился Стратр к коллеге.

- Нет, я здесь всего четвертый год. Я не так стара, как ты. - орчиха захохотала и стукнула магистра по спине лапищей. - Может ты и первый выпуск помнишь, на заре мира?

- Может и помню, profluvium puella (дрянная девчонка). - Проворчал в ответ некромант, аккуратно разжимая руки на посохе, который инстинктивно сжал, почувствовав удар. - Но вернемся к тому пегасу. Скажи нам, Эфир, ты видел тот выпуск семь лет назад?

- Нет. - Голос гостя через переводчик прозвучал хрипловато. - Я тогда был жеребенком.

- Никто кроме тебя, древность с косичками, не помнит, что там было. - Хихикнула хрюкнув Лавина. - Рассказывай, только быстро.

- Velociter tantum in uno (Быстро только в одном деле). - Раздраженно ответил Стратр. - В том выпуске пегас стал победителем скачек. Любопытное было зрелище. Ему пришлось связывать крылья, чтобы он не воспользовался этой привилегией перед другими лошадьми.

- Теперь я обязательно хочу это посмотреть. - С вежливым энтузиазмом улыбнулся Эфир, благородно пропустив шпильку о “других лошадях”.

- Что ж, ты даже круче того парня - Орчиха закинула ногу на ногу. - Он сделал то, что вы все и так умеете делать - побежал, просто быстро. А ты.. такого я еще не видела.

- Diamantem inconditum, - согласно кивнул некромант. К нему медленно, подволакивая ногу, приблизился довольно свежий зомби с карточкой на груди, гласящей “Каскадер, вулкан”. Он передал хозяину стопку карточек и тот отпустил его нетерпеливым движением посоха. - В наше время тяжело найти качественного покойника. Ха-ха. - Сказал Стратр, пытаясь изобразить нечто схожее с шуткой. Зрители отреагировали на нее нервным смехом, подталкиваемые сотрудниками шоу. - Но он все же принес мне вопросы, которые присутствующие здесь поклонники и остальные, со всех анклавов Вицинии хотят задать нашему гостю. И это произойдет сразу же после…

- Короткой рекламной паузы! - Лавина вскочила, успешно перебив соведущего и принялась демонстрировать свои мускулы, пока ее не сменила заставка, предвещавшая паузу.

- А я помню ту серию. - Задумчиво протянул Алекс, откупоривая еще одну бутылку. - Забавно. Мы тогда как раз поменяли диван и купили этот. - Мужчина с удовольствием попрыгал на диванной подушке, которая отозвалась недовольным скрипом.

- Он плохо кончил. - Сипло пробормотал Глекко. Его голос почти растворился в звуках рекламы кристаллов и завываниях сладкоголосой эльфийки.

- Наш старый диван? - Язвительно ухмыльнулась Саша.

- Тот пегас. - огрызнулся полугоблин. Его красивое лицо исказилось в брезгливой гримасе. - Ставки сгубили.

- Ну и что ты там копаешь? - невозмутимо заглянула через плечо мужа женщина, совершенно не впечатленная судьбой предыдущего пегаса.

- Хочу вопрос задать! - поднял сияющие, полные надежды глаза Алекс, крутя кристалл, через который шла трансляция. - Вдруг успею и его спросят?

- Хтон ты успеешь. - Мрачно качнул головой Глекко. - Там все вопросы задолго до эфира собрали. Я тебе ж говорил уже.

- Ну вот! Только зря деньги потратил! - Саша небрежно отвесила супругу несильный, но ощутимый подзатыльник. - Что хоть спросить хотел, гений?

- Планирует ли он писать мемуары. - Расстроенно отозвался мужчина, не обращая внимания на прилетевшее наказание. - Ну, может кто-то другой догадался спросить.

- На экране в этот момент как раз закончилась реклама и зазвучали первые аккорды гимна шоу, вынуждая зрителей на диване вынужденно подпевать, пусть даже это мычание без слов. И только Глекко на полу упрямо молчал, сжав губы.

Камера наехала, показывая крупный план уверенного лица Лавины с кокетливой ухмылкой, и поползла ниже. Не дожидаясь, пока кадр захватит тот ракурс, что задумал оператор, ведущая стрелой взметнулась с кресла и, тряся украшенными мехом плечами, издала пронзительный, дикий клич победительницы.

- Вопросы на шоу “Трон Пифий”! Обожаю! Моя любимая часть! - Выдохнула она со страстью, снова плюхнулась на сиденье и наклонилась вперед с горящими глазами и видом заговорщика. - Ты готов, Эфир с воздушных пастбищ?

- Да! - Храбро отозвался пегас и даже цокнул копытом по сцене.

- Приступим! - Громоподобно хлопнула огромными ладонями орчиха, выдернув из рук Стратра пачку карточек. - Это твой натуральный цвет? Спрашивает некая зрительница из эльфийских лесов.

- Да. - Куда менее уверенно проблеял Эфир. - Пегасы всегда бывают только натурального цвета.

- Забавно. Но не практично. - Дернула носом Лавина. - А что если твой цвет не подходит к новому колечку? Ну, или в твоем случае к уздечке? Следующий вопрос!

- Кто быстрее - пегасы или драконы? - Сухо перебил соведущую Стратр, бубня слова с карточки, как заклинание по призыву мертвых. - Спрашивает Гроз Огнедышащий с Верхней Северной горы.

- Тут… зависит от размера и возраста дракона… - растерянно попытался размышлять гость шоу. Но ему не дали.

- Ну так кто?! Драконы или пегасы? - Взревела орчиха, оглушительно топая ногой в нетерпении.

- Драконы! - Рефлекторно вздрогнул Эфир и выпалил бездумно, но тут же поправился, желая сохранить достоинство собственного вида. - В основном драконы.

- О, а вот это интересный вопрос. Спрашивает Звездочка с твоих родных воздушных пастбищ. - Лавина коварно оскалилась до ушей и прижала карточки к туго обтянутой платьем груди, показывая, как ей это нравится. - Есть ли у тебя уже кобылка, сладкий? Это прямая цитата, если что.

Зал разразился единым заинтересованным «О-о-о-о-х!» и замер в ожидании. Некромант громко и брезгливо фыркнул, всем своим видом показывая, насколько его выводит из себя эта сопливая девчачья реакция.

Эфир буквально покраснел. Будь он обычной лошадью, этого, конечно не случилось бы, но его тонкая белая кожа на морде, присущая всем пегасам, прямо на глазах у всех, кто наблюдал в этот момент за шоу, покрылась густым румянцем. Он тихо, едва различимо заржал, так что даже переводчик не справился, выдав лишь сдавленный вздох, и мотнул головой, подняв вихрь гривы.

Зал взорвался грохотом аплодисментов и восторженными криками.

- Bene, satis de parvis (Хорошо, довольно о мелочах). - Покровительственно прокашлял Стратр. - У меня вот тут вопрос по сути. Спрашивает Деринос из орочьих степей. О чем же будет твоя книга?

- О, это.. да! - Воспрял духом Эфир, довольно громко и с облегчением прочищая горло. - Это будет энциклопедия нашей заоблачной жизни. Здесь, внизу никто не знает, как мы там на самом деле живем, что едим, о чем поем…

- Это будет некий свод знаний? — Скептически приподнял идеально выщипанные брови, словно заранее пытаясь представить, кто это будет читать.

- Да! - Пегас засиял, как тот счастливчик, которого показывали прежде в видео “до и после”. - Там будут рассказы, рецепты, поверья, стихи и песни, все то, что характеризует нас как народ, как уникальную культуру!

- Ух ты. - Лавина театрально зевнула, даже не попытавшись прикрыть рот рукой. Оператор воспользовался возможностью снять ее угрожающие клыки. - Как же захватывающе.

- Да! - Гость шоу аж подскочил со своего места на полу, звонко зацокав. Но его порыв прервал Стратр, величаво взмахнув своим жезлом с черепом.

- Что ж, наступает тот момент, который мы все ждем, ради которого мы собрались здесь. Это momento veritatis (момент истины). Это thronum Pythii (трон пифий)!

- И это зрелище ждет вас сразу после короткого перерыва на рекламу! Не переключайтесь! - Завопила Лавина, чуть не запрыгнув на Эфира. Удалось ей это или нет зрители шоу не увидели - на экране появилась заставка и зазвучала тревожная музыка.

- А куда они предлагают нам не переключаться? Весь СКС вещает только на этот канал. - Раздраженно бухнула об стол пустой бутылкой пива Саша. Её, почти как Стратра, до глубины души бесили эта мелочность и фальшь шоу. Но дрожь перед финалом она всё равно обожала и его же ждала.

- Ставки делаем? - Словно прочитав её мысли, ухмыльнулся Глекко. Он в этой игре почти всегда выигрывал, благодаря своему умению наблюдать и - главное - связям на шоу. Никто и не догадывался, что обычный уборщик, при желании (а чаще и без оного), видит и слышит куда больше, чем любой продюсер.

- Ставлю, что он победит! - Благоговейно, почти с мольбой, пробормотал Алекс, доставая из кармана потрепанный кошелек.

- Брось, ты же знаешь, с этим ушастым пройдохой бесполезно спорить и деньги на кон ставить - Резко одернула его жена.

- Так значит, ты ставишь, что он проиграет? - вкрадчиво, медовым голоском спросил полугоблин.

- Я ставлю, что ты сейчас вылетишь отсюда, как ядро из пушки, и больше здесь не появишься. - Пригрозила женщина, но сосед только скривил свои слишком красивые для гоблина губы. Он уже не первый раз слышал от нее подобную угрозу. Но за десять лет, что эта семья живет здесь, они давно стали как невыносимые, но родственники. - Ладно, чтоб тебя забрал твой Хтон! Ставлю, что проиграет. - Сдалась блондинка, не выдержав наглого и одновременно подобострастного взгляда Глекко.

- Ставки сделаны, ставок больше нет, - торжественно объявил полугоблин. Пряча в карман деньги и бумажку, где мелким убористым почерком записал кто и на что ставил.

- А ты-то на что поставил? - Внезапно нахмурилась Александра. - Что-то я не помню твоей ставки.

- Все записано и учтено, надежнее, чем высечено в камне. - Похлопал себя по карману полуэльф.

- Придурок. - Отозвалась женщина, и ее слова утонули в звук гонга, оповещающего о начале финала шоу.

Тихая барабанная дробь нарастала, пока операторы объезжали вокруг троицы на сцене, то приближаясь, то отдаляясь, то выхватывая общие планы, то ближние. Вот Лавина, которая все же взгромоздилась на пегаса, мешая ему своими мускулистыми ногами. Вот надменное лицо Стратра, игриво поднимающего брови на камеру. Вот зал, буквально беснующийся в ожидании главного блюда шоу.

Но все это померкло, когда на сцену выкатился он.

Трон пифий в клубах цветного дыма, вспышках искр и сопровождении двух нарочито не одетых эльфиек, появился на сцене и занял ее почти целиком.

Сидение и спинка, отделанные очень темным, почти черным мягким материалом, отливавшим в свете спецэффектов синевой, и броская позолоченная отделка с множеством деталей резко контрастировали друг с другом.

Эльфийки-сопровождающие бросили взгляд друг на друга и дружно, словно потревоженные птички, вспорхнули с помоста, предоставив зрителям возможность разглядеть сложное переплетение легенд, мифов и надежд на будущее - настоящих и навязанных - всех народов, населяющих Вицинию.

- Воссядь, или пади! - прорвалось со всех сторон, как заклинание. Множество голосов слились в единое гудящее пение.

Пегас нерешительно приблизился к трону. Размер сидения был таким, что вместил бы и дракона средней величины. Так что для Эфира проблем не предвиделось. Но он все еще медлил, когда новая строчка гимна взорвала воздух в студии, приковав к себе все внимание.

- Ты сам себя суди! - Прогремело куда громче и неизмеримо более угрожающе. Гость шоу вздрогнул и почти попятился назад. Но в этот момент, Лавина спрыгнула с его спины и игриво, но со всей силы шлепнула его по крупу, подгоняя вперед.

- Момент настал! - Восторженно взвыла она в микрофон, окончательно перекрывая пегасу путь к отступлению. - Вот оно! Вы ждали? Ты ждала этого, Вициния?

Зрительный зал ответил одобрительным ревом. Словно, это было то, чего они ждали всю жизнь.

На трясущихся ногах, Эфир все же приблизился к трону. Неуклюже повернувшись, он грузно опустил заднюю часть на сиденье, и раздался громкий неприличный звук, издаваемый кожаным креслом, когда на него садятся. Пегас вздрогнул, но обратной дороги не было. Правила просты - тот, кто сел на трон, мог сойти с него только после победы или поражения.

- Приди же к трону Пифий! - взревел магистр Стратр, едва ли не перекрикивая соведущую. Он был вспотевшим и явно на взводе. Режиссёр отлично знал о его аллергии на пегасов, но это никого, как всегда, не смутило.

Музыка резко оборвалась, и зал вместе с ней затих, отрезанный магической завесой тишины. Хоть это и было шоу, но работе Трона мешать было нельзя.

Глаза Эфира закрылись, а дыхание стало редким и глубоким. Он вдыхал тот самый Дым Пифий, позволяя ему проходить через себя и обнажать его истинную суть. Видеть плохое и хорошее, прошлое и возможное будущее.

Сидевший на троне стал менее осязаемым для этого мира, словно частично растворившись и уйдя в тот мир, где и зародилось это шоу, созданное, чтобы награждать «достойных» и карать «неудачников». Громкое, слегка хриплое дыхание пегаса было единственным звуком, что нарушал звенящую тишину.

Нельзя было предсказать, сколько времени потребуется Трону, чтобы пронзить каждый уголок души смельчака, решившегося на этот ритуал.

Но в этот раз прошла всего пара минут давящей тишины. И раздался металлический голос. Конечно, сам Трон говорить не умел — за него это делал переводчик, такой же, что расшифровывал ржание пегаса, теперь расшифровывал и жужжащую магию, что переполняла это огромное кресло.

- Сияющая, чистая душа достигла успеха! - Голос раскатился по всей студии и, казалось, пробил экраны, проникнув в сердца зрителей по всей Вицинии.

- Да! - Вскрикнула орчиха, не дожидаясь пока Трон закончит вещать, и Стратр резко дернул ее за руку, зло шикнув, что она сошла с ума.

- И он получит свою награду. То, чего желал. Он станет писателем! Величайшим в этом и иных мирах. Всю жизнь он будет писать сценарии для нашего шоу. Но никогда больше не взлетит. Его полёт — отныне лишь на бумаге. Летать теперь — для других. Для тех, кто будет вдохновлять его.

В этот миг Эфир наконец пришел в себя и, пошатнувшись, встал с трона. Его крылья беспомощно повисли. Казалось, он ещё не очень понимал, что произошло. Поэтому Лавина тут же подскочила к нему, обняла за шею и громко расцеловала в щеку.

- Ты победил, дурашка! Ты достиг успеха! - Словно ожидая этих слов, как разрешения, зал взорвался волной криков и хлопков. Это были оглушительные и счастливые звуки. Они смешались с мелодией гимна и выкриками ведущей, прыгающей на месте, как заведенная.

- Итак, у нас еще один счастливый обладатель благословения трона! - возвестил Стратр, крупным планом смотрящий в камеру на фоне всеобщего веселья и конфетти - Великолепное начало сезона! Просто фантастическое! - Затараторил некромант. - Что ждет нас в следующем выпуске? Совсем скоро вы это узнаете! Встретимся через неделю! И помните, успех, как и смерть, неизбежен... но куда приятнее!

Резко врубившийся бессловесный гимн шоу поставил точку.

- Он победил. - со слезами в голосе сказал Алекс после недолгого молчания. Он поднял глаза, чтобы жена и приятель не заметили влагу, сформировавшуюся в его глазах.

- Какой к Хтону победил? - Возмутилась Саша.

- У вас есть свои боги, вот и ругайся ими. - Укорил ее Глекко.

- Да пофиг! Какой к черту победил? Ал, он же летать не сможет! Это все равно, что тебе ноги отрубить, но сказать… не знаю, что ты теперь гениальный рыбак! - Саша кипела от злости.

- Они все знают, что сесть на трон, все равно что джинну желание загадать - какая-то дрянь обязательно случится. - Глекко закатил прекрасные глаза и стукнул по полу маленьким зеленым кулачком. - Но они все равно идут туда, как цепочка леммингов к обрыву.

- Разве это оправдывает СКС? Все все знают, но шоу не закрывают! – Женщина, качнувшись, вскочила с дивана и сердито воззрилась на своих собеседников.

- Но он же сможет всю жизнь делать то, о чем мечтал… - Нерешительно пробормотал Алекс, пытаясь подняться вслед за женой. Но выпитое мешало ему встать как гордому мужчине, готовому отстаивать его точку зрения.

- Он выиграл! - Жестко отрезал полугоблин, доставая бумажку и показывая записи - он и его друг поставили на победу. - Ты проиграла.

- Не буду больше эту фигатень смотреть. Даже не просите меня. - Александра выключила экран и грозно сложила руки на груди. Мужчины, почему-то чувствуя себя виноватыми за исход выпуска, побрели подышать на балконе.

- Идиоты. Выиграл он… - Пробормотала Саша, глядя в пустоту экрана.

Глава 2

Те, кто говорят, что утро добрым не бывает - явно присутствовали при пробуждении Лавины.

И этот день не стал исключением. Ее простую, почти спартанскую, комнату в доме напротив студии посетил солнечный луч. Этот нахал пропутешествовал по ее векам, заставляя их дрожать и, в конце концов, открыться, являя миру мутные черные глаза. Орчиха лениво метнула в сторону окна подушку, едва не разбив его, но сдвинув занавески и уничтожив таким образом зайчика, посмевшего разбудить ее.

И уже через мгновение она с ревом выскочила из кровати, поняв, что снова сломала будильник и проспала.

В ванной в зеркале на нее смотрела морда с мелкими, куцыми, как у эльфа, клыками. Видеть это было противно, и она привычно надела накладные с кончиками, стилизованными под старую кость. Если бы кто-то из ее племени узнал об этом - ее голова уже красовалась бы на одном из ритуальных кольев вокруг дома шамана.

Позорище такое. Мало того, что тощая, почти как человеческая женщина, так еще и без нормальных боевых зубов!

Лавина зарычала на свое отражение. Звук сотряс зеркало и столик под ним. Но это мало поможет. Так что в следующую секунду, орчиха старательно репетировала свою коронную улыбку для сцены. Эти зеленые дуболомы еще пожалеют, что обозвали ее полукровкой и изгнали! Ее! Да она дочь предводительницы! Как смели? Как она может быть полукровкой? Ее мать не подпустила бы к себе никого, кто не смог бы уложить ее мощным ударом!

Вдох, выдох. Улыбка. Оскал.

Конечно, они еще узнают, на что способна соплячка, что, по их мнению, годна только в платье позориться! Она яростно замазала старые шрамы и натерла тело маслом для увеличения мышц. Скоро. Очень скоро они поймут, как ошибались.

Красные когти, с детства ставшие для нее ритуалом, облупились за ночь, как всегда, не выдерживая скорости роста орочьего тела. Лавина почти с любовью покрыла новым слоем «Вражеской Крови» каждый ноготь на руках и ногах.

- Помни, чья это кровь, - коротко поясняла мать, когда она была еще малышкой. И не важно, что у многих из тех, с кем воевали орки, кровь могла быть какого угодно цвета, но не алой. Важно помнить, что символизирует цвет. - Помни, кто ты.

Полюбовавшись обновленной красотой, орчиха отправилась перекусить. В своих интервью, как известная ведущая, она часто говорила о своей диете и даже фотографировалась с салатами и вареной рыбой на показ. Но сейчас она была одна и хмыкнула низким утробным голосом. Ее ждал сочный кусок мяса с багряным оттенком, еще сочащийся жизнью. Если закрыть глаза, можно представить, что она только что клыками вырвала его из бочины своей ненавидимой тетки, которая громче всех рычала, что Лавине не место среди нормальных орков.

Этот вкус, не сравним ни с какой пресной дрянью, которую люди подают в самых дорогих ресторанах. Почти запретная и от того особенно восхитительная пища настоящих воинов, к которым ведущая шоу причисляла себя, несмотря ни на что.

Доев, она взяла свой кристалл и потрясла, включая “Рог изобилия” - канал знакомств. Если было в этом мире что-то сложнее, чем найти орчиху - ведущую шоу, так это найти ей подходящего самца.

Слабые, трусливые, мягкотелые, пахнущие как магазин духов, хвастающие мнимыми достижениями, не понимающие, что необходимо этой зеленокожей женщине для счастья и гармоничных отношений. Так называемые подруги Лавины, дружившие с ней только из-за ее статуса звезды, тоже частенько жаловались на что-то подобное. Но им и не снилось, какие трудности с этим испытывала сама орчиха.

«Ищешь нежную булочку для ужина?» - мигал на нее с экрана усатый дварф. «Мечтаешь о страстной ночи с вампиром?» - подмигивал бледный тип в плаще.

- Хм, нет, - мысленно рычала она, - я ищу того, кто выдержит мой удар и ответит тем же.

Она прервала цепочку размышлений, которые грозили вот-вот увести ее в спираль пустоты. До начала шоу еще час, а значит она успеет покачаться в спортзале и даже забежать к гримерам, чтобы они налепили на нее счастливое лицо.

Время, когда Лавина поднимала и опускала тяжести, лупила по грушам, которые частенько приходилось заменять после ее посещения, и изматывала себя кардио упражнениями, было для нее самым счастливым. Она не замечала зевак, конечно же узнавших ее, снимающих на свои кристаллы или просто пялящихся на мощную и прекрасную орчиху. Не замечала, как от ее воинственных криков, которыми сопровождались ее выпады, разбегались особенно впечатлительные посетители зала. Она была счастлива там и тогда. Словно это было единственное, для чего Лавина появилась на свет.

Но такие моменты заканчиваются куда быстрее, чем скучные или неприятные. И глазом моргнуть не успев, пока гримерши замазывали ее шрамы и последние следы усталости густым гримом, величественная и прекрасная ведущая шоу уже выходила на сцену. Мышцы на лице сами собой растянулись в ослепительную, отрепетированную до автоматизма улыбку. Взгляд поймал камеру и заискрился заранее заученной игривостью.

- Привет, Вициния! - рычит она в микрофон и видит, как все вокруг сплавляются в единый довольный собой фон. - Вы ждали этого! Мы ждали этого! Новый выпуск и новый гость!

- Эта зеленая кукла! - скривила губы Саша, глядя на Лавину, заводящую толпу. - Только что из платья не выскакивает и оскалом светит во все стороны!

- Это ее работа - быть милой, - с философским видом улыбнулся Алекс. Бутылка в его руке была уже третьей. Уж очень вкусное пиво попалось.

- Орчиха и милая? Ты вообще видел ее зубы? - вытаращила глаза его жена. - Хотя, чего от тебя ждать? Для тебя каждая юбка - “милашка, ее просто не так поняли”. – Саша, кривляясь, передразнила голос мужа.

- Ты опять об этом? Это было лет пять назад. - щеки мужчины покрылись румянцем, чему, безусловно, способствовал алкоголь.

- А у меня память хорошая! -заявила женщина, плюхаясь на диван так, что тот заскрипел. - И я злая.

- Островская! - раздался гневный и хриплый голос Глекко из кухни. - Ты специально убрала приступочку, чтобы я не мог сухарики достать?

- Вот видишь? - Саша торжественно подняла указательный палец вверх, словно только что получила подтверждение на высшем уровне. - Злая!

- Пх! - фыркнул Алекс и, вместо того чтобы испугаться, чуть не подавился от смеха. Но их обоих отвлек загробный голос магистра Стратра, который собирался объявить сегодняшнего гостя.

- И сейчас мы узнаем, что за персонаж озарит нас своим присутствием сегодня. Внимание на экран, Amati filii mei (дети мои)! - некромант небрежно отбросил за плечо аккуратную белую косу и повернулся к огромному дисплею, висящему в зале.

В кадре появилась чья-то необъятная спина в застиранном белом халате. Зазвучала легкая, навевающая ложную расслабленность, музыка. Голос за кадром раздался, когда оператор начал отъезжать, и стало понятно, что фигура принадлежит не просто крупному, а поистине исполинскому троллю.

- Всегда и всюду я слышал: “Ты идиот!” “Ты дуралей!” “Дырявая твоя башка!”. Это происходило так часто, что я и сам в это поверил. Особенно после того печального случая, когда из-за моих неверных расчетов, в питьевую воду по всей Вицинии попал жуткий яд.

На смену умиротворяющей мелодии пришли отрывистые звуки документальных кадров новостей: крупные планы горько рыдающих над своими родными существ разных видов, ужасающие сцены разрухи и страданий. Все это сопровождалось тревожной, набатной музыкой и выдержками из газетных заголовков того времени.

- К счастью, эльфийские целители смогли вовремя остановить эту катастрофу, и самого худшего не произошло, - продолжил свой мерный, монотонный рассказ закадровый голос. Он звучал печально и тускло. - А я даже не был осужден, потому что суд посчитал меня не способным думать, а значит, и не способным понести наказание. Но прозвище “Тупой убийца” приклеилось ко мне намертво даже среди троллей, которые первыми пострадали от моих рук. А точнее, от моего неправильного мыслительного процесса.

Говорящий повернулся лицом. Это был, в общем-то, обыкновенный тролль, с торчащими ушами и редкими торчащими волосами. Отличали от других его разве что нелепо сидящие на мясистом носу круглые очки и белый лабораторный халат. Камера отъехала еще чуть дальше, и зрителям, затаившим дыхание, стали видны хрупкие на его фоне пробирки, приборы и аппараты, посреди которых стоял тролль.

- С тех пор, я посвятил всю свою жизнь тому, чтобы исправить то, что я натворил, - сказал он. Густые мохнатые брови героя сомкнулись в жесте сосредоточения, огромные губы растянулись в улыбке, открывая желтые клыки. Пробирка, которую он держал в неуклюжих руках, слегка треснула, не выдержав давления огромных пальцев. - Я понимал, что не верну тех, кто погиб из-за моей оплошности, но я хотел помочь тем, кто остался. И я считаю, добился успеха. Открыл лекарства от нескольких болезней. Хоть иногда у них есть неприятные побочные эффекты, но это ведь не главное, да? Помогал всем, до кого мог дотянуться, хоть меня все еще не пускают к настоящим ученым, и перепроверяю свои расчеты по сотне раз. Я планирую, когда трон признает мои достижения, сделать еще больше. - Фраза повисла в воздухе, и следом за ней экран погас, оборвав историю на самой высокой ноте.

- Неоднозначный у нас сегодня гость, - после небольшой, идеально выдержанной паузы, прокашлялся Стратр. - Но история определенно tensionem chordarum animae (заставляет трепетать струны души). Я помню тот трагический день, о котором упомянул наш герой, как сейчас, - некромант сделал театральную паузу и, кинув взгляд на притихшую, неожиданно серьезную соведущую, передал ей бразды правления.

Тишину в студии нарушало лишь напряженное гудение кристаллов в камерах.

Лавина замерла, будто оглушенная историей незнакомого ей тролля. Маска сияющей звездочки сползла с нее, обнажив просто растерянную зеленокожую женщину.

“Чужие травили… Свои травили… - пронеслись в голове обжигающие мысли, бьющие точно в больное. - Свои же и выгнали. Знакомо, не так ли, Лави? Он тоже хочет доказать им… Такой же дурак…”

Она смотрела на этого увальня в очках, топчущегося в кулисах в ожидании выхода. Смотрела на “тупого убийцу” и видела не монстра, не чудовище, а такого же болвана, который слишком старался и облажался так, что весь мир возненавидел.

В ухе орчихи раздался голосок режиссера:

- Ты в порядке? Что там у тебя с лицом? Улыбка, Груумш по тебе плачет! Зубы покажи!

Ведущая резко тряхнула головой, приклеивая улыбку обратно. Она лихо развернулась на каблуках, взметнув юбку, больше похожую на перевязь для меча, чем на предмет гардероба, и радостно рыкнула:

- И перед нами непревзойденный Гримберт! Встречайте тролля, который сделал невозможное! Дважды!

Зал взорвался шквалом осуждающих возгласов и свиста.

На диванчике в квартире, где обычно гремели шутки и ругань, сейчас царила тишина. Кадры, которые показали в представлении героя шоу, вернули каждого из них на три десятка лет назад и заставили заново пережить те события.

- Я еще ребенком была… - тихо, почти про себя, прошептала Саша. - Нам повезло, помнишь, Эльфийский лес был рядом и до нас не дошло. Но все равно тогда весь район эвакуировали.

- Помню, - глухо отозвался Алекс резко протрезвев и расстроенно откинулся на спинку дивана. После секундного сомнения, он взял руку жены и крепко сжал ее в своей.

- А я тогда в лесу был. В Эльфийском. - Глекко закрыл глаза и запрокинул лицо вверх, словно пытаясь дышать, плывя по течению. - Они еще думали, что смогут что-то изменить. Не смогли.

- Ты ведь его вживую видел утром? - внезапно, порывисто женщина отбросила руку мужа. Она склонилась вниз, и полугоблин, открыв глаза, вздрогнул, увидев ее вытянутое, серьезное лицо так близко.

- Видел, - буркнул он и рефлекторно отодвинулся. - Обычный тролль. Тупой… Но, как видишь, гениально тупой. Хтон его возьми.

- Как один человек…- мягко начал Алекс, все еще держа жену за руку в попытке заземлиться, но та его перебила:

- Он не человек, Ал.

- Ну хорошо, как один тролль может принести столько вреда? Да еще случайно, - мужчина покачал головой, не желая мириться с такой несправедливостью мироустройства.

- Все самое прекрасное и самое ужасное открывают случайно, - Глекко тихонько вытащил из руки друга бутылку пива и присосался к ней. Алекс даже не заметил.

А на экране зрители в зале все еще освистывали вышедшего на сцену тролля, и этот ненавидящий гул заполнял гостиную, словно токсичный туман.

Гримберт рассеянно улыбался публике, стараясь подавить нарастающую панику. Он действительно привык к тому, что его обзывают и гонят отовсюду. Но такой густой, ядовитой ненависти он давно не испытывал.

- Не волнуйся, сцена защищена от зрительного зала, и они, даже если захотят, ничего не сделают, - Лавина, не переставая скалиться, проговорила сквозь зубы, склонившись почти к уху тролля. Со стороны это выглядело как бессовестный флирт. Но кого это удивит со стороны орчихи? - Стратр и его нечисть поддерживает защитный купол магией. Через него даже не плюнуть. - Некромант важно кивнул, подтверждая ее слова. По краям сцены действительно стояли зомби с черными свечами и табличками, педантично сообщавшими, кем из членов команды шоу они были раньше.

- История сегодняшнего гостя не оставит никого равнодушным! - велеречиво обратился к зрителям Стратр, словно специально разжигая в них эмоции. - Но primum negotium (сначала дело), драгоценные наши! А именно, ваши любимые вопросы герою. Итак, приступим! - ведущий нетерпеливо щелкнул пальцами с серой кожей и черным маникюром. - Внесите вопросы!

- Присаживайтесь! - скомандовала Лавина, указывая троллю на стул напротив их излюбленных кресел для опросов. Сама же изящно опустилась в одно их них, попутно чуть не сбив с ног прислужника Стратра, принесшего стопку с карточками.

- “Как тебя земля носит?”, “Где твоя совесть?” - бубнил, перемешивая стопку некромант, пока не остановился на одном из вопросов. - Не будем пока нагружать нашего гостя сложными вопросами. Спрашивает зрительница из зала. Судя по подписи, она колдунья вуду. “Бывают ли у троллей фамилия? И какая фамилия у тебя?”

- Гримберт, - пророкотал герой шоу, все еще пытаясь усесться на неудобный стул.

- Фамилия? - с пронзительной нежностью уточнил некромант, поднимая идеальную бровь.

- Да, - громыхнул ответ.

- Гримберт Гримберт, уважаемые зрители! - привстав, громогласно провозгласила Лавина, пытаясь вызвать хоть какую-то реакцию. Послышались сочувственно-насмешливые хлопки.

- Второй вопрос, - нахмурившись, чтобы лучше видеть мелкий почерк, ведущий выхватил следующую карточку. - Вопрос из города людей. Любопытно, обычно они предпочитают не высовываться. “Кто надоумил тебя стать ученым?”

- Мама, - неожиданно мягко осклабился тролль, наконец справившись со стулом. - Она единственная, кто всегда верила в меня. Она знала, что я добьюсь многого. И я единственный умеющий считать и рассчитывать в нашей семье.

- Мама, - с непередаваемой гримасой брезгливости растянул Стратр, и его лицо исказилось, как от укушенного лимона.

- Следующий вопрос, - орчиха стремительно перехватила инициативу вместе с пачкой карточек, пока некромант переваривал неприятные воспоминания. - Спрашивает анонимная эльфийка. “Какое средство вы используете для ухода за бровями?”

- Я… да вроде ничего… - забормотал, окончательно растерявшийся Гримберт. Но ему не дали договорить. Старушка-гномиха с роскошной седой бородой вскочила со своего места в первом ряду и, без труда перекрикивая зал, ведущих и фоновую музыку, завопила зычным голосом:

- Сколько еще жизней ты собираешься погубить своими тупыми расчетами? - ее тут же, под одобрительный свист зала, подхватили под руки двое сотрудников и потащили к выходу, но ее крик еще долго слышался, смешиваясь с общим гулом.

- Я исправился… - тролль начал покрываться разноцветными пятнами. Его глуповатая улыбка просела, как сдувшийся воздушный шарик. Он продолжал мямлить неразборчиво, пока Лавина, ориентируясь на нарастающий гомон, выбирала следующий вопрос, чтобы вернуть шоу в нужное русло.

- О, очень милый вопрос, явно от ребенка, - орчиха улыбнулась еще шире, если это возможно. - “А правда, что у тебя в голове дыры? Как у сыра?” - зачитала она умильным тоном и получила немедленную реакцию тролля - он поперхнулся воздухом и закашлялся. Ведущей пришлось взять ответ на себя, что она немедленно и сделала. - Знаешь, дружок, насколько я вижу, в голове нашего уважаемого гостя лишних дырочек нет. Только нужные.

- И это прекрасно. К чему нам superflua drama (лишняя драма)? - подхватил, оправившись, магистр Стратр, видя, что Гримберт все еще давится кашлем. - У нас же шоу не про убийства, а про успех. Который, как вы помните, так же неизбежен как смерть, но куда приятнее, - некромант растянул тонкие губы оттенка могильной земли в улыбке, которую, похоже, считал очаровательной.. И кажется зал был с ним согласен - раздались оживленные хлопки и поддерживающие крики. - И последний вопрос нашему гостю. От анонимного зрителя. “Если ты такой умный, то почему до сих пор холостяк?”

- Хороший вопрос, - раскатисто рассмеялась Лавина. - Наш сегодняшний герой широко известен, получил неплохие выплаты за свои изобретения, и по меркам своей расы, вполне хорош собой. Так что завидный жених. Не упускайте, девушки!

- Я просто очень сосредоточен на науке, - прошептал совершенно пунцовый Гримберт. - Я очень хочу приносить пользу… и искупить…

- Вот так, Вициния, он хочет быть полезным вам! - заорала орчиха, резко поднялась, обошла гостя и встала у него за спиной, как укротительница дикого зверя. Она даже положила руку ему на плечо, вонзив в халат ярко-красные когти. Мелькнула мысль о том, что Гримберт ей не враг, и она зря так усердствует. Но она отогнала ее. Шоу должно продолжаться.

- Что скажет на это единственный и неповторимый thronus veritatis et iustitiae(трон правды и справедливости), мы все узнаем после короткой рекламной паузы, - прогудел в микрофон Стратр, скидывая карточки с вопросами подоспевшему зомби с карточкой “Оператор, дракон”.

- Они серьёзно сейчас спрашивают у него про дырки в голове и про средство по уходу за бровями? - возмутилась Саша и пнула в пылу Глекко; он, как всегда, сидел на полу. - Этот тролль разрушил столько семей, натворил столько ужасного, а они… ещё и сватают! Это шоу просто за гранью добра и зла.

- Он же исправился. Лекарства придумал, - нервно крутил в пальцах чипсину Алекс; крошки посыпались ему на колени. - Я думаю, хорошее сейчас искупает то плохое тогда.

- Никто не вернёт жизни погибших! - авторитетно заявила его жена и снова пнула полугоблина, на этот раз намеренно. - Эй, сосед, принеси нам ещё поесть. Я скажу, куда я пристроила приступочку.

- Так и знал, что ты её специально убрала! - прошипел Глекко, отбиваясь от ног Саши. - Ты хуже этого тролля, честное слово. Только и думаешь, как причинить вред честному труженику!

- Это ты что ли честный? Вечно в ставках жулишь! Мужа моего, недотёпу, горе-пивного, обдираешь как липку! - захлопала жена.

- Может, он не честный, но трудится на двух работах, - встал на защиту друга Алекс. - Кто, по-твоему, весь двор вычистил? Он, - ткнул пальцем в гордо задравшего нос полугоблина.

- Ставки будем делать? Скоро уже трон выедет, - напомнил Глекко и тут же пригнулся, уворачиваясь от очередного пинка. - Если не ставить, то и смотреть неинтересно. Они все одинаково проигрывают. Вопрос только как.

- Опа! - Саша ухватила его за шкирку. - А вот это уже интересно. Поясни, полуэльфыш!

- Ставки, - мрачно пробормотал маленький дворник. - Иначе смысла нет.

- Я ставлю, что он выиграет, - прошептал Алекс, суя ставку в ладонь Глекко.

- Муж, ты идиот! - взвыла женщина. - Он явно проиграет!

- Ставки приняты! - важно заявил Глекко. - Скоро узнаем.

Трон, как всегда, явился величественно и мгновенно перетянул на себя все внимание. Эльфийки в откровенных нарядах лишь подчеркивали его могущество.

Лавина с острой, едкой завистью посмотрела на них. Уж их-то точно никто не гонял в детстве за «излишнюю» изящность. Никто не кричал им «Принцесса!» с интонацией, от которой хотелось сгореть на месте или утонуть в грязи.

Мерзкие эльфийские девки, всю жизнь получающие все просто за красивые глазки. Орчиха сжала кулаки, и когти цвета крови впились в ее зеленые ладони. Но боль лишь заставила ее улыбнуться естественнее, открывая все свои накладные клыки.

А ведь она сейчас здесь, на сцене. Она - звезда. А они - всего лишь живой декор.

- Вициния, вы ждете этого! Вы хотите этого! - голос Лавины лился сам собой, подогреваемый ядовитым самодовольством. - Прямо здесь и сейчас мы узнаем, сумел ли этот тролль сделать невозможное?!

- Могут ли Nova merita veteres relevare peccata (Новые заслуги искупить старые прегрешения)? - некромант обернулся, театрально оглядывая зал, словно спрашивая у каждого в отдельности. - Только Трон скажет нам! Только он властен без колебаний и сомнений возвестить истину!

- Все вместе! - заревела Лавина, направляя микрофон на публику, как оружие.

- Приди же к трону Пифий! - в едином порыве взревел зал, оглушая Гримберта, сделавшего решительный шаг к центру сцены. Он кусал губы до крови желтыми зубами, тело дрожало от волнения, но глаза его отчаянно сияли надеждой.

- Hoc erit curiosum (Это будет любопытно), - пророчески пробормотал себе под нос Стратр.

- Старик, я с тобой сама уже скоро на латыни заговорю, - сквозь зубы фыркнула его соведущая, жадно наблюдая, как гость шоу усаживается на сиденье, которое вот-вот решит его судьбу.

Тишина опустилась на зал, когда зомби подняли вверх черные свечки с ядовито-зеленым огнем. Ничто не могло помешать процессу. Ничто, кроме слабого, почти детского лепета тролля:

- Я исправился. Правда…

На этом его слова оборвались. Глаза закрылись, а ноздри расширились, втягивая магический дым. Все взгляды прилипли к нему, и напряжение росло, будто наливаясь свинцом.

Прошло еще несколько минут. Зрители и ведущие уже изнемогали от напряжения, некоторые начали отвлекаться, перешептываться и ерзать на сидениях.Время шло, и слегка тронутый ученый почти полностью растворился в мире пифий. На его лице блуждала слабая улыбка, дыхание было громким, но ровным, словно он наконец обрел покой, уверенный в своем оправдании.

Но вот глухое жужжание трона возвестило о решении. Зал вздрогнул и замер, возвращая все внимание на сцену.Лавина поймала себя на том, что слегка дрожит. Каждое мышечное волокно требовало либо действия, либо расслабления. Но ни то, ни другое не было доступно, пока не свершится приговор. Она мысленно прокляла самыми неприличными орочьими ругательствами вселенскую глупость этого тролля. Что там можно так долго изучать? Но так и не позволила себе отпустить с лица застывшую улыбку, прописанную в контракте.Внезапно она почувствовала, как на ее спину легла холодная, как могильный камень, рука Стратра. Похоже, ее нервозность была так очевидна, что соведущий решил помочь.От его ладони по мышцам орчихи потекла ледяная, успокаивающая волна. Ей даже пришлось с усилием напомнить себе, что ее источник - отвратительный полуразложившийся маг. Едва получив дозу успокоения, Лавина резко дернулась, отстраняясь, и стараясь не думать, какую заразу мог запустить в ее организм соведущий под видом помощи.

По толпе пронесся единый вздох, и отдельные ликующие вопли раздались тут и там. Но в основном зрители, похоже, были подавлены и напуганы вынесенным вердиктом. Лавина до боли прикусила внутреннюю сторону щеки. Она уже видела мысленным взором, что теперь будет. Этот огромный тролль зря поверил в справедливость. И сам подписал себе приговор. Рядом глухо кашлянул Стратр. Магия успокоения и поддержание купола потратили немало его сил.- Даже раскаявшийся грешник остается грешником! - металлический голос прокатился по студии. Тролль, снова обретя плоть, слушал его с приоткрытым ртом и безумно мечущимися глазами. - Глупость, приведшая тебя сюда, не искупает то, что ты совершил раньше!

- Ты не простил себя. И я не прощаю, - гремел трон, и с каждым словом его голос звучал все беспощаднее. - Ты лишаешься своего гения. И все хорошее, что ты пытался сделать, будет забыто. Ты навсегда останешься в глазах всех рас и сословий гнусным, тупым убийцей!

- Нет! - захлебнулся Гримберт. Его голос сорвался, и он бесформенно обмяк. Приговор привели в действие.

- Унесите его, - сдавленно скомандовал некромант работникам шоу. Затем, сделав над собой усилие, он обратился к зрителям уже громче и почти бодро:

- Что ж, Вициния, мы знали, что зло будет наказано!

- Справедливость всегда торжествует! - немного истерично взвизгнула орчиха, принимая вызывающую позу. Пока камеры еще работали, а бесчувственного тролля уносили, она должна была перехватить инициативу. - И все мы знаем, что сидящие на троне получают то, что заслуживают! - она плавно переместилась к краю сцены и соблазнительно выгнула спину, не забывая скалиться и играть мышцами. - Что заслужит наш следующий гость? Наказание? Любовь? Признание? Или, может быть, меня? - Лавина громко рассмеялась, и зал отозвался, выходя из ступора. - Это мы узнаем совсем скоро, через неделю!

- И помните! - вклинился Стратр, удостоверившись, что тело благополучно вынесено. - Успех неизбежен, как смерть…

- Но приятнее! - дружно подхватил зал, и магистр бросил в камеру искусственную, хитрющую улыбку. Зазвучали первые аккорды финального гимна, но их почти сразу же поглотила нахальная реклама.

На диване перед телевизором повисла тишина. Спустя пару минут Саша резко подскочила, сбросив с колен подушку, которую непроизвольно сжимала в ожидании решения трона.

- Да ну ко всем чертям! - выдохнула она с настоящей яростью и пошла на кухню, принявшись усиленно шуршать и грохотать там. Мужчины, оставшись вдвоем, переглянулись.

- Я выиграл, - нехотя протянул Глекко.

- Да, все честно, - покорно кивнул Алекс. - Но Саша, по сути, тоже выиграла. Так что половину все-таки возвращай…

- Хах, - коротко и сухо рассмеялся полугоблин, доставая и протягивая выигрыш женщины.

- Что с ним будет теперь? - почти беззвучно спросил мужчина. - Неужели действительно отберут все… его ум? И оставят только… растерянного, обезумевшего от ужаса тролля, которого все ненавидят?

- В смысле “что будет”? Они уже все сделали - не видел, что ли? - раздраженно нахмурился Глекко. - Вынули все знания, как косточку из вишни. Теперь передадут какому-нибудь подконтрольному ученому, чтобы снимать с его гения сливки.

- Бедный малый… - безнадежно пробормотал Алекс. Он бессознательно погладил себя по седеющим волосам, ища хоть какое-то утешение. - Нам всегда говорили, что глупость - не порок…

- Глупость - самый страшный порок! - врезалась в разговор Саша, возвращаясь в комнату с бутылкой воды. - И мы прямо сейчас крайне глупые соучастники, пока смотрим это шоу! Да это и шоу-то назвать нельзя! Разве сами не видите? Это замаскированная под развлечение казнь! Что этот, что предыдущий выпуск!

- Да там и маскировки особой нет. Раньше было не так, - внезапно тихо, покачал головой полугоблин, и его острые уши грустно качнулись. - Я еще помню, что когда-то там действительно помогали… и давали не только наказания.

- Я знаю, Глек! - вспыхнула женщина. - Я достаточно стара, чтобы это помнить! Именно поэтому совершенно не понимаю, зачем мы это смотрим?

- Никки его любил… когда был маленьким, помнишь? - еле слышно напомнил Алекс, и глаза его внезапно подозрительно блеснули от влаги.

- Помню, - смягчившись, Саша тяжело опустилась рядом с мужем и неуклюже, но крепко обняла его за плечи. - Но это не значит, что мы должны потреблять этот фарс.

- А я там вообще-то работаю! - сварливо напомнил полуэльф.

- Тебя никто силой не заставляет! - парировала в том же тоне женщина.

- Что ты понимаешь? Там почти никто не хочет работать, несмотря на все деньги и славу! Ты видела, сколько там ходячих мертвецов? - Глекко сорвался на крик, но тут же осекся, резко встав и буквально выбежал за дверь, не попрощавшись.

Супруги молча смотрели ему вслед, медленно переваривая оброненную как амбарный замок информацию. А на экране в это время наигрывала задорная песенка, зазывающая купить новые кристаллы СКС.

Глава 3

На экране - просторный зал, залитый радостными солнечными лучами. Светлые, слегка отливающие позолотой стены, тонкая пыль, выглядящая как парящая драгоценность, плавает в воздухе, создавая эффект боке. В центре, у балетного станка, нежная, хрупкая эльфийка с идеально вытянутыми, сильными ногами, в невесомой розовой пачке выполняет сложный, но идеальный арабеск. Она замирает в нем, словно время остановилось только для нее одной.

За кадром звучит ее напевный голос. Переводчик немного отстает, и зрители слышат витиеватый эльфийский язык в ее исполнении:

- Эльфы любят танцевать. Но наши танцы - это радость жизни. Это обряды, связанные с лесом. Это магия, которую нельзя приручить, ею можно только жить. Как все мы и делаем. Но однажды, я увидела, как танцует балет человеческая девушка. Это было непередаваемо. Она подчинила себе танец, и он говорил за нее. Я слышала слова, что говорили ее движения у себя в голове. И именно тогда, хоть я была уже не так молода, я поняла, что просто обязана научиться этому способу беседовать с миром.

Сцена изменилась. Довольно жесткого вида женщина с палкой- указкой выставляет эльфийке руки и ноги в правильную позицию. Тело ее послушно, но так и норовит перейти в мягкий, текучий танец эльфов. Лицо девушки сосредоточено, серьезно. В какой-то момент она даже сердита. То ли на себя, то ли на требовательного балетмейстера.

- Я сбежала от деревьев и сородичей к лакированным палкам и тем, кто считал меня неспособной к балету. Но каждое падение учило меня вставать. Каждое движение - дышать. И однажды… Я услышала не насмешки и ругань, а овации.

Следующий кадр - огромная театральная сцена. Сотни глаз прикованы к тонкой фигурке. Под тревожную музыку она делает несколько четких красивых прыжков и кружится, пока у зрителей не начинает рябить в глазах. Мелодия сменяется на торжественную и одним фантастическим прыжком эльфийка перемещается под открытое небо, где продолжает танец под светом звезд и светлячков, кружащихся вокруг нее, как волшебные фонарики.

Вот она кланяется и у ее ног уже море цветов, а вокруг не смолкающие аплодисменты. И балерина улыбается в кадр чарующей улыбкой, на которой и заканчивается видео.

А в зале начинается буря аплодисментов. Потому что та же милая и изящная эльфийка появляется на сцене шоу.

- Дриэль Лаурэнтиэль, дамы и господа! - Завопила Лавина. Она оставалась на почтительном расстоянии, не желая соседства с этим воплощением изящества. Зато дистанцию быстро сократил Стратр. Он поклонился и хищно захватив руку эльфийки пальцами с черным маникюром, поднес ее к своим холодным губам.

- Звезда Вицинии, flamma saltans (танцующее пламя), - произнес он громко, чтобы слышали зрители, но при этом смотрел только в глаза Дриэль. Та нисколько не смутилась, привыкнув к такому вниманию. Она мягко улыбнулась и изящно высвободила руку у некроманта.

- Рада видеть всех вас сегодня здесь! - сказала она в микрофон, ловко перехваченный у ведущего. - Хоть меня и называют эльфийским чудом, покорившим балет, я не считаю себя вправе так говорить. Разве что, после того, как трон Пифий примет меня и скажет, что я молодец, - гостья рассмеялась, зал наполнил звук ее серебристого смеха, и зрители растаяли. Отовсюду послышались вздохи восхищения и поклонения.

- Блиц-опрос для нашей гостьи! - Лавина вяло попыталась переключить внимание на себя, но безуспешно. Тогда Дриэль сама направилась к приготовленным стульям и вспорхнула на приготовленный для нее. Ведущие последовали за ней, как послушные псы и какое-то время просто сидели и смотрели на нее. Пока зомби Стратра, с табличкой “осветитель, центральная лампа”, равнодушный к красоте живых существ, не потянул хозяина за рукав одеяния.

- Что тебе? - резко спросил некромант. И раб ткнул ему в руку пачку вопросов. - Ах, это. Totum caput perdidi (совсем голову потерял), - пробормотал маг - Приступим к вопросам.

- Я начну. - перебила его орчиха. - Это правда, что вам триста лет?

- Вообще-то триста четырнадцать, - обезоруживающе улыбнулась эльфийка. - Знаю, я немного старовата для балета. Но это преимущество быть эльфом - у тебя есть много времени на все, чего ты действительно хочешь.

- Кстати об этом, - вклинился Стратр. На лице его блуждала непривычная, почти влюбленная улыбка. - Вопрос от Эллиона из Серебряных Рощ. “Встречаетесь ли вы сейчас с кем-нибудь?”

- Эллион, - сказала с холодной, отточенной вежливостью Дриэль, глядя прямо в камеру. - Я ведь уже сто раз сказала, что сейчас у меня нет времени на это - я повенчана с балетом. И я умею быть верной. В отличие от некоторых нарциссов.

- Ого, подруга, дай пять! - оскалилась ведущая, пожимая своей большой зеленой рукой маленькую ладошку гостьи. - Так их, пусть не расслабляются! И сразу вопрос от анонима из человеческой общины. “Жульничают ли эльфы во время танцев? Вы же вроде как парите над землей”. Мне, кстати тоже интересен этот вопрос.

- Позвольте я покажу? Но для этого мне нужна полная тишина. Сможете? - обратилась к залу гостья шоу. Зрители замерли и замолкли, как по команде. А она, легко встала со стула и, пробежав несколько легких шагов, сделала великолепный, сложный прыжок с несколькими поворотами. А потом приземлилась с таким глухим, тяжелым звуком, словно по сцене молотком стукнули. Вернувшись на стул, эльфийка как ни в чем не бывало, улыбнулась. - Я ответила на вопрос?

- Пожалуй, да, - закивала орчиха, пока трибуны взорвались дикими аплодисментами, криками и свистом. Пришлось подождать некоторое время, но шум так и не утихал. И тогда Стратр подал знак своим зомби, и те споро подняли свои свечи, заглушая звуки тяжелым магическим гулом.

- Здесь у меня вопрос от гнома. Я даже чувствую запах пива от бумаги, - усмехнулся ведущий, прежде, чем зачитать. - “Мы слышали, что ваши туфельки стоят дороже, чем дом среднего гнома. Что вы скажете тем, кто считает вас просто избалованной фифой?”

- Это, - Дриэль высоко подняла ногу, изящно демонстрируя в камеру, - называется пуанты, а не туфельки. И да, они стоят не дешево. Не только мои, любые. И каждая балерина, будь то эльф или человек… и возможно даже гном, хотя я ни разу не слышала о гномах-экспертах по балету… В общем, любая или любой, кто профессионально танцует балет, изнашивает по паре за выступление. Вот почему мы так много тратим на них.

- По паре за выступление? - Лавина посмотрела на свои дорогие кричащие босоножки на огромных каблуках. - Груумш тебя проткни! Дорогое удовольствие разговаривать танцем. Последний вопрос. Снова из Серебряных Рощ, но не волнуйся, это явно какой-то малыш. “А ты еще танцуешь наши лесные танцы, или совсем забыла про них? “ - ведущая посмотрела на гостью и состроила умильную мордочку, насколько смогла. - О, это так мило.

- Я… - эльфийка вздохнула и, собравшись с мыслями, продолжила - На самом деле, я еще танцую для леса. Просто делаю это куда реже и гораздо более вдумчиво. Я говорю деревьям то, что хочу. И мне кажется, так они даже лучше меня слышат.

- Уверен, вас услышит и поймет каждый, кто хоть раз видел ваше искусство, pulchra virgo (прекрасная дева), - заискивающим, слащавым тоном начал Стратр. - А теперь, кульминация шоу. Встречайте, трон Пифий!

Так быстро на выдвинувшуюся реликвию не запрыгивал еще никто на памяти Лавины. Едва развеялись спецэффекты, как парой великолепных изящных прыжков Дриэль переместилась через сцену и не дожидаясь, пока представительницы ее расы отойдут, величественно села.

Трон тут же принялся за работу, воскуряя магию прямо в нос прекрасной гостьи. Та, как положено, закрыла глаза, но не успела даже как следует раствориться, а трон уже загудел, символизируя, что он готов вынести решение.

- Эта сияющая душа, - начал он, и его голос, казалось, был мягче, чем обычно, хоть это и было невозможно. - Посвятила себя красоте и искусству. И они ответили ей взаимностью. Она добилась успеха!

Зал аплодировал так, что некоторые отбили себе ладони. Дриэль, вернувшись в чувства, гордо улыбнулась, расправляя плечи. Но трон еще не закончил.

- Я признаю твой успех и дарую тебе честь танцевать всегда. Два выступления для Синдиката Кристальных Сетей в неделю. А в остальное время для людей, леса и для кого захочешь. Твой успех отныне принадлежит не только тебе.

Зрители продолжали шуметь. Кто-то радостно кричал, кто-то свистел, а кто-то замер, не совсем понимая, действительно ли это дар? Не дожидаясь, пока зал утихнет, орчиха поднялась и начала усиленно хлопать крупными ладонями. Сегодня она была в платье изумрудного цвета, так что издалека можно было бы решить, что она вовсе без одежды.

- Трон Пифий даровал нам талант Дриэль! Она будет делится им с вами, с нами, со всем миром!

- Eterna saltatrix (вечная танцовщица), - с тонкой, не лишенной приятности ухмылкой, подхватил Стратр. - Контракт подписан. Et vivat contractu s (и да здравствует контракт). Твои чудесные ножки теперь часть Вицинии.

Публика продолжала оглушающе приветствовать победительницу шоу, почти бездумно выражая восторг.

Дриэль стояла в центре сцены и улыбалась. На долю секунды ее улыбка дрогнула. Она поймала взгляд Стратра, и в его белесых глазах прочитала не восхищение, а холодное удовлетворение удачной сделки. Она поняла, что несмотря на победу, оказалась на крючке трона и СКС. И все же - профессиональная танцовщица в ней взяла верх. Поклон, блеск глаз и улыбка. Зал снова растаял в аплодисментах.

- И помните, успех, как…

Коронную фразу Стратра прервала Саша, резко щелкнув кнопкой и погрузив комнату в гнетущую тишину.

- Что это за розовые сопли? - в ярости возмутилась женщина, хмуро уставившись на темный экран.

- Тебе не угодишь, Островская! - ехидно фыркнул полугоблин, протягивая руку за своим выигрышем. На его слишком красивом лице светилась победная улыбка. – Ты, как всегда, поставила на проигрыш и проиграла сама.

- Точно, Шуш, - робко поддержал Алекс, обратившись к жене домашним именем. - Когда там все плохо, ты кричишь и все проклинаешь. Когда там все хорошо - вообще выключила эфир.

- Где там у них все хорошо? - язвительно закатила глаза Саша. В последнее время это стало ее любимых жестом. - Эта плясунья хоть всех и построила, но ее все равно загнали в кабалу! Сами видели, как она струхнула под конец. Думала - эльфийка и ей все можно. А на деле оказалось, что недостаточно иметь хорошенькое личико и тонну уверенности!

- У нее прекрасное лицо, - с легкой укоризной пробормотал мужчина. Не желая ссориться с женой, но и не готовый отступить. - И она очень талантливо танцует. Ты сама это признала. Я видел, как у тебя ноги подергивались, когда она делала… в общем эти сложные штуки.

- Да, она собирает огромные залы на свои выступления, - равнодушно подтвердил Глекко, пересчитывая деньги. Закончив, он спрятал их в карман комбинезона. - Точнее собирала. Полагаю, боссы “Трона Пифий” выпьют до дна даже ее бесконечную эльфийскую силу.

- Я и говорю, там ничего хорошего! Лучше бы я это время потратила… не знаю… пирог бы испекла! - живот Алекса отреагировал громким предательским урчанием.

- Так ты еще можешь испечь, - заискивающе, с надеждой, начал он. - После чипсов и сухариков всегда сладенького хочется.

- Не. Это время ушло безвозвратно, и я потратила его на просмотр постановочного кошмара с предсказуемо отвратительным концом, - сморщила и задрала нос хозяйка дома.

- Ты слишком редко готовишь, женщина, - нравоучительно начал полугоблин, и тут же получил пинок по ребрам. Но, не сдаваясь, продолжил: - Так недолго всех мужиков растерять.

- Всех это тебя что ли, красавчик? - ядовито фыркнула Саша и приготовилась к новой атаке на бок соседа.

- Шуш, ну может, все же испечешь? - подергал ее за рукав муж, сделав губы уточкой.

- Отстань! - рассерженно подскочила жена. - Вы меня только что на бабки раздели, а я теперь еще и готовить вам буду?

Она метнулась на кухню, в голове у нее полыхало желание отомстить, хотя она не до конца понимала кому, то ли мужчинам, оставшимся в комнате с выключенным телевизором, то ли шоу, вызвавшему в ней яростный протест, то ли самой себе. Она начала открывать шкафы, висящие на стене, и вываливать из них все подряд.

- Вот вам ваши пирожки, и домашняя еда! Вот вам теплая атмосфера и послушная служанка! Вот вам! - вокруг уже царил хаос. В воздухе радостно парила и оседала на все вокруг мука. Но вдруг разрушительное торнадо Александра остановилось, наткнувшись на маленькую детскую чашечку с нарисованным на ней зайчиком с букетом ромашек. Она смущенно провела по изображению пальцами, вызывая воспоминания, которые припрятала и не особо жаждала извлекать.

День, когда они въехали в эту квартиру, был солнечный и тягучий, как мед, который пытаются достать ложкой из банки.

Никки носился с половником, который ему доверили нести, как самый важный и царственный жезл. Он пугал птиц и восторженно кричал, вызывая эхо в закрытом, пустынном в это время дворе. Казалось, птицы слушаются его неразборчивых приказов.

Вещей у них было не так много, хватило одного небольшого грузовичка. И разгружали они его сами. Саша, молодая и гибкая, успевала помогать мужу и одновременно следить, чтобы сын никуда не делся. Ее лицо блестело от тонкого слоя испарины, но ее это не волновало. Алекс, улыбался так, что щеки чуть не лопались от этого, и время от времени стирал пот со лба. Его футболка промокла и на нарисованном зеленом медведе появились темные пятна. Это смешило его жену, и они обменивались шутками о причине возникновения черных дыр.

За всем этим наблюдала невысокая фигурка с острыми ушами. По одежде новоселы сразу определили, что это дворник. Помогла и куча листьев, которую он сгреб и стоял рядом, грызя один из листьев вместо сигареты.

Когда осталось выгрузить только старый громоздкий диван, Алекс все же решился обратиться за помощью к наблюдателю.

Алекс и Глекко неловко смотрели друг на друга, пока слышали треск, звон и грохот на кухне. Но когда все стихло и послышались подозрительные всхлипывания, мужчины ринулись на кухню.

Саша стояла, окутанная облаком запоздавшей муки, над своей фарфоровой находкой и роняла на нее слезы.

Заглянув через плечо жены, Алекс тихо охнул, пробормотав “Сашенька” и обнял ее за плечи, не обращая внимания, что испачкал любимую футболку.

Полуэльф только вздохнул. Тут бы не помогло даже если бы он вернул Сашин проигрыш. Поэтому он взял тряпку и начал тихо и почти торжественно убираться.

- Дядь Глекко, так жарко, дай попить? - Никки подбежал к окну квартиры дворника. Хотя квартирой ее сложно было назвать - скорее кладовка с окном. Но полугоблину этого вполне хватало.

- Держи, парень, - невольно улыбнулся Глекко, передавая через подоконник чашечку с нарисованным зайцем. Прошла пара дней, как шумная семейка въехала в квартиру над ним. Родители сейчас двигали мебель, распаковывали и раскладывали вещи, а мальчонку выгнали погулять, чтобы не мешался под ногами. И он так усиленно выполнял свое задание, что аж вспотел. День для конца сентября был необычайно теплым.

- Ух ты какой! - звонко рассмеялся Никки, беря чашечку и любуясь ею, прежде чем начать пить.

- Нравится? Забирай себе, - полуэльф сам не ожидал от себя такого жеста. Он не привык разбазаривать свое имущество. Но в этом ребенке было что-то, вытягивающее наружу родительские инстинкты.

- Правда? - брови мальчика восторженно полезли наверх. - Всегда буду пить из нее!

Пока Саша сидела на подоконнике - единственном не пострадавшем от ее недавнего приступа злости - мужчины ползали и убирали последствия. Алекс довольно неуклюже и тяжеловесно собирал кухонную утварь, Глекко же шустро и привычно собирал рассыпанное. За ним оставался след чистоты, как за пылесосом.

Женщина сжимала в руках найденную чашечку и смотрела на все это пустым взглядом.

- Давай я ужин приготовлю, - внезапно предложил полугоблин. Обычно за ним не водилось такой жертвенности. Но он чувствовал, что это особый случай.

- Угу, - закивал Алекс. И развел руками с половником и кастрюлей. - Мой максимум - яичница.

- Сгоревшая, - пробормотала под нос Саша.

- Папа там поесть приготовил, - позвала Саша сына, стараясь звучать мягче. - Пойдем, слопаем и погуляем?

- Да, я вижу, что он что-то приготовил, - брезгливо сморщил нос подросший Никки. Он старательно собирал кристаллики, которые ему принес с работы Глекко. - Я не голодный. И гулять не хочу. Сейчас Трон Пифий начнется.

- Ты опять зациклился на этом шоу, - женщина раздраженно уперла руки в боки. - Лучше бы футбол с папой смотрел!

- Футбол с ним ты смотришь! - хитро ухмыльнулся подросток. И горделиво показал фигурку, сложенную из кристаллов. - А я энергию собираю. Заряжаюсь на успех.

- Кто это у нас тут не голодный? - весело высунулся с кухни Алекс, вытирая руки об фартук. - Между прочим, получилось очень вкусно. С дымком! Все, как ты любишь!

- Пап, я давно уже не играю в дракона, чтобы есть твои угольки, - профессионально закатил глаза Никки.

- А во что же ты тогда играешь, молодой человек, позвольте полюбопытствовать? - слегка подражая голосу жены, мужчина закинул снятый фартук на плечо и изобразил букву “ф”.

- Вы все равно не поймете, - уклончиво буркнул парень и включил телевизор, удачно попав на начало заставки. -/: “Воссядь или пади!” - взвыл невидимый певец.

Саша, вздохнув, но не сдаваясь, аккуратно присела на подлокотник дивана рядом с сыном, всем видом показывая, что хочет хотя бы на минуту его понять

- Сейчас дядь Глекко придет, - хмуро предупредил Никки, не отрывая взгляда от экрана. - Это его место.

- Вот еще! Полугоблины будут указывать мне, где сидеть в моем доме! - возмущенно фыркнула женщина. Но муж успокаивающе положил руку ей на плечо.

- Сядь вот здесь - там подушку можно под спину подложить, - миролюбиво предложил он.

- Точно. А Глекко и на полу может посидеть, - мстительно улыбнулась Саша, усаживаясь глубже в диван.

- Мне не хватает его, - тихо признала Саша, бессмысленно ковыряясь вилкой в тарелке. Глекко приготовил великолепное рагу, но у женщины не было аппетита. Это безразличие к еде вызвало у нее новые воспоминания. - Он говорил, что не голодный, когда ты готовил. - С грустной усмешкой ткнула пальцем в сторону мужа. - Помнишь, когда маленький был, посмотрел выпуск, где был дракон и потом мы ему скармливали твою стряпню говоря, что ее приготовил для него тот самый шеф-повар?

- Помню. Я ему завидовал, - кивнул Алекс, его взгляд устремился в сторону, уплывая в воспоминания.

- Никки? - с недоумением уточнила его жена.

- Да нет, тому дракону, - невесело хохотнул мужчина. - Всегда мечтал готовить на уровне шеф-повар.

- Ему нравилось, что ты для него готовишь, - совсем упавшим голосом вздохнула Саша, выглядевшая потерянной и чужой в этой знакомой кухне.

- А… Может я сбегаю за пивом? Всем? - словно на цыпочках, предложил Глекко, ощущая себя лишним на кухне, внезапно ставшей островом нахлынувших воспоминаний.

- А тебе что, уже продают? - словно поймав спасательный круг, подколола его женщина, с трудом растягивая губы в ухмылке.

- Ха-ха! - полуэльф выдавил искусственный смех, но в душе был даже доволен возможностью вернуться к привычным перепалкам. — Мне даже кое-что покрепче продают. Не смотри на это щуплое тельце. Смотри на это прекрасное взрослое лицо. Хотя и тело меня еще не подводило.

- Ой, только не опять твой бред про то, что ты встречался с кем-то на своем шоу, - Саша помахала рукой, словно ложь могла летать в воздухе.

- Ну зачем ты так? - Алекс посмотрел на друга с почти отеческим умилением. - Он у нас красавчик. Уверен, все, что он рассказывает - чистая правда.

- Все, я пошел, пока вы не начали обсуждать мои неотразимые глаза и остальные части тела, - проворчал Глекко и спрыгнул со стула. - Светлое или темное?

- Светлое!

- Темное! - прогремело дуэтом, и супруги с удивлением поглядели друг на друга.

Стратр медленно массировал виски, сидя в своей запыленной гримерке. Кольца, браслеты, все амулеты, кажущиеся обывателям дешевой простой бижутерией, лежали на столе перед ним. На деле, только благодаря им зомби не сходили с ума и не разбредались по студии в поисках свежего мяса.

Сейчас, когда они все заперты в своей кладовке, официально числящейся как склад бумаги, можно было расслабиться. Все же управление такой оравой одновременно, заставляет его каждый раз чувствовать себя как высохший столетний труп. В сущности, его тело служило ему куда дольше. Но от этого сравнение звучало почти лестно и забавно.

- Trahe te per capillos, superficies iam iuxta (Тяни себя за волосы, поверхность уже рядом), - пробормотал он хрипло, продолжая давить на виски. Это были последние слова одного из его учителей. И Стратр настолько уважал его, что даже не поднял его тело в качестве зомби, дабы сделать своим слугой. Хотя со всеми остальными так и поступил. Ведь что может быть лучше, чем безнаказанно пинать того, кто столько раз отвешивал тебе подзатыльники за малейшую ошибку в произнесении слов?

Теперь с высоты своего опыта, Стратр понимал, что надо было наказывать его чаще. Потому что даже мелкий недочет в использовании силы может привести к катастрофе. Эх, сколько зомби ему пришлось уничтожить, прежде, чем она научился не только поднимать их, но и подчинять и сдерживать, и направлять. А если бы слушал внимательнее… Возможно не сидел бы сейчас в душной гримерке, пытаясь привести себя в порядок.

Впрочем, жаловаться на его положение, конечно, глупо. Большинство его коллег гниют по своим бункерам или замкам, если они умудрились достаточно разбогатеть, и нос не кажут в прогрессивный мир. Что это за судьба - жить как покойник среди настоящих покойников?

- Хозяин, - тихо приблизился Томас, единственный живой слуга Стратра. Но судя по его дряхлому виду, недолго старичку оставаться таковым. - Ваш транспорт прибыл.

- Да, - некромант махнул рукой, отпуская слугу. - Пусть подождет. Приду. Когда приду.

Томас исчез так же бесшумно, как появился. И ведущий шоу задался вопросом, не таскает ли тот заряженные амулеты, чтобы не разваливаться по дороге?

Но это могло подождать. А вот возвращение домой - уже нет.

Смахнув все свои драгоценные атрибуты в дипломат из кожи давнего недруга, Стратр собрался с силами, встал и вышел на улицу, по пути отведя глаза нескольким работникам шоу. Никому не следует знать, когда и как он покидает здание.

Рядом с шикарной блестящей машиной некроманта, стоял старый полуразрушенный катафалк. Некромант растянул серые губы в недоброй, широкой ухмылке. Ох уж эти фанатики. Так и норовят показать, что они где-то рядом.

Сфотографировав сие безобразие на свой кристалл, ведущий отправил изображение начальнику охраны студии, пусть разбираются.

Он элегантно устроился на заднем сидении автомобиля и скомандовал водителю ехать. Едва началось движение, он закрыл глаза. Великого некроманта, победителя смерти, по-детски укачивало в дороге. И только полное отключение сознания спасало его от этого унижения. Это бесило, но зато давало возможность подготовиться к тому, что ждало его дома.

А ждала его она.

Женщина. Единственная, к которой он испытывал что-то похожее на любовь.

Точнее то, что от нее осталось.

- Ты снова задержался! - началось прямо с порога. Двое зомби, удерживающие ее раму, невозмутимо пялились прямо перед собой. - Я видела ваше гнилое шоу. Ты опять влюбился в эльфийку? Сколько их уже было?

- Прости, дорогая, - вымученно улыбнулся Стратр, глядя на свою возлюбленную.

Когда-то много лет назад, когда она была еще обычной живой девушкой, он настолько любил ее, что не смог смириться с ее смертью от банальной чумы. Она стала причиной, по которой он подался в некромантию, забросив мечты стать художником. Тогда, он, конечно же не мог поднять ее, чтобы оставить рядом с собой. Но движимый непонятным ему самому отчаянным импульсом, пробрался на кладбище и совершил немыслимое. Выкопав ее гроб, он срезал волосы и несколько клочков кожи. Это было бы довольно серьезным преступлением, хранить части человека, погибшего от болезни.

- Надо было сжечь ее, чтобы удержать меня, - ухмылялся молодой Стратр, унося с собой в промасленной тряпочке трофеи.

И лишь много лет спустя, когда он уже обладал достаточной силой и опытом, он совместил две свои страсти. Некромант написал портрет своей любимой, какой он ее помнил, здоровой, сияющей и счастливой и использовал волосы и кожу, как инкрустацию. Немного позднее, любуясь своим шедевром, уже знатно посеревший мужчина принял решение оживить ее. Это было странно, страшно и инновационно. Насколько он знал, никто не делал такого ранее. Но Стратр был уверен в своих силах и думал, что любовь, пронесенная сквозь столько десятков лет, поможет ему. А теперь его единственное счастье гневно смотрела на него с холста и продолжала бубнить.

- У тебя слишком много зомби! Весь дом пропах смертью! И ты давно не реставрировал мое платье. Посмотри, оно снова потрескалось. Ну еще бы, ты используешь старые краски, чтобы не терялась аутентичность! - передразнила некроманта женщина. - А мне ходи в потрескавшемся платье! И когда мы уже выйдем погулять? Ты мне обещал, и каждый раз находятся отговорки! Мне просто погулять. Хоть на кладбище! Мне даже в ресторан не надо, я не ем! Ну, чего молчишь, сударь некромант?

Стратр прошел в гостиную и молча сел в кресло у камина. Он разжег поленья движением руки, сжал виски пальцами. До следующего шоу еще целая неделя.

И семь долгих вечеров вот этого.

Глава 4

4.

Приходи сюда скорей,

Приводи с собой друзей!

Твоя песня станет звонче,

Если сядешь ты на Трончик!

Тут подарки ты получишь,

Твоя жизнь в миг станет лучше!

Твой успех уже в пути,

Не стесняйся, заходи!

Никки, радостно подпрыгивая, приплясывал перед экраном, зная наизусть и выкрикивая каждое слово веселой песенки. Его зубы уже начали меняться, и сквозь дырочки, где раньше были молочные малыши, звук вылетал со забавным свистом. Это смешило и радовало мальчика еще больше. Он даже специально с силой направлял воздух туда, где он прозвучит самым веселым свистом.

На экране веселые дети бегали вокруг ярких раскрашенных птицами, зверями и цветами стульев. Они смеялись и игриво ловили друг друга, стараясь усесться на самое красивое место.

В центр вышла неземной красоты эльфийка в платье принцессы, и дети хором закричали: “Мириэль!” Она ослепительно улыбнулась и закружилась с ними в этом странном, но залипательном танце со стульями. То ли эльфийская магия помогла, то ли дети просто устали, но вскоре, все они сидели по местам, и ведущая стояла в центре и грациозно размахивала волшебной палочкой.

- Ник, ну что ты такое смотришь? - Саша появилась за спиной сына и с любовью растрепала его волосы. Ее заспанное лицо скривилось, когда она увидела, что за утреннее шоу включил ее ребенок.

- Они веселые и у них все получается, - мальчик философски пожал плечами и сел, подражая детям на экране. Эльфийка как раз начала прикасаться к груди каждого своей палочкой, и некоторые ребята начинали светиться. Именно они проходили в следующий тур игры. - Смотри, вот эта девочка - поет как птичка. А вот тот мальчик умеет кувыркаться в воздухе.

- А этот, - женщина пренебрежительно ткнула пальцем в ребенка-орка. - Не похоже, что он в чем-то хорош.

- Внутри каждого есть его искра успеха! - как мантру, заученно заявил Никки. - Так Мириэль говорит. И это девочка, а не мальчик.

- Лучше бы ты чемпионат по шахматам между пегасами и кентаврами посмотрел. И то полезнее было бы, - брезгливо фыркнула женщина, но не стала переключать шоу, видя, как сын смотрит его с затаенным дыханием.

- Смотри, эта маленькая орчиха подняла скамейку с тремя другими детьми! - восторженно тыкая в экран пальцем, воскликнул мальчик.

- Вот это будет по-настоящему сильная женщина, а? - подмигнув сыну, ухмыльнулся Алекс, обнявший жену со спины. Он нежно прикоснулся губами в ухо жены. - Оставь ребенка в покое. Это миленькое маленькое шоу еще будет идти минут пятнадцать. Улавливаешь, о чем я?

- Мятный, - игриво хихикнула женщина, обращаясь к мужу по фамилии, словно они снова были в старших классах. - Ты бы хоть постеснялся.

- Островская, мне совершенно нечего стеснятся, - Алекс нарочито театрально повлек жену в спальню. Но прежде, чем скрыться за дверью, присвистнул, привлекая внимание сына и ловко бросил прямо в его ладони леденец на палочке. - Расскажешь потом, кто выиграл.

- Ага! - не отрываясь от экрана, мальчик развернул подношение и засунул его за щеку, так что одна лишь палочка торчала. А на экране остались только двое ребятишек. Мальчик спортсмен и юная орчиха. Но совсем скоро ведущая объявила зеленокожую победительницу. Побежденный мальчик убежал, рыдая, а ведущая сладкоголосо позвала:

- Уркаша Гракша, ты сегодня победила всех в нашей веселой игре и честь посидеть на трончике - твоя! - утонченная красавица подала руку девочке и слегка скривилась, когда ее ладонь сжали когтистые пальцы. Но победительница смотрела на нее с такой искренней улыбкой, и Мириэль, преодолев болезненные ощущения, повела ее к детскому трону.

Тот, конечно не был копией своего взрослого прототипа, но блеска и важности ему было не занимать. У Никки всегда было ощущение, что украсить этот трончик поручили дракону, а у того была аллергия и он просто вдохнул все цветное и сверкающее, что было вокруг, а потом чихнул на стульчик.

Но Уркашу это совершенно не смутило. Она с размаху уселась на место победителя и оскалилась еще шире, показывая огромные даже для орочьего дитятки клыки. Стул внезапно замигал разными цветами. Травить детей магическим дымом, как во взрослом Троне, было бы немыслимым преступлением.

А потом вверх выстрелило фонтаном конфетти, и искусственный веселый голос радостно возвестил:

- Твой талант всем очевиден и прекрасен, юная душа! Ты выступишь с представлением на следующем шоу “Трончик Пифий”! Приводи всех-всех-всех! А еще - вот этот приз - тебе!

Еще одна, чуть менее утонченная эльфийка в платье принцессы вынесла огромный пакет сладостей и с деланным восторгом вручила его зеленокожей победительнице.

Та схватила подарок и с восторгом подняла его над головой, торжествующе потрясая им.

- Смотри, сестра, я на троне! - Задиристо прокричала она, улыбаясь во все клыки и оглядываясь по сторонам, словно выискивала кого-то взглядом.

- Уверен, я могу не хуже, - задумчиво пробормотал Никки, глядя на победную стойку счастливой орчихи. - Искра успеха ведь есть в каждом, так? - тихо, почти шепотом, спросил он в пустоту. Ответом ему была лишь реклама новой игрушки на кристаллах, весело зазвучавшая с экрана.

Когда отгремел гонг, возвещающий о начале шоу, Саша начала артачится.

- Я не хочу эту дрянь смотреть! Тебе трех предыдущих выпусков не хватило? - она стояла у входа на кухню, скрестив руки на груди и нервно постукивая ногой. Поначалу, мужу удалось ее уговорить, но теперь она чувствовала себя связанной по рукам и ногам.

- Ну перестань, мы же договорились, - Алекс уже сидел на привычном месте на диване. Перед ним стояли чипсы, сухарики, попкорн и даже сосиски с горчицей. На диване рядом теснились пивные бутылки. - Мы просто посмотрим, не переживая и не принимая все это близко к сердцу. Просто шоу. Просто развлечение, - мужчина похлопал ладонью по “ее” месту на диване. Как-то он даже пошутил, что подушки на левой стороне дивана уже приняли форму ее зада. За что тут же огреб этой самой подушкой. Но это было давно. Сейчас он просто смотрел просяще смотрел на нее, желая, чтобы этот день прошел по договоренности. Тем более, что шоу уже началось, и на экране появился серокожий некромант со своими коронными фразочками на латыни. Мужчина предпринял последнюю попытку. Он шутливо поднял бровь. - Воссядь?

- А что, твой лучший друг карлик бросил тебя? - проигнорировав цитату из заставки, съязвила Саша. - Обычно он появляется, как только слышит звук открываемой бутылки.

- Глекко? Не знаю, - смешался Алекс. - Мы договорились, что он, как всегда, придет. И он не карлик, ты же знаешь. Для гоблина он вполне себе высокий.

- Вот только для эльфа низковат, - фыркнула женщина и соизволила плюхнуться на диван. Она выхватила открытую бутылку пива у мужа, и пена брызнула на него. Саша тут же нахмурилась - теперь футболку надо стирать, иначе будет пахнуть, но винить в этом было некого. Хотя, если постараться… - Не мог аккуратнее дать? - повернула нахмуренное лицо к мужу.

Но тот похоже уже не обращал на нее внимания, сосредоточившись на экране. Вот-вот должны были начать представлять сегодняшнего гостя. К тому же, Лавина сегодня была особенно неотразима. Похоже, прошлое шоу вдохновило ее, и она была в подобии балетной пачки, как всегда больше открывавшей, чем скрывавшей.

- Да, да, прости, - бросил Алекс на автомате, открывая новую бутылку. И еще одну, для друга. - Эх, если Глек продолжит опаздывать, то мы не успеем ставки сделать.

- Ага и он не успеет нас обобрать. Он точно не наполовину горгулья? - мрачно пошутила женщина, запуская руку в чипсы.

- Хахах, - привычно отреагировал мужчина. - Нет. Я проверял. Тсс, сейчас покажут, кто это.

Камера медленно продвигалась сквозь толщу воды. Для существ не привычных к глубоководным пейзажам, все здесь было пугающе и восхитительно одновременно. Стайки мелких, блестящих и фосфоресцирующих рыб, мохнатые крабы, похожие на камни на ножках, редкие, слабые лучи света, пробивающиеся с поверхности, и нескончаемые водоросли, как занавес, скрывавшие тайны пучин.

Низкий, рокочущий голос начал повествование, словно рассказывая сказку неразумным морским обитателям:

- В той глубине, где воздух, тьма и неизвестность давят на тебя со всех сторон, родился он… Блоум Текучий.

Тревожная музыка сменила бульканье и глухие звуки воды. На экране появилась погоня. Крошечный белесый комочек изо всех сил пытался уплыть от нахального и шустрого угря. Кажется, что результат уже известен. Но в последний момент, беглец сжался до состояния точки в пространстве и протиснулся между двумя тесно прижатыми камнями, спасаясь.

- С самого детства Блоум привык выживать там, где не смог бы выжить никто, кроме него. Именно эта способность помогла ему достичь настоящего успеха. Он стал героем, тот, кто проникает всюду и везде. Тот, кто заманивает хищников в ловушки и спасает невинных. Целые поселения подводных жителей обязаны ему своим возникновением и спасением!

Кадры начали сменяться один за другим. Вот уже подросший, похожий на расплывчатый белесый шар, Блоум сжимается, приникая под камень и, принимая свой нормальный размер, поднимает его и выпускает на волю стайку мальков. Вот помогает строить подводные купола для тех, кому нужен кислород. А здесь маленькая, но сильная точка, вытянув тонкое щупальце, тянет за собой огромного краба, не сумевшего преодолеть течение. Вот плещется с маленькими осьминогами - он только что вытащил ножку одного из сорванцов из скалы.

Тут и там подводные жители чествуют его, благодарят за помощь и спасение. А герой совсем не загордился - по-прежнему посвящает все свое время другим.

- Для того, чтобы доставить это чудесное существо невероятной доброты к нам в студию, “Трону Пифий” пришлось подключить целый отдел ученых, - снова включился шероховатый голос комментатора. А на кадрах появилась лаборатория, где десятки ученых занимались экспериментами. Внимательный глаз мог бы ухватить нескладную фигуру Гримберта Гримберта. - И в итоге длительных исследований, мы разработали специальный скафандр для поверхности. Жидкость с оригинальным составом, позволяет удерживать такое же давление для нашего гостя, как на самом дне его любимой впадины.

На экране появился солнечный день на берегу моря. Шум прибоя смешался с легкой фортепианной музыкой. А из воды в огромной аквариумной капсуле на ногах вышел Блоум. Механизм слегка шипит и пузырится, но люди, эльфы и представители других рас восторженно аплодируют ему.

- Никакое давление - воздуха или славы - не помешает ему воссесть на трон Пифий! - торжественно сообщил диктор. А существо в аквариуме что-то забулькало. Быстро включился переводчик и на экране появились субтитры: “Я готов показать всему миру, что даже комок слизи может добиться успеха!”

Кадры погасли, унося с собой и музыку. Камеры переключились на Лавину, с застывшей улыбкой ожидающую своей очереди.

- Дамы и господа, а также малыши и старикашки! - с напором начала она, слегка приплясывая в своей почти балетной пачке. - Приготовьтесь удивиться! Приготовьтесь утопить в аплодисментах того, кто знает о давлении больше всех! Герой нашего сегодняшнего…

По звуковой системе, опоясывавшей студию, прокатился глухой, ревущий удар, словно кто-то взорвал цистерну с водой. Он еще отдавался в ушах, заставляя сомневаться в его реальности. Тишина продлилась несколько секунд. Потом за сценой раздался дикий вопль, слишком пронзительный, чтобы быть частью представления. Его быстро заглушили, словно кричавшему зажали рот.

Стратр, получив сообщение в наушник, мгновенно выпрямился, сложив руки на груди. Он улыбнулся, стараясь показать, что все идет так как должно, но глаз у него дергался.

- Quidquid accidit, ad spectaculum pertinet! (Что бы ни случилось, это часть шоу!) - возвестил он и повернулся к Лавине, явно получившей то же сообщение, но еще переваривающей его.

Занавес, из-за которого обычно выходили гости, зашевелился, но не открылся. Зал загудел, обсуждая, что происходит. Из боковой кулисы выскочила девушка-ассистентка, пока еще живая, и быстро направилась к ведущим. Она что-то зашептала им, быстро жестикулируя. Некромант кивнул, поняв, что от него требуется и отступил в тень. А Лавина вытолкнула девушку вперед.

- К сожалению, произошли технические неполадки, и Блоум Текучий … эээ… задержался, - натянуто улыбнулась, внезапно повышенная до ведущей, ассистентка. - Но наше шоу всегда готово к сюрпризам!

- Сейчас вы увидите, какой талант к импровизации у наших продюсеров! - пошутила орчиха, поддерживая слова девушки.

- Только в сегодняшнем выпуске вы увидите героя шоу прямо из нашей студии! - вошла в роль ассистентка.

- Меня! Возьмите меня! Я обожаю ваше шоу! - закричал кто-то из зрителей.

- Ваше время еще не пришло! - ворчливо отозвалась Лавина, и трибуны грохнули смехом. Орчиха же нетерпеливо оглянулась и облегченно вздохнула, увидев Стратра, снова выходящего на сцену. Магистр вел за собой довольно свежего зомби, судя по сохранившимся длинным ушам, раньше он был полуэльфом. На груди красовалась табличка - “Осветитель, аквариум”.

- Даешь успех для каждого! - снова раздался крик из первых рядов. И зал утонул в хохоте и свисте.

Ведущий отобрал микрофон у ассистентки, мягко подтолкнул ее к кулисам и поднял руку, призывая к тишине. Зомби, окружающие сцену, привычно подняли зеленые свечи. Торжественное молчание, как при появлении трона, опустилось на зал. На лицах было написано непонимание - смеяться или ужасаться.

- Sic transit gloria mundi. (Так проходит земная слава.) Позвольте представить нового гостя шоу. Да, вы правы, он такой же как вы, человек, спокойно живший свою жизнь и не думавший, что когда-то окажется здесь, на сцене, по эту сторону камер. Встречайте, Харальд Простоволосый!

Зрители, воодушевленные описанием гостя, начали скандировать его имя, все еще хихикая и недоумевая. А в воздухе зала ощущался странный привкус - то ли неловкости, то ли предвкушения, то ли странной жидкости, залившей пол за занавесом.

Алекс застыл с открытым ртом и чипсиной, так и не донесенной до цели. Саша самодовольно откинулась на диван, щелкнув пальцами в сторону экрана, где реклама сменила лица ведущих с резиновыми улыбками.

- Нет, ну ты видел до чего дошло? - ее губы растянула насмешливая улыбка. - У них гости шоу теперь даже до трона не доходят. Что там, даже до сцены! Чего тратиться, правильно? Сразу в расход!

- Ну хоть честно… Настоящее реалити получается, - Алекс уронил закуску и теперь слепо шарил по животу и груди в ее поисках.

- Реалити? - его жена привычно закатила глаза, слушая оправдания мужа. - Это какое-то похоронное бюро в прямом эфире!

- Ну мы же не знаем, что там произошло! - возразил довольный мужчина, нашедший беглянку с крабовым вкусом. - Может правда задержался человек. Ну или как там его назвать?

- Ты что не слышал этот бууууммммм? - Саша расширила глаза, подбросила брови к линии волос и очень качественно изобразила звук, который совсем недавно разнесся по всем анклавам.

- Может они гонг новый купили и опробовали, - постарался звучать безразлично Алекс. - Был бы здесь Глек, он бы тебе объяснил, что там произошло.

- Но его нет. А значит, я при своем мнении, - широко взмахнула пивной бутылкой Саша и снова плеснула на мужа. - Мне даже интересно, покажут ли они “становление успеха” этого зомби? Успеют за время рекламы сварганить? А то показали одно, а герой другой - не порядок.

- Угу, - буркнул мужчина, вытирая мокрое пятно на футболке. - Самый настоящий.

- Был ли у Харальда выбор? Конечно. Как каждое мыслящее существо он принимал решения ежедневно, - голос за кадром, похоже, паниковал из-за необходимости говорить в прямом эфире.

Сам видеоряд представлял собой странную, невразумительную, но яркую мешанину из сцен детства некоего длинноухого мальчика, чьи черты были скрыты, и документальных кадров подготовки к одному из выпусков. Среди спешащих рабочих можно было мельком увидеть серьезного молодого парня с льняными волосами до пояса. Он задумчиво стоял, пока кто-то не похлопал его по плечу, куда-то приглашая. Еще несколько сцен, где Харальда видно издалека или в толпе.

- О чем он мечтал? Он уже не расскажет, но мы знаем - он хотел нести свет людям, - темное, почти неразличимое видео, сопровождавшееся нервным голосом диктора, сменилось ярким лучом, словно кто-то направил софит прямо в камеру. - Все решения, принятые нашим героем, привели его сюда. В место, где Харальд Простоволосый узнает, достиг ли он успеха.

Короткий ролик завершился ощутимо громким вздохом облегчения за кадром.

- Silentium! (Тишина) - возвестил Стратр, подталкивая зомби вперед.

Еще секунда — и трон начал выезжать на сцену. Казалось, в этот раз даже это торжественное действие производилось скомкано и неуверенно. Эльфийки, украшавшие подлокотники, соскочили раньше, чем он занял привычную позицию.

Лавина и маг подхватили гостя под локти и повели, минуя этап интервью и глупых вопросов. Минуя притихший, растерянный зал, словно плавающий в киселе, заглушающий звуки и мысли.

Ведущие почти швырнули гостя на магический артефакт, и тот замер, в ожидании приказа или приговора.

Дым, погружающий живых в транс, не оказывал никакого воздействия на ожившего мертвеца. Он не дышал, не растворялся в дыме. Просто сидел, безучастно уставившись в пустоту.

Голос трона, механический, но подозрительно похожий на тот, что озвучивал видео об «успехе», изрек:

- Наш гость, этот достойный человек, кхм… полуэльф, хотел служить и приносить пользу. И в этом - его величайший и бесспорный успех! В награду он получит возможность и впредь служить и быть полезным!

- Ad communem utilitatem! (к общей пользе!) - провозгласил некромант. На его лице мелькнула довольная улыбка. Он прекрасно понимал, что его контракт с этим зомби - бессрочный.

- Вот как бывает, живешь и не знаешь, что успех уже ждет тебя за поворотом! - широко оскалилась Орчиха. Она чувствовала, что это самый непредсказуемый выпуск за время ее работы в шоу, и надеялась, что ничего интересного больше не произойдет.

- И помните, дорогие друзья, Успех неизбежен, как смерть, но приятнее! - воздел руки с посохом Стратр. В пустых глазницах черепа на навершии мелькнули зловещие огоньки.

- На сегодняшнем шоу эта фраза обрела новый, еще более жуткий смысл! - Саша швырнула подушкой в экран, но не докинула. - Все выключай. Заставку смотреть бессмысленно, ставок мы не делали. На сегодня с этим цирком покончено! Ура?

- Ну ура. - пробурчал Алекс, то ли разочарованный, то ли расстроенный. - Жаль Глекко так и не пришел.

- Нам больше пива досталось! Радуйся, - растрепав редеющие волосы мужа, женщина встала с дивана. - И прошу, давай на следующей неделе не будем смотреть. Сил моих нет.

- Посмотрим, - увернулся от прямого ответа мужчина. - Пойду покурю.

Сегодняшний гость вызывал у Глекко чувство, похожее на изжогу. Это нечто, плавающее в аквариуме и вдруг успешный гость? Тут все понятно, он не сумеет победить, а значит ставку надо делать на проигрыш.

И чем дольше уборщик наблюдал за подготовкой к шоу, тем меньше ему все это нравилось. Тем более, что продюсер Стратра поймал полугоблина за шкирку, когда тот уже собирался свалить, и прошипел:

- Он там подтекает, нельзя, чтобы лужи за ним оставались, весь имидж испортит! Будешь за ним подтирать!

Тут Глекко возненавидел господина Текучего в полную силу. Мало того, что невидаль какая-то считается героем, так за ним еще с тряпкой бегать, вместо того, чтобы завалиться в квартирку Островских-Мятных на втором этаже… А ведь мог бы уже спокойно пить и есть и трепаться с Алексом о всяком в тишине на балконе, особенно, если удастся избежать нападок его Шуши.

Ворча под изящный эльфийский нос, Глекко, прихватил тряпку и поспешил на коротких ножках за протекающим гостем. Мимо мелькали другие работники шоу. Они не замечали уборщика, болтая без фильтра, позволяя ему узнавать их тайны и планы без всяких усилий.

- Parvus monstrum! (маленький монстр) - выругался Стратр, споткнувшись о полугоблина, согнувшегося над очередной лужей. - Чего окопался на пути?

- Гость у вас подтекающий, - пробормотал Глекко, даже не поднимая головы, зная, кому помешал идти. Тяжелые кожаные сапоги с коваными птичьими черепами на носках ни с чем не спутаешь.

- Текучий. - Автоматически поправил его ведущий и поспешил дальше по своим делам.

Полуэльф чувствовал себя не в своей тарелке, ползая за гостем шоу и мешая всем вокруг. Он давно не находился здесь во время шоу. Обычно его услуги требовались до или после, но в процессе обходились без него.

Теперь же суматошная беготня заставляла его голову кружиться и вспоминать то, что ему не особо хотелось - первые годы его работы здесь.

- Чей малыш в моей гримерке? - оглушительно вопросила Лавина, обнаружив его за уборкой. Он тогда еще не знал расписания ведущих и попал в самый разгар сборов. Лавина стояла перед зеркалом в одном белье, хотя это не сильно отличалось от ее костюмов для сцены. Она размашисто и небрежно размазывала по коже зеленоватый тональный крем. Перед ней на столике лежали накладные клыки. Глекко сразу понял, что она громкая не потому, что испугалась коротышку с ведром и шваброй, а скорее от раздражения или удивления, что кто-то посмел завалиться к ней в такой момент, не понимая, что смотреть на богов опасно для смертных.

- Это не малыш, это служебный персонал, - буркнул уборщик, осторожно двигая ведро подальше от блестящих босоножек на огромных каблуках и такого же сверкающего наряда, валяющегося на полу.

- Персонал должен служить и стучаться! - рявкнула орчиха. Прищурившись, она смерила его взглядом, не выдавая удивления такой странной смеси. В чем-то этот мелкий паршивец был похож на нее. Недостаточно зеленый и мелкий для гоблина, и недостаточно высокий и бледный для эльфа. Наверняка родичи не принимают его, как и ее. Продолжая думать, Лавина громко фыркнула, представив, какой союз должен был случиться, чтобы появился такой ребенок. - Ты, с твоими ушками и милым личиком… почти декоративный.

- Я тебе не садовый гном! - огрызнулся полугоблин. Эта огромная женщина за несколько минут успела вызвать в нем шквал эмоций. От восхищения, до раздражения и обратно. Он привык, что женщины взвизгивают при виде его, словно увидели мышь. Но, похоже, эта огромная и эффектная орчиха и не думала его бояться или испытывать отвращение. Глекко готов был дать себе пощечину, чтобы убедиться, что это не сон, потому что ему показалась искра интереса в ее глазах.

- Ну у меня и сада-то нет. Только комната, - пожала плечами Лавина и вдруг ухмыльнулась. - Будешь комнатным гномом?

Именно в тот момент полуэльф понял, что пропал. Позднее, он много брюзжал по этому поводу, но не мог отрицать, что ради этой зеленой гигантессы был готов на все.

Сейчас же, он полз, подтирая все более крупные лужи за медленно продвигающимся вперед аквариумом. Увлекшись воспоминаниями, Глекко чуть не упустил этот момент, но отследив ухудшение ситуации, схватил первого попавшегося работника шоу за рукав.

- С ним что-то серьезно не так, - жарко заговорил он, тыкая в сторону удаляющегося механизма.

- Отвали! - запыхавшийся сотрудник, теряя какие-то бумажки убежал по коридору.

Полугоблин предпринял еще несколько попыток, попутно подтирая непрерывную уже дорожку жидкости на полу. Никто не хотел слушать его или хоть сколько-то воспринять всерьез. Студийные работники отмахивались, отругивались и убегали. Шоу уже началось и скоро должна была начаться самая сложная и серьезная для персонала часть.

Аквариум застыл неподалеку от занавеса, вскоре кулисы должны раздвинуться, и гостя выпустят на сцену.

Рядом с ним мелькнул тот самый продюсер, что заставил Глекко остаться и вытирать пол. Полугоблин рванул к нему, в надежде, что тот достаточно умен, чтобы увидеть серьезную проблему.

Но его маленький рост подвел его. Или наоборот спас. Когда он был на полпути к своей цели, раздался громкий хлопок, звон и гул. На секунду полуэльф оказался оглушен, как и все за кулисами. А потом он понял, что произошло.

Аквариум и его пассажир взорвались. К счастью для находившихся вокруг, материал из которого был сделан механизм оказался достаточно прочным, так что он не рассыпался на миллион осколков, как поступил бы стеклянный, а развалился на несколько больших тяжелых кусков, упавших на том же месте, где произошел взрыв.

Кроме одного. Мелкий, шустрый и острый кусок улетел куда-то в высоту. И почти сразу же оттуда свалилось тело еще одного полуэльфа.

Глекко побледнел и почувствовал нехватку воздуха. Он хорошо знал Харальда и даже дружил с ним.

Рядом раздался визг. И он словно послужил сигналом к действию. Кто-то зажал визжавшей рот. Все резко начали двигаться. Глекко почувствовал, что его толкают по направлению к останкам гостя шоу.

- Немедленно убери это! - похоже продюсер некроманта говорил исключительно шипением. Возможно, в роду у него были змеи.

Отогнав эту мысль, полугоблин опустился на колени, принимаясь за работу. Он видел, как после приглушенного спора на сцену вытолкали девушку ассистентку. Как почти сразу из боковых кулис появился Стратр, и к нему поспешили несколько зомби, которым он кивнул на остатки аквариума. Те без вопросов подошли и начали растаскивать куски по сторонам, открывая уборщику фронт работы.

А некромант направился к полуэльфу, так и лежащему на месте, где упал. Глекко опустил взгляд. Он не раз видел то, что должно сейчас произойти. И не хотел смотреть, как голова Харольда дернется, в глазах загорится безжизненный покорный свет, и его друг скажет какую-нибудь банальность вроде “я здесь хозяин”.

Тем более, что работы для самого полугоблина было еще очень много.

- Хтоновы теоретики, - проворчал он, выжимая Блоума Текучего в ведро. - Что им стоило послушать? А теперь вот … растекся на пять метров, поди собери. А Стратр-то своих зомбяков на это тратить не будет.

За занавесом продолжалось шоу. Было слышно, как нервно сбегает со сцены девушка-ассистент. Вернувшись на свое место, она вытерла пот со лба и горделиво улыбнулась коллегам. Те смотрели завистливо - если бы они решились, то получили бы свою минуту славы и успеха. Раздался грохот и скрежет механизма - трон поехал работать. А Глекко все еще собирал останки первого гостя в ведро.

Послышался преувеличенно энергичный голос орчихи и довольный некроманта. Кажется, шоу снова вышло сухим из воды. Полуэльф усмехнулся этой мысли. Все, кроме него. Его рабочая одежда полностью промокла в неизвестной ему жидкости.

Зал аплодировал. Ведущие выкрикивали что-то. Но уборщик уже не слушал. Его работа, наконец была закончена, и он сел в сторонке, борясь с желание покурить, или хоть как-то успокоить нервы. В ушах звенело - то ли последствия взрыва, то ли воплей такого количества народа.

Стратр вышел со сцены первым. Шурша одеянием и гремя сапогами, он прошествовал внутрь, ведя за плечи нового зомби. Доведя его до группы более опытных своих рабов, он оставил его, бросив: “Проинструктируйте”.

Затем магистр развернулся к сотрудникам шоу и раскланялся, принимая поздравления и улыбки - он снова спас “Трон Пифий”, как бывало уже не раз.

Глекко наблюдал за всем этим без особого интереса, просто подмечая детали. Кто особенно подлизывается к ведущему, кто не очень настроен целовать его окованную обувь.

А потом занавес откинулся и за сцену вошла она. Глекко остро ощутил, что все еще сжимает в руках мокрую тряпку. Лавина выглядела, как всегда, сногсшибательно. Она все еще не убрала с лица дежурную рабочую улыбку и светила ею направо и налево.

- Глек?.. - ее удивленный взгляд остановился на нем. Полуэльф почувствовал, что рука с тряпкой дрожит. Но он поднял на нее глаза, стараясь не выдавать нахлынувших воспоминаний. Не показать, что при виде ее сценического костюма он вспомнил ночи, проведенные в ее комнате. При виде ее губ, почувствовал призраки поцелуев, которые она дарила ему. - Я думала, ты давно уволился или умер.

- Как видишь, работаю, - хрипло начал полугоблин, ощущая ее слова как холодный душ. - Второе было бы проще, да? Но пока не сумел.

- Язвишь - значит действительно живой, - улыбка превратилась в мягкую ухмылку, когда она подошла ближе, выбивая землю из-под коротких ног Глекко. Его эльфийский нос безотчетно раздул ноздри, вдыхая странную смесь запаха крепкой орочьей кожи и сладковатых духов, призванных заглушить первый запах. - Ты береги себя, гномик. Как видишь, тут все может рвануть в любой момент.

Он хотел ответить. Но на Лавину уже набросился ее продюсер, огромный орк, чуть не затоптавший скромного уборщика, и увел ее праздновать удачный выход из неудачного шоу.

Глекко посидел еще какое-то время, слушая, как Стратр загоняет своих зомби в кладовку и запирает их. Как техники выключают свет и приборы, заканчивая этот день. В ведре булькнуло. Уборщик подумал, что надо завтра подсказать продюсерам - отдать остатки Текучего тем, кому он был дорог… Или просто вылить в море.

Стоя там, он чувствовал, как запахи хлеба, пива, сгоревшей у кого-то еды, чьих-то духов, пыли, старой мебели и всего, что делает дом домом, выгоняют из него остатки студийного смрада.Кристаллы, выданные СКС всем наемным работникам, моментально перенесли Глекко к дому. Во дворе уже было темно и почти тихо. Звуки, доносившиеся из дома скорее эхо. Они не заполняют тишину, а оттеняют ее.

В квартире на втором этаже горел свет. А на балконе виднелся силуэт Алекса. Он еще не заметил, что друг вернулся. И полуэльф не торопился проявляться. Он стоял, дышал. Проживал этот момент.

Он подумал, что его друзья смотрели шоу, но не видели его “геройства” за кулисами. И никто не видел.

Глекко вздохнул. В ответ кто-то булькнул. И полугоблин понял, что зачем-то притащил домой хтоново ведро.