Читать онлайн Моя любимая волчица бесплатно

Глава 1

Вертикуляр – средство передвижения по воздуху.

Астрая

Я сижу на узкой кровати и смотрю на зарешеченное окно. Сегодня моя девятнадцатая весна. По идее, с завтрашнего дня меня официально имеют право выводить к покупателям. Не хочу, я не рабыня! Хотя кому я это докажу? С самого рождения я никто. Щенок номер ноль двадцать пять. Оборотень-полукровка, родившаяся от волка и человека с Земли. Хотя я придумала себе имя, только никому не говорю об этом, на самом деле меня зовут Астрая, что у нас означает звезда. Ни за что не смирюсь с тем именем, которое выберет мне хозяин. А когда меня повезут в его дом, сбегу, если будет возможность. Ведь нас не посвящают, каким образом идёт передача.

У нас высокоразвитая цивилизация. Мы летаем за пределы нашей системы, но до сих пор процветает рабство. В основном это брошенные в приюте полукровки. Люди с других планет ведут с нами торговые отношения и с удовольствием спят с девушками-оборотнями. Если случается внезапная беременность, мать рожает и бросает ребёнка в приюте, не зная, что с ним делать. Отцу такие дети тоже не нужны. Оборотни предпочитают только чистокровных. Такие, как мы, с рождения изгои.

Давным-давно правительство решило, что полукровок слишком много. Каждого нужно вырастить, потратив деньги, потом обеспечить жильём и работой. Чтобы сэкономить, было решено с восемнадцати лет переводить всех в специальное учебное заведение и год лепить из нас покорных слуг, умеющих делать всё. Единственное, что запрещено до продажи – лишать нас невинности. То, что мы ещё не потеряли девственность, свидетельствуют вторые ушки, как у волка. С первой близостью они исчезают. Это всё, что мне досталось от отца, потому что я не могу оборачиваться в волка.

Зато умею многое другое: стирать, убирать, гладить, всячески ублажать своего хозяина. Но у меня несносный характер, из-за которого мне часто доставалось, ведь я не желала покориться. Думала, меня отпустят на волю как бракованную. Ошиблась – не отпустили.

Посмотрела на улицу, ребята гуляют. Я тоже могу спокойно выйти из комнаты, но дальше забора никуда не уйдёшь. Он высокий, а на вышках стоит охрана, как будто мы находимся в тюрьме. Впрочем, тюрем давно нет, как и преступников, в этих местах теперь заведения для выращивания рабов.

Решила тоже выйти на улицу, сидеть в комнате надоело. Глянула перед выходом в зеркало и зарычала от досады. В вырезе футболки, чуть ниже ключицы, виднеется татуировка «ноль двадцать пять». Ненавижу, как же я их всех ненавижу! В первую очередь мать, которая не пожалела и бросила!

Путь на улицу пролегает коридором, мимо дверей администрации. У директора приоткрыта дверь. Я с детства любопытная, поэтому встала, вжавшись в стену, и прислушалась.

– Что будем делать с ноль двадцать пятой, Вайс? – говорит Дин, наш директор.

– Господин директор, ноль двадцать пять – бракованная волчица, не в меру любопытная, агрессивная. Нам так и не удалось воспитать из неё послушную служанку. Она знает и умеет всё, как и положено, но упрямится. Вчера укусила за руку учителя Таласа, когда тот пытался погладить её по щеке. Если мы продадим её, то придётся забирать назад через какое-то время. Хозяин ещё и компенсацию затребует за моральный или, не дай Луна, материальный ущерб, – отвечает Вайс.

Сволочь этот Вайс, он наш главный воспитатель, вечно юлит и выгораживает всех перед директором. Талас меня не по щеке погладил, а по заднице. Ещё и сказал вслух: «Какая у тебя сладкая попка, ноль двадцать пятая». Придурок!

– Я знаю о проблемах этой девушки, давал указание, чтобы к ней применили меры пожёстче. Девчонке несколько раз окрасили ягодицы в розовый цвет, но даже ремень не укротил её. Думаю, не стоит рисковать и выставлять её на осмотр. Через несколько дней договорюсь с братом, он заберёт её в свой бордель. Туда всех бракованных свозят, там её точно научат манерам. После десяти-пятнадцати клиентов в день станет как шёлковая.

– Хорошо, я предупрежу, чтобы к клиентам её не выводили. Сегодня приедет пять покупателей, три женщины и двое мужчин.

Я на цыпочках прошла мимо двери, а потом побежала. Меня отдадут в бордель?! Что может быть хуже этого?! Как же отсюда сбежать?! Я под видом прогулки уже облазила весь периметр, в заборе даже малейшей щёлки нет, а на воротах и калитке всегда охрана, туда ещё дойти нужно. Мы гуляем только на заднем дворе, который отгорожен от того места, куда подлетают вертикуляры. Ворота и передний двор я видела только в окно учебного класса.

Остановилась у раскидистого парикиса, положила руку на шершавый ствол, тяжело дыша. У каждого оборотня есть своё тотемное дерево. Если бы я была настоящим оборотнем, то это был бы именно парикис. У него разноцветные листья округлой формы. Сверху красные, а снизу жёлтые. Тух-тух-тух – слышу, как колотится сердце в груди. Что же теперь делать?

Бежать и умолять оставить меня здесь? Говорить, какой я стану послушной, лишь бы в бордель не отдавали? Нет, унижаться я ни за что не буду! Лучше дождусь, когда меня повезут в место для утех, и попытаюсь удрать.

Присела на лавочку и вздохнула. Со мной не особенно общались такие же, как я. Многие считали меня сумасшедшей, говорили, что я должна смириться со своей участью. Жизнь рабыни не так уж и плоха, особенно если тебя выкупит семья. Тогда ты будешь простой служанкой и ничего больше, зато будет кров, еда и одежда.

За грустными размышлениями я даже не заметила, как нас стали загонять в комнаты.

– Семнадцать часов, заходите в здание. В восемнадцать прилетят покупатели. Всем, кто уже выходит на осмотр, принять душ и одеть чистое, – крикнула воспитательница в систему громкой связи.

Ну, я мылась утром, выход к гостям мне не грозит, поэтому легла на кровать и отвернулась к окну.

Через пару минут пришла из душа моя соседка ноль двадцать четвёртая.

– Я ещё не поздравила тебя с девятнадцатой весной, – весело сказала она.

– И не нужно, ненавижу праздник весны. С каждым праздником становишься на год старше и, наконец, приходишь к тому, что тебя кому-то отдадут, – сказала я, повернувшись к ней.

– А мне, если честно, осточертело тут. Мечтаю, чтобы сегодня выбрали меня, – беспечно улыбнулась она.

Дура, а вдруг достанется одинокий похотливый альфа? Я знаю, есть альфы, которые не прочь и со служанкой поразвлечься, ведь это не возбраняется. Не зря же показывали фильм о том, как ублажать в постели.

Моя соседка оделась, причесала свою шевелюру и упорхнула. Что ж, если она так мечтает, чтобы её забрали, то пусть ей повезёт.

Перевернулась на спину и уставилась в потолок. Снова начали одолевать плохие мысли, но вдруг в комнату забежала воспитательница из новеньких.

– Ноль двадцать пятая, вставай, пойдёшь в комнату для гостей. Одному клиенту никто не понравился, он попросил привести всех, кому сегодня исполнилась девятнадцатая весна.

Меня выставят на продажу?! Неужели противный Вайс не успел предупредить обо мне? Ну, может, это и к лучшему. Встала и покорно пошла за воспитательницей. В коридоре ожидали несколько парней и девушек.

– Ты бы хоть шевелюру пригладила, ноль двадцать пятая, выглядишь неопрятно.

– Что хочу, то и делаю, а будешь доставать, у меня зубы острые, поняла, – недовольно рыкнула я.

– Поняла, мне всё равно, ты же потом от Вайса отхватишь, а не я.

Глава 2

Праздник весны – день рождения.

Вертакс – такси, летающее по воздуху.

Виртуалка – виртуальная газета в интернете.

Элемир

В моём доме непривычно шумно. Родители прилетели, чтобы в очередной раз поговорить со мной. Бесполезно это всё. Даже слушать ничего не хочу, но придётся. Проводил их в гостиную и усадил за чашечку чая. Отец, как всегда, развалился в массивном кресле, моём любимом, между прочим. Мы с мамой выбрали диван напротив.

– Элемир, я прошу тебя, помирись с Райнет. Как ты будешь воспитывать Ерана один. Ты же знаешь, при разрыве ребёнка отдадут тебе, потому что он мальчик, – говорит отец.

– Ты понимаешь, что ты говоришь, пап?! Сам бы простил измену маме?! Она спала с моим лучшим другом! Хотя какой он друг теперь, знать не хочу, ни её, ни его! Ах да, я забыл, Ерана тоже! Я сделал тест на отцовство! Его отец не я! Михай тоже сделал тест! Мимо, папа! Мы её прижали, она и сама не знает, от кого родила, шлюха поганая! Но одно врачи сказали точно. Еран чистокровный волк, – гневно произнёс я.

– Что, Еран не наш внук?! – взвизгнула мама.

– Вот именно, поэтому я и не хочу больше мириться с этой шалавой в моём доме. Пусть ещё скажет спасибо, что я её на улицу не выгнал. После развода они с Ераном получат квартиру в городе, где мы жили. Я останусь жить на острове.

– Хорошо. А слуги? Кто будет летать сюда? Заказывать постоянно вертакс – дорого. Это ты можешь себе позволить вертикуляр, но не все рабочие его имеют. И потом, с чего ты решил заделаться отшельником и уединиться на острове?

– Имею право побыть один. Мне в компании хватает общения, и постоянного мельтешения служащих перед глазами, – буркнул я, отпивая чай из кружки.

– Ну, конечно, все сотрудники ходят исключительно через твой директорский кабинет, – улыбнулась мама.

– Я знаю, почему ты уходишь ото всех. Недавно в виртуалке опубликовали статью о твоём предполагаемом разводе. Где-то раскопали об изменах жены. Этим писакам никого не жалко. Как ты будешь тут один? Тебе только тридцать два года, можно подобрать невесту, – нахмурился папа.

– О, вот подбирать я точно никого не буду. Сегодня полечу в питомник, куплю себе рабыню. Уже договорился, меня ждут к шести часам вечера.

– Тогда не будем задерживать, собирайся, а мы пойдём. Не провожай, – махнул рукой папа и встал.

Мама поднялась за ним, а потом они ушли.

Я задумался, надевая тёмно-синюю рубашку и такого же цвета костюм с отливом. После того как узнал о том, что жена изменяла мне и не с одним, я впал в ярость. Райнет работает главным диспетчером на космодроме. Она умудрялась даже с мужчинами с других планет трахаться. Вряд ли я в ближайшее время смогу терпеть рядом с собой девушку. Наверное, придётся брать в слуги паренька. В итоге от него ничего особенного не требуется, кроме умения жарить отбивную и гладить одежду. С такими мыслями отправился на улицу, а после сел в вертикуляр, стоящий у дома.

Через некоторое время приземлился на стоянке питомника. Ко мне подошёл охранник. Удостоверившись, что я записался на покупку щенка, проводил меня в комнату для гостей. Там встретил тучный оборотень с маленькими хитрыми пуговками глаз. На вид ему было около пятидесяти лет. Он был одет в белую рубашку и костюм бордового цвета, который делал его ещё полнее. Интересно, он ещё может оборачиваться с таким количеством жира.

– Добро пожаловать. Меня зовут Вайс. А вы господин Элемир Бодан? – расплылся в слащавой улыбке мужчина.

– Доброе утро. Совершенно верно, я Элемир Бодан.

– Прошу, присаживайтесь, – Вайс указал в кресло, – Вы прибыли последним, поэтому ваше право выбирать соответственно появлению здесь.

Кивнул присутствующим тут трём женщинам и мужчине. Мне ответили таким же вежливым кивком. Щенков ещё не привели, и я решил осмотреться. Помещение довольно большое, но мебели минимум. Только удобные кресла, полукругом, выставленные в три ряда. Перед каждым креслом маленький столик. На столах присутствующих стоял стакан с соком. Пить не стал, хотя заметил, что другие не преминули воспользоваться предложением.

Наконец-то, вышли строем волчата. На всех одинаковая серая роба, брюки и рубаха без пуговиц. По всей видимости, одежда пошита из самого дешёвого синтетического материала. Ещё бы, будут они тут на полукровок тратиться.

Ребята выстроились перед нами в ряд. Я насчитал двенадцать девочек и восемь мальчиков. Все смотрели на нас испуганно, будто мы монстры, потом опустили головы. Только у одного паренька во взгляде примешивалась искорка надежды, что его сегодня заберут. Увидел, как встала красивая светловолосая дама, что сидела первая в ряду. Она обошла строй. Посмотрела у всех ладони, подёргала волосы. Потом заглянула в рот, осматривая зубы. Фу, почему-то меня покоробило такое поведение. Женщина проходила мимо парней, осматривая только девушек. Наконец, она ткнула своим пальцем в грудь девушки со светло-коричневыми волосами и хорошей фигурой.

– Покупаю эту, – заявила она.

– Прекрасный выбор. Девушка ноль девятнадцать, перешагнула свою девятнадцатую весну три месяца назад. Прекрасно всему обучена. Прошу вас пройти за одним из воспитателей, для совершения сделки.

Следующим встал мужчина, прошёлся мимо строя, заложив руки за спину. Потом вернулся в начало цепочки и указал на одну из девушек. Их тоже увели, а я стал наблюдать за следующей покупательницей. Она, видимо, уже решила, кто ей подходит, забрала самую испуганную девушку. Вот последняя дама прошлась исключительно по мальчикам. Трогала мышцы, мяла в районе паха. Даме на вид около сорока, но очень даже симпатичная. Пышная грудь, тонкая талия, кукольное личико. Ищет себе слугу, а заодно и молодого любовника. В итоге она забрала того, кто с надеждой вглядывался в нас.

– Отличный выбор. Ноль двадцать три очень послушный и исполнительный парень. Он не доставит вам хлопот, – расплылся в улыбке толстяк.

Потом Вайс повернулся ко мне.

– Ваш выбор, господин Бодан.

Я уже видел, что никто мне не понравился, особенно девицы, но всё же, прошёлся мимо строя. Нет, всё не то.

– Мне никто не приглянулся. Это все щенки? – спросил ледяным тоном.

– По сути, есть ещё несколько штук. Сегодня у них праздник девятнадцатой весны. По регламенту мы можем выставить их завтра, – пожал плечами толстяк.

– Это регламент вашего заведения, а закон государства гласит: я могу забрать любого совершеннолетнего щенка. Они уже с утра совершеннолетние. Один день роли не играет, да и некогда мне к вам ездить.

– Понял вас, господин. Сию минуту, я только распоряжусь.

Воспитатель подошёл к какому-то молодому мужчине, и тот увёл строй щенков. Я остался ждать, стоя рядом с Вайсом. Через несколько минут в комнату вошли пятеро. Две девушки и три парня. Толстяк округлил испуганно глаза и шикнул на подчинённого.

– Ты зачем ноль двадцать пятую привёл? Я же предупредил всех.

– Простите, забыл. Сейчас уведу.

Они разговаривали шёпотом, но я всё слышал.

– Что не так с ноль двадцать пятой? Не подходит по возрасту?

– Подходит, просто…

– Тогда пусть остаётся, – перебил Вайса строгим тоном.

Тот шумно сглотнул и кивнул, прошёл мимо щенков. Все стояли на дрожащих ногах, как и положено, смотрели в пол. Только одна девушка гордо вскинула голову.

– Ноль двадцать пятая, опусти голову, дура! – дёрнул девушку за рукав молодой воспитатель.

Интересная волчица, не подчинилась, только злобно рыкнула в ответ. Я подошёл к ней. Да, она действительно необычный экземпляр. Полукровки не бывают выше одного метра шестидесяти сантиметров. Эта на вскидку метр семьдесят, мой рост – метр восемьдесят три. У девушки светлые волосы, что довольно редко для нас. Видимо, достались от матери. Пронзительные голубые глаза смотрели на меня со смесью страха и вызова. А с ней будет не скучно.

– Я покупаю ноль двадцать пятую, – говорю уверенно.

– Простите, но должен предупредить, ноль двадцать пятая бракованная волчица. Да, она умеет всё, что необходимо, но она весьма непослушна и строптива. Мы хотели отдать её в дом утех, чтобы покупатель не предъявил претензии потом.

Увидел, как девушка слегка вздрогнула при слове «дом утех», а волчьи ушки затрепетали.

– Не волнуйтесь, даю гарантию, что не собираюсь возвращать её. Никаких претензий не будет.

– Верю вам на слово, господин. Проходите в комнату для оплаты, вас проводят. Простите, спешу откланяться, – толстяк поклонился и увёл дрожащих щенков за собой.

Светловолосая девушка стояла как памятник, только глаза округлились. Всё же испугалась, хотя головы не опустила.

– Чего встала, вперёд. Тебя купили, сейчас отправишься в свой новый дом, – зарычал воспитатель, толкая её в спину.

– Идём, девушка, – улыбнулся я, протягивая руку.

Она не приняла моей ладони, заложила руки за спину и горделивой походкой пошла вперёд. Да, определённо, скучно с ней не будет.

Глава 3

Астрая

Меня вместе со всеми выводят в зал для гостей, я стою последней в ряду. Все покорно опускают головы, как только мы останавливаемся. Девушка, стоящая рядом, даже всхлипывает, сдерживая слёзы. Только я гордо поднимаю голову. С детства ни перед кем голову не склоняю и не собираюсь. Воспитатель одёргивает меня и голосом, и действием. Дёргает за рукав, сволочь, но я не подчиняюсь, только злобно рычу, нечего было меня дурой обзывать.

Тем временем Вайс испуганно приказывает увести меня прочь нерадивой воспитательнице, которая забывает об указании. По какой-то причине покупатель хочет меня оставить. Бегло осмотрев всех, он доходит до меня и смотрит удивлённо. Да, вот такая я необычная – высокая и светловолосая.

Я смотрю на этого мужчину и не вру, мне страшно. Он выглядит молодо, лет на тридцать два, не больше. Высокий, стройный, с красивой фигурой и лицом. Густая чёрная шевелюра зачёсана назад. Карие глаза будто насквозь пронзают.

Я много раз видела из окна класса прилетающих покупателей. Большинство из них – накачанные мужчины. Их мышцы не скрывают даже костюмы. Этот индивидуум, видимо, не занимается на тренажёрах, но всё равно от него веет альфой. Сильным, мощным зверем, не знающим пощады. Он говорит, что покупает меня.

Что, он меня покупает?! Вот это новость! Хотя судя по возрасту, у него должна быть семья. Мне крупно повезёт, если это так. Я смотрю на его правую руку и замираю на миг, у него нет брачного обруча. Да, след остался, там кожа белее, но самого обруча нет.

Одновременно с этим я слышу, как противный Вайс говорит, что меня планируют сдать в бордель, потому что я бракованная. Слегка вздрагиваю, нужно держать себя в руках. Оказаться в доме одинокого альфы лучше, чем в доме утех, но я ещё не отчаиваюсь, надеясь сбежать.

Тем временем незнакомец заверяет, что не будет меня возвращать и предъявлять претензии. Вайс спешит уйти, а нас ведёт куда-то та самая молодая воспитательница, что привела сюда, ещё и в спину толкает меня. Падла, чтоб тебе икалось целый день.

Нас приводят в небольшую комнату со столом и большим сейфом. В кресле с высокой спинкой сидит наш программер Коник. Он преподавал нам, рассказывая, как пользоваться интернетом и разными цифровыми гаджетами.

– Здравствуйте, господин. Вы уверены в своём выборе? Как бы… – начинает было Коник.

– Давайте без «как бы», уважаемый. Быстрее закончим, и я уеду.

– Хорошо. Девушка стоит двести тысяч золдонов. Хм, простите, звонок, – программер нажимает на круг, надетый на ухо. – Понял вас, всё сделаю.

Коник тянется к открытой двери сейфа и достаёт оттуда чёрный круг с бежевым дисплеем и маленьким железным кольцом.

– Директор Дин сказал, что поскольку волчица бракованная, сделать вам скидку в тридцать тысяч золдонов. Прошу вас оплатить покупку.

Он что-то щёлкает на клавиатуре минибука, и на столе загорается маленький плоский треугольник. Я знаю, что это считыватель. Покупатель вынимает из бумажника карточку, прикладывает к треугольнику, тот загорается красным.

– Спасибо, господин Бодан, оплата и идентификация личности прошла, – Коник подсоединяет круг к минибуку. – Как вы хотите назвать свою рабыню?

– Чики, – резко отвечает мужчина.

Ага, чик-чирики! Назвал словно птицу!

– Я не буду носить дурацкое прозвище, у меня уже есть имя! – взвиваюсь я.

– Оу, и позволь спросить какое? – удивляется покупатель. – Наверняка сама придумала?

– Да, сама, но оно мне нравится! Меня зовут Астрая! – рычу я.

– Что ж, пусть будет Астрая, – ехидно улыбнулся мужчина.

– Хорошо, так и запишем. Рабыня ноль двадцать пять по имени Астрая. Ага, впишем год рождения. Владелец – Элемир Бодан, телефон, адрес. Теперь будьте добры, ваш палец на считыватель.

Элемир. Оказывается, именно так его зовут. Он прикладывает указательный палец к треугольнику. Дисплей круга вспыхивает ярким светом и гаснет.

– Готово. Теперь каждый, кто нажмёт на дисплей, может увидеть, что это именно ваша рабыня. Её вам вернут, если она потеряется или, не дай Луна, сбежит. Снять ошейник можете только вы и надеть тоже. Кстати, обратите внимание на эти четыре маленькие мягкие подушечки внутри. Это датчики. Во-первых, они не дают ошейнику слишком плотно прилегать к телу, чтобы воздух циркулировал. Сами пропускают воздух. Во-вторых, они измеряют давление, пульс и температуру девушки. Если Астрая заболеет, вам немедленно поступит информация на тачфон. Ошейник абсолютно водонепроницаемый, в нём можно мыться, а ещё он способен передавать сигнал. Если скачаете специальное приложение, будет видно, где в данный момент находится Астрая.

Коник разглагольствует о достоинствах ошейника, а я в шоке и одновременно зверею.

– Я не стану носить ошейник, как какое-то животное, – злобно шиплю я и пятюсь назад.

Сзади стоит ещё один воспитатель, он хватает меня за руки и заламывает их назад. Я с ужасом смотрю, как Элемир подходит ко мне с расстёгнутым кругом. Начинаю вертеть головой и шеей, не давая надеть его на себя, но на помощь подскакивает Коник. Он фиксирует мою голову ладонями. Твари! Твари! Твари!

Я слышу, как ошейник щёлкает, а потом, шипя, сжимается вокруг шеи. Датчики касаются кожи, но не давят. С такой штукой далеко не убежишь.

Коник отстраняется от меня, и я вижу, как он подаёт покупателю кожаный поводок. Так вот, для чего кольцо, которое оказывается сбоку шеи. Ловкое движение руки, и поводок пристёгнут к ошейнику. Я обречённо опускаю голову, но покупатель поднимает её, ухватив пальцами за подбородок, потом заглядывает мне в глаза.

– Не рассчитывай, Астрая, что если я разрешил тебе выбрать себе имя, то буду потакать во всём. Это твоя обязанность, а не моя. Ты моя рабыня, и чем раньше ты с этим смиришься, тем будет легче и тебе, и мне, – строго говорит он. – Полетели, у нас ещё есть дела.

Он отстраняется и, попрощавшись с сотрудниками заведения, идёт на выход. Мне ничего не остаётся, как идти рядом, я же теперь как собака на поводке.

Мы сразу идём на выход. Одежду не забираем, теперь она достанется той, кто уже вырастает из своих вещей. Так было всегда, ведь в доме хозяина может оказаться униформа, которую придётся носить.

Я впервые в жизни выхожу на передний двор. Смотрю на четырёхместный шар-вертикуляр, который стоит на четырёх подножках. Снизу и до середины он чёрный, а сверху прозрачный. Небольшие крылья располагаются посередине шара. Элемир подходит к вертикуляру и нажимает на маленький считыватель, двери открываются вверх.

– Садись с той стороны, на переднее пассажирское сиденье. Только без глупостей, Астрая, – командует мужчина.

Как же, сделаешь тут глупость. Рядом со мной встаёт охранник. Видимо, Дин или Вайс предупредили, чтобы меня проводили отсюда. Небось рады, изверги, что избавились от меня. Я замечаю выемки в шаре, что-то вроде поручней и пару ступенек. Забираюсь на переднее сиденье. Первый раз лечу. Страшно.

Элемир садится на место пилота и закрывает двери с приборной панели.

– Руки подними.

Я в недоумении подчиняюсь. Элемир нажимает что-то ещё на сенсорном экране впереди себя, и меня обхватывают две стальные дуги, защёлкиваясь на талии. Начинаю дёргать эту штуку. Бесполезно.

– Это держатель для детей. Если они случайно откроют двери, то не выпадут. Его можно разомкнуть только с панели управления. Я не умею читать мысли, но прекрасно всё увидел по твоим глазам, Астрая.

Я смотрю на мужчину, возле его левой руки специальный подлокотник с кругом. Он кладёт туда руку, а ладонь – на круг, потом нажимает пару кнопок на приборной панели. Шар набирает высоту и летит.

Элемир расслабленно облокачивается о спинку, управляет вертикуляром, водя ладонью по кругу. На приборной панели отображается карта и стрелка, обозначающая траекторию полёта. Я смотрю вниз и бледнею. Мы летим высоко над домами, а между ними видно, как низко над дорогой летают длинные многоместные вертекуляры. В них до нужной остановки за определённую плату может проехать любой. Также нам навстречу попадаются такие же шары, кто-то нас обгоняет.

– Не бойся, Астрая, мы не разобьёмся, это надёжная машина. Сейчас залетим в один торговый центр. Нужно купить тебе одежду, а ещё неплохо бы пополнить запасы продуктов.

Через некоторое время мы приземляемся прямо на крыше большого торгового центра. Спускаемся на лифте до нужного этажа. Элемир заводит меня в один из магазинов. Как я понимаю, тут одеваются простые рабочие. Но и они пялятся на то, как Элемир ведёт меня на поводке между стойками с одеждой.

К нам подбегает молодой продавец.

– Добрый вечер, господин. Вы уверены, что хотите покупать вещи здесь? Магазин для рабов этажом ниже. Там дешевле, – улыбается он гаденькой улыбкой, адресованной мне.

– Уверен, я не буду покупать то дерьмо, что там продают. Мне нужна одежда из хлопка, – резко отвечает Элемир.

– Как будет угодно. У нас всё сшито из лучших тканей с Земли.

Мы проходили в школе, что некоторые растения у нас не растут, их привозят с Земли. Например, кофе, оно стоит дорого, а ещё хлопок. Такие ткани и одежда дешёвые, поэтому их могут покупать простые рабочие. С того времени, как мы налаживаем с ними торговлю, у нас появляется новая одежда, джинсы и кроссовки. Я смотрю на свои пластиковые шлёпки и вздыхаю.

– Не грусти, обувь тоже купим удобную. Ещё тебе нужны банные принадлежности.

Элемир кидает одежду в корзину, которую я несу. Потом заставляет пойти и примерить. Всё подходит. Меня только смущают джинсы, которые обтягивают попу, но не мешают движениям. Ещё есть пару рубашек и футболок, несколько платьев, а также тёплый свитер. Носки и нижнее бельё покупаем в другом отделе и идём на кассу.

Потом мы заглядываем в обувной магазинчик. Я обзавожусь удобными сандалиями, туфлями и домашними тапками. Остаётся только приобрести зубную щётку с мочалкой, что мы и делаем.

Элемир поднимает меня на лифте на крышу. Заставляет положить пакеты на заднее сиденье и залезть в салон. Меня снова приковывают к креслу, а после закрывают вертикуляр.

Когда мужчина уходит, я тянусь к приборной панели, но в последний момент передумываю её трогать. А вдруг нажму что-то не то и взлечу? Если раньше я мечтала уйти, но не попасть в рабство, теперь почему-то становится страшно. Понимаю, что на самом деле хочу жить – какой бы ни была моя судьба.

Через какое-то время Элемир возвращается с продуктами. Он складывает покупки на заднее сиденье и садится за пульт управления. Мы снова взлетаем.

На улице смеркается, но я отчётливо вижу полоску океана, к которой мы летим. Потом наш путь пролегает над водой, замечаю остров с одиноко стоящим домом. Если судить с высоты, его территория примерно в десять раз больше всей территории нашего питомника. Кругом деревья, изредка прореженные полянами. Да, оборотню тут есть где побегать.

Такие острова имеют только самые богатые люди страны. Значит, я попала не к самому простому оборотню. Жаль, что мы будем жить на острове. Отсюда, даже если захочешь, не сбежишь.

Я выхожу из вертикуляра и смотрю вдаль. Кажется, огни домов так близко. На самом деле до того берега не доплыть, хоть я и умею.

– Бери пакеты и иди к дому. Поставишь у порога и вернёшься. Я больше не буду делать за тебя твою работу.

Начинаю таскать пакеты к дому. Это примечательное здание, трёхэтажное и треугольное, с крышей до земли. Я знаю, что вся крыша покрыта мощными солнечными батареями.

Когда всё перенесла, хозяин дома закрыл двери шара. Затем он подошёл к двери, приложил к считывателю карточку, а потом палец.

– Приложи свой палец, – командует он и снова касается пальцем считывателя.

– Теперь у тебя есть доступ в дом. Тебе не возбраняется гулять, когда меня нет, отсюда всё равно не уйти.

Пока он держит двери, я заношу сумки. Попадаю сразу в холл, он же гостиная и прихожая. Встаю у пакетов, приоткрыв рот. Мужчина рядом и не спешит проходить дальше.

– Астрая, тебе нужно напоминать твои обязанности?! Ты в этом доме не гостья! – рявкает он, выводя меня из ступора.

Я разворачиваюсь, подхожу к нему, снимаю обувь и надеваю тапочки, а после встаю прямо.

– Добро пожаловать домой, – говорю тихо.

Он обхватывает пальцами мой подбородок, приподнимая голову.

– Ты должна была сказать: «Добро пожаловать домой, хозяин». Скажи правильно, Астрая, – цедит ледяным тоном.

Карие глаза грозно смотрят на меня, но я упрямо сжимаю зубы так, что раздаётся скрежет.

– Упрямишься, волчица. Ничего, так даже веселее, – он проводит большим пальцем по моим губам.

Меня трясёт от отвращения, и я кусаю его палец, Элемир отшатывается.

– Я согласна быть служанкой, но не смейте меня лапать, иначе встану ночью и прирежу, как паршивую свинью, – рычу я.

В щёку тут же прилетает пощёчина.

– Знай своё место, Астрая! – орёт он. – Ищи свои тапки, переобувайся. Сейчас спущусь и покажу тебе тут всё.

Я, держась за щёку, злобным взглядом сверлю его спину. Убью, гада, если только посмеет тронуть!

Глава 4

Элемир

Что на меня нашло, сам не понимаю. Отчитал девчонку я по делу, она должна обращаться ко мне правильно. Астрая – не простая служанка, которая работает за деньги и может в любой момент уволиться. Астрая – моя собственность, а я её хозяин. Но вот то, что я, прикоснувшись грубо к её подбородку для воспитательной меры, глажу её красивые губы пальцем, становится для меня самого шоком. Никогда не рассматривал женщин как запретных или недоступных, наоборот, они всегда были для меня естественным выбором, – но этот жест выходит за рамки обычного контроля. Он лишний, неправильный.

Я не отрицаю, что могу захотеть женщину в любой форме и в любом статусе. Никто не осуждает. По большому счёту всем наплевать, с кем ты спишь, пока не женился. В качестве сексуальной рабыни выбирают полукровок или представителей других цивилизаций. Лучше всех подходят люди с Земли. В человеческом обличии мы такие же, как они, даже гены в чём-то схожи, поэтому могут рождаться дети.

Астрая кусает меня за палец из-за моей неожиданной ласки. Потом говорит, что прирежет меня, если я к ней буду приставать. И что теперь, ножи в собственном доме прятать? Бред какой-то. Она всё равно будет готовить пищу. Я отвешиваю ей оплеуху и иду переодеваться в домашнее. Буквально кожей чувствую, как она сверлит злобно мою спину. Да, с девчонкой будет не просто интересно, а ещё и тяжело. Хорошо, что я подготовился к приёму своей рабыни.

Когда переодеваюсь, чувствую, как по венам проносится жар. Что это, приближается гон?! Сколько ещё до него, неделя, а может, меньше? Раз в году у каждого оборотня бывает гон, когда хочется трахать всё, что шевелится. Обычно он длится две недели. У каждого альфы он начинается по-разному. У кого-то зимой, у кого-то весной, у меня летом. В такое время дают отпуск, альфа закрывается дома и почти не выходит. Если у него есть жена, отпуск дают и ей. Если он одинок, к нему ходит любовница или девушка из борделя. Знаю, что один мой друг предпочитает на это время переселяться в дом утех, у него хватает денег на такую блажь.

Я всегда имел любовницу, а потом и вовсе женился. Почему ещё утром не заметил приближения гона? Если бы знал, то купил бы рабыню после него. Хотя в этом случае ноль двадцать пятую передали бы в дом утех, а я не получил бы такую забавную девушку. Она не просто забавная, в ней есть загадка, которую хочется разгадать.

Ещё там, в зале для гостей, она смотрела на меня со страхом, ненавистью и вызовом, а сейчас не боится выплюнуть мне в лицо слова о том, что прирежет меня как свинью. Ведь знает, что в этом мире она никто. Я могу сделать с ней всё что угодно: продать, подарить, отдать в дом утех, выколотить из неё дурь плетью. Могу посадить в своём доме на привязь как цепного пса. Есть у нас и такие животные, их привезли с Земли и теперь сами разводим. Единственное, что мне нельзя, калечить её и убивать, но всё равно наказаний много, а она бросает мне вызов, не склоняется перед хозяином.

Странно, но мне кажется, что в ней очень большая доля от волка. Даже если так, Астрая, тебе придётся пережить мой гон. Тут всего два варианта развития событий: либо ты сумеешь выстоять, либо я затрахаю тебя до невозможности нормально ходить.

Я выхожу обратно в холл, девушка расслабленно сидит в кресле. В моём любимом кресле. Я чувствую, как глаза наливаются кровью, а в ушах шумит от ярости. Гормоны шалят так, что туманят мозги. Это плохо, действительно приближается гон. Тихо, Элемир.

Разумеется, она не имеет никакого права сидеть в хозяйском кресле, но она ещё не освоилась. Я несколько раз медленно вдыхаю и выдыхаю, успокаиваясь, потом подхожу к ней.

– Я понимаю, Астрая, я тебе ещё ничего не показал. Ты всего несколько минут находишься в моём доме, но наглеешь с каждой секундой. Мне сказали, что ты бракованная, но уверили, что тебя обучили всему, что полагается. Сейчас мне кажется, что ты прогуливала абсолютно все занятия, – говорю я как можно спокойнее.

– Простите, я не должна сидеть в вашем присутствии, – она вскакивает с кресла, но уголки её губ подрагивают в улыбке.

– Мебель для рабыни существует только для того, чтобы стирать с неё пыль и мыть. Твоё место на полу, на специальной подушке. Я купил её для тебя, потом отдам. Ты должна была сказать: «простите, хозяин», – заявляю строго.

Астрая сжимает от злости челюсть, я даже слышу, как скрежещут её зубы. Упёртая девчонка, впрочем, не так уж и важно это обращение.

– Ты продолжаешь упрямиться, Астрая? Как-то ты должна ко мне обращаться. Я готов пойти на уступки, можешь называть меня господин Элемир. Так для тебя будет приемлемо? – усмехаюсь я.

– Да, господин Элемир, – отвечает она.

– Вот и славно. Бери пакеты с продуктами, покажу кухню. Ты должна знать: в холле стоят датчики движения. Как только ты заходишь, загорается свет. Если хочешь, чтобы он горел долго, хлопаешь в ладоши один раз. Нужно выключить свет – хлопаешь два раза. В остальных комнатах люстры реагируют только на хлопки. Лестница подсвечивается только на движение.

Мы приходим на кухню. Девчонка ставит пакеты на пол и начинает оглядываться. Я вынимаю из кармана тачфон.

– Дай сюда руку, Астрая. В этом тачфоне забит мой номер на всякий случай. Здесь же моё расписание, но я буду предупреждать, если задерживаюсь или лечу домой. Интернетом можешь пользоваться, если хочешь.

Я застёгиваю тачфон на её руке. Это гаджет с мягким браслетом и дисплеем в пять квадратных сантиметров. С одного бока крепится тонкий стилус. При нажатии на бок гаджета выдвигается такой же экран, и тачфон увеличивается.

– Заводи будильник в соответствии с моим расписанием и вставай раньше. Там указано, в какое время я завтракаю. Готовить ты будешь для двоих. Не забывай, ты не имеешь права сидеть за столом, но у меня есть для тебя подарок, Астрая, потом покажу. А теперь смотри, что где лежит, и раскладывай содержимое пакетов.

Глава 5

Астрая

Сволочь, постоянно напоминает мне о правилах, как будто я и сама их не знаю. Всё прекрасно помню, а в кресло села, чтобы его позлить. Не знаю почему, но мне хочется его злить. Хотя перебарщивать тоже не стоит. Вдруг его подарок – это плётка за непослушание.

Нас после совершеннолетия приучали к тому, как должны жить рабы. У нас не было мебели, кроме кровати и лавочки во дворе. Зимой в помещениях очень холодные полы, хоть комнаты и отапливаются, поэтому мы спали на кроватях. Дешевле купить их, чем потом лечить стаю щенков от простуды. Это чистокровные быстро регенерируют, а мы болеем почти так же, как и люди. А в остальном всё было, как и положено. Ели и учились, сидели на специальных подушках на полу. Если бы не холодный пол, то и спали бы на тонких матрасах. Ни один хозяин не купит для своей рабыни мебель. Зачем тратить деньги, когда можно кинуть подстилку, как верному псу, и крикнуть ему: «Место».

Вот и Элемир влепил мне пощёчину, рявкнув, чтобы я знала своё место. Но я решила его позлить и уселась в единственное кресло в холле. Знала, что могу огрести тумаков, что мне не справиться с чистокровным. Как бы я ни умела драться, альфа всегда будет сильнее. Как ни странно, было страшно и одновременно весело дразнить этого мужика. Это щекотало нервы. Не умею я быть тихой, покорной и скромной. До какой-то степени я всё ещё скромная, девственница всё же, но не настолько, чтобы можно было расстраиваться. Мне расстраиваться, разумеется, на Элемира я плевала с самого высокого дерева.

Мужчина сидел на стуле и сверлил меня глазами, пока я работала. Разложила продукты, он провёл меня по комнатам. Их было не так и много, спальня и кабинет на втором этаже. Спальня Элемира на третьем. Первый этаж – это холл-гостиная, кухня, ванная комната с душем и стиральной машиной, туалет отдельно. Рядом с кухней была ещё одна дверь. Туда, видимо, мы пойдём в последнюю очередь. Интересно, где буду спать я? На коврике у дверей? А что, с него станется. Но почему-то больше всего волновал другой вопрос.

– А можно спросить, господин Элемир? – осмелилась я, когда мы снова зашли на кухню.

– Спрашивай, – он кинул мне подушку в углу кухни. – Поужинаем сегодня по-простому. Ты видела, я купил пирог с мясом? Отрежь по куску себе и мне, налей стакан молока.

Я поставила на стол тарелку с пирогом и стакан молока. Взяла свою порцию, а после уселась на подушку.

– Я видела у вас след от брачного кольца. Мне интересно, вы женаты или нет?

– Женат, но брачное кольцо снял. Моя жена подписала документы на развод, через три дня их зарегистрируют. Я не обязан объяснять причины моего развода, но ты должна знать, что дороги назад у меня нет. Можно считать меня холостым уже сейчас, – беспечно ответил он.

– Тогда более насущный вопрос. Где я буду спать, у порога или на кухне?

– У тебя будет своя комната, Астрая.

Это что-то новое. Если рабыня не спит под лестницей или у порога, её отправляют в подвал. Но это в том случае, когда хозяин живёт в особняке. В городской квартире рабыня обычно спит на кухне. Мы доели, и Элемир дождался, пока я вымою посуду. Потом он приказал мне сходить в туалет.

– Ночью встаёшь в уборную? – зачем-то спросил он.

– Нет.

– Отлично, тогда идём спать. Завтра в семь утра должен быть готов мой завтрак, я полечу на работу. Посмотри меню на неделю в тачфоне.

Элемир привёл меня к комнате, в которой мы не были, потом открыл дверь.

– Заходи, это будет твоя комната. Мой подарок тебе, Астрая.

Я прошла в помещение, хлопнула в ладоши и обомлела. Тут было небольшое окно с ручкой. Это означало, что помещение можно будет проветривать. У стены стояла железная стойка с несколькими вешалками. Маленький стеллаж из двух полок, видимо, для нижнего белья, рядом деревянное кресло. Но удивительней всего было то, что посередине комнаты стояла круглая кровать. Она была окружена железными прутьями, упирающимися в пол и потолок. Между прутьями круглой клетки и кроватью оставалось место только для того, чтобы поставить стопы.

– Хороший сюрприз, правда, Астрая? Заходи внутрь.

Я встала у кровати, а он захлопнул дверь.

– Клетка открывается моим пальцем со считывателя. Замок также запрограммирован мною, завтра в шесть часов утра клетка разблокируется. Ну что, Астрая, всё ещё хочется прирезать меня ночью, как свинью? Боюсь, ты не призрак и не сможешь просочиться сквозь прутья, – сказал он ехидно.

Потом Элемир протянул руку и погладил моё волчье ухо. Я отшатнулась от этого прикосновения, упала спиной на кровать.

– Какая пугливая девственница. Должен предупредить, Астрая, у меня нет любовницы, с женой я тоже не сплю уже месяц, а не позднее чем через неделю у меня начинается гон. Это же чистая романтика, не находишь? Остров, который не покинуть, альфа, взявший отпуск на время гона, и его девственная рабыня. Ты не переживай, думаю, нам будет не скучно в этом доме вдвоём.

Он произнёс всё это с такой похотливой улыбочкой, что меня затрясло. И вот угораздило же меня попасть к одинокому альфе на пороге гона, который к тому же месяц не трахался. Он же меня порвёт на тысячу маленьких Астраек. Наверное, на моём лице читался испуг, потому что он присел на корточки и, протянув руки, погладил мои ноги.

– Не бойся, малышка. Всё будет хорошо, если ты не станешь сопротивляться, – голос был неожиданно ласковый.

– Не трогай меня, сука! – я отползла на середину кровати.

– Я и не собираюсь, пока не собираюсь. Спокойной ночи, Астрая, – он встал и пошёл на выход, а у дверей обернулся. – Астрая, тебе правила снова в мозг вбивать? На этот раз плёткой по заднице, не иначе.

– Спокойной ночи, господин Элемир, – ответила я, вздрогнув.

Когда он ушёл, я посмотрела на кровать и только сейчас заметила, что она уже застелена. Легла и укрылась тонким одеялом – всё же сейчас лето. Раздеваться не стала, вдруг ему приспичит, и он явится ночью. Хотя меня одежда не спасёт, если альфа закроет нас обоих в клетке. Хах, подарок он мне сделал, кровать, на которой собрался меня трахать. Придурок! Вот почему именно я?! В питомнике было много красивых девушек.

Умостилась поудобнее и начала засыпать. Как бы тревожно ни было, а устала я эмоционально настолько, что глаза сами закрывались. Вспомнила о будильнике, завела на шесть часов и провалилась в сон.

Глава 6

Элемир

Я посчитал, что игра будет нечестной, если девушка не будет знать, что я на пороге гона. Она должна подготовиться к тому, что её ждёт. Поэтому, когда мы зашли в комнату, я наслаждался её удивлением, а затем и испугом. Закрыл рабыню в клетке и объявил новость, погладив волчье ухо. Девушка отшатнулась и свалилась на кровать. Я воспользовался возможностью, присел на корточки и, протянув руки между прутьями, погладил её по ногам.

Какая же она красивая. Временами явно боится, но продолжает злиться. Прикосновение к её ногам сквозь тонкую ткань одежды обожгло ладони жаром. Хотелось зайти за решётку и, закрыв нас обоих, наброситься на девственное тело. Мозги не окончательно помутнели, я с трудом, но отринул от себя эту мысль.

– Не бойся, малышка. Всё будет хорошо, если ты не станешь сопротивляться, – сказал, и сам удивился, какой неожиданно ласковый был мой голос.

Девушка взвизгнула и даже обозвала меня, отползая на середину кровати. Я не стал заострять на этом внимание, но уходя, напомнил, что она должна была сказать. Астрая выдавила из себя пожелания спокойной ночи.

Поднялся к себе в спальню и стал раздеваться. Да, Астрая, не повезло тебе, у меня от одного почти невинного прикосновения стоит колом. Что будет, когда мы останемся тут вдвоём, а у меня окончательно откажут мозги?

Если начинается гон, альфа рассылает всем родственникам, знакомым и друзьям послание, чтобы его не беспокоили. Детей отдаёт родителям, потом запирается дома, вместе с женой и никого не принимает в гости. В семьях рабочих, если у половозрелого сына гон, но нет жены и любовницы, родители запирают его в спальне на замок. Несколько раз в неделю вызывают проститутку. А всё потому, что мозг съезжает и в нём только одна мысль и желание, секс, много секса. Если рядом никого нет, то альфа может выйти на улицу и затащить в дом первую попавшуюся девушку. Именно по этой причине, дают отпуск и под страхом наказания, запрещают появляться на улице.

Мне проще, есть остров, на котором я могу уединиться и гулять вволю. Есть деньги, на которые я могу пригласить сюда с десяток проституток, а после не вылезать из постели сутками. Я хочу именно Астраю, только сейчас, полируя свой стояк, я понял истину. Сегодня я выбирал не просто рабыню, а ту, кто вызовет сексуальное желание. Меня повело на этом взгляде голубых глаз, которые смотрели со смесью, страха, ненависти и вызова. Ещё тогда, захотелось сломать её, подмять под себя и трахать, выбивая из неё стоны наслаждения. В тот момент, я так чётко этого не осознавал, как сейчас.

Представил, как вхожу в неё на всю длину, потом наклоняюсь и оставляю следы своих клыков на её плече. От этого видения я быстро кончил, а в голове рассеялся туман. О чём я думаю, идиотина последняя?! Метку перестали ставить давно. Ещё тогда, когда цивилизация вышла на новый виток, а мы стали летать на другие планеты. Участились измены в семьях и, как следствие, разводы. Да, меченые оборотни могут изменять друг другу, но они не могут жить друг без друга, их тела нуждаются в подпитке генами партнёра. Это – слюна, сперма, соки влагалища, частицы которых просачиваются в кровь. Без подпитки меченый быстро умирает. Поэтому метки ставить перестали, чтобы в случае чего, спокойно развестись и жениться снова. Всё, спать, об остальном я подумаю завтра.

Летним утром я обычно предпочитаю поплавать в чистейшей воде океана вместо душа. Вода здесь пресная, поэтому мне не нужен никакой бассейн. А ещё тут никого нет кроме Астраи. Не буду же я, стесняться рабыни, которая через пару дней будет принимать меня в своей постели? Как и раньше, иду на пляж голый, даже не взяв с собой полотенце. Предпочитаю, чтобы капли воды на коже сами высохли на солнце, пока идёшь до дома.

Вышел из воды и тряхнул несколько раз головой, брызги с волос разлетелись в разные стороны. Медленно пошёл к дому. Вдруг увидел, что в окно кухни на меня ошалелыми глазами смотрит Астрая. Широко улыбнулся. Неожиданно, правда, моя сладкая невинная девушка.

Глава 7

Астрая

Вставать так рано для меня не проблема. Я бы проснулась по привычке, но предпочла на всякий случай завести будильник. В так называемой учебке нас будили в шесть часов утра. Потом выгоняли сонных к ряду умывальников. Воспитатель строгим тоном напоминал, что нам уже восемнадцать и детство закончилось. После чистки зубов и умывания нас волокли делать зарядку. Летом во двор, зимой в большой зал. Кроме примитивной физкультуры, для нас ничего не предусмотрели. Будущий раб не должен уметь драться. Потом нас вели в столовую и рассаживали на подушки. После завтрака начиналось наше обучение.

Рассказывали, как покормить младенца из бутылочки, поменять ему подгузник. С каждым днём занятия прибавлялись. Мы оттачивали навыки в приготовлении блюд, потом сами же и ели свою стряпню, делясь ею с другими. Учились варить множество вариантов кофе. Вот его нам пить было нельзя, этот напиток доставался только учителям.

На уроках стирки и глажки нам сваливали кучу учительской одежды, свою робу тоже стирали сами. Таким образом, мы могли учиться и работать до самого вечера, кроме двух стандартных выходных. Спать ложились в двадцать два часа.