Читать онлайн Хантстил. Искра Бездны. Том 1 бесплатно

Пролог

– Молодец, Левиар. Хорошая работа. Как всегда.

Голос Императора стекает по спине, как тёплая кровь. Сладкий. Гнилой.

Он называет хорошей работой пепелище. Деревню, которую я стёр с лица земли. Женщин. Детей. Стариков.

– Рад, что оправдал ваши ожидания, – бросаю сквозь зубы, глядя в стену за его спиной.

Я намеренно избегаю встречаться с ним взглядом, но он всё равно заставляет меня обернуться.

Ладонь Императора ложится на моё плечо имитируя дружеский жест.

Я ненавижу его прикосновения!

– Ты никогда не заставлял в себе усомниться, – он хмыкает, пальцы слегка сжимают мой погон. – Кто ещё справится с прислужниками Роя лучше, чем Дракон Бездны?

Его улыбка – безупречна. Высокий, светловолосый, с бородкой, выстриженной по последней моде. Глаза – светятся, будто янтарь на солнце.

Образец правителя сошедший со страниц учебников.

Но это всё ложь.

Он знает, что я вижу настоящего Варгоса. Ту трупную черноту, что копошится в его душе .

– Скажи, Левиар… – Он наклоняется ближе, и в его зрачках вспыхивает знакомый садистский интерес. – Когда в тебе говорит Голос Бездны… ты хоть что-то осознаёшь? Или просто тонешь? Может, слышишь, как они кричат?

Психопат.

Я сжимаю кулаки.

– Если вам так интересно – приходите в следующий раз. Посмотрите вблизи.

Он откидывается назад и негромко смеётся.

– Я же не самоубийца. – Палец императора касается моего горла, проводит по рунам. – Ты же не различаешь своих и чужих, когда Оно говорит. Только метка и может спасти.

– Но вас-то это не касается, – бросаю я, глядя сквозь него.

Метка ограничений.

Цепь рун на шее. Ошейник. Запрет на поднятие руки против императора.

Он знает, как я ненавижу это.

– Увы, это максимум, что мы смогли сделать, – вздыхает Варгос, разводя руками. – Защита для всего одной личности. А сам понимаешь: без императора – нет империи.

Его взгляд скользит к окну, где алеют проклятые утёсы Ландериза.

– А наша империя с её вечной битвой…, – он делает паузу. – Ей особенно нужен сильный лидер и, конечно же, такое беспощадное оружие, как ты, Левиар.

Его рука снова на моём плече. Дружеский хлопок.

Я молчу.

Он прав.

Пока Кровавый Рой отравляет наши земли – я должен убивать.

– На сегодня вы свободны, генерал. Империя благодарна.

Я бью кулаком в грудь.

– Служу во славу Ландериза.

Разворачиваюсь к выходу.

– Левиар.

Останавливаюсь.

– Завтра в Академии Хантстил – отбор Искр.

Я презрительно морщусь.

– Искр, как же. Выбирают служанок и наложниц.

– Знаменитый цинизм генерала Нокса, – смеётся он. – А вдруг попадётся действительно одарённая? Искр всё меньше. А это проблема, сам понимаешь.

Пожимаю плечами. Да, это проблема, но решать её нужно не мне.

– Зачем мне там быть? Я никогда не почувствую силу Искры.

– Ты – легенда, – его голос становится мягким, ядовитым. – Будущие воины должны видеть, каким должно быть идеальное оружие.

Ну, да. А знатные дома и твой главный противник – помнить, что ты можешь спустить меня с цепи.

– И, конечно… – Взгляд Императора скользит вниз. – Даже Дракону Бездны нужна… разрядка. Поэтому, если Искр и не будет, то ты все равно сможешь подобрать себе…

Я поднимаю глаза.

– У меня для этого есть битвы.

Он хмыкает.

– Непробиваемый, да? Что ж… жду завтра.

Кивок и выхожу.

Стражи расступаются при моем появлении – быстро, резко, будто боятся, что один мой взгляд разрежет их пополам.

Коридор замирает. Слуги прилипают к стенам, растворяются в тенях.

Они знают.

Знают, что я сделал.

Знают, что сделаю ещё.

Улица встречает меня тишиной. Толпа расступается, как море перед кораблём-призраком.

Конюх подводит Дара. Мой чёрный жеребец бьёт копытом, ноздри раздуваются – он чует кровь на мне.

Я вскидываю ногу в стремя…

“Тык.”

Под ногами яблоко – круглое, красное, нелепое на фоне пыли и камней.

– Эй! – Детский голос. Мальчишка, лет пяти, хватает фрукт, поднимает глаза –

– Ты… ты генерал…дракон Бездны?! Ого…

Его взгляд горит. Не страхом – восторгом.

Конюх тут же падает на колени:

– Простите, ваша светлость! Он ребенок. Дурачок! Он не поним…

– Плевать.

Я рывком сажусь в седло.

Спина горит.

За мной следят десятки ненавидящих глаз.

– Палач..

– Мясник…

– Чудовище…

Я привычно растягиваю губы в ледяной улыбке.

Они правы.

Глава 1 – Цена тишины

Левиар

Тишина после встречи у императора – отвратительно громкая. Она звенит в ушах, как набат. В ней – эхо его сладкого голоса, шелест платья служанки, что шарахнулась от меня в коридоре, и вечный, нестираемый запах дыма. Пепелища.

Мой чёрный жеребец Дар фыркает, чуя напряжение в моих руках. Он единственный, кто не боится прикосновения. Потому что сам – отродье смешанных кровей. Такой же отверженный беспородный отброс как и я.

Моя комната во дворце, чтобы пес не был далеко от хозяина. Но сейчас мне нужно хоть немного побыть подальше от тошнотворной удушливости аристократии.

Мне нужно просто место, где можно ненадолго перестать быть генералом. Где можно просто быть. Вернее, не быть.

Чёрный Переулок. Гнилой зуб в теле столицы. Здесь оседает вся грязь Ландериза: воришки, сбытчики краденого, шлюхи и те, кому некуда больше деваться. Они не расступаются здесь. Они прилипают к стенам, становятся частью тени. Идеально.

Я отпускаю поводья, позволяю Дару идти шагом. Закрываю глаза на секунду, впитывая вонь мочи, дешёвого вина и отчаяния. Здесь моё отражение в лужах – просто ещё один несчастный дурак в черном плаще.

Ошибка.

Больше никогда не закрывать глаза. Нигде.

Воздух сдвинулся. Не от ветра. От магии. Едва уловимое давление на барабанные перепонки, будто перед грозой.

Из тени прямо передо мной материализуется фигура в подозрительно легких серых доспехах.

Явно не для ближнего боя.

Маги. Чтоб их!

Руки уже в движении – сложные пассы, быстрые, как змеиные языки. Из ничего сплетается багровый клубок энергии, шипящий ненавистью.

«Заклятье Разложения», – успевает подумать холодный, аналитический кусок моего мозга. Дорого. Смертельно. Для дракона.

У меня нет времени на клинок. Есть только инстинкт, отточенный сотнями боёв. Я бросаюсь с седла в сторону, в смрадную лужу. Заклятие проносится над головой Дара, врезается в стену позади. Камень не взрывается. Он сгнивает на глазах, оседая зловонной жижей.

Дар ревёт от ярости, бьёт копытом по мостовой, высекая искры. Но я уже не смотрю на него. Их трое. Один спереди, двое выходят из-за груды хлама по бокам. Все в сером. Все с руками, плетущими смерть.

Наёмные маги. Элита подполья. Явно «доброжелатели». Мои или Варгоса.

Первый запускает сноп искр, которые ищут живое – нервные окончания, глаза. Я рву плащ, накидываю на летящее заклятье. Ткань вспыхивает синим пламенем и рассыпается пеплом. В воздухе пахнет озоном и сожжённой шерстью.

Второй маг бьёт не по мне. По земле. Каменная мостовая встаёт дыбом, острые плиты, как клыки, вырываются мне навстречу. Я отпрыгиваю, чувствую, как один камень режет сапог, цепляет плоть. Боль – тупая, далёкая. Фон.

Третий молчит. Его руки просто сложены. И от этого – страшнее всего. Он копит. Готовит что-то большое.

Адреналин бьёт в виски, прогоняя усталость. Ясно. Точно. Я делаю шаг навстречу первому магу, провоцирую выпад. Он совершает его – выстреливает иглой сжатого воздуха, способной пробить сталь. В последнее мгновение я отклоняюсь, и игла вонзается в второго мага, того, что управлял камнями. Раздаётся хруст и короткий, обрывающийся хрип.

Один.

Но третий, молчаливый, открывает глаза. И выпускает его.

Не заклятье. Сущность. Бесформенный сгусток первобытного страха и боли, вырванный из глубин Бездны. Так не должны работать маги. Это уже тёмное искусство.

Оно впивается не в тело. В разум. Картинки. Крики деревни. Лицо ребёнка с яблоком, но теперь оно обугленное. Голос императора: «Хорошая работа, Левиар».

Сильная магия. Слишком. И это плохо.

Для них.

Чёрная пустота за грудной костью, та, что всегда со мной, откликается. Не на магию. На вызов. На попытку украсть её пищу.

Она просыпается.

Твою ж мать! Не здесь!

Но я уже не контролирую. Голос Бездны – это не голос. Это прилив. Ледяной, всесокрушающий. Он вымывает из меня всё: мысль, ярость, боль. Оставляет только один, чистый, неоспоримый закон.

УГРОЗА – УНИЧТОЖЕНИЕ.

Мир замедляется, окрашиваясь в оттенки серого. Я вижу нити жизни. Яркие, горячие – у двух оставшихся магов. Тусклые, дрожащие – у бродяги, прижавшегося в углу. У женщины с пустым взглядом, сидящей на пороге. У парнишки, выглянувшего из-за двери, чтобы посмотреть на шум.

Нет, – пытается крикнуть во мне что-то крошечное, человеческое. Только маги. Только их.

Но мозг окончательно заволакивает голос Бездны.

Моё тело движется само. Я не бью. Я разрываю. Рука, просто рука, проходит сквозь барьер мага, как через дым. Касается его груди. Нить жизни гаснет. Он даже не успевает удивиться.

Сущность, выпущенная им, завизжала и рассыпалась.

Последний маг, видя это, впадает в истерику. Он не плетёт заклятье. Он рвёт на себе одежду, выцарапывает на груди кровавый знак – призыв к демону расплаты. Воздух трещит от невыносимой тяжести.

Голос Бездны ликует.

Из меня вырывается не свет, не пламя. Отсутствие. Волна абсолютного нуля, не физического, а метафизического. Она не ломает кости. Она стирает.

Маг с кровью на груди просто перестаёт существовать. Его фигура расплывается, как акварель под дождём, и исчезает.

Волна не останавливается. Она бьёт по стенам переулка. Камень не крошится. Он забывает, как быть камнем. Часть стены оседает тихим пеплом.

Бродяга в углу. Женщина на пороге. Парнишка за дверью.

Их нити – тусклые, дрожащие – обрываются.

Тишина.

Громче, чем любая битва. В неё врывается только тяжёлое, свистящее дыхание Дара. Он стоит, не шелохнувшись, шерсть дыбом, глаза полны древнего, животного ужаса. Даже он боится.

Голос Бездны, насытившись, отступает. Сворачивается в тугой, холодный клубок под сердцем. Довольный.

Я остаюсь стоять среди пепла и тел. Моих рук и не-моих. Моя ладонь липкая. Не вся кровь чужая.

Я смотрю на женщину у порога. Она так и сидит, прислонившись к косяку, только голова неестественно запрокинута. На парнишку, половину которого просто нет. На бродягу…

В желудке ворочается пустота. Не тошнота. Хуже. Признание.

Вот цена моей силы. Вот цена того, чтобы «справляться с Роем».

Я не ненавижу себя за это. Ненависть – это чувство. У меня его нет. Есть только усталое, всепоглощающее принятие.

Таков Дракон Бездны. Таков его путь. Уничтожать. Даже когда не хочет. Даже когда цель – уже давно мертва.

Глава 1.1 – Падение в бездну

– Хватит, Лада.

Голос отца обрушивается на меня, как тяжёлый кулак. Он нависает надо мной, и его дыхание пахнет дешёвым коньяком и страхом.

– Я уже сказал. Ты выйдешь за Рамиля, потому что у меня долги, которые меня убьют. А он согласился их списать – за тебя. Ты должна понять…

– Что? – Голос мой дрожит, но не от страха, а от ярости. – Что вместо того, чтобы отвечать за свои ошибки, ты продаёшь меня? Это я должна понять?

Подбородок вскинут. В глазах – огонь.

Лицо отца побагровело, жилы на шее надулись, как верёвки.

– Слишком я вас с матерью разбаловал. Ты выйдешь за него, Лада. И будешь делать всё, что он скажет. Потому что это единственная польза, которую ты можешь принести. Ты – инструмент. И тебя используют.

Слова жгут, как раскалённое железо.

– Да пошёл ты! – вырывается из горла хриплый крик. – Сам стань его инструментом, если так хочешь!

Я рвусь к двери. Бежать. Сейчас. Пока не поздно.

Но проклятое свадебное платье – эти метровые кружева, эта клетка из шёлка и жемчугов – опутывает ноги. Я спотыкаюсь, и в этот момент его рука впивается мне в руку, чуть выше локтя

– Прекрати!– Я заставлю тебя слушаться! – Он трясёт меня, как тряпичную куклу. Глаза бешеные. Ладонь заносится для пощёчины…

Дверь распахивается.

– Эй, Юрочка, – раздаётся масляный голос. – Ты что это, мою невесту пугаешь?

Рамиль.

Дорогой костюм, уродливо обтягивающий его рыхлое тело. Жирные пальцы с перстнями. И эти глаза – маленькие, свиные, ползущие по мне, как слизни.

Отец сразу съёживается, бормочет что-то, но Рамиль уже не слушает. Он приближается, и его дыхание – тёплое, липкое – обволакивает мою щёку.

– Не бойся, Ладушка, – шепчет он, и от этого голоса сводит зубы. – Больше никто тебя трогать не будет. Только я.

Облизывается.

– Первая ночь будет… незабываемой. Я знаю, ты у нас дикарка. – Его пальцы сжимают моё запястье. – Но это исправляется. Фиксация. Доминирование. И вот…

Рамиль щелкает пальцами.

– Ты уже смирная овечка, дрожащая от ласки хозяина.

По моей коже пробегают ледяные волны отчаяния и абсолютной беспомощности. Я не могу этого допустить.

Я… Я просто не перенесу этого.

В крови взметается адреналин.

Я совершаю рывок настолько резкий, что даже охрана не успевает среагировать. В голове нет никакого плана – только единственное желание: сбежать, оказаться как можно дальше от этого места, от этих монстров в человеческом обличии, для которых я всего лишь вещь, которую можно использовать, как им хочется.

Пробежав по коридору второго этажа, я подбегаю к лестнице, но едва делаю шаг, как меня резко дёргает за руку один из охранников.

– Ты куда собралась?

Вместо ответа я изо всех сил вцепляюсь зубами ему в руку.

– А, твою мать, больная истеричка!

Он инстинктивно отшатывается, толкает меня. Я делаю неуклюжий шаг на ступеньку, пытаясь удержаться, но снова наступаю на подол проклятого платья и скатываюсь вниз.

Последнее, что я помню перед тем, как сознание меня покидает, – это мелькнувшая мысль: вот бы никогда не просыпаться.

Глава 2 – Ирония судьбы

Увы, жизнь решила, что ещё не дошутила шутку обо мне. Я очнулась в совершенно другом мире – империи Ландериз, как я узнала чуть позже. Но главная ирония была даже не в этом, а в том, что я оказалась в теле Элиры Вейл, которую хотели выдать замуж за какого-то мелкого аристократа, чтобы он простил семье карточный долг их главы. Какая до боли знакомая история! Это что же, моя судьба – быть использованной теми, кто не умеет сам нести ответственность за свои поступки?

Элира сбежала прямо перед алтарём. Её поймали, но вернули в родительский дом уже меня в её обличии.

Скандал был такой, что никто Элиру, то есть меня, уже замуж брать не хотел, а долги отдавать как-то надо.

И вот я еду в карете в какую-то Академию Хантстил вместе с красивой, но отстранённой матерью и отцом, который буквально дышит ненавистью ко мне.

– Довольна собой, Элира? – рычит отец, когда мы въезжаем во двор академии и останавливаемся, – опозорила нас, поставила семью на край выживания…

– Ну, это сделал ты, а не я, – вполголоса говорю я.

– Что? Что ты сказала? – резко подаётся вперёд отец и хватает меня за плечо. – Элира, ты должна была стать спасительницей нашей семьи. Тебе просто нужно было выйти замуж за Барона Алксария и всё. Но ты включила свою гордость. И что?! Чего ты добилась своим побегом?! Мы опозорены и теперь единственный выход – это академия Хантстил.

Мама впервые смотрит прямо на меня и шевелит ярко накрашенными, но сухими губами:

– Это военная академия для драконов. Для огненного легиона. Тебя здесь как женщину будут использовать только в качестве служанки и наложницы кого-то из огненного легиона.

Что опять?!

Нет, такой вариант мне точно не подходит. Точнее, служанкой еще нормально, но точно не наложницей.

– Может, если ты окажешься крайне везучей, – морщится отец. – То кто-то из драконов почует в тебе истину и тогда возьмёт тебя в жёны. Но я что-то в этом сильно сомневаюсь. Нам вряд ли повезет породниться с кем-то из настолько сильного и влиятельного рода.

Звучит конечно получше, чем наложница, но всё равно …бесит. Дико бесит! Я как будто рождена только для того, чтобы все меня использовали для своих интересов.

И главный смысл моей жизни, чтобы меня продали подороже!

И тут отец выдаёт:

– Ну а если удача отвернётся от тебя полностью, то в тебе обнаружат силу Искры. И тогда, встретившись в бою с Кровавым Роем, ты будешь мечтать работать в борделе, в самой грязной низине, лишь бы сбежать оттуда. Но будет поздно.

Я оживляюсь.

– Постой-ка… Если я окажусь этой Искрой, то никаких постелей и женитьб? Отлично! Мне это подходит. А что для этого нужно сделать?!

Отец и мать потрясённо переглядываются.

– Я давно подозревал, что ты слабоумная, – в конце концов говорит отец. – Впрочем, если ты так рвёшься, чтобы тебя заживо сожрали, то я могу лишь поддержать тебя в этом стремлении. Если дочь оказывается Искрой, то семье за неё платят просто огромную сумму, плюс списывают все долговые обязанности и расписки.

– Вот это что нужно…

Я распахиваю дверь и становлюсь на ступеньку.

– Тогда все вместе скрестим пальцы, чтобы я оказалась Искрой. До скорых встреч!

Я посылаю своим родителям издевательский воздушный поцелуй и, взяв небольшой чемоданчик со своими скромными пожитками, выхожу на громадную площадь перед академией.

У меня невольно перехватывает дыхание от величия и масштабности этого здания.

Я застываю, не в силах оторвать взгляд от того, что возвышается передо мной.

Академия Хантстил.

Она простирается ввысь, как каменный исполин, высеченный самими богами. Её шпили, острые как клыки дракона, пронзают низкие свинцовые тучи, будто бросая вызов самому небу. Стены из тёмного базальта, испещрённые серебряными прожилками, мерцают в бледном свете, словно покрытые инеем.

Главные ворота – две массивные арки, украшенные барельефами сражающихся воинов и чудовищ – зияют, как пасть гигантского зверя. Между ними висит мост из чёрного камня, такой узкий и высокий, что дух захватывает. Он ведёт к центральному зданию, где окна-бойницы бросают на землю длинные, искажённые тени.

Я непроизвольно сглатываю.

Это не похоже на школу. Это – оплот власти.

Ветер доносит до меня странный запах – дыма, металла и чего-то древнего, почти звериного.

Но долго восторгаться красотой мне не дают.

– Привет! Ты же будущая Искра?

Глава 3 – Выбери меня!

Ко мне подбегает какой-то парень: невысокий, светловолосый, с большущими голубыми глазами и широкой улыбкой. Настолько милый, что напоминает мне золотистого ретривера, радостно виляющего хвостом.

– Да, – неуверенно киваю я. – Очень надеюсь, что да.

Он приходит в неописуемый восторг:

– Раз надеешься, то точно получится! Я знаю, верю. Когда будешь проходить испытания на резонанс с драконом, то выбери меня, ладно? Кстати, меня зовут Арзас Зевиус.

– Элира Вэйл, – улыбаюсь я. – Очень приятно.

Он забирает у меня чемодан:

– Пойдём, проведу тебя в зал испытаний. Кстати, а где твой фонарь?

Арзас оглядывает мой чемодан:

– Сюда же не поместится…

Так, что я только сейчас выяснила?

У меня должен быть какой-то фонарь для испытаний, который точно не поместится в чемодан.

И что, будут какие-то испытания резонанса, для которого нужен будет дракон?

Ну, вроде дракон у меня уже есть…

Я бросаю взгляд на Арзаса.

Быстро я справилась, хех. Знать бы ещё, что значит этот самый резонанс…

Ладно, будем разбираться по ходу.

К нам подходят ещё двое парней – полная противоположность “золотистому ретриверу”.

Но всё внимание на себя сразу перетягивает один из них.

Высокий, длинноногий, гибкий, с хищной грацией пантеры, он подходит медленно, будто намеренно растягивая каждый шаг. Его черные волосы слегка растрёпаны, словно он только что встал с постели, но в этом есть нарочитая небрежность. На правый глаз, время от времени падает челка, придавая его взгляду еще более скрытого лукавства.

Широкие плечи, узкая талия, мощные руки, скрещённые на груди – всё в нём кричит о силе и уверенности.

Но главное – его глаза.

Ярко-зелёные, как ядовитый мох, с золотистыми искорками. Они изучают меня с неприкрытым интересом, но в этом взгляде нет ничего простого – только расчёт и какая-то странная, почти кошачья игра.

– Арзас, может, дашь девушке хоть немного оглядеться? – его голос низкий, бархатистый, с лёгкой хрипотцой. В уголках губ играет ухмылка – недобрая, но чертовски притягательная.

Он подходит ближе, и я невольно замечаю, как ловко он двигается – будто каждое его движение продумано на три шага вперёд.

– Килсар Рэмси, – представляется он, и его улыбка становится шире, обнажая чуть острые клыки. – Если хочешь кого-то действительно надёжного, то на испытаниях резонанса… – он делает паузу, намеренно затягивая момент, – …выбирай меня. Поверь, ты не пожалеешь.

– Кстати, а насчет фонаря. Ты что, не в курсе? – Килсар наклоняется к Арзасу, будто делится секретом, но говорит громко, чтобы слышала я. – Искр слишком мало. Теперь в академию берут всех подряд, даже тех, у кого нет денег на фонарь. Бедненьких. Инициатива нашего нового ректора.

Ой, как удачно!

Я тут же делаю максимально грустное лицо.

– Д…да, если честно, мой отец всё и проиграл, и у нас просто не было возможности…

Арзас тут же густо краснеет:

– Прости, пожалуйста, я такой бестактный, даже не подумал…

Неожиданно второй подошедший – худее, с полностью отсутствующим, пустым выражением лица, вдруг подает голос и он звучит…мертво.

– Вам это не нужно. – Он поднимает серые, пустые глаза сначала на Килсара, затем переводит взгляд на Арзаса и, наконец, на меня. – Никому из вас. А ты… – он смотрит на меня. – Лучше включи мозги и попросись служанкой или наложницей.

После этого он разворачивается и уходит.

– Чего это он? – хмурюсь я, глядя вслед уходящему.

– В прошлом бою Кровавый Рой сожрал его Искру, – глухо сообщает Килсар, внезапно став серьезным.– А он не смог защитить…

– У них был очень глубокий резонанс, – тихо выдыхает Арзас. – Я даже не знаю, сможет ли он оправиться после этого.

Глава 4 – Выбора нет

На пути в академию Арзас несёт мой чемодан, болтая без остановки, как заводной. Его светлые волосы взъерошены, а голубые глаза сияют, будто он ведёт меня не на испытания, а на праздник.

– Ты только представь, Элира! В этом зале собираются все кандидатки! Ну, почти все. Там будет…ну…таких как ты там…

Его перебивает громкий вздох. Килсар идёт слева от меня, его движения ленивы и грациозны, как у большого кота. Когда мы проходим мимо группы девушек, я замечаю, как они сразу замолкают, а потом начинают перешёптываться, бросая на него томные взгляды.

– Арзас, ты её напрасно пугаешь, – Килсар растягивает слова, оборачиваясь через плечо к девушкам и посылая им беглую улыбку. Те сразу краснеют. – Там просто… специфическая обстановка. А еще сегодня вроде даже император будет присутствовать.

Я свожу брови к переносице:

– Что значит "специфическая"?"

Арзас нервно переминается с ноги на ногу:

– Ну… Видишь ли, не все девушки там хотят стать Искрами. Большинство…

– Большинство надеются устроиться служанками или наложницами, – Килсар заканчивает за него, его зелёные глаза скользят по моему лицу, оценивая реакцию. – Искр мало. Очень мало. У них и сама сила редкая, и сами девушки не желают идти на эти испытания. Никто Искрой быть особо не хочет. Впрочем, это объяснимо. Потому что…

Он не успевает закончить. Мы подходим к массивным дубовым дверям. Арзас распахивает их с торжествующим видом: "Вот и пришли!"

Общий зал оказывается огромным – высокие сводчатые потолки, витражи, изображающие драконов, и… сотни девушек. Шум стоит такой, будто я попала на рынок.

– Чёрт возьми… – вырывается у меня.

Килсар усмехается:

– Впечатляет, да? Но запомни, – он наклоняется ко мне, его дыхание тёплое у моего уха, – из всех этих курочек по настоящему полезны – единицы. Надеюсь, что ты одна из них.

Я собираюсь ответить, но в этот момент двери с грохотом распахиваются. В зал входит группа мужчин, и шум мгновенно стихает.

Впереди идёт высокий мужчина с тёмными короткими волосами. Его лицо – резкое, с острыми скулами и холодными даже ледяными голубыми глазами. Он одет в чёрный мундир с серебряными эполетами, и каждый его шаг отражается леденящим эхом от стен.

За его спиной, словно живая тень, движется худощавый мужчина. Его волосы цвета воронового крыла спадают на лоб, закрывая один глаз.

Второй глаз – мертвенно серый, холодный, как сталь – сканирует зал без всякого интереса. Его руки покоятся на рукоятях двух клинков. На груди – значок с изображением змеи.

– Ректор Оберон Стилс, – шепчет Арзас, и в его голосе смесь страха и восхищения. – Наш ректор и командор огненного легиона. А это…

– Аспид, – тихо говорит Килсар. – Настоящее имя – Вэйлон Крэйг. Капитан. Убийца драконов. Говорят, он может перерезать горло, прежде чем жертва поймёт, что умерла.

Ректор поднимается на возвышение. Его голос, когда он начинает говорить, тихий, но наполняет весь зал:

– Добро пожаловать в академию Хантстил, леди.

Он делает паузу, его ледяной взгляд скользит по залу.

– Сегодня все вы будете проходить испытания на Искру.

Сначала воцаряется секундная тишина, а после воздух буквально взрывается криками.

– Что?! – кричит рыжая девушка в дорогом платье.

– Вы не имеете права!

– Это же смертный приговор! – визжит кто-то справа.

– Я буду жаловаться императору!

Одна из девушек, которая судя по форме собиралась идти в служанки падает на колени, её тело сотрясают рыдания:

– П-пожалуйста, я не хочу умирать…

Аспид делает шаг вперёд, его рука уже на клинке.

Он что? Собирается устроить здесь резню?!

Но ректор Стилс едва заметно поднимает палец, и тот мгновенно замирает.

– Быть Искрой это не обязательно смерть, – говорит ректор, и его голос вдруг становится почти мягким. – Те, кто не пройдёт, вернутся к прежним ролям. Но… – он делает паузу, – у каждой из вас есть возможность сделать действительно правильный выбор. Раскрыть свой потенциал.

Тишина становится гнетущей.

– Вы можете остаться служанкой. Можете стать наложницей. Или…– голос ректора крепнет, становится как сталь, – вы можете стать той, перед кем склонят головы даже драконы.

Рыжая наложница первой ломает молчание:

– А если в…в нас окажется сила искры, но мы всё равно откажемся? Так ведь можно?

Зал замирает.

Все глаза устремлены на рыжую наложницу, осмелившуюся задать вопрос, и на высокую фигуру ректора, чья тень падает на неё, как клинок гильотины.

Ректор Стилс не спешит с ответом. Он медленно поворачивает голову, и лёгкий поворот его шеи выглядит так, будто на неё смотрит суровое безжалостное божество. Его голубые глаза – два осколка арктического льда – фиксируются на девушке.

– Откажитесь? – его голос звучит почти задумчиво, но в нём уже слышится сталь. Он делает шаг вперёд, и сотни девушек инстинктивно отстраняются. – Вы спрашиваете, можете ли вы отказаться служить империи в её самый тёмный час?

Он внезапно разворачивается ко всему залу, его красный плащ взмывает, как крыло хищной птицы.

– За этими стенами, на алых утесах – Кровавый Рой! Они уже сожрали три пограничные провинции! Они идут сюда – к вашим домам, к вашим семьям! – его голос гремит, заполняя каждый уголок зала. – И пока вы тут спорите о своём комфорте, солдаты гибнут на стенах, сдерживая эту тьму!

Стилс резко бьёт кулаком в каменную колонну, и эхо удара разносится, как пушечный выстрел.

– Нет, вы НЕ МОЖЕТЕ отказаться! Вы – последняя надежда Ландериза! Каждая из вас – потенциальное оружие против тьмы! И если для проверки этой возможности мне придётся переступить через ваши страхи – я сделаю это без колебаний!

В зале стоит гробовая тишина. Даже рыжая бунтарка опустила глаза. Ректор медленно выдыхает, его следующий голос звучит тише, но от этого не менее страшно:

– Но я дам вам выбор. Вы можете пройти испытание как героини… или как трусливые овечки, которых будут гнать к бойне. Решайте. У вас есть полчаса подготовиться к испытанию. Но из академии вас не выпустят, пока вы не пройдете испытания на Искру.

Он резко разворачивается, его плащ взметается, когда он направляется к выходу. Аспид бросает на зал один-единственный обещающий расправу взгляд и следует за хозяином.

В наступившей тишине слышно, как капают слезы одной из девушек на каменный пол.

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как его слова разожгли во мне что-то древнее и дикое.

Килсар наклоняется ко мне, его губы почти касаются моего уха:

– Ну что, мышонок? Готова стать оружием?

Глава 5 – Настоящая власть

Когда Оберон Стилс выходит, снова воцаряется тишина: все будто ещё под впечатлением от него, да и я сама тоже. Вот это мужик! Да за таким явно хоть в самое пекло пойдёшь… Наверное, именно так и выглядят личности, из которых создают культ. Харизма и властность просто зашкаливают – обалдеть!

Я выдыхаю, а потом шёпотом говорю:

– Он, наверное, какой-то родственник императора. Брат?

Килсар слегка изгибает бровь.

– Ректор-то? Да, скорее заноза в его заднице.

Арзас бросает на него встревоженный взгляд, будто убеждаясь в его реакции, после чего мило улыбается мне.

– Ректор Стилс даже не дракон.

Я моргаю.

– Он – ректор академии драконов, но сам даже не дракон?!

– Мощно, да? – Лениво ухмыляется Кисар:

– А знаешь, что ещё более мощно? Его заместитель – капитан Крэйг – дрэгхант. Он – убийца драконов. Более того, он лучший среди них!

У меня округляются глаза.

– А зачем…

– Так, все мужчины на выход, – вдруг командует какая-то стройная атлетичная женщина в плаще, похожем на плащи Арзаса и Килсара, но не алого, а зелёного цвета. – Искрам пора готовиться.

– Все, мы пошли. – Арзас приобнимает меня за плечи. – Удачи! И всё же, на испытание гармонии выбери меня.

Килсар, как всегда, медленно, с ленивой грацией смотрит на нас сверху вниз:

– Но если хочешь в бою иметь хоть какую-то передышку, чтоб не защищать дракона вечно, то ты знаешь, чьё имя назвать.

Килсар смотрит на меня с хищной, и при этом всё равно расслабленной полуулыбкой, после чего похлопывает Арзаса по плечу:

– Ладно, ладно, не обижайся, дружище. Я шучу… почти.

После чего разворачивается и с той же ленивой грацией направляется к двери, собирая на себя все взгляды, при этом ничего для этого не делая.

Что-то я сомневаюсь, что у него будет мало девушек, которые захотят провести с ним испытание гармонии, в чём бы оно ни заключалось.

Кстати, а в чём оно заключается?

Пора наконец прояснить ситуацию.

– Так, император и генерал Нокс уже прибыли! – громко сообщает женщина.

Все при этой фамилии вскрикивают, но мне как-то всё равно – у меня есть конкретная цель.

– Пора начинать, – сообщает она. – Кто готов идти первым?

Все разом делают шаг назад, а я поднимаю руку:

– Я! Можно? Я?

Женщина впечатлённо кивает головой:

– Ого, какой похвальный энтузиазм. Назовись.

– Элира Вэйл, – с готовностью отвечаю я.

– Ты готова идти первой на испытание Искры? – уточняет она.

– Конечно, готова, – киваю я. – А что надо делать?

Несмотря на общую нервозную обстановку, все начинают хихикать. Но женщина поднимает руку, и одного этого жеста хватает, чтобы все успокоились. Она спокойно осматривает меня:

– Фонаря тоже нет, как я понимаю?

Я качаю головой:

– Неа.

– Ничего страшного, – она оглядывает меня, – сейчас выдам. Но первой тебе идти не стоит. Просто посмотри, как всё будет проходить. Может, и хорошо, что ты ничего не знаешь об испытаниях Искры. Наша магия… она идёт из души и внутренней силы. Осознанность всё только портит. Идём, посажу тебя в испытательном зале. Пойдёшь пятой.

***

Зал для испытаний напоминает древний храм, высеченный из чёрного базальта. Высокие своды теряются в полумраке, а по стенам тянутся гигантские фрески, изображающие драконов, сражающихся с какими-то отвратительными, чудовищными тенями. Это и есть Кровавый Рой?

Брррр…

В центре – круглый помост, окружённый двенадцатью каменными колоннами, на которых выгравированы руны. Они слабо светятся изнутри, пульсируя в такт какому-то незримому ритму. В воздухе пахнет дымом и металлом – запах, который въелся в эти стены за сотни лет испытаний.

Вдоль стен стоят скамьи, заполненные девушками. Я устраиваюсь на указанное место, осматриваюсь. Напротив, на возвышении, расположены три массивных кресла. Пока что они пусты.

Тишину нарушает гулкий стук сапог по каменному полу.

Я сжимаю холодные перила скамьи, когда в зал входит Оберон Стилс.

И снова я поражаюсь незримой ауре власти этого мужчины.

Он шагает так, будто зал принадлежит ему – спокойно, уверенно, без тени сомнения. Его чёрный мундир с серебряными эполетами подчёркивает широкие плечи, а голубые глаза, холодные, как лезвие, скользят по залу, будто оценивая каждую деталь. За ним, словно тень, следует капитан Крэйг – его черные волосы спадают на лоб, скрывая один глаз, а второй, серый и безжизненный, фиксирует всех присутствующих с убийственной точностью.

Ректор останавливается перед помостом, скрестив руки за спиной.

– Приветствую вас, кандидатки.

Его голос негромкий, но наполняет весь зал, заставляя всех замереть.

– Сегодня вы сделаете первый шаг к тому, чтобы стать оружием империи. Или – её щитом, но ваша роль будет…

Он не успевает продолжить.

Двери распахиваются с грохотом, нарушая момент.

– Его Величество Император Варгос и генерал Левиар Нокс! – громко объявляет распорядитель.

Император Варгос входит с театральной лёгкостью, улыбаясь так, будто даёт аудиенцию простолюдинам. Его светлые волосы идеально уложены, карие глаза теплы – и при этом будто бы абсолютно пусты.

Сказать, что я разочарована – это ничего не сказать.

После ректора он кажется, ну… никаким, что ли?

Рядом с ним вышагивает, видимо, тот самый генерал Левиар Нокс, который одной фамилией всех напугал: чёрный мундир, шрамы, мёртвый взгляд.

Оберон поворачивается к ним и кланяется – формально, ровно настолько, чтобы это не считалось оскорблением.

– Ваше Величество. Генерал.

Варгос улыбается ещё шире.

– Ректор Стилс. Всегда приятно видеть, как ты вдохновляешь молодёжь.

Голос его звучит тепло, но в глазах – лёд.

Ректор не моргает.

– Без вдохновения нет прогресса. А без прогресса – нет победы.

Тишина в зале становится тяжёлой.

Император и ректор смотрят друг на друга, и между ними пробегает незримый разряд.

Я задерживаю дыхание.

Что-то не так.

Они говорят вежливо, улыбаются, но… каждый их взгляд – как удар клинка.

И самое странное – ректор Стилс выглядит настоящим лидером.

Рядом с ним император кажется… декорацией. Красивой, но пустой.

Я вдруг понимаю разницу между ними: Император – как позолоченная статуя, блестящая, но пустая внутри. Ректор же – живая сталь.

Я замечаю, как капитан Крэйг – тот самый убийца драконов – слегка сдвигается, его рука непроизвольно касается рукояти клинка.

Генерал Левиар же даже не смотрит в его сторону, но я вижу, как напрягаются его плечи.

Два оружия. Два смертоносных клинка, направленных друг против друга. И готовые скреститься по первому же приказу своего господина.

– Выглядишь бледной, новенькая, – шепчет подсевшая ко мне наставница. – Генерал напугал?

Я не отвечаю. Потому что это не страх. Это что-то другое.

Но всё же мой взгляд снова невольно скользит к генералу Левиару Ноксу – и тут же застревает на нём, будто прикованный.

Он красив.

Но не так, как Стилс – благородной, ледяной красотой айсберга. И не как Варгос – выхолощенной ухоженностью дворцового портрета

Его красота – как у обнажённого клинка.

Опасная.

Тёмные волосы, коротко остриженные, будто он не терпит ничего лишнего. Лицо – резкое, с высокими скулами и бледной кожей, изборождённой шрамами. Один из них – тонкая белая линия – пересекает левую бровь, чуть не задевая глаз.

И глаза…

Они – пустые.

Не холодные, как у Стилса. Не ядовито-насмешливые, как у Килсара.

Мёртвые.

Будто за ними – только тьма.

И тут – он поворачивает голову.

Наши взгляды сталкиваются, и я невольно содрогаюсь.

Мир сужается до этих двух бездн, в которых нет ни искры тепла.

Моё сердце замирает.

Не потому, что он красив.

А потому, что в этот миг я ощущаю: этот мужчина будто бы мёртв. Не телом, а душой.

И всё, что от него осталось, – это обязанность быть оружием.

Я резко отвожу глаза, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

Но поздно.

Этот взгляд уже врезался в память.

И почему-то мне кажется…

Он тоже меня запомнил.

– Испытание начинается, – объявляет ректор, и снова в его голосе слышится естественная привычка отдавать приказы.

Император удобно устраивается в кресле, будто готовится к представлению. Но его пальцы продолжают барабанить по подлокотнику.

А я вдруг понимаю, что он, как и все присутствующие, тоже осознаёт: в этом зале настоящая власть принадлежит не тому, кто сидит на троне.

И это ему не нравится.

Глава 6 – Кто ты такая?!

Левиар

Каменный холод зала проникает под мундир, но это не сравнить с ледяной пустотой внутри. Варгос усаживается в кресло с театральным изяществом, его пальцы барабанят по золочёному подлокотнику. Демонстрация силы. Как всегда.

Я знаю, почему меня притащили сюда. Не для защиты. Не для совета.

Я – живое напоминание Оберону Стилсу.

Смотри, наглый ублюдок, вот он – Дракон Бездны. Мой личный убийца. Можешь ли ты противопоставить ему что-то равное?

Мой взгляд скользит к капитану Вэйлон Крэйгу.

Аспид. Убийца драконов. Тень Стилса.

Он стоит чуть позади ректора, неподвижный, как каменный идол. Но я видел, как их плечи касались у карты военных операций перед боем, как Стилс наклонялся к нему, слушая тихий совет, как в бою их клинки двигались в смертельном танце, прикрывая спины друг друга.

Вот что бесит.

Мы с Крэйгом – одно и то же. Орудия. Но…

Он – меч в руках воина. Я – топор палача.

Император шепчет что-то придворному, бросая на меня быстрый взгляд:

– Приготовь генерала. Завтра – устранение лорда Верона. Слишком громко критикует налоги.

Я медленно сжимаю кулаки.

Не Рой. Не чудовища, пожирающие деревни. Очередной политик, ставший неудобным.

– Ваше Высочество, – мой голос звучит как скрежет камня, – разве не лучше бросить силы на Восточный фронт? Там Рой…

Варгос машет рукой, не глядя:

– Ректор Стилс справится со своими дракончиками. Твоя задача – здесь.

Стилс слышит. Его ледяные глаза встречаются с моими. В них – ни презрения, ни злорадства, только понимание.

Он видит. Знает, во что меня превратили.

И это хуже любой насмешки.

И я испытываю…зависть.

Не к авторитету Стилса. Не к его влиянию.

К тому, как он смотрит на Крэйга.

Как на… личность… равного… друга.

Интересно, каково это – когда есть кто-то, кому ты важен?

Почему-то думается, что вступи мы в схватку с Крэйгом для защиты своих хозяев, я, скорее всего, проиграю, потому что буду просто выполнять приказ, а он – защищать того, кто придаёт его жизни смысл. Крэйг будет драться до смерти и заберет с собой того, кто посмеет посягнуть на его командира.

Внезапно я ловлю чей-то взгляд. Девчонка-кандидатка. В её глазах – не ужас, как у остальных, и даже не презрение, а… любопытство?

Очень странное чувство. Какое-то пронизывающее.

Искра?

Нет. Только кандидатка.

Да и я ауру Искр не способен почувствовать из-за своей силы.

Я резко отвожу глаза.

Не твоё дело, девочка. Лучше молись, чтобы в тебе не оказалось нужной силы, и тебя не отправили на встречу с Роем. Светлая такая. Изящная. Такой легко будет стать наложницей…

Странно, но почему-то при мысли, что она будет кого-то ублажать, в груди, под слоем льда, что-то едва дернулось.

Мне… это не понравилось?

С чего бы?

Какая мне разница?

Видимо, всё же недосып даёт о себе знать.

Я на миг прикрываю глаза.

В этот момент объявляют о начале испытаний.

И на мгновение наступает тишина.

Каменный зал будто бы наполняется душным воздухом, пропитанный потом страхом. и тлеющей магией.

Первая девчонка выходит, на явно непослушных ногах.

Она прикасается к своему фонарю, по коже пробегают искры и её фонарь выдаёт жалкую искру – золотистый огонёк, едва теплящийся на донышке. Слабо. Ничтожно.

– Негодна, – сухо сообщает наставница Искр.

Девчонка чуть не прыгает от радости. Молодец. Не идиотка. Понимает, что спасена.

Вторая. Фонарь вспыхивает жёлто-зелёным – стабильно, но тускло.

– Годна.

– Нет! Пожалуйста! – её визг режет слух. – Я не смогу!

Она умоляюще бросается к нам.

– Прошу! Пощадите!

Стилс медленно поднимается и делает шаг вперед, уже одного которого хватает, чтобы девчонка затихла:

– Высшие одарили тебе непревзойденной силой,Айрис. Магия Искры – это дар. Дар иметь возможность защищать свое королевство. Своих близких и тех, кто не способен защитить себя сам. Скажи, Айрис…

(Стилс уже успел запомнить имя?)

–…если не это важнейший смысл существования, тогда что же? – ректор говорит спокойно, но каждое его слово приковывает к себе всеобщее внимание. – Замужество? Дети? А сможешь ли ты смотреть на одного своего ребенка, зная что могла своей силой спасти жизни сотни других детей?

И я вижу как истерика девчонки постепенно гаснет. Уступая совершенно другому – решимости.

Более того, настроение меняется вообще у всех присутствующих. Студенты и поступающие смотрят на него как на живое божество.

И только Крэйг остается спокоен. Он будто знает, что так и должно быть. Естественно как то, что бриллиант сверкает, а огонь обжигает.

– Д…да, – девчонка вместо привычного для аристократок реверанса, вдруг поднимает руку и неуверенным жестом кладет кулак на сердце. – Я гот…

– Ну-ну…, – внезапно подает голос Император. – Ректор Стилс, я и не знал, что вы внезапно решили настолько ужесточить правила и считаю, что это неверно. Об этом стоило рассказать заранее. Поэтому, я как правитель заботящийся о дочерях своей империи, разрешаю пройти проверку на искр только желающим.Как это было раньше.

И от имени ректора Стилса приношу извинения, – император бросает взгляд на ректора сознательно его провоцируя.

Но натыкается на привычный ледяной взгляд.

– Уверен, что правителю виднее как лучше распоряжаться силами и потенциалом своих подданных, – холодно отвечает тот. – Особенно в настолько сложные времена.

– Не преувеличивай, – усмехается Император. – И не пугай девочек. Все нападения происходят лишь на отдаленные деревни и городки. Да и то, твой огненный легион отлично справляется. А крупным городам и тем более столице ничего не угрожает. А самое главное для нашей Империи – чтобы его жители следовали собственному выбору.

Стилс смотрит вперед. Не в зал, а будто в какую-то незримую пугающую даль.

Прямые высокие скулы очерчиваются еще больше.

– Кровавый рой развивается с каждой битвой. Хорошо бы и мы взяли со своих врагов пример.

Император пытается улыбнуться, но получается раздраженный оскал:

– Вы на что-то намекаете, ректор?

Ректор бросает на него спокойный взгляд.

– Озвучиваю факты, которые, я уверен, и так вам известны, Ваше Величество.

Варгос с явным трудом удерживает очередную гримасу раздражения, после чего переводит разговор:

– В общем, девушки. Вы свободны. Можете идти.

Уходят практически все. Но всё же…всё же остается больше, чем я ожидал.

Магия влияния Оберона Стилса.

Остается даже та, которая истерила.

Ну и идиотка.

Испытания продолжаются.

Третья и четвёртая. Фонари мертвы. Они садятся на лавку со смешанным видом разочарования и облегчения.

И вот… она.

Элира Вейл.

Та самая, что смотрела на меня без страха. Только с любопытством. Сейчас в её глазах – возбуждённая неуверенность. Рука дрожит, когда она берёт свой фонарь.

Но явно не от страха. От ожидания.

Зря. Почти наверняка она пуста как и все ост…

Взрыв.

Не огня – живого изумруда. Чистое, яростное пламя бьёт из фонаря, заливая зал волшебным светом. Колонны трещат, руны на них вспыхивают в ответ. Воздух гудит, будто пронзён тысячей струн.

– Цвет Истинной Гармонии! – голос Стилса режет тишину.

Он подается вперед. В холодных глазах вспыхивают искры воодушевления.

– За десятилетия… первый случай! – Император привстаёт, его лицо – маска алчного интереса.

«Орудие. Новое. Мощное», – читаю я в его глазах.

Элира поворачивается к нам с растерянностью и надеждой поднимая свой фонарь.

Его блики падают на меня, а потом…

Удар.

Как молния по позвоночнику. Волна жара – чужого, но дико знакомого, – прокатывается под моей кожей. Вены горят. Мускулы сводит. Я… вздрагиваю.

Резко. Неконтролируемо.

Что это?!

Пустота… дрогнула.

Я впиваюсь пальцами в подлокотник кресла. Позолота крошится под перчаткой.

– Генерал? – император бросает на меня колючий взгляд.

– Ничего.

Но это не «ничего». Это… пробуждение. Как будто что-то внутри, давно уснувшее, взревело в ответ на её пламя.

Проклятый Стилс смотрит прямо на меня. Не на императора – на меня. Его ледяные глаза сужены. Он понял. Уловил всплеск. Аспид – тенью сдвигается на полшага, рука – на рукояти клинка.

Чувствует угрозу.

А Элира… Она смотрит на свой фонарь, залитый изумрудным сиянием. Не радуется. Не боится. Анализирует. Будто разгадывает загадку. Потом её взгляд скользит… ко мне.

Наши глаза снова встречаются.

И по венам вновь пробегает болезненная оживляющая волна.

Стиснув зубы, я отвожу взгляд первым. Впервые за долгие годы.

Под кожей всё ещё бегут искры. Моя вечная пустота дала трещину.

Кто ты, Элира Вейл? И почему твой огонь. жжёт мою тьму?

Глава 7 – Поиск резонанса

Элира

Изумрудное пламя в фонаре пульсирует в такт моему бешеному сердцу. У меня получилось!

Я – Искра! Мысль звенит, как колокольчик, заглушая шёпот зала. Никаких наложниц, никаких принудительных браков – только битва, свобода, смысл!

Но восторг длится недолго.

Его взгляд.

Генерал Нокс сидит, откинувшись в кресле, будто высеченный из мрамора. Но глаза… Эти мёртвые, бездонные глаза неотрывно следят за мной. Холодный ужас сковывает плечи. Что ему от меня нужно?

– Второй этап! – голос наставницы Хилз прорезает гул. – Кандидатки-Искры должны вступить в резонанс с драконом! Начнём с тебя, Элира Вейл. Выбирай партнёра. Хочешь попробовать с кем-то конкретным или мне самой выбрать?

Я глубоко вдыхаю, отгоняя страх.

Цель. Помни цель.

Оглядываюсь, выискивая в толпе Арзаса, и едва наталкиваюсь на знакомые, широко распахнутые синие глаза, выпаливаю:

– Арзаса Зевиуса!

Арзас вздрагивает, словно его толкнули, и его лицо заливает яркий румянец. Он выглядит так, будто его только что объявили королём бала.

– Я… Я готов! – голос его дрожит от волнения, но в голубых глазах, глубоких, как зимние озёра, горит решимость. Он делает шаг вперёд, и воздух вокруг него тут же загустевает от холода. Иней серебристой паутиной заплетает по каменным плитам. – Э-Элира! – он шепчет так, что слышу только я. – Не бойся! Теория проста: представь наши энергии как волны… Твоя гармония должна найти частоту моей! Я верю, ты сможешь! Дай мне твой огонь! – Его слова льются плавно, с попыткой объяснить сложное через логику, хотя он сам дрожит, как осиновый лист.

В этот момент по глазам бьёт вспышка – и сам Арзас… изменяется.

Вау… Он дракон! Настоящий дракон!

Серебристая чешуя блестит на его коже, как лунный свет на снегу, крылья – изящные, перепончатые, с ледяным отливом – расправляются за спиной. Он не огромен, скорее изящен и лёгок, как зимний ветер, но в этой хрупкости чувствуется скрытая сила. Дракон Льда.

– Чтобы создать резонанс – особую связь с драконом, ты должна потянуться к нему мыслями и душой, – спокойно объясняет наставница Хилз. – Он возникнет в тот момент, когда ты услышишь его мысли, и огонь твоего фонаря уловит ритм сердцебиения дракона, и возникнет тот самый резонанс.

Так… вроде понятно, но при этом совсем непонятно.

Логика Арзаса сталкивается с хаосом моих ощущений.

Я закрываю глаза, сжимая фонарь. Сердцебиение. Мысли. Связь… Ничего. Только холодное эхо его магии и бешеный стук собственного сердца. Изумрудное пламя в фонаре бьётся хаотично, как пойманная птица, не в такт ровному, ледяному ритму Арзаса, который вибрирует в воздухе.

– Спокойнее! – наставница Хилз сжимает моё плечо. – Огонь должен пульсировать в унисон с драконом!

Я пытаюсь. Изо всех сил. Но моё пламя – дикий, необузданный ручей, а его магия – глубокое, замёрзшее озеро. Они не сливаются. Они отталкиваются.

– Не выходит… – бормочу я, чувствуя, как Арзас сникает, его серебристые крылья чуть опускаются. Разочарование на его драконьей морде написано так ясно, что больно смотреть.

– Не страшно! – Он быстро трансформируется обратно, пытаясь улыбнуться, но улыбка выходит натянутой. – Это… это просто неоптимальное сочетание элементов! Килсар сильнее! Его энергия… она более импульсивна! Возможно, она лучше резонирует с твоей природной искрой! Попробуй с ним! – Он говорит быстро, сбивчиво, явно пытаясь найти рациональное объяснение неудаче и тут же предложить решение.

Килсар Рэмси выходит вперёд с привычной ленивой, чуть надменной усмешкой, но в его хищных зелёных глазах горит азарт игрока, увидевшего интересную ставку. Он потягивается, как большой кот, и его движения полны скрытой силы.

– Ну что, новенькая, – его голос звучит бархатисто-насмешливо, – у тебя есть шанс покрасоваться перед Императором и ректором. Так что постарайся. Или… тебе нужна мотивация? – Он поднимает бровь, и уголок рта дёргается в ехидной ухмылке. – Представь, что если не получится – Арзас зачитает тебе длинную лекцию об истории происхождения Резонанса.

Его трансформация – ослепительная вспышка молнии. Передо мной стоит зверь будто бы из чистой энергии: золотисто-чёрная чешуя искрится статикой, огромные крылья вибрируют с неслышным гудением, наполняя зал ощущением невероятной скорости и необузданной мощи. Дракон Грома.

Сила Килсара и правда гораздо ощутимее: она бьёт в грудь, заставляя сердце колотиться в унисон. А ещё… я слышу его мысли! Они не такие чёткие, как слова, а как вспышки эмоций: азарт, вызов, лёгкое презрение к правилам и… жгучее любопытство.

– Лови ритм, Искра, – его голос грохочет у меня в голове, как отдалённый гром. – Не думай головой, чувствуй телом! Моя молния – твоё оружие и щит! Дай мне жара!

Я вцепляюсь в фонарь, игнорируя жгучий взгляд Нокса со стороны. Сердцебиение… Быстрое, неистовое, как битва барабанов! Мысли… хаотичные, острые, полные дерзости и какого-то дикого веселья! Я перестаю пытаться и просто тянусь к нему душой, к этой бушующей стихии. Изумрудный огонь дрожит… замирает… и – бам! – начинает пульсировать в такт бешеному ритму Килсара! Свет становится ярче, сливаясь с искрами на его чешуе.

– Есть контакт! – восклицает Хилз, и в зале раздаются аплодисменты.

– Видишь, новенькая? – Мысль Килсара звучит самодовольно, но при этом с оттенком искреннего одобрения. Странно, но будто бы внутри он оказывается куда более сопереживающим, чем кажется по внешности. – Я же говорил: просто расслабься и получай удовольствие. – Молнии на его шкуре вспыхивают ярче, почти ослепительно.

Но уже через мгновение пламя снова начинает танцевать в каком-то своём, странном, ни на что не похожем ритме. Оно словно отталкивается от его энергии, ищет что-то другое…

– Что…? – Килсар в моей голове звучит озадаченно, его уверенность дала трещину. – Эй, Искра, не отвлекайся! Фокус!

Да, что же это такое? Нужно постараться лучше!

Я сосредотачиваюсь сильнее. И вдруг, будто вижу в воздухе прерывистую, похожую на нить пульса в больнице линию.

К которой явственно тянется мое пламя.

Кажется, я поняла! Вот, что надо сделать.

Я протягиваю руку к этой подрагивающей странно извивающейся нити в пространстве.

На моих пальцах сам собой вспыхивает зеленый магический свет.

Действуя совершенно интуитивно я захватываю эту нить и соединяю с пламенем в фонаре.

А в следующий миг…со своего места вскакивает Левиар Нокс. Его кресло с грохотом отлетает назад.

– Ты что натворила, ведьма?! – его голос, низкий, полный звериной ярости, сотрясает зал, как удар грома.

Глава 8 – Идеальный ответ

Элира

Я испуганно подаюсь назад и врезаюсь в широкий бок Килсара, который ещё не успевает обратиться назад. По телу, от прикосновения к его чешуе, пробегает едва заметная статика – я вздрагиваю.

Что я сделала не так? Меня сейчас убьют или что?

Все замирают. Император непонимающе хмурится .

– Генерал Нокс, в чём дело? – ректор Стилс резко выпрямляется, его глаза сужаются.

Капитан Крэйг тут же отодвигает плащ, освобождая рукоять клинка.

Генерал продолжает прожигать меня ненавидящим взглядом.

– Эта… девушка, – глухо рычит он, – она применяет запретную магию.

Я давлюсь воздухом.

– Что? Я ничего не применяю!

– Тебе разве слово давали? – Нокс смотрит на меня так, что у меня подгибаются колени.

Ужас какой. Почему он меня так ненавидит?

Я бы, наверное, точно упала, если бы Килсар в этот момент не обернулся в человека и не ободряюще придержал меня за плечо.

– Спокойно, искорка, – вполголоса говорит он, наклоняясь ко мне. – Это же дракон Бездны. Кто знает, что у него в голове. Он может вообще в любой момент сорваться и начать нас всех убивать.

– Спасибо, – шиплю я сквозь зубы. – Это как раз та информация, которая поможет мне успокоиться.

– Эту… женщину, – продолжает цедить генерал, прожигая меня взглядом, – необходимо допросить на предмет применения тёмной магии.

Кошмар! Я же ничего не делаю. Совсем!

Император равнодушно пожимает плечами:

– Ну, если хочешь…

Что?! «Если хочешь»?! Так они здесь решают, кого обвинять, а кого нет?!

Он же точно хочет! Не ясно, что ли?!

Я вцепляюсь двумя руками в ручку фонаря, будто это может меня защитить, и лихорадочно обшариваю зал взглядом в поисках поддержки.

Арзас и Килсар даже пытаются что-то сказать, но на них никто не обращает внимания.

Хотя, чего я ожидала? Кто может защитить меня от генерала Нокса и, тем более, от императора?

Я закусываю губу от отчаяния, чтобы хоть как-то сдержать дрожь по всему телу.

Всё? Надежды нет?

– Полагаю, что генерал Нокс поспешил с выводами, – раздаётся ледяной и одновременно вдохновляющий голос ректора Стилса. – Это не его вина. Просто такие ощущения ему незнакомы. Элира не использует запретную магию.

Император и генерал, как по команде, поворачиваются к нему.

Боже! Если бы сейчас можно было, я бы на ходу запела ректору оду в его честь!

Нельзя быть настолько потрясающим! Он ещё и имя моё помнит!

Император хмыкает:

– Может, тогда объясните конкретнее, ректор Стилс? Что же это было?

Стилс, ни капли не изменившись в лице, невозмутимо отвечает:

– Курсантка Вэйл вступила в резонанс с генералом Ноксом.

Эта короткая фраза производит эффект разорвавшейся бомбы.

Наставница Хилз ошарашенно застывает:

– Ректор… Вы хотите сказать… – её голос дрожит, – что она вступила в резонанс… с драконом Бездны?

Тишина становится ледяной. Все взгляды устремляются на меня, потом на Нокса.

– Но это невозможно! – шепчет Хилз, глядя на мой фонарь.

Я смотрю вниз. Изумрудное пламя больше не бьётся в такт Килсару. Оно… пульсирует странно. Глубоко, мощно, с каким-то тёмным, чужеродным оттенком. Оно подражает не ритму молний Килсара, а отражает бурлящее, хаотичное эхо, исходящее от Левиара Нокса. От его Бездны.

Левиар стоит, сжимая кулаки так, что кожа на костяшках белеет. Его мёртвые глаза пылают чем-то нечеловеческим – ненавистью? Яростью? …Страхом? – и прикованы ко мне.

– Этого не должно быть, – шипит он, и каждое слово бьёт по мне, как молот. – Никогда. Пламя Искры не может быть настолько мощным, чтобы пробиться и заглушить Эхо Бездны.

Килсар смотрит то на меня, то на генерала: его кошачьи глаза будто следят за каждым моим мимическим движением, пытаясь проанализировать, что будет дальше. Арзас бледный как полотно.

Моя радость от силы Искры испаряется – остаётся только леденящий вопрос:

Что между мной и этим монстром? И почему эта его Бездна откликается на мой свет?

– Но если так… – Император задумчиво потирает подбородок и смотрит на меня, как на какой-то инструмент: явно мощный, но он ещё не может понять – принесёт ли он больше вреда или пользы. – Тогда эта милая девушка должна отправиться с нами во дворец, чтобы исследовать с генералом силу и глубину резонанса.

Что?! Я ничего не хочу исследовать с этим жутким мужиком! Тем более – силу и глубину!

– Элира пришла обучаться на Искру. Даже её невозможность вступить в резонанс с другими драконами, кроме генерала не делает её бесполезной в бою, – снова говорит Стилс. – Её пламя в любом случае не позволит Рою восстанавливаться или захватывать разум драконов. Очевидно, что уроки с генералом ей необходимы, но они могут проходить в стенах академии. Элира, – ректор смотрит на меня своими насыщенными, льдистыми глазами, которые, кажется, проникают в самую душу, – где бы ты хотела проходить обучение?

– В… в академии, – с запинкой произношу я и добавляю: – если, конечно, можно.

Уголки губ ректора Стилса едва заметно приподнимаются.

– Ну, ты же сама слышала слова нашего Императора, – он изображает лёгкий поклон в сторону того. – Самое главное для Империи Ландериз – чтобы её жители следовали собственному выбору. Верно, Ваше Величество?

О, блиииин! Это же слова самого Императора. Ректор использует их против него самого. Я одновременно и восхищаюсь, и боюсь Стилса.

Не хотела бы я быть его врагом.

Судя по лицу Императора, его удерживает от того, чтобы наброситься на ректора и придушить его собственными руками, только присутствие свидетелей. С явным трудом подавив ярость от такого удара по самолюбию, Император растягивает губы в неестественно слащавой улыбке.

– Всё верно, ректор Стилс. Рад, что вы разделяете моё мнение. Что ж, дитя, – он делает милостивый кивок. – Тогда оставайся в академии, обучайся и неси свет Искр на поле боя. Генерал Левиар будет посещать академию по утверждённому позже расписанию.

– Благодарю, Ваше Величество, – от напряжения я изображаю что-то среднее между поклоном и реверансом.

Но когда я поднимаю взгляд, встречаюсь с глазами Левиара Нокса, пылающими ненавистью.

Глава 9 – Идеал мужчины

– А вот и ваши комнаты, – наставница Хилз бесшумно открывает дверь. – Располагайтесь. Здесь уже есть одна из действующих Искр – Ингрид. Считайте её за старшую.

Я ожидаю что-то вроде казарм или комнаты дешевого трактира в котором мы останавливались с родителями, а оказываюсь в …раю. Ну, по меркам Ландериза так точно.

Тёплый свет от хрустальных шаров-светильников, мягкие ковры под ногами, книжные шкафы, полные таинственных фолиантов, и даже картины с видами мирных долин! В центре – огромный стол в окружении кожаных кресел, на которых, кажется, можно утонуть.

– Вау! – вырывается у Мэйзи, моей соседки по несчастью (или счастью?).

Она была еще одной из тех в ком оказалась сила Искры. Из крестьянок.

Она тычет пальцем в ближайшее кресло:

– Это ж целое состояние! Садиться-то можно? Я такие только на картинах в лавках видела.

– Кажется, нас тут холят и лелеют, – фыркает еще одна моя будущая соседка, поправляя свою уже слегка пострадавшую от волнений аристократическую причёску.

Айрис Вердант – та самая, которая сначала отказывалась становиться Искрой, но была вдохновлена ректором.

Она окидывает комнату оценивающим взглядом знатока: – Очевидно, Искры – редкий товар. Дорогой. – В её голосе звучит гордость, смешанная с остатками сожаления: – хотя, я-то мечтала стать истиной какого-нибудь дракона или наложницей в богатом доме, а не щитом на передовой.

Дверь одной из спален приоткрывается, и выходит еще одна девушка.

Одного взгляда на неё хватает, чтобы понять – она хоть и примерно одного с нами возраста, но гораздо старше морально. Она явно уже та, кто сражалась

Рыжая, коротко стриженная, в потёртом зеленом плаще, с лицом, на котором боль потери высекла жёсткие линии. На предплечье – чёрная траурная повязка.

– Ингрид, – представляется она коротко, – ваша старшая по несчастью, пока не распределитесь. – Спальни – вот эти три свободные, берите любую. Санузел внутри. Горячая вода – всегда. – Она замечает наши вопросительные взгляды. – Магия. Аква-камни. Не спрашивайте, как работают, просто наслаждайтесь. Это одно из немногих удовольствий здесь.

Мы бросаемся осматривать свои "кельи". Моя спальня оказывается просторной, с большим окном, мягкой кроватью и… настоящим магическим санузлом! Я тыкаю в руну на стене – льётся тёплая вода. Потрясающе.

– Вай-Бай! – доносится из комнаты Мэйзи. – Тут целый водопад из стены! И всё для меня одной? Батя бы обзавидовался! – Её восторженный крик заставляет даже Ингрид скривить губы в подобии улыбки.

Возвращаюсь в гостиную.

Айрис уже восседает в кресле, картинно восстанавливая маникюр. Мэйзи выскакивает из своей комнаты и подбежав к шкафу, хватает одну из дорогущих книг и с восторгом нюхает позолоченный корешок.

– Вай-бай, они даже пахнут деньгами! – Восхищенно выпаливает она.

Айрис презрительно морщит аккуратный носик.

– Это книга, дурочка. Их читают. Ты читать-то умеешь вообще?

– Нет. И не собираюсь учиться. Зачем мне это? – Фыркает Мэйзи.

Айрис надменно изгибает бровь.

– Ты серьезно сейчас? Умение читать позволяет нормально развиваться и все понимать. Как ты можешь не уметь и тем более не хотеть научиться?

Мэйзи с вызовом вскидывает подбородок:

– А ты овощи выращивать умеешь? Или может скотину забивать?

Айрис закатывает глаза.

– Ну, конечно нет. Зачем мне это?

– А это еда. Помрешь без нее, – ухмыляется Мэйзи.

– Я могу купить, – Айрис поджимает губы.

– А я могу попросить прочитать. Бесплатно, – складывает руки на груди Мэйзи, а после добавляет. – И кстати – сама дурочка.

Айрис открывает рот, но видимо так и не найдя, что сказать на эту непробиваемую логику, просто фыркает и снова сосредотачивает все свое внимание на маникюр.

– Так, распределение завтра? – начинаю я, пытаясь отогнать мысли о ледяном взгляде Левиара и сгладить немного острые углы. – Как это будет? Нас будут разбирать, как пирожки на базаре?

– Скорее, как элитных скакунов на аукционе, – сухо замечает Ингрид, разворачивая карту с тревожными красными отметками. – Отряд строится вокруг Искры. Ты – сердце, светоч, главный приз. К тебе прикрепят драконов – обычно двое-трое. Их задача – рвать Рой когтями и зубами и прикрывать тебя. Твоя задача, – её голос становится жёстче, – следить, чтобы твой свет никогда не гас и не дрожал. Потому что если дрогнешь ты… – Она тыкает пальцем в отметку "Красные Утёсы". – …Рой проберётся в разум твоего дракона. И съест его изнутри. Превратит в куклу для убийства своих же. Видеть это… – Ингрид сглатывает и её взгляд будто сам собой скользит на черную ленту вокруг своего предплечья. – …хуже смерти. Запомните: ваш фонарь – не красивая игрушка. Это единственный щит, который у них есть. Держите его крепко.

Тишина повисает тяжело. Даже Мэйзи перестаёт носиться по гостиной.

– А… а если Искра не может нормально войти в резонанс? – спрашиваю я тихо, глядя на свой фонарь, который пульсирует ровным, но странно независимым изумрудным светом. – Ну, вот вообще ни с кем? Только с… – я не решаюсь назвать имя Левиара.

Ингрид смотрит на меня, и в её глазах мелькает понимание.

– Элира Вэйл. Твой случай… особый. Истинная Гармония. Сила мощная, но капризная. Резонируешь ты пока только с Бездной Нокса. Обычные драконы для тебя – глухая стена.

– И что же мне делать? – в голосе прокрадывается паника. – Сидеть одной? Или быть вечно привязанной к генералу ?!

Это гораааздо хуже

– Тебе дадут дракона, который привык драться в одиночку, – поясняет Ингрид. – Без поддержки Искры. Таких большинство, на самом деле. Искр очень мало и дают их в основном очень сильным драконом физически, но ментально уязвимых. Одиночки, которые пережили несколько битв с Роем и удержали разум – обычно … сильные личности. – Она делает много

значительную паузу. – Но часто работать с ними куда сложнее.

– А кто самый-самый сильный из таких одиночек-студентов? – оживляется Мэйзи, подбегая к Ингрид. – Можно мне такого?

Ингрид медленно переводит взгляд с Мэйзи на меня. В её глазах читается что-то среднее между предупреждением и… сочувствием?

– Самый сильный студент-дракон в Легионе среди свободных? – Ингрид слегка поднимает бровь. – Вы его видели сегодня. Килсар Рэмси. Молния на крыльях. Быстрый, дерзкий, демонически силен. Он один из тех, кто прекрасно воюет и без Искры. Но… – Она делает паузу, уголок её губ дрожит. – …он не одиночка по духу. Он просто… пока не нашёл свою Искру. Или не захотел искать до конца. Килсар вообще парень себе на уме. Своеобразный. – Она смотрит прямо на меня. – Завтра увидишь список кандидатов. И поймёшь, кому доведётся стать твоим щитом… или испытать твой свет на прочность.

Внезапно Мэйзи изгибает бровь.

– Кто сильный? Этот манерный пижон… – она карикатурно, но при этом невероятно точно изображает жест, когда Килсар небрежно откидывает челку с глаза, хищно ухмыляется и щурит зеленые кошачьи глаза. – Да не смешите меня, мой покойный батя говорил, – фыркает Мэйзи, закатывая глаза. – настоящий мужик должен быть с животом – чтоб видно было, что ест хорошо, значит, не бедствует, – да чтобы от него чуть лошадью тянуло, а не какой-то мятой! И чтоб волос было побольше – на груди и на руках, – Она, кривляясь, подражает Килсару. – Ой, посмотрите, какой у меня локон! Ой, чёлочка, ой, ноготочек, ой, не испачкаться бы! – Мэйзи театрально вскидывает руки, будто корчит из себя красавца. – Она толкает Айрис в бок, шепча так, чтобы все слышали, – у нас в деревне всегда говорили: мужик должен быть покрепче кабана и чуть умнее своего козла! А этот ваш Килсар… длинноногий, талия как у девки, а уж как плечами водит, будто сейчас в пляс пойдёт! Так еще и говорит так, что не поймешь, то ли на свиданку зовет, то ли помоями поливает. Мозги вывернуть можно.

– Мэйзи хихикает.

Ингрид прикрывает рот ладонью.

– Ох, я даже жалею, что Килсар этого не слышит. Его реакция была бы незабываемой.

– Кто б сомневался, что ты не способна оценить эталонную мужскую внешность, – фыркает Айрис.

Я не выдерживаю и смеюсь.

– Ну, интересный взгляд, конечно. А кто же тогда угодит твоему привередливому вкусу?

Мэйзи упирается руками в бока.

– Ха, я себе выберу такого, чтобы если обнял – костей не нашла, а если взялся за дело – вся деревня ахнула, а не вот это вот ваше "ой, как бы челочку поправить".

– Ну, например? – Улыбаюсь я.

Мэйзи задумывается, а после выпаливает:

– Ну, Император. Он откормленный такой. И борода есть. Да и вообще, командует всеми

Мы не сдерживаемся и громко хохочем.

– И правда – идеальный мужчина, – выдавливаю я. – Еще и не женат.

– Да, точно меня ждет, – весело подхватывает Мейзи.

Даже Айрис сдается и поддакивает:

– Идеальная императрица. С тобой точно подданные не умрут от голода. В крайнем случае сама всем урожай вырастишь.

– Ладно, – Ингрид вытирает уголок глаз на котором выступили слезы. Отдыхайте. Завтра рано вставать. И… Мэйзи?

– А? – отзывается Мейзи.

– Не засори магический слив. Артефакты дорогие, – улыбается Ингрид и исчезает в своей спальне.

Вечер пролетает в нервных разговорах и попытках освоиться в роскоши. Айрис мечтательно рассуждает о том, какого дракона хотела бы в отряд: «Сильного, конечно! Но с хорошими манерами! Килсар! Идеально!».

Мэйзи без устали тестирует все руны в санузле: «Горячо! Холодно! Опа, пар пошёл!». А я сижу, обхватив свой тёплый, пульсирующий изумрудным светом фонарь, и пытаюсь представить, как это – быть щитом для кого-то вроде Килсара. Или для кого-то другого, кто ненавидит саму идею света.

И того кто по какой-то причине ненавидит…меня.

Когда я наконец ложусь в свою невероятно мягкую постель, тишина становится громкой. Тревога снова подползает. Скоро. Может уже завтра, в этих стенах, появится Левиар Нокс. Я почти ощущаю его взгляд – тяжёлый, колючий, полный той же немой ярости и какого-то непостижимого вопроса, что и в зале. Мой фонарь на тумбочке откликается на мою нервозность – его пульсация учащается, отбрасывая на стены тревожные изумрудные тени.

Завтра.

Оно принесёт ответы? Или просто бросит в самое пекло с самым неожиданным «щитом» на моей спине? Мысль о дерзком Килсаре вдруг кажется не такой уж страшной.

Но лучше бы получить Арзаса. Вот он идеальный зайка-лапочка.

Но по крайней мере они все живые.

А не ходячая Бездна, как тот, чей взгляд я до сих пор ощущаю на своей коже.

Глава 10 – Приказ

Левиар

Кабинет императора пропитан удушающим, почти осязаемым запахом ладана, дорогого вина и лжи – густой, тягучей, вязкой, такой, что её можно резать ножом. Воздух дрожит от напряжения, словно только что здесь прошла гроза, и молнии до сих пор ползут по стенам. Варгос мечет яростью, как зверь в клетке: его трость раз за разом выбивает из мраморного пола глухие удары – как будто пытается пробиться в другой, более честный мир. Он что-то кричит, слова срываются с губ, но до меня не долетает ни один звук. Всё тонет в звоне собственных мыслей и гудении в ушах.

Гудит.

Как тогда.

На испытаниях.

Когда она – Элира – взяла в руки фонарь, и мир взорвался изумрудным светом. Воспоминание вспарывает меня, как нож между рёбер: горячо, резко, безжалостно. Свет рвётся в меня, выжигает всё чужое, всё наносное, проникает в самую Бездну, которую я десятилетиями держал на цепи, не подпуская никого и ничего. И вдруг – связь. Молнией бьёт по нервам. Как будто кто-то влез в череп, и крикнул мне прямо в мозг. Я слышу её сердцебиение. Чувствую её дыхание. Её страх, её решимость, её боль – всё становится моим. Всё внутри меня. Словно кто-то нашёл ту самую дверь, которую я замуровал изнутри, и выломал её одним ударом.

Я вскочил тогда, сам не помню как. С рыком, больше похожим на звериный. Потому что это невозможно. Так не бывает. Никто не должен был туда заглядывать. Никогда.

– Левиар, мать твою!

Голос императора разрывает воспоминание, как гром разрывает ночную тишину. Он стоит передо мной, лицо перекошено – смесь ярости, презрения и чего-то ещё, опасного, холодного. Его взгляд режет, как лёд по коже. За этим взглядом – не просто злость, а желание унизить, размазать по стене, уничтожить до последней крупицы личности.

– Ты вообще слышал, что я говорю?!

– Да.

Вру.

Я не слушал. Я чувствовал.

Её.

Даже сейчас, сквозь стены, сквозь расстояния, будто изумрудная нить всё ещё тянется от её сердца к моей глотке. Тянет, не даёт дышать. Тянет туда, где она.

– Этот наглый выродок смеётся надо мной! – голос императора – лезвие, занесённое над горлом. Он резко останавливается передо мной, и в его глазах – холодная, расчётливая жестокость. Знакомое выражение: он привык скрывать за яростью куда более опасные мысли. – Стилс знал, что я приду. И наверняка специально выкатил эту… светящуюся стерву, чтобы тыкать мне в лицо своим превосходством! Чтобы показать, что его академия – кузница гениев, что реальная власть у него, а у меня только видимость управления.

Да уж. Мощно его задело. Император не любит, когда его подсекают на ровном месте.

Я стою, не двигаюсь, даже не дышу глубоко. Просто жду, когда этот поток первородной ярости хоть немного иссякнет. Пусть выгорит – так быстрее закончится.

– Наверняка ты был прав, – выдыхает он наконец, и я приподнимаю брови.

А это он к чему?

– Та стерва использовала запрещённую магию.

Я напрягаюсь, сам не понимая почему. Точнее, понимаю – тон Варгоса слишком спокойный, слишком ледяной.

– Не думаю, что она…

– Рот закрой! – срывается император, подходит так близко, что в нос бьёт тяжёлое дыхание вперемешку с коньяком и презрением. – Ты будешь работать с этой тварью.

Мои пальцы сжимаются в кулаки, кости хрустят.

– Она – Искра. Я – не дракон для патрулей.

– Ты – то, что я скажу! – Варгос бьёт тростью по столу. – Стилс опасен. Его влияние растёт. Огненный Легион предан ему, а не трону. И теперь у него есть эта… аномалия с её светом. – Он вдруг замолкает, взгляд становится хищным. – Ты будешь тренировать её. Присматривать. Но твоя основная задача – найти компромат на Стилса. Нарушения. Заговоры. Всё, за что я смогу законно вздёрнуть этого ублюдка на главной площади.

Я молчу.

– Ты слышал меня, Левиар?

– Да, ваше величество.

Говорю спокойно, будто камень проглотил, но внутри – буря. Всё клокочет, рвётся наружу.

Я ненавижу Элиру Вэйл.

Ненавижу за её свет, который проникает в меня, как вор ночью.

Ненавижу за то, что когда она смотрит на меня, моя Бездна отвечает ей. За то, что я не могу закрыться, не могу отгородиться, как привык столько лет.

Но ещё больше я ненавижу себя.

Потому что, несмотря на ярость, несмотря на унижение, я хочу снова это почувствовать.

Тот момент, когда её пламя коснулось моей Бездны и всё привычное рухнуло.

Я хочу раздавить её – и в тот же миг прижаться к ней. Жадно вдохнуть аромат её кожи, почувствовать её вкус. Хочу проверить, насколько она настоящая, насколько её свет сильнее моей тьмы.

Внутри меня новый ошейник. Не из рун, не из приказов, а из её проклятого света, который тянет меня, как цепь. И это – гораздо хуже, гораздо мучительнее.

Когда я выхожу из кабинета, коридоры дворца кажутся мне слишком узкими, слишком душными, слишком горячими. Полы скользкие, воздух тягучий, как патока. Каждый шаг – пытка, каждый вдох – борьба.

Элира где-то там. Живёт. Просто существует – и уже этим нарушает всю реальность, которая была мне знакома до этого. Её свет зовёт, как сирена из старых легенд, и я не знаю, хочу ли задушить этот свет – или утонуть в нём.

Я иду вперёд, не оборачиваясь.

Но впервые, я чувствую, что мои шаги не погружают меня в еще большую тьму, а интуитивно пытаются найти другую дорогу.

Потому что знают, где-то существует…свет…свет для меня…

Глава 11 – Распределение

Зал собраний Академии гудит, как растревоженный улей.

Я стою в строю с другими Искрами – Айрис, Мэйзи и Ингрид – и чувствую, как по спине бегут мурашки. Нас всего четверо. А перед нами – десятки драконов в чёрных доспехах и алых плащах. Их взгляды скользят по нам: оценивающие, изучающие, голодные до славы.

Где-то среди них – те, кто станет моими боевыми товарищами. Те, за кого я буду в ответе.

Бррр… страшновато.

Наставница Хилз резко хлопает в ладоши, и шум стихает.

– По порядку! – её голос режет воздух, как лезвие. – Сегодня формируем отряды. Одна Искра – два-три дракона. Капитан Крэйг курирует процесс.

Капитан Крэйг – тот самый «Аспид» – стоит рядом, скрестив руки. Его серые глаза пустые, как ледяная пустыня. Он не говорит ни слова, но его молчание давит сильнее крика.

– Ингрид Стоун! – объявляет Хилз.

Ингрид шагает вперёд. Её осанка – стальной прут, взгляд – безжалостный клинок.

– Ты уже опытная, – Хилз смотрит на неё в упор. – И парней знаешь. Выбирай сама.

Ингрид медленно обводит зал взглядом.

– Тондер Оритс.

Вперёд выходит здоровяк под два метра ростом: короткая стрижка, квадратная челюсть, взгляд – наглый и самоуверенный. Он скрещивает руки на груди, и мышцы играют под доспехами.

– Правильный выбор. – Его голос – как удар кувалды. – Я – сильнейший. Сама знаешь. Надо было и в прошлый раз меня брать – тогда бы твой отряд не сдох.

Я замираю, ожидая, что Ингрид сейчас взорвётся, накричит на него, но она лишь устало поднимает бровь.

– Если бы ты хоть иногда думал, что и когда говорить…

Тондер усмехается.

– Я говорю правду. А она редко бывает приятной.

– Если бы ты её ещё и слушать умел, – мрачно бросает Ингрид, затем поворачивается к Хилз. – И, если можно, Килсара Рэмси.

Ну конечно.

Хилз находит его взглядом.

Килсар стоит чуть в стороне, опираясь о колонну. Высокий, но не массивный – скорее гибкий, как клинок. Его чёрные волосы слегка растрёпаны, а в уголке губ застыла ленивая, язвительная усмешка. Глаза – зелёные, как у хищника, с вертикальными зрачками – наблюдают за происходящим с равнодушным любопытством.

– Рэмси, что скажешь? – спрашивает Хилз.

Килсар медленно выпрямляется, и его голос звучит слишком сладко, чтобы быть искренним.

– О, Ингрид, я польщён. Но, пожалуй… откажусь.

По залу пробегает волна шёпота.

Тондер хмурится.

– Кончай ломаться, Рэмси. Сам знаешь – с нами будешь в сильнейшем отряде. Ингрид – опыт, я – мощь, а твоя молния добьёт то, что мы не добьём.

Килсар притворно задумывается, затем изображает сожаление.

– Уверен, вы справитесь и без меня. Не стоит так себя недооценивать.

Да уж. Мэйзи была права. С ним мозги сломаешь – не поймёшь, шутит он или издевается.

– А ко мне? – неожиданно встревает Айрис, поднимая руку. – Можешь присоединиться ко мне?

Килсар медленно поворачивает к ней голову, как кот, разглядывающий мышку.

– К тебе? – Его голос игриво-опасный. – Ну, смотря в чём, искорка.

Щёки Айрис вспыхивают.

– В отряд, дурак!

– Не, ко мне! – выпаливает Мэйзи, размахивая руками. – Ты, конечно, не особо мужик – ну, в плане телосложения, – но раз все тебя рвут, значит, сильный. А мне такой и нужен – чтоб не сдохнуть в первом же бою.

– Закрой рот, дура! – шипит Айрис.

– Сама закрой! – Мэйзи фыркает. – Я видела этот Рой. Жуть, такая, что обмочиться можно. Сожрали всю мою семью. Так что пусть меня такие, как Рэмси, защищают.

В глазах Килсара мелькает что-то – быстрое, почти человеческое. Но уже в следующую секунду маска сарказма возвращается.

– Знаешь что? – Он лениво подходит к ней, наклоняется так, что их лица оказываются на одном уровне. – Мне нравится твой подход. Честный. Практичный. Думаю, мы сработаемся. Если, конечно, готова терпеть мою неидеальную внешность.

Мэйзи машет рукой.

– Ладно уж, потерплю.

– Это что, шутка?! – почти хором взрываются Айрис и Тондер.

Но прежде чем Килсар успевает ответить, раздаётся ледяной голос Крэйга:

– Я помирю вас, детишки.

Все замолкают.

– Ректор определил Рэмси к Элире Вэйл.

Я вздрагиваю.

– Не то чтобы я против, но…

Крэйг медленно поворачивает ко мне голову. Его серые глаза – абсолютно пустые.

– Так решил Стилс. Тебе нужны ещё пояснения, мелкая?

Мелкая?!

Я сжимаю кулаки. Капитану, да ещё и в Академии, разве можно так разговаривать?!

Но Килсар уже рядом. Он наклоняется ко мне, его зелёные глаза сверкают с странным интересом.

– Ну что, партнёр? Почти резонанс тоже результат, да? – его голос тихий, как змеиное шипение. – Давай дружить и защищать друг друга до самой смерти? Или как там ещё говорится?

Боже, что за чертовщина…

– Давай уж лучше до этой самой смерти не доводить, ладно? – изгибаю я бровь.

Распределение продолжается.

Зал собраний замер.

Я чувствую, как Килсар скользит взглядом по мне – равнодушным, но с ленивой искоркой интереса.

– Ну что ж, – его губы растягиваются в хищной полуулыбке, – будет интересно.

Голос у него низкий, с лёгкой хрипотцей, будто он только что проснулся или уже устал от всего этого.

Ингрид получает еще одного сопартийца.

К ней выходит коренастый дракон с лицом, будто вырубленным топором: широкие скулы, тяжёлый взгляд, словно он вечно кого-то ненавидит.

Отряд сформирован.

– Айрис Вердант!

Айрис выходит с королевской грацией, поправляя плащ. Её глаза упрямо ищут Килсара, но он лишь лениво поднимает бровь в ответ.

– Вот твои партнеры по отряду.

Два парня выходят:

– Один— высокий, стройный, с холодными чертами и взглядом, будто он вечно считает всех идиотами.

– Второй – широкоплечий, с квадратной челюстью, но в его движениях что-то неуклюже-добродушное.

Айрис слегка надувает губки – явно надеялась на кого-то поинтереснее.

– Мэйзи Тион!

Мэйзи буквально вылетает вперёд, широко ухмыляясь.

– Твой черед.

Из толпы выходят два бугая мышц:

– Рыжий, с густой гривой волос и лицом, словно высеченным из камня.

– И лысый, с татуировками вдоль рук и взглядом, от которого мурашки бегут.

– О, вот это да! – Мэйзи тут же вцепляется рыжему в плечо. – Ну, мужики, теперь вы мои!

Тот хрипло смеётся, а лысый лишь хмуро кивает, но в уголке его рта дёргается что-то, похожее на улыбку.

– Элира Вейл.

Моё имя звучит, и в зале на секунду повисает тишина.

– Кроме Килсара, к тебе прикреплён… – Хилз хмурится, бросая взгляд на Крэйга. – Арзас? – её голос полон сомнений. – А не слишком ли слаб…

– Так решил Стилс, – без эмоций отрезает Крэйг.

Арзас тут же выскакивает из толпы, его голубые глаза сияют, как у щенка, которому дали кость.

– Я так рад! – шепчет он, занимая место рядом со мной.

Килсар медленно поворачивает голову, его жёлтые глаза сужаются.

– Ох, – протягивает он с лёгкой насмешкой, – надеюсь, ты постараешься, малыш?

Арзас вдруг бледнеет, но тут же выпрямляется.

– Я… я могу быть полезен!

– Ну, конечно, – Килсар лениво зевает, – мы все в это верим. Давай, главное – быть оптимистом.

Я чувствую, как у меня начинает дёргаться глаз.

Боже, что за отряд мне достался…

Ладно, может, ещё пообщаемся. Сработаемся.

Время есть.

И в этот же момент к себе снова привлекает внимание наставница:

– Внимание, – голос Хилз режет тишину, словно лезвие. – Формирование отрядов завершено. Первое испытание начинается сейчас же.

По залу пробегает волна напряжённого шёпота.

Глава 12 – Первое испытание

Я неуверенно поднимаю руку.

Наставница поворачивается:

– Что-то не так, Вэйл?

– А может хотя бы завтра попробуем? Ну, чтоб мы между собой как-то пообщались. Узнали друг друга поближе.

– Рой может атаковать в любой момент. Даже сейчас, – Хилз качает головой. – Чем раньше начнете тренировки, тем лучше.

– Не переживай, уверен, мы займем не последнее место, – Килсар опускает ладони на наши с Арзасом плечи. – Есть более достойные претенденты.

Дракон из отряда Ингрид, который хотел быть с Килсаром в одном отряде тут же скалится.

– А ты чего эту в нашу сторону пялишься, Рэмси? Это на нас намек?

Килсар лениво ведет плечом.

– А сам как ты себя оцениваешь? Ты хуже нас?

Тот взрывается:

– Что за идиотский вопрос? Конечно нет!

– Вот и отлично, – невозмутимо кивает Килсар. – Уверенность первый шаг к успеху. Глядишь и правда дорастешь до предпоследнего места.

– Ррр…эмси, – буквально рычит тот.

Я прикрываю лицо рукой.

Вот зачем? Просто… зачем эти провокации?

– Мы же не соревнуемся друг против друга, – неуверенно подает голос Арзас. – Мы тренируемся, чтобы стать сильнее и защищать Ландериз.

Я с благодарностью улыбаюсь ему.

– Спасибо. Приятно знать, что адекватных бойцов в нашем отряде большинство.

– Вы закончили, мелочь? – Апатично спрашивает Крэйг. – Или будете трепаться пока Рой не нагрянет?

Он активирует с помощью рун посередине зала громадную гудящую от магии энергетическую стену.

– Задание простое. Искра должна войти в резонанс и усилить своих драконов, чтобы они смогли пробить эту стену, – поясняет Хилз. – Оборачиваться запрещено. Но силу дракона использовать можно.

Зал замирает на мгновение, после чего наставница дает команду начинать.

Отряды один за другим справлялись с заданием, но ни один не сделал это идеально.

Ингрид и её команда прошли стену с первой попытки – чётко, холодно, без лишних движений. Тондер просто ударил кулаком, усиленным её резонансом, и барьер рассыпался, как стекло.

Айрис тоже справилась достаточно быстро, но её драконы действовали неслаженно – один чуть не сжёг руку, второй не с первого раза смог направить водяной поток в стену

Ну, а Мэйзи и её отряд вообще устроили цирк – её бугаи чуть не подрались из-за того, кто будет бить первым, и в итоге проломили стену… плечами. Вместе. Как таран.

И вот, настает наша очередь.

Я стою перед энергетической стеной, чувствуя, как её магия давит на кожу, словно статическое электричество.

Вот я и попала.

Резонанса нет.

Я не чувствую ни Килсара, ни Арзаса. Их энергии – молния и лёд – скользят мимо меня, как чужие.

– Эм, простите, – я снова поднимаю руку

– Что на этот раз? – Цедит Крэйг.

Блин, пугающий мужик. Конечно, до Левиара ему далеко, но находиться с ним и с Крэйгом в одной комнате тоже удовольствие то ещё.

– Может вы забыли, но у меня…эм…нет резонанса,– я выдаю напряженную улыбку. – Точнее, есть, но только с генералом Ноксом.

– О, Кровавому Рою ты тоже будешь ныть об этом? – изгибает бровь Крэйг. – У тебя в отряде два дракона. Вот и придумай как использовать их силы. Потрать время на то, чтобы пошевелить мозгами.

Да уж, какой приятный мужчина. Само очарование.

Килсар лениво скрещивает руки, его губы растягиваются в хищной ухмылке:

– Ну что, искорка? Будем пробивать стену или устроим чаепитие? Я, конечно, не против поболтать о погоде, но капитан здесь выглядит так, будто готов нас придушить. Впрочем, он всегда так выглядит.

Я замечаю как Крэйг в этот момент сужает глаза.Блин, сейчас еще нарвемся.

Спасибо, Килсар!

Я скрещиваю руки в ответ:

– Может, ты сам попробуешь что-то предложить, кроме сарказма?

– О-о-о, – Килсар задумчиво кивает, – она хочет, чтобы я думал за неё? Мило. Но, дорогая, если я начну за тебя всё делать, то откуда у тебя возьмется самоуважение?

Арзас поспешно вмешивается:

– Лёд проводит электричество. Если я покрою стену, а ты ударишь…

– Рад, что ты, малыш, начинаешь думать. Но это скучно, – Килсар перебивает, закатывая глаза. – Лёд и молния? Это уровень первокурсников. Давай что-то острое. Например… – Он внезапно наклоняется к нам так близко, что я чувствую запах грозы от его кожи, – а что, если мы взорвём эту стену? В прямом смысле.

Я приподнимаю бровь:

– Ты предлагаешь нам подорвать учебный зал?

– Ну а что, – Килсар смеётся, сверкая зубами, – раз уж мы всё равно проваливаемся, пусть это будет громко.

Арзас задумчиво говорит:

– Теоретически, если лёд расширится резко…

– Бум, – Килсар щёлкает пальцами перед моим носом, – и никакой стены. Ну что, команда, разрушим что-нибудь?

Тишина.

Даже Крэйг, стоящий в стороне, слегка приподнимает бровь.

– Вы серьёзно? – хрипло смеётся один из драконов из отряда Мэйзи. – Это какой-то бред.

– Ну, – Килсар разминает шею, – или мы сейчас устроим шоу… или нас выкинут отсюда за неудачу.

– Давайте, – говорю я. – Вперед, мои драконы!

Хех, а звучит круто. Мне нравится.

Арзас делает глубокий вдох, его ладони сжимаются.

– Лёд. – Едва слышно шепчет он.

Барьер взрывается инеем. Не просто покрывается – трещит, как живой, когда температура падает мгновенно. Стена скрипит, будто сжимается…

– Сейчас!– кричу я.

И…Килсар исчезает.

Не просто двигается быстро – его нет.

И потом – Удар.

Молния бьёт не в стену.

Она бьёт в лёд.

И весь барьер – ВЗРЫВАЕТСЯ!

Осколки магии разлетаются, как шрапнель. Стекла в окнах выбивает ударной волной. Пол дрожит, и несколько драконов инстинктивно приседают.

Тишина.

Дым.

И потом —

– Какого демона?!– орёт Тондер.

Килсар стоит на месте, будто ничего не произошло. Его пальцы слегка дымятся.

– Ну что, – он поворачивается к Крэйгу, – мы прошли?

Капитан смотрит на нас.

– …Да.

Арзас медленно выдыхает.

– Это… сработало.

Я чувствую, как уголки губ сами ползут вверх.

– Да.

Килсар наклоняется ко мне, его голос звучит тихо, только для меня:

– Уверен, что теперь нас заставят всё это восстанавливать.

Я хихикаю и в этот момент —

ГРОХОТ.

Двери зала распахиваются.

Входит генерал Нокс.

Его глаза мгновенно находят меня, а после соскальзывают к лицу Килсара, который все также чуть склонен ко мне и явно собирается что-то добавить.

По лицу дракона Бездны пробегает холодная ярость.

Глава 13 – Зов

Левиар

Я иду по коридорам Хантстила, и каждый шаг – как удар ножом в живот. Каменные стены будто сжимаются вокруг, ворочаясь эхом в моих висках. Она там. Я чувствую её. Её свет, такой чужой и раздражающе яркий, как будто кто-то воткнул мне в грудь раскалённую иглу. Её дыхание скользит по воздуху – острое, ледяное, и даже проклятый смех, который ползёт под мою кожу, как жирный ядовитый червь, не даёт мне покоя.

Мои пальцы сжимаются в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони. Я чувствую, как из-под ногтей выступает кровь – тонкая, тёплая, липкая. Хорошо. Эта боль реальна, она держит меня на плаву, не даёт утонуть полностью в бешенстве. Я должен взять себя в руки, должен прийти в себя. Я должен наблюдать за Элирой. Понять, почему её свет цепляется за мою Бездну, почему она не боится, а, наоборот, будто рвётся ко мне сквозь тьму. А потом – завладеть. Разорвать. Сломать. Мне не нужна ещё одна цепь на горле, тем более – от какой-то девчонки!