Читать онлайн Терра. Часть 2 бесплатно

Часть III. Горизонт событий

Колесо фортуны запустилось, и

нам осталось только скрестить пальцы и

наблюдать за несущейся на световой

скорости стрелкой и надеяться, что

судьба будет к нам благосклонна…

Велиал

Глава 1. Суд

Бог знает в чем мы виноваты, просто надо так

Поэтому потом мы попадем с тобою в Ад[1]…

Аиррэль

Стоило только сделать шаг через Золотые Врата, меня тут же перехватили под локти стоящие с этой стороны стражи, заломили мне руки и связали крылья Небесными Жгутами, толкая вперед.

Я уже видел это место раньше, и мне вдруг стало тревожно — знал, что вскоре неизбежно встречусь с Отцом. Мы пересекли небольшую лесенку и поднялись к парящей просторной мраморной анфиладе с гигантскими стрельчатыми арками, высоко устремляющимися в небеса и теряющимися средь облаков. С каждой стороны арки вплоть до самого Престола Эль-Элиона восседали ангелы высших чинов, ближайшие советники находились возле Создателя. Они все провожали меня взглядами. В полном молчании. Здесь не было иных перекрытий. Минималистичное светлое пространство. Под ногами клубился белоснежный дым, источающий сейчас приятный цветочный аромат, который в зависимости от напряженности атмосферы во время заседания изменялся, и можно было определить настроение Создателя: чем слаще, тем лучше расположен к узнику, у того есть шанс, а вот если чувствовался запах задымления или гари — пиши пропало, везение тебя покинуло, лучше до этого не доводить. Терпение у Эль-Элиона не вечное.

С каждым шагом пар колыхался, чуть отступая от ног и приоткрывая полностью прозрачный пол, под которым не было ничего, кроме бесконечного неба. Одежды ангелов заменяли своим сиянием светила, впереди высился золотой пустующий Престол. Я даже слегка выдохнул. Создатель еще не явился.

Меня опустили на почтительном расстоянии перед лестницей, ведущей к подиуму. Глаза упирались лишь в нижнюю часть высоченного Трона, и нужно было запрокинуть голову, чтобы увидеть Создателя. Хотя кто осмелится взглянуть на НЕГО? Видимо, есть один. Я не буду прятаться, пусть судит, ОН и так уже все знает. Все. Даже лучше нас самих.

С каждым мгновением здесь силы возвращались, душа подпитывалась магией Небес, почти пела от восторга. Я обернулся, осматривая присутствующих, и сразу же наткнулся взглядом на Серафима Эмпириана, тот отвернулся. Из знакомых я увидел близнецов Самуила и Сахаила, они ободряюще подмигнули мне, но держались без присущей им веселости. Послышалось открытие врат и громкие голоса братьев: спокойный — Митраэля, сухой — Дарвиеля и возмущающийся — Онтариэля. Представление началось, и не я был в центре арены. Распорядители не пускали Онтариэля, загородив ему путь копьями. Я повернулся, силясь понять, в чем беда.

— Покиньте Верховный Суд вместе со своим компаньоном! Или мы будем вынуждены применить силу.

— Окститесь! Я — Архангел Онтариэль, и мое место рядом с братьями и Отцом.

— Тварь не пройдет.

— Но он связан со мной! Мы не можем разделяться.

— Тварь не пройдет! Архангел, вы можете остаться вместе с ним.

— За вратами?!

— Стоит успокоиться нам и благоразумно обсудить все, — попытался вставить слово Митраэль.

— Мой брат идет с нами! — А это уже Дарвиэль.

— Г’хасс будет вести себя со смиренной покорностью. Он не может никому навредить, только защищать меня.

— Здесь не будет адских прихвостней! — это уже выкрикнул кто-то из возмущенных Серафимов. — Безобразие!

— Неприятности одни от Архангелов!

Стражи стали теснить братьев к дверям, появилось подкрепление: более десятка ангелов в золотых доспехах наставили копии на Архангелов. Дарвиэль схватился за рукоять меча, но не достал из ножен, его руку перехватил Митраэль.

— Да что вы себе позволяете? — возмущался Онтариэль.

— Еще раз меня заденешь, я это так не оставлю, — угрожал Дарвиэль.

— Онтариэль, решай…

Cпор завершился тем, что Онтариэль остался за дверью вместе с гарсу. Дарвиэль продолжал возмущаться, пересекая анфиладу, Митраэль молча кивал.

Братья окликнули меня и поздоровались, встав по правой стороне от Престола.

Через мгновение появился Велиал в плохом расположении духа, и тут такое началось! Серафимы чуть не попадали в обморок во главе с потерявшим дар речи Эмпирианом — его лицо я бы желал запечатлеть в таком виде с глазами-блюдцами, открытым ртом и побагровевшим лицом, дабы повесить портрет на стену в кабинете, чтобы он веселил меня в самые паршивые дни. Херувимы громко охали и причитали: «Как же так? Что же это такое? Храни нас всех Эль-Элион!»

— Отца еще нет, отлично, — Велиал выглядел мрачным. — Я убью его, как только он явится.

Я не понял, про кого речь. Эль-Элиона? Не настолько же брат обезумел, чтобы напасть на Создателя? Серафимы кричали изгнать демона, призывали стражей, которые уже летели к нам.

— Братец, это тебе… — Он вынул из-за пазухи письмо, разломил сургуч и зачаровал, чтобы оно открылось перед моими глазами, и я мог прочитать…

«Аиррэль,

как думаешь, почему люди здороваются в письмах? Ради хорошего тона или действительно хотят поприветствовать — оно нужно тем, кто расставался или не знал друг друга. Я с тобой не прощалась, поэтому начну так, будто мы виделись только вчера…

Я так много хочу сказать, только слов будет недостаточно. Прошу лишь об одном: не смей отказываться от нас, если у тебя есть шанс. Ты не можешь решать за меня! Понял? Я тебе не прощу предательства. Если мы должны страдать, тогда все равно вместе, не врозь. Я так боялась произнести эти три слова, но ты должен знать, что Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ. Слышишь? Вопреки всему, даже запретам — люблю. Только тебя.

Люблю! Аир, люблю-ю-ю…

Больше всего на свете. И не жалею ни капли, ни мгновения, скорее мне недостаточно «нас». Мне не нужна жизнь без тебя, с кем-то другим. Не нужна! Не выдумывай глупости, не пытайся меня защитить. Не вини себя. Помни, что я взрослая женщина и сделала свой выбор. Ты сказал, что бракосочетание было настоящим, и мы оба дали клятву.

Я запрещаю тебе думать о смерти! Запрещаю, понял?! Я — твоя жена! И мое право решать и выбирать путь. Я сильная. Вместе мы все преодолеем. Даже если нас осудят, то я хочу держать твою руку и не отпускать до самого конца.

Со мной все хорошо, но я скучаю до безумия, хочу вновь увидеть твои глаза…

Навеки?

Вечные.

Я — твоя, а ты — мой.

Держись за шанс

встретиться вновь.

Твоя жена, Скай».

Я дочитал письмо, и меня накрыла невообразимая радость. Душа рвалась от восторга, набегали радужные слезы, я будто слышал голос Скай, когда читал эти строки.

Люблю.

Я тоже, милая, я тоже.

Сидел и ухмылялся, почти как безумец с жаром внутри, огнем, кипяток разливался по душе. Я вновь посмотрел на письмо, дрожащие буквы, различил разводы от слез. И расхохотался… Сквозь слезы, сквозь расстояния, я плакал и смеялся, закованный в цепях, более не страшась ничего, даже гнева Создателя.

Моя упертая женщина. Только моя. Всегда. Но я не успел насладиться мгновением… и не видел, как демон отбросил стражей, не подпуская к нам никого.

Внезапно часть пола, на котором мы с Велиалом находились, задрожала, отлетела от остальных, медленно крутнулась против часовой стрелки, став прямоугольником, и вернулась на место. Трон отца оказался посередине платформы. Сначала я не понял, зачем, затем понял, почему, когда на левой части образовалась алая спираль, внутри которой появился каким-то чудом Люцифер, чье лицо выглядело странно покореженным, и позади возник черный трон, а платформа с его стороны окрасилась в ало-черный цвет, клубы дыма возле дьявола стали красными. Не знал, что и его пригласили. Велиал с одного прыжка кинулся на Люцифера. Завязался бой.

Про меня все благополучно позабыли.

Стало ясно как день: сейчас прольется чья-то кровь. Велиал потерял контроль и не собирался останавливаться — он хотел убить Люцифера прямо в Небесном Царстве. Их обоюдная ненависть переходила всякие границы. К ним кинулись Архангелы, но дерущиеся так увлеклись яростным мордобитием, что попытки помощи оборачивались лишь большими проблемами.

Велиал схватил Люцифер за грудки и отбросил в сторону. Тот влетел в Престол, раздался оглушительный звон — я думал, что треснула спинка, но нет, ни царапинки. Люцифер зарычал, провел несколько ударов по лицу демона, тот увернулся от последнего и контратаковал. Дьявол с необъяснимой веселостью, даже злорадством на лице блокировал атаку, продолжая провоцировать моего обезумевшего дурня, видимо, Повелитель гордился какой-то своей выходкой. Я подозревал, что без Мелиссы здесь не обошлось.

Митраэль, Дарвиэль и близнецы, пытающиеся всякий раз вмешаться, были откинуты лишь мановением руки Велиала назад вместе со стражами и не могли к ним приблизиться. Он поймал их в какие-то клетки, и те, ошарашенные таким поворотом событий, пытались выбраться из них с помощью стражей, которые переключились на вызволение Архангелов из западни. Я такое заклинание видел впервые и попробовал сломать Жгуты, как-то вывернуться, чтобы помочь:

— Развяжите меня!!! — окликнул стражей, но те не обращали внимания.

Я взывал к Велиалу, но тот разошелся: кулак, предназначавшийся Люциферу, влетел в спинку трона, и раздался оглушительный звон, заставив бессмертных скрутиться от боли. Дьявол чуть дрогнул, и демон, воспользовавшись дезориентацией противника, провел мощные удары по корпусу, а затем в лицо. Он схватил его за шею, из его рук потекла темная сила, разрушающая — Люцифер взревел, часть его лица стала трескаться, на шее появилась рана, напоминающая разлом Мироздания. Облака вокруг нас потемнели, небо стало серо-фиолетовым, повеяло тленом и гарью. В руке Люцифера вспыхнуло копье… И он им воспользовался, пырнув Велиала в бок, но из-за длинны ствола оружие прошло скользящим, а не колющим движением. Демон, схватив Люцифера за горло, перекинул его через бок, тот удержался крыльями и атаковал копьем, на сей раз попав прямо в грудину — на месте вроде бы незначительной раны образовалась дыра размером с мой кулак. Велиал как-то зло улыбнулся и просто щелкнул пальцами — дьявол тут же отлетел назад, крепко сжимая в руке оружие, и вновь ударился об трон, на сей раз головой. Анфилада вздрогнула от свистящего воя. Демон продолжал бить его, даже не приближаясь: голова дьявола несколько раз ударилась о золотой подлокотник. Люцифер сопротивлялся этой магии и выпустил в демона заряд энергии. Велиал отскочил, тогда дьявол кинул в него копье, которое бы возможно достигло цели…

— ДОВОЛЬНО! — По анфиладе прошлась взрывная энергетическая волна, стремительно откинувшая всех, даже восседающих наблюдателей со своих кресел — мы позорно проскользили по полу: кто лицом познакомился с прозрачной поверхностью, кто крыльями, у кого-то ноги торчали в воздухе. Люцифер и Велиал кубарем вместе с выпущенным в воздух копьем полетели назад, снося своими телами стражей, архангелов и меня заодно.

— Она не понимает, что чувствует! — Люцифер начал вставать и, наплевав на все, готовился к продолжению, ища рукой копье.

— Я тебе сейчас втолкую…

— ДОСТАТОЧНО!

Все разом смолкли. Я поднял взгляд и увидел Отца в центре перед подиумом и вместе с братьями приветствовал его по всем правилам, встав на одно колено. Я сделал только поклон со связанными за спиной руками. Люцифер отряхнулся, скрестил руки и показательно повернулся боком, не взглянув на Создателя. Велиал поднялся как равный ему и смотрел грозно, почти воинственно, а потом выдохнул и как бы кивнул, соглашаясь с чем-то. Серафимы и херувимы тут же принялись восхвалять Эль-Элиона, попадав ниц, но тот на середине их пения произнес:

— НАМ ПРЕДСТОИТ ДОЛГИЙ РАЗГОВОР. НЕ БУДЕМ ОТКЛАДЫВАТЬ.

Эмпириан внезапно двух слов связать не мог и промямлил что-то наподобие согласия с полным повиновением.

***

Эль-Элион

Аиррэль

Отец ничуть не изменился. Таким я его и помнил. Средних лет на вид не более пятидесяти, в расцвете сил с ухоженной короткой бородой и усами, его пепельные волосы, зачесанные назад, струились пенящимися воздушными волнами на затылке. При движении пряди словно дышали, естественно пружинясь. Серебристый костюм на нем сидел как влитой и отражал свет, Небесная ткань состояла из кристалликов, бликующих под сиянием светил. Его глаза пугали глубиной, в них сосредоточивалась вековечная мудрость, миллиарды лет, бесконечный поток событий. Не каждый способен выдержать его взгляд на себе — для этого требуется вся сила и храбрость. Посмотреть в глаза тому, кто видит тебя насквозь — каждую мысль, даже ту, что ты еще не помыслил, но сделаешь… Я впервые подумал о том, что Велиал намного старше всех нас и ближе к Создателю, чем все мы, ангелы, вместе взятые.

Велиал

Напротив меня стоял молодой мужчина в расцвете сил, не более тридцати трех лет — высокий, сильный, с мощной энергетикой. Глаза его — яркие и сияющие, как снег на вершинах гор в Асхаре или на Северном полюсе Терры с вкраплениями драгоценной пыльцы — бриллиантов. Раньше я видел его иначе и гадал, какой облик является правдой, а какой очередная мишура? Почему сейчас он выглядит так молодо? С гладким лицом, без бороды и усов. Серебряные волнистые волосы собраны в короткий хвост на затылке, несколько прядей свисало с обеих сторон лица в некой, на первый взгляд, небрежности, но нет — в облике Отца не было и следа неряшливости. На нем надета белая рубашка и брюки со стрелками, опоясанные кожаным ремнем, башмаки с острым носом, а пуговицы, воротник и запонки из л’арний. Эль-Элион выглядел строго и в тоже время ослепительно.

Люцифер

Люцифер глянул исподтишка на Создателя, из чистого любопытства. Тот скрестил руки за спиной, сцепив раскрытые ладони, и стоял уверенно, с ровной спиной, ноги на ширине плеч с разведенными чуть в сторону носками, в белых ботинках и мантии с золотыми вкраплениями на воротнике и манжетах — он источал силу и непоколебимость для того, кто внешне выглядел как старый дедушка с седыми волосами, свисающими до плеч, с густой аккуратной серебристой бородой, соединенной с усами и бакенбардами под стать глазам из белого золота. Творец выглядел слишком располагающе, добродушно, отчего тут же разозлил падшего. И он раздраженно отвернулся.

Аиррэль

Я думал, что Отец явится в плохом расположение духа, но внезапно запахло ландышами, значит ли это, что нам повезло?

Копье взмыло в воздух и со свистом оказалось в руках Создателя. ОН поднял руку и провел вдоль лезвия.

— НЕВЕРОЯТНО. ВСЕГДА МЕЧТАЛ ПОСМОТРЕТЬ, ЧТО ПОЛУЧИТСЯ.

— Верни. А то еще поранишься, — с какой-то странной интонацией сказал Люцифер. Эль-Элион промолчал и выпустил копье из рук — оно, крутясь волчком на острие, залетело прямо к дьяволу в руку. Тот резким движением перехватил его и спрятал в пространственный сейф.

— ПРИВЕДИТЕ МОЕГО СЫНА, АРХАНГЕЛА ОНТАРИЭЛЯ, ВМЕСТЕ С ЕГО СПУТНИКОМ.

Стражи тут же кинулись за братом и отворили для него врата.

— Отец?! — Он сел на одно колено, согнул руку в локте над головой и сжал кулак, смиренно опустил голову, в точности повторив нашу позу. Гарсу подле него коснулся макушкой земли, повторяя за братом.

— ДОВОЛЬНО КЛАНЯТЬСЯ. ПОДНИМИТЕСЬ.

Мы распрямились в ожидании.

— ВЫ ВСЕ МЕНЯ ОГОРЧИЛИ. — ОТЕЦ посмотрел в глаза каждому, и каждый ощутил это ужасное липкое чувство стыда.

Я даже не знал, что и сказать.

— А ВЫ ОСОБЕННО. — ОН перевел взгляд с Люцифера на Велиала. — ПРИВЕДИТЕ СЕБЯ В ПОРЯДОК, ЧТО С ВАМИ ОБОИМИ? — Эль-Элион махнул рукой, и одежды на демоне и дьяволе исправились, с тел ушли следы побоев и ссадин, дыра в теле Велиала исчезла, а странная темно-серая облупливающаяся часть на лице Люцифера затянулась, белый глаз вновь приобрел яркий цвет радужки, алая трещина на теле срослась.

Последний дарам не обрадовался и чуть ли не зарычал.

— Я не просил!

— ТЕБЕ НЕ НРАВИЛОСЬ.

— Мне. Ничего. Не. Нравится.

— ВНЕ СОМНЕНИЙ. ВЕРНУТЬ?

Люцифер сделал очень длинный вздох, покачнулся с пятки на носок и после затянувшейся паузы тихо произнес:

— Нет.

Эль-Элион ничего ему не ответил, но я могу поклясться, что поймал едва различимую улыбку.

— ПОДХОДИТЕ БЛИЖЕ.

Эмпириан тут же стал отдавать распоряжения и возвращать на свои места ангелов. Меня подхватили под руки стражи и вернули на прежнее место.

— А что делать с нарушителем? — Ангелы указали на Велиала.

— ОН ПОЛНОПРАВНЫЙ УЧАСТНИК. ПОСТАВЬТЕ ЕГО РЯДОМ С АРХАНГЕЛОМ АИРРЭЛЕМ, — сказал Эль-Элион, садясь на Престол.

Люцифер прошествовал к своему месту мимо Создателя, запрыгивая в полете на черный трон, откинулся на спинку стула, закинул правую ногу на колено и закрыл глаза.

Когда все расселись, Эмириан просил разрешения начинать, и Отец кивнул. Серафим тут же развернул свиток моих прегрешений, который утонул в белоснежных облаках.

— ПОЧЕМУ МОЙ СЫН ВЫГЛЯДИТ ТАК? — ОН обратился к Эмпириану.

— Архангел Аиррэль сопротивлялся при аресте, убил легионера.

— Предателя. Говори вещи своими именами. Он поднял меч на моих друзей! На мою семью. В моем доме. Это называется самозащита.

— Мы вынуждены были принять меры, — делая вид, что не услышал меня, продолжал Эмпириан.

— МЫ?

У Серафима затрясся подбородок, и свиток колыхнулся, чуть не выпав из рук.

— Я действовал во благо.

— БЛАГО НЕ ДОСТИГАЕТСЯ ЧЕРЕЗ НАСИЛИЕ.

ИЗДЕВАТЕЛЬСТВА.

ЛИШЕНИЕ БЛАГОСЛОВЕНИЯ.

МНЕ ПРОДОЛЖАТЬ?..

ТЫ ПРЕВЫСИЛ ДАННЫЕ МНОЙ ТЕБЕ ПОЛНОМОЧИЯ!

Серафим выглядел белым-белым в тон небесной мантии, в кой он был облачен. Крылья его дрожали. Я даже посочувствовал. Он думал, что я один удостоюсь внимания Создателя, а вышло совсем иначе. Эль-Элион ожидал, чуть подавшись вперед и сверля взглядом Святейшего.

— Он меня вынудил! Это все он и его братья, — Эмпириан отбросил свиток, вылетел в центр и упал ничком. — Я делал все в рамках закона. Архангел Аиррэль всегда перечит. Сережки носит. Не исполняет приказов. Потакает демону и дьявольской свите…

— И тут я виноват! Вот дела! — не остался в накладе Люцифер.

— У меня на него целый бесконечный свиток. Я нашел все записи. Его сношения с ангеликами и, по слухам, постоянные соития с демонами. В вертепе его братца!

— Все не так. Я был околдован…

— Молчи, — сквозь зубы, не размыкая губ, цыкнул Велиал на меня, скорее прокашлял себе в кулак. — «Все отрицай», — добавил он уже мысленно.

Да, однажды за несколько сотен оборотов до появления Скай, я попался под чары одной демоницы и провел с ней ночь в комнате отеля, принадлежащего Велиалу. Откуда пошла молва, я понятия не имел, может, посетители растрепали, что видели меня, а мои подхватили, не суть. Но стыдился я за тот случай знатно и до сих пор даже Скай не мог признаться, да и вспоминать не хотел. А сейчас он все выдал при Отце, хотя… о чем я? ОН и так все знает.

— Убийства. Он нарушал законы, наши правила и…

— Какое раболепие… преданность делу… — перечислял Люцифер, забавляясь.

— И ТЫ РЕШИЛ СОВЕРШИТЬ САМОСУД?

— Отче, он взял в жены смертную!

— Говоришь так, будто это заразно, — скривился в насмешке Велиал, оживившись.

— О! Это неизлечимая «болезнь», хуже чумы, но я могу помочь с ней справиться! — подхватил Люцифер, который продолжал отпускать свои личные ремарки касательно происходящего.

— ТО НЕ ДАЕТ ТЕБЕ ПРАВО ЛИШАТЬ ЕГО БЛАГОСЛОВЕНИЯ И ТИТУЛА.

— Виноват. Я радел лишь за благополучие Небесного Царства. Архангел Аиррэль не достоин своего титула, он вносит смуту в наши войска, средь ангелов. Они смотрят на него и потакают, думают, что раз ему все сходит с рук, то и им дозволено делать все, что вздумается.

— О, как хватил! Блистательный «панегирик». Слышь, Аиррэль, еще пара фраз, и ты «падешь» со своего Небосвода, будешь возле меня вот тут на карачках сидеть и мычать. Красиво же он тебя закапывает, яму, видать, давно вырыл — осталось столкнуть. Святейший, мне бы ваша словоохотливость, такие преданные своей темной цели ангелы.

Для меня оставалось загадкой, почему Отец не препятствовал Люциферу и позволял тому болтать все, что вздумается. А у него так и перло вдохновение, что всегда случалось рядом с ОТЦОМ.

— Вот он — дьявол! Изменник! Предатель! Все от него! Все с него пошло и…

— ДОВОЛЬНО. Я УСЛЫШАЛ ДОСТАТОЧНО.

— Прекрасно! Пусть выскажется! Пусть! Заодно расскажи, как ты чуть не поспособствовал прорыву, только и жаждал кровопролития. Я все сразу понял. Не мог обычный ангел знать такие детали…

— Прекрати, изверг треклятый! — внезапно Эмпириан завизжал почти как свин и чуть не бросился на дьявола с кулаками, но осел под вопросительным взглядом Эль-Элиона.

Я мог поклясться, что ЕГО все происходящее крайне забавляло, не в плохом ключе, а с отеческой любовью. И показалось, лишь на мгновение, что ОН скучал по нам, даже по нашим извечным разборкам. Тут мне стоит пояснить и напомнить, что Люцифер как сидел с закрытыми глазами, так и оставался, развалившись на троне в вальяжной позе. Почти лежал.

— ЭМПИРИАН. ТВОЕЙ ЗАДАЧЕЙ БЫЛО ПОДДЕРЖИВАТЬ МИР, А НЕ РАЗВЕРЗАТЬ ВОЙНУ. ТЫ УСТАЛ.

— Я полон сил, Отче.

— В ПОГОНЕ ЗА ОШИБКАМИ ДРУГИХ ДОЗВОЛИЛ СЕБЕ СОБСТВЕННЫЕ И ВЫБРАЛ НЕ ЗАМЕЧАТЬ, К ЧЕМУ ПРИВЕЛА ТЕБЯ ОДЕРЖИМОСТЬ КРАХОМ АРХАНГЕЛА. ТЫ ПОЛОН НЕПРИКРЫТОЙ ЗАВИСТИ И ЗЛОБЫ.

— Я могу объяснить все…

— ТЫ СНИМАЕШЬСЯ С ПОСТА СЕРАФИМА И БУДЕШЬ ВОЗВРАЩАТЬ СЕБЕ ВЕРУ В ЛУЧШЕЕ.

— Но как же? Я делал все во имя Твое, все как Писано, все по наставлению Твоему.

— Я НИКОГДА НЕ ПРОСИЛ ПЫТАТЬ УЗНИКОВ. ЕСЛИ БЫ НЕ АДАМ, КАК ДАЛЕКО ТЫ СОБИРАЛСЯ ЗАЙТИ?

— При чем тут человечишка?

— Вообще-то он Верховный Серафим, — с налетом улыбки сообщил дьяволу Велиал.

Врата распахнулись. Я обернулся. В начале анфилады появился человек. Наверное, единственный после Скай, который мог находиться здесь, точнее, с позволения Создателя. Не сразу, но Адам вновь получил расположение Эль-Элиона и спустя много лет — статус Серафима, кажется, ему не нужный, но позволяющий жить на Небесах без перерождения вместе с Евой. Насколько я слышал, вторая «первая» женщина предпочла жизнь и уже не единожды умирала, и перерождалась, а вот ее первый муж остался среди ангелов.

Люцифер очнулся, он приоткрыл один глаз и увидел своего соперника, с кем он не поделил любовь и расположение Отца.

— Ой, а что это столь совершенное создание делает в облике столь несовершенного? Как ваше житье-бытье? Крылья не мешают? Все устраивает?

— ЛЮЦИФЕР.

— Он занимает место ангела! ТЫ посадил на должность Верховного Серафима человека!

— ТЫ ЗАБЫВАЕШЬСЯ!

— Я не собираюсь находиться с ним на одной широте, пусть валит на другую орбиту. Избавься от него, либо я вернусь в Нижний мир.

Адам остановился на середине пути и посмотрел на дьявола с опаской. У них такая протяженная история «отношений», что даже тягостно наблюдать за этой драмой.

— Это я просил его явиться, — сказал Велиал.

Я вскинул голову и вперился взглядом в демона.

— На случай…

— Ооо! Я вижу, — Люцифер сел ровнее. — Сколь же отчаянно ваше положение, раз ты решил, будто слова этого существа имеют больше веса, чем ваши прегрешения? То, что Аиррэль когда-то его спас, я могу и сам подтвердить, только смысл?

— Одно дело знать — другое услышать.

Адам хотел что-то сказать, но Отец мимолетно покачал головой, и человек остался молчалив. Тут явились стражи за Серафимом, Эмпириан упирался и не хотел уходить, когда его уводили из зала Суда.

— Дело не только в жизни первого человека, сколько в его женщинах.

— А они тут причем? — не сообразил Люцифер, как и я.

— Есть некоторые пробелы в небезызвестной нам всем истории, и я хотел бы, чтобы вы дополняли меня во время рассказа. — Демон посмотрел на Отца и на Люцифера. — Адам может просто кивать, если тебе не нравится его голос.

— Ладно, потерплю этого «параллелепипеда», — не удержался от колкости Люцифер, и Велиал начал рассказ…

[1] Pyrokinesis — мы попадем с тобою в ад

Глава 2. Суд. Истории

Велиал

— Когда Эль-Элион создал Лилит, у Адама не было ни единого шанса на внимание девушки, на любовь, потому что первым, кого она встретила, был ты, Люцифер, в облике ангела. Верно? — Я мог только догадываться, предполагать. — Ты присутствовал при ее создании.

— Так и было.

— Она не могла забыть тебя, как ни пыталась. Лилит наблюдала за тобой, когда ты прилетал на Терру с Создателем, и не могла почувствовать к Адаму того интереса, что вызывал ангел. Поэтому тогда… не могло пойти иначе.

— Даже боюсь помыслить, к чему ты ведешь.

— Отец учел прошлый опыт. ОН создал Еву в тайне, сразу после того, как запер Лилит в Небесной Кузнице. Тогда началась война, и Люцифер был занят восстанием, а Адам и Ева спокойно жили в Эдеме, позабыв о твоем существовании. У них появились «эделои»[1], а перед подписанием перемирия к детям приставили ангелов-хранителей, которые незримо охраняли молодых «человеков» от угрозы…

— Угроза — это я?

— Хочешь оспорить?

— Как-то плохо они охраняли.

— ИМ НЕ ДОЗВОЛЯЛОСЬ ЛЕЗТЬ В РЕШЕНИЯ ЛЮДЕЙ, ТОЛЬКО ОБЕРЕГАТЬ ОТ ПОСЯГАТЕЛЬСТВ ДЕМОНОВ.

— Ах, да! Свобода выбора! — Люцифер рассмеялся.

— Вот здесь в истории появляется Ева — матерь человечества. Она любила Адама или просто не знала никого иного, не будем лезть в семейное дело, ограничимся встречей с Люцифером. Вот теперь мне интересны детали… Как именно ты появился ей, в каком обличии?

Люцифер постучал по подлокотнику кресла и поерзал.

— Впервые? — сделал вид, что призадумался. — В Небесном.

— И-и-и?..

— Я представился ангелом. Она призналась, что никогда их не видела, только сгустки белоснежного сияния и крылья. Адам сказал ей закрывать глаза, чтобы не ослепнуть, а я явился в телесном воплощении.

— Не буду рассказывать, как Ева повелась на уловки с деревом…

— Я про него не сразу узнал, — зачем-то сказал Люцифер. — Зачем сажать древо в центре Эдема и запрещать рвать с него плоды?

— …

Я оценил громогласное молчание Отца и после непродолжительной паузы продолжил.

— Изгнание, тяжелые роды, дети, долгая жизнь на Терре и смерть. Ева всю жизнь ненавидела тебя, Люцифер, а хуже того — любила. Именно поэтому она решила вскоре переродиться, чтобы стерлись все воспоминания о прошлом. Только после очередного завершения земного путешествия она возвращается на Небеса и все вспоминает, поэтому бежит от прошлого и крутится, как белка в колесе, проживает жизнь за жизнью…

Обернулся, встречаясь взглядом с голубыми глазами Адама, тот медленно кивнул, как бы в подтверждение последних слов или всего. Я даже посочувствовал ему. Обоих женщин у него украл Люцифер, жены сбежали к одному мужчине, всю жизнь любили другого, не его. Наверное, у него есть тысячи причин ненавидеть дьявола.

— Всегда знал, что я прекрасен, не знал, насколько, — Люцифер не мог устоять, но задеть было некого — Адам покинул анфиладу. Врата шумно закрылись.

— К ЧЕМУ ВСЕ ЭТО, ВЕЛИАЛ?

— Секунду, — посмотрел на брата, архангелов позади и объяснил: — Изначально ТЫ думал, что причина в Люцифере, потом на Терре появились ангелы, проскальзывали хитроумные демоны, такие, как я, и люди влюблялись в нас. Далее всем известная история со смертями. У Скай не было ни шанса. Первого она встретила Аиррэля и его полюбила, точно так же как Лилит — Самаэля.

— Хочешь сказать, что первый на пути ангел и становится объектом любви? — в растерянности спросил Аиррэль, мучаясь вопросом: «Если это правда, значит ли, что любовь не настоящая?» — Скай могла бы полюбить Саймоэля, Лионела, Митраэля, любого, будь он первый на ее пути? Какой ужас!

— Не могу с уверенность утверждать.

— ВЕЛИАЛ ПРАВ. ОТЧАСТИ. ТЫ — НЕТ, АИРРЭЛЬ, — Отец нахмурился. — ЛЮДИ ИМЕЮТ…

— …свободу выбора, — в тон Эль-Элиону вставил Люцифер, вновь развалившись на троне.

— ВЕРНО. У ЛЮДЕЙ ОКАЗАЛАСЬ СЛОЖНАЯ, НЕРУШИМАЯ ПРИВЯЗАННОСТЬ К БЕССМЕРТНЫМ. ЛЮБОВЬ ОКРЫЛЯЛА ИХ, ЕСЛИ АНГЕЛ ОТВЕЧАЛ ВЗАИМНОСТЬЮ И ЗАСТАВЛЯЛА ВЕЧНО СТРАДАТЬ, ЕСЛИ — НЕТ, УБИВАЛА — ОТ ПОТЕРИ[2]. СКАЙ ВЫБРАЛА ТЕБЯ, АИРРЭЛЬ.