Читать онлайн Архитектор моей жизни бесплатно

Глава 1

Пролог

– Так чего же ты хочешь? – спросила молодая девушка свою подругу.

– Не знаю, Лис… Знаю только, что не то, что сейчас.

– То есть, – вздохнула первая, убрав рыжую прядь за ухо и поправив наушник, – ты не знаешь, чего именно хочешь, но точно знаешь, чего не хочешь?

– Именно так, – Роза улыбнулась и устремила взгляд в окно.

– Но вы такая замечательная пара и, серьезно, Роз, нет никаких реальных причин расставаться…

– Алис, поверь, я всё это уже обдумывала раз сто. Причин нет, но мне плохо. Я так не могу.

– Не понимаю я тебя…

– Ты знаешь, мне бы хотелось, – темноволосая девушка наблюдала за людьми, выходившими из подъезда её дома и спешившими по делам, – хотелось бы, чтобы жизнь изменилась. Чтобы что-то такое приключилось со мной, понимаешь? Чтоб я почувствовала, что жива. Почувствовала вкус, жажду жизни.

Голос подруги в наушнике молчал. Роза проверила: вызов был активен.

– Аккуратнее, дорогуша, – голос Алисы на том проводе зазвучал таинственно.

– В каком смысле?

– Ну знаешь, как говорят: бойся желаний своих.

Роза засмеялась:

– Поверь, я буду только рада, если моё желание сбудется.

– Поверь, когда всё поменяется, ты будешь ещё сожалеть о своей размеренной и спокойной жизни. Мечты могут сбыться не совсем так, как мы ожидаем.

– Всё равно. Честно. Только не так, как сейчас. – Роза глубоко вздохнула.

– Мечтай аккуратнее.

Девушки попрощались, и Роза завершила вызов. Посмотрела на фотографию своей подруги на аватарке звонка.

«Мечтай аккуратнее, Роза», – повторила она самой себе. «Бред какой-то».

Частная территория

Бывает ли такое, что с самого утра появляется некое предчувствие, что нечто грядет? Вроде как ожидаешь или даже знаешь заранее, что что-то непременно должно произойти. У Розы такое бывало настолько часто, что она перестала на это обращать внимание. Она вечно хотела, чтобы что-то произошло, и это что-то почти никогда не происходило. Поэтому, дабы не расстраиваться и ничего не ожидать, Роза перестала обращать внимание на эти предчувствия. И их действительно стало меньше. Когда она перестала поощрять свои ожидания, они практически прекратились.

От сегодняшней прогулки ожиданий было немного: только отвлечься от мира фантазий и терзающих размышлений. Роза давно привыкла, что жизнь весьма прагматична и редко балует нас интересными событиями. Сами люди могут, однако, разбавить ее, могут сделать ее чуть интереснее: организовать себе нечто нежданное или необычное. Именно поэтому она решила прогуляться по улочкам в центре Москвы. Именно поэтому она решила зайти в приоткрытую дверь кованого забора, за которым скрывался тенистый и весьма очаровательный внутренний дворик. Хотелось небольшое приключение, хотелось изведать как можно больше тайных двориков, хотелось затеряться, а потом найти путь назад.

Кто же знает, что готовит ему жизнь? И хоть, по мнению Розы, судьба скупа на подарки, в тот день ее ждала весьма интересная встреча. Нередко нам даруется что-то, когда мы этого совсем не ожидаем.

Шел уже пятый час дня: солнце светило, по небу пробегали облака, ветер развевал волосы девушки. Посмотрев на часы, она отметила, что гуляет уже второй час. Наблюдая за природой и людьми вокруг, за тем, как качаются деревья на ветру, Роза постепенно успокоилась. Ее мысли перестали скакать дикий вальс в попытке разобраться, что же ей нужно, в попытке разобраться, чего она хочет.

Проходя мимо уютного особнячка, наверно, века девятнадцатого, Роза прочитала табличку о том, что дом является культурным наследием и некто, в свое время известный, в этом доме когда-то жил. Розе была незнакома фамилия, но она подумала, что, наверно, здорово жить в доме с такой историей. Особнячок был двухэтажный, покрашен в желто-белые тона, с колоннами на втором этаже. За ним Роза увидела кованый забор и приоткрытую дверь в нем. «Интересно, есть ли внутренний дворик у этого дома?» – подумала Роза и заглянула в приоткрытый проход.

На двери кованого забора находилось запирающее устройство с кнопками вызова и экраном. Не ясно, было ли здание жилым или офисным, но внутренний дворик манил своей тайной. Роза вошла внутрь. Домик оказался небольшим и примыкал одной стороной к девятиэтажному дому, который стоял под прямым углом к особняку. Внутри двора росли кусты сирени и раскидистые деревья, а в середине стояли несколько скамеек и некая скульптура. Ее скрывали ветки дерева. Кованый забор связывал особнячок со следующим домом, тоже под углом; вместе они и создавали внутренний двор. Роза изучила подъезды. Девятиэтажный дом выходил на улицу, дом после забора – тоже. Оставался один-единственный парадный подъезд желтого особняка, который и выходил на внутренний дворик. Он был закрыт. Роза решила пройтись в центр двора и посмотреть на скульптуру.

Это оказалось огромное лицо или что-то вроде маски, как будто бы слегка растекшейся на солнце. «Что-то из модернизма, наверно…» – подумала она. Ее больше привлекали классические скульптуры: ангелочки или прекрасные девы с кувшинами, но не то огромное лицо с прорезями вместо глаз и строгим носом. Постояв у скульптуры немного, Роза решила подойти к стене особняка: ее привлекли цветы, росшие рядом. Это оказались гортензии глубокого сиреневого оттенка. Роза любила эти цветы. «Не запечатлеть ли такую красоту на фото?» – девушка обошла куст, став почти вплотную к стене особнячка.

На улице было так спокойно, а во дворике был слышен лишь шорох листьев от порывов ветра, что внезапный звук стекла буквально прорезал тягучий летний воздух. Сверху над собой Роза услышала звук падающей посуды на стол, тихое чертыханье и далее звук уже достаточно громкий – от разбившейся в метре от нее чашки. От неожиданности Роза тихо вскрикнула. Кружка с черной жидкостью разбилась вдребезги совсем недалеко от нее. Роза подняла глаза наверх. Она стояла под небольшим кованым балконом, почти скрытым ветвями раскидистого дерева. Было не видно, кто там, только сам балкон снизу, но определенно кто-то там был. Этот кто-то чертыхнулся еще раз на чашку и произнес:

– Кто здесь?

Роза подумала, что неизвестный человек слышал ее вскрик. «Прятаться не имеет смысла», – обойдя кусты с цветами, она шагнула из-под балкона. Теперь стало видно, что на нем стоит небольшой столик и стул, в котором сидел мужчина и, судя по всему, пил кофе. Незнакомец продолжал сидеть, в его руке дымилась сигарета, глаза скрывались под темными очками. Роза смотрела на него несколько секунд, пока он не произнес снова:

– Здесь кто-то есть? – последовала небольшая пауза, а затем он добавил совсем тихо, как бы себе: – Я надеюсь, вас не убило моим кофе?

Розу немного смутил вопрос, ведь мужчина смотрел прямо на нее, и ему вполне было видно, кто здесь. Но она решила ответить:

– Не убило, всё в порядке.

Человек чуть наклонил голову. Из-за темных очков Роза совсем не видела его глаз. Очки, к слову, были весьма интересные: совершенно не современные, небольшие, из темно-зеленого стекла. Сам мужчина был светловолосый, скорее худой и достаточно молодой, как показалось ей на первый взгляд.

– Что вы тут делаете? – он встал с кресла и облокотился на край балкона.

– Я цветы фотографировала, – Роза уловила удивление в его голосе, – тут очень красивые под балконом.

– Я имел в виду, что вы делаете в этом дворе? Это частная территория, – мужчина затянулся и выпустил дым. Взгляд его было не разглядеть из-под темно-зеленого стекла, но голос был хоть и приятный, но со стальными нотками.

– Частная? – Роза несколько опешила. – Я не знала…

– Как вы прошли?

– Через калитку, – Роза почувствовала себя неудобно.

– Через закрытую калитку? – неизвестный сделал акцент на слове "закрытую".

– Но она не была закрыта… – Роза вспомнила про электронный замок и экран на калитке, и тот факт, что она действительно была лишь немного приоткрыта. Но всё-таки, никаких законов нарушено не было.

– Дверь во двор была открыта, никаких знаков, что это частная территория, не было, поэтому я и зашла.

Мужчина помедлил несколько секунд, как будто обдумывая слова Розы. Роза же решила не ввязываться в разборки с жильцами частных дворов и, сказав, что уже уходит, двинулась к выходу.

Подойдя к кованой ограде, она увидела, что дверь заперта. «Чудесно, – пронеслось в голове у Розы, – теперь дверь действительно закрыта». Девушка стала искать кнопку, которая бы освободила ее. Но таковой не нашлось. Лишь магнитный замок, к которому нужен ключ или карта. Не успела Роза подумать, в какой ситуации оказалась и как же выйти со двора, сзади нее послышались шаги. Она обернулась: по дорожке к ней шел тот самый человек с балкона.

Теперь, когда он был ближе, Роза смогла рассмотреть его повнимательнее. Он был высокий, в светлых брюках, вроде как из льна, белой рубашке и темно-зеленой жилетке из красивого, вышитого узором материала. Роза отметила тонкий нос и губы, высокий лоб и светлые волосы средней длины, убранные назад. Весь он производил впечатление человека, как бы не из этого времени, словно сам был из девятнадцатого века, как и особняк, на территорию которого вторглась Роза. Он понравился бы ей, если бы не ледяной тон и отсутствие контакта глаз из-за этих дурацких темных очков.

– Как я и сказал, она закрыта, – мужчина подошел совсем близко к Розе, отчего ей стало неудобно. Он внимательно посмотрел на нее, как ей показалось, а она инстинктивно отступила назад. Подняв голову и решив не тушеваться, Роза произнесла:

– Когда я заходила, она была открыта.

Хотелось разглядеть его глаза, но тщетно. Незнакомец, в свою очередь, не спешил ничего говорить. Так прошло несколько секунд. Казалось, он изучал ее. Буквально за мгновение до того момента, когда пауза совсем бы затянулась, он улыбнулся лишь краем губ, почти незаметно, и произнес уже более дружелюбно:

– Судя по всему, Елена забыла запереть дверь. Она работает у нас и в последнее время стала немного рассеяна.

Роза слегка успокоилась: во-первых, тень улыбки не ускользнула от нее, во-вторых, тон стал более дружелюбным.

– Извините, что так вышло. Я просто гуляла и изучала улочки города, – Роза отметила, что человек заложил обе руки за спину и чуть склонил голову. В этот момент луч солнца попал на его лицо, и она четче смогла разглядеть глаза под очками. Незнакомец почти сразу сделал шаг в сторону, лицо его оказалось в тени вновь, и произнес:

– Ничего, бывает. – Голос явно стал мягче.

«Вот это быстрая перемена!» – вертелось в голове у Розы.

– Я был несколько удивлен, что тут кто-то есть. Да еще и эта чашка, – он сделал паузу, – рад, что вас не задело.

Роза продолжала изучать нового знакомого:

– Не задело. Вы здесь живете? – только после того, как она это произнесла, Роза поняла, что вопрос достаточно бестактный. «Хотя, может, и нет?»

– Да, мы с дядей живем на втором этаже. Имею слабость к кофе и в хорошую погоду люблю выпить чашечку на балконе, – он улыбнулся, и Роза подумала, что улыбка ему к лицу. – Сегодня, кажется, чашка решила от меня сбежать.

Роза не смогла отказать себе в слабости и произнесла:

– Не представляю, какого это жить в подобном доме.

Новый знакомый ответил:

– На самом деле, это огромная (это слово он выделил особой интонацией) головная боль. Впрочем, – помедлил он, – если вам так интересно, можете взглянуть сами, – и мужчина сделал шаг назад, проведя рукой в сторону дома, как бы приглашая войти.

Предложение заманчивое, особенно для любительницы подсматривать за чужими жизнями, но… Роза посмотрела на подъезд:

– Пожалуй, будет неразумно идти в гости к тому, с кем не знаком.

Правила безопасности никто не отменял. Говорят, что и плохие люди бывают весьма очаровательны. Роза же считала, что именно плохие люди зачастую бывают очаровательны.

– Так ведь это решается просто: нужно познакомиться. Меня зовут Артем, – и он протянул руку. Роза вложила свою ладонь в его и тоже представилась.

– Однако, – добавила она, – этого все равно мало.

Роза и хотела бы зайти в подобный дом, ведь ей было до жути любопытно, но идти против своих правил чревато.

– Что ж, – новый знакомый слегка дернул головой, как будто отгоняя какие-то мысли, – не буду спорить. Мне было приятно познакомиться, Роза. У вас очень красивое имя.

Роза усмехнулась в глубине души. Знал бы он, что имя дала ее мама, которая обожала фильм «Титаник». Лишним будет упоминать, что Роза этот фильм недолюбливала. Тем временем Артем достал магнитную карту и приложил к замку. Тот щелкнул, и дверь перед девушкой открылась:

– Не смею вас задерживать, – он чуть склонил голову, – удачи, Роза.

«Боже, – пронеслось в голове, – какие быстрые перемены. Сначала холоден, потом приветлив, приглашает в дом, а через минуту уже выпроваживает». Все это показалось Розе странным, но она улыбнулась и подошла к выходу:

– Спасибо, Артем, мне тоже приятно познакомиться. Извините за то, что пробралась на вашу частную (и она также выделила это слово) территорию, – Роза на минуту задумалась, что было бы здорово встретиться снова, но Артем уже закрывал калитку со словами:

– Ничего страшного. Правда, – и он быстро удалился в тень своего двора.

В темноте

С самого детства он знал, что отведенное ему время истекает. Время, когда он может видеть этот мир во всех его красках, во всей красоте. Отец часто говорил ему, чтобы он запоминал и отмечал все вокруг себя, ведь то, что он видит, не вечно. И потом, когда он останется в темноте, а это неминуемо случится, только его память, только воспоминания об увиденном останутся с ним.

Будучи подростком, Артем уже свыкся с мыслью о том, что унаследовал редкое генетическое заболевание глаз от своего отца. Но свыкнуться с тем, почему отец с каждым годом становится все строже и требовательнее, равно как и раздражительнее, он не мог.

Уже сейчас, когда темнота поглощала его самого, Артем стал понимать. Он заранее знал, что зрение начнет угасать, глаза станут чувствительными к свету, ему придется надеть темные очки. Но знать и переживать это на собственной шкуре оказалось вещами разного толка. Он, также как и его отец, стал нелюдим, все больше находился дома, в темноте, словно сам себя лишая того времени, что осталось. Светочувствительность увеличивалась, темнота неумолимо подступала и, в итоге, ей суждено было поглотить его совсем. Артем смирился с этим, но с каждым годом был все мрачнее, все дальше от внешнего мира.

Он часто вспоминал отца, его еще не старое лицо, но худое и словно высохшее, глубокую морщину между бровями. Артем пытался вспомнить и лицо матери, но оно все время ускользало от него. Несколько старых фотографий – вот все, чем располагал Артем. Кто была эта женщина, он не знал. Он злился в детстве на отца, что тот мало рассказывает о маме. Потом же он злился на болезнь за то, что она лишила его семьи. По словам отца, его мама оставила семью, когда Артем был совсем маленьким, не выдержав тяжести усугубляющейся болезни мужа и неминуемой болезни ее сына.

Сегодня день обещал быть особенно неудачным. На кухне с утра столкнулся с дядей, что было весьма удивительно, ведь тот редко выходил из своих комнат. И, как это бывает почти всегда при разговоре с дядей Костей, они обменялись колкостями, и каждый остался при своем мнении. Дядя стал совершенно невыносим после того, как ослеп. Он так же был носителем этой болезни.

Артем вспомнил, как дядя приехал к нему после смерти отца. Дядя тогда еще видел и был совсем другим. Он всегда отличался от отца Артема, был более веселым и открытым к миру. За что, как сам впоследствии говорил много раз, жестоко поплатился.

Мрачное настроение Артема усугублялось и тем, что сегодня отменились все встречи по работе, и заняться ему было нечем, кроме как рефлексией и воспоминаниями.

Первые признаки его болезни проявились после смерти отца. Тогда Артем был подростком и сильно переживал эту потерю. Но вместе с тем он очень злился на то, что отец оставил его; злился на себя, что так сильно переживал; злился на свое горе, ведь эмоциональные потрясения послужили триггером болезни.

Ему пришлось переехать к дяде в старинный дом в центре Москвы. Дядя Костя был почти незнакомцем, но быстро стал другом. Костя так отличался от отца: был веселый и открытый, любил гулять и встречаться с людьми. Отец при жизни почти не общался со своим братом, а в последнее время стал почти затворником, угрюмым и циничным. Артем видел два примера людей с одной болезнью, но таких разных.

Живя с дядей, со временем Артем все больше на него походил, они хорошо ладили. Именно дядя вдохновил Артема стать архитектором.

– Ты, наверно, забыл, но лет через десять я ослепну, – говорил тогда Артем.

– Думаю, у тебя в запасе лет пятнадцать, – парировал дядя. – Можно творить и будучи слепым. Я научу тебя. Ты знаешь Криса Дауни? – Артем отрицательно покачал головой. – Он из Сан-Франциско. Больше двадцати лет работал архитектором, а потом, после операции на мозге, ослеп. И продолжил после этого успешно работать. Есть и другие примеры слепых архитекторов.

Артем видел и на примере Кости, что это возможно, и стал учиться, открыв в себе способности к архитектуре. Дядя был успешным архитектором и именно поэтому, как он говорил, смог отхватить этот домик, в котором они сейчас жили. И, со слов дяди, именно страсть к работе заставляла его жить и искать варианты лечения болезни.

Счастливое было время. После обучения в институте Артем стал браться за проекты вместе с дядей. Он прекрасно изучил мультисенсорную среду: она позволяла ему создавать проекты, не опираясь на зрение. Хоть тогда Артем и видел, опережая события, он прекрасно подготовился к тому, чтобы продолжить работу и после потери зрения. Все получалось, они вместе занимались делом, что было им по душе, развлекались, и только усугубляющаяся болезнь омрачала их жизнь. Дядя постоянно искал возможности излечения.

Кто ищет, тот найдет, но принесет ли находка счастье? Дядя после долгих поисков сумел найти доктора, который предложил экспериментальную операцию. Метод лечения был новый, и процент успешных операций ровнялся проценту неудачных. Артем вспомнил, как после очередного успешного проекта и подписания соглашения на еще несколько новых домов он долго спорил с дядей о том, нужно ли ему это лечение. Риски были слишком велики, ведь после операции могло стать лучше, равно как и могло стать хуже. После операции он мог потерять зрение сразу.

– Я должен попробовать, – говорил Костя, – я не могу ничего не делать. Без операции в ближайшие пять – семь лет я полностью ослепну.

– Дядя, ты же понимаешь, что риски огромны. Если что-то пойдет не так, ты ослепнешь уже сейчас, – Артем пытался парировать, но дядю было не переубедить.

– Все будет прекрасно, я уверен, операция поможет.

Артем чувствовал, что это плохая идея, но никто не мог остановить дядю Костю, если тот что-то задумал. Операция прошла неудачно. После нее дядя стал другим человеком.

Артем тогда понял, насколько коварна надежда. Сильная надежда на что-то, что не реализовалось, буквально убила его дядю, убила его жизнерадостность.

Дядя впоследствии много раз сокрушался о своем решении, злился на себя, на Артема за то, что тот не остановил его, обвинял весь мир. Он сожалел, что лишил себя зрения раньше времени. Ничто не терзает душу человека так, как сожаления.

Артем посмотрел в зеркало, надел темно-зеленые очки, доставшиеся ему от отца, провел рукой по волосам. Пройдя в кабинет, сел работать над проектом, но дело не шло, мысли были далеко.

Очень долго дядя не выходил из своих комнат, и сегодняшняя встреча на кухне удивила Артема. Долго они и не разговаривали, ведь после операции разговаривать с дядей стало неимоверно сложно. После потери зрения Костя отошел от дел и стал затворником своего дома. Артему же пришлось брать на себя ответственность за их архитектурную компанию, полностью вникать в дела ведения бизнеса. Он стал брать первые собственные проекты и спустя несколько лет стал достаточно известным в своих кругах.

Но на что годятся деньги, если они не могут дать того, чего хочешь? Артем не мог помочь дяде, так же, как и не мог помочь себе. Болезнь прогрессировала, и к своим тридцати двум он чувствовал, что осталось совсем мало времени. Артем уже не различал объекты дальше трех-четырех метров, зрение становилось тоннельным, темнота подкрадывалась со всех сторон, а солнечный свет стал почти невыносим.

Врачи предлагали ему начать лечение, как медикаментозное, так и оперативное. «Время прошло, – говорили они, – медицинские технологии сейчас намного лучше, чем раньше, процент успеха стал выше. Операция могла бы позволить ему видеть». Но риски все же были. Артем, имея перед собой пример дяди, обрубал надежду на корню. Он смирился с тем, что ослепнет, но не хотел ускорять этот момент. Мрачной тенью дядя напоминал ему о последствиях надежды.

Пару раз Артем пытался говорить с ним на эту тему, но дядя категорически был против медицинских вмешательств. Артем любил дядю и не хотел доставлять ему боль. Если операция будет неудачной, то дядя будет сломлен. Ведь он вечно говорит Артему, чтобы тот ценил, что имеет. А если операция пройдет успешно, то как отреагирует дядя? Артем будет видеть, а он останется во тьме? Артем и сам не сильно хотел экспериментировать, плюс твердая убежденность Кости в неудачности любых экспериментов заставили его прекратить все попытки найти лечение. Он не хотел расстраивать единственного родного человека еще больше, а потому перестал говорить на эти темы и перестал сам о них думать.

«К тридцати двум я стал совсем как отец», – угрюмо размышлял Артем. – «И дядя стал как отец. Что за судьба всем превратиться в моего отца? – продолжал Артем, – Стать мрачными и циничными затворниками темного дома». Он был недоволен собой, он все равно не мог не отметить, что становился все больше похожим на дядю и отца.

Глава 2

Внезапные порывы

Тем временем пробило пять вечера, и Артем подумал, что неплохо бы подышать воздухом. А заодно и выпить кофе. Этот напиток он любил больше других: черный, горький кофе всегда был способен отрезвить его мысли. Наполнив чашку, он вышел на балкон.

Ветер шевелил деревья, над балконом плотная листва не пропускала солнечный свет. Погода стояла теплая, было спокойно и тихо. Артем сел на стул и закурил. Поднял голову наверх и посмотрел на узор переплетенных веток и листьев. Через зеленые очки он видел, как качаются на ветру ветви дерева. Артем запоминал их, пытался запечатлеть их вид. Закрыл глаза и стал слушать листву. «Скоро так будет всегда, – пронеслось у него в голове, – темнота». Он отпил глоток и поставил чашку слишком близко к краю, отчего она качнулась и упала вниз.

– Чертова чашка! – проговорил, пытаясь ее поймать, отчего сделал только хуже, и она соскользнула с края балкона и с грохотом разбилась. Артем услышал чей-то вскрик. Это удивило. «Кто мог быть тут? Ведь Лена, которая приходила днем прибраться в комнатах дяди, давно ушла, а территория двора закрыта?»

– Здесь кто-то есть? – спросил он, подумав, что, быть может, ему показалось, ведь определенно никого внизу быть не должно. – Я надеюсь, вас не убило моим кофе? – добавил уже почти самому себе, не ожидая ответа.

Но ответ последовал в виде шагов и фигуры, вышедшей из-под балкона. Четко он не мог разглядеть лица, но это была женская фигура. «Видимо, я так был поглощен своими мыслями, – подумал он, – что не услышал, что внизу кто-то есть». Артем смотрел на фигуру внизу.

– Не убило, все в порядке, – услышал женский голос.

«Удивительно, – Артем чуть склонил голову вбок, как делал всегда, когда задумывался, – как это она сюда пробралась?»

– Что вы тут делаете? – произнес вслух, встал и шагнул к краю балкона.

– Я цветы фотографировала, – ответила девушка, – тут очень красивые под балконом.

Артему показалось все это странным.

– Я имел в виду, что вы делаете в этом дворе? – он не любил незваных гостей. – Это частная территория, – затянув дым, внимательно посмотрел на фигуру, пытаясь разглядеть ее получше. Но тщетно: в зеленом омуте лишь очертания, неясные и нечеткие.

– Частная? – девушка была удивлена. – Я не знала…

– Как вы прошли?

«Это уже интересно», – подумал он.

– Через калитку… – растерянно ответила незнакомка.

– Через закрытую калитку? – Артем потушил сигарету.

– Но она не была закрыта, – девушка начала оправдываться, сообщив, что дверь была не заперта.

И это действительно было так, иначе как бы она тут оказалась? Артем чертыхнулся про себя и подумал, что если Елена опять вытворит что-то подобное, то дядя ее уволит. Уже несколько раз новая сотрудница из компании по персоналу не закрывала дверь во двор, а в последнее время вообще ходила и витала в облаках. «И вот из-за таких растерянных барышень приходят незваные гости. Главное, чтобы дядя не узнал, иначе будет опять злиться». Девушка, тем временем, произнесла, двигаясь к выходу из двора:

– Я уже ухожу, извините.

Артем решил, что надо бы удостовериться, что гостья ушла и дверь будет закрыта, а может, и обдумать, какой замок лучше приобрести, чтобы калитка захлопывалась автоматически. Он вышел с балкона и спустился вниз. Выйдя на улицу, почувствовал, как резкая боль пронзила глаза; свет доставил несколько мучительных секунд. Свыкнувшись с ней, направился к выходу. Девушка стояла у забора, калитка была закрыта.

– Как я и сказал, она закрыта.

Артем хотел рассмотреть гостью и для этого подошел ближе к ней. Он понимал, что, возможно, был слишком близко, потому что девушка отступила, но интерес был выше. Ее черты приняли четкость, и Артем подумал, что девушка весьма красива: невысокого роста, стройная, с длинными темными волосами и милым румяным лицом, чуть вздернутым носом и очаровательными ямочками на щеках. Она подняла голову, пытаясь заглянуть ему в глаза, и сказала с неким даже вызовом:

– Когда я заходила, она была открыта.

Артем подумал, что давно не общался ни с кем, кроме как по работе, а тем более с представительницами прекрасного пола. Его поразили темно-карие глаза незнакомки, они словно лучились.

Артем решил, что следует быть чуть более дружелюбным:

– Судя по всему, Елена забыла запереть дверь, – он рассказал про их рассеянную работницу. Также отметил про себя, что девушка слегка улыбнулась и, казалось, чуть расслабилась. Она извинилась за вторжение и объяснила Артему, что гуляла по городу и, увидев приоткрытую калитку, решила зайти во двор. Артем, слушая, любовался ею, благо темные очки скрывали его взгляд. Тут луч солнца попал на него и мгновенно отразился болью в глазах. Он быстро чуть отшагнул в сторону, чтобы вновь оказаться в тени.

– Ничего, бывает, – Артем надеялся, что на его лице не отразилась боль. – Я был несколько удивлен, что тут кто-то есть, да еще и эта чертова чашка.

«Какая очаровательная девушка!» – промелькнуло в голове, и он добавил вслух:

– Рад, что она вас не задела. – От Артема не ускользнуло и то, что незнакомка тоже смотрела на него изучающе.

Несомненно, и это было удивительно для самого Артема, она ему очень понравилась. Он сам был поражен этим внезапным открытием и чувствовал, что хочет поговорить с ней подольше. Девушка спросила, живет ли он здесь, и Артем дал утвердительный ответ. Потом зачем-то рассказал про свою слабость к кофе и извинился за то, что упавшая чашка чуть не попала в гостью. Девушка произнесла:

– Не представляю, какого это: жить в подобном доме.

Артем улыбнулся: знала бы она, какого это – поддерживать этот дом и вечно противостоять историческим обществам, жаждущим превратить его в музей. Если бы не немалые деньги и связи в определенных кругах, дом давно бы перешел какому-либо фонду.

– На самом деле, это огромная головная боль, – внезапно Артем поддался порыву и, неожиданно сам для себя, произнес:

– Впрочем, – впоследствии он пытался понять, какого черта он это предложил, – если вам так интересно, можете взглянуть сами.

Мужчина делал шаг назад, приглашая ее войти.

Мысли стремительно неслись голове. Анализируя потом их разговор, он был сильно удивлен собственным поступком. Девушка отказалась, и это абсолютно тот ответ, который и должна дать любая девушка на подобное предложение. Но Артема все еще не оставляло некое наваждение. Он напомнил себе своего дядю лет десять назад, в ту пору, когда тот был счастлив. В ту пору, когда Костя был веселым и обаятельным, когда общался с людьми легко и непринужденно, в том числе и с девушками.

– Так ведь это решается просто. Нужно познакомиться, – Артем улыбнулся и представился, протянув ей руку.

Она, помедлив, пожала ее и сказала:

– Очень приятно, меня зовут Роза. – Прикосновение было теплым, как и весь образ этой милой девушки.

– Однако, – добавила новая знакомая, – этого все равно мало.

– Что ж, – Артем осадил себя.

«Что я творю?» – звучало набатом внутри. Это было так на него не похоже. Артем добавил:

– Не буду спорить, мне было приятно познакомиться, Роза. У вас очень красивое имя.

Надо поскорее завершать этот разговор. Иначе, не ровен час, как он совершит еще какую-нибудь глупость. Много времени он был один и чувствовал себя спокойно. Так и должно оставаться впредь. Артем достал магнитный ключ и открыл дверь, мысленно продолжая корить себя за подобные порывы, он произнес:

– Не смею вас задерживать. Удачи, Роза.

Новая знакомая опешила от его поведения, и Артем не мог ее в этом винить. Он сам себя удивлял. Новая знакомая еще раз извинилась за вторжение и вышла за кованый забор. Артем закрыл дверь, подумав, что лучше всего держаться от таких знакомых подальше.

– Ничего страшного, правда, – он отвернулся и быстро пошел к дому.

Весь следующий вечер пришлось обдумывать, что с ним произошло и чем эта девушка его так зацепила. Красивая, это бесспорно, голос приятный, и сама встреча была неожиданной. Но чтобы вот так? Обычно спокойный, даже невозмутимый и полностью контролирующий себя человек, чем, кстати, он в глубине души гордился, сегодня Артем вновь повел себя как на втором курсе института. Это странно, по меньшей мере, и ему не хотелось бы терять контроль подобным образом опять.

Уже перед сном Артем пришел к заключению, как, впрочем, и всегда, что абсолютно верно не стал продолжать знакомство. Он давно заставил себя поверить, что неспособен на отношения. Заставил себя поверить и в то, что никакой девушке не нужны отношения со слепым. В конце концов, он сам не хотел ни семьи, ни детей. Особенно учитывая тот факт, что его дети с большой вероятностью унаследуют болезнь.

Часы пробили одиннадцать. «Удобные часы, – размышлял, уже засыпая, – отличная находка в антикварном магазине. А после того, как я ослепну совсем, им цены не будет. Смогу знать время, ведь они отбивают каждый час своим трескучим звоном».

Немного о Розе

Несомненно, множество людей посчитают прогулки делом вполне приятным и полезным. Не считая очевидной пользы для здоровья, прогулки позволяют изучать новые места, открывать неизвестные маршруты и, в целом, могут приятно удивить. Особенно здорово гулять по старым городам с их перепутанными улочками, на которых каждый дом имеет свои секреты и, будь у него шанс, мог бы рассказать пару-тройку занятных историй. Конечно, прогулки на природе не уступают городским, но тут мы переходим в исключительно субъективные понятия: дело вкуса, как говорят, кому что ближе, кто к чему привык.

Роза предпочитала город. Она любила гулять где-нибудь в центре, по многочисленным извилистым улочкам. Гулять без цели, без навигаторов и карт, просто идти по переулкам, сворачивать куда глядят глаза, рассматривать дома, внутренние дворики, подъезды и площадки. Прогулка для нее была формой медитации, общения с собой и концентрации на внешнем мире. Москва уступала богатством старинных улочек, например, Праге или Таллину, но, как говорят, «где родился, там и пригодился», поэтому прогулки выпали на столицу России.

Роза любила Москву. Это был её родной город, и каждый раз, после отъезда, возвращаясь в него, она чувствовала, как сердце в груди замирает в предвкушении родного места. Запах, неопределённый, но свойственный только Москве, навевал смесь воспоминаний, связанных с тем, что было, и с тем, чего не было вовсе. Роза чувствовала связь с городом, словно подключалась к его энергосети. Столько душ, столько историй, и каждый проживает свою. Это чувство объединяло девушку со всеми обитателями мегаполиса, с их энергией и энергией города, и она ощущала себя частью чего-то большего.

Впрочем, если говорить о характере Розы, простим ей некую сентиментальность и высокопарность в суждениях, ведь до мозга костей она была мечтателем. Вся её жизнь протекала на столько же в реальном мире, на сколько и в её воображении. Она вела внутренний диалог с собой постоянно. Собеседников было два: один более мягок, а другой, как водится, весьма критичен. Роза часто воображала, что-то сочиняла, рассказывала сама себе. Идя по дороге, могла придумать и разыграть целую историю, достойную экранизации. Она прожила у себя в голове тысячи жизней и сыграла столько ролей, что сама уставала от своего творчества. Порой уходила в фантазии так глубоко, что реальный мир словно отступал, покрывался серой пеленой, и возвращение в него доставляло боль. Тогда Роза, усилием воли, останавливала полёт воображения, нарушала собственный эдем, нарочно отвлекалась и возвращалась в реальность.

Надо жить здесь и сейчас, напоминала себе Роза, ведь, хоть фантазии и приятны, но реальность – наша среда обитания. Особенно остро Роза реагировала на книги или фильмы, которые западали ей в душу. После них она могла днями ходить, обитая в том вымышленном мире, строя диалоги и придумывая новые истории. Это неплохо, в конце концов, никто не страдал от фантазий, никому она не делала зла, никого ими не расстраивала. Разве что только себя.

Себя она лишала реальной жизни. Но это – малая цена за возможность уйти в мир грез. Роза с годами определила нужный баланс, так чтобы прекрасные мечты не давали ей унывать, но и чтобы вместе с тем они не выбивали ее из реальной жизни.

Ну а что же сейчас? Роза ехала на метро из центра Москвы домой. Сегодняшняя встреча с загадочным Артемом всколыхнула ее и навела на размышления. Она отправилась в центр столицы с одной лишь целью и намерением – прогулка. Бесцельная прогулка по городу, неизвестно куда, просто чтобы подышать и отвлечься. В последнее время Роза ощущала тоску, а недавняя прочитанная книга вогнала ее воображение в плен настолько, что хотелось, как бы даже на физическом уровне, вырваться.

Розе хотелось обдумать, почему ее жизнь стала такой тоскливой, почему она так сильно прячется в мире воображения. Добавим и то, что прогулка имела целью отвлечь от внутренних переживаний на внешние. Гуляя и разглядывая дома, людей, природу, машины, Роза хотела поставить якорь, заземлиться, скажем так.

Пока вагон метро двигался, словно подземный червь, девушка смотрела на свое отражение в темном окне и размышляла. Голос в голове, тот, который строже, говорил, что все нормально и причин грустить нет. Розе было двадцать семь, она жила в собственной квартире, у нее была неплохая работа, она была здорова. Но разберемся подробнее, тут же отвечала она себе. Однокомнатная квартирка на самой окраине любимого города досталась от бабушки, которой не стало пять лет назад. Бесспорно, отлично иметь крышу над головой, но этот факт подчеркивал то, что у Розы никого не осталось из родных. Бабушка вырастила ее, была самым близким человеком, и было так тяжело отпускать ее пять лет назад. Родителей Роза почти не помнила, они были, по рассказам бабушки, путешественниками и искателями приключений до мозга костей, постоянно пропадали в поездках, а в одной из них погибли.

Ладно, – Роза встряхнула головой, отгоняя воспоминания. – Значит, крыша есть. Прекрасно. Идём дальше – работа. Роза работала удалённо, в свободном графике, занималась ведением рекламы сайтов и их оптимизацией в интернете. Работа нравилась, но свободный график и удалённость имели свою цену – а именно, небольшую зарплату. Однако Роза сознательно шла на это. Минусом было и то, что она неделями могла не выходить из дома. Нет, конечно, выходила: на прогулку до станции, или прогуляться со своим другом Николаем, или до магазина, но с удалённой работой она совершенно прекратила общаться с людьми. Неудивительно, что ей было тоскливо. Но чем себя занять?

Николай. Поезд дёрнулся и остановился в тоннеле. Роза посмотрела на указатель станций, следующая была нужная ей. Встав с места, подошла к дверям. В тёмном окне Роза вновь увидела свои глаза. Николай был её бывшим молодым человеком. Они встречались в институте и несколько лет после, но полгода назад решили разойтись. Их роман начался бурно и страстно, и Роза была влюблена очень сильно, это правда. Она нырнула в это чувство, как в прохладное озеро в летнюю жару. Оно наполняло её без остатка, она была им поглощена. Николай – хороший человек, но время… Время неумолимо стёрло их чувства и страсти. Как жаль, вкусив пьянящий коктейль из первой влюблённости, спустя годы наблюдать, как она превращается в простую привязанность. Воспоминания, как злые черти, мучают, и хочется вновь ощутить себя как раньше. Да, Роза понимала, что состояние влюблённости не может продолжаться вечно, понимала она и то, что чувства растут и меняются. Она ощущала в себе нечто спокойное и тихое, она видела Николая таким, какой он есть, с его недостатками и достоинствами. Ей было с ним комфортно и тепло. И в целом, жаловаться не на что. Но как же хотелось любить его как раньше. И Роза решила разойтись.

Николай принял её заявление не всерьёз, но разойтись согласился, будучи уверенным, что Роза вернётся очень скоро. Но Роза не спешила возвращаться, хоть и вычеркнуть Ника (так она его всегда называла) из жизни совсем не могла. Ник (хотя он и предпочитал привычное слуху имя Коля, но Розе позволял именовать себя так, как ей захочется), тем временем, не оставлял попытки наладить контакт. Он часто ей писал или звонил, приглашал на прогулки и действовал мягко, в надежде, что всё ещё можно вернуть. Роза же привыкла к его дружескому участию, хоть и чувствовала уколы совести, понимая, что даёт ложные надежды. Однако полностью прервать отношения была не в силах.

Тем временем двери метро распахнулись, и Роза вышла из вагона. До дома оставалось минут двадцать неспешным шагом. На улице стало ветрено, что было приятно после духоты в метро. Лето в городе набирало силы, солнце светило ярко, и погода стояла теплая, вполне располагающая к прогулкам. Роза специально выбрала будний день, чтобы людей было поменьше. Ник звал ее сегодня на обед, но она сказала, что занята до вечера. Он не задавал уточняющих вопросов: они, еще будучи парой, полностью друг другу доверяли, да и не было причин не доверять. Их пара казалась, и, пожалуй, была почти образцом идиллии. Почти, и казалась таковой со стороны, но кто смотрит на нюансы в таких делах и кто знает, какова пара на самом деле.

Роза нырнула в переход, где услышала звуки гитары и нестройные куплеты – молодёжь развлекалась и пела под гитару. Парень с черной шляпой в руке подошел к ней и попросил, с улыбкой на лице, поддержать студентов. Роза дала купюру. Решила остановиться и послушать их немного, хотя больше ее привлекли их веселые, беспечные лица. «Как прекрасно, – думала она, – они молоды, и им так весело. Как бы и мне хотелось также – быть наполненной чувствами, быть с друзьями, чувствовать вкус жизни». Роза пошла дальше. Не навязываться же всем компаниям студентов просто чтобы поболтать.

Вспоминалась переулочки Москвы. Перед глазами вместо шумного проспекта, по которому она шла, предстали укрытые кустами сирени дворики, старые подъезды и, скрытые в лабиринте улочек, дома. Роза заставила себя отвлечься от воспоминаний о желтом домике и его обитателе. Она буквально насильно стала обращать внимание на мир вокруг.

Вот мама с коляской проходит мимо, Роза видит только ножку ребенка, торчащую из-под одеяла. Хотела ли Роза детей? Наверно, нет, она никогда не отличалась любовью к карапузам и, правду сказать, не имела с ними дел. Роза была единственным ребенком в семье. В пору начала их с Николаем романа они были слишком увлечены собой и своими чувствами, проводили все время вместе. Так прошли прекрасные три года – они много путешествовали по миру, наслаждаясь собственной компанией. Розу кольнуло воспоминание того, насколько она была счастлива. Как жаль, и почему все эти чувства уходят? Быть может, что-то она делала не так, раз они ушли?

Позже они обсуждали совместное будущее. Коля сделал предложение, и Роза была согласна, но внезапно умерла ее бабушка. Это нанесло огромную рану и стало ужасной неожиданностью, и, конечно, все планы пришлось перенести. Николай поддержал и помог ей в ту трудную минуту как никто другой. Но после похорон вновь разговор не поднимался. Сначала это было неуместно, а потом как будто уже и не необходимо. Роза чувствовала, что время идет, и их чувства становятся ровнее. Они съехались – Роза решила попробовать жить вместе, тоже ведь достаточно умно, прежде чем играть свадьбу. Или так говорят? А по прошествии нескольких лет они так привыкли, что никто не хотел ничего менять.

Девушка увидела проходящую мимо пару возлюбленных. Они держались за руки, разговаривали о чем-то, на лицах светились счастливые улыбки. Роза проводила их глазами. Вот и сквер. Роза любила здесь сидеть. Сквер этот был небольшой, но очень зеленый. Присев на лавку, вытянула гудящие ноги и откинулась на спинку. Взгляд ее упал на дом невдалеке. Девушка любила рассматривать здания, любила заглядывать ненароком в окна.

Интересно, как живут люди в таких домах? Какие у них страхи, интересы, что они могли бы рассказать? Роза любила смотреть в окна, хоть и чувствовала себя при этом виноватой. Словно она вторгалась в чужую личную жизнь. Но интерес побеждал, и Роза разрешала себе этот проступок.

Следует отметить, что люди в Москве часто занавешивают окна так, что не увидеть ничего, так что даже уголочек чужого стола, или краешек стены с портретом, или лампа – все вызывало в Розе интерес. «Вот бы побывать у них в гостях, посмотреть, как и чем живут».

Роза слышала, что в северных странах люди не закрывают окна шторами, ибо им нечего скрывать от соседей. Было ли что скрывать москвичам? Интересный вопрос. Но что касается незанавешенных окон севера, то вот бы Розе погулять по городкам этих стран. Столько всего можно было бы понаблюдать.

Иногда она представляла, как отделяется от своего тела и становится прозрачным духом, как она, невидимая и неузнанная, летит по улицам Москвы и может заглянуть в любые места и понаблюдать за людьми, не доставляя им беспокойства.

Следует сказать, что за свою эту привычку смотреть в окна (хотя она никогда и не злоупотребляла этим) Роза была наказана. Наблюдая за людьми, девушка сама не раз чувствовала себя неуютно у собственных окон. Ей казалось, что и за ней тоже кто-то постоянно наблюдает. Сколько раз, выходя из душа вечером, не могла отделаться от этой мысли и шла занавешивать окна. Наказан тот, кто виновен.

Роза понимала, что это маловероятно, но, делая так сама, не могла не закрыть окно. Николай часто смеялся над этим, говоря:

– Да кому это нужно смотреть на тебя в окно? Какая глупость так тратить время.

– Глупость, конечно, – отвечала Роза и задёргивала занавеску.

Просидев на скамейке некоторое время, Роза направилась в сторону дома.

Глава 3

Размышления

Уже вечером, ворочаясь в кровати, Роза никак не могла уснуть. Будучи романтиком до глубины души, она мысленно повторяла встречу с новым знакомым. Вновь и вновь вспоминала его образ и то, что он говорил.

Когда знаешь, что нужно уснуть, мысли часто начинают докучать, словно мелкие насекомые или комары летом в лесу. Они атакуют и совершенно не дают заснуть. А факт, что спать непременно нужно и время уходит, еще сильнее подогревает новый вихрь мыслей.

Завтра надо было встать пораньше – запланирована утренняя дистанционная встреча с новым заказчиком на ведение сайта, и Роза пыталась уснуть. Однако мысли водили хороводы, отплясывали дикий танец и вертелись, возвращаясь вновь и вновь к ее прогулке. Проворочавшись два часа, хоть ей они показались вечностью, Роза обдумала все варианты возможных событий, разыграла в уме сцены их повторной встречи и расставания. Она задалась миллионом вопросов о том, что случилось, почему, чем это может обернуться и что это для нее значит. В очередной раз она осекала себя, пытаясь убедить, что все это ровным счетом не значит ничего.

В полночь она вышла на кухню и заварила мяту в надежде, что напиток ее успокоит. Наблюдая за язычками пламени под чайником, Роза отругала себя за то, что слишком близко к сердцу приняла всего лишь случайную встречу, и похвалила за то, что благодаря этой встрече она вновь хоть что-то почувствовала. Роза с сожалениемотметила, как ей не хватает Алисы.

Алиса была самым близким другом Розы. Была и оставалась, но, как оказалось, иметь лучшего друга – не только большая удача, но и большое проклятье. Имея лучшего друга, невозможно обрести новых друзей, потому что на всех смотришь в сравнении с ним. С Алисой Роза дружила со школы, они проводили вместе уйму времени, были родственными душами. Но несколько лет назад подруга переехала в другой город, и связь неумолимо стала рушиться. «Удивительно, – думала Роза, – как люди поддерживают романтические отношения или даже любовь на расстоянии? Ведь дружба, как это ни было печально, на расстоянии совсем не та, что раньше». Раньше подруги часто встречались, постоянно куда-то ходили, находили кучу дел и развлечений, общались. Теперь же общение зависло в сообщениях на телефон и редких звонках.

Учась в институте, выйдя на работу, Роза не чувствовала потребности дружить с кем-то, ведь у неё была её лучшая подруга, её сестра. А теперь, когда её нет, Роза не могла найти друзей. Ей казалось, что навык безвозвратно утерян. Да и где взрослому работающему человеку найти новых друзей? Как это вообще делается? После переезда подруги прошло три года, но Роза так ни с кем и не подружилась. Ни с кем у Розы не складывались те доверительные и глубокие отношения, как с первой подругой. Роза и злилась на неё, и на себя, но у каждой была своя жизнь, поэтому встречались они редко, но продолжали держать связь, пусть и дистанционную.

«Кажется, – думала Роза, – настоящих друзей можно найти только в юношестве, когда ты открыт, когда есть время на то, чтобы построить и упрочить вашу связь. А будучи взрослым? Все мы уже в плену своего опыта и цинизма. В плену своих требований к человеку. Сами жизни уже растрачены на работу, семью, хобби, так что на друга остаётся всё меньше времени. Как же тут построить душевную связь?» Да, пожалуй, отсутствие подруги рядом сильно влияло на Розу вкупе с домашним заточением и полной изоляцией от людей.

Уснуть удалось лишь к двум. Утром, заваривая кофе, Роза мысленно судила себя и сама же себя оправдывала. Вчера вечером Коля заявился к ней неожиданно, да еще и принес дивные маргаритки. Они с полчаса посидели возле ее дома. Вспоминая вчерашний разговор с Колей, она почему-то чувствовала себя виноватой. Она не рассказала ему о случайной встрече, когда он спросил, как прошла ее прогулка. Поведала только о том, что прогулка удалась. Тот факт, что она скрыла свое знакомство с Артемом, не давал ей покоя, и внутренний прокурор уже обвинял ее во всех грехах. Внутренний же адвокат парировал, что нечего все рассказывать, встреча вряд ли повторится и вообще ничего не произошло, из-за чего надо себя корить.

Справедливости ради следует отметить, что Николай никогда не был ревнив, он совершенно спокойно воспринимал ее общение с людьми, будь то женщины или мужчины, и всегда говорил, что доверяет ей. Роза и сама придерживалась мнения о том, что изменять – это изменять себе и своему выбору. Именно поэтому Ник так был удивлен их расставанию. Ведь все, казалось, шло прекрасно. Роза отвечала, что просто хочет побыть одна. Она пыталась объяснить, что ей было комфортно, но как-то тоскливо. Ник же не понимал, зачем рушить их отношения, ради чего? Ради того, в чем сама не уверена? Роза не хотела делать ему больно, может, именно поэтому продолжала, хоть теперь и дружеские, но отношения с ним.

В размышлениях подобного рода прошли несколько дней, вполне обычных и ничем не примечательных. Спустя время, как и бывало всегда, Розу отпустило, она почти перестала думать о разных, как она их уже назвала про себя, глупостях.

В выходные они с Колей любили кататься на велосипедах в ближайшем парке, чем и занялись бы, если бы не проливной дождь. Погода часто радует именно в те дни, когда мы заняты на работе и можем наблюдать солнечный денек только из окна, а вот в выходные, на которые возлагаются надежды, как пить дать – жди дождя.

Так было и на этой неделе: все пять дней стояла прекрасная погода, аккурат в субботу утром небо затянули тяжелые тучи, из которых с грохотом низвергалась вода, словно потоки водопада.

Роза могла бы и не привязываться к графику, но Ник работал в офисе, а потому, планируя совместные развлечения, приходилось ориентироваться на выходные дни. Решено было запастись разными вкусностями и смотреть фильмы, чем они и занимались весь день.

Воскресенье прошло так же, только уже в одиночестве, и к вечеру Роза ощущала некоторое чувство вины за столь тюлений отдых. С другой стороны, внутренний адвокат вступился: что же плохого в том, чтобы дать себе отдохнуть и не делать ничего продуктивного?

Роза перед сном вспоминала свои путешествия. Раньше она много где бывала, а сейчас всё больше сидела дома. Воспоминания плавно перетекли к мечтам. У нее был свой список. Список желаний, как она его называла.

Например, одним из её желаний было посетить Триест осенью. Этот город на севере Италии она любила всей душой и много раз была в нём, но всегда летом. Осенью же, с приходом ветров, которые называли Баркола, в Триесте проводят парусную регату яхт – Барколану. Роза хотела видеть это своими глазами. Она представляла себе тёплый день, когда солнце уже не обжигает, как летом, когда оно по-осеннему мягкое. Представляла себя стоящей на берегу и наблюдающей за тысячами белых парусов, разбросанных в лазурно-синем море. Представляла, как мягкий солнечный свет греет её кожу. Представляла склоны гор, спускающихся к голубому морю и покрытых жёлто-золотыми осенними листьями.

Или, например, было бы чудесно пожить на лодке, яхте или катамаране, да пусть даже на лайнере – не важно. Хотя на лайнере, конечно, теряется изрядная доля очарования, но Роза не была слишком строга. Главное – пожить в открытом море, переходить из бухты в бухту, наслаждаясь видами, качаться на волнах и слушать ветер. Смотреть на закат, в просторную даль, где небо соединяется с водой и вокруг больше ничего, только ты и море с бесконечным небом. Бриз и соленые брызги в лицо, и ощущение полной, безграничной свободы. Море возьмет, представляла Роза, всё плохое и оставит лишь надежду и тихое счастье. Надежду на завтрашний день, где будут снова просторы моря и новая бухта.

Или, было бы здорово, например, прокатиться на поезде с панорамными окнами в Норвегии через горы и реки, наслаждаясь видами. Или еще, разве не чудесно было бы проехать остров Тенерифе на машине? Не спеша, заглядывая в каждый уютный уголок, общаясь с людьми, пробуя местные блюда. Или, пережив долгий перелёт, взять ретроавтомобиль на Кубе, а после купить сигару и пить мохито, любуясь на закат.

Во всех своих мечтах она представляла, что рядом кто-то был. Кто-то просто обязан там быть. Ведь так естественно хотеть разделить подобные моменты с тем, кто дорог. С тем, кого ты любишь и кто любит тебя. Этот кто-то был тенью, неясной, но такой знакомой. Роза словно знала его давно, хоть и не видела его лица. Она постоянно искала его: в лицах прохожих, в своих друзьях и новых знакомых. Этот постоянный поиск и эта тоска отягощали её существование, отравляли её по чуть-чуть каждый день. Она чувствовала себя незавершенной, словно жизнь её была лишена чего-то очень важного. Но как бы ни старалась Роза, тень не принимала чёткой формы.

Той ночью Роза увидела сон, где рядом с ней вновь была знакомая тень. Роза смутно вспомнила утром, что тень, на этот раз, была с темно-зелёными стёклышками на лице. Она упрекнула себя в том, что до сих пор думала о той встрече.

Нити судьбы

Принято считать, что человек сам строит своё счастье. Многие люди знают, чего хотят, и готовы приложить определённые усилия к достижению целей. Есть много примеров людей, успешно достигших поставленных задач и вполне счастливых. Есть и множество примеров обратных, при которых человек может и не знать вовсе, чего он желает. Есть и те, кто плывёт по течению, словно просматривая эту жизнь со стороны, не задумываясь, кто они и для чего в этом мире. Бывает и так, что человек думает, что знает, в чём его цель, но, добившись этого, разочаровывается. Однако, независимо от целей, нельзя утверждать, что всё, что мы имеем, – результат исключительно и полностью наших решений.

Есть в этом мире сила, влияющая на каждого из нас. Кто-то назовёт это судьбой, стечением обстоятельств, роком или удачей, другие назовут это предназначением или высшей силой. Независимо от названия, эта сила способна помочь, если человек сможет увидеть и воспользоваться своим шансом, равно как и способна разрушить всё до основания. Случай, счастливый или несчастный, – вот та великая вещь, способная спасти или погубить.

Случай или судьба, верим мы в неё или нет, влияют на каждого из нас. Иначе как судьбой Роза не назвала бы впоследствии ту встречу, что ждала её впереди.

Утром в понедельник на телефон поступило сообщение от Алисы:

"Дорогуша, мы едем в Москву. Мой брат задумал какую-то грандиозную вечеринку в честь своего новоселья в эту субботу. Ты должна там быть со мной".

Дорогушей её называла только лучшая подруга, та самая, что унеслась, словно вихрь, несколько лет назад в другой город. Роза была счастлива, предвкушая встречу. Алиса – тот человек, рядом с которым она чувствовала себя живой.

Перед глазами всплыла улыбка подруги, её ярко-рыжие волны длинных волос и озорные голубые глаза. «Как же я соскучилась по тебе, дорогуша», – ответила в электронном сообщении и поставила кучу ненужных и совершенно глупых, но оттого не менее весёлых смайликов.

Неделя прошла в переписках с подругой и составлении планов на вечер субботы. Алиса рассказала, что её брат, Алексей, наконец завершил строительство дома и хочет отпраздновать это со своими друзьями и родными. Брат Алисы всегда был душой компании: у него вечно был миллион друзей и подруг из самых разных областей и кругов, он вечно шутил и сходился с людьми на раз-два. Роза вспомнила очаровательное улыбающееся лицо Лёши, его растрёпанные каштановые волосы и веснушки. Алиса, в отличие от своего брата, всегда была достаточно спокойной и намного более рассудительной, хотя, и Роза это знала, внутри у неё скрывался тот же чёртик и озорство, как и у Алексея.

Днем субботы Розу уже потряхивало от волнения. Встреча должна была пройти на веранде одного из московских кафе. Людей обещало быть много, и, зная размах Алексея, веселье обещало быть незабываемым. Днем к ней пришел Коля, сообщив, что тоже приглашен Алисой на встречу и что будет здорово поехать туда вместе. Роза отметила про себя, что подруга, которая всегда считала, что они отличная пара, вновь пытается их помирить или как-то свести. «Надо бы сказать ей, что все это бесполезно», – подумала девушка, хотя сама понимала, что, возможно, надо бы ей самой быть чуть более честной и с Алисой, и с Колей, и, что еще более важно, с самой собой. Роза понимала, что следует отпустить его, не давать надежд, но по какой-то причине эгоистично продолжала общение с ним.

– А ты уверена, что хочешь ехать? – предпринял последнюю попытку Ник, стоя на кухне, пока Роза одевалась в комнате. – Ты же знаешь, будет шумно, куча людей, которых мы не знаем.

– Мы знаем Алису и Алексея. И потом, Алиса наконец в Москве, я не видела ее целую вечность. Пойдем, будет весело, – девушка давно привыкла, что Николай был интровертом до глубины души и предпочел бы вечер за компьютером шумной вечеринке.

– Ладно, ладно, – Ник вздохнул и стал вызывать такси.

Он разрывался между необходимостью быть на вечеринке и возможностью пообщаться с бывшей. Николай был уверен, что скоро все у них наладится, а потому надо действовать решительнее.

К шести они уже прибыли на место. Погода стояла теплая, хоть и облачная. Терраса ресторана была украшена маленькими желтыми огоньками и множеством цветов, деревьев и лиан, так что напоминала зачарованный лес. Столики на высоких белых ножках украшали свечи и цветы, внутри еще почти никого не было.

– Роза! – голос Алисы раздался из-за стены огоньков, и подруга заключила Розу в объятия.

Алексей, которого Роза не видела уже давно, тоже подошёл к ним и поздоровался. Как всегда, в его глазах светилось озорство, а волосы были взлохмачены. «Не верится, – думала она, – младшему брату Алисы уже 25».

– Николай, – сказал он, – Роза, добро пожаловать! Сегодня будет незабываемый вечер, – и он улыбнулся одной из своих обаятельных улыбок. – Вся терраса в нашем распоряжении, в бокалах томятся напитки, так что веселимся!

Коля поздравил Алексея с завершением строительства дома и стал расспрашивать подробнее о нём. Алексей же рад был поделиться своим счастьем и в подробностях отвечал на все вопросы, показывая фото. Роза взглянула на них и отметила, что дом действительно впечатляет. Гостей становилось больше, Лёша успевал улыбнуться и пошутить с каждым. Тем временем к ним с Алисой подошли две девушки: одна была длинноволосая блондинка, похожая в этом окружении цветов и огоньков на фею. Вторая была, напротив, с тёмными короткими волосами, но тоже весьма и весьма привлекательная. Алексей представил девушек и обнял тёмненькую:

– Моя любовь, – сказал он, целуя её, – Вероника. А это Софи, фитнес-тренер в зале, куда я вечно забываю ходить.

Блондинка очаровательно улыбнулась и поздоровалась.

– Уже завтра довозят последнюю мебель в спальню, и мы с Вероникой переезжаем в наш новый дом, – Алексей светился словно сотни лампочек, – любимая девушка и прекрасный дворец, о чём ещё может мечтать простой парень?

– Очередная любимая девушка, – тихо прошептала Алиса Розе. Роза подавила улыбку. Она знала, что Алиса ко всем девушкам своего брата относилась как к временным. Он сам менял их стабильно раз в сезон.

– Я ожидаю приглашения на экскурсию в ваш райский уголок, – сказала фея Софи.

– Как только устроимся, организуем пикник на заднем дворе, – ответила Вероника.

Ребята чокнулись бокалами с шампанским и стали разговаривать обо всём и ни о чём одновременно. Вскоре бокал Розы опустел, и Алиса, взяв её под руку, сказала:

– Мы пойдем поищем чего-нибудь перекусить. Ты же не забыл организовать и еду, Лёш? Люди ведь не только поглощают один алкоголь, как ты.

Алексей с улыбкой заверил, что слева за стеной из лампочек и лиан располагается фуршетный стол. Подруги, отойдя от компании и найдя закуски, не отказали себе в удовольствии попробовать всё, не забывая при этом болтать и обмениваться последними новостями.

– У Лёши не только новый дом, но и новая девушка? – Роза улыбнулась.

– Он неисправим, а после того, как дела у него стали лучше, девушки, кажется, меняются уже каждый месяц.

Девушки засмеялись. Гости подходили, и вскоре веранда была заполнена смеющимися людьми. Подруги всё разговаривали и не могли наговориться. Роза узнала, что муж Алисы остался дома, работа не отпускала, что сама Алиса недавно сменила сферу интересов и теперь занималась фотографией. Алиса рассказала, что у брата всё идёт в гору, но, кажется, деньги слишком кружат ему голову.

– Ну а ты, – был задан тот самый вопрос, – с Колей не помирились?

– Мы прекрасно ладим. Как друзья.

– Ты держишь его на привязи, но не подпускаешь близко. Тебе надо определиться, Роза. Никто не будет терпеть так долго, как он.

– Только не начинай, Лис, – Роза допила шампанское.

Тем временем Лёша поднялся на некое подобие сцены и произнёс речь, в которой поблагодарил всех прибывших и пригласил всех разделить его радость.

– И конечно, – продолжал озорной голос Алексея, – говоря о доме, не могу не выразить благодарность своему другу, ведь он создал проект специально для меня. Я, как известно, сам не знаю, чего хочу. Откуда ему лучше знать мои желания, чёрт его разберёт, но я хочу представить вам своего друга и гениального архитектора Артёма Серова! – Алексей поднял бокал и указал им в сторону. Все обернулись к тому, кто стоял в дверях.

У Розы ёкнуло сердце. Это был уже знакомый ей светловолосый высокий мужчина с тёмно-зелёными очками. Он улыбнулся сдержанно и стал продвигаться вперёд к Алексею. Она не могла поверить, что вновь видела его. Сегодня он был в джинсах и белоснежной рубашке, рукава которой были подвёрнуты, открывая руки. Мужчины поздоровались, гости хлопали в знак приветствия.

«Архитектор, – подумала Роза, – и создал проект дома Лёши. Вот это совпадение».

– Этот друг – очень талантливый малый, – Алиса заметила, как Роза неотрывно смотрит на него, – и Лёше было бы не по карману его нанять, но каким-то чудом он сдружился с ним пару лет назад, и тот согласился сделать проект буквально за копейки. – Алиса пригубила шампанское. – У Лёши дар находить нужных друзей.

К девушкам подошла светловолосая фея Софи:

– Обсуждаете Серова? Очень интересная личность. Я с ним встречалась однажды, когда мы обедали с Вероникой. Тогда Лёша нас и познакомил. Вы знаете, что он теряет зрение? – Роза перевела удивлённый взгляд на фею. – Да, у него какое-то заболевание глаз, он почти не видит, как сам он тогда нам сказал, и скоро совсем ослепнет. Что не мешает ему делать успешные проекты.

– А я-то думала, эти очки – часть образа, – сказала Алиса.

Роза вспомнила их первую встречу. Только теперь она поняла некую странность его поведения и отчего его глаза постоянно закрывали эти тёмные стёклышки.

– Бедный… Это должно быть ужасно: знать, что скоро не будешь ничего видеть, – продолжила Алиса.

– Ну, – фея улыбнулась, – бедным его назвать сложно, денег у него в избытке. Да и сам он весьма занятный субъект, – фея испепеляла взглядом свою жертву. – Но держится он очень холодно. Помню, тогда на обеде я пыталась разговорить его. Всё равно что пытаться разговорить немого. Жаль, – добавила она, удаляясь от них и всё ещё продолжая сверлить взглядом архитектора.

Роза тоже посмотрела на него. Артём стоял с Лёшей и Вероникой, они что-то обсуждали. Он был спокоен, и, казалось даже, скучал. Девушка подумала, что мысли его витают где-то далеко от этого места. Тем временем Лёша поймал взгляд сестры и помахал ей, приглашая к беседе. Алиса, потащив по привычке подругу под руку, пошла к ним. Роза приближалась к нему всё ближе, и в голове у неё вертелось: «Теряет зрение, как же так?».

– Артём, я рассказывал тебе, а теперь позволь представить воочию. Заноза моей жизни – сестра Алиса, – сказал Лёша с улыбкой.

Артём чуть наклонился к Алисе и слегка улыбнулся:

– Приятно познакомиться, – потом посмотрел на Розу.

– И мне. Артём, вы создали прекрасный дом, который, определённо, не заслужил мой брат, – говорила Алиса, в то время как Артём продолжал смотреть на Розу. Она буквально почувствовала его взгляд через тёмные стёклышки.

– А это наша старая знакомая, Роза, – продолжал весело Лёша.

Артём молчал, а его полуулыбка так и замерла на губах.

– Не такая уж и старая, – Роза кинула испепеляющий взгляд на Алексея. «Это же надо так уметь представлять людей».

– Добрый вечер, – сказала она уже Артёму.

– Добрый, старая знакомая, – Артём произнёс негромко, продолжая смотреть на неё сверху вниз.

– Предлагаю отметить наше знакомство, – Алексей приобнял Веронику. Артём наконец перевёл взгляд на друга. Все подняли бокалы и чокнулись. Роза отпила шампанское, не смогла удержать себя и вновь посмотрела на Артёма. Тем временем к ним подошла и светловолосая Софи:

– Привет, Артём, – сказала она. – Рада вас видеть. Вы так быстро покинули нас в прошлый раз, я даже не успела ничего узнать о вас и вашей работе.

– Поверьте, Софи, я не лучший рассказчик, – Артём был вежлив, но в голосе почувствовался холодок.

– Ну что вы, – Софи очаровательно улыбнулась, ничуть не смущённая, – Лёша говорил, что вы весьма захватывающе рассказываете о своих проектах.

Артём едва заметно приподнял бровь, а Лёша сказал:

– Арт вдохновенно говорит только и исключительно о своей работе.

– Неужели ничто вам больше не интересно? – Софи склонила голову, и светлые волосы красиво рассыпались по её плечам. Артём вдруг посмотрел на Розу и произнёс:

– Пожалуй, есть одна история, не касающаяся моей работы.

Лёша, допив бокал, произнёс своим весёлым и немного заговорщицким голосом:

– Так, так, так, мы все в нетерпении.

Роза буквально чувствовала его взгляд на себе. Стало жарко.

– Ну что ж, – Артем оглядел всех, – это случилось на днях. Сидел я спокойно у себя на балконе и пил кофе. Затем неудачно задел чашку. Она упала вниз и с грохотом разбилась, чуть не поранив девушку, которая была под балконом.

Девушка почувствовала, что щеки ее краснеют. Он рассказывал об их встрече совершенно спокойно, словно это была вовсе и не она. Хотя почти незаметная улыбка играла, словно блики, на его губах, а значит, он прекрасно ее узнал, но, видимо, хотел помучить. Или в какую игру он играет?

– Странным было то, что наш двор, куда выходит балкон, закрытый. Я никак не ожидал никого там встретить.

– Как же она пробралась туда? – спросил Лёша в своей непринужденной манере.

– И я бы хотел это знать, – Артем словно обращался к ней. Но Роза решила промолчать и посмотреть, что же он скажет дальше.

– Ненавижу, когда люди вторгаются на частную территорию, – сказала Софи, – наверняка хотела что-то пронюхать.

Артем посмотрел на Софи и произнес:

– Я так не думаю. Спустившись вниз, чтобы разобраться во всем, я поговорил с ней. По ее словам, ограда была не заперта. Единственным виновником я мог бы назвать нашу уборщицу, Лену, но при разговоре с ней она клялась мне, что закрыла дверь.

– Ну, выходит, кто-то из них врет, – заключила Софи.

– Так, – Леша улыбнулся, – я к тебе во двор больше не приду. Вдруг и мне свалится на голову твоя чашка или, не дай бог, кирпич…

– Кирпич просто так на голову не свалится, – Артем опять посмотрел на Розу. – Так вроде Воланд говорил? Наверно, это же можно сказать и про чашки с кофе.

Она улыбнулась. Намекает на, что их встреча случилась не просто так?

– И чем все закончилось? – Леша взял с подноса еще один бокал.

– Она оказалась очень милой девушкой. Честно говоря, своим внезапным появлением она отвлекала меня от череды мрачных мыслей. В тот день я был поглощен ими с самого утра. Так что я даже благодарен ей за ее такой неожиданный визит.

Он улыбнулся Розе, которая решила, что раз он не хочет признаться, кто именно была та девушка, то и она ни за что никому ничего не скажет.

– Да, случайные встречи бывают весьма интересны, – произнесла Алиса.

– Номер-то взял? – Лёша подмигнул другу.

– Нет, друг, – Артём посмотрел в сторону бара и добавил: – Лёш, я к бару, не отказался бы от кофе сейчас. Прошу извинить.

И он направился в сторону барной стойки. Роза наблюдала, как Артём медленно, но уверенно проходит через улыбающихся людей и скрывается за стеной жёлтых огоньков и листьев папоротника.

– Он всегда такой, – сказал Лёша, глядя ему вслед, – меняет тему неожиданно и также неожиданно испаряется. Но не могу его винить. Чертяга, очень талантлив. Вы видели его проекты? Мне повезло, что он согласился работать со мной.

– Мне кажется, он немного высокомерный, – отметила Софи.

– Соф, – Лёша подмигнул ей, – не можешь простить ему отсутствие интереса к твоей персоне?

– Да у него, кажется, нет интереса не только ко мне, но и вообще к жизни, – парировала блондинка.

– Ладно, ребят, я уже показывал вам нашу гостиную? – Лёша продолжил рассказ про свой дом. Роза же подумала, что Софи, вероятно, всё же была задета холодностью Артёма.

В следующие полчаса Роза говорила и шутила с Алисой, но мысли были сосредоточены на том, кто скрылся за стеной живой изгороди. Чуть позже к ним присоединился Николай, и разговор ушёл в сторону спорта. Эту тему они с Алисой обожали оба и оба имели разные взгляды на то, что правильно и полезно. Они продолжили свой давний спор, который рано или поздно начинали всегда; и не то ругались, не то активно опровергали друг друга, что, честно сказать, доставляло обоим азартное удовольствие.

Роза, послушав немного увлеченных спором Ника и Алису, решила выйти на открытую часть веранды. Пробираясь через зелень, огни и улыбающихся людей, она искала взглядом высокую фигуру со светлыми волосами, но найти ее не смогла.

Выйдя на открытый воздух, девушка глубоко вдохнула вечерний запах города. Было прохладно. Открытая часть веранды была небольшой. У ее края, рядом с извилистой оградой, пара молодых людей докуривала сигареты и, смеясь, вернулась в помещение. Слева от входа, у стены, обвитой зеленым плющом, официант убирал столик. Это был низкий, витой, круглый стол, а рядом стояли плетеные диванчики, на которые и присела Роза. Она откинулась на подушку и посмотрела наверх. Небо было хмурое и низкое, последние сумерки сменяли тона с серых на темные, наступал вечер. Зажглись огни. Рядом шумела улица.

Роза вновь посмотрела на край веранды и увидела его. Он подошел к изгороди и закурил. Роза видела его со спины, наблюдала, как он стоял, выдыхая дым, который не поднимался вверх, а зависал стеной из-за высокой влажности, стелясь как туман. Она решила остаться в тени, этаким неузнанным свидетелем. Внезапно он развернулся в ее сторону. До него было несколько метров, и Роза слышала запах его сигареты. Он затянулся еще раз, медленно выпустил струйку дыма. Розе казалось, что он смотрит на нее, но точно было не понять. Безмолвие продолжалось около минуты или двух. Потушив сигарету, он медленно подошел к столику. Роза молчала, решив ничего не делать и не говорить.

– Так и думал, что это Вы, – произнес он, остановившись у стола. – Могу я присесть?

– Конечно, – Роза наблюдала, как он сел в кресло напротив. Тонкая белая ткань рубашки подчеркивала его телосложение. Он был чертовски хорош собой.

– Решили подышать воздухом? – спросил он.

Глава 4