Читать онлайн Каждому аз воздам! Книга пятая. Карибский синдром бесплатно

Пролог

Международная обстановка после окончания Второй Мировой войны и неожиданной смерти Ф. Рузвельта, сложилась довольно запутанной и неопределённой. Всё больше и больше начали проявляться противоречия между СССР и его западными партнёрами. Бывшие союзники по антигитлеровской коалиции, США и Великобритания, после Фултонской речи У. Черчилля 5 марта 1946 года в Вестминстерском колледже, отчётливо дали понять мировому сообществу, что отношения между Великобританией и США приобретают новую фазу противостояния и настало время им признать, что опасность коммунизма растёт везде, за исключением США и Великобритании, где коммунизм ещё был в зачаточном состоянии. В начале Фултонской речи Черчилль, будучи уже не Премьер Министром Великобритании с апломбом заявил, что США сейчас находятся на вершине мировой силы и не допустят засилье коммунизма в Европе и других странах. Как по заказу, политический кризис мгновенно охватил те страны, которые не желали менять политический курс, навязываемый СССР и примкнули к США и Великобритании.

К тому же, недавно ставший президентом США Г. Трумэн, после смерти Т. Рузвельта, не мудрствуя лукаво, даже пригрозил применить ядерное оружие против не согласных. Естественно Фултонская речь показалась Советскому Союзу провокационной и оскорбительной и рассчитана была прощупать остаточный военный потенциал СССР, но более всего речь У. Черчилля была рассчитана склонить мировое общественное мнение к осуждению коммунизма. К сожалению, СССР еще не имел ядерного оружия и с США, как наименее пострадавшие от войны и обладавшие монополией на ядерное оружие, нашей стране пока пришлось считаться. Как по команде, мир стал резко меняться и разделился на два лагеря. Железный занавес опустился, это стало началом «Холодной войны». Уже на следующий день речь Черчиля, в подробном переводе, легла на стол И. Сталина. Несколько дней Иосиф Виссарионович молчал, а потом, со свойственной ему прямотой, не раздумывая, поставил Черчилля в один ряд с Гитлером и заявил, что в своей речи Черчилль призвал Запад к новой войне с СССР.

К концу1948 года, начались секретные переговоры между США, Канадой и Великобританией о создании некоего блока, в основу которого, легла бы обязанность защиты Европы от советского вторжения. Все эти переговоры завершились подписанием в апреле 1949 года, представителями двенадцати стран, Североатлантического Договора, со временем, превратившееся в довольно агрессивную структуру коллективной безопасности Европы, который, по большому счёту не имел никакого отношения к Европе. Фактически, начиная со дня своего основания НАТО было заточено на противодействие СССР. Соглашение окончательно вступило в силу 24 августа 1949 года после его ратификации всеми подписантами. Первыми её членами стали США, Канада, а также десять европейских стран – Бельгия, Великобритания, Дания, Италия, Исландия, Люксембург, Нидерланды, Норвегия, Португалия и Франция. А в 1952 году к НАТО присоединились Греция и Турция, в 1955 году – ФРГ,

В отместку, СССР в 1955 году создал Варшавский договор, куда вошли страны социалистического содружества: Албания, Болгария, Венгрия, ГДР, Польша, Румыния и Чехословакия, возглавил его СССР. Худо-бедно, ценой огромных усилий, дипломатический корпус СССР несколько лет, сдерживал нападки Запада, но, когда в штабе США генералом Эйзенхауэром был озвучен план «Тоталити» – первый из американских планов войны с СССР, терпению руководства СССР пришёл конец.

В 1949 году все информационные агентства СССР на первых полосах своих газет во всеуслышание заявили, что СССР стал второй страной в мире, у которого появилось ядерное оружие. Это несколько поубавило пыл западной воинствующей клики, но ближе к началу 1961 года, политическая, дипломатическая и военная напряжённость усилилась до такого предела, что уже почти никто не сомневался – война между СССР и Западом не за горами. Наивысшее напряжение создалось в октябре 1962 года, которое было вызвано размещением в Турции (страна НАТО) ракет средней дальности «Юпитер» с ядерными боеголовками. Всем стало понятно куда эти ракеты будут направлены…

Глава первая.

Прошло пятнадцать лет. Война давно закончилась, страна с большими трудностями стала подниматься из руин. Генерал Григорьев в 1951 году распустил группу Шульги, но кадровых офицеров попридержал и отправил служить в один из своих штабов на Кавказе, мотивируя это тем, что пора группе основательно отдохнуть и набраться сил. Море, фрукты и чистый воздух сделали своё дело, Александр Шульга, Влад Денисов и Владимир Иваныч Морозов проболтавшись без дела три месяца, заскучали. Женскую же группу, чтобы не искушать ненужными связями, он отправил совсем в другое место, на побережье Балтийского моря, но и там не всё пошло гладко. Ксения Канадина, Виктория Веденеева и Марийка Родионова, как-то повздорив в местном Доме Офицеров, с излишне настойчивым ухажёрами, уложили на пол более полдюжины изрядно захмелевших офицеров и только прибывший усиленный наряд из городской комендатуры, усмирил не в меру расходившихся девушек. Генералу Григорьеву пришлось вмешаться, расчихвостив распоясавшихся женщин в хвост и в гриву, он, под покровом ночи, тайно вывез их в Ленинград. Застоялись кобылки без работы, застоялись, надо что-то делать.

В феврале 1961 года их ошеломила ещё одна ужасная весть, при задержании иностранного агента в Латвии, погиб Гиви Гегечкори. Иностранный агент незаметно выстрелил в него иглой с рицином…

… Конец весны 1962 года. Прошёл год после внезапной гибели Гиви Гегечкори. Полковник Шульга собрал на поминки всех, кого смог найти, часть группы, которые уволились в запас, разыскал генерал Григорьев. Все молча, со слезами на глазах, выпили за упокой души своего боевого товарища и за столом наступила тишина. Никому не хотелось говорить положенные высокопарные слова, что Гиви Гегечкори дошёл до Берлина в звании подполковника, был награждён тремя орденами «Красной Звезды», был несколько раз ранен. При задержании иностранного резидента героически погиб и ему было присвоено звание Героя Советского Союза посмертно…

Потеря Гиви Гегечкори была не единственной в группе. Майор контрразведки Раиса Симонова, весной 1944 года родила ребёнка, но оставив дочь на попечение родителей, вместе с подполковником Александром Шульга дошла до Берлина и продолжила служить в 4-м отделе МГБ. После войны в 1947 году у них родилась ещё одна дочь, но в 1948 году, на одном из хуторов на Западной Украине, была выдана предателем, зверски замучена и сожжена украинскими националистами. Подполковник Шульга в течении пяти лет всех нашёл и жестоко покарал. Было следствие, суд, но его оправдали. Смерть Раечки чуть было не лишила Шульгу разума.

Подполковник несколько лет упорно не желал вступать во взаимоотношения с женщинами, гнал от себя эти мысли и тщательно избегал любых контактов с женским полом. Но всё изменилось, когда в 1952 году вернулась в СССР Виктория (Вита) Веденеева она, закончив войну в Чехословакии в звании майора, более шести лет проработала на нелегальном положении в Европе. Вернувшись и отдохнув, Виктория, вновь подала рапорт о включении её в группу «Игла». Григорьев, помня, каким ценным сотрудником является Веденеева, безоговорочно, не раздумывая, подписал раппорт. Год Шульга и Веденеева присматривались друг к другу и однажды, после празднования очередного Дня Победы, чисто случайно, оказались в одной постели. Осенью 1952 года Веденеева и Шульга поженились. Следующей осенью 1953 года Виктория родила сына.

…Наконец генерал-лейтенант Григорьев встал, отодвинув рюмку в сторону, придержал рукой вскочившего Влада Денисова, отечески обнял плачущую навзрыд Марийку Родионову и увел её в другую комнату. Через минуту вернулся, посоветовал всем оставаться на своих местах и молча поманил пальцем Шульгу, они вышли в сад и присели на широкую скамью под яблонями.

– Колыма, а ты вообще следишь за международной обстановкой?

– Да так, через пень колоду, у меня и здесь дел по горло, что ни день, или нелегальный переход границы, или вся жопа в мыле – гоняемся за шпионами по всей территории Советского Союза. Короче, весело живем, Вику вот только увидел, с января месяца она меня потеряла.

– Шульга, а ведь ты уже не тот бравый капитан, который во время войны лез к любому черту на рога и проверял, чем он там пообедал, ты полковник, однако пора уже и научиться приказывать, а не самому скакать по горам, да по лесам.

– Да не могу я сидеть в кабинете и раздавать приказания, копаться в бумажках, не моё это – простора не хватает!

– Душа простора просит? Хочешь размяться и вспомнить лихие годы, а не стар ли ты уже для этого?

Шульга неожиданно схватил сухопарого генерала и ловко, одним махом, перевернув, усадил его себе на плечи.

– Опусти, башибузук, что подчинённые подумают, верю, да верю я, что ты здоров как бык, а оперативно-аналитический ум ещё не растерял?

– Дед, ум он или есть, или его нет, другого не дано, иначе не был бы я сейчас полковником особого оперативного 4-го отдела внешних операций, а давно бы был на заслуженном отдыхе.

– Слушай Дед, меня что, забирают из контрразведки? А к какой структуре мы будем сейчас относиться? Признавайся, ведь ты не за просто так собрал нас на поминки нашего однополчанина? Ведь после расформирования СМЕРШ в 1946 году, мы оказались вроде бы не удел? К тому же ты после войны разогнал нашу группу по разным военным округам. Какие будут наши полномочия, если мы решимся вновь влиться в кадровую контрразведку?

– Колыма, а много ли о нас знали во время войны? СМЕРШ и СМЕРШ, но…– генерал-лейтенант задумался, – а кем вы хотите быть? Я тебе любую ксиву нарисую, и она будет чрезвычайно достоверной, у меня особые полномочия и подчиняюсь я только Политбюро и непосредственно Генеральному секретарю тов. Хрущёву. Тебя такая крыша устроит?

– Более чем, значит КГБ нам не указ?

– Ну, ты так уж сильно не загибай, с Семичастным шутки плохи, он на короткой ноге с Хрущёвым, но приказы конторы ты не обязан выполнять.

– Понятно, беспредел нам возвращают, это хорошо! Что дальше?

– Как ты знаешь, прошло чуть больше пятнадцати лет после нашей победы в прошедшей войне, но почему-то эти события ничему не научили западную военщину, они не извлекли поучительных уроков и с упрямством ослов, начинают готовиться к очередной войне. Но теперь нам, в силу сложившихся обстоятельств, предстоит не чисто тактически-полевая война, а нечто пострашнее – вооружение капиталистических стран пополнилось ядерным оружием. И почему-то объектом нападения они выбрали, предварительно подмяв под себя ряд государств, именно нашу страну и европейские страны социалистического содружества. До нас наконец дошло, что шутки закончились и пора предпринимать что-то более существенное. Западные политиканы настолько заигрались, совершая военные перевороты по всему миру, что сейчас, любой военный инцидент может превратиться в ужасающую ядерную катастрофу.

– Интересное начало нашей дискуссии о международном положении, но как это вяжется с нами, ты прекрасно знаешь, товарищ генерал, о специфическом предназначении нашей группы, мы не играем в политику – мы её по возможности сторонимся и выполняем несколько иные задачи.

– Мне ли не знать, ведь это я создал вашу группу в далёком 1941 году. С твоего позволения, я можно продолжу?

– Как всегда, сначала нудная политинформация, а потом – иди туда, не знаю куда и принеси то не…

– Не надо ничего нести, надо устранить это на месте, прекрати и слушай. Многие страны, уже устали от американского господства и в разных частях нашей многострадальной Земли, начали происходить массовые неповиновения этому губительному засилью, порой, доходит до того, что уставшие от этого люди, совершают кровавые революции. Мятежным странам очень не нравится американское господство, они окончательно решили покончить с хищнической политикой этого гегемона. Последние события на Кубе произошедшие три года назад основательно изменили отношения межу Кубой и США. Я могу с уверенностью сказать, что благодаря своей недальновидной политике американцы сами оттолкнули от себя Кубу, высокомерно не признав Остров Свободы, как независимое государство и это пошло в ущерб их хищнической стратегии.

– Так-так-так, это уже мне не нравится, что опять на край географии нас отправишь?

– Да, но пожалуйста, дай мне в конце концов закончить вводную?

– Продолжай, молчу, я весь внимание!

– В этом вся американская политика – не признавать страны, которые ведут своё независимое существование, игнорируя указки США. После победы революции в 1959 году Фидель Кастро неосмотрительно решил совершить свой первый зарубежный визит именно в США, однако президент Эйзенхауэр отказался встречаться с ним, сославшись на какую-то мифическую занятость. После такого оголтелого высокомерия, а по сути, оскорбительного ответа, Фидель Кастро начал проводить меры, направленные против повсеместного засилья американского вмешательства. Он немедленно национализировал все телефонные и электрические компании, нефтеперегонные заводы, более трёх десятков частных крупнейших сахарных заводов, принадлежавшие американскому капиталу, не забыв при этом разогнать все филиалы североамериканских банков, принадлежавшие США. Американская власть, движущая алчностью и жестокостью, не вняла предупреждениям СССР и сделала всё, чтобы вернуть себе былое господство над островом Свободы. США закрыли полностью всю торговлю с Кубой, прекратили поставлять на Кубу нефтепродукты и покупать кубинский сахар. Постепенно начинается морская блокада Кубы. Такие шаги поставили Кубу в очень тяжёлое экономическое положение.

– Блокада? Интересно, но ведь блокада, как известно, является актом войны. Неужели США в одностороннем порядке выступят с агрессией против суверенного государства?

– Ты прав, но об этом позже. Фиделю Кастро ничего не оставалось, как попросить помощи у СССР, но…

– Ага, начинаю уже медленно въезжать, что, кому-то срочно понадобилась наша помощь?

Григорьев от негодования громко выругался, и дико вращая глазами, вскочил, – Да-да, черт бы тебя смышлёного побрал, не всё так просто.

Колыма прикусил язык, если Григорьев ругается матом, что бывает крайне редко, это не сулит ничего хорошего.

– Изначально, наше руководство скептически отнеслось к лидеру кубинских революционеров, – Григорьев вмиг успокоился, сел и сердито погрозив пальцем Шульге, продолжил, – Так вот, наше руководство считает, что там слишком велико влияние США и Советского Союзу не удастся выстроить дружественные отношения между нашими странами. Тем не менее Фидель Кастро несколько раз обращался к СССР за экономической и военной помощью, но раз за разом получал вежливый отказ. Не взирая на отказ в помощи, новое кубинское правительство отправило запрос в МИД СССР о установлении дипломатических отношений с СССР, и оно незамедлительно было ратифицировано обеими сторонами.

– Об этом я знаю, мне в отдел пришла такая бумага.

– После установления дипломатических отношений Куба вновь обратилось к нам за помощью, наше правительство обсудив на пленуме Политбюро КПСС какие перспективы открываются для Советского Союза у берегов США, немедленно направило танкеры с нефтепродуктами и организовало закупки кубинского сахара и сахара-сырца. Следом, на Кубу в командировку выехали много наших специалистов различных отраслей народного хозяйства, они начали строить различные объекты, экспериментальные электростанции с котлами на топливе из отходов сахарного тростника.

– И как это понравилось американцам?

– Естественно, это американцев привело в бешенство и уже в апреле 1961 года, США собрал банду наёмников и пытался задушить революцию на Кубе, но Фидель Кастро был начеку, и операция в Кочинос в Заливе свиней закончилась для американцев полным провалом. Этим американцы буквально толкнули Кубу в наши объятия, мы были единственной страной, которая в состоянии могла оказать действенную военную поддержку.

–Так к чему мне эта политическая лекция, говори прямо, что случилось?

– Пока ничего, но может случиться. Ты меня не торопи, дай мне всё собрать в единую кучу, а потом уж вопросы.

– То, что сложилась чрезвычайно напряжённое политическое и военное противостояние между Советским Союзом и Соединёнными Штатами, мне понятно, Фидель Кастро дальновидный политик и он правильно решил, что кроме СССР никто больше не в состоянии дать по зубам США. Но чем мы можем им помочь?

– Вот в том-то и загвоздка, в мае 1962 года Хрущёв, сразу после возвращения из Болгарии, провёл в Кремле беседу с министром иностранных дел А. Громыко, А. Микояном и министром обороны Р. Малиновским, в ходе которой изложил им свою сумасшедшую идею: в ответ на постоянные запросы Фиделя Кастро о увеличении советского военного присутствия на Кубе, он решил разместить там ядерное оружие. 21 мая на заседании Совета обороны Хрущёв поставил этот вопрос на обсуждение. Члены Президиума ЦК КПСС, входившие в Совет обороны, единогласно его поддержали.

– Но это же…– запнулся на полуслове пораженный Шульга, – Дед, ты не шутишь? Ведь это решение может привести к очень глобальным последствиям? Там что, с ума сошли? А с другой стороны, если грядет полная блокада островной Кубы, это будет иметь для них очень серьёзные последствия.

– Вот именно, после этого мы и решили разместить на Кубе ракеты, тем более, их размещение не нарушит никаких международных правил и договорённостей, а вот блокада – может и нарушит. А это неправильно!

– А вам не кажется, товарищ генерал, что после морской блокады острова Свободы, мир окажется на грани ядерной катастрофы? Ведь мы свои ракеты начиним отнюдь не банальным тротилом?

–Ты прав, Шульга, любая случайность может запустить неуправляемую реакцию и стороны могут обменяться ядерными ударами, а это, как ты знаешь, не артиллерийский огонь пушек, что ты недавно наблюдал в Великую Отечественную войну. Баллистические и тактические ракеты средней дальности, наземного базирования, размещённые на Кубе, позволят нам достигнуть территории США за 10-15 минут. В случае достижения цели нашей стратегической операции “Анадырь” – так её назвали, соотношение средств этого типа будет один к трем, а учитывая мощность наших боезарядов и количество ракет на каждую пусковую установку, мы достигнем некоего паритета и тогда можно будет через дипломатические каналы договориться о выводе ракет из Турции. Учитывая отдалённость Кубы от нас, скрытно разместить наше ядерное оружие будет очень нелегко, но возможно.

– Дед, Куба – это же чёрт знает где, чуть ли не на краю света, почти десять тысяч километров, как можно переместить незаметно такую армаду кораблей с живой силой и вооружением? Наша энергичная возня в Атлантике обязательно будет замечена американцами. Нас будут регулярно день и ночь преследовать самолеты-разведчики США и не факт, что не попробуют нас потопить!

– На этот счёт есть некоторые соображения, но об этом потом.

– Какова будет численность моей группы?

– На роту не рассчитывай, как в Китае, многолюдья не будет, максимум 8-9 человек. Там же почти все черные, цветные и каштановые с продрисью, а у тебя все белые, зачем привлекать лишнее внимание.

– Понятно, но как быть с испанским языком, у нас только один оперативник полностью владеет испанским, и она женщина? Да и я с Викой владеем чуточку разговорным языком, без грамматики.

– Это не проблема, много лет между Испанией и Англией происходила борьба за Кубу и лишь во второй половине восемнадцатого века был заключён Парижский мирный договор, где Испания отдала Британии американскую Флориду в обмен на Кубу, так что на острове очень многие говорят по-английски. К тому же там больше половины белого населения не коренные жители острова, а выходцы из разных стран Европы. Кстати, немцы там тоже есть, но будь осторожен, это в основном беглые нацисты.

– Уже легче, но как нам там работать с одним переводчиком, если при случае, возникнет необходимость разделить группы на самостоятельные ячейки?

– Тебе будет предоставлен ещё один переводчик из смежной нам структуры, кстати, она тоже женщина, но довольно опытная в международных делах, а подготовка у неё сродни вашей.

– Посмотрим, что это за краля!

–Только не называй её кралей, – это мужик в юбке, хотя я не могу отметить её женственность и шарм. Там есть на что посмотреть! Тебе такие нравятся. Гегечкори она тоже бы понравилась, жаль, что Гиви погиб, его там будет очень вам не хватать. Нашёл ему замену?

– Гиви никто не заменит, за столько лет мы срослись с ним телами так, что его отсутствие очень больно нас ранит. Гиви стал нам братом и близким родственником, а родных терять очень тяжело. Особенно глубоко переживает Влад, он сильно одичал, не бреется и не стрижётся уже много дней, забрался в такие сибирские дебри, что мы полгода его не могли отыскать.

– Понимаю, но тебе придётся найти Гиви замену и не одну, в силу возраста и двух серьёзных ранений, мы решили Морозова Владимира Ивановича не привлекать к этой командировке. У каждого времени свои герои, Владимир Иванович в своей жизни повоевал немало, пусть заслуженно отдыхает.

– Жаль, снайпер и оперативник он был от Бога.

– У тебя Вероника (Верона) Круглова стреляет не хуже. На протяжении всей войны Владимир Иванович её прекрасно обучил. Да, вот ещё что, включи обязательно в оперативную группу Марийку (Марго) Родионову и погрузи её полностью в работу, негоже ей тут одной оставаться, иначе она смерть мужа не переживёт. Она при случае, Верону заменит, не беда, что она самый молодой твой член группы, она после войны зря время не теряла и прошла полный курс обучения по оперативной работе на секретной базе ГРУ в Подольске. К тому же её способности по боевому гипнозу и пси-сенсорике вам там может очень пригодиться.

– Мне нужно еще двоих-троих, желательно мужчин, для силового прикрытия. Женщина хороша аналитическим умом, но в силовых стычках я могу положиться только на профессионализм Ксении (Ксю) Канадиной и Влада (Минёр) Денисова, тем более, что там нам будут противостоять не рядовые гансы вермахта, а неплохо обученные агенты ЦРУ. Ладно, я это решу позже, продолжай Дед.

– Операция «Анадырь» по перебазированию на Кубу нашей группировки ракетных войск с частями технического обеспечения и прикрытия начнётся в июне. Что из этого выйдет мне не до конца понятно, но настало время дать понять американской политической элите, что с Советским Союзом шутить так нельзя и тем более, не позволительно с нами разговаривать с позиций силы. И мы это должны продемонстрировать. Непосредственно руководить всей операцией будет генерал Плиев, но о нашем участии в этой авантюре не знает даже он. Ваши действия там не будут иметь никого отношения, ни к ракетам, ни к службе войскового состава, но при случае, вы должны будете им помочь. Вы никому не подчиняетесь и не вправе выполнять чьи-либо приказы. На связи буду или я, или Испанец.

– Ну конечно, куда же мы без Испанца, он тоже закусил удила и рвётся в бой? Узнаю старого друга.

– Не забывай, он отлично владеет испанским и английским, а про немецкий и русский я уже не говорю. Испанец будет на Кубе, но вы его пока не увидите!

– Это как? Даже с ним рома кубинского не выпьем?

– Выпьете, но позже, хватит меня пытать, Колыма, я и так тебе много лишнего наговорил. Григорьев достал из портфеля бежевую, в коленкоровой обложке, толстую тетрадь, – Вот, я тут выписал, что и где, и почему, прочитаешь на досуге, но перед Кубой сожги и выбрось пепел в море. Последнее мою фразу о Испанце забудь, позже, когда ты будешь на Кубе, я сообщу тебе кодовую фразу, которое ты назовешь в эфире, когда вам там станет очень туго и он появится, а пока…иди готовь своих головорезов.

– Сдаётся мне, что ноги у этой информации, – Шульга постучал по тетради пальцем, – растут, где-то поблизости… от как всегда, хитро замаскировавшегося Испанца?

Генерал-лейтенант усмехнулся, – Вот и поговорили, ничего от тебя не скроешь, полковник Глебов косвенно тоже включён в вашу группу, но командуешь группой ты и вы сами уже будете там решать, что и почём! Есть предварительный проект операции по переброске ракет, подготовленный в Генеральном штабе ВС СССР. Сколько и где, узнаем позже, а пока иди готовь свою группу. Предполагается направить на Кубу группу наших войск в 3000 человек, только для боевого охранения пяти подразделений ядерных ракет и подготовки мест расположения ракет, вы в их числе, но никто не должен знать, что вы контрразведка с большими полномочиями. Вы строители. Всего на остров будет отправлено около пятидесяти тысяч наших военнослужащих. И самое главное, это первая в истории нашей страны армейская группировка, в состав которой войдут ядерные баллистические ракеты. Всё ясно?

Генерал Григорьев не счёл нужным говорить Шульге, что Испанец легально прибыл в Латинскую Америку ещё в 1959 году, обосновался в Никарагуа, а в соседней Кубе открыл легальное торговое представительство, куда наведывался по своим торговым делам регулярно каждый месяц. Победу Фиделя Кастро на Кубе наше руководство предвидело и в 1959 году, после секретных переговоров в Мексике с начальником разведки Фиделя Кастро майором Рамиро Вальдесом, пришли к окончательному решению, что необходимо отправить на Кубу наших опытных, прошедших суровую школу Великой Отечественной войны, советских военных советников, в составе которых был и полковник Глебов – оперативный псевдоним «Испанец». Они проговорили еще пятнадцать минут и пошли в дом.

– Да, Колыма, – остановил Шульгу генерал уже на входе в дом, где проходили поминки, – хочу тебе строго-настрого приказать, на Кубе не ввязываться ни в какие местные заварушки и не калечить кубинских амиго, бить можете особо нахальных, но убивать ни-ни! Вам и без кубинцев там будет чем заняться, ЦРУ и американский наёмников там будет, как грязи. С ними может не церемониться, но только после допроса с пристрастием. Они вам будут там очень досаждать, главное, чтобы они не мешали нашим войскам. Естественно наша контрразведка там тоже будет присутствовать, но она армейская и к вам не будет иметь никакого отношения.

– А наши «небратья» из конторы КГБ, ведь без их ведома и муха на Кубе не пролетит?

– Да куда же без них, я познакомлю тебя с их куратором, но о истинной вашей задаче не знает даже он.

– А когда мы узнаем?

– Ещё не вечер! Шагай и пожалуйста не руби сплеча, подай эту новость своей группе, как можно деликатней. Всё, я ушёл, больше мне здесь светиться незачем собирай группу и все вопросы по выделенному каналу связи.

Собрались все, заматеревшая, но по-прежнему крепкая, Ксения Канадина, после войны она вышла замуж родила троих детей, но муж даже не мог предположить, что его жена в своё время была одна из самых опасных ликвидаторов СМЕРШ. Несмотря на сорокалетний возраст форму и навыки она не растеряла, работая тренером по самбо в училище МВД, она регулярно занималась в зале на татами с молодыми оперативниками, а на стрельбище всё также выбивала свои 49 из 50-ти очков. Правда возникли некоторые трудности с её отлучением от дома на неопределённое время, но Григорьев помог ей с командировкой, якобы в Новосибирск, на слёт спортивных тренеров МВД.

Веронику Круглову после зачисления в группу «Игла» пока решили использовать только в качестве координатора, пусть отдохнет и приведет нервы в порядок, далеко не каждому по силам жить несколько лет за границей под другим именем, говорить и думать на чужом языке, есть пищу абсолютно не похожую на русскую кухню и при этом по всем углам ругать СССР за коммунистическую идеологию.

Марийка Родионова тут же согласилась и сразу, как будто изменилась, вся подобралась, перестала по ночам выть в подушку от безнадёги, занялась утренними пробежками, силовыми упражнениями, а капитан Ксения Канадина, каждое утро, в шутку, взвалив 50-ти килограммовую Марийку к себе на здоровенные плечи, добрый километр неслась с ней в местный тир, где стала регулярно с ней проводить тренировки по стрельбе. В силу сложившихся обстоятельств пси-тренировки и боевой гипноз решили пока не проводить, эмоционально она была ещё очень слаба.

А вот с Владом Денисовым пришлось повозиться. Как не пытался он бросить пить, ничего не выходило, как не пытался примириться с этой несправедливой жизнью, в надежде, что без алкоголя ему удастся убежать от реальности, всё было бесполезно. На трезвую голову опять все так наваливалось, что просто жить не хотелось.

Мало то, что он беспробудно пил и буянил, так ещё умудрился, после каждого запоя, устраиваться в милицию на пятнадцать суток, что в перспективе, после его последнего буйства, переросло в уголовное дело. Будучи в изрядном подпитии, он раскидал как щенков четверых милиционеров, вырвал заднюю дверь в милицейском бобике и с этой дверью гонялся за разбежавшимися ментами. Остановили его только предупредительные выстрелы в воздух. Жене Денисова пришлось звонить генералу Григорьеву, он его конечно вызволил и попросил вежливо уголовное дело закрыть, но на месяц закрыл в специализированный центр, где ему после обследования терапевта и гематолога, с помощью (секретной пока) гемосорбции и только-только применяемым в мировой медицине плазмаферезом, произвели несколько раз полную детоксикацию организма, откачали плазму из крови и заменили её донорской. Через месяц он вышел из ворот клиники совершенно здоровым человеком.

Но нужны были ещё люди и желательно не с улицы, а вот где их взять ни Григорьев, ни Шульга не знали. Из КГБ и МВД брать нельзя, им не нужны лишние уши, армейских – их надо учить и учить, но времени было в обрез. Как всегда, несмотря на залихватскую бесшабашность Ксении Канадиной, дельную мысль подсказала именно она. Как-то между делом, когда девушки мылись в бане, она рассказала жуткую историю про двух бывших милиционеров, которых выперли из органов за принципиальность и за чересчур развитое чувство справедливости.

Однажды, при задержании трех отморозков, которые в течение нескольких дней держали на заброшенной ферме двух четырнадцатилетних девочек и регулярно, накачав их наркотиками, долго жестоко насиловали. При виде совершенно голых, растерзанных девочек, у которых еще даже не образовались положенные выпуклости, они, озверев, даже не раздумывая всадили в каждого по несколько пуль. До суда дело не дошло, родители этих девочек встали за них горой и грозились написать в ЦК КПСС. Дело замяли, отписавшись, что эти трое были убиты при попытке к бегству, но из органов их вежливо попросили, причём оба капитана прослужили в МВД по десять лет. Это были здоровенные, чуть за тридцать, тренированные парни, отслужившие по три года в морской пехоте.

Девчата уговорили Ксению рассказать о них Шульге. Колыма, внимательно выслушав девушку, тут же позвонил Григорьеву и через три часа, глубокой ночью, подняв их с постели, морские пехотинцы, вместе с их личными делами, были доставлены прямо на пункт сбора группы. Шульга их немедленно пригласил к себе и начал расспрашивать. Оба с отличием окончили высшую школу МВД, принимали участие в подавлении венгерского восстания в 1956 году, имеют госнаграды, к тому же, один их них оказался сыном дипломата и неплохо говорил по-английски. Шульга, прищурив глаза осмотрел парней, да парни были действительно отменно тренированны, а так как командировка намечалась на остров, омываемый вокруг океанами и морями, люди, знакомые с водной стихией, им были позарез необходимы.

Прежде чем проверять их физические данные, Шульга решил с помощью Марийки Родионовой, подвергнуть их психологическому гипнозу на предмет психомоторной сдержанности. Всё-таки их прошлый акт возмездия предполагал, что они могут быть неуправляемы и зависимы от сильных эмоциональных потрясений.

Пришла Марийка и лишь взглянув на них заявила, что работать с ними сейчас не может, так как сама находится в пространственном состоянии, но через неделю я их обязательно проверю и где надо подправлю им мозги. Шульга, не смотря на сильные возражения Влада, рискнул включить их в группу. Плыть нам долго и в пути мы разберёмся, кто есть, кто. Не подойдут, всегда будет возможность отправить их домой попутным кораблём.

– Ваше имя, фамилия, а также семейное положение? – спросил Шульга ближнего, – отвечать быстро и по уставу, перед вами полковник 4-го отдела спецопераций КГБ СССР!

– Илья Дроздов, бывший капитан МВД, жена, один ребенок, служил на ТОФ 4-ре года инструктором-водолазом.

– Понятно, позывной у тебя будет «Птах», не возражаешь?

– Никак нет, товарищ полковник.

– Вы? – обратился он ко второму, – также отвечать быстро, по существу.

– Виталий Хромов, тоже бывший капитан МВД, жены, детей нет, есть малолетняя сестра 14-ти лет, Кандидат в мастера спорта по боксу.

– Теперь мне понятен ваш прошлый поступок, капитан. Не возражаешь, если мы присвоим вам позывной «Храм»? Давайте без устава и на «ты», я Колыма и пока всё.

– Я бывший капитан, товарищ… Колыма.

– Не перебивай старшего и по возрасту, и по званию, я уже когда-то говорил штрафникам из штрафбата, что у меня в команде бывших не бывает, отныне вы переведены особым приказом из запаса с восстановлением воинских званий. Подчёркиваю, не специальных милицейских, а общевойсковых званий. У нас в команде ко всем принято обращаться только на «ты»! Вы временно прикомандированы к Министерству Обороны СССР. Что будет с вами дальше мы решим после выполнения задания государственной важности. Вам полчаса на сборы, прощайтесь с родственниками, про командировку никому не слова, узнаю, вновь уволю к чертовой матери и отдам под суд за разглашение государственной тайны.

– А что разглашать, если мы ещё ничего не знаем?

– Ты поговори ещё мне, выполнять немедленно и нигде не задерживаться!

– О! Узнаю прежнего Колыму, – улыбнулся Влад, – ладно, пошел собираться.

Колыма шёл в оружейку и думал: итак, команда практически укомплектована, три девушки, надёжные, закалённые ещё прошлой войной, четвёртую, навязанную нам генералом пока никто не видел, я с Владом, двое опытных ликвидатора и два, можно сказать, необстрелянных воробья, которых надо еще учить и учить. И конечно Испанец, который скорее всего на Кубе будет не один. Шульга понимал, что в силу возраста, эта командировка будет скорее всего последней и надо уйти на заслуженных отдых, громко хлопнув дверью. Но задачка была еще та, за рубежом, не считая Китая, они ещё никогда не работали.

Глава вторая

Колыма уже битый час сидел в оружейной комнате, перед расстеленной на столе подробной картой Латинской Америки. При входе в оружейку Шульга приказал часовому не пропускать к нему ни единой души, за исключением начальника вооружения в\ч 3312. Отыскав остров Кубу, по форме напоминающий крокодила, он удивился его протяженности, остров вытянулся с запада на восток более чем на 1200 километров. Его северное побережье омывалось водами Атлантического океана, а южное – ласковым Карибским морем. Однако, не маленький, есть где развернуться.

Начальник вооружения полка специального назначения майор Рогозин был не в духе. Утром его, как несмышлёного мальчишку, отчитал командир полка за волокиту с получением новых образцов оружия. А что он мог сделать, оружие ещё вчера прибыло на склад, но ночью ему позвонил генерал-лейтенант Григорьев и приказал опечатать оружейный склад до особого его распоряжения. А как любой интендант, работающий не всегда законно, с контрразведкой, предприимчивый майор, предпочитал не спорить и держаться от них подальше. Себе дороже! Эти люди шутить не любят.

Шульгу всегда удивляла неукротимая способность всевозможных пройдох: интендантов, начпродов, замком по тылу, оружейников, поваров, находить себе тёплые места, казалось бы, в таком суровом месте, как воинские подразделения. Он их не любил. И в то же время, он прекрасно понимал, что без таких людей современная армия существовать просто не может.

Часовой, увидев подходящего к оружейке майора, вытянулся в струнку и доложил, – Товарищ майор, вас ожидает полковник Шульга, – и уже пригнувшись, испугано шепнул, – он из этих… шибко засекреченных. Рогозин напрягся, что ещё за полковник Шульга, никогда о таком не слышал.

–– Входи, входи майор, что встал как истукан у порога. Давай порадуй меня, что у тебя есть в запасниках из новенького.

–– Не могу, товарищ полковник, генерал Григорьев запретил демонстрировать новое вооружение до его особого распоряжения.

–– Считай, что ты это разрешение уже получил, оружие прибыло для нас. Всё что нам надо, у тебя нет, а вот легкое, автоматическое оружие нам надо позарез. Не томи – показывай!

–– Ваши полномочия, товарищ полковник? И тут тревожно зазвонил телефон.

–– Майор Рагозин у аппарата, с кем имею честь говорить, представьтесь?

–– Генерал Григорьев, полковник Шульга уже прибыл? Всё что он попросит, немедленно выдать и без волокиты пожалуйста. Передайте ему трубку.

–– Слушаю, Дед, я у аппарата!

–– Подобрал людей в группу?

–– Да, двоих, сырые конечно, в нашем деле – ни в зуб ногой, но парни крепкие, а опыт дело наживное, будем учить.

–– Добро. Жди, сегодня вечером прибывает ещё один член твоей команды и будь с ней поделикатней, она всё-таки женщина, не дави сразу на психику, а дай притереться к твоим оторвам. Она специалист по Латинской Америке и Японии, про Кубу знает всё, что будет непонятно – сразу к ней. С чем связана её командировка, она в общих чертах уже ознакомлена, но без деталей. Введи её в курс дела и давай готовься, у тебя сутки.

–– Понятно, отправлю Марийку встретить её, а сейчас буду воевать с тылом, на предмет: вырвать всё самое лучшее и надежное.

–– Удачи, майор Рогозин, патологически прижимистый тип, но слабоват духом и трусоват, нагони ему побольше жути, и он весь твой.

Колыма, напустив грозный вид, стал медленно двигаться между стеллажами с зелёными ящиками. Вдруг он остановился и резко повернулся к майору, – Голубчик, а какого лешего у тебя хранятся древние ППШ-41? Хотя он прекрасно знал, что ППШ всё еще используется во многих воинских частях. Во время войны, этот автомат солдаты полюбили за скорострельность и прозвали его «окопная метла». Он взял один автомат из ящика, а из соседнего достал диск и удивлённо присвистнул, – Вы почему храните диски полностью снаряженными? Кто дал разрешение набить диски патронами? И потом, почему храните устаревшие диски? Уже к концу войны ППШ были оснащены секторными магазинами на 35 патронов, непорядок, я вынужден доложить начальнику тыла армии о безобразии.

Майор замялся и покраснел, он, не сообщив никому, тайком припрятал прибывшие новые автоматы Калашникова АК-47, а начальникам вооружения из линейных полков, настойчиво предлагал устаревшие ППШ.

–– Товарищ полковник, а куда я дену эту прорву оружия, здесь же у меня 10 тысяч штук?! Списывать мне его не дают, говорят срок не вышел, а брать их никто не хочет.

Так, поплыл дорогой, сейчас я тебя обрадую, – улыбнулся про себя Шульга, – Майор, ты подожди кудахтать и причитать, предлагаю тебе выгодную сделку, ты нам дашь всё, что мы попросим, а я тебе помогу пристроить эти трещотки, идёт?

Майор аж отступил от неожиданности и радостно закивал головой, – Товарищ полковник, вы меня просто выручите, из-за этого хлама, я не могу получить новые автоматы и патроны к ним.

–– Но-но, майор, ты не воевал наверно?

–– Нет, я во время войны проходил службу на Дальнем Востоке.

–– Оно и видно, только такие как ты называют отличный автомат хламом, мы с этим хламом выиграли жуткую войну. Не вздумай это сказать фронтовикам…будешь бит и бит заслуженно.

Майор, поняв, что сказал лишнее, нешуточно струсил и заискивающе, глядя в глаза Шульги, заикаясь залебезил, – Прошу прощения товарищ полковник, херню сморозил, так мы будем смотреть образцы нового стрелкового оружия?

––То-то же, впредь попрошу так не выражаться! Идем, показывай.

Рогозин семеня впереди Шульги, пригласил его в другой склад, где ровными рядами лежали на стеллажах довольно маленькие, песочного цвета, ящики, в каждом из них находилось по два автомата неизвестной конструкции, а рядом, в специальной нише, уютно устроились 6 укороченных магазинов. Шульга вынул один из них и, проверяя вес, покачал в руке – они почти ничего не весили! Конечно, приятная тяжесть присутствовала, но по сравнению с ППШ, этот автомат был в два раза легче.

–– Рассказывай давай?

–– Что рассказывать-то?

Шульга чертыхнулся, помимо трусоватости, майор не обладал еще и сообразительностью, – Майор, перестань Ваньку валять, каковы характеристики этого чуда?

– Это новый малогабаритный автомат Ткачёва сделан под экспериментальный патрон калибром 5,45х39 мм. Планируется в будущем перевести всё наше автоматическое оружие под этот калибр. Он прибыл к нам для испытаний, на вооружение пока не принят. (А. Хан-Р. После ряда испытаний, на протяжении трех лет, в 1964 году автомат Ткачева АО-46 так и не был принят на вооружение Министерством обороны).

Шульга вновь подкинул и поймал на лету миниатюрный автомат

– Он без магазина на 15 патронов, весит около двух килограммов, длинна его чуть меньше полуметра, имеется складывающий приклад, но его рекомендую убрать. У этого автомата довольно маленький уровень звукового давления при выстреле, с расстояния 100 метров его вообще не слышно. Режима стрельбы у него три: одиночный, автоматический и очередями по три выстрела. Кроме того, здесь предусмотрена возможность крепления ночного прицела. Прицельная дальность стрельбы этого оружия – всего 200 м. Вот два цинка с патронами и 25 пустых рожков

– Мало, давай три цинка! Так давай дальше показывай, что у тебя есть.

– А сколько единиц вам надо, товарищ полковник?

Какой любопытный поц, – подумал Шульги и рубанул с плеча, – сколько надо, столько и заберём! Не задавай вопросов, на которые я тебе не отвечу.

– Но здесь более 10-ти экземпляров!

– Вот всё и заберём и помимо 3-х цинков, прибавь ещё два. Много лишним не бывает. Все, давай дальше. Майор покачал головой, но ослушаться не посмел.

– Также мне нужно 6 пистолетов Стечкина с глушителями и 4 пистолета Вальтер Р8, к каждому по 5 магазинов и два цинка патронов соответствующего калибра.

–Товарищ полковник, у меня на складе Вальтеров нет, но есть Парабеллумы и в большом количестве патроны к ним.

– Ладно сгодятся и эти, теперь дальше6 25 гранат Ф-1 и 12 немецких гранат-колотушек М-24, 6 артиллерийских или морских биноклей, 8 сапёрных лопаток, две штурмовые винтовки StG 44 с оптическим и инфракрасным прицелами и 4 ППШ.

– Стоп, а это что, – Колыма подошёл к продолговатым зелёным ящикам, они тщательно прикрытые брезентом, – Показывай!

Ровненькими рядами в ящике по 6 экземпляров, лежали новенькие АК-47.

– Отставить ППШ, замени их на эти трещотки и патроны с секторными магазинами не забудь.

– Прекрасный выбор, – попытался кинуть леща Рагозин, но Шульга его мигом поставил на место, —Ты хоть знаешь, что это за оружие, стрелял ли ты из него?

– Я их проверял при приёмке, но стрелять не довелось, они только вчера прибыли.

– Мне доложили, что ты также получил новейшие гранатомёты РПГ-7?

– Откуда вы знаете, товарищ полковник? У меня их нет!

– Слушай меня сюда тыловая крыса, мы не в городки собрались играть этими гранатомётами, ты сейчас мне покажешь где они и дашь столько зарядов к ним, сколько я скажу, иначе ты навсегда распрощаешься с этим теплым местечком и поедешь выдавать оружие белым медведям. Мне что, опять генералу звонить?

– Не надо никому звонить, товарищ полковник, генерал Григорьев мне уже сказал, что ели я не дам вам то, что вы попросите, то отправит меня в ещё более жуткое место, чем вы сейчас предложили.

Шульга отвернулся, скрывая улыбку, с его полномочиями, генерал Григорьев может нагнать жути любому. Через полчаса, майор вызвал на склад отделение солдат срочной службы, всё оружие, амуницию, рации и боекомплекты были загружены в крытый Зил-157 «Колун» и отправлены на базу. Майор горестным взглядом провожал всё это добро и обречённо вздохнув, обратился к Шульге, – Товарищ полковник, вы обещали пристроить устаревшее оружие, не скажете, куда?

– Вот тебе номера телефона начальника тыла Управления ГУИН, второй телефон командира дивизии внутренних войск, что охраняют исправительные колонии на Урале. Там уже много лет используют ППШ, наганы и винтовки Мосина. Не сбагришь все ненужное, позвони мне, я дам тебе совет, как пристроить оставшее оружие. Колыма не стал говорить куда и как, пусть сначала попробует этих «дубаков» обдурить. Не получится – подскажет номера телефонов военизированной ВОХРы, которая охраняет грузы на всевозможном транспорте. Они всё сметут по остаточной надобности, им хронически никогда не хватало оружия. Колыма, похлопав по плечу приунывшего майора, хотел уже покинуть оружейный склад, как внимание его привлекли странного вида ящички, они мало напоминали оружейные и стояли не горизонтально, как все ящики, а вертикально. Интересно, что это?

– Майор, что у тебя в этих странных ящиках, давай открывай…будем смотреть!

– Это вам не нужно, здесь бесшумное, экспериментальное подводное оружие для боевых пловцов, приезжал какой-то страшно засекреченный, как вы капитан 1-го ранга и строго настрого приказал никому их не показывать. На вооружение оно ещё не поступило, а когда поступит неизвестно. Это оружие требует долгого испытания, к нам оно попало по ошибке, как видите у нас рядом моря не наблюдается.

– Ну-ка, ну-ка, открывай немедленно! Каперанг подождёт!

Майор открыл один из ящиков и достал небольшой, похожий на бульдога, тупорылый пистолет. Шульга взял его в руки и начал рассматривать. Странная штуковина, однако!

– Давай рассказывай, что ты знаешь об этом?

– Да ничего не знаю, всё засекречено. Знаю только то, что изготовлен он недавно по заказу Комитета государственной безопасности.

– Хм!.. Интересно, – контора ничего зря никогда производить не будет, а вот для чего это здесь надо разобраться.

– Стой здесь и никуда не уходи, – приказал Шульга, а сам заторопился к телефону, – Дед, – набрал он номер телефона генерала Григорьева, – что тебе известно о пистолете СМ-4?

Григорьев рассмеялся в трубку, – Я знал, что ты мимо них не пройдёшь и задашь этот вопрос, я грешным делом подумал, что ты пройдоха их не заметишь, но ошибся! Браво, Колыма! А вот, то что ты не всё прочитал в моей коленкоровой тетрадке, тебе неуд. Отвечу просто – бери и не пожалеешь, всё описание найдешь в тетрадке на 36 страничке. Это бесшумный подводный пистолет С-4. А теперь отстань, мне работать надо. Пока!

– Подожди пожалуйста, надеюсь ты знаешь, где эти пистолеты применяются?

– Разумеется знаю, к чему ты клонишь, давай быстрее, мне идти надо.

– Раз знаешь, так объясни мне, как мы будем применять его в боевой обстановке, люди пока жабрами ещё не обзавелись.

– Понятно, сколько тебе надо комплектов для подводного погружения?

– Думаю, четыре комплекта и один резервный для непредвиденных обстоятельств.

– Но вы ведь ни разу не боевые пловцы, инструктор нужен?

– Дед, ты не поверишь, но один из моих новобранцев оказался именно специалистом подводного плавания, служил на Тихоокеанском флоте четыре года.

– Ты смотри… ладно, распоряжусь, вечером подвезут, жди, – и отключился.

Прибыв на базу, Григорьев решил посвятить всю группу в суть предстоящей операции.

– Капитан Круглова, распорядись, через час жду всех в этой комнате, а сейчас будь добра, позови-ка мне на беседу наших новобранцев, я должен их прощупать на вшивость.

– Колыма, парни вроде крепкие и стреляют неплохо, я проверяла, а вот с Ксю им не повезло, завалила их обоих.

– Ну с Ксю мало кто из мужиков справится, надеюсь она их не поломала?

– Нет, но они теперь смотрят на неё с некой опаской.

Ладно, иди зови…

– Товарищ полковник разрешите?

– Так, для начала, при присутствии посторонних и высших офицеров, обращаться ко мне по званию, а между нами – Колыма, соблюдение субординации только на общих собраниях и построениях. Вам необходимо запомнить позывные всей группы и впредь обращаться только так. Понятно?

– Так точно, Колыма!

– Обоснуйте необходимость нахождения вас в нашей группе…оба? Где служили и сколько, какие имеете военные специальности, как ведёте себя при виде крови, устраняли ли лихих людей на службе в МВД? Про насильника малолетней девочки я уже знаю, другие случаи. Давай рассказывай первым ты, Птах.

– Служил четыре года на Тихоокеанском флоте, боевой пловец-подводник, один из первых выпускников Центрального морского клуба ДОСААФ. После службы работал инструктором по подводному плаванию с аквалангом.

– Это я уже знаю из ваших личных дел, дальше.

– Прошел полный кур обучения по подводному погружению и последний год служил уже инструктором.

– Господи, спасибо тебе, это надо же так случиться, – отлегло от души у Шульги, —а мне Дед предлагал привлечь стороннего инструктора по обращению с аквалангом, вот он родимый и обучит нас всех этому хитрому делу, – но виду не подал, однако, по заблестевшим его глазам, новобранцы забеспокоились и притихли.

– Теперь ты, Храм, рассказывай.

– Служил три года в Средней Азии, в Казанджике, в танковых войсках, вожу любую технику на гусеницах, колесах, неплохо стреляю из гранатомета, имею разряд по пулевой стрельбе.

– Что ещё умеешь?

– Окончил курсы в нашем аэроклубе, налетал почти сто часов.

– Пока это не понадобиться, мы будем ближе к земле и может быть и к воде, с оптикой знаком, с иностранной винтовкой разберёшься?

– Да, с оптикой знаком, но с иностранным оружием дело иметь не приходилось.

– Вита, – позвал Шульга Веронику, – принеси штурмовую немчурку StG-44.

– Ещё владеешь какими способностями, как с кулачным боем, борьбой и бегом?

– Кроссы, с полной боевой выкладкой (45кг), бегал в армии каждый день по пять километров, драться не люблю, но, если надо шею сломать смогу многим.

Шульга с одобрение осмотрел атлетическую фигуру парня, – Верю Храм, верю, но этого мало, ты попал в нехорошую компанию, мы при поединке не дерёмся – мы сразу, без тени сомнения, убиваем на месте, иначе убьют тебя. Те люди, с которыми нам придётся скоро столкнуться, думают об этом точно так же. Понятно?

–Так точно, Колыма!

Пришла Вероника и с порога без предупреждения резко бросила винтовку в Храма, – Лови, она довольно тяжёлая. Храм правой рукой поймал её налету, левой рукой, тут же передернул затвор, приложил к плечу и повёл стволом в разные стороны, – Какая ладная машинка, можно она будет закреплена за мной?

Свой человек, улыбнулись одновременно и Вероника, и Шульга!

– Не можно, а нужно, но это будет твое не главное оружие. Об этом потом.

– Вита, вы свободны, – выпроводил он Круглову, предстоял не совсем приятных разговор о взаимоотношениях в группе. Парни симпатичные и молодые, а у него четыре привлекательные женщины.

– Слушайте сюда, молодые люди, в группе четыре женщины, с тремя я прошёл войну, и они мне как сестры, узнаю, что вы затеваете любовные шашни, выгоню к чертовой матери с волчьим билетом. На стороне можете отыметь хоть взвод баб, но наших трогать запрещаю. Понятно?

–Так точно, Колыма.

– Всё, на этом закончим, идите знакомьтесь с другими членами группы, разбирайте амуницию, подгоняйте полевую форму, гражданку и проверьте личное оружие.

Шульга тоже решил отдохнуть и собраться с мыслями, но у выхода его остановил часовой, – Товарищ полковник генерал Григорьев приказал без него не начинать вводную.

– К сожалению, начальство опозданий не любит, всем ждать, всем заниматься подготовкой к походу, – и вышел вслед за старшиной.

–– Колыма, кто у тебя в группе курящий? – задал вопрос Григорьев, как только он переступил порог.

– Дед, ты же знаешь, я никогда в жизни не курил и в группе никому не позволяю баловаться этой вредной привычкой.

– И тем не менее, в целях личной безопасности, тебе придётся закурить или по крайней мере, делать вид, что ты курящий.

– Не томи Дед, что-то я тебя не понимаю, говори яснее!

Генерал молча достал из портфеля, очень похожих на портсигары, два квадратных предмета и положил на стол.

– Как ты думаешь, что это?

– Довольно сильно смахивают на портсигары, или нет?

– Да, верно, это портсигары, но не простые, в безвыходных ситуациях они вам очень могут пригодиться. Григорьев начал потайную кнопку, что-то внутри щёлкнуло и с торца портсигара открылось продолговатое отверстие и вертикально выдвинулись два ствола. Генерал направил портсигар на Шульгу, – вы мертвы, товарищ полковник и это без шансов. Один ствол заряжен ампулой с рицином, а во втором винтовочный патрон довольно большой мощности. Не пугайся, портсигар сейчас разряжен. Из подобного оружия год назад был отравлен твой коллега Гиви, правда, шпион стрелял из авторучки. Это ТКБ-506 изготовлен три года назад специально для наших разведчиков, находящихся на нелегальном положении за рубежом. Как видишь, носить такой портсигар можно, не вызывая никаких подозрений, прямо в нагрудном кармане. При случае, эта штука до десяти шагов, валит с ног любого, кто имеет намерения укокошить тебя. Имей ввиду, что в силу специфики своей конструкции портсигар стреляет почти бесшумно и бездымно. Один оставь себе, а второй будет переходящим, кого будешь отправлять на опасное задание, тому и дашь. Идём, пора нам объяснить команде, что, где и почём.

Но выйти они не успели, в комнату энергично вошла жгучая брюнетка и козырнув, представилась, – Разрешите представиться, товарищ генерал?

– Входите капитан, знакомьтесь, ваш непосредственный командир полковник Шульга – указал он рукой в сторону Колымы, а это капитан Мишель Родригес.

Девушка резко протянула руку Шульге и представилась, – Капитан Мишель Родригес – позывной Фурия, 36 лет, есть малолетняя дочь, вдова, муж погиб в командировке на Кубе в 1959 году, мастер спорта по плаванию, владею тремя языками и всеми видами огнестрельного и холодного оружия. По линии внешней разведки была в довольно длительной командировке в Японии. Черный пояс по карате.

Что интересно, у брюнетки были синие с зеленью глаза, причём они были с едва заметной разницей в цвете, а кожа была цвета кофе с молоком.

– Здравствуйте, Фурия, – Шульга был несколько ошеломлён с каким задором эта девушка выпалила о себе, – зачем так подробно представляться, мне хватило бы имени и позывного.

По крепкому рукопожатию и как она мягко, по-кошачьи, передвигалась по комнате, Шульга понял, что эта девушка не так проста, как кажется на первый взгляд. Видимо, она не зря носит такой позывной. Ладно, поживем – увидим! Генерал Григорьев редко ошибается в людях.

– Меня многие называют кубинкой по происхождению, но ей я являюсь лишь наполовину, мама у меня русская, а отец кубинец. Он работал в СССР в одной из газет. Этим я сразу отсекаю все ненужные вопросы о моей персоне.

– Я вас попрошу, Мишель, впредь не разглашайте всем свою биографии и держите эти сведения при себе, у нас это не принято. Представились мне и на этом спасибо, а сейчас, прошу следовать за мной.

– Разрешите откланяться, монсеньор? – обратился он к Григорьеву.

– Да иди уж, тоже мне, принц Гасконский, введи Фурию в курс дела и познакомь с командой. А мне нужно срочно отъехать, и решить некоторые проблемы с вашей экипировкой. Завтра буду.

Они вышли и направились в расположение, где их ждала команда. Часовой на входе резко перегородил дорогу Мишель и навёл на неё автомат, – Вы кто такая, представьтесь? Но Шульга его резко прервал, – Старшина, это капитан из нашей команды и она пройдёт со мной.

– Виноват, товарищ полковник, – проходите товарищ капитан!

Когда они вошли, команда сразу прекратила разговоры и с интересом стала разглядывать Мишель. А она была красива. Выше среднего роста, гибкая как лань, волосы цвета вороньего крыла, зелёно-голубые глаза, светло-кофейная кожа, всё это выдавали в ней не русское происхождение, но говорила она на русском чисто и без малейшего акцента.

– Знакомьтесь, капитан Мишель Родригес, позывной Фурия, новый член нашей команды. Ксю просто подошла к ней, подняла и взвесила на руках, – А… птичий вес! А потом поцеловала в щёку, – но я тебя откормлю. Все засмеялись. Остальные дружно встали и начали наперебой знакомиться, подошла очередь Марийки.

– Oh, la, la, todos estaban, incluso los chinos en nuestro equipo, ¡pero nos faltaba la mulatas! – «О, ла, ла, все были, даже юркие китайцы в нашей команде водились, но не хватало только мулатки!» – заявила она с неким сарказмом Марийка, но Мишель не обиделась.

– Sí, camarada capitán María, soy mulatas, pero solo la mitad, el resto, es ruso! – Да, товарищ Мария, я мулатка, но остальное ваше, русское! – ответила Мишель и уже по-русски, – А вы товарищ капитан, что-то имеете против?

– Ни в коем случае, испанский не китайский, здесь мы с вами хоть наговоримся на вашем родном языке.

– Прошу прощения, но мой родной язык русский!

– Получила, Марийка, – осадил Родионову Шульга, – успеете еще поговорить на нужном сейчас нам языке, а теперь всем отдыхать, сегодня все мероприятия откладываются, а завтра мы ждём своего непосредственного начальника генерала Григорьева. Девчата мигом окружили Мишель и стали расспрашивать о своём девичьем. Сработаются, – улыбнулся Шульга и заторопился к себе в комнату, надо всё тщательно обдумать.

Он не сказал группе, что у Григорьева возникли некоторые проблемы с разрешением на получение пяти комплектов аквалангов. Дело в том, что

совсем немного лет прошло, как французский исследователь морских глубин Жан-Ив Кусто изобрёл первый акваланг, но к сожалению, в СССР они еще не производились.

А существующие ныне изолирующие дыхательные аппараты замкнутого типа не годились для боевого применения под водой. Они были несовершенны, сложны, порой даже опасны в эксплуатации, приспособлены только к всплытию из повреждённых посудин или медленному хождению по дну, но не для свободного плавания. Однако, появление акваланга послужило толчком к бурному развитию подводных боевых пловцов во многих странах. К тому же все разработки и технологии, используемые доселе только боевыми пловцами и диверсантами в СССР, были строго засекречены. Также изрядным препятствием в развитии подводного плавания, служило включение почти всего морского побережья СССР в погранзону, куда простому люду вход был строго воспрещён. Пришлось Григорьеву обратиться к дипломатам, чтобы они через свои каналы закупили 5 комплектов и переслали дипломатической почтой через дипкурьеров. К обеду, акваланги были доставлены, но генерал так в этот день не появился в расположении базы.

На следующий день, позволив группе хорошо выспаться, Шульга поднял их только к вечеру. Все быстро собрались в красном уголке, Шульга приставил к входу часового и приказал отойти на два метра от двери и никого, кроме генерала Григорьева к ним не пропускать. Нельзя допускать ни малейшей утечки информации.

– Слушайте наше задание, оно не простое и довольно опасное, со времен войны нас не подключали к подобным операциям. Нам поручено организовать безопасное и скрытное сопровождение наших торговых судов, которые отправятся через несколько часов в длительное морское плавание. Куда, пока я не имею права вам говорить, но так как больше половины команды мною проверены лично, хочу предупредить вновь влившийся к нам оперативников. Командировка будет жёсткой и очень долгой, и, если у вас, по какой-то значительной причине, есть сомнения или нерешённые семейные проблемы, советую сразу высказаться. Вернуться, по каким-либо причинам, оттуда будет очень сложно. Хочу сразу сказать, что этот шаг – в значительной степени чистой воды политическая авантюра, но нам же не привыкать, да, команда? Наверху посчитали это полезным, нам надо поставить американцев на место и укрепить социалистический блок.

– Товарищ полковник, где политика и где мы!

– Наше дело не в политику играть, а следить за безопасностью, будем сопровождать нашу делегацию и по мере возможности поможем армейской контрразведке. О том, что мы группа "Игла" никто не должен знать. По информации нашей внешней разведки возможны жесткие провокации со стороны ЦРУ.

Через несколько минут дверь распахнулась и вошёл генерал Григорьев. Все дружно встали и стали приветствовать непосредственного начальника. Он внимательно осмотрел новобранцев, одобрительно хмыкнул и прошел. к столу.

– Надеюсь, мне представляться не надо, меня здесь все знают, давайте я введу вас в курс дела. Нам отведена особая роль в предстоящей разведывательно-диверсионной работе, которая будет проведена в одной из стран Латинской Америки. Всегда, помощь нашей страны часто была безвозмездной, что вызывало дополнительные симпатии к нам со стороны беднейших стран Африки и Латинской Америки. И думаю, мне не надо предупреждать вас, что операция, в которой вы будете участвовать совершенно секретна, каждый из вас сейчас лично подпишет бумагу о неразглашении государственной тайны. Дед налил из графина пол стакана воды, опрокинул залпом и продолжил.

– Сейчас я вам обрисую общую политическую картину, сложившуюся за последние десять лет. Как вы все знаете из приводящихся в каждом военном гарнизоне политинформации после поспешного образования НАТО в 1949 году, мы были вынуждены создать весной 1955 года, военный союз европейских социалистических государств – Варшавский договор или как его называли на Западе – Варшавский пакт. Договор подписали ряд европейских социалистических государств – Албания, Болгария, Венгрия, ГДР, Польша и Румыния. На первом же саммите, мы жестко осудили ряд действий США и НАТО, но это их совершенно не волновало, они еще с большей прытью начали несколько войн в разных уголках нашей планеты.

– Да я это помню, – в 1950 году США вероломно развязали войну в Корее и только мы поддержали корейский народ и не дали полностью уничтожить эту страну. Нас тоже чуть не отправили в Корею, но что-то помешало.

– А я скажу, что помешало, – пояснил генерал, – созданное в нашей стране ядерное оружие несколько остудило пыл заокеанского гегемона.

– Вот как? – опять перебил Григорьева Колыма, – это американцев ничуть не расстроило, в 1953 году ЦРУ, и подлая британская МИ-6 развернули операцию "Аякс"по свержению законного правительства Мохаммеда Масаддыка в Иране. Как вам это? Идем дальше. в 1954 году президент Гватемалы Хакобо Арбенс, не взирая на окрик из Вашингтона, хотел провести ряд важных земельных реформ в собственной стране, этим он ущемил интересы международного гиганта United Fruit Company. США, не мудрствуя лукаво, мигом организовал там переворот и поддержал прямым военным вмешательством. Это вмешательство привело к власти чистого фашиста Кастильо Армаса, нам с этим мириться было никак нельзя. Мы начали всячески поддерживать эту страну. Народ Гватемалы тоже не согласился и уже через некоторое время местами началось массовое неповиновение и это привело к гражданской войне.

– А что там было с Ливаном? В газетах об этом очень скудно было написано. Тоже торчат уши США? – подал голос Влад.

– А-то как же! В 1956 году воинственный президент США Дуайт Эйзенхауэр лично санкционирует вторжение в Ливан. И наконец, главное, год назад США решил разместить в Турции, около города Измира 15 ракет средней дальности «Юпитер» с радиусом действия 2400км. Нам стало понятно, что перед ударом этих ракет мы практически беззащитны, но можно достичь некоторого ядерного паритета, пойдя на ответный шаг – разместив наши ядерные ракеты…– генерал выдержал мхатовскую паузу…– на Кубе! Размещение ракет на Кубе считается непосредственным ответом Хрущёва на американские ракеты в Турции.

– Они что там в Кремле, рехнулись, – вскипел Влад, – это же Третья мировая война?

– Зря вы так бурно возражаете, майор Денисов, в этом что-то есть. К тому же, нас об этом настоятельно просил Фидель Кастро, он несколько раз звонил Хрущёву, предлагал разместить на острове ядерное оружие и увеличить советское военное присутствие на Кубе. Для нас не секрет, что сейчас США имеют значительное преимущество в стратегических ядерных силах. По донесениям внешней разведки у американцев сейчас на вооружении примерно 6000 боеголовок, а у нас только 300. К тому же у США есть около 1300 бомбардировщиков, способных доставить на нашу территорию около 3000 ядерных зарядов. Чуете разницу? Положение аховое!

– Узнаю янки, ничего за двести лет не изменилось, они не своими руками всегда добиваются лишь одного – столкнуть лбами противоборствующие стороны,

посеять хаос, неразбериху и в мутной водице покрупнее рыбину выловить.

– В апреле 1961 года Пентагон провёл против Кубы военную операцию «Плутон». Американские ВВС нанесли удары по аэродромам Острова свободы, а в бухте Кочинос высадились вооружённые кубинские наёмники. Однако в скором времени войскам Кастро удалось разбить нападавших, а часть загнать в море, где они были почти полностью истреблены. После провала операции в заливе Кочинос стало ясно, что американцы не оставят Кубу в покое. Участились диверсионные акты в этой молодой стране. США усиленно начали готовиться к вторжению на Кубу. Мы, почти ежедневно получаем сводки об американских военных приготовлениях. Американцы проводят крупные учения вблизи Острова Свободы, постоянно в небе висят самолёты-разведчики, они стремятся «запечатать» морскую границу острова и в скором времени начнут экономическую блокаду Кубы. Завтра из Москвы в Гавану отправляется советская делегация в составе посла СССР Алексеева, главнокомандующего РВСН маршала Бирюзова, генерал-полковника Иванова и ещё ряд высоких чинов из спецслужб. Ваша группа в этом политическом десанте обозначена не последней, но вы отправитесь на Кубу раньше основных наших кораблей и прибудете на Кубу во второй половине июля, а вот транспорты с ракетами и обслуживающим персоналом прибудут позже – в августе-сентябре.

– Хорошенькое дельце – отправиться чёрт те знает куда и поджариться до черноты под жгучим кубинским солнцем. – Ксю, как всегда была в своём репертуаре.

– Делегация летит на несколько дней, а вам надо адаптироваться к местному климату так что, пойдёте морем на одном из наших кораблей. Основной личный состав войск, ракеты и прочую технику пока не отправляют, её отправят позже из шести или восьми портов с разных морей. Всего будет задействовано около ста кораблей разного назначения. Конечный пункт прибытия не знают даже капитаны кораблей, а вам, я приказываю держать рот на замке. С нами идёт разный народ для подготовки площадок под пусковые установки и постройки временных палаточных городков для личного состава. Конечно мы этим заниматься не будем. Мы прибудем на Кубу не стройкой заниматься.

– Дед, а вообще, стоит ли эта затея выведенного яйца, нам это сильно необходимо?

– Повторяю, в данное время американцы имеют некоторое преимущество в стратегических ядерных силах и носителей-бомбардировщиков ядерных зарядов у них в избытке. Представляете эту армаду? Надо что-то делать, иначе, при конфликте, они могут покрыть ядерными ударами почти всю нашу страну. Взгляните, – генерал обвёл указкой Черное море, – на той стороне моря, в Турции, находятся ракеты, способные в течение короткого времени нанести удар по основным промышленным центрам СССР.

– А откуда американцы узнали, что у нас всего около трёхсот ядерных зарядов, ведь такая информация строго засекречена?

– Информации об этом пока нет, но сдаётся мне, что именно из ГРУ, от особы приближённого к секретам государственной важности, произошла утечка строго секретных документов. Кто, мы пока не знаем, но найдём обязательно.

– Высоко забрался, иуда! И думаете, что это как-то может повлияет на общий расклад.

(А.Хан-Р. Они ещё не знали, что в конце октября 1962 года, сотрудники КГБ задержали полковника ГРУ Генштаба Вооруженных сил СССР Пеньковского, старшего офицера спецслужб, он специализировался на международных контактах в научно-технической и экономической сферах и через его США были осведомлены о реальном соотношении ядерных вооружений США и СССР. В 1963 году Пеньковский был обвинён в государственной измене и по приговору Военной коллегии Верховного Суда СССР был расстрелян).

– Как всегда товарищ генерал, ставите нас перед фактом, – пробурчал Влад, – а предварительно подготовить нас?

– Мы не на посиделках за рюмкой чая, майор, мы военные и нам отдан приказ. Что не ясно?

– Да всё мне ясно, надеюсь там есть симпатичные кубинки?

– Чёрт тебя задери Минёр, – взорвался Шульга, – кто о чём, а вшивый о бане! На Кубе, после революции, женского населения стало чуть больше мужского – не соскучишься. Надеюсь тебе не надо объяснять почему?

Тут, как всегда, невпопад, но по существу Ксю задала невинный вопрос, – А говорят там живут негры и они чернее ночи?

Мишель Родригес, заливисто рассмеялась, – Ксю, их там чуть ли не половина, но и белых там достаточно! За всё время около миллиона африканцев были привезены на Кубу в качестве рабов. Изначально на Кубе жили индейцы таино и сибонеи, то есть вообще не было белокожих людей, но прибывшие в конце 15-16 веков испанские конкистадоры, необдуманно и очень быстро, почти всех аборигенов истребили, о чём в скорости сильно пожалели, на плантациях сахарного тростника работников стало катастрофически не хватать. Пришлось нехватку рабочих рук восполнить привезёнными рабами из Африки. В течение почти четырёх веков все расы на Кубе перемешались, образовывая очень причудливые смеси. Вы не заморачивайтесь, сходу в этом не разобраться, на Кубе существует более десятка терминов и оттенков цвета кожи: метисы, креолы, мулаты афрокубинцы, тригеньи, бланко, есть кубинцы азиатского происхождения, мигранты из Европы, короче, каждой твари не по одной паре. Кстати, отец известного на весь мир писателя Александра Дюма-отца, был мулатом, рождённым от испанца и негритянки. Я расскажу вам об этом более подробно, когда мы будем располагать достаточным временем.

– А там сильно жарко? – не унималась Ксю, – я не переношу зной.

– Мы прибудем в сухой сезон, который длится с осени до весны, в это время на острове царит комфортная теплая погода без изнуряющей жары. Но по пути следования, нам придётся столкнуться с этим неприятным явлением тропиков.

– Да, верно, перейдём Черное море, – продолжил Григорьев, – в проливе Босфор придётся постоять на рейде, необходимо пройти таможенный осмотр, потом, Мраморное и Эгейское моря и пройдя ночью пролив Дарданеллы, выходим в Средиземное море. Самый опасный это пролив Гибралтар, его тоже придется проходить ночью, он контролируется войсками НАТО, и дальше, мы выходим в Атлантический океан, адская жара чуть спадёт и будет легче, но не расслабляться, при подходе к Кубе, вы еще узнаете, что такое настоящая жара.

– Хочу всем напомнить, – дополнила Григорьева Мишель, – с мая по октябрь на Кубе длится сезон дождей, но сильные ливни не продолжительные и очень теплые, это единственное, что нас несколько утешит, но дожди, в условиях тропиков, приводят к сильнейшим ядовитым испарениям. По этой причине даже в жаркую и душную погоду нам придётся переодеться в спецодежду и не исключены противогазы. Понимаю, что это не самое приятное дело и попрошу не пренебрегать этим правилом. Сумасшедшую жару и духоту не многие смогут перенести, поэтому, всем пройти обследование у врачей. У меня всё!

– А что, на Кубе мы будем рублями расплачиваться?

– За службу вам установят зарплату в размере почти в 200 процентов больше от той, что нам платили в Союзе. Также кубинские товарищи заверили нас и обещали зарплату в местной валюте песо, а вот рубли получите дома.

– Жить мы по прибытию пока будем, – Шульга мельком взглянул в тетрадь, которую ему дал Григорьев, – в западной части острова, в большой деревне Сан-Кристобаль. Штаб будет в Гаване, где нам также выделено, не бросающееся в глаза, неприметное строение. Рядом находится порт Касильда, стоянки военных кораблей там нет, порт предназначен для круизных судов и парусников, где этот порт точно находится я пока не знаю, все координаты, адреса, явки и предписания в секретном пакете, который я должен вскрыть по прибытию на Кубу.

– Мы так до Кубы и будем оставаться в неведении о предназначении нашей группы?

– Узнаем всё на месте, хочу дополнить, порт Касильда не совсем спокойное место. Эти круизные стоянки больших лайнеров и частных парусников, будут кишеть агентами ЦРУ и прорвой всякой спецшушеры, которые нам могут сильно попортить жизнь. Кстати, неподалеку, на западе острова близ деревни Сан-Кристобаль почти в центре Кубы будут развёрнуты несколько наших дивизионов баллистических ракет.

И как только американцы обнаружат наши ракеты на старте, подготовка к прямому столкновению перейдёт в острую фазу, и мы окажемся на грани ядерного конфликта. Так что не соскучимся. Ну и в качестве бонуса: в пяти километрах он нашей оперативной квартиры расположен город Тринидад, там можно будет отдохнуть и повеселиться, приняв беспечный вид туристов. Разрешается выпивать, в пределах разумного можно волочиться за кубинками, слегка буянить, можно подраться, но без увечий. Так как у нас более половины группы блондины и блондинки, мы долго думали с Дедом, кем нам прикинуться и остановились на Швеции. Говорить всем только на английском, но не показывать, что мы владеем испанским и русским.

– А если я заговорю на шведском? – смеясь, подбоченилась Ксюха.

– Ты знаешь шведский? – удивился Шульга, – откуда, когда ты была в Швеции в последний раз?

– А никогда, но недавно у меня в милицейской школе тренировались два шведа и шведка, прибывшие к нам по обмену, вот я и запомнила несколько фраз.

– Надеюсь фразы не матерные?

– Ну что вы, товарищ полковник, наоборот, это я их научила нескольким русским матерным словам.

– Ксю, вот я смотрю на твой, уже далеко не девичий возраст, ты всё ещё умеешь всех удивить, но несмотря на это ты всё такая же девчонка, как в сорок пятом году. Не устала ею быть?

– Как-то я решила посчитать, а сколько же мне лет в действительности и вдруг поняла, что это отнюдь не мои годы – мне их какой-то гад вероломно прибавил и теперь считаю, что мой подростковый возраст сейчас – между двадцатью и тридцатью и он еще не прошёл!

Восемь глоток грохнули смехом так, что стоящий на входе часовой, залетел в комнату с автоматом наизготовку, он испугано обвёл всех взглядом, потоптался и буркнув: – Извините, – попятился к выходу.

–Угомонитесь, горлохваты, – прикрикнул Григорьев, – важно, чтобы возраст для нас не имел никакого значения.

– Собирайтесь, – Шульга встал, собрал карту на столе и пошёл к выходу, – и давайте по-быстрому, через четыре часа нам необходимо быть на аэродроме, перелёт займёт пять часов и скрытно, ночью, в одном из портов Черного моря, мы погрузимся на теплоход, название посудины уточним на месте. Предупреждаю сразу эта поездка не будет лёгкой. Днём выходить на палубу, курить и прохлаждаться строго запрещено. По прибытию, на корабле, всем переодеться в военную форму Кубы, всё автоматическое оружие, кроме личного, сдать на хранение специальному человеку. Личное оружие носить скрытно и применять только если это угрожает вашей жизни, с местной разноцветной экзотикой в половые связи не вступать. До места назначения будем идти быстро, нигде не задерживаясь и по возможности, нам необходимо избегать любых контактов с иностранными кораблями. Прием пищи будет осуществляться только ночью, а днем спать или играть в домино, карты, нарды.

– А нельзя было нас отправить подводной лодкой, как мы сделали это в 1945 году?

– Нельзя, несколько подводных лодок уже в Атлантике, так что вы опоздали со своей умной мыслью, товарищ майор, а тебя, с твоим взрывоопасным скарбом, никто на подлодку и близко не подпустит.

– Но я же все отлично упаковал, мамой клянусь, – подражая Гиви, ответил Влад.

– Какой мамой, Влад, ты же детдомовский с рождения!

– А без своих взрывных штучек-дручек, я на Кубу ни ногой!

– Что за детский сад! И это говорит кадровый офицер, который прошёл всю войну, на кителе которого, места нет от наград, отставить товарищ майор. Или тебе напомнить, что такое приказ?

– Есть товарищ полковник, я голый, даже без трусов, готов пуститься вплавь до этого чёртова острова.

– То-то же, Круглова, Вероника, ты как напарник Денисова, проследи, чтобы этот разгильдяй действительно не явился на корабль в чём мать родила. С него станется!

– Слушаюсь товарищ полковник, я ему свои панталоны предложу, если что! Все громко рассмеялись.

– Ладно, посмеялись и будет, всем приготовиться, в 22.00 отчаливаем, Птаха и Минёр, зайдите ко мне.

– Птаха, нам с большим трудом удалось достать пять комплектов подводного снаряжения, гидрокостюмы, насосы, ласты, маски и еще много чего, в предназначении которых я не имею ни малейшего представления.

Птаха с горящими глазами, стал перебирать комплекты, – Колыма, как вам удалось достать такое богатство, ведь даже мы, в морском спецназе ТОФ, не обладали такими совершенными аквалангами.

– Не моя заслуга и на этом закончим, бери в напарники Храма и всё тщательно запакуйте, чтобы ничего не указывало на то, что это акваланги. Секретность прежде всего. Свободен!

Влад, всё еще не понимая, что происходит, удивлённо уставился на Колыму.

– Что, удивлён? Я сам не меньше тебя ошарашен, но это приказ Григорьева, а теперь смотри сюда, – Шульга достал ящик с подводными пистолетами, водрузил его на стол и открыл – как тебе это?

Знаток всего оружия Влад, взял в руки один из подводных пистолетов и стал разглядывать.

– Пистолет имеет всего два заряда по патрону в каждом стволе, в боевой обстановке может не хватить.

– Да, Влад, это пистолет имеет всего два заряда, но он предназначен не для отражения долговременной атаки, а для бесшумного устранения противника под водой. Чуешь, чем он хорош?

– Под водой? – изумился Влад, – так вот почему здесь акваланги, а какого лешего мы забыли под водой, Колыма? Я-то акваланг видел только на картинке, а тут подводное оружие!

– Влад, вот ты всегда слыл реалистом, но никогда не обладал интуицией. У нас неожиданно появился специалист по подводному плаванию, и он расскажет и покажет, как работать с аквалангом под водой. Мы едем в то место, где будет кругом вода и этой воды будет очень и очень много. Вот ты подумай, а если там нам придётся, в какой-нибудь неприметной бухте, пробраться к неприятельскому кораблю, катеру и устроить большой буф-буф, на что ты большой мастер, как мы это сделаем, если будет кругом вода? Давай-давай, что-то ты после гибели Гиви и после затяжных пьянок, совсем туго стал соображать.

Шульга переломил пистолет, – Заряжание ствола происходит посредством поворотного перелома стволов и заряжание двумя патронами. Реальная боевая прицельная дальность не превышает 10 метров. Бесшумность и беспламенность выстрела пистолета достигается спецпатроном. Во время выстрела поршень-толкатель толкает пулю по стволу, при этом пороховые газы не покидают приделов гильзы плюсами такой конструкции оружия является: бесшумность, беспламенность, малые габариты оружия. Ввиду высокой стоимости таких патронов, у нас их не очень много – всего 35 штук, так что, под водой не палите без надобности – только наверняка и не дальше 5-7 метров. Эти пистолеты будут только у тебя и у Птахи, другим его не передавать, не показывать и хранить при себе. Вся документация на эти пистолеты секретная, так что пистолет не должен попасть в чужие руки. При необходимости привязать к гранате и уничтожить. А теперь иди в оружейку, тебя там ждёт оружие, которого ты ещё никогда не видел, осмотри его, разбери, обильно смажь и запакуй.

Глава третья

Вечером, ровно в 20.00 на военно-морской базе в Балтийске началось оживлённое движение. Незнакомые люди что-то тащили, связывали, упаковывали и несли всё в автопарк, расположенный рядом за высоким забором. Шульга и Влад, чертыхаясь, проверяли свою амуницию.

– Колыма, мы всё это на себе попрём, это же больше пятисот килограммов?

– Нет, Минёр, сейчас грузчиков позовём с Финляндского вокзала! Давай не возникай, возьми Птаху и Храма и прите всё это в автопарк. Мне по статусу мешки таскать не полагается. Бегом! Влад, недовольно бурча что-то себе под нос, поплёлся за подмогой. Девушки все были уже готовы, при каждой был небольшой вещмешок с личными вещами и оружием, только у Фурии мешок из прорезиненной материи был внушительных размеров.

– Фурия, это что такое? Решила весь косметический салон прихватить?

– Нет, Колыма, это мои боевые принадлежности и личные вещи, на месте всё покажу, а пока дай пройти и меньше обращай на это внимание. Шульга недоумённо покачал головой, но отошёл в сторону, он помнил слова Григорьева, что Мишель Родригес очень ценный кадр, её не надо гнобить и третировать – она вольная птица и к ним лишь временно прикомандирована. Большую часть занимали мешки, коробки, чехлы с оружием и боеприпасами. Одних РПГ-7 и зарядов к ним было десять комплектов, десяток автоматов Ткачёва, 3 цинка патронов к ним, бинокли, приборы ночного видения, комплекты форменного обмундирования, спец. костюмы и разная мелочь. Птаха, никому не доверяя, сам таскал всё подводное снаряжение. А это очень тяжелое имущество. Наконец всё было перетаскано и упаковано в один из грузовых автомобилей, Птаха и Храм остались при грузовике в охране. Девушек вызвался подвести на своей Волге сам генерал Григорьев. Шульга и Влад уселись в еще один грузовик и перекрестившись, тронулись в путь. Да военного аэродрома в Балтийске путь был не близкий. Уже глубокой ночью прибыли на военный аэродром близ Балтийска, где их ждал военно-транспортный АН-24. Чтобы по-быстрому взлететь генерал Григорьев приказал начальнику аэродрома выделить людей из батальона аэродромного обслуживания, чтобы они помогли всё погрузить в самолёт. Через полчаса самолёт, взревев двумя турбовинтовыми двигателями, покатил на взлётную площадку. Разбежавшись, он легко оторвался от земли и начал набирать высоту.

– Так, всем спать, до упора, лететь около 4 часов, – посоветовал Шульга, – а сам пошел в кабину пилотов, узнать, конечный пункт прибытия.

– Военлёты, из-за кожаных регланов не вижу ваших званий, доложите, когда прибудем в пункт назначения?

– Мы предупреждены не разглашать пункт назначения.

– Я полковник КГБ из 4-го спецотдела, командир группы.

Второй пилот, внимательно изучил удостоверение Шульги, порылся в отсеке над приборами и подал ему запечатанный сургучом пакет, —Это вам, вскрыть по прибытию. Ну, Григорьев, ну перестраховщик, и здесь всё предусмотрел.

Он взял пакет и вышел из кабинки пилотов. Делать нечего, приказ есть приказ, вскроем на месте. Уже начало сереть, когда самолёт, сделав круг над морем, пошёл на посадку. Самолёт еще не коснулся взлётной полосы, а Шульга в нетерпении сломал сургуч на пакете и принялся читать приказ. Бог мой – Кача! Следующим пунктом назначения была бухта Балаклава, где находился только что отстроенный секретный объект 825 ГТС, комплекс подземных сооружений в окрестностях Севастополя, по укрытию и ремонту подводных лодок. Интересно, а мы там для какого рожна нужны?

Самолёт мягко коснулся взлётной полосы и через пару минут подкатил к неприметному ангар, где нас уже встречали моряки.

– Разрешите представиться, капитан-лейтенант Грошев, – буду вашим сопровождающим. Тут же, словно спелый горох из крытого грузовика, посыпались матросы, они дружно расхватали все мешки и быстро погрузили во второй грузовик, а всю группу пригласили в автобус на базе ГАЗ-51.

Да…моряки – это что-то! Уж очень они отличаются от неповоротливой пехоты.

– Товарищ полковник, из-за строгой секретности, и чтобы избежать ненужных расспросов, пришлось ваш теплоход причалить в секретной бухте Балаклавы, вас там уже ожидают несколько часов.

Теплоход был огромным, три палубы, широкие проходы говорили о том, что это круизный лайнер, но всё лишнее с него было демонтировано, а на корме и на баке стояли зачехлённые пара зенитных спаренных пулемётов. Никакого движения на палубе не наблюдалось, а между тем, трюмы были забиты под завязку людьми и специфической оснасткой для строительства бетонных укрытий и бункеров. Здесь были бетономешалки, цемент в мешках, шанцевый инструмент, толстые доски и много разного оборудования, предназначения которых военному люду было неизвестно.

Как только они ступили на трап Шульга приказал всем надеть на головы матерчатые балаклавы, не надо, чтобы все находящиеся на теплоходе видели их лица. Им отвели три просторные каюты, в одну поселились женщины, во вторую сгрузили всю амуницию, а в третьей расположились мужчины. Связь между каютами происходил по выделенной линии штатного переговорного устройства теплохода.

Теплоход без единого гудка, медленно на малом ходу, отчалил и сразу двинулся в открытое море. Солнце, затронув линию горизонта, лениво стало подниматься к зениту, море было спокойным, только тревожно в небе кричали чайки.

Шульга всех собрал в мужской каюте и поминутно заглядывая в тетрадь Григорьева, начал излагать инструкцию.

– Начну с того, что всем переодеться в костюм песочного цвета, ботинки на толстой подошве с высокой шнуровкой – берцы, защитного цвета панаму с широкими полями и песочного цвета майки. Гражданскую одежду: рубашки, шляпу, светлый плащ, туфли и костюмы в море надевать не надо, по прибытию переоденемся в кубинскую форму.

– Колыма, а долго мы пробудем на Кубе и какие там наши полномочия, надеюсь достаточные для осуществления безопасности наших войск?

– Если ты Минёр, не будешь вводить себя и нас в ненужную опасность и не будешь пренебрегать нашими принципами: не убивать людей ради достижения какой-то несбыточной мечты, то наша командировка пройдёт более-менее спокойно. Хочу напомнить тебе, что та война уже давно закончилась и уже надо думать более гибко и вдумчиво, а присущую всем прошлую нетерпимость к фашистам, нам, пожалуй, придётся поумерить, если конечно это не будет угрожать нашим жизням. Времена, когда в Советском Союзе стремились установить коммунизм на всей земле уже почти прошли. Ты мне алчностью, напоминаешь нашего Гиви, но он убивал врагов на своей земле, которые пришли на его землю, не спросив его разрешения.

– Да, я хочу искоренить все зло, которое творит США.

– Но их слишком много, считай вся страна, мы не можем убить всю страну! В любой стране есть люди, которым не нравятся действия собственного правительства.

– Раз оно неугодно, что же они не сметут такое правительство?

– Ты серьёзно? За спиной такого правительства, армия, спецслужбы, полиция, законы в конце концов, или тебе напомнить, что было у нас в середине тридцатых годов? Страх за свою жизнь и слепая вера в справедливость сводили на нет все потуги что-то изменить и выступить против творящего произвола.

– Я не думал, что у тебя такая короткая и забывчивая память и ты забыл всё, что с нами случилось в прошлом.

– Память наша более гибкая и предусмотрительная и что вредит нашим воспоминаниям, она стирает все без остатка. К сожалению, прошлое нельзя исправить, зато можно изменить будущее!

–– Слава Богу, что я сейчас в завязке, когда бухал такого мог натворить, что по трезвянке самому было очень стыдно и всегда корил себя на чём свет стоит. Жуткий недельный запой, потом – врачи, рвота, капельницы, черти на люстре гурьбой и сердце выскакивает из груди.

– Размещая на острове Свободы наши войска, мы убиваем сразу двух зайцев. Мы не желаем допустить нового американского вторжения на Кубу и надо сохранить у власти Фиделя Кастро, который сейчас воспринимается, как союзник СССР в Латинской Америке. Кроме того, мы стремился заставить Вашингтон отвести часть ядерных ракет, развёрнутых вблизи наших рубежей. Это наша главная задача, а ты Влад что, собрался на полноценную войну?

– Долбаная Америка! Соединённые Штаты – это довольно мутная страна, которая пока не победила ни в одной войне и мне кажется, не способная это сделать, не втянув в неё весь остальной мир. США проявили себя как великая технологическая держава, но это же не главное. Эта страна построена на преступности, рабстве и обмане. Ворье, богачи и продажные политики баснословно богатеют, продавая оружие по всему миру.

Сейчас они взялись за Кубу.

– Верно Фурия, сейчас вокруг Кубы американцы проводят крупные учения, постоянно поднимают в воздух самолёты-разведчики, накрепко запечатав все морские границы, сдаётся мне, они скоро начнут экономическую блокаду Кубы. Не дадим им этого сделать! Как сказал Никита Сергеевич Хрущев: «Мы должны найти столь эффективное средство устрашения, которое удержало бы американцев от этого рискованного шага, ибо наших выступлений в ООН в защиту Кубы явно недостаточно. Поскольку американцы уже окружили Советский Союз кольцом своих военных баз и ракетных установок различного назначения, мы должны заплатить им такой же монетой, дать им попробовать собственное лекарство, чтобы на себе почувствовали, каково живется под прицелом ядерного оружия».

– Это решение было принято ещё марте 1962 года на совещании в Политбюро ЦК КПСС, а уже в сентябре 1962 года Фидель Кастро заявил советскому телевидению, что Советский Союз намерен создать на Кубе базу для своего рыболовного флота. О какой «базе для рыболовного флота» идёт речь, я сейчас объясню словами нашего Генерального секретаря, который никогда за словами в карман не лез: «Надо засунуть американцам ежа в штаны. Сейчас стала острой необходимостью установка на Кубе ядерных ракет среднего радиуса действия. Необходимо отрезвить руководство США и дать понять, что мы не позволим растерзать Кубу алчному американскому гегемону и принудить его отказаться от попыток вернуть Кубу военным путём. Необходимо вбить в их бестолковые головы, предупреждение, что в противном случае, ядерная война будет неминуема если США не будут учитывать интересы СССР».

– Чуете, куда замахнулся наш Хрущёв? И нам надо сделать всё, чтобы ЦРУ действительно поверило, что на Кубе идет строительство крупного рыбацкого поселка. Вот чтобы строителям никто не мешал, нас туда и отправляют.

– Мне очень не нравится близость в Кубе Соединённых Штатов, – засомневался Птаха, – возможностей у них будет на порядок больше и янки могут поиметь нас во все отверстия!

– Ну что же, – Ксю встала и ударила своим пудовым кулаком правой руки по левой ладони, – не будем отказывать им в этом сомнительном удовольствии. Мы готовы!

– Пока всё, расходитесь по каютам и на палубу не высовываться до темноты.

Теплоход на всех парах шел целый день к проливу Босфор и к вечеру вошел в него.

Турецкие погранслужбы сопровождали теплоход вплоть до таможенного контроля. Что плохо, по мере приближения к Турции, стало неимоверно припекать, мужчинам пришлось раздеться до трусов, а женщины такого себе позволить не могли и как компромисс, разрешили открыть все иллюминаторы. Через два часа, после соблюдения всех формальностей, теплоход малым ходом двинулся дальше. Ночью жара несколько спала и люди, утомлённые такими нечеловеческими условиями, дружно высыпали на все три палубы.

– Господи, – поразился Влад, когда ему и Фурии разрешили выйти подышать свежим морским воздухом, – как такая прорва людей могла поместиться в эту не очень-то большую посудину, здесь же человек двести!

– Если быть точным, молодой человек, – на борту 252 человека, не считая команды, – бросил на ходу куда-то спешащий улыбчивый старпом, – а вместимость теплохода, согласно предписанию, 370 человек.

– Недобор, однако?

– Нет, товарищ, вы забыли учесть груз, находящийся в трюме, а это много, правда кто-то здесь едет зайцем, без упоминания инициалов.

Влад сразу прикусил язык и поспешил отойти от старпома – значит это они зайцы?

– Мишель, расскажи мне о Кубе, как там вообще жизнь идёт сейчас?

– Минёр, давай без имён, хочешь нарваться на скандал, ты же знаешь, Колыма этого страсть, как не любит.

– О!.. Божественная Фурия, слушаюсь и повинуюсь. Они медленно стали продвигаться с одной палубы на другую и с интересом разглядывая высыпавший народ. А посмотреть было на что.

Вот на баке два бойца азиатской наружности усердно мутузили друг друга ногами и руками.

– А эти якудза откуда здесь, мы же к Латинской Америке двигаемся, эти же живут на другом конце света?

– Якудза в Японии, а эти из Китайской Народной Республики

– Да какая к черту разница, что те, что эти, уж очень они прыткие, не нравятся они мне.

– Это спецподразделение, направленная по нашей просьбе Коммунистической Партией Китая, нам придётся с ними работать. Не смотри, что на вид они маленькие и тщедушные, уверяю тебя, это очень серьезные ребята.

– А зачем они здесь?

– На Кубе проживает немалое количество этнических китайцев, которые являются потомками рабочих, приехавших в 19 веке на строительство железных и грунтовых дорог или работать в шахтах. Так что это не вызовет никакого подозрения у ЦРУ. Они не пьют, не курят и с девушками не общаются.

– Ну тогда нам на Кубе с ними будет не интересно.

– А ты что, развлекаться на Кубу едешь?

– Одно другому мне там не помешает.

– Выпить по прибытию хочешь и за кубинками поволочиться? Смотри, кубинский ром довольно крепкая штука, а за белокожих кубинок нам там могут запросто морду начистить. Не знаю почему так сложилось, но белых женщин и мужчин на Кубе всегда было в достатке, правда, в последнее время белых женщин стало меньше, но общее число женщин не уменьшилось.

– Фурия, а сейчас на Кубе также жарко, какой там климат в это время?

– Не хочу пугать, но климат на Кубе ужасный и совсем не подходит для русского человека. В середине осени, в октябре, жара под 40 с лишним градусов и при этом почти стопроцентная влажность. В это время ежедневно в полдень собираются черные тучи и начинается на пол часа тропический ливень как из ведра, потом опять солнце. Как там мы будем жить в таких условиях и чувствовать себя, мне неведомо, но, уверяю тебя, будет не очень весело.

На самой верхней палубе, на перевернутой лодке-плоскодонке, два изрядно поддавших человека в сомбреро, играли в шахматы.

– Судя по специфическому произношению и отрывистых фразах. это испанцы?

– Нет, это аборигены-кубинцы, они тут для прикрытия, при прохождении границы, они должны торчать на палубе и разговаривать по-испански.

– Хм!.. Оба-на, твою же мать, они что, под бухлом играют в шахматы? В своё время я едва шашки осилил, – засмеялся Влад.

– На Кубе мало что делается на трезвую голову. Ты не представляешь, что тебя ждёт там. Танцуют сальсу все, кому не лень и стар, и млад. Кстати, хорошо известные нам испаноязычные музыкальные стили, такие как мамбо, сальса, румба, ча-ча-ча, болеро и сон, возникли именно на Кубе.

– Влад, а ты женат? – вдруг, поинтересовалась Фурия, – после гибели мужа на Кубе, я одна уже два года и устала так жить, не поговорить, не пожаловаться мне некому, благо частые командировки за границу помогают мне забыться.

–Ты хочешь, чтобы я послужил тебе жилеткой для…

– Да ну тебя, я же вижу, что ты тоже сторонишься людей и замыкаешься в себе.

– Фурия, я плохой собеседник – я из интровертов, предпочитаю быть наедине с только с собою. Мишель обидчиво поджала красивые сочные губки и отвернулась.

– Ну ладно дуться-то, тебе это не идёт. Брак у нас был ужасным, с краткими мгновениями радости, всё ей было не так, всё ей было не по её прихоти.

Нет, сейчас я уже не женат, жена, не выдержав моих частых командировок и затяжных пьянок после гибели Гиви, в один прекрасный день по-тихому, прихватив избалованного в корень нашего общего ребенка и свои вещички, исчезла в неизвестном направлении. Всё это, как оказалось было не моё, мне нужна такая жена, от которой по утрам, на протяжении многих лет, испытываешь восторг от рядом лежащей женщины. Главное, мне надо не пить всякое пойло, от него ты со временем деградируешь.

– А сейчас ты выпиваешь?

– Ну зачем мне это надо? Ты пойми, если я не пью – я счастливый человек и теперь, когда смотрю на этих хануриков-пропойц, мне их убить хочется. Постепенно я ожил, появилась вновь тяга к женщинам, порой сутками трахал приглянувшуюся зазнобу до потери сознания. Большое это дело – быть счастливым человеком в трезвом уме и бодрой памяти. Мне нужна такая супруга, от которой я по утрам, на протяжении многих лет, продолжаю испытывать восторг от рядом лежащей женщины.

– С ума сойти, вы, наплевав на ваши необычные отношения, построенные на обоюдной лжи, неожиданно решили закончить это довольно странным бракосочетанием, который не дал вам ничего, кроме бурных скандалов и взаимных упрёков? Как так?

– А вот так, день нас ссорит, а ночь сближает! После секса мозги размягчаются и хочется строить дальнейшую жизнь без ссор, но самый неприятный момент в нашей семье наступил позже, мы никак не могли распределить, кто из нас будет зарабатывать, а кто тратить. По этой пустяковой причине у нас частенько происходили грандиозные скандалы. Каждый хотел и зарабатывать, и тратить самостоятельно. Так дальше продолжаться не могло!

– О, как! Точно говорят, что умные мысли и поступки приходят после тридцати лет.

Как говориться: вот так вы и жили, спали врозь, а дети были! Как вы не поубивали друг друга мне до сих пор непонятно.

– Эта порода женщин мне хорошо известна, они быстренько выходят замуж, но идиллия длится недолго, следующим шагом будет громкий развод со скандалом, с иском обобрать и поделить всё, запретить встречи с ребенком, при этом не менее важной задачей у таких женщин появляется жгучее желание донести до всего света, какой её бывший муж мерзавец и негодяй! Вы же мужчины, хотите одного: жить в мире с новой женщиной и иметь возможность воспитывать СВОЕГО ребёнка, где совершенно не важно от какой женщины он родился. И чтобы бывшая жена не лезла в этот мир.

– Мне жаль только моего сына, бывшая жена его окончательно испортит.

– Японцы совершенно правы, когда говорят, что если хочешь потерять ребёнка – разбалуй его! Ваш общий ребёнок ещё себя покажет.

– Вот это-то меня и беспокоит, она слишком на него влияет и прививает всё худшее.

– Воспитывать детей бесполезно – они все равно будут похожи на родителей!

– Конечно этого стоило ожидать, я постоянно находился то в командировках, то на учениях, то в запое, а ей куда податься и с кем поговорить. Правда в общем-то, примера идеального брака у меня перед глазами никогда не было. Я не могу сказать, что семья у меня была неблагополучной и не скажу, что я вырос окруженный заботой и вниманием, меня не воспитывали в полноценной семье. Я вырос в детдоме. И порой наблюдая, как безобразно живут некоторые семьи, я не хотел такого же печального примера для своей семьи, и как часто бывает, стремился в своей жизни сделать всё по-другому – построить отношения с будущей женой, полные нежности, любви и заботы, но не сподобилось. Оставшись один, я изначально думал, что наконец-то сбылась мечта идиота, но к сожалению, когда мечты сбываются, ты теряешь что-то ценное, у тебя опускаются руки и ты не знаешь, что делать дальше.

– После развода тебе не показалось, что ты стал испытывать некую неприязнь к женщинам? Ведь женщины все довольно разные, но есть суки – убить охота!

– Нет, у меня нет неприязни к женщинам, есть несогласие с некоторыми женскими привилегиям. Порой даже плакать хочется от такой несправедливости.

– Вот и поговорили! Для мужика слова, это как для бабы слезы. От слов на душе становится гораздо легче, спасибо тебе, мил человек.

– За что, Фурия, возможно, тут сработал эффект случайного попутчика, когда впервые встретившиеся люди, зная, что они больше никогда не встретятся, переходят все границы дозволенного и откровенно рассказывают о своей жизни.

– Ну-ну, как это никогда больше не встретятся, сдаётся мне, что мы с тобой уже повязаны, вот только еще на крови не поклялись.

– Ох, не говори гоп, Фурия, всё только начинается. Нас куда попало не отправляют.

Влад как в воду смотрел!

На трапе, соединяющий две палубы, им повстречалась Ксю и Верона, они, облачившись в легкие комбинезоны, стояли у ограждения и о чём-то оживленно спорили.

– О!.. Фурия, ты баба тёртая, скажи нам, – ты на парашюте прыгала хоть раз? Верона тут мне увлеченно рассказывает, как она занималась в аэроклубе парашютным спортом. Я не понимаю, что в этом хорошего!

– А ты Ксю с парашютом когда-нибудь прыгала?

– Что? Окстись, оглашенная! Ты посмотри на меня, во мне три тебя! Есть более конкретные способы обосраться, я предпочитаю на воздушном шаре прокатиться, по крайней мере меня не нужно будет отскребать от асфальта.

– А я прыгала, у меня около 50 прыжков, я в юности тоже занималась парашютным спортом. Правда, мы прыгали сначала с вышки, а потом с аэростата. Совершая свой первый прыжок, я конечно не обосралась, но при этом пот из меня лился градом

Фурия предусмотрительно умолчала, что прыжки с парашютом – это обязательная дисциплина всех советских агентов, которые готовятся для работы за границей. В Японию она попала именно так.

– Ха, нашла где потеть, – рассмеялась Ксю и уже более тише выдала, – чтобы девушки потели…нужен член, а не гантели!

– Ксю, Ксю, тише – народ же кругом!

– Влад, – она наклонилась к уху парня, – она всегда такая скабрезно прямая?

– Я знаю её около двадцати лет и еще не было случая, чтобы она промолчала и не выдала экспромтом что-нибудь из ряда вон выходящее.

– Ксю, ты неисправима, как у тебя так получается – находить доходчивые ответы на довольно каверзные вопросы.

– Живу долго и кое-что повидала, а серьёзно, я за этой бесшабашно-напускной маской бабы-оторвы, пытаюсь оградить себя от тревожных мыслей, у меня дома остались трое детей, за которыми нужен строгий присмотр. Благо, у меня муж мастер на все руки, приготовить еду для оравы голодных ртов или смастерить что-то полезное для дома – это у него очень здорово получается. А я, кроме как махать кулаками, стрелять и аналитически думать, больше ничего не умею. Он уже привык к моим частым отлучкам и конечно не знает, что я когда-то была на прошлой войне ликвидатором-диверсантом, все свои воинские награды мне пришлось надёжно припрятать. Не стоит им знать об этой стороне моей жизни. Вырастут, тогда может быть расскажу, но без подробностей.

Влад понял, что девушки нашли общую тему и решил их покинуть, надо с Шульгой переговорить о Фурии, уж очень она ему понравилась, а Колыма очень не любит, когда в группе появляются обоюдные симпатии. Это мешает делу.

Верона, Фурия и Ксю непринуждённо болтая стали проходить мимо китайцев.

– Фурия, —невинно поинтересовалась Ксю, – ты много лет провела в Японии, так тебе эти два клоуна, что лупят друг друга руками и ногами, не хочешь размяться?

– Ксю, моя подготовка не спортивная, а боевая, я не могу и не имею права так долго валандаться с противником, в разведке существует железное правило – контакт с противником только в исключительных случаях и если это случилось, то не мешкая, рази противника наповал и как можно скорее, покидай место боя не оставляя следов

Конечно, я могу размяться, но профессиональная деформация и автоматизм, доведённый до совершенства, не оставит им ни малейшего шанса.

– Опасный ты человек, ты оправдываешь свой позывной.

Фурия подошла к китайцам и стала говорить с ними по-китайски на чистом мандаринском диалекте. Китайцы оживились, перестали мутузить друг друга и окружили по всей видимости единственного человека с кем они могут разговаривать без переводчика.

– 大家好，你们累了吗，我可以加入吗？– Здравствуйте ребята, что, устали, разрешите к вам присоединиться?

– Чёрт побери, Фурия, ты говоришь на этой тарабарщине? Я была в Китае в 1945 году, но до сих пор поражаюсь, как они быстро разговаривают и при этом как-то нараспев.

–Здесь сложного ничего нет, но китайцы считают самым сложным языком русский.

– И это правильно! – Ответил один из китайцев на неплохом русском, но с ужасным акцентом, – в нашем языке нет ряда сочетаний звуков и произношений, что присуще для русского языка. Я Лу Фэнь, – он протянул каждой руку, но при этом учтиво поклонился, – ведь китайского алфавита как такового не существует, а состоит он не из букв, а из символов. А там в свою очередь, есть пиктограммы и иероглифы. Пиктограммы – это символы, напоминающие объекты, которые они представляют, а иероглифы передают абстрактные идеи или концепции.

– О, да ты по-нашему лопочешь, да ещё и умный, что же ты тут делаешь?

– Вопрос мне кажется неуместным, а то что я умный, вы мне, наверное, льстите?

– Да нет Фэнь, простите, – извинилась за подругу Фурия, – то что вы нам сейчас рассказали не каждый знает в СССР.

– Не желаете ли спарринг? – Фурия скинула комбинезон и осталась в коротких шортах и плотной, из заграничной материи, борцовской майке, которая фиксировала грудь и спину, но живот был открыт, а там… был кожаный пояс, в котором ровными рядками покоились хира-сурикены, а чуть выше, иглы ари-гата, трехгранные гвозди куги-гата, два коротких ножа и маленький рядок заточенных до остроты бритвы монет хиси-ган достоинством в один советский рубль. Фурия сняла пояс и передала Вероне.

Смотря во все глаза на эти диковинные штучки, Ксю покачала головой, – Да, теперь понятно, зачем ты здесь, нашему полку убийц прибыло?

– Нет, Ксю, это всё для защиты, для нападения у меня всё осталось в моём прорезиненном мешке, – Ну что, начнём, Фэнь?

– Мадам, судя по вашей экипировке, вы достаточно грозный противник, но мы попробуем, стиль кунг-фу конечно не очень подходит для обучения ночных синоби-диверсантов, но кое-что и мы умеем.

Фурия обратилась к китайцу по-английски, – Do you speak English? – Говорите по-английски? Наши товарищи не понимают наш разговор на китайском языке, давайте будем взаимно вежливы и перейдем на более массовый в мире язык?

– Да, мы говорим по-английски, нас этому с детства учили в Академии китайской оперы, мы были её первыми учениками.

– О, выпускник китайской академии, я слышала что-то про эту академию, но без подробностей,

Китаец с уважением, бережно взял пояс Фурии и начал его разглядывать, – Так вы практикуете ниндзюцу, но ведь это стиль убийц из-за угла, вам разве при обучении не запрещали приближаться к этим одиозным атрибутам?

– В Японии это не запрещено.

Китаец, лишь только услышав про Японию сразу помрачнел, – Извините, но нам надо идти и подталкивая своего товарища, они попытались уйти, но остановились, когда Фурия громко рассмеялась, – Да нет же что вы, я не практикую ниндзюцу, мне претит это искусство, где целенаправленно призывают убивать людей, просто я работала несколько лет в Японии под прикрытием нашей миссии. Стиль ниндзюцу я изучала для общего познания их философии. К тому же, ниндзюцу не учит открыто ввязываться в рукопашный бой с превосходящим по силе противником, но некоторые технические приемы ведения рукопашного боя я переняла. Я больше практикую корейское хапкидо, где присутствует техника управления силой, как своей, так и противника, что очень эффективно при обороне с последующей контратакой. Ещё, когда я была в Камбодже мне пришлось изучить некоторые приемы из борьбы бокатор, которые основаны на подражании различным животным, – она вдруг мгновенно выгнулась, взлетела почти на метр и приземлилась уже на одну ногу, правая рука вытянулась вперед, пальцы были собраны в острый, наподобие клюва журавля, угол, левая же рука для равновесия, была отведена в сторону и напоминала крыло птицы.

Китаец, выслушав внимательно Фурию стал в стойку и продемонстрировал некоторые приемы из кунг-фу, – У нас тоже некоторые применяют стиль подражания животным, правда, у нас список таких единоборств довольно обширен. Мы тоже изучали японский киокушинкай и его направления: Синдо-рю, Годзю-рю и Уэчи-рю, но развития в Китае эти виды единоборств не получили. Хотя все виды единоборств, что есть в Японии вышли из нашего кунг-фу – прародителя многих боевых искусств: кикбоксинга, каратэ, айкидо и дзюдо. В кунг-фу более десяти тысяч различных приёмов и ударов, делают этот вид единоборств одним из самых сложных боевых искусств в мире. У человека сто восемь жизненно важных точек человеческого тела, которые так или иначе важны для жизнеобеспечения всего организма и поразив сразу несколько точек, можно окончательно вывести его из стоя, но ни в коем случае не убивать, хотя есть смертельные удары и у кунг-фу.

Фурия улыбнулась и уже по-русски обратилась к Владу, – Минер, чувствуешь слог? Так витиевато может говорить только китаец.

– Да уж, я наслушался этих высоких слов в 1945 году, пока мы были в Китае несколько недель.

– Он прав, что отличает кунг-фу от других единоборств, так это отсутствие немотивированной жестокости, у них не приветствуются и не учат ударам, например – тэмэ-цуки, что в карате – это довольно убийственная техника атаки пальцами в глаза противника.

Потихоньку стали собираться зрители, они расселись кто где и с интересом стали слушать их разговор. Стало темнеть и судовой электрик включил на верхней палубе несколько светильников. Как всегда, в толпе зрителей есть люди, которых Бог природной силушкой не обидел, но смекалки и сноровки недодал. Вперед вышли два здоровых амбала, их ручищи были до того огромны, что кажется они рельс могут согнуть. Демонстративно они сняли с себя майки и грая мускулами вышли вперёд.

– Алё, китаец, а слабо померяться на руках, – при этом один согнул правую руку и демонстрируя огромный бицепс, шагнул к Лу Фэню, – солдат ребёнка не обидит!

–Уважаемый, в армрестлинге в первую очередь важны крепость суставов и связок рук, а потом уже мускулы, вы уверены в своих возможностях в этом виде спорта? При неожиданном нападении противника, вы ему тоже предложите побороться на руках?

– Да я его попросту разорву вот этими руками, пусть только попадётся мне в руки.

– Вот с этим-то у вас могут возникнуть неожиданные проблемы, грамотный боец никогда не будет биться с вами в ближнем бою, он выберет иную тактику и…– Лу Фэнь молниеносно подпрыгнул, развернулся в воздухе и мощным маваси-гери (круговой удар ногой) сбил с головы двухметрового гиганта, защитного цвета кепи. При этом китаец приземлился довольно далеко от русского парня. Зрители ахнули, вздох удивления покатился по их рядам, а потом они в восторге захлопали в ладоши.

Китаец улыбнулся и протянул руку в знак примирения, – Парни не надо со мной биться, подловить меня под свой здоровенный кулак у вас не получится, я могу так скакать бесконечно. Вас надолго не хватит, вы лучше сядьте в сторонке и посмотрите, как мы с этой девушкой, – он указал на Фурию, – продемонстрируем, что может достигнуть человек многолетними тренировками по специальной методике.

– Слава, уймись, – раздалось из толпы, – давай посмотрим, что они могут.

Слава, все еще не веря, что его такого здорового парня, ни во что не ставят, неожиданно решил подшутить над Фурией, он быстро сграбастал её и оторвал от земли, – Ну вот скажи, а что ты теперь сделаешь в такой ситуации?

Сжал он её довольно крепко, воздуха стало не хватать, но тут произошло невероятное, детина взвыл дурниной, выпустил девушку из рук и схватился за уши.

Китаец засмеялся, – Мадам, надеюсь вы его слуха лишили не навсегда?

– Нет, Лу Фэнь, я могла бы его сделать инвалидом навеки, но это же наш боец. Так, слегка пощекотала его барабанные перепонки дуновением легкого бриза.

– Это было опасно, вы могли повредить ему слух. «Легкий бриз» очень коварный удар, им владеют далеко не все. Малейшее асинхронность обеих рук и пиши пропало.

– Ну что, настала наша очередь.

Они ещё не знали, что Шульга и Влад вдалеке, спрятавшись в одной из спасательных лодок, пристально наблюдали за ними. Колыма уже хотел прекратить эту показуху, но Влад остановил его, – Командир, давай посмотрим на что Фурия способна, ведь нам с ней предстоит работать вместе на острове, надо быть уверенным, что она нас не подведёт. Надеюсь они не будут работать в полный контакт.

– Ладно, но имей ввиду, если они войдут в раж и начнут мутузить друг друга по-настоящему, а китаец, я смотрю, тоже не лыком шит, то сразу прекращу этот балаган.

И началась карусель, толпа только ахала в ответ на выпады китайца и Фурии. Как и ожидалось, бой был показательным и бесконтактным. В течение десяти минут зрители, затаив дыхание, заворожено следили за каждым бойцом и такое увидели, что начитали выть в экстазе, вот кто-то громко матом по-русски, подбадривал спарринг-партнёров, а кто-то исступлённо хлопал в ладоши удачному удару. Лу Фэнь наносил удары с бешеной скоростью, чтобы Фурия не успела даже среагировать. Потихоньку, блокируя его удары она, отступая к борту, выбирала момент, когда китаец перестанет контролировать пространство вокруг своей головы, наконец, притупив его бдительность, она прямым ударом костяшками пальцев обозначила удар по кадыку китайца. Китаец знал об этой технике и постоянно контролировал тычки в область головы, но здесь он опоздал, Фурия оказалась быстрее, сказался меньший вес и возраст – она была моложе китайца на двенадцать лет.

В реальной схватке китаец был бы мёртв уже через десяток секунд. Раздробленная гортань перекрыла бы поступление воздуха в легкие и, как следствие, наступила мгновенная смерть от удушья. Китаец это понял и сложив руки поклонился, – Да, самый опасный удар – это тот, которого противник ждет меньше всего, вы применили тактику выжидания и улучшив момент, быстро перешли в контратаку, а я зарвался и не обратил внимание на ловушку. Браво мадам! Вы победили. Ваш боевой стиль, создан именно для того, чтобы нанести как можно больше травм противнику, обездвижить или даже убить.

– К сожалению, мы едем не на соревнование, где встречаются спортсмены и бьются всего лишь за медали и звания, в реальном же бою от такого поединка зависит твоя жизнь. Толпа ошарашенная увиденным, нехотя покидала место поединка, они никогда больше не увидят во всей красе такого феерического зрелища. В СССР восточные единоборства будут ещё долго под запретом.

Фурия, тяжело дыша, сделала несколько быстрых вдохов и медленных выдохов из дыхательной гимнастики цигун и отдышавшись, присела на корточки возле Шульги и Влада.

– Фурия, а вы могли бы его вывести надолго из строя, не прибегая к красивой, но мало эффективной показухе?

– Могла бы конечно, китаец хорош физически и неплохо владеет приемами кунг-фу, но мало что знает о уличных драках японских якудза, где в реальных схватках нужны крайне эффективные средства нападения. Зрители жаждали зрелища и потом, это же была дружественная тренировка и я как могла оберегала своего партнера от травм.

– Ну поглазели и будет, – закончил разговор Колыма сердито, – А вас Фурия, попрошу, больше никаких показух, никто не должен знать о наших специфических возможностях. Максимальное перевоплощение в рядовых рабочих нам надо соблюдать. Мы идём на Кубу на двух обычных круизных теплоходах, у которых в трюме находятся что-то неизвестное. И нам надо максимально соблюдать скрытность и осторожность. Чтобы не привлекать лишнего внимания, у нас нет даже судов сопровождения, а вы устроили тут бой якудза с триадой, раструбив на весь свет, что мы люди непростые.

– А как же эти все ребята, которые смотрели нашу показательную схватку, они тоже простые рабочие?

– Они не просто рабочие – это оперативная группа, которая займётся поиском мест для размещения пусковых установок и отработкой маршрутов их перевозки. Они тоже не знают, что в трюмах и куда мы идем. Всё, идём к себе, скоро пройдём Гибралтар, после выходим в открытый океан. С этим проливом не всё так просто. По Утрехтскому договору 1713 года Испания, после череды войн, передала Великобритании навсегда полное и безраздельное право собственности на город и крепость Гибралтар, без каких бы то ни было исключений или препятствий. Испания до сих пор оспаривает это решение и не признаёт законным владение Гибралтарским проливом. Уходим, уже светает.

Ближе к вечеру теплоход вошел в Гибралтарский пролив. В отличие от военных судов, которые должны обязательно причаливать в порту Тарифе, теплоход был гражданским судном и ему необязательно причаливать в порту города Сеута. Дело в том, что, независимо от того, какой стране или компании гражданские корабли принадлежат, все обязаны встать на рейде и заплатить определённую пошлину в испанских песо. Экипажу корабля и его пассажирам строго воспрещено сходить с борта корабля. Оплата за проход произошла непосредственно во время досмотра и теплоход покинул порт. Впереди был долгий и нудный переход через Атлантику.

Глава четвёртая

Пошел восьмой день, как они болтались в этом бескрайнем океане. День выдался очень жарким, теплоход на полном ходу двигался к Кубе. Через три дня теплоход, обогнув Малые Антильские острова и продвигаясь некоторое время параллельно тропику Рака, должен был войти в Наветренный пролив, разделяющий Кубу и Гаити. Необходимо подождать ночи, вызвать местного лоцмана и зайдя в кубинский пролив Голф-де-Ана-Мария, бросить якорь в неприметном порту Касильда. Но это, как говориться: «было гладко на бумаге», вышло же совсем иначе…

При подходе к Малым Антильским островам началась изнуряющая болтанка. Если морские пехотинцы, сопровождающие секретный груз, чувствовали себя ещё сносно, то группа Шульги, не привычная к таким длительным морским переходам, испытывала серьёзный дискомфорт. Правда не все, Храм ходил гоголем и подшучивал над коллегами: – Хе-хе, сухопутные вы черепахи, это вам не по горам и равнинам бегать, тренировать надо было вестибулярный аппарат и дыхание. Ну ничего, по приезду я вами займусь плотненько, будете у меня без акваланга под водой дышать.

– Не хорохорься водолаз, посмотрим, как ты на суше себя поведёшь. Пока еще не везде вода – есть и суша.

К ним в каюту заглянул старпом, – Извините, кто из вас Колыма? Вам радиограмма от какого-то Деда с пометкой срочно. И вас лично капитан просит подняться на мостик.

– Влад прими и прочитай, – распорядился Шульга, а я схожу к капитану.

– Здравия желаю, капитан, что случилось?

– Вы Колыма? А настоящее имя у вас есть?

– Ограничимся только этим, ну и что скажете?

– Ну как знаете. После Атлантики, мы пересечём несколько морей, будем проходить десятки проливов, всем на теплоходе рекомендуется переодеться в кубинскую военную форму, днем на палубе находиться строго запрещено и до минимума ограничить разговоры на русском языке.

– Боцмана на мостик, к капитану, – рявкнул старпом в матюкальник.

Через несколько минут ввалился здоровенный боцман, было видно сразу, что это матерый морской волк, передвигался он в враскачку, огромные ручищи были будто вылеплены талантливым скульптором, бицепсы рельефно бугрились под тельняшкой.

– Петрович, вскрой печать на двери каптерки и выдай полный комплект кубинской военной формы всем пассажирам без исключения. Баклажанам тоже выдай.

– Простите, а баклажаны это кто?

–Это слегка прикопчённые кубинцы, они сейчас, чтобы не привлекать лишнее внимание, одеты в гражданскую одежду.

– Но здесь есть еще и китайцы?

– Не волнуйтесь, Колыма, переоденем всех, но вас приказали переодеть в первую очередь, кстати, там есть военная форма и для ваших барышень.

– Кэп, секунду, – старпом, задав несколько вопросов невидимому собеседнику, бросил переговорную трубку на рычаг, – радист определил в пятистах кабельтовых боевую лайбу – это крейсер, движется пересекающим курсом.